Читать книгу "Когда страшно: три книги Пемы Чодрон для опоры в трудные времена"

Глава 19
Обострение невроза

Весь «секрет» жизни, который мы ищем, заключается в следующем: с помощью ежедневной практики развить в себе достаточную силу и храбрость, чтобы обратиться к тому, от чего мы прятались всю жизнь, пребывать в собственном теле и покоиться в переживании настоящего момента – даже если это чувство унижения, провала, одиночества или несправедливости.

Шарлотта Йоко Бек

Что же имеется в виду, когда говорится о пребывании в праджняпарамите, или безусловной бодхичитте? Это значит быть открытым неопределенности настоящего момента и непосредственно, без всяких барьеров и защит, воспринимать свой опыт. Конечно, нет никаких гарантий, что все будет гладко, и для того чтобы двигаться в сторону неопределенности, требуется мужество. И поначалу это наверняка не покажется нам захватывающим и чудесным. Многие ли из нас готовы отказаться от привычного способа мышления и поведения, инстинктивного стремления к комфорту?

Было бы логично предположить, что по мере развития нашей практики бодхичитты все эти шаблоны начнут разрушаться и что с каждым днем, с каждым месяцем мы будем становиться все более открытыми, гибкими и бесстрашными. Но на самом деле все происходит наоборот: когда мы начинаем практиковать, наши привычные шаблоны лишь укрепляются. В буддизме ваджраяны это называется «обострение невроза». Мы ничего не можем с этим поделать, просто так происходит. Почувствовав вкус неопределенности, мы начинаем еще крепче цепляться за привычные опоры, несмотря на желание быть стойкими, открытыми и гибкими.

С этим сталкивается каждый, кто идет по пути пробуждения. Все эти улыбающиеся, просветленные люди, которых вы видите на картинках или вживую, прошли через это: встретились лицом к лицу со своими неврозами, со своими способами обрести опору. Пытаясь избавиться от самоидентификаций, защитных и поддерживающих нас механизмов, мы проявляем невероятное мужество. Так мы постепенно движемся к открытости, но важно понимать, что в этом состоянии нет опоры ни для рук, ни для ног, ни для ума. Пусть это и называется освобождением, но всю свою предыдущую жизнь мы считали это чем-то опасным и пугающим.

Позвольте мне привести несколько примеров обострения неврозов, которые на самом деле могут развиваться из-за практики. У нас появляется новая причина для самокритики, в основе которой лежит стремление к духовным идеалам. Практика усиливает наше чувство неполноценности, она становится еще одним способом убедить себя, что мы никогда ничего не достигнем. Если мы практикуем с целью стать «хорошим воином» или перестать быть «плохим человеком», тогда наше мышление будет столь же поляризованным, ограниченным понятиями «хороший» и «плохой», как и раньше. В таком случае практика будет работать против нас: мы пытаемся перескочить через то, что нам не нравится, чтобы достигнуть какого-то идеализированного «правильного» состояния. В этом нет ничего особенного, это свойственно всем людям. Но благодаря практике мы начинаем ясно видеть свои действия и с состраданием исследуем свои реакции. Что происходит с нами на психологическом уровне? Чувствуем ли мы свою несостоятельность? Продолжаем ли верить в свои старые драмы?

Возможен и обратный сценарий: мы используем практику, чтобы почувствовать свое превосходство, усилить чувство собственной исключительности. Мы отважно ступили на путь воина и меняем свою жизнь, мы гордимся тем, что делаем что-то необычное. В таком случае практика и учение служат лишь для повышения нашего самомнения, высокомерия и гордыни.

Еще один невроз, который может обостриться в результате практики, – это стремление убежать от происходящего. Нам хочется избавиться от бесполезного багажа, и мы используем учение, чтобы дистанцироваться от своей хаотичной, неустроенной жизни. Мы увлеченно практикуем открытость, широту ума и сердечность, убегая от того факта, что наш партнер – алкоголик, или что у нас самих – зависимость от марихуаны, или что мы снова состоим в насильственных отношениях. Так, с помощью духовной практики мы пытаемся уклониться от эмоционального страдания.

Все дело в том, что, практикуя бодхичитту, практику освобождения, мы привносим в процесс привычные способы, которыми обычно закрепощаем себя. Чтобы осознать свои привычные шаблоны, достаточно посмотреть на то, как мы относимся к практике, учению и учителю. Ждем ли, что все наши потребности будут удовлетворяться так же, как в невротичных отношениях? Используем ли духовность, чтобы убежать от того, что пугает нас? От нас легко может ускользнуть то, что мы по-прежнему пытаемся обрести опору, используя старые методы.

