Читать книгу "Бег по кругу. Сборник стихов"

Находчивый нищий

 
Нищий слепой стучался клюкой
В двери богатого дома.
Не было сил, подаянья просил,
Благословляя иконой…
Услышал ответ, что хозяина нет,
Нужен он – пускай его ищет…
«Прошу подаяния, а не хозяин». —
Твёрдо промолвил нищий.
 

Невозвратимая потеря

 
Старик со сгорбленной спиной
Клюкою землю ковырял,
Его окликнул молодой:
«Отец, что потерял?
Я помогу и время есть»…
Старик вздохнул: « Мой дорогой,
Я молодость оставил здесь
И не найду другой!»
 

Причудливы сказания востока

 
Причудливы сказания Востока:
Воспета чудная любовь,
Рождались в нем великие пророки,
Потоками лилась людская кровь.
 
 
О справедливости готовы толковать,
Хоть деспотизм без чувства меры
Над жизнью здесь не станут горевать,
И отдадут бессмысленно за веру.
 
 
У одного есть слава и права,
И на столе из золота посуда,
У ног его другого голова,
Которого считают сыном «блуда».
 
 
Да что и говорить, богатств таких
В Европе не видали бедной,
Придут с Востока золото и стих,
И математика, и химия, наверное…
 

Прошу о помощи

 
Прибегаю к Господу рассвета,
И прошу о том, чтобы помог:
Защити от ложного навета,
Чтобы враг не переступил порог
 
 
Моего укромного жилища,
Надо мной беды не сотворил,
Не вкусил со мною в доме пищи,
Дремлющего зла не разбудил,
 
 
Защити от шепчущего в уши,
Защити от зависти людской
И от злого мрака, что нас душит
И сопровождается тоской.
 

Путь души к богу

 
К умножению увлекла вас страсть,
Что дарует наслажденье телу?
Все с собой в могилу не покласть.
У души иное будет дело…
 
 
Посещая близких вам могилы,
Думайте о смысле бытия,
И не тратьте на пустое силы,
И добром делитесь, не тая.
 
 
Щедрость ляжет в ширину моста.
Для души на суд идущей Бога.
Цель расчетов, видите, проста —
Станет легче для души дорога!
 
 
Вес добрых дел, когда наступит суд
На сегодня он невидим вами:
Вес тяжел, легко вас понесут,
В воздухе заблещет мотыльками.
 
 
Ну, а тот, чей слишком легок вес,
Тяжкой гирей виснет на ногах,
Он не даст добраться до небес…
Ведь о том предупреждал Аллах!
 

Пути конец

 
Кто знает, где конец пути?
Кто знает, он каков?
Нет, в мире нашем не найти,
Где б не было оков!
 
 
Одни – тяжелые на вес,
Другие – не видны.
Кто создал их, шайтан, иль бес,
Иль дети сатаны?
 
 
Скитался долго много лет —
Все серое окрест, —
Там храм, с ним рядом минарет,
Там золоченый крест.
 
 
И тот, и тот к себе манят…
Склонился пилигрим
И путник придержал коня —
Ведь Бог у всех – один!
 

Посадка дерева

 
Глубокий старик яму киркой долбил,
На лбу пот рукой вытирая.
Прохожий его удивленно спросил:
«Зачем тебе яма большая?»
 
 
«Я думаю, дерево здесь посадить,
Тут вырастет славная груша,
И путник усталый под ней посидит,
А может поспать и покушать»
 
 
«Но ты не отведаешь вкуса плода,
Болезни и смерть за спиною!»
«Что я не дождусь, то в том не беда,
Ведь добрая память со мною,
 
 
Она будет жить, пока древо живет,
Кругом нет ни леса, ни сада,
Быть может, и путник меня помянет,
А большего мне и не надо!»
 

Скука смертная

 
Много лет подряд ждёт она перемен…
Скука смертная челюсти сводит.
Общая постель не решает проблем,
И любовь стороною обходит.
 

