Читать книгу "Невеста врага"

Глава 17

Покидали Ваи мы через тот самый портал, которым пыталась бежать я. Стражники тоже были те же, мне даже удалось вспомнить имя одного из них – Дашш. Оба вели себя невозмутимо и спокойно, ни жестом, ни взглядом не выдавая того, что помнят об инциденте с моим участием две недели назад. Карета проехала через кольцо портала так же легко, как и одиночные всадники, нас даже не тряхнуло в том месте, где должен был находиться порог из обруча. То ли рессоры хорошие, то ли опять намагичено тут все.

Оказавшись в Аспасе, где опять шел дождь, я не без удовольствия освободилась от тяжелого мехового плаща и шапки. Потом же села поближе к окну и стала осматривать окрестности. Если еще до этого дня у меня были мысли попробовать вновь сбежать во время поездки где-нибудь за пределами Ваи, то вскоре не без сожаления пришлось с ними расстаться: меня по-прежнему блюли и, кажется, даже усиленней, чем раньше. Иначе чем объяснить почти два десятка сопровождающих карету охранников в черном? Да и Гард сидел напротив, и я постоянно ощущала на себе его внимательный взгляд. А еще он заметно нервничал, и чем дальше, тем больше. Похоже, предстоящий праздник не только у меня вызывал мандраж.

К следующему порталу мы прибыли только поздним вечером, зато он сразу вывел нас в Йорт. Правда, до его столицы оставалось еще полдня пути, и мы заночевали в гостинице. На этот раз она была куда выше уровнем, чем прежние, где мне довелось переночевать, и постояльцы в ней жили явно люди не бедные. А уж Гарда, который теперь не скрывал, кто он есть, встречали со всеми почестями, выделив ему и мне лучшие комнаты, коридоры же рядом заняла охрана.

Мой номер располагался на самом последнем этаже, и, выглянув в окно, я с досадой отметила, что и тут для меня без шансов: высота была слишком большой, чтобы рисковать собой и ребенком. Пришлось смириться и понадеяться на другой случай.

Этой ночью мне вновь снился Фаррет, который доводил меня до исступления своими ласками, и проснулась я, как уже бывало не один раз, от сладостной судороги оргазма. После таких снов я еще больше страшилась встречи с ним в реальности: вдруг при виде него мое тело возобладает над рассудком, что в моем положении было крайне нежелательно, если не вовсе опасно? Нет, поддаваться влюбленности Теоллы мне никак было нельзя. Куда важнее оценить Фаррета трезвым взглядом, узнать, что он за человек, и не через розовую призму любви, а с лупой или чего лучше – микроскопом.

После сытного завтрака, который принесли поутру местные горничные, мы вновь двинулись в дорогу, теперь уже совсем налегке: еще не было десяти часов, а воздух раскалился до состояния сауны. Одно радовало: пустыни нам на пути не попалось, как и песчаных бурь. Мы ехали по нормальным дорогам с типичными южными пейзажами: пальмы, акации, папоротники, редкие озера и реки сменялись полями с пшеницей и рожью, иногда мелькали фруктовые рощи, в основном с цитрусовыми деревьями, небольшие деревеньки и поселки.

В окрестностях столицы, именуемой Джаглана, зелени стало еще больше, а город и вовсе утопал в цветущих деревьях и клумбах. Фонтанов тоже было не счесть, зато на этих улицах было куда прохладней, чем за городом. Правитель Йорта жил не в замке, как Гард или Фаррет а, скорее, дворце или же огромной усадьбе, невысокой по этажам, зато необъятной вширь и в объеме. Нас уже ждали у ворот слуги, приветствовали, глубоко кланяясь, после чего повели в гостевое крыло здания.

Роун Фаррет

– Гард подъезжает. – Лукас Морай посмотрел на друга, сидящего в задумчивости в кресле, и отошел от окна. – Он самый последний… Кстати, он опять ехал в объезд, через слабые порталы.

– Он один? – спросил Фаррет глухо.

– Нет. – Лукас кашлянул.

– С ней?

– Похоже, да.

Фаррет криво ухмыльнулся.

– Только, пожалуйста, Роун, не наделай глупостей сегодня на ужине, – попросил Морай, с пониманием глядя на главу клана Огненных.

– У меня и в мыслях этого не было, – отозвался тот. – Я даже близко к ним не подойду и словом не обмолвлюсь. Буду делать вид, что их не существует. Не волнуйся, Лукас, праздник я не испорчу. Если только Гард первым не начнет…

– Вот этого я и боюсь. Как бы он не устроил провокаций в твой адрес…

– Я постараюсь сдержаться, – пообещал Роун. – Но оскорблять себя и своих близких не позволю. Здесь уж не обессудь.

