Читать книгу "Уголки памяти"

Несколько минут спустя, подъехала довольно бодрая «Мазда» и, видимо, один из портье вручил мне ключи от машины.

– Приятного путешествия, – произнёс он при этом.

– Спасибо, – ответила я, пребывая в волнительном предвкушении.

Я не стала никого из ребят уговаривать поехать со мной. После ночного разговора это было бесполезно. Сама же я времени терять не собиралась. Решила, что сгоняю быстренько туда и обратно, и дело сделано. Оставила Соньке записку, посмотрела по карте, что путь не такой уж и долгий и, если выдвинуться пораньше, то за день успею всё решить и вернуться к вечеру. Усевшись в машину, я включила навигатор, выбрала маршрут покороче и поехала в сторону Истаравшана.

То, что путь я выбрала не совсем удачный, я поняла не сразу. Пока ехала по городу, моя голова в прямом смысле вертелась из стороны в сторону. Величественные строения, больше походившие на настоящие дворцы, и парки, утопающие в зелени и цветах, усыпанные ровными дорожками из плитки, со множеством скамеек, фонтанчиков и памятников – сменяли друг друга на каждом шагу. Не смотря на ранний час, людей на улицах было довольно много. Одеты все по-разному: кто в деловом стиле, кто по-простому, в шорты с футболкой, а женщины преимущественно в свои национальные наряды – разноцветные шаровары с туникой и пёстрые платки. У меня возникло ощущение, что я попала в сказку из «Тысячи и одной ночи.»

Я выехала за пределы города. Какое-то время эйфория ещё присутствовала, но, чем дальше в лес, как говорится…

Стрелка навигатора завела меня в горы. Можно сказать, ехала я по дороге внутри гор. Их вершины были настолько близко, что хотелось выйти и просто постоять, вглядываясь в эти гигантские скалы. И для себя я решила, что на обратном пути обязательно это сделаю. Сначала дело, а потом гуляй смело.

Первым тревожным звоночком стало отсутствие связи. Глубоко в горах контакт с цивилизацией обрывался. Унывать я не спешила. Всё же дорога одна, куда-нибудь да приеду. Но постепенно она изменилась. Невольно мне вспомнился ролик из интернета о таджикской дороге смерти, и именно сейчас меня не оставляло предчувствие, что двигаюсь я как раз по ней. С одной стороны дорога прилегала к огромной скалистой горе, а с другой заканчивалась крутым обрывом. Если рука водителя дрогнет хоть на мгновение, то последствия будут очень печальными. Я призвала на помощь всё своё самообладание и направила мысли в позитивное русло.

Через какое-то время внизу обрыва появилась река. Что там говорить, вид был захватывающий: чистое голубое небо, пустынные дикие горы, быстрая река с каменистыми порогами. Насколько дорога была опасной, настолько же она была и прекрасной. Едва я об этом подумала, как за очередным поворотом меня ждал неприятный сюрприз, и лишь каким-то чудом я успела затормозить перед огромной кучей булыжников. Обвал. Дальше дороги нет. Да и назад её тоже нет, потому как развернуться на узкой дороге у самого обрыва рискнёт только самый отчаянный. Отчаялась ли я настолько, чтобы рискнуть жизнью? Ну уж нет. Даже в сложившейся ситуации для меня это было слишком.

Я вышла из машины. Из того, что я успела запомнить, до ближайшего посёлка оставалось совсем чуть-чуть. Придётся идти пешком, другого выхода я не видела. Я достала рюкзак, нацепила кепку и стала перебираться на другую сторону завала, осторожно ступая по булыжникам. Заработав несколько ссадин и сто раз пожалев, что надела шорты, я всё же через него перелезла и огляделась. Как ни странно, дальше дорога уходила немного в сторону от обрыва, а за следующим поворотом и вовсе изменился рельеф гор. Они стали намного ниже, появилось довольно много растительности. Я ушла от дороги и по выступам стала взбираться на одну из них, чтобы осмотреть окрестности. Не без труда я поднялась на вершину и присела, чтобы отдышаться. Сделав пару глубоких вдохов, я поняла – воздух вокруг чистейший, даже голова пошла кругом. Воздух, который реально хочется съесть. В нём отчётливо перемешались ароматы цветов, земли, солнца и тепла. Я встала и раскинула руки в разные стороны.