Старик и смерть

 
Как-то раз из лесу спозаранку
На спине тащил старик вязанку.
Полпути прошел благополучно,
Хоть нести и было несподручно.
Тучи скрылись, солнце засияло
Жарко стало, как под одеялом.
Ноша стала словно тяжелее,
Солнце жарит, старость не жалеет.
Пот струями по лицу катился,
Бросил хворост, наземь повалился.
Сердце бьется, выпрыгнуть готово,
Отдышался и поднялся снова.
Причитая: «Всемогущий Боже,
Не просил, когда был помоложе.
Смерть пришли, о том тебя прошу,
Жизнью я своей не дорожу
Пусть придет, желанная, сама,
Как невеста, милая жена»
Голова у старца закружилась,
Смерть с косою тут же появилась:
«Бог сказал, что ты меня позвал?»
Ей старик: «Я здорово устал…
Ты прости за то, что беспокою, —
На вязанку показал рукою, —
Рад тому, что вышла мне навстречу…
Помоги взвалить её на плечи!»
 

Старинные друзья

 
Старинные друзья – не разольёшь водой…
Был шахом приглашен один из них в столицу.
Там волею судьбы вельможей стал большой.
Поехал друг туда, чтоб в этом убедиться.
 
 
С огромнейшим трудом добился он приёма.
(Приемный зал отделан кожей, дубом).
Друг прослезился, радуясь за друга,
Тот, словно не узнал, сказал довольно грубо:
 
 
– С каким прошением пришёл? Кто ты, откуда?
Приехавший пожал беспомощно плечами:
– Да вот, заговорила разом наша вся округа,
Что тяжко заболел мой друг, ослаб очами…
 
 
Узнав, что приключилась страшная беда,
Что в ясный день тобой владеет ночь,
Я бросив все дела, к тебе пришел сюда,
Надеялся, хоть чем-нибудь помочь…
 
 
Делили прежде мы с тобою соль и хлеб,
В одной ладье по морю в бурю плыли.
Не узнаёшь меня, бедняга… ты ослеп!
Так значит люди правду говорили!!!
 

Ухожу в пустыню

 
Я от жизни города,
Ставшей мне постылою,
Ухожу без проводов
И брожу пустынею.
 
 
Вечерами звездными,
С тишиной чудесною,
Не ветрами грозными,
А звучащей песнею
 
 
Я общаюсь мыслями,
Прикасаясь к вечности,
Без пороков чистыми,
Детскими, беспечными,
 
 
Возвращаюсь к юности,
Убежав от старости…
Предстоят ли трудности,
Сколько их осталось мне?
 
 
Видится пустыня мне
Девой целомудренной,
И цветущей по весне
Под звездою утренней
 

Шумел базар

 
Шумит, шумит базар восточный,
На нём не только продают,
От душной отдыхают ночи,
Находят здесь бездомные приют.
 
 
И не беда – толкнут и обругают,
Или по шее съездят сгоряча,
Здесь толчея великая такая,
Но здесь не ждёт добыча палача.
 
 
Лепёшки здесь, там – мед, халва,
Здесь – пряности, инжир и дыни,
Живёт разноязычная молва,
Здесь новостями делятся своими.
 
 
Торгуются здесь долго – ритуал,
Расходуя немало ценных слов,
И каждый своей цели достигал
Под ржание коней и трубный рёв
ослов.
 
 
Сегодня ясный летний день,
Не продохнуть. Жара царит с утра,
Короче с каждым часом тень
И лавки на обед уж закрывать пора.
 
 
Доволен нынче водонос Мурад,
Хватает и на плов с изюмом:
Вот так бы десять дней подряд,
Скопилась бы немаленькая сумма.
 
 
Он мог бы возвратить и долг,
И так уже почесывает шею.
Когда подводит ростовщик итог,
Мурад от ужаса потеет и немеет…
 
 
А долг не уменьшается, растёт,
И совести у ростовщика немного.
И время катится, и близится расчёт —
Надежда остаётся лишь на Бога.
 
