Текст книги "33-я армия в битве за Москву"
![](/books_files/covers/thumbs_240/33-ya-armiya-v-bitve-za-moskvu-254854.jpg)
Автор книги: Владимир Мельников
Жанр: Прочая образовательная литература, Наука и Образование
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 35 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
Во второй половине дня также были вынуждены оставить занимаемые рубежи обороны и части 110-й стрелковой дивизии. Ветераны дивизии вспоминали после войны:
«…Подтянув за ночь свежие силы, 258-я пехотная дивизия при поддержке около 20 танков рано утром 19 октября атаковала позиции 1289-го стрелкового полка в районе Редькино. Сдержать такой натиск малочисленные и измотанные боями подразделения полка не смогли. Сложилась критическая ситуация.
По просьбе командира дивизии полковника С. Т. Гладышева начальник штаба 43-й армии полковник Боголюбов отдал распоряжение прикрыть отход частей дивизии огнем реактивного дивизиона. Это немного облегчило положение отходящих подразделений 110-й сд, но ненадолго.
Остатки 1289-го стрелкового полка, израсходовав все имевшиеся в наличии снаряды, мины и гранаты, утратившие связь со штабом дивизии, отошли в район Ильино, Коряково»[57]57
Виноградов Ю. В., Широков С. М. По призыву Родины. М.: Ирма пресс, 1995. С. 40–41.
[Закрыть].
Не менее сложным было положение и на участке обороны 1291-го сп.
Весь день шел ожесточенный бой в полосе обороны 113-й сд, однако точных данных о ее положении штаб армии на тот момент не имел.
Обстановка с каждым часом становилась все сложнее, но появились и отдельные положительные моменты. Первый из них был связан с тем, что 222-я сд, правда, силами только одного 479-го сп и дивизионных подразделений, к 16 часам 30 минутам заняла оборону по рубежу: высота с отм. 224,0, Потарощенков, Смолинское. Из оперативной сводки штаба дивизии:
«…3. 479 СП обороняет рубеж отм. 200, ПОТАРОЩЕНКОВ, СМОЛИНСКОЕ.
4. Саперный батальон обороняет выс. 224, 0, (иск.) отм. 200.
5. Зенитный дивизион обороняет восточную окр. НАЗАРЬЕВО.
6. Заградбатальон обороняет район РАДИОНЧИК.
7. Вправо и влево соседей нет»[58]58
ЦАМО РФ, ф. 388, оп. 8712, д. 5, л. 1.
[Закрыть].
Не успели бойцы и командиры 222-й сд занять оборону, как в этот район вышли передовые подразделения одной из частей 292-й пд, с которыми завязался огневой бой.
Изучение архивных документов штаба 57-го моторизованного корпуса неприятеля свидетельствует о том, что его командование знало о наличии между 151-й мсбр и 110-й сд промежутка местности, не прикрытого нашими войсками, однако в силу малочисленности частей и плохих дорожных условий враг не имел возможности воспользоваться этим обстоятельством.
Попытки неприятеля просочиться мелкими группами под покровом темноты в глубь обороны 222-й дивизии были отражены огнем ее подразделений. Понимая, что у дивизии явно недостаточно сил и средств для того, чтобы надежно прикрыть указанный ей рубеж обороны, штаб армии во второй половине дня отправил ей на усиление два стрелковых батальона из числа пополнения, которое прибыло для 173-й сд, ранее входившей в состав армии. Разрешение на это было получено у начальника штаба фронта генерала В. Д. Соколовского.
Второй важный положительный момент заключался в том, что днем 19 октября в район Наро-Фоминска и ближайшие к нему железнодорожные станции начали прибывать эшелоны с техникой и личным составом 1-й гвардейской мсд, которой Ставка ВГК накануне усилила 33-ю армию[59]59
ЦАМО РФ, ф. 1044, оп. 1, д. 1, л. 18.
[Закрыть].
