Читать книгу "Си Цзиньпин"

Си Цзиньпин и китайское «нациестроительство»

В том же 2012 году Си Цзиньпин объявил «реализацию китайской мечты» ключевым приоритетом своей деятельности. Однако точные характеристики и пропорции исполнения этой «мечты» остались бы размытыми без адекватной формулировки понятий «китайская нация» и «китайская идентичность».

В первое время в КНР активно заимствовался советский опыт государственного строительства.

Отвергать историю Советского Союза и Советской Коммунистической партии, отбрасывать Ленина и Сталина и отбрасывать все остальное – это значит заниматься историческим нигилизмом. Это путает наши мысли и подрывает устои партийной организации на всех уровнях.

СИ ЦЗИНЬПИН

Потом китайские власти заговорили о необходимости переосмысления советского опыта. Согласно Конституции 1982 года, КНР была провозглашена «социалистическим государством демократической диктатуры народа». Затем в Конституцию добавили формулировку «великое возрождение китайской нации». Стало важно понятие «нациестроительство», под которым понимался политический процесс, при помощи которого «строится общественное большинство, служащее опорой для легитимности правящей власти». По сути, в Китае обратили внимание на формирование политического консенсуса на огромной территории в условиях уже созданных и работающих государственных институтов.

«Нациестроительство» – это создание единого национального самосознания в рамках отдельно взятой территории. КПК удалось одержать победу с опорой на сельское население, составлявшее абсолютное большинство в стране. А потом сформировалась национальная элита, и встал вопрос о чрезвычайно высокой роли национальной элиты и ее взаимоотношениях с национальным лидером. Так было в Советском Союзе при И. В. Сталине, так было и в КНР при Мао Цзэдуне.

Несмотря на де-факто перенятую теоретическую базу в национальном вопросе от Советского Союза, его национальная политика активно критиковалась, особенно в период «культурной революции». После начала периода «политики реформ и открытости» национальный вопрос в политической повестке был упущен, стихийность, неравномерность и некоторые другие аспекты китайского экономического развития в тот период времени привели к напряжению в национальных автономиях КНР.

АРТЕМ БЭЛИКТОЕВИЧ РИНЧИНОВ, историк

Си Цзиньпин неизбежно должен был столкнуться с этой проблемой. После его прихода к власти в 2012 году национальный вопрос вернулся в повестку КПК. Выдвинутая им концепция «китайской мечты» была адресована, в первую очередь, ханьскому большинству населения КНР. Но ему хотелось вынести границы «национального дискурса» на всю территорию «Большого Китая», а также на многочисленные китайские диаспоры в других странах.

Основанная в 1921 году Коммунистическая партия Китая дублировала позицию Коминтерна по национальному вопросу и вела космополитичную, интернационалистскую политику, провозгласив принцип права наций на неограниченное самоопределение. Потом, в условиях антияпонской, а затем и Второй мировой войны, ключевым лозунгом КПК стало сохранение межнационального и межклассового единства в борьбе за независимость. После образования КНР период 1949–1979 годов был посвящен воспроизводству в КНР советского опыта государственного и национального строительства.

Пекину удалось купировать национальный вопрос, воспроизводя опыт РСФСР, создав специальные «автономные районы» и другие автономные единицы соответствующих уровней. Однако организация унитарного государства, в противовес советской федерации, оказалась для китайских властей принципиальным вопросом.

АРТЕМ БЭЛИКТОЕВИЧ РИНЧИНОВ, историк

Унитарная модель государства была закреплена в первой Конституции КНР образца 1954 года. Но с особой силой внимание властей КНР к «нациестроительству» обратилось после 2012 года. Возникла концепция «Единая национальная мечта», и ее впервые сформулировал Си Цзиньпин. Именно это стало основным его вкладом в теоретическую базу КПК на последующие годы. Повысилось внимание к национальной и тайваньской проблематике.

Мы должны смотреть в будущее. Политические разногласия между материковым Китаем и Тайванем в конечном итоге должны решаться шаг за шагом, и мы не можем позволить этим проблемам передаваться из поколения в поколение.

СИ ЦЗИНЬПИН

По сути, после ухода с поста генерального секретаря КПК Ху Цзиньтао и начала председательствования Си Цзиньпина, который и выдвинул тезис о «возрождении» в качестве своей идеологии, в Китае произошел коренной перелом в подходе к национальному вопросу.