 
А нет, колодка, и он – раб,
Жизнь водоноса пусть не сладка,
Хоть не доел, но постоянно рад,
Свободой подышать украдкой.
 
 
Есть несколько таньга в кармане —
И будет жирный рис с изюмом,
Судьба сегодня на аркане,
А в будни выглядит угрюмо.
 
 
И ноги потянулись в чайхану,
Но, на плечо рука легла,
Он голову к нахалу повернул,
Готовы были вырваться слова…
 
 
Но, тут же прикусил себе язык,
Взгляд стал слащаво – нежным.
Пред ним седой, как лунь, старик,
В запыленной, поношенной одежде,
 
 
С таким количеством заплат,
Что не понять, когда пошита…
«Святой отец, – сказал Мурад, —
Тобою сделана, наверное, ошибка?
 
 
Готов немного денег дать,
Пусть не поем сегодня плова»…
«Аллах Велик, он подал знак,
Теперь лишь за тобою слово…
 
 
Сейчас мне пища не нужна,
И не нуждаюсь я в обеде
Недавно скромно пообедал,
Приветливость твоя важна,
Я – дервиш, значит – беден,
 
 
Горсть фруктов и вода
От солнца на плечах рубаха,
Пусть где – то бродит и беда,
Я под защитою Аллаха!
 
 
А беды – мелочь, не считал,
Их в жизни слишком много,
Куда шагал, я твёрдо знал,
Свершалось всё по воле Бога.
 
 
Служил ему и истине одной,
Но так она капризна, сложна.
И путь тернистый, не прямой,
При свете заблудиться можно.
 
 
Всё потом постигал, трудом,
Я обошёл миры и страны,
Я видел смерть и бит кнутом,
Всё тело в ссадинах и ранах.
 
 
Закончен мною труд вчера, —
Вот-вот, Аллах меня поманит,
Мне передать его пора,
Он сущностью твоею станет
 
 
Ты понесешь его в себе, —
Богатства, славы не добавит, —
И чаще будешь жить в нужде,
Перед тобой, чего лукавить?
 
 
Продолжишь то, что делал я,
И для тебя наступит время…
Придёт к концу и жизнь твоя,
Успеешь ли посеять семя
 
 
Ты истины? И искушаем злом,
Тебе не будут верить люди,
Что станется с тобой потом,
Быть может, власти и осудят!..
 
 
И кончишь жизнь в тюрьме,
Не исключено всегда и это,
Не ведомо всё это мне,
А потому не дам тебе совета.
 
 
И необъятным будет дом,
Твоею крышей станет небо,
И путь твой будет неведом,
Не знаю, будет ли победа?»
 
 
Неведомый Мурада был удел,
Опережал деяньями молву,
К несчастью, слишком оказался смел,
И умер на колу.
 

Эмир и визирь

 
Живое всё укрылось в тени…
На мягком ложе возлежит эмир,
Размяк от пиршества и лени,
У ног его ему подвластный мир.
 
 
Над головой – движенья опахала,
У ложа, на коленях, одалиска,
Ласкать властителя, наверное, устала
И голова её склонилась низко.
 
 
Эмир взглянул на дерзкую рабыню,
(На живность, недостойную вниманья)
Ногой небрежно тело отодвинул,
Дрожит та, ожидая наказанья.
 
 
Но, нет, иные намеренья у эмира.
И, удалив её движением руки,
Велел позвать верховного визиря.
Слышны того движения легки.
 
 
Пришел визирь, к ногам склонился.
Эмир сказал: – «Устал я от льстецов,
Хочу, чтоб ты немного потрудился,
Составив список всех в стране моей
глупцов».
 
 
«Уже готов тот список, светоч мира,
Но прежде, чем сложу к твоим ногам,
Смиреннейше прошу светлейшего эмира,
Чтоб был тобой платок пощады дан».
 