– Какая красота! – в полном восторге пропела я. – Сюда бы ещё скатерть-самобранку!

Без сомнения дорога давала огромный крюк, а, если напрямик, то до посёлка рукой подать. Из головы никак не выходила фраза: «умный в гору не пойдёт…» Я же настойчиво пыталась её прогнать, упрямо повторяя:

– Допустим, я не умная, зато находчивая и отважная.

Дорога оказалась в несколько раз труднее, чем я предполагала. Бесконечные спуски и подъёмы, множество склонов и оврагов, а в некоторых местах приходилось буквально продираться через дебри. Тропинки, как таковой, не было, и я старалась выбирать наиболее проходимые участки и теперь не на шутку опасалась, что сбилась с пути. Взобравшись на очередной пригорок, я присела на огромный камень и принялась разглядывать свои исцарапанные ноги, которые горели огнём. Руки тоже выглядели не лучше.

Оглядевшись по сторонам, я поняла, что густорастущие деревья закрывают мне обзор. Ландшафт менялся здесь так неожиданно, будто кто-то невидимый перелистывал страницы энциклопедии про рельеф земной поверхности. К тому же я слышала шум воды и не ошиблась. В нескольких метрах от места, где я сидела, внизу бурлящим потоком проносилась река. Я остановилась на обрывистом берегу и вглядывалась вдаль. Почему-то я была уверена, что где-то там непременно должен быть водопад.

Вдруг я почувствовала, как моя нога непроизвольно заскользила вниз. Сообразить, что к чему, я не успела, в следующую же секунду я и сама съезжала по камешкам прямиком в пропасть. Я и пикнуть не успела, как оказалась висеть на краю обрыва, успев ухватиться за ветку, которая абсолютно не внушала доверия. Я покорно смирилась с неизбежным и приготовилась задержать дыхание в нужный момент, как вдруг кто-то неожиданно схватил меня за руку и потащил наверх. Выбравшись на поверхность, я рухнула на землю. Сердце колотилось с невероятной силой, его удары отдавались болью в висках.

– Кораблёва, – услышала я знакомый голос, – ты меня пугаешь. И почему я всегда нахожу тебя в самых неожиданных местах?

– И тебе привет, – выдохнула я, поднимаясь тяжело дыша. – Сам-то что в этих самых местах делаешь, Авдеев?

– Да вот надеялся тебя увидеть, как видишь, интуиция меня не подвела.

– Да ты прям везунчик! Надо же, как фортануло!

– Тебя что с парашютом сюда сбросили?

– Как ты догадался?!

– Только не говори, что мне надо и его из пропасти выуживать.

– Забей, у меня их много, – отшутилась я. – Подумаешь, одним больше, одним меньше.

– Прости, запамятовал, ты ж у нас принцесса золотой империи.

– Не ёрничай, Авдеев. Тебе лучше других известно, что я далеко не принцесса.

– Откуда ж мне знать? Разве мы близки?

Я не выдержала.

– По-прежнему собираешься делать вид, что кроме двух разговоров в школе нас больше ничего не связывает?

– Трёх, – спокойно поправил он.

– Офигеть! Оказывается, с памятью у тебя всё в порядке, ну надо же! А я волновалась, выходит зря. Ой, подожди, или у тебя частичная потеря?

– А ты значит явилась сюда, чтобы справиться о моём здоровье? – усмехнулся он.

– Одно другому не мешает, – буркнула я.

Авдеев измерил меня взглядом с ног до головы.

– Вижу путь сюда был тернистым. И ради чего такие жертвы?

Под его взглядом мне было неуютно. Я ясно представляла какую картину он наблюдал: вся в пыли, грязная, исцарапанная и, наверняка, лохматая. Сам же Авдеев за это время возмужал. Ровный бронзовый загар придавал его облику определённый шарм. Одет он был в тёмно-зелёные джоггеры и чёрную футболку, которая красиво подчёркивала идеальные мышцы. А его чёрные ясные глаза пронизывали меня насквозь.

– Я к тебе приехала, – выпалила я сходу.

Раз уж мне посчастливилось встретить Авдеева так быстро, тянуть время было неразумно. Возможно, получится вернуться назад сегодня вечером, как и планировала.

– Чем обязан такой чести? – его брови взлетели вверх.

– Мне нужен камень, который я отдала тебе там на горе, помнишь? Во время школьного похода.

