Читать книгу "Всё решено: Жизнь без свободы воли"

С потрясающей отчетливостью этот дуализм компатибилистов проявился в случае Джерри Сандаски, футбольного тренера из Пенсильвании, серийного растлителя малолетних, которого в 2012 г. приговорили к 60 годам тюрьмы. Вскоре после этого на CNN вышла статья под провокационным заголовком «Заслуживают ли педофилы сочувствия?» (Do Pedophiles Deserve Sympathy?). Психолог Джеймс Кантор из Университета Торонто проанализировал нейробиологию педофилии. Неудачное сочетание генов, эндокринные аномалии в процессе внутриутробного развития, травмы головы в детстве – вот что повышает ее вероятность. Можно ли предположить, что все решает нейробиология, что существуют люди, обреченные стать педофилами? Безусловно. Кантор делает правильный вывод: «Человек не выбирает, быть ему педофилом или нет».

Но затем он делает достойный олимпийской медали прыжок через ложную дихотомию компатибилизма размером с Гранд-Каньон. Может ли статься, что по этой причине Сандаски заслуживает меньшего порицания и наказания? Нет. «Человек не выбирает, быть ему педофилом или нет, но может выбрать не растлевать детей» (курсив мой. – Р. С.){109}109
  J. Cantor, «Do Pedophiles Deserve Sympathy?» CNN, June 21, 2012.


[Закрыть].

Приведенная ниже таблица формализует эту дихотомию. Слева – биологические данные, которые, по мнению большинства, неподвластны нашему контролю. Конечно, мы об этом помним не всегда. Мы хвалим и выделяем хориста, который никогда не сфальшивит благодаря абсолютному слуху (это биологическая, наследуемая черта)[85]85
  Абсолютный слух – классическая иллюстрация того, что гены – это потенциал, а не гарантия. Исследования предполагают, что идеальный слух наследуется, но для того, чтобы он проявился, человек с раннего детства должен быть погружен в музыку.


[Закрыть]. Мы превозносим баскетболиста за удачный бросок, упуская из виду, как ему в этом помог рост 2,2 м. Мы чаще улыбаемся привлекательным людям, чаще голосуем за них на выборах и реже осуждаем их за преступления. Да, да, смущенно соглашаемся мы, когда нам на это указывают, – конечно, они не выбирали форму своих скул. Обычно мы хорошо помним, что биологические данные – те, что в таблице слева, – от нас не зависят{110}110
  К сноске: Z. Goldberger, «Music of the Left Hemisphere: Exploring the Neurobiology of Absolute Pitch,» Yale Journal of Biology and Medicine 74 (2001): 323.


[Закрыть].

Справа – свобода воли, которую вы якобы проявляете, выбирая, что делать со своими биологическими данными – вы, сидящий в бункере в мозге, но не в бункере мозга. Ваше «я», видимо, сделано из наночипов, старых радиоламп, обрывков древнего пергамента со строками воскресных проповедей, сталактитов назидательного голоса вашей матушки, прожилок серы, заклепок здравого смысла. Из чего бы ни состояло ваше истинное «я», это точно не студенистый биологический мозг, фу.

Правая часть таблицы, если рассматривать ее как свидетельство существования свободы воли, – это вотчина компатибилистов, питательная почва осуждения и похвалы. Мысль, что сила воли состоит из нейронов, нейромедиаторов, рецепторов и тому подобного, выглядит такой трудной и нелогичной. Кажется, есть объяснение проще: сила воли – это то, что происходит, когда на эту вашу небиологическую сущность просыпается волшебный порошок.

Но – и это один из самых важных моментов в книге – правую часть таблицы мы контролируем так же слабо, как и левую. Обе стороны в равной степени есть сумма неподвластной нам биологии, взаимодействующей с неподвластной нам средой.

Если мы хотим понять биологию правой части таблицы, пришла пора сосредоточиться на самой интересной части мозга – лобной коре, о которой мы уже немного поговорили в прошлых главах.

ПОСТУПАТЬ ПРАВИЛЬНО, КОГДА ЭТО ТРУДНЕЕ ВСЕГО

Лобная кора – это самая молодая часть мозга; у нас, приматов, она пропорционально больше, чем у других млекопитающих; если посмотреть на варианты генов, характерные только для приматов, непропорционально большой процент из них экспрессируется именно в лобной коре. Лобная кора человека пропорционально больше и/или сложнее устроена, чем у любого другого примата. Как было сказано в предыдущей главе, созревает она последней; формирование лобной коры заканчивается только на третьем десятке; возмутительно поздно, учитывая, что бо́льшая часть мозга полностью включается в работу уже в течение первых лет жизни. Из этой задержки вытекает одно из основных ее следствий: на протяжении четверти века лобную кору формирует среда. Лобная кора – одна из самых энергоемких частей мозга. Там есть нейроны, которые не встречаются больше нигде. А самая интересная часть лобной коры – префронтальная кора (ПФК) – пропорционально даже больше, чем остальная часть лобной коры, и в процессе эволюции появилась позже всего[86]86
  Нейроанатомы перевернутся в могилах, но с этого момента под ПФК я для простоты буду подразумевать всю лобную кору целиком.


[Закрыть]{111}111
  K. Semendeferi et al., «Humans and Great Apes Share a Large Frontal Cortex,» Nature Neuroscience 5 (2002): 272; P. Schoenemann, «Evolution of the Size and Functional Areas of the Human Brain,» Annual Review of Anthropology 35 (2006): 379. К тому же, в зависимости от метода измерения, человеческая ПФК пропорционально больше по размеру, а также превосходит по плотности и сложности нейронных связей ПФК всех прочих приматов: J. Rilling & T. Insel, «The Primate Neocortex in Comparative Perspective Using MRI,» Journal of Human Evolution 37 (1999): 191; R. Barton & C. Venditti, «Human Frontal Lobes Are Not Relatively Large,» Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America 110 (2013): 9001. Все эти выводы ограничиваются необходимостью выяснить, что же является эквивалентом лобной коры головного мозга человека, скажем, у лабораторной крысы; см. M. Carlen, «What Constitutes the Prefrontal Cortex?,» Science 358 (2017): 478.


[Закрыть].

Напомню, что ПФК отвечает за исполнительные функции и принятие решений. Об этом мы узнали в главе 2, где на верхушке цепи либетовских команд сидела ПФК, принимавшая решение за 10 секунд до момента, когда испытуемые впервые ощущали намерение. Причем основная специализация ПФК – принятие трудных решений под давлением искушения: откладывание вознаграждения, долгосрочное планирование, контроль побуждений, регулирование эмоций. ПФК заставляет вас поступать правильно, когда это труднее всего. Вопрос крайне актуальный для той ложной дихотомии между природными данными, которые вручает вам судьба, и тем, как вы ими распоряжаетесь.