 
«Считай, он у тебя, слуга мой верный.
Платку пощады назови причину?»
«Мой государь, в том списке первым
Я вынужден поставить ваше имя…
 
 
Напомню, вы купили у купцов, —
(Казна полна ещё, не оскудела), —
Три сотни чистокровных жеребцов…
Однако, не в покупке сущность дела.
 
 
Не зная, кто они, да и пришли откуда,
Еще коней три сотни заказали.
Отвесив золота четыре с лишком пуда.
Вы жеребцов увидите едва ли…
 
 
Не ведал честных я купцов поныне»…
Эмир: «А если мы увидим жеребцов?..»
– Тогда я уберу из списка ваше имя,
Поставив в нём все имена купцов!»
 

Герат

 
Пыльный и шумный Герат
Вновь предстает предо мной.
Я бесконечно был рад
Встретиться снова с тобой!
 
 
Ослика я привязал,
Пусть длинноухий жует,
Путь он сюда указал —
Ужин и сон меня ждет.
 
 
Варится плов в казане,
Мясо в нем, рис и урюк.
Я прикорнул в полусне,
Птицы ночные поют.
 
 
Сколько путей и дорог,
Зла и добра за спиной?
Сколько раздумий, тревог?
Рад, что остался живой!
 
 
Сколько скитался я лет
В поисках доли, ума,
С горсточкой медных монет,
Да, за спиною – сума?
 
 
Не благосклонна судьба, —
Долго в скитаниях был, —
Голод и холод, борьба
Не укротили мой пыл.
 
 
Опыт в объятьях седин,
Мудрость – в пучине веков.,
Вольности не господин,
В мире порядок таков.
 

Мир духов прошлого

 
Мир духов, дервишей благих,
Мир джинов безобразных видов,
И намерений не благих —
Времен Гаруна аль Рашида.
 
 
Сидящих в глиняных горшках,
Иль в медной лампе Алладина —
Томились долгие века,
Все ожидая господина.
 
 
Их заключил сюда мудрец,
Сурой загнавши из Корана.
Печатью наградил творец
Царя – любимца Сулеймана.
 

Милость

 
Возвысит судьба над тобою другого,
Надежды на милость оставив,
Пусть будет она даже пола иного, —
Ты будешь служить ей и славить
 

День разлуки порвал мое сердце

 
День разлуки порвал мое сердце в куски,
И моленья несутся к Аллаху,
И надежды на встречу с любимой пусты —
Солнце счастья зашло, и покрылось все мраком.
 

Стенаньями не доучай

 
Богатство брызжет через край —
Нет благодарности в словах.
А беден стал, и на устах Аллах…
Стенаньями ему не докучай!
 

Что убеждать?

 
Что убеждать погрязшего в грехах,
Расходовать слова свои без меры?
На слух их наложил печать свою Аллах,
На взорах их завеса – не до веры!
 

Пытаясь обмануть…

 
Пытаясь обмануть Аллаха,
Надеясь на прощение его…
Не ждет вас возрождение из праха,
Так, пустота, а дальше – ничего!»
 

Глупцы не ведают…

 
Глупцы не ведают, что глупы,
Хоть ложь и глупость на устах.
И в мире бродят, как живые трупы,
Не слышит зова их Аллах!
 

Удел их – заблуждение

 
Зажгли огонь, и слишком ярок свет,
Всё осветил, а они слепы,
Живут во мраке много лет,
Путь темен, не сулит успеха!
 
 
Им заблуждения – в удел,
К Аллаху им не возвратиться,
Ум их покинул, улетел, —
Шайтан летит к ним быстрой
Птицей.
 

Как с неба туча

 
Как с неба туча грозовая
Рождает у неверных страх,
Глаза и уши закрывают,
Объемлет их страданием Аллах!
 

Подарок Аллаха

 
Аллах и землю нам создал,
И свод небес, как здание,
И воду с неба нам подал,
И дал всем пропитание.
 
 
Он создал горы и сады,
Пруды, озера, реки,
Хлеб. овощи и разные плоды,
Все, что только нужно человеку!
 

