Текст книги "Уйти, чтобы выжить"
![](/books_files/covers/thumbs_240/uyti-chtoby-vyzhit-76604.jpg)
Автор книги: Сергей Садов
Жанр: Историческая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 9 (всего у книги 32 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Глава 7
Следующие шесть дней походили один на другой: Володя получал задание с Базы, чистые винты, передавал информацию и принимался за работу. На Базе решили максимально использовать стоявшие ясные дни и засыпали мальчика зондами с видео– и фотоаппаратурой. В день он отправлял их не менее шестидесяти штук, тем более это оказалось самым эффективным способом исследования планеты и цивилизации. Он дал результаты – с Базы передали первые карты прилегающей территории. Очень подробные, с координатной сеткой, все как полагается. Еще прислали смонтированный фильм, где специалисты разного профиля давали комментарии по отснятому материалу.
Володя включил ноутбук, вставил диск и уселся смотреть фильм.
Показалась деревня.
– Обрати внимание, – зазвучал голос историка, – что ездят здесь на лошадях. По крайней мере, биологи отличий не нашли. Но вместе с тем в деревнях в загоне обнаружили живность, которая на Земле не встречается. Сейчас пытаем зоологов на предмет того, что это когда-то существовавшие на Земле, но вымершие виды. Если будет какой-то результат, мы тебе передадим.
Мальчик пожал плечами: к какому виду и классу относились эти животные, его не интересовало. Главное, что раз их разводят, значит, можно есть.
– А вот воин едет по дороге, – теперь говорил уже военный Михайло Потапыч. – Обрати внимание на доспех. Судя по всему, развитие металлургии в этом мире находится примерно на уровне восьмого или девятого века Земли, значит, аналог дамасской стали может существовать.
– Но твоим мечам и дамаск не сможет противостоять, – вмешался Павел Викторович. – Однако помни, что я тебе говорил: сила не в оружии, она в твоей голове. Пользуйся мозгами, любое оружие всего лишь приложение к ним.
– Так вот, вернемся к вооружению, – продолжил Михайло Потапыч. – Судя по всему, это либо простой солдат, либо наемник-профессионал. Вооружен копьем, меч на поясе не очень длинный, похоже, железо не сильно хорошего качества, а на более дорогое оружие у него просто нет денег. Круглый небольшой щит удобен для действий с коня, а вот на земле им будет орудовать трудно, значит, воин привык действовать с коня. А теперь внимание, нам удалось заснять одну небольшую схватку. Обрати внимание, как действуют солдаты…
Володя посмотрел, жаль, не до конца – зонд покинул зону видимости, но выводы и правда можно сделать. И первый из них заключался в том, что дисциплина в местных войсках хоть и есть, а это была именно стычка регулярных отрядов, а не банд, но тактика весьма примитивна. Встретились, увидели друг друга и «ура-а-а-а-а». Строй держался первые минуты боя, а потом все рассыпалось на индивидуальные стычки. Это чуть погодя и разъяснил историк:
– Типичная ситуация феодальной раздробленности, хотя, судя по всему, здесь есть и вполне приличные государственные образования. Сам понимаешь, трудно делать выводы из таких фильмов. Тут работы на годы… эх…
Ну и дальше в том же духе. Потом стали приходить результаты исследований живности, которую добывал мальчик. Она оказалась вполне съедобной. У медиков вызвала опасение только одна рыбка, которую настоятельно рекомендовали не пробовать, но мальчика при одном виде этой рыбки начинало тошнить, и он не стал бы ее есть, даже умирая с голода. А из «сайги» ему так и не довелось ни разу выстрелить – всю живность он добыл с помощью капканов. Судя по всему, местные животные с такой человеческой хитростью еще не сталкивались.
И вот сейчас мальчик получил полный комплект карт. В приложенной записке сообщалось, что остальное перешлют позже, когда будут дополнительные снимки. Перед сном мальчик изучил все карты, сориентировавшись, где ближайшее поселение, а где город.