КОГНИТИВНАЯ ПФК

В качестве разминки давайте посмотрим, как выглядят «правильные поступки» в когнитивной сфере. Если вам нужно сделать что-то по-новому, не так, как вы делали это раньше, именно ПФК мешает вам скатиться к привычному образу действий. Посадите человека перед компьютером и скажите ему: «Правило такое: загорается синий свет, нажимайте левую кнопку; красный – правую». Позвольте испытуемому проделать так несколько раз, чтобы освоиться. «А теперь поступайте наоборот: синий свет – правая кнопка; красный – левая». Пусть он теперь привыкнет к новому правилу, после чего вернитесь к первоначальному. Каждый раз, когда правило меняется, задача ПФК – подсказывать: «Помни, синий теперь означает…»

А теперь быстро перечислите месяцы в обратном порядке. ПФК активируется, подавляя заученный ответ: «Помни, сейчас нужно говорить сентябрь–август, а не сентябрь–октябрь». Чем сильнее активируется лобная кора, тем лучше человек справляется с заданием.

Эффективный способ оценить функции лобной коры – это посмотреть, как они работают у людей с поврежденной ПФК (после некоторых типов инсульта или при деменции). Такие люди испытывают большие трудности с подобными «обратными» задачами. Сделать правильно слишком трудно, если правильно – это не так, как всегда.

Итак, ПФК отвечает за соблюдение нового правила или нового варианта правила. Следовательно, зона ответственности ПФК может изменяться. Как только новое правило перестает быть новым, его выполнение становится задачей других, более автоматизированных мозговых структур. Не многим из нас нужно подключать ПФК, чтобы не справлять нужду нигде, кроме туалетной комнаты; но года в три было иначе.

Для «правильных» действий от ПФК требуется два разных умения. Она должна отдавать строгий приказ «делай так» по нейронному пути, связывающему ПФК с лобной корой, а потом с дополнительной моторной областью (ДМО из главы 2) и моторной корой. Но еще важнее сигнал «а так не делай, даже если привык». Первостепенная задача ПФК, та, что важнее даже отправки возбуждающих сигналов в моторную кору, – это торможение мозговых структур, отвечающих за привычные действия. Вспомнив главу 2, отметим, что именно ПФК – ключевой аргумент, доказывающий, что у нас нет ни свободы воли, ни сознательной свободы вето{112}112
  E. Miller & J. Cohen, «An Integrative Theory of Prefrontal Cortex Function,» Annual Review of Neuroscience 24 (2001): 167; L. Gao et al., «Single-Neuron Projectome of Mouse Prefrontal Cortex,» Nature Neuroscience 25 (2022): 515; V. Mante et al., «Context-Dependent Computation by Recurrent Dynamics in Prefrontal Cortex,» Nature 503 (2013): 78. Еще пара примеров участия лобной коры в переключении между задачами: S. Bunge, «How We Use Rules to Select Actions: A Review of Evidence from Cognitive Neuroscience,» Cognitive, Affective & Behavioral Neuroscience 4 (2004): 564; E. Crone et al., «Evidence for Separable Neural Processes Underlying Flexible Rule Use,» Cerebral Cortex 16 (2005): 475.


[Закрыть].

СОЦИАЛЬНАЯ ПФК

Очевидно, что венец миллионов лет эволюции лобной коры – это вовсе не перечисление месяцев задом наперед. Это социальные функции – например, притормозить поступки, совершить которые эмоционально проще. ПФК – центр нашего социального мозга. Чем больше средний размер социальной группы у приматов, тем больший процент мозга отводится ПФК; чем шире у человека круг интернет-общения, тем больше соответствующая подобласть ПФК и обширнее ее связи с лимбической системой. Так где причина и где следствие? Это социальность вида способствует увеличению ПФК или большая ПФК способствует социальности? По крайней мере, частично верно первое: возьмите обезьян, живущих поодиночке, объедините их в большие, сложные социальные группы, и через год ПФК увеличится у всех; более того, самый значительный рост покажет ПФК той особи, что окажется на вершине иерархии[87]87
  Это сообщает нам нечто важное о доминировании у приматов. Например, самцу павиана для достижения высокого ранга требуются мощные мускулы, острые клыки и победа в драке с правильным соперником. Но чтобы удержаться на вершине иерархии, ему нужно избегать драк, держать себя в руках и игнорировать провокации, уметь запугивать соперников так, чтобы те просто не осмеливались лезть на рожон; кроме того, ему нужно быть достаточно дисциплинированным и надежным партнером по коалиции (не таким, как Финн), чтобы кто-нибудь всегда прикрывал ему спину. Альфа-самец, который постоянно дерется, долго в должности не продержится; успешное альфа-лидерство – это минималистское искусство не воевать.


[Закрыть]{113}113
  R. Dunbar, «The Social Brain Meets Neuroimaging,» Trends in Cognitive Sciences 16 (2011): 101; P. Lewis et al., «Ventromedial Prefrontal Volume Predicts Understanding of Others and Social Network Size,» Neuroimage 57 (2011): 1624; K. Bickart et al., «Intrinsic Amygdala-Cortical Functional Connectivity Predicts Social Network Size in Humans,» Journal of Neuroscience 32 (2012): 14729; R. Kanai et al., «Online Social Network Size Is Reflected in Human Brain Structure,» Proceedings of the Royal Society B: Biological Sciences 279 (2012): 1327; J. Sallet et al., «Social Network Size Affects Neural Circuits in Macaques,» Science 334 (2011): 697.


[Закрыть].

Нейровизуализационные исследования показывают, что именно ПФК придерживает эмоциональные области мозга, помогая нам поступать (и думать) правильно. Поместите добровольца в сканер мозга и показывайте ему изображения лиц. Удручающий, легко воспроизводимый эксперимент: стоит показать лицо человека другой расы, и примерно у 75% испытуемых возбуждается миндалина – область мозга, отвечающая за страх, тревогу и агрессию[88]88
  Здесь есть свои тонкости. Многое зависит от того, кто изображен на фотографии: дюжий молодчик – и миндалина моментально заводится; хрупкая старушка беспокоит ее меньше. Незнакомец вызывает более сильную реакцию, чем обожаемая знаменитость другой расы – миндалина причисляет ее к почетным МЫ. Что известно о тех 25%, чья миндалина не реагирует на лица людей другой расы? Как правило, они выросли в многорасовых сообществах, имели близкие отношения с людьми другой расы или перед экспериментом их настроили на индивидуальный подход к восприятию лиц. Другими словами, скрытый расизм, закодированный в миндалине, – отнюдь не приговор.


[Закрыть]. Меньше чем за десятую долю секунды![89]89
  Эти исследования подарили нам еще одну неприятную находку. Когда мы смотрим на лица, активируется очень древняя часть коры головного мозга, называемая областью распознавания лиц (веретенообразная извилина). При этом у большинства испытуемых лицо человека другой расы возбуждает веретенообразную извилину меньше обычного. Для нас лица людей другой расы – не совсем лица.


[Закрыть] После чего ПФК делает самое трудное. У большинства испытуемых через несколько секунд после активации миндалины в игру вступает ПФК и вырубает ее. С небольшим запозданием подключается лобная кора: «Не думай так. Я не такой». А кто те люди, у которых ПФК не отключает миндалину? Эти открыто и недвусмысленно исповедуют расизм: «Да, я именно такой»{114}114
  J. Kubota, M. Banaji, & E. Phelps, «The Neuroscience of Race,» Nature Neuroscience 15 (2012): 940.
  К сноске: J. Eberhardt, Biased: Uncovering the Hidden Prejudice That Shapes What We See, Think, and Do (Viking, 2019).