Он прищурился.

– Неужели камешек стоит целое состояние?

– Так, по-твоему, я нуждаюсь в этом состоянии? – брякнула я, не подумав.

Он ухмыльнулся.

– Если судить по твоему виду, то очень.

Авдеев замолчал и как будто прислушался.

– Нам нужно уходить отсюда, – сказал он уже более серьёзно. – Идти сможешь?

– Куда идти-то?

– Давай за мной и, если можно, поторопись.

– Можно подумать, у меня есть выбор, – обречённо вздохнула я.

– Давай сюда свой рюкзак.

Не дожидаясь, он стащил с меня рюкзак и закинул себе на плечо.

Вслед за Авдеевым я шагала, продираясь сквозь густые заросли и в глубине души надеялась, что он знает, куда идёт. Мы шли молча довольно долго. Остановившись на крохотной полянке, он обернулся ко мне и сказал:

– Подожди здесь, мне нужно осмотреться.

– Мы заблудились?

– Нет, это обычная предосторожность. И я тебя умоляю, не двигайся с места.

– Да поняла я, не глухая.

Он улыбнулся, показав свои прелестные ямочки, и скрылся в густой листве. По моим подсчётам, было около полудня. Я так проголодалась, что готова была съесть что угодно. Всего в нескольких метрах я заметила высокую раскидистую яблоню. Конечно, я тут же направилась к ней. Аппетитные наливные яблочки висели на самом верху. Дерево было огромное, утопающее в зелени. Недолго думая, я подошла вплотную и, хватаясь за сучки и ветки, полезла к заветным плодам. Взобравшись достаточно высоко, чтобы до них дотянуться, я замерла. Как водится, опасность я заметила не сразу, а точнее, в самый последний момент. Пчёлы. Так же, как и меня, их привлёк яблочно-медовый аромат. Стараясь не делать резких движений, я крепче вцепилась в ветку, чувствуя, как колени подкашиваются от страха.

– Кораблёва, я же просил… – донёсся снизу приглушённый голос Авдеева. – Ты куда делась?

– Я здесь, – откликнулась я вполголоса.

– А «здесь» это где?

– Наверху.

Он подошёл ближе к яблоне.

– Я даже боюсь спрашивать…

– Тут пчёлы, – мой голос дрожал.

– Так ты поздороваться с ними полезла?

Затем, словно Тарзан, он ловко вскарабкался по веткам, обхватил меня одной рукой, другой же закрыл мне рот и прошептал:

– А теперь ни звука. Кивни, если поняла, – попросил он.

Я кивнула. Авдеев медленно убрал ладонь от моего лица и приложил палец к губам. Я таращилась на него во все глаза, молча гадая, отчего так крыша могла поехать. Может травка какая действует подобным образом? Но тут я услышала голоса, и с каждой секундой они становились всё громче. Говоривших было двое, и вскоре они вышли к полянке.

– Куда она могла деться? – раздражённо спросил один.

Я испуганно посмотрела на Авдеева, он лишь крепче прижал меня к себе.

– Чертовщина какая-то, – в тон отвечал другой. – Я вообще считаю, что о подобных вещах нас обязаны предупреждать. Она ж неадекватная! В жизни бы не подумал, что избалованная дамочка полезет через обвал и одна попрётся в горы.

Я еле сдерживалась. Авдеев всем своим видом приказывал мне молчать.

– Это, между прочим, отягчающие обстоятельства. Можно в два раза больше бабла срубить, – продолжал верзила.

– Главное, чтобы она не добралась до места, – басил первый. – Остальное обсудим, когда с нами свяжутся.

– Легко сказать. Тебе раньше доводилось людей в джунглях искать? Мне нет.

– Хорош ныть и без того тошно, – они медленно удалялись от нас. – Упустим её и этих денег не получим.

Какое-то время мы так и стояли молча. Авдеев продолжал прижимать меня к себе, а я интуитивно вцепилась в него обеими руками. Нас окутывал дурманящий яблочный аромат. То ли от страха, то ли ещё от чего-то, моё дыхание стало сбивчивым и тяжёлым, не хватало воздуха, и я старалась дышать глубже.

– Только не говори, что тебя пчела укусила.

– Я не знаю, – прошептала я и подняла на него перепуганные глаза.

– У тебя таблетки какие-нибудь есть?

Я покачала головой, Авдеев нахмурился.