Когда мы робко выходим из кокона, то неизбежно будем испуганы и нам захочется ухватиться за что-то привычное. Без доброжелательного и терпеливого отношения к этому процессу мы никогда не сможем расслабиться в состоянии бессамостности и увидеть, сколько в нем заключено мудрости и сострадания. Нам нужно постепенно развивать уверенность в том, что умение отпускать освобождает нас. Мы постоянно практикуем майтри. Чтобы привыкнуть к состоянию открытости и научиться наслаждаться им, требуется время.

Прежде всего важно понять, что чувство ужаса или психологического дискомфорта может служить знаком того, что старые привычки уходят и мы становимся все ближе к естественному открытому состоянию. Трунгпа Ринпоче говорил, что воин на пути пробуждения будет находиться в состоянии постоянной тревоги. Мой опыт подтверждает это. Однако через какое-то время я поняла, что раз эта тревога и неуверенность никуда не уходят, их можно исследовать. Когда мы начинаем относиться к своим страхам с большим принятием и любопытством, происходят кардинальные изменения. Вместо того чтобы всю жизнь сжиматься, словно в кресле у стоматолога, мы учимся соединяться с новизной настоящего момента и расслабляться.

Практика – это сострадательное наблюдение за своим настроением, эмоциями и мыслями. Такое исследование своих реакций и стратегий лежит в основе процесса пробуждения. Мы должны изучить свой невроз, который усиливается, когда наши защитные механизмы перестают работать. В какой-то момент такого исследования мы перестаем верить в мифы, которые сами же создали, перестаем бороться с собой и не сопротивляемся собственной энергии. Так мы учимся пребывать в праджняпарамите.

Важно помнить, что это непрерывная практика. С момента, как мы ступили на путь бодхисаттвы, и до тех пор, пока не испытаем свободу необусловленного ума, мы отдаемся настоящему моменту – мгновение за мгновением. С совершенной точностью и мягкостью мы отказываемся от привычных взглядов на себя и других, привычных способов блокировать бодхичитту. Мы делаем это снова и снова на протяжении многих лет, и в процессе у нас появляется вкус к неопределенности.

Глава 20
Когда становится трудно

Не завись от внешних обстоятельств,

Наставление Атиши по тренировке ума

Самый простой совет для пробуждения бодхичитты таков: практикуйте непричинение вреда и каждый день делайте все возможное, чтобы помогать другим, Однако если искренне пытаться следовать этому наставлению, то можно обнаружить, что это не так легко. Вы сами не заметите, когда кто-нибудь заденет вас и вы прямо или косвенно причините кому-нибудь вред.

Когда мы искренне намерены практиковать, а следовать по пути пробуждения становится трудно, есть способы облегчить ситуацию. Существуют определенные методы, которые позволят нам изменить привычную реакцию бить в ответ и обвинять.

Вот четыре метода, которые помогут нам сохранять терпение и оставаться открытыми всему, что происходит, вместо того чтобы реагировать машинально:

1) не превращайся в мишень для стрел;

2) соединяйся с сердцем;

3) воспринимай препятствия как своих учителей;

4) относись ко всему, что происходит, как к иллюзии.

Если мы не превращаем себя в мишень, то в нас не может попасть стрела. Каждый раз, когда мы реагируем агрессивно, мы укрепляем свою склонность впадать в гнев. Нет сомнений, что в нас попадет множество стрел, пока мы будем так поступать, и реакции других будут все больше выводить нас из себя. Однако каждый раз, когда нас что-то задевает, мы можем изменить этот шаблон поведения. У нас есть выбор: укреплять старые привычки, превращаясь в мишень, или же ослабить их, сохраняя терпение и спокойствие.

Каждый раз, воздерживаясь от привычной реакции, несмотря на беспокойство и жар гнева внутри, мы усмиряем себя и становимся сильнее. Так мы закладываем основу счастья. Каждый раз, когда мы действуем под влиянием гнева или подавляем его, мы усиливаем агрессию и превращаемся в ходячую мишень. И тогда со временем нас начнет выводить из себя практически все. Так мы засеваем семена страдания.

Итак, вот первый метод: помните, что мы сами превращаем себя в мишень и в наших силах изменить это. Воздерживаясь от ответной реакции, пусть даже на краткий миг, мы разрушаем шаблон агрессии, который в противном случае будет вечно причинять нам страдание.