[Закрыть].

В другом эксперименте испытуемый в сканере мозга играет в онлайн-игру с двумя другими людьми – каждый из них представлен символом на экране; вместе они образуют треугольник. Они перебрасываются виртуальным мячом: участник нажимает одну из двух клавиш, определяя, кому отправить мяч; двое других перекидывают мяч друг другу и возвращают испытуемому. Так продолжается некоторое время, все довольны, а затем, о нет, двое других перестают подавать испытуемому мяч. Это кошмар средней школы: «Они не хотят со мной дружить». Мгновенно возбуждается миндалина, а также островковая кора, область, связанная с отвращением и страданием. Но проходит немного времени, и ПФК подавляет активность этих зон: «Взгляни со стороны: это всего лишь глупая игра». Однако у некоторых людей ПФК возбуждается сильнее, миндалина и островок не успокаиваются, и субъект страдает все больше. Кто эти несчастные? Подростки – их ПФК пока не может не обращать внимания на социальный остракизм. В том-то все и дело[90]90
  Подобные исследования включают в себя контрольное испытание, демонстрирующее, что в таких случаях пробуждается именно социальная тревога, а не что-то другое: двое других участников перестают подавать испытуемому мяч, но ему говорят, что это из-за проблем с компьютером. Если дело в компьютере, а не в социальном остракизме, то мозг вышеописанным образом не отреагирует.


[Закрыть]{115}115
  N. Eisenberger, M. Lieberman & K. Williams, «Does Rejection Hurt? An FMRI Study of Social Exclusion,» Science 302 (2003): 290; N. Eisenberger, «The Pain of Social Disconnection: Examining the Shared Neural Underpinnings of Physical and Social Pain,» Nature Reviews Neuroscience 3 (2012): 421; C. Masten, N. Eisenberger & L. Borofsky, «Neural Correlates of Social Exclusion during Adolescence: Understanding the Distress of Peer Rejection,» Social Cognitive and Affective Neuroscience 4 (2009): 143. Интересное исследование регуляции генов в префронтальной коре головного мозга, обеспечивающих устойчивость во время стресса: Z. Lorsch et al., «Stress Resilience Is Promoted by a Zfp189–Driven Transcriptional Network in Prefrontal Cortex,» Nature Neuroscience 22 (2019): 1413.


[Закрыть].

Еще немного о том, как ПФК контролирует миндалину. Время от времени слегка ударяйте добровольца током; всякий раз миндалина ощутимо возбуждается. Теперь создайте у добровольца условный рефлекс: непосредственно перед каждым ударом показывайте ему какой-нибудь совершенно нейтральный предмет – кастрюлю, сковороду, веник или шляпу. Вскоре один только вид этого ранее безобидного предмета будет возбуждать миндалину[91]91
  Нерадостное открытие: вместо того чтобы приучать испытуемых бояться нейтрального, безобидного предмета, приучите их бояться изображения человека, не принадлежащего к их социальной группе. Люди учатся ассоциировать такие изображения с ударом тока быстрее, чем если бы на картинке был изображен кто-то из условных своих.


[Закрыть]. На следующий день покажите испытуемому изображение предмета, на который сформировалась условная реакция страха. Миндалина возбуждается. Только сегодня никто испытуемого током не бьет. Сделайте так несколько раз, не подключая удары током. Постепенно вы «затормозите» реакцию страха; миндалина перестанет реагировать. Если, конечно, ПФК работает нормально. Вчера миндалина усвоила, что «веники – это страшно». Теперь же ПФК понимает: «но не сегодня», и успокаивает миндалину[92]92
  Неужели ПФК заставляет миндалину забыть, что колокольчика нужно бояться? Нет – страх никуда не делся, это лобная кора его подавляет. Как можно это доказать? В третий день исследования снова бейте испытуемых током после предъявления того самого произвольного предмета. В этот раз человек усваивает ассоциацию быстрее, чем позавчера, – миндалина все помнит.


[Закрыть]{116}116
  Нейробиология страха: C. Herry et al., «Switching On and Off Fear by Distinct Neuronal Circuits,» Nature 454 (2008): 600; S. Maren & G. Quirk, «Neuronal Signaling of Fear Memory,» Nature Reviews Neuroscience 5 (2004): 844; S. Rodrigues, R. Sapolsky & J. LeDoux, «The Influence of Stress Hormones on Fear Circuitry,» Annual Review of Neuroscience 32 (2009): 289; O. Klavir et al., «Manipulating Fear Associations via Optogenetic Modulation of Amygdala Inputs to Prefrontal Cortex,» Nature Neuroscience 20 (2017): 836; S. Ciocchi et al., «Encoding of Conditioned Fear in Central Amygdala Inhibitory Circuits,» Nature 468 (2010): 277; W. Haubensak et al., «Genetic Dissection of an Amygdala Microcircuit That Gates Conditioned Fear,» Nature 468 (2010): 270.
  Нейробиология торможения страха: M. Milad & G. Quirk, "Neurons in Medial Prefrontal Cortex Signal Memory for Fear Extinction," Nature 420 (2002): 70; E. Phelps et al., «Extinction Learning in Humans: Role of the Amygdala and vmPFC,» Neuron 43 (2004): 897.
  Нейробиология повторения условно-рефлекторной реакции страха: R. Marek et al., "Hippocampus-Driven Feed-Forward Inhibition of the Prefrontal Cortex Mediates Relapse of Extinguished Fear," Nature Neuroscience 21 (2018): 384.


[Закрыть].

Блестящие исследования гарвардского нейробиолога Джоша Грина позволяют нам еще глубже заглянуть в тайны ПФК. Испытуемые, помещенные в сканер мозга, играют в игру на случайное отгадывание с долей успешных попыток, равной 50%. Затем исследователи прибегают к дьявольски хитрой манипуляции. Испытуемым сообщают, что в компьютере произошел сбой и они не могут ввести свой ответ; ничего страшного, говорят им, мы просто покажем вам правильный ответ, а вы скажете, совпадает он с вашим или нет. Другими словами, участникам предоставляется шанс обмануть. Достаточно проделать так несколько раз, и вы сразу увидите, кто начал жульничать – доля успешных ответов у них превысит 50%. Что происходит в мозге обманщиков, стоит им столкнуться с соблазном? Мощная активация ПФК – нейронный эквивалент внутренней борьбы с желанием схитрить{117}117
  J. Greene & J. Paxton, «Patterns of Neural Activity Associated with Honest and Dishonest Moral Decisions,» Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America 106 (2009): 12506. Кроме того, рекомендую превосходную книгу: J. Greene, Moral Tribes: Emotion, Reason, and the Gap between Us and Them (Penguin Press, 2013).


[Закрыть].

Далее – принципиально важное открытие. Находятся испытуемые, которые вообще не жульничают – как им это удается? Может, их поразительно сильная ПФК каждый раз кладет беса на лопатки? Железная воля? Нет, дело не в этом. У таких людей ПФК вообще не возбуждается. В какой-то момент запрет писать в штаны больше не требует вмешательства ПФК – точно так же и у честных людей закрепляется автоматическая реакция «я не обманываю». Как формулирует это Грин, вместо того чтобы усилием воли сопротивляться призыву сирен ко греху, эти люди испытывают состояние «благодати». Им нетрудно поступать правильно.