Что касается национального восприятия «китайской мечты», то за несколько лет в стране было проведено немало опросов о том, какие мечты присущи гражданам страны. И они показали, что эти желания были сугубо материального характера. Если еще в 1970-е годы пределом мечтаний каждой китайской семьи была «швейная машинка» или любое другое средство производства, приносящее домохозяйству дополнительный неофициальный доход, то с тех пор ситуация изменилась. Потребительские запросы китайцев выросли благодаря государственной политике по превращению Китая в постиндустриальное общество.

В свое время американский социолог Даниэл Белл определил постиндустриальное общество как общество, в экономике которого приоритет перешел от производства товаров к производству услуг. Для него характерно повышение качества жизни, массовое потребление материальных благ и формирование соответствующей системы ценностей. Согласно опросам жителей Пекина, проведенным в 2014 году, большинство из них уже мечтало о приобретении собственного жилья (60,4%). На втором месте в списке потребностей стоял личный автомобиль (52%), на третьем – персональный компьютер (29%).

Материальный достаток и обогащение духовного достояния – это основные требования социалистической модернизации. Отсутствие материального достатка – это не социализм, духовная пустота – тоже не социализм.

СИ ЦЗИНЬПИН

Но для Си Цзиньпина «китайская мечта» фокусировалась не только на удовлетворении широкого спектра потребностей индивида в благах, но и на процветании государства и его имидже. Среди же китайских респондентов «китайскую мечту» связали со строительством мощного государства лишь 53% опрошенных.

Си Цзиньпин говорил об унижении Китая в прошлом, и для него государственные границы КНР стали неким «сакральным» образом, столь необходимым для проведения «нациестроительства». В частности, конфликты с Японией (2012) и Индией (2013) [10]10
  В 2012 году китайско-японские отношения обострились из-за спора об островах Сенкаку (китайское название – Дяоюйдао), а в апреле 2013 года взвод китайских солдат нарушил линию контроля и около месяца стоял лагерем на индийской территории.


[Закрыть] продемонстрировали, что этот вопрос имеет мощный мобилизационный потенциал для китайской аудитории. Согласно результатам опроса, доля граждан КНР, отрицательно относящихся к соседней Индии, с 2008 по 2014 год увеличилась с 24% до 35%. И ситуацию с негативным фоном, сопровождавшим новости об Индии, не исправил даже визит в эту страну Си Цзиньпина в сентябре 2014 года.

При этом, встречаясь с премьер-министром Индии Моди, Си Цзиньпин сказал, что XXI век принадлежит Азии, а развитие Китая и Индии носит ключевой характер. Он отметил важность гармоничного сосуществования «китайского дракона» и «индийского слона», а также заверил, что «Китай рассматривает Индию в качестве долгосрочного стратегического партнера».

Вместе с тем в 2013 году Китай израсходовал на военные нужды $180 млрд, увеличив военный бюджет с 2004 года на 170%, а Индия – $47,4 млрд, при этом рост за аналогичный период составил лишь 45%.

Тезис о некогда униженном Китае, в результате которого тот остался с целой серией неразрешенных территориальных споров, является одним из основных для «мечты о возрождении китайской нации» Си Цзиньпина. Важность наличия «общего врага» для построения идеологии как гражданского, так и этнического национализма – нельзя переоценить.

АРТЕМ БЭЛИКТОЕВИЧ РИНЧИНОВ, историк

Си Цзиньпин и традиционная китайская философия

Как известно, в Китае все основано на духовной культуре и традициях. Причем значение этого настолько велико, что считается системообразующей основой всех происходящих на протяжении многих веков общественных процессов. И, конечно же, Си Цзиньпин, даже будучи коммунистом, тоже уделяет этому большое внимание.

Еще работая в провинции Чжэцзян, он вместе со студентами одного из университетов специально прослушал курс лекций по истории китайской философии. И до сих пор прекрасно разбирается во всех учениях наиболее представительных китайских мыслителей – от Конфуция до Сунь Ятсена. При этом Си Цзиньпин понимает актуальность традиционной китайской философии и признает значение идей китайских мыслителей древности для сегодняшнего дня. Во многих своих речах он обращается к наследию китайских философов, и эти обращения органично вписываются в ткань того, о чем глава государства говорит.