– Кораблёва, ты – нечто! Давай спускаться, внизу разберёмся, – он отодвинулся от меня и, перехватываясь руками за ветки, начал двигаться вниз. – Давай же, я тебе помогу.

– Яблоки, – произнесла я, не двигаясь с места.

Он вопросительно поднял одну бровь.

– Я голодная. Яблочко-то хоть можно сорвать?

– Спускайся, горе луковое. Нарву я тебе яблок.

ГЛАВА 6

Следуя за Авдеевым, я жевала яблоко и размышляла о случившемся.

– Нет, ты представляешь, они назвали меня избалованной дамочкой! – высказала я наконец не дававшую мне покоя мысль.

Авдеев резко остановился.

– Это всё, что тебя волнует? – он безусловно злился.

– А что?

– Может ты всё-таки расскажешь, что происходит?

– Я уже всё рассказала.

Я действительно не понимала, что ещё он хотел от меня услышать, поэтому решила сама перейти в наступление.

– А сам-то! Откуда ты узнал про них? А меня как нашёл, а?

– Это было не сложно, – даже глазом не моргнув, ответил Авдеев. – Я знал, что ты приедешь, мне бабушка звонила. Вычислить твой рейс и гостиницу не составило особого труда. Конечно же, всё самое лучшее.

Я фыркнула.

– А вот то, что ты нарисуешься на её пороге в шесть утра, было полнейшей неожиданностью.

– Так ты за мной следил? – возмутилась я.

– Наблюдал.

– Ну знаешь, Авдеев?! У меня просто слов нет, – продолжала я негодовать. – Что нельзя было ко мне сразу подойти и не доводить ситуацию до абсурда?! – я повела рукой вокруг себя.

– Можно было, – рявкнул он. – Но, как только я заметил этих прелюбопытных верзил, решил понять, что к чему. И к тому же, откуда я мог знать, что тебя понесёт в эти дебри? Могла бы хоть ради приличия поблагодарить, что успел вовремя.

– Хочешь сказать, что они ехали за мной от самой гостиницы? Но я никого не видела, в горах вообще дорога пустая была… – задумчиво бормотала я.

– Они обогнали тебя сразу за городом на мотоцикле. Надо отдать им должное, для гор самый подходящий транспорт и дорога эта единственная. Они знали, что ты никуда не денешься. Бьюсь об заклад, обвал – их рук дело, – и добавил, слегка улыбнувшись. – Ты их просто шокировала своей выходкой. Рыщут теперь везде, бедолаги, пытаясь тебя отыскать.

– Но зачем?

– Хороший вопрос. Мысли есть?

– А тебя я почему не заметила?

– Боже, Кораблёва, ну почему ты постоянно думаешь о чём угодно, кроме главного? – вздохнул Авдеев.

– И всё-таки.

– Мы ехали на расстоянии от тебя и остановились сразу за твоей машиной.

– Кто это «мы»?

– Я и мой друг.

– И где же твой друг сейчас?

– Остался завал разбирать. А, по-твоему, кто этим занимается?

– Да ладно! – с удивлённым восхищением воскликнула я. – Неужели твой друг все обвалы разгребает?

– Что мне всегда в тебе нравилось, Кораблёва, так это твой острый язык.

– И как давно он тебе нравится? – ухватилась я за очередную возможность вывести его на чистую воду.

– Так сильно хочешь это знать?

– Даже не представляешь.

– Тогда баш на баш, – не растерялся он. – Зачем тебе понадобились те камни? Ты ж ради них вон даже горные вершины готова покорять в одиночку.

– Если ты по-прежнему думаешь, что они представляют огромную ценность, то я тебя разочарую. Эти камешки и гроша ломаного не стоят. Хочешь выбросим их вместе прямо в пропасть?

– Ого. В моей голове всё ещё больше запуталось, но от этого ещё интереснее. Пожалуй, дождусь подробностей.

– Вот же чёрт! – вырвалось у меня. – Скажи хоть, они у тебя или где?

– Я же тебя предупреждал, Кораблёва, не чертыхайся. Тебя жизнь вообще ничему не учит? Смотри, ты снова в полной заднице, – он развёл руками.

– Да иди ты… к чёрту, Авдеев!

– Мы совсем забыли об осторожности, не стоило так орать, – он вглядывался в заросли позади меня.