Первый эшелон с подразделениями 175-го мотострелкового полка, которым командовал подполковник П. В. Новиков, прибыл на станцию Нара в 16 часов 30 минут и, несмотря на воздействие авиации противника, начал выгрузку. Сразу же после выгрузки подразделения полка приступили к занятию обороны по юго-западной окраине Наро-Фоминска, опоясав город полукольцом.
Остальные эшелоны ввиду непрекращавшихся ударов противника по станции Нара с воздуха были вынуждены разгружаться большей частью на станции Апрелевка, а также в Алабино и Толстопальцево, после чего стали совершать марш в район Наро-Фоминска своим ходом. Всего на 18 часов 19 октября выгрузилось 9 эшелонов с техникой и личным составом 1-й гв. мсд[60]60
ЦАМО РФ, ф. 388, оп. 8712, д. 13, л. 21.
[Закрыть].
Испытанная и закаленная в боях с немецко-фашистскими захватчиками 1-я гвардейская Московская мотострелковая дивизия уже 31 августа 1941 года одной из первых среди соединений Красной армии за мужество и героизм ее воинов была награждена орденом Красного Знамени, а 21 сентября 1941 года ей было присвоено высокое звание «Гвардейская». Дивизией командовал Герой Советского Союза полковник А. И. Лизюков.
В середине дня 19 октября 1941 года произошло еще одно событие, которое имело важное значение: на командный пункт армии в д. Яковлевское прибыл новый командующий армией генерал-лейтенант М. Г. Ефремов. О времени его прибытия в различных литературных источниках имеются разные данные. Однако анализ сохранившихся архивных документов позволяет сделать однозначный вывод о том, что Михаил Григорьевич Ефремов прибыл в штаб армии и приступил к исполнению обязанностей командарма в середине дня 19 октября 1941 года. Все документы 18 октября, а также первой половины 19 октября были подписаны комбригом Д. П. Онуприенко, но уже на распоряжении о вступлении в должность начальника Наро-Фоминского гарнизона полкового комиссара М. А. Рза-Задэ, врученного ему в 17 часов 30 минут 19 октября 1941 года, стоит фамилия генерала Ефремова. Все последующие документы, распоряжения и приказы, сохранившиеся в архиве, подписаны генерал-лейтенантом М. Г. Ефремовым.
Уже заканчивая работу над книгой, автор нашел документ, однозначно подтверждающий этот вывод, – донесение генерала М. Г. Ефремова о вступлении его в должность командующего армии:
«ВСТУПИЛ В КОМАНДОВАНИЕ 33 АРМИЕЙ. ЕФРЕМОВ».
На донесении карандашом написано:
«Сообщено тов. Жукову 19.10.1942 года в 16.30»[61]61
ЦАМО РФ, ф. 208, оп. 2513, д. 58, л. 30.
[Закрыть].
В 24 часа 19 октября 1941 года в штаб Западного фронта была отправлена оперативная сводка с обстановкой в полосе обороны 33-й армии, подписанная полковниками Сафоновым и Олехвером:
«1. Части 33 армии в течение дня вели бои с наступающими частями пехоты противника на ВЕРЕЙСКОМ и БОРОВСКОМ направлениях.
а/ 151 МСБр обороняет рубеж отм. 204,4 западная опушка леса западнее МОНАКОВО и батальоном по восточному берегу р. ПРОТВА у НАБЕРЕЖНАЯ СЛОБОДА, – перед фронтом бригады действуют части 7 пд.
Потери за день – до 50 человек убитыми и ранеными.
КП – МОНАКОВО.
б/ 222 СД /479 СП/ к 11.00 19.10.41 сосредоточилась в районе НАЗАРЬЕВО и к 16.00 заняла оборону отм. 224,0, по зап. опушке рощи западнее 1 км НАЗАРЬЕВО и южной и юго-вост. окраине НАЗАРЬЕВО.
КП – НАЗАРЬЕВО.
в/ 110 CД – 1287 СП занимает оборону на фронте ТАТАРКА, высота 191,2; 1289 СП иск. высота 191,2, иск. ИНЮТИНО; 1291 СП ИНЮТИНО, ЕРМОЛИНО.
КП – ДОБРИНО.