Одним из любимых философов Си Цзиньпина является выдающийся китайский мыслитель позднего Средневековья Ван Янмин (1472–1529), в чьем творческом наследии есть положения, которые и в настоящее время не потеряли своей актуальности. Имя Ван Янмина, философа, политика, литератора и военного деятеля, занимает почетное место в истории китайской философии. Вместе с Лу Цзююанем (1139–1193) он создал оригинальную философскую школу, оказавшую огромное влияние на все последующее развитие китайской мысли. Эта школа носит название синьсюэ сюэпай (учение о сердце). В центре ее внимания находится человек, ибо именно сфере сердца принадлежит принцип «ли», одно из основополагающих понятий традиционной китайской философии.

Си Цзиньпин стал высказывать мнение о прогрессивном характере учения Ван Янмина, о том, что его идеи имеют значение и в XXI веке. Именно поэтому его учение стало в современном Китае очень популярным. Появилось даже такое высказывание: «Будучи китайцем, нельзя не знать Ван Янмина».

Сегодня некоторые китайские ученые утверждают, что учение Ван Янмина – хорошее лекарство для излечения трудноизлечимых болезней. Современный мир переживает духовный кризис, духовную усталость, но мудрость учения Ван Янмина становится маяком, освещающим будущее человеческой цивилизации. Многие китайские ученые считают, что учение Ван Янмина стало теоретической вершиной развития традиционной конфуцианской мысли.

ВЛАДИЛЕН ГЕОРГИЕВИЧ БУРОВ, философ и историк

Си Цзиньпин часто обращается к использованию формулы «единство знания и действия» в трактовке Ван Янмина. Знание – это теория, а действие – практика. Только в случае их единства можно сказать, что достигнуто «благо», то есть то самое, что проповедовал китайский мыслитель.

Практика не имеет предела, теоретические инновации не знают границ. Мир меняется каждый день и каждую минуту, то же самое происходит и в Китае, поэтому в теоретическом плане мы должны идти в ногу со временем, непрерывно познавать законы развития, неустанно развивать теоретические, практические, институциональные, культурные инновации и инновации во всех других сферах.

СИ ЦЗИНЬПИН

Си Цзиньпин дает нам следующую трактовку формулы Ван Янмина «единство знания и действия». По его словам, знание – это основа, предпосылка, а действие – главное звено, ключ к решению проблем. То есть посредством «знания» необходимо продвигать «действие», посредством «действия» – продвигать «знание», добиваясь их единства.

Си Цзиньпин не только подчеркивает необходимость практически познавать и овладевать закономерностями развития общества, придерживаться реалистического подхода, но и непрерывно продвигать теоретические инновации, основанные на практике. В этом, на мой взгляд, заключается новаторский подход Си Цзиньпина к интерпретации положения о «единстве знания и действия», отличающийся от всех предшествующих толкований.

ВЛАДИЛЕН ГЕОРГИЕВИЧ БУРОВ, философ и историк

Встав во главе КПК, Си Цзиньпин стал требовать, чтобы члены партии хорошо понимали и использовали на практике подход Ван Янмина. Он указывал на то, что необходимо не только на практике познавать законы и овладевать ими, но и отстаивать реалистический подход и непрерывно стимулировать на основе практики теоретические инновации.

Вообще после XVIII съезда КПК произошли революционные изменения, заключающиеся в том, что во всей деятельности партии, во всех ее делах преемственность и развитие китайской традиционной культуры достигли небывалого уровня. Это проявилось в том, что конфуцианство стало играть стимулирующую роль в решении многих существующих социальных проблем. И во многом это было связано с позицией главы КПК, который в своих выступлениях неоднократно обращался к учению Ван Янмина.

Например, 1 июля 2016 года Си Цзиньпин выступил с речью на торжественной церемонии, посвященной празднованию 95-й годовщины со дня образования КПК. В своем выступлении он подчеркнул важность идеалов и убеждений, заявив: «Без веры нет достижений». Он сказал, что крушение идеалов и убеждений – дело крайне опасное, и упадок политической партии часто начинается с этого. Источник силы партии зависит от неизменной веры и твердых убеждений не только самой партии, но и каждого ее члена.

«Без веры нет достижений» – это слова Ван Янмина. В свое время он определил несколько незыблемых принципов для своих учеников, и основной принцип заключается в том, чтобы выбрать и поставить перед собой четкую цель в жизни.