В последние дни вообще приходилось работать на износ, чтобы успеть все сделать до того момента, когда «окно» закроется. Снова стали присылать припасы – по какой-то причине на Базе решили, что ему нужно доставить больше консервов, патронов, готовых стрел для лука, запасную бензопилу, больше бензина и солярки. Все это передавали в герметично запаянных пластиковых пакетах. Володя же отправлял материал из научного центра, образцы животных и растений. Все чаще и чаще с той стороны передавали папки с законченным анализом. Прислали дополнительный модуль для лингвоаналитической программы. Сегодня мальчик впервые заметил, как «окно» пошло рябью, что указывало на возрастающую нестабильность. Как говорили ученые, с момента, как станет заметна рябь, «окно» просуществует часов двадцать-тридцать. Что ж, значит, завтра последний день, о чем Володя сообщил запиской и лег спать.
Утром он стал сворачивать научный центр и передавать блоки обратно. Об этом не договаривались, но мальчик подумал, что все эти сложнейшие вычислительные комплексы ему здесь совершенно не нужны – только энергию потребляют, а солярка не бесконечна. Да и дизель-генератор вечно работать не сможет. На Базе все поняли правильно и со следующей партией переслали кучу писем от наставников и даже директора. В основном все желали удачи и счастья.
Все чаще и чаще появлялась рябь на «окне», впервые пришлось повторить передачу результатов, поскольку предыдущая не дошла. Мальчик передал последние блоки и теперь стал отправлять технологический мусор, который тут был не нужен, а утилизировать его вряд ли удастся. Получил последнюю кипу книг и дисков, последние результаты картографирования, отнес все это в уже бывший научный центр и вернулся к «окну», наблюдая, как оно начинает меняться, то изгибаясь, то подрагивая.
– Прощайте… – прошептал он.
И еще долго стоял, когда «окно» исчезло. Потом очнулся и потрогал лицо – глаза были совершенно сухи. Мальчик вздохнул. Хотелось разреветься, но… как это сделать?
Он прошел на берег озера и растянулся на песке, наблюдая за проплывающими облаками. Он не знал, сколько лежал так, а на часы потом принципиально глядеть не стал. Какая теперь разница?
В этот день он ничем больше не занимался, зато на следующий приступил к работе в усиленном режиме, чтобы забыться. Пропала даже радость от излечения. За день успел разложить все контейнеры, убрать на всякий случай солярку и бензин подальше от поляны, оставив около генераторов небольшой запас. И успел до темноты обозначить границу ямы под фундамент будущего дома.
Утром после завтрака продолжил копать… Вот работенка – пришлось почти двое суток рыть яму под фундамент, и только на третий приступить к строительству дома. Достал из упаковки восемь дюралевых заостренных столбов с небольшой чашечкой, как у лыжной палки, сантиметрах в тридцати от заостренного конца. Четыре отнес к углам вырытой ямы, глубиной примерно полметра, а еще четыре положил посредине каждой стороны. Кувалдой вбил угловые столбы до чашечки. Повернул так, чтобы прикрепленные по сторонам короткие трубочки, как у «лесов», располагались напротив друг друга. Рулеткой измерив расстояние, вбил оставшиеся столбы и принес еще одни трубы, меньшего диаметра, к концам которых крепился Г-образный штырь. Конец его вставил в трубку на боковом столбе, второй – в трубку на центральном столбе. Вскоре все столбы Володя соединил такими трубами в двух местах – на полметра выше земли и у вершины. Только там, где должна быть дверь, оставалось свободное пространство.
Володя отошел в сторону и полюбовался работой. Дом будет простым: одна комната пять на шесть метров да кухня.
Теперь фундамент. Володя раскатал рулоны из материала, напоминающего кевлар, и стал натягивать его в яме, лопатой подбивая материал к стене. Потом прикрепил к столбам тонкие пластиковые панели, создавая подобие формы для заливки бетона.