г/ Прибывшая в состав 33 армии 1-ая Гвардейская МСД сосредоточилась в районе АПРЕЛЕВКА – АЛАБИНО и одним полком занимает оборону по западной и юго-западной окраине г. НАРО-ФОМИНСК.
е/ 113 СД – данных о положении частей дивизии не поступило. По докладу делегата связи 110 CД дивизия занимает оборону на фронте иск. ЕРМОЛИНО, по вост. берегу р. ПРОТВА, МАЛАНЬИНО, СКУРАТОВО.
КП – БАЛАБАНОВО»[62]62
ЦАМО РФ, ф. 388, оп. 8712, д. 13, л. 23.
[Закрыть].
Обескровленные в предыдущих боях соединения и части армии из последних сил сдерживали натиск врага и были вынуждены отходить к рубежу реки Нара. Заканчивались боеприпасы, имелись большие проблемы с организацией питания. Войска и конский состав последние дни не получали никакого положенного довольствия, обходясь только тем, чем могло помочь местное население. Рассказать обо всех трудностях и невзгодах, выпавших тогда на долю наших командиров и красноармейцев, просто невозможно. Столь же сложной была обстановка и на других участках Западного фронта.
Заботой о судьбе нашей столицы были наполнены в те грозные дни думы не только москвичей и жителей ближнего Подмосковья, но и всей нашей страны. Десятки тысяч людей всех возрастов и профессий, не считаясь с опасностью, трудились над созданием оборонительных рубежей, опоясывая подступы к Москве кольцом укреплений. На всех въездах в город улицы перекрывались баррикадами, надолбами и металлическими ежами. В связи с угрожающим положением, создавшимся на подступах к Москве, а также с целью мобилизации усилий войск и населения столицы на отпор врагу, Государственный Комитет Обороны 19 октября принял постановление о введении в Москве и прилегающих к ней районах осадного положения.
В это время противник, наступавший на Наро-Фоминском направлении, всерьез вознамерился в ближайшие дни овладеть городом и безостановочно продолжить наступление на Москву. Из боевого приказа № 103 исполнявшего обязанности командира 258-й пехотной дивизии полковника фон Арнима:
«…3.) В 6 утра 20 октября 57-й танковый корпус продолжит наступление на Москву силами, находящимися возле Боровска.
3-й мотопехотной дивизии приказано, двигаясь через Климкино, Добрино, Каменское, выйти вперед, форсировать Нару, и, следуя вдоль ее восточного берега, повернуть в сторону Наро-Фоминска.
4.) 258-я дивизия, сосредотачивая основные усилия на смежных флангах 479-го пп, действующего справа, и 478-го пп, наступающего слева, атакует противника у Козельской, Ильино и отбрасывает его за Нару, после чего 479-й пп поворачивает для наступления с юга на Наро-Фоминск…»[63]63
Vico von Rieben. Hans-Jochen Pflanz. Geschichte der 258. Infanterie-Division. 1941–1942. Teil II. KURT VOWINCKEL VERLAG – NECKARGEMUND. 1978. S. 132.
[Закрыть]
Рано утром 20 октября 1941 года командиры соединений 33-й армии получили приказ генерал-лейтенанта М. Г. Ефремова, в котором были определены боевые задачи по прочному удержанию ими занимаемых рубежей обороны.
Не успели штабы дивизий ознакомиться с содержанием поступившего приказа, как 258-я пехотная дивизия, перегруппировавшая за ночь свои боевые порядки, после мощной артиллерийской и авиационной подготовки перешла в решительное наступление, нанося главный удар в направлении д. Митяево, а частью сил, действуя совместно с 3-й мпд, вдоль шоссе Боровск – Балабаново.