«Нет амбиций, нет и свершений», – сказал однажды Ван Янмин, и эти слова тоже очень нравятся Си Цзиньпину, он часто их цитирует.

Цитаты из древнекитайской классики в выступлениях Си Цзиньпина наглядно демонстрируют традицию уважения к человеку и заботы о нем в китайской культуре. Партийный лидер цитировал слова Конфуция о том, что «в древнем правлении самой большой была любовь к людям», и суждение Сюнь-цзы о том, что человек – «самое драгоценное в Поднебесной». Китайский лидер также всегда напоминал высказывания древних предков о том, что «среди десяти тысяч вещей драгоценен человек», что «вершащие большие дела в Поднебесной должны брать людей за основу» и т. д.

Некоторые неуверенно говорят, что Си Цзиньпин – человек религиозный, а то и «мистик». Что ж, с такой биографией, как у него, только мистиком и быть.

ДМИТРИЙ ЕВГЕНЬЕВИЧ КОСЫРЕВ, журналист, публицист-востоковед и писатель

Обращение к истокам культурной традиции позволяло Си Цзиньпину подчеркнуть древность и самобытность китайского понимания места человека в государственной политике и общественных отношениях. Он выдвигал и продолжает выдвигать собственные концепции про «социализм с китайской спецификой», про «китайскую мечту», про «великое возрождение китайской нации», про «возрождение Великого шелкового пути», про «построение среднезажиточного общества» и другие, и они относятся больше даже к глобальной политической философии, чем к стратегическим или тем более тактическим установкам национального уровня. Для Си Цзиньпина Китай представляется – в полном соответствии с китайской традицией – государством-истиной. Будучи «главным китайцем планеты», Си Цзиньпин не скрывает своих взглядов. Он взял на себя миссию: подъем Китая, чтобы больше никто и никогда не смог его ни подчинить, ни унизить, не разрушить.

Си Цзиньпин – это человек с развитым и творческим интеллектом глобального масштаба, историческая личность. Он является креативным реформатором в своей стране. Он взял себе за образец Мао Цзэдуна и Дэн Сяопина. Си Цзиньпин – коммунист, но не догматик. Он патриот и прагматик, приветствует все то, что идет на пользу страны. Си Цзиньпин – человек сильный, самостоятельный, имеющий собственный взгляд на будущее Китая.

АКМАЛЬ ХОЛМАТОВИЧ САИДОВ, узбекский ученый-юрист, академик

Если оценить подход Си Цзиньпина к традиционной китайской философии, нельзя не признать, что он существенно отличается от взглядов его предшественников. В отличие от них, нынешний китайский лидер не только пропагандирует «прекрасную традиционную китайскую культуру», он практически выдвигает концепцию соединения ее с марксизмом классическим и марксизмом китаизированным. В этом состоит сущность его инновационного подхода.

Си Цзиньпин и марксизм

С приходом Си Цзиньпина к власти изучение и пропаганда марксизма в Китае практически стали государственной политикой. Во всех учебных заведениях страны были созданы Институты марксизма, чего ранее не было. На эти исследования данного мировозренческого учения выделяются значительные финансовые средства в виде специальных грантов, а в стране регулярно проводятся региональные, всекитайские и международные конференции по марксизму.

Приверженность марксизму как руководящей научной теории – это основная гарантия нашей партии для укрепления веры и убеждений и владения исторической инициативой. Содействие китаизации и осовремениванию марксизма – это процесс стремления к истине, ее раскрытия и неуклонного следования ей.

СИ ЦЗИНЬПИН

Сейчас на китайский язык переведены практически все произведения представителей западного марксизма. Как сказал в одном из своих выступлений Си Цзиньпин, «мы не согласны со многими положениями, содержащимися в этих произведениях, но они дают пищу для размышлений».

Для отстаивания и развития марксизма необходимо сочетать его с конкретными реалиями Китая. Мы неизменно руководствуемся марксизмом именно для того, чтобы решить китайские проблемы с помощью его научного мировоззрения и методологии, а не для того, чтобы выучить наизусть и повторять его конкретные выводы и формулировки. Более того, нельзя рассматривать марксизм как неизменную догму.