– Скорей бы эти три дня прошли, – вздохнул Морай, – и с меня свалилась эта ноша. Ненавижу праздники, точнее, устраивать их. Столько мороки…

– В следующем году эта ноша ляжет и на мои плечи, – невесело ухмыльнулся Фаррет.

Морай со смехом развел руками, мол, что поделаешь? – и направился к двери.

– Ладно, пойду готовиться. До встречи с гостями осталось меньше трех часов. И ты тоже не опаздывай, – проходя мимо, он похлопал Роуна по плечу. – Я распорядился, чтобы ваши с Петрой места за столом были рядом со мной, а Гарда как можно дальше.

Фаррет на это лишь усмехнулся, а когда за другом закрылась дверь, поднялся и теперь уже сам подошел к окну, которое выходило на подъездную дорогу и крыльцо. Около него как раз остановился экипаж с гербом Белой Стужи. Первым из него вышел сам Гард, как всегда разодетый и с надменным выражением лица. Ладонь Фаррета непроизвольно сжалась в кулак, а в голове вспыхнула картина, как он со всей силы врезается в острый подбородок этого ледяного урода. Между тем распахнулась вторая дверца кареты, выпуская девушку в легком лазурном плаще, из-под которого виднелся край бледно-голубого платья. Стройная фигурка, золотистые кудри… Сердце Фаррета замерло. Это была она, его Теолла.

– Покои сьера Гарда и его невесты, – поклонился пожилой слуга в желтом балахоне, распахивая перед нами двустворчатые двери. – Две спальни, личная гостиная и личная столовая. Слуги, что сопровождают вас, размещаются в отдельном крыле. Наши слуги тоже готовы в любое время выполнить все ваши пожелания.

Вот же черт! Что за закон подлости? Почему нас разместили вместе с Гардом? Да тут спальни через стенку! Надеюсь, прохода между ними нет? Убедившись, что комнаты не смежные, я немного успокоилась, хотя все это продолжало мне нравиться все меньше и меньше.

– Сьер Морай просил напомнить, что начало праздничного ужина в семь, – напоследок сообщил слуга и вышел.

Охранники Гарда остались за дверью: караулить снаружи.

– Теолла, милая, не опаздывай, – сказал мне Эйдон и удалился в свою комнату.

– По-прежнему чувствую себя как в тюрьме, – вздохнула я, обращаясь к Райме, но та не поддержала меня, сделав вид, что не расслышала. Вместо этого она деловито стала разбирать сундуки с одеждой, которые внесли в мою спальню следом.

Еще две местные служанки стали готовить мне ванну, которая после долгой дороги была очень кстати. Она размещалась в комнате, похожей на восточную купальню, а еще на ту, в которой в моих снах мылись Фаррет и Теолла. Я отогнала эти непрошеные ассоциации, ибо они сбивали меня с мыслей и заставляли думать совсем не о том, о чем следует.

А ванна сама была чудесная: в меру горячая, с густой пеной и цветочно-фруктовым ароматом. Стены самой купальни были увиты растением, похожим на белый вьюнок, по углам стояли кадки с пальмами, а пол усыпан лепестками красных роз. Из такой ванны не хотелось выходить, но явилась Райма и напомнила, что одежда уже выглажена и пора готовиться к ужину.

Я с сожалением покинула теплую воду и вернулась в комнату. Там меня уже ждало платье из легкого шелка нежно-персикового цвета. Фасон его был свободным, на манер греческой тоги, руки и декольте открыты, а золотистый поясок повязывался чуть выше талии. Далее Райма с помощью одной служанки долго делала мне прическу, вплетая в волосы живые цветы и жемчужные бусины. Затем мне припудрили лицо, щеки слегка покрыли румянами, на ресницы щеточкой нанесли черную краску, а на губы – что-то похожее на блеск кораллового оттенка. Этот незатейливый макияж придал лицу свежести, а глазам – блеска.

Гард ждал меня в гостиной. Свой привычный камзол он сменил на легкую рубашку цвета слоновой кости, поверх которой был накинут нарядный бирюзовый плащ с серебристой вышивкой по канту. Ткань брюк тоже заметно стала тоньше и легче, а сапоги сменили мягкие туфли с пряжкой.

– Ты совершенна, моя милая, – осчастливил он меня своим комплиментом и предложил взять под руку.

Я без особого желания приняла этот жест, переплетя наши руки.