– Думаешь, они нас услышали?

– Уверен.

– Что будем делать?

Я тоже осмотрелась. Деревьев, которые могли бы укрыть нас от преследователей, поблизости не было. С другой стороны снова был обрыв, внизу шумела река.

– Держись за меня и вдохни побольше воздуха, – сказал Авдеев.

Сначала я не поняла, что он имел в виду, пока Авдеев не притянул меня к себе и не подвёл к обрыву.

– Ты же это не серьёзно? – простонала я.

– Есть другие предложения?

Я растерялась.

– Раз нет, тогда погнали!

Он оттолкнулся от края, и мы полетели вниз. Я опомниться не успела, как нас поглотила река. И я не то, что не успела набрать воздуха, я глаза даже не смогла закрыть вовремя и теперь жалела, что не могу сию же секунду высказать Авдееву всё, что о нём думаю. Всё, что смогла, так это изо всех сил двинуть его кулаком в грудь, выразив тем самым своё недовольство. Он лишь крепче обхватил меня за талию и потянул, как я думала, ближе к берегу, вернее к скале. Я не имела ничего против и всё же предпочла бы подняться на поверхность. Мне катастрофически хотелось дышать. Видимо, по моим судорожным движениям Авдеев это понял и, не раздумывая, прижался ко мне губами. Я упёрлась в него руками, пытаясь оттолкнуть, но, получив жизненно-необходимую мне в этот момент порцию воздуха, угомонилась. Мы поплыли дальше и через несколько секунд вынырнули у подножия обрыва. Место оказалось очень удачным. Мы находились под нависающей скалой, которая тщательно скрывала нас от посторонних глаз. Я тяжело дышала и была уверена, что из моих глаз просто искры летели.

– Выскажешься потом, – шепнул Авдеев. – Обещаю, предоставить тебе такую возможность.

Только теперь я поняла, почему он не стал тратить время на уговоры. Мой «хвост» оказался гораздо ближе, чем я думала.

– Не в реку же она сиганула?!

Они стояли у самого обрыва прямо над нами.

– Если так, то я умываю руки. Она точно ненормальная.

От возмущения я просто задохнулась, Авдеев улыбался, даже не пытаясь скрыть своего ликования. Я снова его пнула.

– Она уже не одна, – послышался голос второго. – Я определённо слышал голоса, это очень настораживает.

– Нужно связаться с заказчиком, поехали отсюда.

– И что ты собираешься ему сказать? Что мы её упустили, как два лоха? Попросишь у него совета, как быть дальше? Лично я не собираюсь терять своё лицо и портить репутацию из-за какой-то чокнутой мажорки.

– А ты предлагаешь тут до ночи шариться?

– По-любому она направляется к посёлку, больше некуда. Поехали, будем там караулить.

Голоса стихли. Несмотря на невыносимую жару, вода в реке была ледяной, и я дрожала от холода.

– Плыви за мной. Сможешь? – заботливо уточнил Авдеев.

– Если не под водой, то смогу.

– Потерпи, осталось немного.

Я не стала уточнять, до чего именно, не хотелось тратить остатки сил на разговоры. Для Авдеева понятие «недалеко» было относительным, мне казалось, плыли мы целую вечность и, как оказалось, приближались к водопаду. Здесь берега были более пологими, и мы выбрались на один из них. Я из последних сил доползла до огромного камня и, тяжело дыша, уселась на него. Мне никак не удавалось унять дрожь во всём теле.

– Рит, ты как? – Авдеев присел передо мной.

– Не могу говорить, пока мои зубы отбивают чечётку, – выдавила я.

– Нужно снять и высушить одежду.

Меня не смущало, что придётся раздеться перед Авдеевым, главное обсохнуть и согреться. Больше пугало, что вернутся те двое, а улепётывать от них в одном белье – перспектива не из приятных.

– А если «эти» снова нагрянут? – стучала я зубами. – Давай лучше оставим так, на солнце быстро всё высохнет.

Я провела ладонями по волосам, от воды они снова сбились в пружинки. Я стащила резинку и распушила их, подставив солнцу. Кепка, конечно же, была безвозвратно утеряна.

– Я же не говорю прям здесь раздеваться, – Авдеев смотрел на меня снизу вверх, как-то уж очень пристально.

– А где? – спросила я, выдерживая его взгляд.

Ситуация была странная, я почувствовала лёгкое волнение.