Лобная кора контролирует неподобающее поведение и другими способами. Один из примеров связан с областью мозга под названием «полосатое тело», которое имеет отношение к автоматическому, привычному поведению – такому, каким может воспользоваться миндалина, активировав его. В качестве запасного плана ПФК посылает ингибирующие проекции в полосатое тело: «Я запретил миндалине так делать, но если эта забияка решит поступить по-своему, не слушай ее»{118}118
  H. Terra et al., «Prefrontal Cortical Projection Neurons Targeting Dorsomedial Striatum Control Behavioral Inhibition,» Current Biology 30 (2020): 4188; S. de Kloet et al., «Bidirectional Regulation of Cognitive Control by Distinct Prefrontal Cortical Output Neurons to Thalamus and Striatum,» Nature Communications 12 (2021): 1994.


[Закрыть].

Как повреждение ПФК влияет на социальное поведение? Это называется лобный синдром (синдром психической расторможенности). Каждого из нас порой посещают гнусные, похотливые, хвастливые, злобные мысли – мы пришли бы в ужас, если бы о них кто-нибудь узнал. При лобном синдроме вы будете говорить и делать именно такие вещи. Когда подобное заболевание[93]93
  Вот несколько фактов, подчеркивающих, до какой степени социальные требования направляют эволюцию ПФК. В ПФК есть особый тип нейронов, которые не встречаются больше нигде в мозге. Поначалу восторгов в их адрес добавляло представление, будто эти «нейроны фон Экономо», о которых говорилось в одной из предыдущих сносок, есть только у людей. Но, что еще восхитительнее, нейроны фон Экономо были обнаружены и у других видов со сложной социальной структурой: у других приматов, слонов, китообразных. Неврологическое заболевание под названием «поведенческая лобно-височная деменция» подтверждает, что повреждение ПФК провоцирует неадекватное социальное поведение. Какие нейроны при этом заболевании погибают первыми? Нейроны фон Экономо. Поэтому что бы они ни делали (а что они делают, нам пока не ясно), это, видимо, что-то очень сложное. (Замечание, которое будет интересно лишь немногим читателям: несмотря на заявления эзотериков от нейробиологии, нейроны фон Экономо – это вовсе не зеркальные нейроны, отвечающие за эмпатию. Это не зеркальные нейроны. А зеркальные нейроны не отвечают за эмпатию. Давайте не будем начинать.)


[Закрыть] настигает 80-летнего старца, его ведут к неврологу. Если человеку 50, то обращаются обычно к психиатру. Или в полицию. Как выяснилось, значительный процент людей, отбывающих наказание за насильственные преступления, имеют в анамнезе травмы головы с сотрясением мозга, задевшим ПФК{119}119
  Лобный синдром: R. Bonelli & J. Cummings, «Frontal-Subcortical Circuitry and Behavior,» Dialogues in Clinical Neuroscience 9 (2007); E. Huey, «A Critical Review of Behavioral and Emotional Disinhibition,» Journal of Nervous and Mental Disease 208 (2020): 344. (С гордостью могу сказать, что автор, профессор Медицинской школы Колумбийского университета, когда-то был звездой моей лаборатории.)
  Повреждение лобной доли и преступность: B. Miller & J. Llibre Guerra, "Frontotemporal Dementia," Handbook of Clinical Neurology 165 (2019): 33; M. Brower & B. Price, «Neuropsychiatry of Frontal Lobe Dysfunction in Violent and Criminal Behaviour: A Critical Review,» Neurology, Neurosurgery and Psychiatry 71 (2001): 720; E. Shiroma, P. Ferguson & E. Pickelsimer, «Prevalence of Traumatic Brain Injury in an Offender Population: A Meta-analysis,» Journal of Corrective Health Care 16 (2010): 147.
  К сноске: J. Allman et al., "The von Economo Neurons in the Frontoinsular and Anterior Cingulate Cortex," Annals of the New York Academy of Sciences 1225 (2011): 59; C. Butti et al., «von Economo Neurons: Clinical and Evolutionary Perspectives,» Cortex 49 (2013): 312; H. Evrard et al., «von Economo Neurons in the Anterior Insula of the Macaque Monkey,» Neuron 74 (2012): 482. Критика представлений о связи эмпатии, зеркальных нейронов и нейронов фон Экономо: G. Hickok, The Myth of Mirror Neurons: The Real Neuroscience of Communication and Cognition (Norton, 2014).


[Закрыть].

МЫШЛЕНИЕ ИЛИ ЭМОЦИИ, МЫШЛЕНИЕ И ЭМОЦИИ, ИЛИ МЫШЛЕНИЕ ПОСРЕДСТВОМ ЭМОЦИЙ?

Получается, что лобная кора – это не просто та рассудительная, интеллектуальная область мозга, что взвешивает плюсы и минусы каждого решения и посылает рациональные либетовские команды в моторную кору, то есть играет возбуждающую роль. Это еще и тормозящий, соблюдающий правила святоша, который приказывает эмоциональным зонам мозга: «Не делайте так, пожалеете!» Можно сказать, что другие зоны мозга считают ПФК занудой, занозой в заднице, особенно если она оказывается права. Это создает дихотомию (спойлер: ложную), согласно которой между мышлением и эмоциями – то есть между корой, возглавляемой ПФК, и зонами мозга, обрабатывающими эмоции (лимбической системой в широком смысле, куда входят миндалина и другие структуры[94]94
  Гиппокамп, перегородка, эпиталамус, гипоталамус, мамиллярные тела и прилежащее ядро.


[Закрыть], связанные с сексуальным возбуждением, материнским поведением, печалью, удовольствием, агрессией и так далее), – зияет разлом.

Да, нам может казаться, что представление о войне характеров между ПФК и лимбической системой как будто имеет смысл. В конце концов, это первая говорит второй, чтобы та усмирила расистские мысли, чтобы посмотрела на глупую игру со стороны, чтобы не жульничала. А вторая, стоит ПФК отвлечься, пускается во все тяжкие – например, в стадии быстрого сна, когда вы погружаетесь в сновидения. Но эти две области мозга не всегда борются между собой[95]95
  И что немаловажно, мы еще доберемся до обстоятельств, в которых лимбической системе удается убедить ПФК завизировать крайне эмоциональные решения.


[Закрыть]. Порой у них просто разная компетенция. ПФК больше про День уплаты налогов, а лимбическая система – про День святого Валентина. Первая заставляет вас нехотя признать достоинства мюзикла «Чем дальше в лес», вторая – плакать при просмотре «Отверженных», хоть вы и понимаете, что вами манипулируют. Первая вступает в игру, когда присяжные решают, виновен ли подсудимый; вторая – когда они определяют ему наказание{120}120
  Y. Wang et al., «Neural Circuitry Underlying REM Sleep: A Review of the Literature and Current Concepts,» Progress in Neurobiology 204 (2021): 102106; J. Greene et al., «An fMRI Investigation of Emotional Engagement in Moral Judgment,» Science 293 (2001): 2105; J. Greene et al., «The Neural Bases of Cognitive Conflict and Control in Moral Judgment,» Neuron 44 (2004): 389.