Вся эта работа была настолько для него привычна, что делалась на автомате: закрепить панели, притащить баллон с монтажной пеной, подсоединить шланг и залить свободное пространство между тканью, стенками ямы и панелями. Натыкать арматуры для прочности и связки. Пока пена стынет, поставить панели вокруг дома, формируя фундамент, и прикрепить их к столбам специальными зажимами. То же самое сделать с другой стороны: новая форма для заливки готова, словно монолитный дом строится, хотя пена по прочности все-таки уступает бетону. Впрочем, для таких домов в самый раз.
Только все равно рано еще заливать, значит, надо заняться получившимся подвалом. На пол постелить сетку, засыпать керамзит, сверху положить жесткие решетки и все это снова залить монтажной пеной. А на нее настелить пластиковый пол. Когда все застынет, будет прочно и сухо.
После этого мальчик принес еще восемь столбов и вставил их в те, что были уже вбиты. Дом сразу вырос до трех с половиной метров. Теперь без стремянки продольные перекладины не закрепишь. Правда, стремянку пришлось поискать – не подумал сразу. Ну вот и очертания дома видны. Теперь можно и оставшееся пространство фундамента залить пеной.
К вечеру Володя успел прикрепить в подвале полки, настелить полы, приделать люк и подготовить место для печи внутри, прикрепив металлические опоры и обложив там все асбестом. Начал возводить стены из пластика, маскирующегося под дерево, крепя их длинными шурупами к специальным рейкам с хомутами. Успел до темноты привернуть три ряда, а потом махнул рукой, положил шуруповерт в чемоданчик и отправился купаться…
За следующее утро Володя возвел внешние стены и залил щели между досками монтажной пеной. Пока обедал, она успела затвердеть, и он начал обшивать дом изнутри, забивая в свободное пространство утеплитель, не забыв понизу пустить пластиковую трубу с небольшими отверстиями, которая должна соединиться с печью – тоже специальная разработка. Печь очень походила на русскую, только меньшего размера. Ее секрет заключался в этой самой трубе – если открыть «зимнюю» заслонку, то горячий воздух, который нагревается в печи, поступит в трубу и равномерно распределится по всему дому. Система заслонок в самой трубе позволяла повышать или понижать температуру, хотя правильней все же дров поменьше класть, не социализм тут – экономить надо. К вечеру дом был закончен. Правда, еще не установлены печь и внутренняя перегородка, и крыши нет, но потолок доделать успел и даже настелил туда утеплитель… если ночью пойдет дождь, утеплитель придется менять… фигово, но вроде бы дождя ничего не предвещало. Наверное, все-таки не стоило так торопиться.
Чуть в спешке не забыл внутри стены проложить вентиляционную трубу. На всех окнах дома Володя поставил двойное оргстекло: легкое, прочное, надежное, а что сквозь него хуже видно, чем через обычное, так окна тут не для того, чтобы через них смотреть, а чтобы свет в дом пропускали и тепло удерживали. Если же что посмотреть понадобится, так и выйти из дома нетрудно.
В эту ночь Володя впервые спал на раскладушке внутри пусть еще и не достроенного, но собственного дома.
Дни шли за днями, дом Володя достроил, теперь расчищал вокруг место от деревьев, запасал дрова, сортировал доставленные контейнеры. Хорошо, что есть запас горючего и можно использовать разные инструменты. Сколько времени ушло бы на расчистку без бензопилы, специального пневматического домкрата для выкорчевывания пней, электрорубанка… только дрова приходилось колоть колуном, но это даже хорошо – тренировка. Стелил металлическую сетку в качестве тропинок и заливал ее специальной пеной из баллонов, напоминающей монтажную. Поставил забор из той же сетки, благо переправили ее много, правильно решив, что такая полезная вещь в хозяйстве пригодится всегда. К ограде Володя вообще подошел основательно, полагая, что защита от разного зверья лишней не будет. На той стороне даже поставил несколько капканов и вырыл ямы, на дно которых воткнул колья. Там, где мальчик считал нужным, он вообще сооружал частокол. Планировал со временем поставить его вокруг всей поляны и заготавливал колья. Проложил дорогу до озера и соорудил там небольшой причал, позаботившись, чтобы его не было видно с той стороны. Маскировке Володя тоже придавал большое значение.