Мы чинно покинули наши комнаты. Шли медленно и довольно долго, минуя анфилады коридоров с расписными потолками и стенами, внутренние дворики, украшенные цветниками и фонтанами, огромный холл, пока наконец не оказались около стеклянных дверей зала, где уже собирались гости.

– Правитель кантона Ваи, глава клана Белой Стужи сьер Эйдон Гард и его невеста сьера Теолла Милт, – объявил при нашем появлении церемониймейстер, и я, затаив дыхание, ступила внутрь.

Гард тоже подобрался и еще больше распрямил спину, вздернул подбородок. Мы шли по ковровой дорожке, и там, где она заканчивалась, нас ждал мужчина. Чуть старше Гарда, высокий стройный брюнет, со смуглой кожей и чуть раскосыми темно-карими глазами. Но больше остального привлекала внимание его прическа: длинная толстая коса, доходящая ему почти до бедер.

– Сьер Морай, – чуть склонил перед ним голову Эйдон, я тоже присела в легком реверансе, как меня учила Райма.

– Сьер Гард, – поклонился тот в ответ. – Сьера… Милт. – Его неожиданно заинтересованный взгляд остановился на мне. – Рад видеть вас на землях Йорта. Приветствую вас от лица всех магов клана Зыбучих Песков. Добро пожаловать, чувствуйте себя как дома…

– Благодарю, сьер Морай…

Пока мы разворачивались, чтобы пойти обратно, к ложе, специально приготовленной для нас, церемониймейстер объявил следующих гостей:

– Правитель кантона Бастор, глава клана Живого Огня сьер Роун Фаррет и его спутница сьера Петра Вурт.

Я ощутила, как под моей ладонью напряглась рука Гарда, у меня же самой ослабли колени. Нам нужно было вновь пройти по ковровой дорожке, однако навстречу уже шел Фаррет. Я узнала его сразу, он был точь-в-точь как в моих снах: рост, разворот плеч, светло-зеленая рубашка и плащ не способны скрыть рельф мышц, каштановые волосы, в этот раз собранные в хвост. И глаза как темный малахит. Только смотрели они сквозь меня, будто нарочно не замечая.

Гард тоже напустил на себя равнодушный вид, а вот спутница Фаррета Петра, которую я тоже узнала, все же одарила меня колким взглядом. Разминулись мы на самом центре дорожки и, проходя мимо, мы с Фарретом случайно задели друг друга руками. Это было сродни удару тока, от которого внутри сразу вспыхнул пожар. И мне стоило немалых усилий сохранить бесстрастное выражение лица и не вызвать подозрений Гарда.

Глава 18

Как шел назад Фаррет со своей спутницей, я не видела, опустила глаза в пол, чтобы не вызвать подозрений у Гарда, который между тем так сжимал мою руку, что едва хватало сил терпеть.

– Мне больно, Эйдон, – не выдержав, прошептала я.

– Извини. – Он слегка ослабил хватку, но руку не убрал.

Фаррет оказался последним из глав кланов, поэтому сразу же после его представления, нас всех пригласили в другой зал, где были накрыты столы, которые располагались полукругом. Центральные места занял хозяин праздника Лукас Морай и его спутница – девушка с огненными волосами и необычайно светлой кожей, изящная, высокая, в летящем изумрудном платье.

– Это его невеста? – проявила я любопытство.

– Нет, очередная любовница, – с презрением отозвался Гард. – Морай слишком непостоянен в своих связях. Его гарем, по слухам, состоит из двух десятков наложниц.

– Ничего себе. – Я с еще большим интересом покосилась на главу клана Зыбучих Песков. Мужчина он, конечно, красивый, яркий, немного похож на азиата и явно темпераментный, раз может, скажем так, содержать стольких женщин.

А по левую руку от него сидел Фаррет с Петрой. Нас с Гардом разместили с противоположного края, потому рассматривать их прямо я не могла, что, впрочем, было мне на руку: чем меньше соблазна, тем безопасней для меня. Конечно, очень хотелось рассмотреть любовь Теоллы получше, но пока я не могла позволить себе такой роскоши.

Два оставшихся правителя – Аспаса и Риадана – оказались людьми семейными и на праздник прибыли с женами и детьми. Глава клана Белесого Тумана Гарольд Шин, худощавый блондин с тонкими усиками, имел такую же тонкокостную жену и сына-подростка, с лица которого ни на миг не сходило выражение скуки и недовольства. А вот правитель Аспаса и глава Темных Вод, Морион Дарт, был куда более живым и подвижным, несмотря на небольшую лысинку и намечающийся пивной животик. Он все время улыбался и шутил, подмигивал остальным гостям, постоянно болтал с соседом Фарретом и умудрялся перекидываться словами с Мораем. Его жена, круглолицая миловидная шатенка, тоже постоянно улыбалась, правда, в основном молчала. Ну а их три дочери мал мала меньше и вовсе были само очарование, особенно младшая, четырехлетняя Ная, которая сидела аккурат напротив меня и то и дело строила мне глазки и улыбалась до ушей.