СИ ЦЗИНЬПИН

Отдавая должное пионерам марксистской мысли, Си Цзиньпин постоянно подчеркивает непреходящее значение марксизма. Он решительно не согласен с утверждениями о том, что марксизм якобы устарел. Особенно это касается его методологических принципов.

Си Цзиньпин придал марксизму в Китае новое дыхание. Прежде всего это выражается в понимании роли марксизма в современном обществе. Для него марксизм – это живая теория, которая требует постоянного обновления. Необходимо, говорит Си, продолжать процесс его китаизации (чжунгохуа), и в то же время необходимо обеспечить его соответствие современной эпохе, сделать его созвучным сегодняшней ситуации (шидайхуа). Наконец, необходимо добиться, чтобы марксистское учение стало доступным, понятным широким массам народа (дачжунхуа).

ВЛАДИЛЕН ГЕОРГИЕВИЧ БУРОВ, философ и историк

Си Цзиньпин постоянно говорит о китаизированном марксизме, подчеркивая необходимость его дальнейшего развития. Теорию Карла Маркса он характеризует так: «Она подобна великолепному восходу солнца, освещающему человечеству путь к изучению законов истории и поиску собственного освобождения». Для него – это теория, позволяющая человечеству осознать путь к своему освобождению, это теория, которая «направляет действия по преобразованию мира».

Марксизм постоянно развивается <…> Это теория, которая для своего обогащения непрерывно впитывает все лучшие идеологические и культурные достижения человечества. Таким образом, марксизм может навсегда сохранить молодость, постоянно решать новые проблемы, возникающие с развитием времени, и отвечать на новые вопросы, стоящие перед человеческим обществом!

СИ ЦЗИНЬПИН

Си Цзиньпин часто приводит слова Фридриха Энгельса о том, что учение Маркса – не готовая догма, а отправная точка для дальнейших исследований. И он не раз обращался к «Манифесту Коммунистической партии». Например, в апреле 2018 года он организовал обсуждение «Манифеста» на коллективной учебе членов Политбюро ЦК. А потом его выступление на том обсуждении было опубликовано под заглавием «Изучение теории марксизма – обязательный предмет для коммунистов». Си Цзиньпин отметил, что первая программа КПК была сформулирована под влиянием идей, содержавшихся в «Манифесте».

По мнению Си Цзиньпина, бороться за идеалы «социализма с китайской спецификой» можно только опираясь на серьезные теоретические убеждения. И тут может помочь «Манифест Коммунистической партии». Распались Советский Союз и КПСС, а вот в Китае социализм не занял пассивную позицию в конкуренции с капитализмом. Более того, благодаря успехам социализма в Китае марксистское учение доказало свою жизненность. Но новое время выдвигает новые проблемы, и нужно продолжать китаизацию марксизма.

Что же такое китаизация марксизма?

Изначально марксизм появился в период подъема европейского рабочего движения. Это завершенный продукт, критикующий капиталистическую систему и предлагающий альтернативные идеи о том, как должно быть устроено общество. В свое время Октябрьская революция в России придала особый импульс развитию китайского социума, подав ему пример системного переустройства в идейной, экономической, политической и социальной сферах. Как отмечает историк Го Жуй, марксизм и традиционная китайская культура с доминирующим конфуцианством представляют собой культурные формы двух различных экономических начал. Их сочетание – это не только взаимная интеграция, но и процесс, «в котором передовая культура преобразует отстающую, и в результате рождается культура обновленная».

С другой стороны, после проникновения в Китай, марксизм немедленно вступил в жесткое теоретическое противоборство с господствовавшим там конфуцианством. А конфуцианство, по определению Го Жуя, это «культурный феномен, который является неотъемлемой частью традиционной китайской духовности».

В свое время Мао Цзэдун сказал: «В процессе китаизации марксизма необходимо обращать внимание на заимствование традиционных форм конфуцианства, впитывать положительные и рациональные элементы конфуцианства и осуществлять органическую интеграцию марксизма и конфуцианства». Со своей стороны, марксизм осовременил конфуцианство. Но не только. В свою очередь, он сам приобщился к духовным источникам, питавшим живительной силой огромное государство, устоявшее, несмотря на множество исторических потрясений.