Обустроившись, он приступил к изучению этого мира, для начала просмотрев все те фильмы, которые передали ему с Базы после анализа информации. Внимательно наблюдал за поведением людей разных классов, попавших в поле зрения камер зондов, учил карты, запоминая расположение ближайших сел и городов. Через пять дней Володя решил, что пора учить язык, и отправился распаковывать очередные контейнеры. На этот раз это было несколько мини-дирижаблей с камерами и радиоаппаратурой. Володя раскрыл на столе ноутбук… хотя какой ноутбук, если он размером с хороший чемодан, а аккумуляторов в нем хватает на двенадцать часов беспрерывной работы. Впрочем, аккумуляторы он пока нагружать не стал и запустил генератор. Проверив, как работает управление и связь, Володя закачал в баллон гелий и отправил дирижабль в полет, выдерживая маршрут по наложенной карте. В расчетной точке мальчик выбрал сосну повыше и выпустил якорь. Когда тот крепко зацепился за дерево, чуть стравил гелий и одновременно подтянул дирижабль к стволу. Едва тот коснулся веток, как пиропатроны отстрелили еще два якоря, и дирижабль оказался крепко пришпилен к стволу, а еще один пиропатрон отстрелил баллон и тот, лишившись привязи, немедленно устремился в небо. Подождав, когда баллон отлетит подальше, Володя подорвал его и занялся гондолой, послав сигнал на раскрытие солнечной батареи, точнее, нескольких батарей. Они немедленно после выдвижения сориентировались по солнцу, в аккумуляторы начала поступать энергия. Мальчик проверил, как идет сигнал, и пока отключил всю аппаратуру – она потребуется позже. Потом запустил следующий дирижабль дальше по линии, тот выпустил еще один ретранслятор… потом еще один для более уверенного приема сигнала и чтобы иметь возможность охватить как можно большую территорию.
Вскоре отправился в полет последний дирижабль. Мальчик запустил всю аппаратуру, а потом вывел на экран сигнал с камер нескольких дирижаблей. Некоторое время наблюдал за ними, потом спохватился и камеры отключил – энергию надо было экономить. Через полтора часа полета наконец показалась деревня. Мальчик сверился с картой – сорок три километра по прямой. Судя по тому, что дорог через этот лес нет, а все они идут в обход, эти сорок километров можно считать всей сотней – людей тут не бывает.
Володя направил дирижабль на облет деревни, высматривая, где его можно пристроить, и стараясь держаться от деревни подальше. Он выбирал место, куда можно доставить камеры, а остальные отправил к городу, замеченному еще при топографической съемке. Наконец выбрав подходящее дерево, мальчик пристроил и эту гондолу. Заполненный гелием шар он уничтожил, когда тот удалился подальше и от гондолы, и от деревни.