Покорность и вера

 
Вера и покорность – вот оплот.
(Все иное вызывает гнев).
Ждете одного – пришел не тот,
И слова его – дурной посев.
 
 
Оцените сами лицемера,
Хоть и сладка ложь в его устах,
Настоящий осквернитель веры —
Отвернет лицо свое Аллах
 

Творя намаз…

 
Ты всякий раз, творя намаз,
Не забывай: кто дал богатство,
Тот может взять его, отнять,
В руках его и рай, и рабство.
 

А что мне ещё надо?..

 
Пустыня спит, и козы спят мои.
Горит костер, и на душе отрада.
И мириады звезд мерцанием своим
Мне мирный сон несут, а что еще мне надо?
 
 
Есть у меня шатер и есть запас воды,
Для чая мята есть и гроздь есть винограда.
Мной на песке оставлены следы,
Знать, я живу, а что еще мне надо?
 
 
Есть старенький ковер. Есть сыновья,
Аллахом посланы они в награду.
Прекрасная, здоровая семья,
И внуки есть уже, а что еще мне надо?
 
 
Черед наступит в мир уйти иной, —
Все близкие со мною рядом,
И Азраил99
  Азраил – ангел смерти.


[Закрыть] укажет путь мне мой,
Я жизнь прожил, а что еще мне надо?
 

Кому какая доля вышла?..

 
Кому какая вышла доля?
А дервишу богатств не надо,
Его ведет Аллаха воля —
От светлой Басры до Багдада.
 
 
Плащ цел, но весь в заплатах,
Дан князю бедности обет.
Нет места в царственных палатах,
Он избегает злачных мест.
 
 
Он редко разомкнет уста,
Не нужно правде много слов.
Душа не тронута, чиста,
Он рок принять всегда готов.
 
 
О пище и воде не молит,
Берет он их, когда дают…
Опять на то Аллаха воля
Скитальцу незнаком уют.
 
 
Обидеть дервиша – позор.
Его минуют плеть и плаха.
Он не наследует укор.
И жизнь его в руках Аллаха!
 

Вес дел твоих

 
Вес дел твоих положат на весы:
Коль тяжелы, – то это признак добрый.
Коль легче пуха, сколько ни неси —
Предстанут пропастью загробной..
 
 
Клянись зарею и ночами,
И четом, нечетом клянись.
Что сгинуло под острыми мечами,
Не возвратиться в жизнь
 

Идущему ночью

 
Идущий ночью, берегись,
И если есть души-хранитель,
Аллаху прежде помолись,
Ведь только он ее спаситель!
 

Куда ты мчишься?

 
Куда ты мчишься, человек,
Коня безжалостно стегая?
Ты укроти стремлений бег,
Бездумьем не достигнешь рая!
 

Зло под солнцем тает

 
Утром ясны, светлы небеса,
И под солнцем зло ночное тает.
Птичьи раздаются голоса,
Все живое бегает, летает!
 

У каждого вера своя

 
У каждого вера своя, —
Кто в Буда, а кто-то в Аллаха, —
Но только скажу, не тая,
Что держится вера на страхе!
 

Страстями одержим

 
Страстями одержим, молитву погубил-
От наказания не убежать, не скрыться.
Бежать куда? А хватит тебе сил?
Возможностям Аллаха нет границы!
 

Сад вечности

 
В сад вечности, что Бог нам обещал,
(Господь твой ничего не забывает)
Путь грешнику закрыт, он духом обнищал,
Он в сетях у иблиса пребывает.
 

Когда ослепнет взгляд

 
Когда ослепнет взгляд, луну закроет тень,
И солнце, и луна в единое сольются.
Для всех людей наступит судный день, —
Аллаха милости не на тебя прольются.
 

В пустыне

 
Не нужен городской уют,
Душа живет в уединенье….
Жует колючки мой верблюд,
И медленно текут мгновенья.
 
 
Здесь двое нас: пустыня, я,
Мелькнет живое – редко.
Пустыня – родина моя,
По ней бродили предки!
 