– Идём.

Он встал и, подхватив мой мокрый рюкзак, направился к водопаду. Мы подошли к нему вплотную и остановились.

– Нужно шагнуть туда, – обратился ко мне Авдеев и махнул в сторону ниспадающего потока.

– Мы же вроде обсохнуть собирались, – осторожно уточнила я. – Хочешь перед этим хорошенько помыться?

– Там за ним пещера и, можешь мне поверить, довольно уютная, – на его щеках вновь появились ямочки.

– Ну допустим, а выйдем мы оттуда снова мокрыми? В чём смысл?

– Из пещеры мы выйдем сухими и отдохнувшими, обещаю.

– Как такое возможно? – настроена я была скептически.

– Если хочешь узнать, то шагай за мной.

В одно мгновение Авдеев скрылся за водяной стеной. Опять оказаться в гордом одиночестве посреди дикой природы я не хотела. Но в этот раз я сделала всё по уму: набрала в лёгкие побольше воздуха, зажмурила глаза и ринулась вперёд. Вот так на полной скорости я и влетела в Авдеева, чуть не сбив его с ног. Он меня поймал и сделал пару шагов назад, пытаясь удержать равновесие. Отпускать меня он не торопился.

– Отомри, Авдеев, – сказала я. – Я вся мокрая и очень замёрзла, а ты вроде обещал уют и тепло, или это они и есть?

– Ты сильно губы-то не раскатывай, – усмехнулся он.

Затем отошёл от меня и принялся подниматься наверх по небольшим выступам из камней, которые походили на ступени.

– Проходи, не стесняйся. Правда боюсь, ты привыкла совсем к другому.

Я полезла за ним следом, и мы оказались посреди небольшой пещеры. Говоря об уюте, Авдеев немного преувеличивал, если вообще это слово может быть применимо к пещерам. Света сюда попадало мало, к тому же было довольно прохладно. Ко мне подошёл Авдеев и протянул плед, неизвестно откуда здесь взявшийся.

– Вот возьми и снимай одежду, я отвернусь.

– Да брось, Авдеев, я не из робкого десятка, – говорила я и при этом стягивала с себя насквозь мокрые шорты и футболку. – К тому же уверена, что, как женщина, я тебя не привлекаю, так что сантименты ни к чему.

Я всучила ему вещи, взяла плед и закуталась в него, тут же ощутив долгожданное тепло. Выражения глаз Авдеева я не видела, он стоял спиной к свету и ничего мне не ответил. Он лишь отошёл в сторону и включил лампу, закреплённую на стене.

– Можешь присесть туда, – он указал куда-то позади меня.

Обернувшись, я увидела топчан, накрытый пушистым ковром с причудливым восточным узором.

– Ух ты! А вот это уже похоже на уют, – я умостилась на него, подобрав под себя ноги и полностью закуталась в плед. – Может и кофеёк найдётся?

– Вот это тебя повело, Кораблёва, – усмехнулся Авдеев и принялся стаскивать с себя футболку. – Ты же не против? Я ж тебе, как мужчина, тоже не интересен?

– Совершенно верно, – не сомневаясь, ответила я.

Сама же помимо воли залипла на его голом торсе. Следом он снял джоггеры и развесил нашу одежду на какой-то сомнительной конструкции из веток.

– Она так не высохнет, – заметила я.

– Высохнет, проверено неоднократно.

Он уже подошёл к небольшому углублению у стены, в котором видимо лежали дровишки, и стал разводить костёр.

– Что это за место? – спросила я.

– Место, где я люблю побыть один.

– Такое же, как там у моря?

Он не ответил и долго молчал. Когда же показались первые языки пламени, он обернулся ко мне.

– Рит, зачем ты приехала?

Судя по всему, моё появление его раздражало. Я решила больше не ходить вокруг да около и сказать всё, как есть.

– Эти камни оказались парными, они связали наши судьбы, – тихо произнесла я.

Он снова молчал. Я смотрела в его глаза и ждала, что там появится насмешка, и я в очередной раз услышу, что слетела с катушек, но Авдеев меня удивил.

– Так не хочешь со мной связываться? – серьёзно спросил он.

– Можно подумать, ты хочешь, – с моей стороны получилось не очень любезно. – По сути я тебе одолжение делаю.

– Почему ты одна поехала?