Проверив, как работают ретрансляторы, мальчик отправился готовить еще один дирижабль, грузовой, который должен доставить к деревне камеры, замаскированные под куски мха. В путь он их отправил, когда уже начало темнеть, ведя дирижабль по приборам. Высыпав камеры на присмотренную поляну, он вернул грузовой дирижабль домой и отправил в полет небольшой вертолет с инфракрасным прожектором. Смотреть на мир в зеленоватом свете не очень удобно, но практика – вещь полезная. Вертолет перемещался значительно быстрее дирижаблей и уже через двадцать минут был на месте. Вот он завис над разбросанными камерами и выпустил электромагнит на тросике, ухватил первую камеру, подтянул к себе. Володя развернул вертолет к деревне, надеясь, что шум его лопастей никого не потревожит, и стал высматривать место, куда пристроить первую камеру. Днем он заметил, что много людей собирается на небольшой площади в центре, потому направил вертолет туда. Вот вертолет завис над домом, спустил тросик. Внутри «мха» заработал гироскоп, ориентируя камеры и высокочувствительный направленный микрофон в нужную сторону. Отключил магнит… все, камера установлена. Володя включил ее и проверил, как все работает, после чего отключил, оставив дожидаться утра. Эта камера также работала от солнечной батареи, не очень большой, поскольку главным была маскировка. Аккумулятор же способен был обеспечить работу камеры в течение трех дней максимум. Правда, если дни стояли ясные и солнечные батареи успевали хоть немного пополнить энергию, то время работы возрастало до шести дней, после чего внутри разбивался баллончик с кислотой, уничтожавшей всю тонкую аппаратуру. Однако камеры Володя жалеть не собирался. Этого добра у него хватало – в одном контейнере их умещалось около шестисот штук, а контейнеров передали двенадцать. По-хорошему их следовало все-таки установить в городе – это был намного лучший объект для наблюдения, чем деревня, но для начала Володя решил потренироваться, выяснив все слабые места в их работе.
Вокруг площади мальчик расставил десять камер, потом разбросал остальные в разных местах деревни. Особенно он гордился тем, что одну удалось установить на стропилах в трактире – вовремя заметил открытое окно. Пришлось постараться, чтобы не разбить вертолет, но дело того стоило. Расставив все камеры, Володя вернул вертолет на базу и с чистой совестью отправился спать – завтра должна начать поступать первая информация о разговорном языке. Главное, правильно соотнести слова и действия, и тут должна была помочь лингвоаналитическая программа. Впрочем, честно говоря, доверял ей Володя мало.
С утра поставив всю аппаратуру на запись, мальчик занялся своими делами, а после обеда принялся за анализ записанного, до рези в глазах всматриваясь в скверного качества изображение (экономил место на винте) и вслушивался в слова, пытаясь понять, что к чему относится. Программа и в самом деле не оправдала надежд, но тут дело было еще в том, что ей нужны хоть какие-то исходные данные. Когда наберется хотя бы небольшой словарь, она сумеет по знакомым словам достроить фразы, подбирая смысл. И чем больше будет расти словарь – тем эффективнее она станет работать. Пока же изучение шло медленно, и через несколько часов мальчик был уверен только в двух новых словах: «хлеб» и «конь». Надежды же на микрофон в трактире себя не оправдали, слишком много специфической лексики там употребляли. Прослушав несколько раз одну запись, Володя уверился, что при случае сможет обматерить на местном языке любого, даже не понимая смысла сказанного. Эти записи он решил отложить на будущее, после чего увеличил разрешение камеры – если звуковая информация не очень помогла, то визуальная оказалась бесценной: мальчик получил сведения о покупательной способности местных монет – золотом за день не расплатился никто. Даже серебром не расплачивались – только медью.
Устало откинувшись на стуле, Володя отключил всю аппаратуру и отправился готовить еду. Что ж, быстрого результата никто и не ждал – ясно, что работы тут на месяцы, так что зря Александр Петрович брал с него слово, чтобы он не сразу шел к людям. Какое тут «пойдешь», если даже языка не знаешь. Как общаться-то? Чужаков в эти времена не очень любили, а уж чужаков, которые даже изъясняться толком не могут… Так что работать и работать.
Новизна нового мира постепенно пропадала, быт устраивался, и у Володи даже выработалось некоторое расписание. С утра разминка и занятия с мечом и луком – негоже прекращать тренировки, потом может сильно аукнуться. Когда заканчивал разминаться, включал аппаратуру в городе, куда все-таки доставил следующую партию микрофонов и камер, и отправлялся заниматься делами по хозяйству: готовил, исследовал лес на острове, сушил знакомые лечебные травы, рыбачил и солил рыбу, складировал консервы в подвал дома и мастерил мебель. После обеда занимался анализом записей, постепенно расширяя словарь, с помощью лингвоанализатора формировал аудиословарь и скидывал его на mp3-плейер, после чего несколько часов ходил в наушниках, заучивая значение слов, их звучание, а также зубрил услышанные фразы, даже не понимая порой их смысла. Слова придут потом, пока надо выучить построение фраз, их звучание, определить правила фонетики.