Две с половиной тысячи лет китайской истории продемонстрировали, что именно принципы жизнеустройства, выработанные еще более ранними поколениями китайцев и оформленные великим Конфуцием в учение, обеспечивали ему цивилизационную устойчивость, несмотря на различные идеологические и политические вторжения извне. Поэтому сегодня марксизму, чтобы быть вполне принятым и эффективным в стране с несколькими экономическими укладами, разнящимися ценностными ориентирами и образами мышления, необходимо сочетать собственный теоретический опыт с практикой, адаптируясь к историческим особенностям страны, обогащаясь национальным колоритом.

ЧЖАН ЯНЬЦЮ, китайский философ

Историк китайской философии Фэн Юлань писал: «У старого государства есть новая миссия». Поясняя эту мысль, он отмечал, что «древнее государство относится к давней китайской культурной традиции, а его “новая миссия” состоит в модернизации и строительстве социализма».

В трудах Карла Маркса и Фридриха Энгельса не так много рассуждений о нравственном воспитании человека, зато в конфуцианстве подобная тема представлена весьма обширно: оно устанавливает целый ряд конкретных положений для совершенствования и реализации себя как человека.

Большинство современных китайских марксистов считают, что китаизация марксизма и модернизация конфуцианства взаимно дополняют друг друга. Как отметил академик Чжу Гуанъя, «без китаизации марксизма не будет модернизации традиционной культуры, а без традиционной культуры марксизм в Китае также лишится источника инноваций». Историк Го Жуй разъяснил суть этой взаимосвязи: «Конфуцианство придает марксизму национальную форму и содержание, способствует китаизации марксизма, а конфуцианство движимо китаизацией марксизма и под его влиянием реализует современную трансформацию китайского общества».

В современном Китае марксисты категорично настаивают на принципах марксистской философии и считают, что для реализации ее китаизации необходимо активно извлекать из конфуцианства полезные духовные ресурсы. С другой стороны, видно, как марксизм в Китае преобразует конфуцианство и предоставляет ему возможность существовать как важнейший самоценный элемент культуры. Китаизация марксизма и модернизация конфуцианства действительно взаимодействуют, представляя марксизм и конфуцианство как два столпа современной китайской цивилизации.

ЧЖАН ЯНЬЦЮ, китайский философ

Китаизация марксизма – это демонстрация приверженности классическому марксизму, неразрывная связь с ним, и руководитель КПК тем самым подчеркивает, что идеология партии не противоречит классическому марксизму, а, напротив, представляет собой его продолжение (развитие).

Кто-то может сказать, что тем самым Си Цзиньпин замыкается в рамках узкой национальной культурной позиции. Конечно же нет. Лидер КПК постоянно подчеркивает необходимость усвоения передовых достижений мировой культуры и философии.

Понятно, что марксизм в Китае и сегодня остается идеологией, играющей ключевую роль при формировании внутренней и внешней политики страны. Он выступает ведущей силой в современной культуре Китая. А идеи Си Цзиньпина всегда были и остаются нацеленными на укрепление лидерства КПК в процессе принятия решений в противовес технократическим тенденциям, существовавшим в 1990–2000 годы.

Марксистская теория способствовала поиску новых идеологических оснований для сохранения легитимности КПК в условиях продолжающихся реформ и глобальных вызовов.

ВЛАДИМИР ЛЬВОВИЧ НЕЖДАНОВ, историк и политолог

На самом деле, еще в 2013 году Си Цзиньпин подчеркивал, что марксистская философия позволяет глубже понимать закономерности мирового развития, без чего будет трудно противостоять возрастающим рискам. Он говорил о том, что жизнеспособность марксистской идеологии связана с ее постоянным обновлением, а это делает долгом китайских коммунистов способствовать развитию марксизма, используя политическую практику Китая.

Си Цзиньпин, в отличие от своих предшественников, был нацелен на концентрацию власти в своих руках, и в этой связи теория марксизма могла выступить своеобразным оправданием действий Пекина по изменению сложившегося в 1990-е и 2000-е годы порядка.

Создаваемое им новое марксистское учение приобретает как китайское, так и международное звучание. Это наглядно демонстрирует подход Си Цзиньпина к международным проблемам. И это не просто лозунг, а реальная практика. В частности, современная китайская политэкономическая наука во многом основывается на западных экономических теориях. Поэтому, завершая рассмотрение взглядов Си Цзиньпина, следует признать его не только крупным руководителем, но и серьезным теоретиком.

ВЛАДИЛЕН ГЕОРГИЕВИЧ БУРОВ, философ и историк