[Закрыть].

Но – и это действительно ключевой момент – ПФК и лимбическая система, как правило, не противостоят друг другу и не игнорируют друг друга, они объединяют усилия. Чтобы поступить правильно в сложной ситуации, ПФК не обойтись без данных, поступающих от эмоциональной, лимбической системы.

Чтобы разобраться, в чем здесь дело, нам нужно углубиться в детали и присмотреться к двум подобластям ПФК.

Первая – это дорсолатеральная ПФК (длПФК), бескомпромиссный рациональный распорядитель лобной коры. Устроенная подобно русской матрешке, кора головного мозга – самая молодая и эволюционно новая часть мозга, лобная кора – самая молодая часть коры, ПФК – самая молодая часть лобной коры, а длПФК – самая молодая часть ПФК. ДлПФК созревает последней из всех частей ПФК.

ДлПФК – это центральное ядро застегнутого на все пуговицы супер-эго. Именно эта часть ПФК активнее всего, если вам нужно перечислить месяцы задом наперед или не поддаться соблазну. Она отчаянно утилитарна – повышенная активность в длПФК в ситуациях морального выбора предсказывает, что испытуемый решит-таки убить невинного человека ради того, чтобы спасти пятерых{121}121
  A. Barbey, M. Koenigs & J. Grafman, «Dorsolateral Prefrontal Contributions to Human Intelligence,» Neuropsychologia 51 (2013): 1361. Обзор функций длПФК и вмПФК см.: Greene, Moral Tribes.


[Закрыть].

Полезно посмотреть, что происходит, если заглушить длПФК. Это можно сделать с помощью фантастического метода под названием «транскраниальная магнитная стимуляция» (о ней рассказывается в сноске [24]), при которой сильный магнитный импульс, подаваемый через катушку, приложенную к поверхности головы, может временно активировать или инактивировать небольшой участок коры, расположенный прямо под ней. Подстегните таким образом длПФК, и испытуемые станут принимать крайне утилитарные решения и готовы будут пожертвовать одним, чтобы спасти многих. Если же заставить длПФК молчать, испытуемые становятся импульсивнее – они понимают, что мизерное предложение, сделанное им в экономической игре, несправедливо, но просто не в силах взять себя в руки, отказаться от него и дождаться предложения получше. Но работает это только в ситуации социального взаимодействия: если испытуемые думают, что играют против компьютера, манипуляции с длПФК не дают никакого эффекта[96]96
  К сведению беспринципных хапуг: в одном исследовании с помощью транскраниальной магнитной стимуляции воздействовали на проекцию длПФК на дофаминергические контуры вознаграждения в полосатом теле, тем самым на время изменяя музыкальные пристрастия: при этом повышалась субъективная оценка музыкального произведения и усиливалась физиологическая реакция на него… а также увеличивалась денежная стоимость, которую испытуемые приписывали этой композиции.


[Закрыть]{122}122
  D. Knock et al., «Diminishing Reciprocal Fairness by Disrupting the Right Prefrontal Cortex,» Science 314 (2006): 829; A. Bechara, «The Role of Emotion in Decision-Making: Evidence from Neurological Patients with Orbitofrontal Damage,» Brain and Cognition 55 (2004): 30; A. Damasio, The Feeling of What Happens: Body and Emotion in the Making of Consciousness (Harcourt, 1999). Эти вопросы также исследуются в: L. Koban, P. Gianaros & T. Wager, «The Self in Context: Brain Systems Linking Mental and Physical Health,» Nature Reviews Neuroscience 22 (2021): 309.
  К сноске: E. Mas-Herrero, A. Dagher, and R. Zatorre, "Modulating Musical Reward Sensitivity Up and Down with Transcranial Magnetic Stimulation," Nature Human Behaviour 2 (2018); 27. См. также: J. Grahn, «Tuning the Brain to Musical Delight,» Nature Human Behaviour 2 (2018): 17.


[Закрыть].

Последствия повреждения длПФК именно такие, каких следовало ожидать: эти люди мало способны планировать или откладывать вознаграждение, они упрямо следуют стратегиям немедленного вознаграждения и плохо контролируют социально неприемлемое поведение. Это мозг, в котором некому сказать: «На твоем месте я бы так не делал».

Вторая принципиально важная подобласть ПФК называется вентромедиальной ПФК (вмПФК), и, если совсем упростить, это полная противоположность длПФК. Рассудительная длПФК получает входящие сигналы в основном из других областей коры и суммирует голоса отдаленных зон, чтобы учесть их хорошо обдуманные соображения. Но вмПФК получает информацию от лимбической системы – нерациональной, переполненной эмоциями области мозга, – с помощью вмПФК ПФК выясняет, что вы чувствуете[97]97
  В 1960-х гг. уважаемый нейроанатом Валле Наута из Массачусетского технологического института чуть не загубил свою карьеру, заявив, что вмПФК следует считать частью лимбической системы. Какой кошмар! Ведь лобная кора – это то, что доказывает теорему Ферма, а не то, что распускает нюни, когда Мими умирает в объятиях Роджера (мюзикл «Богема». – Прим. пер.). Потребовались годы, чтобы и все остальные признали: вмПФК – это портал, посредством которого лимбическая система связывается с ПФК.


[Закрыть].

Что происходит при повреждении вмПФК? Вам понравится, если вы не большой фанат эмоций. По мнению тех, кто с вами в этом согласен, мы, будучи рациональными механизмами, нацеленными на оптимальный результат, функционировали бы эффективнее, а наш моральный выбор был бы безупречен. Им кажется, что лимбическая система только мешает принятию решений: она слишком сентиментальна, заставляет нас громко петь, вычурно одеваться и брить подмышки. Они думают, что если бы мы могли избавиться от вмПФК, то стали бы спокойнее, рациональнее и лучше справлялись бы с поставленными задачами.

Выяснилось, однако, нечто очень важное: люди с поврежденной вмПФК принимают ужасные решения, пусть и совсем непохожие на те ужасные решения, которые принимают люди с повреждениями длПФК. Начать с того, что людям с повреждениями вмПФК в принципе трудно что-то решить, поскольку они не чувствуют, как им следует поступить. Обдумывая решение, длПФК размышляет философски и проводит мысленные эксперименты. Задача вмПФК – сообщать длПФК результаты экспериментов чувственных. «Что я почувствую, если я сделаю А, а из-за этого потом случится В?» Без этого интуитивного ощущения принимать решения чрезвычайно сложно{123}123
  M. Koenigs et al., «Damage to the Prefrontal Cortex Increases Utilitarian Moral Judgments,» Nature 446 (2007): 865; B. Thomas, K. Croft & D. Tranel, «Harming Kin to Save Strangers: Further Evidence for Abnormally Utilitarian Moral Judgments after Ventromedial Prefrontal Damage,» Journal of Cognitive Neuroscience 23 (2011): 2186; L. Young et al., «Damage to Ventromedial Prefrontal Cortex Impairs Judgment of Harmful Intent,» Neuron 25 (2010): 845.


[Закрыть].