Через полтора месяца такой жизни Володя начал понимать Робинзона Крузо, поймав себя на том, что разговаривает с чайником, пытаясь его убедить, что надо отправить еще несколько камер в другой город.
– Да, сэр Вольдемар, – пробормотал он. – Симптомчик. А нервы у вас все-таки оказались не железные.
Счастье еще, что работы навалом и задумываться просто некогда, весь день распланирован с утра до вечера. Только вот общения не хватало – очень хотелось даже не помощи от кого-то, а просто поговорить, поделиться сомнениями. Оставалось надеяться, что, когда выучит язык – станет легче, хотя бы можно будет наблюдать за городом, понимая, что там к чему. Одно плохо, ни микрофоны, ни горючее не вечно, и вскоре он останется без электричества. Надо бы уже начать собирать паровой двигатель, но шуму от него… да и ухода требует, сволочь…
Мальчик отправился инспектировать запасы солярки. Подсчитав расход, он решил, что еще на пару месяцев хватит, потом только аккумуляторы, заряжающиеся от солнечных батарей. Но это лишь на освещение в доме. Еще к зиме надо готовиться: запасов консервов года на два, а вот хлеба, как его ни упаковывай, хватит только на зиму. Правда, мяса полно – в лесу бегает; да и рыбы навалом. Нет, все-таки без парового двигателя не обойтись.
Прошло еще два месяца. Работы по-прежнему было много, и она хорошо отвлекала, расшифровка языка тоже продвигалась успешно. Лингвоанализатор здорово в этом помогал. Проблема возникла с той стороны, откуда мальчик и не ждал: мозг современного человека привык к потоку информации, которая буквально захлестывает его со всех сторон. А что на острове? Ну, наблюдать за жизнью средневекового города, по меркам Володи – большой деревни, где за прошедшие три с половиной месяца он изучил каждую собаку. Еще книги, зачитанные до дыр. Мальчик перечитал уже все, что захватил с собой, включая Макиавелли с Клаузевицем, и даже справочники по геологии и медицине. Выучил наизусть родословную Стариновых. На гербе (оказалось, что шутник Александр Петрович подложил герб, вырезанный из дерева, – Володя повесил его в доме возле шкафа) заучил каждую царапину. И Володя решил заняться теми контейнерами, которые были припасены на будущее, и наконец-то спрятать их подальше. Он отправился подыскивать подходящие места для тайников, причем желательно подальше друг от друга. В следующие две недели он перевозил на сконструированном плоту закладки, а потом в течение месяца прятал их в глубине леса. Управился как раз к первому снегу. А затем начал готовиться к походу в лес.
Мальчик собрал рюкзак с запасами еды, прицепил к рюкзаку топорик и котелок, проверил набор первой помощи, сверху прикрепил палатку – ночевать зимой в лесу в спальном мешке было бы рискованно для здоровья. Выбрал комбинезон по погоде, проверил, как вытаскиваются пистолеты, потом подумал и взял лук с десятком стрел и боевой посох из синтетического композита: гибкий и очень прочный – даже мечами не перерубить. К тому же у посоха имелся один секрет, точнее, целых два секрета. А вот доспехи и мечи решил не брать – воевать он сейчас ни с кем не собирался. Правда, постарался спрятать их на острове получше и поставил несколько ловушек… на всякий случай. Пусть людей здесь не бывает, но если… оставаться без вещей не хотелось больше, чем не причинять вреда незнакомцу, которому не повезет набрести на острове на его, Володи, жилище. Кроме того, Володя вскрыл контейнер с гранатами и сделал растяжки внутри ограды. Оказалось, что Леонид Львович подкинул несколько сюрпризов в виде МОН – мин направленного действия. Правда, странных, не МОН-100 и не МОН-50. Зона поражения, судя по маркировке, всего пять метров… не сильно похоже на серийные. Скорее всего, нечто из тех средств, какие применяют определенного рода подразделения в войнах, которые никогда не попадают на страницы газет. Их мальчик установил напротив калитки в ограде, дверей в дом, на склад и еще одну в месте пересечения сделанных им тропинок.