ПОЧУВСТВОВАВ ВКУС НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ, МЫ НАЧИНАЕМ ЕЩЕ КРЕПЧЕ ЦЕПЛЯТЬСЯ ЗА ПРИВЫЧНЫЕ ОПОРЫ, НЕСМОТРЯ НА ЖЕЛАНИЕ БЫТЬ СТОЙКИМИ, ОТКРЫТЫМИ И ГИБКИМИ.

Второй совет – соединиться со своим сердцем: в моменты гнева мы можем соприкоснуться с добротой и состраданием, которые изначально присущи нам.

Так, если какой-то безумец нападает на нас, мы понимаем, что он не осознает свои действия. Мы можем соединиться со своим сердцем и испытать к нему сострадание: ведь причиняя боль другим, он вредит себе. И пусть мы чувствуем страх, но в нас нет ненависти или гнева. Вместо этого у нас может возникнуть желание помочь этому человеку.

На самом деле безумец гораздо более нормален, чем трезвомыслящий человек, который вредит нам, ведь у последнего есть потенциальная возможность осознать, что своими агрессивными действиями он засевает семена собственной запутанности и неудовлетворенности. Подобные действия в настоящем укрепляют привычку к агрессии, которая в полной мере проявит себя в будущем. Он сам создает свою драму: такая жизнь преисполнена боли и одиночества. Тот, кто причиняет вред другим, следует шаблонам, которые приводят к умножению страдания.

Итак, вот второй метод: соединиться со своим сердцем. Помните, что не следует провоцировать в ответ того, кто причиняет нам вред. Осознайте: как и мы, миллионы людей испытывают гнев. Мы можем принять силу этой эмоции и позволить ее энергии усмирить нас и сделать более сострадательными.

Третье наставление рекомендует рассматривать препятствия как своих учителей. Не бойтесь, если рядом с вами нет живого учителя, который мог бы дать прямые наставления по практике непричинения вреда. Жизнь обязательно предоставит вам массу возможностей научиться этому.

Как бы мы еще могли практиковать терпение, если бы не наш бесцеремонный сосед? Без грубого коллеги, как бы мы узнали энергию гнева настолько хорошо, что он утратил бы свою разрушительную силу?

Так что учитель всегда с нами. Учитель всегда точно показывает нам, где мы находимся, и помогает отказаться от старых, невротичных способов поведения, побуждает не подавлять гнев и не дистанцироваться от него, призывает не сеять семена страдания. Как мы поведем себя с этим человеком, который оскорбляет нас? Как тысячу раз до этого или постараемся быть умнее и воздержимся от ответных реакций?

В тот самый момент, когда мы вот-вот взорвемся и выйдем из себя, важно вспомнить: мы – ставшие на путь пробуждения воины, которые учатся принимать свое раздражение и дискомфорт, мы учимся пребывать в настоящем моменте, каким бы он ни был, и расслабляться в нем.

Однако нам трудно следовать этим или любым другим наставлениям из-за нашей склонности относиться к ним слишком серьезно и негибко. Пытаясь расслабиться и сохранять терпение, мы зажимаемся и становимся скованными.

В этой ситуации поможет четвертое наставление: думайте о том, кто злится, о самом гневе и об объекте гнева как об иллюзии. Мы можем воспринимать свою жизнь как фильм, в котором нам временно досталась главная роль. Вместо того чтобы придавать всему слишком большое значение, размышляйте о текущей ситуации как о чем-то несущественном. Можно сбавить темп и спросить себя: «Что это за „я“, которое так часто обижается? И кто этот другой человек, который выводит меня из себя? В чем суть похвалы и порицаний, которые ловят меня на крючок, словно рыбу? Как так получается, что эти обстоятельства заставляют меня бросаться от надежды к страху, от счастья к страданиям?» Вся эта борьба, мы сами и другие гораздо менее значимы, чем нам кажется.

Рассматривайте внешние обстоятельства, эмоции, это чувство «я» как преходящие и не обладающие сущностью, как воспоминание, как фильм, как сон. Пробуждаясь ото сна, мы знаем, что враги в наших снах – лишь иллюзия, и это понимание рассеивает панику и страх.

Чувствуя приступ гнева или агрессии, вспомните, что нет оснований ни для ответного удара, ни для подавления своих эмоций. Нет оснований для ненависти или стыда. По крайней мере, можно начать исследовать собственные установки и убеждения. Кто знает, возможно, пробуждаясь и засыпая, мы просто переходим от одного иллюзорного состояния к другому?