Более того, решения, принятые без участия вмПФК, могут оказаться ошибочными по любым стандартам. Люди с повреждением вмПФК не меняют своего поведения даже в ответ на негативную обратную связь. Предположим, испытуемым нужно выбирать между двумя заданиями, одно из которых вознаграждается лучше. Если условия меняются и большее вознаграждение приносит уже другое задание, люди, как правило, меняют свою стратегию (даже если они не осознают, что правила поменялись). А вот с поврежденной вмПФК человек может полностью отдавать себе отчет в том, что больший барыш теперь обещает второе задание… и по-прежнему держаться первого. Без вмПФК вы прекрасно понимаете, что означает негативная обратная связь, но не знаете, что чувствуете по этому поводу{124}124
  J. Saver & A. Damasio, «Preserved Access and Processing of Social Knowledge in a Patient with Acquired Sociopathy Due to Ventromedial Frontal Damage,» Neuropsychologia 29 (1991): 1241; M. Donoso, A. Collins & E. Koechlin, «Foundations of Human Reasoning in the Prefrontal Cortex,» Science 344 (2014): 1481; T. Hare, «Exploiting and Exploring the Options,» Science 344 (2014): 1446; T. Baumgartner et al., «Dorsolateral and Ventromedial Prefrontal Cortex Orchestrate Normative Choice,» Nature Neuroscience 14 (2011): 1468; A. Bechara, «The Role of Emotion in Decision-Making: Evidence from Neurological Patients with Orbitofrontal Damage,» Brain and Cognition 55 (2004): 30. Последствия повреждения вмПФК: G. Moretto, M. Sellitto & G. Pellegrino, «Investment and Repayment in a Trust Game after Centromedial Prefrontal Damage,» Frontiers of Human Neuroscience 7 (2013): 593.


[Закрыть].

Мы уже знаем, что повреждение длПФК провоцирует неадекватное, эмоционально расторможенное поведение. Но без вмПФК человек превращается в бестактного отщепенца. Встретив кого-нибудь, он говорит: «Здравствуйте, рад вас видеть! Ого, какой вы толстый!» А когда сгорающий со стыда визави его отчитывает, спрашивает с искренним недоумением: «А что такого? Это же правда». В отличие от большинства, люди с повреждением вмПФК не считают, что насильственные преступления следует карать строже ненасильственных; не меняют игровой стратегии, узнав, что играют не против живого человека, а против компьютера, и не делают различий между другом и незнакомцем, когда размышляют, стоит ли жертвовать кем-то из них ради спасения пятерых посторонних. ВмПФК – это не рудиментарный придаток ПФК, в котором подобно аппендициту воспаляются эмоции, инфицируя рассудительный мозг. Напротив, она нам жизненно необходима.

Итак, ПФК помогает поступать правильно, когда это трудно. Но, что очень важно, «правильно» здесь – это правильно в нейробиологическом и инструментальном смысле, а не в моральном.

Взять, к примеру ложь и ту очевидную роль, которую играет ПФК в сопротивлении искушению солгать. Без помощи ПФК вы и солгать убедительно не сумеете; к слову, у патологических лжецов нейронные связи в ПФК нетипично сложные. Более того, сама по себе ложь нейтральна с моральной точки зрения; вранье вранью рознь. Ребенок, обученный ситуативной этике, лжет, что ему понравился обед, приготовленный бабушкой. Буддийский монах великолепно блефует, играя в кости. Диктатор подстраивает массовое убийство, чтобы оправдать вторжение в чужую страну. Организатор финансовой пирамиды обманывает инвесторов. Как и во многом другом, для всего, что делает лобная кора, важен контекст, контекст и еще раз контекст.

Завершая наш экскурс в ПФК, пора вернуться к крайне вредной ложной дихотомии между вашими сильными сторонами и слабостями, которыми вы наделены от природы, и вашим якобы свободным выбором, как с этими качествами обходиться.

ЭТО ОДНО И ТО ЖЕ

Посмотрите еще раз на правую колонку, на те перепутья, что проверяют нас на прочность. Сопротивляетесь ли вы своим деструктивным сексуальным желаниям? Превозмогаете ли вы боль, прилагаете ли дополнительные усилия, чтобы преодолеть свои слабости? К чему это нас подводит, догадаться не трудно. Если вы хотите дочитать этот абзац, а конец главы пропустить, то вот три основных момента, которые стоит запомнить: (а) настойчивость, характер, хребет, упорство, прочный нравственный стержень, воля и дух, побеждающие слабую плоть, – все это продукт ПФК; (б) ПФК состоит из биологического материала, идентичного материалу остального мозга; (в) ваша ПФК здесь и сейчас есть результат взаимодействия всей этой неподвластной нам биологии со всей этой неконтролируемой нами средой.

В главе 3 мы искали ответ на вопрос, почему человек так поступил с точки зрения биологии. И ответ был такой: из-за того, что произошло секунду назад, минуту назад и так далее. Теперь мы ставим вопрос конкретнее: почему ПФК сработала так, как она только что сработала? Ответ ровно тот же.

НАСЛЕДИЕ ПРЕДЫДУЩИХ СЕКУНД И МИНУТ

Вот вы сидите, сосредоточившись на задании. Как только загорается синий свет, вы быстро жмете левую кнопку, красный – жмете правую. Затем правило меняется на противоположное: синий – правая, красный – левая. Затем оно меняется еще раз и еще…

Что происходит в вашем мозге во время выполнения задания? Каждый раз, как вспыхивает свет, зрительная кора кратковременно активируется. Мгновением позже ненадолго активируются нейронные пути, передающие информацию из зрительной коры в ПФК. В следующее мгновение в работу включаются нейронные пути, ведущие из ПФК в моторную кору, а оттуда – к мышцам, заставляя их сокращаться. Но что происходит ВНУТРИ ПФК? ПФК должна сосредоточиться на повторении «синий – левая, красный – правая» или «синий – правая, красный – левая». Она напряженно работает все время без остановки, повторяя правило, действующее в данный момент. Когда вы пытаетесь сделать правильную, но трудную вещь, ПФК становится самой ценной частью мозга.

Ценная – хорошая метафора. Только это не метафора. Каждый нейрон в ПФК работает безостановочно, каждый потенциал действия высвобождает волны ионов, проходящих сквозь мембраны, после чего эти ионы нужно еще отловить и перекачать обратно, туда, откуда они вышли. И пока вы концентрируетесь на действующем в данный момент правиле, эти потенциалы действия могут возникать сотни раз в секунду. Нейроны ПФК потребляют чудовищное количество энергии.

Это можно продемонстрировать с помощью техник нейровизуализации, если показать, что работающая ПФК потребляет уйму глюкозы и кислорода из крови, или если измерить, какое количество биохимической «наличности» доступно каждому нейрону в каждый конкретный момент времени[98]98
  «Наличность» здесь – АТФ, или аденозинтрифосфорная кислота. Уточняю, чтобы выудить из глубин вашей памяти знания, сохранившиеся из курса биологии за девятый класс.


[Закрыть]. Это подводит нас к главной мысли данного раздела: если ПФК не хватает энергии, она работает хуже.