Обезопасив таким образом собственное жилище, Володя со спокойной совестью погрузился на плот (лодку он решил оставить разобранной в доме) и отправился к лесу, дабы немного развеяться и набраться новых впечатлений. В конце концов, он уже пять с половиной месяцев в новом мире, а бывал только на своем острове да в ближайших окрестностях.
* * *
Караван собирали так поспешно, что даже подводы брали первые попавшиеся, лишь бы ехать могли. Этой суеты Илирия совершенно не понимала. Ну и что, что муж хочет видеть ее как можно скорее? Не в такой же спешке все делать? Но даже слухи о появлении на дороге банды Охрона не охладили пыла управляющего.
– Их видели южнее, чем мы поедем, госпожа.
– Но может, все-таки стоит нанять больше охраны?
– И потерять три дня? А если дороги заметет?
Илирия подумала, что гораздо хуже, если дороги заметет, когда они будут в пути. Но ее мысли прервала семилетняя дочка. Она, весело смеясь, выскочила из-за угла дома.
– Мама! Мама! Смотри, что у меня есть! – На ладони девочки лежали грозди рябины.
– Очень хорошо, Аливия. – Женщина погладила девочку по голове. – Ты уже собралась?
– Да. А я скоро увижу папу?
– Скоро. – Женщина нагнулась и поцеловала дочь.
Когда дома уже скрылись за поворотом, управляющий подсел к Илирии и, воровато оглядевшись по сторонам, торопливо заговорил:
– Извините, госпожа, не мог раньше сказать, слишком много ушей вокруг. Я должен объяснить причину спешки.
– Что-то случилось? – встревожилась Илирия.
– Как вам сказать… Господин Осторн получил известие, что скоро начнется война. Родезцы готовят вторжение в Локхер.
– Зимой? – удивилась Илирия.
– Да. На самом деле мы ненамного опередили войска родезцев. Если сведения верны, то они как раз прошли перевалы и направляются к Ветогу.
– Но ведь это…
– Правильно. Потому мы так и спешили. Промедли еще день-два и, вполне возможно, выбраться из города уже не удалось бы.
Управляющий досадливо подергал себя за бороду. Такие были планы – и все псу под хвост из-за этих родезцев, бездна их поглоти. Если бы эта экспедиция завершилась удачно, господин Осторн наверняка доверил бы ему самостоятельную работу в какой-нибудь из своих торговых контор, разбросанных по всему побережью Алайского моря. Вместо этого приходится спешно бежать, сбыв практически весь товар по дешевке. Такие убытки… такие убытки… Господам хорошо, они знай себе воюют, а что купцам делать? Еще и охрану толковую найти не удалось – семь человек, кур смешить. Может, удастся по дороге нанять кого еще, сейчас много наемников шляется, чуя надвигающуюся войну. По правде говоря, войну ждали давно, но никто не предполагал, что Эрих начнет ее посреди зимы. Родезец славился своими непредсказуемыми поступками, но этот вообще ни в какие ворота не лез… Первые три дня они ехали довольно быстро, но потом повалил снег, заметая дорогу, да еще и телеги, собранные с бору по сосенке, начали ломаться, а ремонт – это время. За четвертый день они проехали столько, сколько в предыдущие дни проезжали за три часа.