Эти четыре метода работы с гневом и развития терпения пришли к нам от мастеров тибетской школы Кадампы XI века. Эти наставления воодушевляли бодхисаттв прошлого и столь же полезны в настоящем. Мастера Кадампы также призывали не тратить время попусту. Они подчеркивали, как важно сразу же начать применять эти наставления в жизни и никогда не говорить себе: «Я обязательно попробую потом, когда у меня будет время».

Глава 21
Духовный друг

Настоящая задача духовного друга – провоцировать тебя.

Чогъям Трунгпа Ринпоче

Воину, идущему по пути пробуждения, необходим наставник – более опытный воин, учитель, духовный друг, тот, кто хорошо знает территорию и поможет найти путь. Есть разные уровни отношений между учителем и учеником. Для кого-то достаточно прочитать книгу или послушать учения какого-нибудь учителя. Другие могут захотеть стать его учеником, чтобы он направлял их с этого момента и дальше. Такой вид отношений очень ценен. Однако мало кто сразу же готов к безусловной преданности учителю и непосредственной работе с тем, что препятствует продвижению на пути. Мало кто способен настолько довериться другому человеку и снять перед ним все свои маски. Однако в нашей неготовности к таким отношениям заключена своя мудрость. Сначала нам необходимо развить майтри по отношению к себе и убедиться в том, что конкретно этот учитель достоин доверия. Это обязательные условия для вступления в более глубокие отношения с духовным другом.

Когда в 1974 году я попросила Трунгпу Ринпоче стать моим учителем, я еще не была готова к безусловным отношениям.

Но впервые в жизни я встретила человека, который всегда присутствовал в настоящем, который был по-настоящему свободен. Я поняла, что под его руководством тоже смогу достичь этого. Меня привлекало то, что с ним не было никакой возможности манипулировать, он видел людей насквозь. Эта его способность пугала меня, но в то же время восхищала. И все же мне понадобились годы, чтобы развить достаточно веры и майтри и полностью открыться этим отношениям. Необходимо время, чтобы приблизиться к тому, кто представляет такую опасность для нашего эго.

Отношения с учителем либо достигают уровня безусловной веры и любви, либо нет. Важно не противиться этому процессу. В любом случае наши отношения с наставником побуждают нас довериться нашей изначальной мудрости. Они учат нас принимать себя. Согласно традиционному учению, и учитель, и ученик уже полностью пробуждены, и ум учителя может встретиться с умом ученика. Роль духовного друга заключается в том, чтобы помочь ученику осознать, что его пробужденный ум и ум учителя – одно. В какой-то момент происходит очень важный сдвиг в нашем самоощущении. Вместо того чтобы отождествлять себя со своими неврозами, мы начинаем верить в свою изначальную доброту и разумность. Это очень важный момент: без такой основополагающей веры в себя дальнейшее развитие отношений с учителем невозможно.

Однако вступая в такие безусловные отношения, мы должны быть готовы принимать любую ситуацию. Такой уровень преданности одному человеку готовит нас быть открытыми не только учителю, но всему нашему опыту. Учитель – это человек из плоти и крови, а не какой-то духовный идеал. В этих отношениях, как и в любых других, будет то, что нам нравится и что не нравится, мы можем испытывать смятение и чувство незащищенности. Эти отношения покажут нам, достаточно ли открыто наше сердце, чтобы принять все разнообразие жизни, а не только то, что нам приятно. Насколько мы готовы принимать своего духовного друга, настолько мы готовы принять мир как он есть, со всем присущим ему насилием и нежностью, злобой и проявлениями мужества. Мы открываемся миру совершенно неожиданным для себя образом.

Практика бодхисаттвы учит нас относиться к жизни с полным принятием и вовлеченностью: нет эмоций или действий, которые были бы недостойны нашего сострадания и любви, нет такого человека или ситуации, которые были бы неприемлемы или недопустимы. Этот путь требует дисциплины, но также и наставника, который направлял бы нас. Насколько мы готовы принять такое руководство – другой вопрос. Когда нет четких правил и ограничений, нам необходим тот, кто покажет, где мы сбились с пути, тот, к кому мы готовы прислушаться.

Что бы мы ни делали, учитель очень гибко и лояльно подходит к процессу нашего пробуждения. Он служит зеркалом, которое с пугающей точностью отражает наш ум. Чем больше мы верим в себя и своего наставника, тем в большей степени допускаем такое отзеркаливание. Постепенно мы можем прийти к тому, что любой человек будет становиться нашим учителем и зеркалом. Тогда нам станет понятно наставление: «Будь благодарен каждому».