– Все хотели отдохнуть после перелёта.

– Я тебе поражаюсь, Кораблёва. Задумайся, хоть на мгновение, что могло случиться, если бы меня не оказалось рядом?

– Не хочу думать, – буркнула я. – Всё же хорошо в итоге.

– Так, по-твоему, это хорошо?

– Ну, а что? Я же тебя найти хотела и нашла. Так что, всё прекрасно.

– Тебе виднее.

Неожиданно Авдеев подошёл к лампе и погасил свет. Быстрыми движениями он схватил свою футболку, намочил в водопаде и, расправив, накрыл ею костёр.

– Ты чего?

– Сиди тихо.

Осторожно он стал спускаться к тому месту, где мы переступали водопад. Я наблюдала за ним, он прислушивался. Когда через пару минут он вернулся, то сказал:

– Это снова они.

– Разве можно что-то расслышать за водопадом? – тихо спросила я.– У тебя что слух, как у летучей мыши?

– Ну вот опять, – вздохнул Авдеев. – О чём ты думаешь?

– Думаешь они нас здесь найдут? – начала я переживать, чтобы оправдать его ожидания.

– Уверен, что нет.

– Фух, прям от сердца отлегло, – я вздохнула с облегчением.

– Актриса из тебя бездарная.

– Тебе не угодишь. Бери лучше покрывало и иди садись рядом.

– Знаешь, у меня тут не гостиница, всё рассчитано на одного, – усмехнулся он.

– Ладно, я поделюсь, я не жадная. Иди не стесняйся.

– После прошлого широкого жеста тебе пришлось мчаться за тысячи километров, чтобы вернуть свой подарок. Не боишься, что покрывалко свяжет нас навеки? – его голос был полон иронии.

– Очень смешно. Всё-таки не смог обойтись без подколов, да?

– Сдержаться было выше моих сил.

– Я так и поняла. А, если серьёзно, то, во-первых, мы так быстрее согреемся, а во-вторых, мне страшно. Иди уже, обещаю не приставать.

– С трудом верится, – по голосу было понятно, что он улыбается.

Авдеев подошёл ко мне, я развернула плед и расправила один край.

– Нужен ты мне больно, расслабься уже.

Он лёг на топчан и потянул свободный край на себя.

– Я о том, что тебе страшно, а ты о чём, озабоченная?

– А чего улёгся тогда, раз такой целомудренный? – я потянула плед обратно на себя.

– Так удобней, – ответил он спокойно. – Ложись рядом, обещаю, приставать не буду.

Я колебалась, ситуация была двусмысленная, но холод взял своё, и я забралась под покрывало и притулилась к Авдееву. От него исходило приятное тепло.

– Почему вода в реке такая ледяная? Жара ведь.

– Водопад берёт своё начало высоко в горах, поэтому.

– Почему они вернулись, как думаешь? Они же собирались нас у посёлка караулить.

Авдеев тихонько рассмеялся, а я не могла понять, что смешного в моём вопросе.

– Думаю, они рассчитывали на то, что мы их услышим и потеряем бдительность. Что, собственно, мы и сделали.

– А тот камень всё ещё у тебя?

– Кораблёва, ты – нечто! – он снова рассмеялся.

– Ты не ответил, – упрекнула я его, пихая в бок.

– Конечно же, с собой у меня его нет. Где-то дома валяется. Если хорошенько поискать, думаю найдётся.

Я закрыла глаза и, в свою очередь, подумала, что, если нужно будет, переверну его дом вверх дном, но камешек отыщу.

ГЛАВА 7

Проснулась я в объятиях Авдеева. Какое-то время мне понадобилось, чтобы вспомнить, где я нахожусь и, что происходит. Потом я прислушалась к своим ощущениям, глаза не открывала и старалась не шевелиться. Скажу честно, просыпаться в крепких мужских руках было довольно приятно. Учитывая, что для меня это было впервые, эти самые приятности я не приписывала на счёт Авдеева. Уверена, с Васнецовым было бы то же самое. Наверное. Я тут же представила, как, сонно улыбаясь, я поднимаю на него глаза, он улыбается мне в ответ и целует меня, желая доброго утра. Но почему-то вместо Ромки, передо мной упрямо всплывало лицо Авдеева.

– Проснулась? – тихо спросил он.

– У тебя что все инстинкты доведены до совершенства? – я открыла глаза и наткнулась на непроглядную темноту.