 
Недаром прежде мудрецы
От шума шли в пустыню.
Здесь наши деды и отцы
Аллаха прославляли имя.
 
 
Не нужен здесь и минарет,
Услышит Бог моленья.
Меж мной и им помехи нет.
И длительны мгновенья.
 
 
Не тащится сюда молва,
Ей не хватает пищи,
Здесь только истины слова,
Душа их пусть поищет!
 

Думы халифа

 
В раздумье тягостном находится халиф.
Что тяготит защитника ислама?
То был ли сон, или прозренья миг?
В какой суре записано Корана?
 
 
Он видел поклонение огню…
Грозит ли это бедами Багдаду?
Иль, может быть, любимому коню,
Иль тем, кого с собою видит рядом?
 
 
Забыты им видения конца,
Вздох поднял грудь Гаруна аль Рашида:
«Оставим это нашим мудрецам,
Забот своих им не покажем вида!
 
 
Их много, пусть толкуют сны,
СознанЬю мудрецов не тяжела работа,
Аллаху мысли все подчинены…
Я обречен нести свои заботы!
 

Нет воды для омовения…

 
Нет воды у меня – не беда, —
Есть песок золотой, вдаль, без края…
Омовение им совершаю тогда,
И к Аллаху мольба улетает!
 

Свет истины

 
Во тьме неверие приют себе нашло,
Она – источник зла и страха.
Чтоб людям различать добро и зло, —
Свет мудрости подарен был Аллахом!
 

Конец пути

 
Кто знает, где конец пути?
Кто знает, он каков?
Нет, в мире нашем не найти,
Где б не было оков!
 
 
Одни – тяжелые на вес,
Другие – не видны.
Кто создал их, шайтан, иль бес,
Иль дети сатаны?
 
 
Скитался долго много лет —
Все серое окрест, —
Там храм, с ним рядом минарет,
Там золоченый крест.
 
 
И тот, и тот к себе манят…
Склонился пилигрим
И путник придержал коня —
А Бог у них – один!
 

Урок бездумному

 
Урок безумному не впрок,
Всему намеченному – срок,
И от судьбы не скроешься.
И от скупца. До вертопраха.
На суд прибудете аллаха, —
Там сокровенное откроется.
 

Отдай всё…

 
Отдай все должное ему,
Аллаху все давно известно,
Ему известно одному,
Где ждет тебя твоя невеста?
 
 
Доволен будешь ты женой.
Достаток будет в твоем доме.
Или пойдешь бродить с сумой,
Нуждою по земле ведомый!
 

В окруженье лицемеров

 
Ты в окруженье лицемеров,
От бед владыкою храним.
Не ослабляй в Аллаха веры,
Он в мире властвует один!
 

Терзается душа

 
Терзается душа плененного любовью,
Лик милой обращен не на него.
Коварная не чует его боли
Он – только тень, и больше ничего
 

Сладкий вкус страсти

 
Вкус сладкий у страсти, но муки таят;
Дни, ночи проходят в томленье.
Я не знаю на свете иного огня,
Готового вспыхнуть в мгновенье.
 

Мягче воска душа

 
Душа мягче воска того, кто влюблен,
Он чарами женщины связан.
От ревности стал, словно желтый лимон,
Окраскою сердцу обязан.
 

В разлуке

 
Отдаление и разлуки.
Так трудно юному снести,
И день, и ночь терзают муки,
И розе счастья не цвести
 

Клятва служит щитом

 
Клятва служит щитом, пусть слова ее ложны.
Только память родивших тебя не тревожь.
Ты не знаешь, какою ценою, возможно,
Ты оплатишь когда-то прозвучавшую ложь
 

Не клянись именем Аллаха

 
Хоть землей не клянись, не клянись и водою,
Имя Бога твои не промолвят уста!
И детьми не клянись, не клянись и судьбою,
Будет совесть твоя перед Богом чиста!
 
 
Богу ведомо все, что считал своей тайно;
И забытых тобой ложной клятвы слова,
В том числе учтены, что сорвались случайно-
Не придала значенья им твоя голова.
 