Однако не следует думать, что учитель обладает совершенной мудростью, в то время как мы ее полностью лишены.

Такое отношение таит в себе слишком много надежд и страхов. Если бы я никогда не подвергала сомнению своих учителей, то недолго была бы их учеником. Но они, напротив, всегда призывали меня использовать критическое мышление и без колебаний выражать свои сомнения. Более того, мне настойчиво советовали не принимать на веру никакие авторитеты и правила.

Важно понимать, что встреча ума учителя с умом ученика не означает, что учитель или во всем прав, или во всем неправ. Скорее, это слияние взглядов, способность принимать неопределенность и парадокс. В противном случае наше преклонение неизбежно превратится в горькое разочарование. Если учитель перестанет соответствовать нашим ожиданиям, мы уйдем от него. Нам могут не понравиться его политические взгляды или то, что он ест мясо, пьет алкоголь или курит. Мы заканчиваем эти отношения, потому что нам не нравятся перемены в политике организации или потому что нам кажется, что нас не ценят и нами пренебрегают. Мы погружаемся в своеобразный медовый месяц, а потом неизбежно наступает разочарование, и всплывают все нерешенные эмоциональные вопросы. Нам кажется, что нас использовали, предали, лишили иллюзий. Не желая испытывать все эти болезненные чувства, мы уходим.

Самое главное заключается всегда в том, как мы работаем со своим умом. Любые жесткие взгляды ограничивают его: не важно, принимают ли они форму обвинения или оправдания – они в любом случае усиливают страдание. Мы можем считать, что «учитель совершенен и не может поступить неправильно» или что «учитель шарлатан и ему нельзя доверять». И то и другое – проявление ограниченности нашего ума. Нам нравится говорить о безграничном, ясном, открытом уме, но сможем ли мы пребывать в этой открытости, когда разрушаются наши иллюзии?

Бывает, что мы уходим от учителя. Но если мы способны принять боль и разочарование без оправданий и осуждения, значит он многому нас научил. Об этом и говорит наставление: «Если можешь практиковать даже в смятении, ты хорошо подготовлен».

Отношения с духовным другом учат нас безусловной любви – тому, как любить и быть любимыми безо всяких условий. Мы не привыкли к такого рода отношениям. Мы все мечтаем о них, но нам тяжело самим любить таким образом. Что касается меня, то я научилась любить и быть любимой, наблюдая за своим учителем. Когда я увидела, как безусловно он любит других людей, я поверила, что так же он может относиться и ко мне. Он показал мне, что значит ни от кого не отказываться.

Один случай из жизни нашей общины особенно сильно на меня повлиял. Давний ученик Трунгпы Ринпоче, Джо, испытывал определенные эмоциональные трудности и создавал проблемы для остальных. Казалось, что Ринпоче игнорирует все жалобы на агрессивное поведение Джо. Однако когда тот яростно набросился на женщину и ударил ее, Ринпоче закричал: «Вон! Пошел вон отсюда! Я больше не хочу тебя видеть!» Джо ушел потрясенный, а другие ученики окружили Ринпоче со словами: «Мы так рады, что вы его выгнали. Он ужасно поступил вчера, и сегодня утром… Спасибо, что отправили его прочь». Тогда Ринпоче выпрямился и сказал: «Мне кажется, вы не поняли – мы с Джо лучшие друзья».

НЕОБХОДИМО ВРЕМЯ, ЧТОБЫ ПРИБЛИЗИТЬСЯ К ТОМУ, КТО ПРЕДСТАВЛЯЕТ БОЛЬШУЮ ОПАСНОСТЬ ДЛЯ НАШЕГО ЭГО.

Мне кажется, Трунгпа Ринпоче стал бы на пути мчащегося поезда, если бы это помогло нам пробудиться.

Такая необусловленная преданность самим себе и другим и есть безграничная любовь. Любовь учителя к ученику проявляется как сострадание. Любовь ученика к учителю – это преданность. Эта взаимная теплота, это соединение сердец делает возможным встречу умов. Именно такая любовь приручает неукротимых существ и помогает тем, кто стал на путь бодхисаттвы, выйти за пределы знакомой и безопасной территории. Отношения с духовным другом вдохновляют нас на то, чтобы бесстрашно покинуть свой кокон и начать исследовать мир явлений.