После первой смены блюд Лукас Морай поднялся и произнес торжественную, но при этом очень проникновенную приветственную речь, где коснулся истории образования Конфедерации, упомянул трудности, через которые всем пришлось пройти, в заключение сказал по паре приятных слов в адрес каждого из гостей (Гарду тоже перепало, на что он лишь скупо улыбнулся) и закончил благодарностью всем присутствующим. После этого все подняли кубки с вином и пригубили из них за процветание кланов и Конфедерации.

Затем появились музыканты, с ними – темноволосый юноша, который ближайшие полчаса развлекал гостей своим пением. Время от времени звучали тосты от глав, особенно часто порывался это сделать глава Темных Вод. Потом же поднялся Фаррет. Теперь я не могла не смотреть на него, поскольку всеобщее внимание было приковано к нему, даже Гард не отрывал взгляда, правда, с видом, словно он проглотил лягушку.

– Я рад присутствовать на этом празднике, – начал Фаррет. – Рад в очередной раз увидеть своих друзей… Сьер Морай… Сьер Дарт… Сьер Шин… – На Гарде он лишь остановил взгляд, при этом вновь только мазнув по мне. Возникшую тяжелую паузу нарушила малышка Ная, которая внезапно оказалась совсем рядом с Фарретом и стала дергать его за руку, улыбаясь и заглядывая ему в глаза. Он сразу смягчился, улыбнулся и проговорил, погладив ее по голове: – И тебя, красавица, тоже рад видеть…

– А ну иди сюда, – со смехом позвал Наю уже Морай и усадил к себе на колени. – Будешь теперь сидеть на почетном месте.

Все засмеялась, кроме Гарда, но атмосфера в зале разрядилась и потеплела. Я тоже не смогла не улыбнуться, хотя пришлось это делать украдкой, прикрываясь ладонью. Фаррет после этого быстро завершил свою речь, вновь взметнулись вверх кубки и заиграла музыка. Меня тоже ненадолго покинуло напряжение, я уже смелее скользила взглядом по залу, прислушивалась к разговорам, следила за непоседой Наей. Та бегала вокруг стола, но ее никто не останавливал и не делал замечаний, призывая вести себя прилично и соответствуя ее положению, лишь иногда мать грозила ей пальцем, чтобы она не слишком шумела. Добежала девочка и до меня, похвасталась своим нарядным платьем и бусиками, которые ей подарил отец. Я как раз нахваливала ее прическу, когда музыка внезапно замолчала, а Гард встал и жестом призвал всех к тишине. Потом посмотрел на меня и произнес с улыбкой:

– Теолла, милая, поднимись.

Я, предчувствуя нехорошее, медленно встала.

– Сьеры, – продолжил Гард, беря меня за руку. – Хочу еще раз представить вам всем свою дорогую невесту Теоллу Милт. И воспользоваться случаем и столь важным событием, чтобы попросить у сьера Морая разрешения заключить брак в вашем храме и в присутствии всех глав клана в последний день праздника, то есть послезавтра.

В зале наступила тишина, и все взгляды устремились на нас. Я же от слов Эйдона впала в замешательство и не знала, как вести себя дальше.

– Сьер Гард. – Морай тоже поднялся и сдержанно улыбнулся. – Мы все рады за принятое вами решение, однако к чему такая спешка?

– Вы собираетесь высказать несогласие? – вопросом на вопрос ответил Гард. – Но моя просьба – лишь формальность, дань традициям, оспорить же мое решение никто не имеет права.

– Все верно. – Правитель Йорта чуть склонил голову, и я заметила промелькнувшую в его глазах досаду. Не удержалась и взглянула еще на Фаррета: тот сидел с каменным лицом, опустив глаза в стол. – Однако по тем же правилам нужно озвучить причину, чем вызвана такая спешка, сьер Гард. Она у вас есть?

– Причина? – Эйдон криво усмехнулся. – Сильные взаимные чувства не являются таковыми?

– Почему же… – замявшись, протянул Морай, но Гард перебил его:

– Есть еще одна причина, правда, весьма деликатная и интимная. Однако если традиции требуют, то я наберусь смелости и озвучу ее. Прости, милая, – бросил он уже мне и продолжил: – Теолла ждет ребенка. Моего наследника.