Жестокость

 
Мир человеческий жесток,
Жестокости везде различна мера.
Но все ж прославился восток,
Хоть нет особенности веры.
 
 
У падишаха и эмира
Наследников не сосчитать…
Кто будет править в этом мире?
Готовит каждый к бою рать!
 
 
Вражда, и кровь течет рекой,
Мир мусульман в великом горе.
Тяжба и склоки день-деньской
И топят юношей в Босфоре!
 

Не нашёл в сурах Корана

 
Любовь приходит и уходит,
Как шаловливая волна,
Кого-то в сторону уводит,
Кому-то вовсе не видна…
 
 
Я в сурах не нашел Корана…
Любовь то сладка, то терпка,
Что только тронь, открылась рана —
Любовь так нежна и хрупка.
 
 
Бог предоставил право людям —
Самим искать, самим страдать.
Когда друг друга крепко любят,
Готовы жизнь свою отдать!
 

Мой сон бежит

 
Мой сон бежит, летя от глаз моих,
Все кажется мне серым и унылым.
Я сердце положить готов у ног твоих,
Чтоб рядом быть с созиданьем милым.
 
 
Блаженство видеть локоны твои,
Мечтаю заключить твой стан в объятья.,
Чтобы коснулись губы грешные мои.
Того, что прячет под собою платье.
 

Восток в движение пришёл

 
В движение пришел восток:
Как варево в котле клокочет.
Людской рождается поток
И двинутся куда-то хочет.
 
 
Людскую массу кормит степь, —
Весна повсюду: зелень, травы,
В шатрах не может усидеть,
Народ кипучий, своенравный.
 
 
Скрипят повозки по степи,
Змеею тянется орда.
Аллах велит туда идти,
Где травы есть, и есть вода.
 

Любовь жестока

 
Достаточно борьбы с превратностями рока,
Что сила, данная Аллахом мне?
Я испытал любовь – она ко мне жестока,
Не ускакать на быстром скакуне!
 

Мне не забыть

 
Мне не забыть любимой взора,
Все прелести ее, как наяву.
Не брошен ею я, не ведаю позора,
Я встречи ожиданием живу!
 

Украинские мотивы

Националистическому угару предостережение

 
Слыхали мы не раз,
(О том пойдет рассказ)
Что, если вдруг разгневаются боги,
Могучий и большой,
И с крепкою душой
Становится безумным и убогим.
 
 
Не хватит сил,
Хоть лезь из жил,
не избежать душевных мук, страданий…
И лучшим будет тот.
Кто станет вдруг «никто»,
Лишившись памяти, воспоминаний.
 
 
Возможно, повезло?…
Врагам своим назло,
Унес с собой секрет в могилу,
Врагам поведать мог…
Но рассудил так Бог,
Чтоб жалким стал умом и хилым.
 
 
Приходит иногда
И страшная беда —
В истории возможно затеряться,
За считанные дни
Предания одни
Останутся, Исчезнет память нации.
 
 
Откуда, что?
Наказаны за что?
Осколки памяти, в сплошных потемках,
Найдут ли нить,
Чтоб все соединить,
И сшить историю свою потомки.
 
 
Но есть давно
Условие одно:
От правды ни на шаг не отклоняться.
Иначе изначально,
Как это ни печально,
Рассудок свой утратит нация!
 

Убежать бы от них?

 
Можно имя сменить, но не суть,
Что становится жизни основой.
И грехи те, что люди несут,
Появляются снова и снова.
 
 
Убежать бы от них… Но куда?.
Нет просвета, кругом все так хмуро…
Ведь грехи – это наша беда,
Стали нашей привычной натурой!
Хоть бушуют в душе еще страсти.
За стеной остались реки пролитых слез…
Но былого вернуть не во власти…
Там любовь осталась, радость плотских утех,
И печали разлук, и сомненья….
За стеной остались поцелуи и смех.
Впереди лишь одни сожаленья.