Это воплощенные на клеточном уровне понятия «когнитивная нагрузка» или «когнитивный резерв», которых мы касались в главе 3[99]99
  Сюда же относятся истощение эго и усталость от принятия решений. О том, как основные положения концепций когнитивного резерва и истощения эго подверглись серьезной критике в последние годы, см. в примечаниях.


[Закрыть]. Когда ПФК напряженно трудится над какой-нибудь задачей, эти резервы истощаются{125}125
  ПФК держит на контроле устойчивые правила распределения по категориям: S. Reinert et al., «Mouse Prefrontal Cortex Represents Learned Rules for Categorization,» Nature 593 (2021): 411. Необходимость непрерывной напряженной работы ПФК, вынужденной отслеживать постоянно меняющиеся правила, у крыс может растягиваться на недели (что для них долго): M. Chen et al., «Persistent Transcriptional Programmes Are Associated with Remote Memory,» Nature 587 (2020): 437.
  Понятие «когнитивная нагрузка» стало весьма спорным. Концепции когнитивного резерва и истощения эго были впервые предложены социальным психологом Роем Баумайстером и его коллегами: R. Baumeister & L. Newman, "Self-Regulation of Cognitive Inference and Decision Processes," Personality and Social Psychology Bulletin 20 (1994): 3; R. Baumeister, M. Muraven & D. Tice, «Ego Depletion: A Resource Model of Volition, Self-Regulation, and Controlled Processing,» Social Cognition 18 (2000): 130; R. Baumeister et al., «Ego Depletion: Is the Active Self a Limited Resource?,» Journal of Personality and Social Psychology 74 (1988): 1252. Однако в ряде исследований стали появляться сообщения о проблемах с воспроизведением эффекта (например, L. Koppel et al., «No Effect of Ego Depletion on Risk Taking,» Science Reports 9 [2019]: 9724). При этом другие исследователи сообщают, что им удалось его воспроизвести; см., например: M. Hagger et al., «A Multilab Preregistered Replication of the Ego-Depletion Effect,» Perspectives on Psychological Science 11 (2016): 546. Обсуждение возможных истоков такой путаницы можно найти в: M. Friese et al., «Is Ego Depletion Real? An Analysis of Arguments,» Personality and Social Psychology Review 23 (2019): 107. Баумайстер с коллегами ответили на сообщения о невозможности воспроизвести их результаты в статье: R. Baumeister & K. Vohs, «Misguided Effort with Elusive Implications,» Perspectives on Psychological Science 11 (2016): 574. Метаанализы этих исследований стали настолько многочисленными – и привели при этом к противоречивым выводам относительно реальности эффекта, – что теперь существуют даже метаанализы метаанализов: S. Harrison et al., «Exploring Strategies to Operationalize Cognitive Reserve: A Systematic Review of Reviews,» Journal of Clinical and Experimental Neuropsychology 37 (2015): 253. Я не в состоянии оценить дебаты вокруг социально-психологических аспектов этих исследований, не говоря уже об анализе данных; я чувствую себя увереннее, оценивая их биологические аспекты. Поэтому, на мой взгляд стороннего наблюдателя, эффекты эти зачастую реальны, но, как правило, они значительно меньше, чем предполагалось в ранних исследованиях. Это, конечно, не первый случай, когда в науке возникает необходимость в такого рода пересмотре.


[Закрыть].

Поставьте, например, вазочку с драже M&M's перед человеком, соблюдающим диету. «Вот, бери сколько хочешь». Он, конечно, попытается устоять. Но если он только что выполнил задачу, требующую напряжения лобной коры, даже такую бессмысленную, как задание про красный и синий свет, он съест больше конфет, чем обычно. Одна статья на эту тему вышла с очаровательным названием «Не истощи нас в искушении» (Deplete us not into temptation). То же самое верно и в обратном порядке – истощите резервы лобной коры, минут пятнадцать сопротивляясь искушению съесть конфету, и вы будете хуже справляться с заданием «красный/синий»{126}126
  W. Hofmann, W. Rauch & B. Gawronski, «And Deplete Us Not into Temptation: Automatic Attitudes, Dietary Restraint, and Self-Regulatory Resources as Determinants of Eating Behavior,» Journal of Experimental Social Psychology 43 (2007): 497.


[Закрыть].

ПФК работает хуже, и ваша способность к саморегуляции сходит на нет, если вы напуганы или страдаете от боли – ПФК тратит энергию на борьбу со стрессом. Вспомните эффект Макбет, когда воспоминание о неэтичном поступке препятствует мыслительной деятельности (если только вы не избавились от этого тягостного ощущения нечистоты, вымыв руки). Работоспособность лобной коры падает и в том случае, если она утомляется, мешая вам отвлекаться на что-нибудь приятное – пациенты чаще умирают от послеоперационных осложнений, если хирург оперировал в свой день рождения{127}127
  H. Kato, A. Jena & Y. Tsugawa, «Patient Mortality after Surgery on the Surgeon's Birthday: Observational Study,» British Medical Journal 371 (2020): m4381.


[Закрыть].

Усталость тоже истощает ресурсы лобной коры. Чем ближе к вечеру, тем чаще доктора идут по самому легкому пути: назначают меньше анализов, выписывают больше опиатов (в отличие от безопасного лечения вроде противовоспалительных средств или физиотерапии). Испытуемые чаще поступают неэтично и меньше размышляют над моральной стороной дела во второй половине дня или после того, как попыхтели над замысловатой задачей. В одном настораживающем исследовании, проведенном среди врачей отделения неотложной помощи, было показано, что чем больше интеллектуальных усилий требовала рабочая смена (этот параметр измеряли числом пациентов), тем выше к концу дня был уровень неявных расовых предубеждений у докторов{128}128
  M. Kouchaki & I. Smith, «The Morning Morality Effect: The Influence of Time of Day on Unethical Behavior,» Psychological Sciences 25 (2014): 95; F. Gino et al., «Unable to Resist Temptation: How Self-Control Depletion Promotes Unethical Behavior,» Organizational Behavior and Human Decision Processes 115 (2011): 191–92; N. Mead et al., «Too Tired to Tell the Truth: Self-Control Resource Depletion and Dishonesty,» Journal of Experimental Social Psychology 45 (2009): 594. Те же эффекты в сфере медицины: T. Johnson et al., «The Impact of Cognitive Stressors in the Emergency Department on Physician Implicit Racial Bias,» Academy of Emergency Medicine 23 (2016): 29; P. Trinh, D. Hoover & F. Sonnenberg, «Time-of-Day Changes in Physician Clinical Decision Making: A Retrospective Study,» PLoS One 16 (2021): e0257500; H. Nephrash & M. Barnett, «Association of Primary Care Clinic Appointment Time with Opioid Prescribing,» JAMA Open Network 2 (2019): e1910373.


[Закрыть].