У меня внутри все упало. А Фаррет наконец поднял голову, и я испугалась его потемневшего взгляда. Господи, да что происходит?

– Ну раз так… – Выражение лица Морая стало растерянным. – У меня нет больше причин противиться вашему желанию, сьер Гард. Разве кто-то другой… – Он обвел взглядом присутствующих, но все молчали, пребывая в неменьшем смятении. – Тогда, сьер Гард, можете готовиться к свадьбе. Она состоится послезавтра в полдень в храме на главной площади.

– Благодарю, сьер Морай. – Эйдон поклонился и вернулся на место, вынуждая меня тоже сесть.

– Что происходит? – тихо спросила его я, не в силах оправиться от потрясения. – Почему ты меня не предупредил?

– Ты разве не рада? – был его самодовольный ответ. – Мы совсем скоро станем законными супругами.

– Но я имела право знать о твоем решении!

– Тише, милая, тише. – Гард натянул улыбку. – Думаю, тебе следует отдохнуть немного. Ребята тебя проводят. – Он сделал знак своими охранникам, которые топтались около двери в зал.

– Ты меня выпроваживаешь? – возмутилась я.

– Мне просто не нужны разборки на людях, неужели самой не стыдно? – проговорил он сквозь зубы. – Где твои манеры, милая? Обсудим это потом, наедине. А теперь иди…

Около нас уже стояла охрана, а Гард произнес громче, обращаясь к гостям:

– Прошу прощения, сьеры, моя невеста неважно себя чувствует, поэтому вынуждена покинуть ужин. В ее положении, сами понимаете… – И далее снова мне заботливо: – Отдыхай, милая, береги себя…

Я не успела даже пикнуть, как меня практически вынесли из зала. Только сделали охранники это так искусно, словно действительно оберегали меня и поддерживали, на деле же только я ощущала железную хватку их пальцев у себя на локтях. Кричать и вырываться я не осмелилась, поскольку не знала, что может за этим последовать, потому, стиснув зубы, проследовала к себе в комнату. Благо охрана осталась за пределами всех апартаментов, и я могла хотя бы побродить по гостиной, а не быть запертой в стенах спальни.

Итак, ситуация усложнялась с каждым днем, Гард наглел и злился все больше, а я так и не отыскала никакого выхода. Я вспомнила отстраненный взгляд Фаррета в начале и полный гнева и разочарования после объявления Гарда, и на душе стало еще хуже. Я не понимала, какие чувства он сейчас испытывает ко мне, точнее, Теоллы. Презирает, ненавидит или все еще любит? Хотя… Заявление Гарда о нашей свадьбе точно не укрепит любовь Фаррета, скорее наоборот, он станет ненавидеть Теоллу сильнее и только утвердится в мысли, что она от него сбежала намеренно.

Гард вернулся через несколько часов, я к этому времени уже находилась в своей спальне, поэтому слышала лишь стук дверей и его шаги. Он скрылся у себя, я же вновь стала метаться в сомнениях. Может, стоит все же поговорить с ним? Придумать что-то, чтобы пока не проводили обряд? Прикинуться наивной дурочкой, подольстить ему, усыпить бдительность? На некоторых мужчин это отлично действует… В конце концов, попытка не пытка. Да Гард сам обещал объясниться вечером…

Это решение было скорее порывом отчаяния и безысходности, чем продуманным планом, но я все же должна была попробовать. Потому, пока был еще запал, направилась к Гарду. Его голос я услышала, еще не доходя до двери. Он с кем-то разговаривал, и довольно эмоционально. К нему кто-то пришел? Но почему тогда я не слышала этого? Заинтригованная, подошла ближе и приложила ухо к двери.

– Мое терпение вот-вот лопнет, – явно жаловался кому-то Гард. – Это девчонка все больше бесит меня!

По спине пробежал холодок: это он обо мне? Его собеседника было почти не слышно, только какой-то приглушенный бубнеж.

– Скорей бы уже жениться на ней, дождаться, пока она родит своего ублюдка, и избавиться от него!

От этих слов у меня и вовсе подкосились ноги и стало трудно дышать. Гард хочет избавиться от моего ребенка, когда тот родится? Он ведь об этом, да? Дальше заговорил его собеседник, но я уже не могла ничего слушать. Стало плохо настолько, что перед глазами потемнело. Только бы не потерять сознание… Я медленно развернулась и, придерживаясь за стену, пошла прочь, к себе.