– Вы были правы, госпожа, – тревожно прошептал управляющий, искоса поглядывая на играющую за спиной матери девочку. – Из-за снега мы потеряли много времени. На всякий случай держитесь поближе к юной госпоже… мало ли…
– Вы полагаете? – Илирия встревоженно огляделась.
– Нынче неспокойно на дорогах. Разбойники словно обезумели, кидаются на каждый караван. Да еще вооружены в последнее время они очень хорошо.
Предположение Осторна о том, что оружием разбойников снабжает Эрих Второй, король Родезии, управляющий решил не озвучивать. Раньше он полагал, что его господин малость не прав, поскольку не видел смысла в таких действиях короля, но сейчас уже не был так уверен в неправоте господина. Если вторжение начнется зимой, а разбойники перекроют все дороги, то они могут сильно задержать курьеров с границ в столицу и его величество узнает о войне, когда все пограничные города и крепости уже падут.
Управляющий покачал головой. Как же не вовремя умер старый король. Будь он жив, Эрих ни за что не решился бы воевать, но сейчас престол занял семнадцатилетний мальчишка, говорят, взбалмошный и никого не слушающий юнец, ничем не похожий на своего рассудительного отца. За неполные полгода он успел поссориться со всеми союзниками, с купечеством и оскорбить некоторых бывших сановников отца. Ничего хорошего при таком короле Локхер не ждало. Вот доберемся до цели и надо будет уезжать. Господин Осторн уже намекал на это.
Один из охранников подъехал к управляющему и осторожно тронул за рукав. Управляющий раздраженно поднял на него взгляд, но раздражение мигом сменилось испугом, когда он посмотрел в ту сторону, куда плетью указывал солдат. Следы. Совсем свежие, их еще не успело занести снегом. Скорее всего, караван из семи повозок все-таки двигался быстрее, чем рассчитывали те, кто прятался в кустах. Управляющий пригляделся, пытаясь хоть что-то рассмотреть в лесу, но тщетно – эти твари хорошо умели маскироваться, даже зимой. Хотя, казалось бы, как можно спрятаться среди голых деревьев?
Управляющий подъехал к телеге Илирии.
– Госпожа, – прошептал он, – забирайте дочь и бегите.
– Что?
– Тихо. Берите дочь и бегите. Мы постараемся задержать татей, но… сами понимаете.
Взор женщины посуровел. Она отрывисто кивнула и подозвала дочь. Та растерянно оторвалась от своих дел и послушно подползла к матери.
– Разбойники здесь надолго не задержатся и уйдут, потому отсидитесь денек в лесу и возвращайтесь на дорогу. Этого, – управляющий кинул кошелек, – вам хватит, чтобы добраться до дома. Возьмите теплые вещи и еду.
Управляющий подозвал одного из охранников и отдал ему короткое распоряжение. Тот кивнул и поравнялся с телегой, на которой ехала Илирия с дочерью. Оставшиеся всадники встали так, чтобы скрыть их от разбойников. Воспользовавшись этим, Илирия подхватила дочь на руки и бросилась в лес, охранник следом.
Караван медленно подъезжал к засаде…
Охрон со злостью пнул валявшегося на земле охранника небольшого каравана и полоснул мечом, хотя этого уже и не требовалось. Все пошло не так: слишком поздно заметили караван и не успели замести следы, а охрана оказалась слишком глазастой; эти охранники неожиданно дали сильный отпор, и его люди понесли потери. Особенно защищался один мужик с топором, успел троих зарубить прежде, чем его достали. И тут выяснилось, что в караване ничего ценного нет. Еда, какие-то вещи, немного никчемного товара. Охрон изрубил все тюки в хлам, но ценнее вещи от этого не стали. Главарь повернулся к одному из своих людей:
– Говоришь, тут еще женщина была?
– Вроде бы с ребенком.
– Значит, эти, – он еще раз пнул охранника, – прикрывали их отход. Скорее всего, жена и дочь купчишки. Если удастся их догнать, можно будет неплохо потрясти купца.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?