– Дело не в инстинктах. Твоё сердце колотится так, что вся пещера содрогается.

– Это от страха, – поспешила я уточнить. – Я вообще сначала не поняла, где нахожусь, и ты тут ещё прижимаешься, как родной.

Я отодвинулась от Авдеева и выпутавшись из его рук села.

– Сколько времени сейчас?

– Понятия не имею. Мой телефон остался в машине.

– Как предусмотрительно.

– А зачем он мне в горах? Связи здесь всё равно нет, – вполне резонно заметил он. – А твой кстати где?

– В рюкзаке.

– В рюкзаке, который мы до сих пор не высушили, – усмехнулся он.

– Мы так-то и одежду не высушили. Ты вон свою футболку вообще на костре сжёг. Дальше так пойдём, в одном белье?

– А что? Будет весело.

– Тебе бы только шутки шутить, – упрекнула я его. – Делать что будем?

– Дождёмся утра, а там посмотрим.

– Ты же говорил осталось немного.

– Ну да, до пещеры.

– А раз пещера твоё укромное место, то живёшь ты где-то поблизости, верно?

– Верно. Только не живу, работаю. Здесь недалеко ферма.

Я застонала.

– А живёшь тогда где? Где камень-то искать?

– А, ты вон о чём. Точно, камень, забыл совсем. Камень далеко, в Истаравшане. Тебе ж бабуля говорила, где я живу.

– Ты меня бесишь, Авдеев.

– Ого, у тебя ко мне чувства появились?

– Может хватит издеваться?

– Да не издеваюсь я. Ты ж не думала, что я его под сердцем ношу?

– Это было бы идеально, – пробурчала я, – и гораздо проще для всех. Я планировала уже вечером вернуться в гостиницу. Сонька переживает, наверное.

– Только Сонька? – ехидно уточнил Авдеев.

– Все переживают. А я тут неизвестно чем с тобой занимаюсь!

– Ну почему же неизвестно… – начал он.

– Заткнись, Авдеев! – я слезла с топчана. – Врубай свет, мне нужно одеться.

– Рит, ну куда ты собралась? – уже спокойно и без сарказма заговорил он. – Сейчас высушим одежду, дождёмся утра и пойдём дальше. А твоих друзей Фарход утром привезёт на ферму.

– Надо же?! – воскликнула я. – Да у тебя всё продумано до мелочей! И когда ты собирался мне об этом сказать?

– А чего ты злишься? В том, что всё сложилось подобным образом, виноват точно не я.

Авдеев встал, включил лампу, подошёл очагу и, убрав напрочь испорченную футболку, принялся снова разводить костёр. Я закуталась в плед и подошла к нему.

– Я тебя не виню, правда. Но и ты меня пойми. Днём всё выглядело по-другому, мы были на эмоциях. Я вообще забыла, где и с кем нахожусь, если можно так сказать. И злюсь я только на себя. Эта ситуация, она же и впрямь двусмысленная и, если можно, я бы хотела попросить, чтобы это осталось между нами. Не хочу, чтобы кто-нибудь узнал, как мы провели эту ночь.

– И перед кем конкретно я должен держать рот на замке?

– Перед всеми, – уклончиво ответила я.

– Буду нем, как рыба, – пообещал он. – Как ты себя чувствуешь?

– Нормально, я ж не принцесса на горошине, как ты утверждаешь.

– Потерпи, доберёмся до фермы, там тебе помогут. У здешних женщин чудодейственные мази от ушибов, вмиг тебя вылечат.

– Как ты вообще живёшь, Авдеев? У тебя тоже есть женщина? Семья? – почему-то именно сейчас мне захотелось это знать.

– Откуда ж им взяться-то, если волшебные камешки связали меня с другой? А я-то всё думал, гадал, в чём дело, – улыбаясь он поднял на меня глаза.

– Ты тоже в это не веришь, да? – грустно спросила я. – Надо мной все смеются, считают это фигнёй полной, только Люсьена меня поддержала. Это она устроила нашу поездку сюда.

– Люсьена?

– Это моя бабушка. Люсьена просто замечательная. И ту машину она мне подарила, правда на год раньше, ошиблась немного, – я улыбнулась с теплотой, вспомнив бабулю.

– Из того, что я понял, могу сделать вывод, что она у тебя просто огонь.