То же самое касается и голода. Вот исследование, заставляющее задуматься (мы уже ссылались на него в предыдущей главе). Ученые изучили группу судей, которые вынесли более тысячи решений по поводу условно-досрочного освобождения. Какой параметр надежнее всего предсказывал, удовлетворит судья просьбу об условно-досрочном или же отправит просителя обратно в тюрьму? Как давно последний раз судья ел. Если осужденный представал перед судьей сразу же после обеда, вероятность уйти на условно-досрочное составляла для него примерно 65%; если же он представал перед судьей, когда с момента последнего приема пищи прошло уже несколько часов, эта вероятность была близка к нулю[100]100
  Этот вывод оспаривался критиками, которые предположили, что он является статистическим артефактом, связанным с правилами проведения слушаний по условно-досрочному освобождению; авторы повторно проанализировали свои данные, чтобы проконтролировать такую возможность, и убедительно показали, что эффект все-таки сохраняется. Дополнительное исследование продемонстрировало ту же картину: испытуемые просматривали анкеты соискателей работы из числа меньшинств, не относящихся к их социальной группе; чем больше времени проходило с момента приема пищи, тем меньше времени тратилось на каждую анкету.


[Закрыть]{129}129
  S. Danziger, J. Levav & L. Avnaim-Pesso, «Extraneous Factors in Judicial Decisions,» Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America 108 (2011): 6889.
  К сноске: Эффект голодного судьи: K. Weinshall-Margel & J. Shapard, "Overlooked Factors in the Analysis of Parole Decisions," Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America 108 (2011): E833. См. также: A. Glöckner, «The Irrational Hungry Judge Effect Revisited: Simulations Reveal That the Magnitude of the Effect Is Overestimated,» Judgment and Decision Making 11 (2016): 601. Дополнительные исследования: D. Hangartner, D. Kopp & M. Siegenthaler, «Monitoring Hiring Discrimination through Online Recruitment Platforms,» Nature 589 (2021): 572. См. также: P. Hunter, «Your Decisions Are What You Eat: Metabolic State Can Have a Serious Impact on Risk-Taking and Decision-Making in Humans and Animals,» EMBO Reports 14 (2013): 505. Между тем последующие исследования предложили новую версию влияния неявных факторов на судебные решения: в среднем судьи выносят более мягкие приговоры в день рождения подсудимого. Например, в залах суда Нового Орлеана длительность тюремного срока сокращается примерно на 15%; при этом эффект примерно вдвое выше, если судья и подсудимый принадлежат к одной расе. А если за день до или в день после дня рождения? Никаких шансов, никакого эффекта. И что еще более показательно, но не удивительно, ни один судья не упомянул в своем судебном решении такого понятия, как день рождения. В названии статьи точно подмечено, что здесь перед нами случай столкновения ценностей: «преступники должны быть наказаны» против «мы должны быть добры к людям в их день рождения». D. Chen & P. Arnaud, «Clash of Norms: Judicial Leniency on Defendant Birthdays» SSRN (2020), ssrn.com/abstract=3203624 or http://dx.doi.org/10.2139/ssrn.3203624.


[Закрыть].

В чем же дело? Явно не в том, что к концу рабочего дня судьи теряют рассудок, путают слова, не соображают, что делают, и сажают за решетку стенографистку. Нобелевский лауреат психолог Даниэль Канеман при обсуждении этого исследования предположил, что когда после обеда проходит больше времени, ПФК хуже удается фокусироваться на деталях каждого отдельного случая и судья с большей вероятностью принимает самое простое, буквально рефлекторное решение, а именно отправляет человека обратно в тюрьму. Важным подтверждением этой мысли служит исследование, в котором испытуемые должны были принимать решения возрастающей сложности; чем сильнее длПФК уставала по ходу эксперимента, тем чаще испытуемые прибегали к привычному для них решению{130}130
  D. Kahneman, Thinking, Fast and Slow (Farrar, Straus and Giroux, 2013). Чтобы глубже понять мысль Канемана, см. также: H. Nohlen, F. van Harreveld & W. Cunningham, «Social Evaluations under Conflict: Negative Judgments of Conflicting Information Are Easier Than Positive Judgments,» Social Cognitive and Affective Neuroscience 14 (2019): 709.


[Закрыть].

Почему отказ в условно-досрочном освобождении – это простая и привычная реакция? Потому что ПФК она обходится дешевле. Перед вами стоит человек, который совершал плохие поступки, но в тюрьме вел себя хорошо. Нужна мощная и полная энергии ПФК, чтобы попытаться понять, почувствовать, какой – полной ужасного невезения – была жизнь заключенного, посмотреть на мир его глазами, всмотреться в его лицо и разглядеть под грубым обличьем потенциал и признаки перемен. Судье нужно серьезно напрячь лобную кору, чтобы поставить себя на место заключенного, прежде чем решить вопрос о его условно-досрочном освобождении. В подтверждение этого говорит и тот факт, что судьям в среднем требуется больше времени, чтобы удовлетворить просьбу об условно-досрочном освобождении, чем для того, чтобы отклонить ее и отправить человека обратно в тюрьму[101]101
  «О боже, да этот парень просто сердобольный либерал». Нет. Это далеко не так – вот увидите.


[Закрыть],[102]102
  Точно так же кредитные специалисты к концу дня чаще отказывают в выдаче кредита. И опытные актеры знают, что не стоит выбирать для прослушивания временной интервал перед обедом или в конце дня.


[Закрыть]{131}131
  К сноске: T. Baer & S. Schnall, «Quantifying the Cost of Decision Fatigue: Suboptimal Risk Decisions in Finance,» Royal Society Open Science 5 (2021): 201059.


[Закрыть].

Таким образом, события окружающего мира влияют на способность вашей ПФК сопротивляться желанию съесть еще M&M's или принять простое и легкое судебное решение. Еще одним важным фактором выступает химия мозга, определяющая, насколько соблазнительным кажется искушение. Этот эффект связан с нейромедиатором дофамином, который выделяется в ПФК из нейронов, приходящих туда из прилежащего ядра, которое является частью лимбической системы. Что делает дофамин в ПФК? Сигнализирует о значимости соблазна, о том, насколько живо ваши нейроны воображают себе манящий вкус M&M's. Чем больше дофамина выделяется в ПФК, тем сильнее соблазн и тем сложнее ПФК сопротивляться. Повысьте уровень дофамина в ПФК, и вам вдруг станет трудно сдерживать свои порывы[103]103
  Как об этом узнали? Не самым приятным образом. Болезнь Паркинсона, двигательное расстройство, при котором затруднена инициация произвольных движений, вызвана дефицитом дофамина в одной из зон мозга. Что ж, давайте лечить ее, повышая уровень дофамина в организме человека (для этого используется препарат под названием «леводопа»; долго рассказывать). Но вы же не станете сверлить дырку в черепе больного и вводить препарат непосредственно в нужную часть мозга. Пациент просто глотает таблетку леводопы, и уровень дофамина в этой больной части мозга… а также во всем остальном мозге, включая ПФК, повышается. Что в итоге? Побочным эффектом приема высоких доз леводопы может стать, например, компульсивное влечение к азартным играм.


[Закрыть]. И, как и следовало ожидать, существует целая вселенная факторов, не зависящих от вас и влияющих на количество дофамина, насыщающего вашу ПФК (то есть, чтобы понять, как работает дофаминовая система, снова не обойтись без анализа «за секунду до» и «за столетие до»){132}132
  I. Beaulieu-Boire & A. Lang, «Behavioral Effects of Levodopa,» Movement Disorders 30 (2015): 90.


[Закрыть].