Красноармейцы и командиры 1289-го и 1291-го стрелковых полков 110-й сд, занимавшие оборону в этом районе, отразили первую атаку врага. Однако, нарастив усилия, враг при поддержке танков вновь перешел в наступление. В рядах наших обороняющихся подразделений возникло замешательство. Оба полка дрогнули и, оставив занимаемый рубеж, стали неорганизованно отходить в восточном направлении. Ветераны 1291-го сп рассказывали после войны:
«…Вначале полк стойко отражал натиск противника, но, израсходовав все боеприпасы, неся огромные потери, оставил Балабаново и, преследуемый атакующим врагом, стал в беспорядке отходить по Киевскому шоссе»[64]64
Виноградов Ю. В., Широков С. М. По призыву Родины. М.: Ирма пресс, 1995. С. 41.
[Закрыть].
Захватив Митяево и Балабаново, части 258-й пд и 3-й мпд продолжили наступление в направлении Наро-Фоминска. 478-й пп 258-й пд предпринял попытку обхода 1291-го сп с фланга, в результате чего отход подразделений полка превратился в неуправляемый процесс. Столь же неорганизованно отходили и подразделения 1289-го сп, оборонявшиеся правее.
Деморализованные подразделения 1291-го сп, переправившись через р. Нара, даже не попытались организовать оборону по ее восточному берегу, продолжив дальше свое бегство. Такова была суровая правда тех дней.
Бывший ополченец Петр Павлович Пшеничный, прошедший со 110-й сд весь тот трагический путь, в своем «Дневнике ополченца» так описал эти события:
«20 октября. В 7 часов утра началось наступление немцев.
После развернутого наступления и минометного огня наша пехота начала отходить, мы стали вывозить орудия, отступать. В течение часа неприятель гнал нас, заняв деревни Инютино и Климкино, к переезду Ворсино, а еще через полчаса все – пехота, артиллерия полка и дивизии сгрудились в дер. Добрино, и со всех сторон начался обстрел автоматчиками.
Никто не мог дать ему отпор, закрепиться в обороне.
Командир полка Дедов, потерявший самообладание и спокойствие, пытался удержать на оборонительном рубеже в беспорядке разбегающуюся пехоту, но все было тщетно – от него бежало все, все уходило в панике. Тогда ему подвели коня, и он быстро ускакал, бросив людей и огромные обозы…»
В этой сложной обстановке командование и штаб 110-й сд не смогли удержать ситуацию под контролем. Многим, даже опытным, командирам не удалось тогда проявить своих лучших командирских качеств и остановить панический отход своих частей и подразделений. Непонятным образом штаб дивизии во второй половине дня оказался в районе д. Каменское, на значительном удалении от подчиненных дивизии полков, вне своей полосы обороны. Дивизии, как таковой, не существовало. Части и подразделения действовали по усмотрению своих командиров, которые видели спасение в том, чтобы оторваться от врага и отойти на восточный берег реки Нара.
Не смог удержать свои позиции и 1287-й сп, оборонявшийся во втором эшелоне дивизии. Увлекаемый отходящими в панике подразделениями 1289-го сп, полк также начал неорганизованно отходить к реке Нара. Переправившись в районе д. Горчухино на ее восточный берег, командир 1287-го сп полка майор Я. З. Присяжнюк, оставив небольшое прикрытие, поспешил отвести подчиненные ему подразделения в лес, находившийся северо-восточнее д. Атепцево, хотя местность в этом районе вполне благоприятствовала организации обороны.
Оставленное в районе д. Горчухино подразделение смогло не только прикрыть отход полка, но и внесло путаницу в действия противника, который решил, что здесь проходит рубеж обороны наших войск, о чем впоследствии свидетельствовали в своих воспоминаниях ветераны 183-й пд. О том, как на самом деле развивались события в районе д. Горчухино, уже после войны рассказал бывший старший адъютант, а затем командир 1-го стрелкового батальона 1287-го сп Б. М. Кирьяков, который руководил этим подразделением:
«…Под натиском превосходящих сил противника подразделения полка начали отход в сторону Наро-Фоминска. Командир батальона капитан С. А. Латышев приказал мне возглавить наспех собранную из бойцов разных подразделений полуроту и прикрыть отход основных сил полка. Задачу мы выполнили, подразделения полка оторвались от противника настолько далеко, что мы с ними на несколько дней потеряли связь…»[65]65
Народное ополчение Москвы. Сборник. М.: Московский рабочий, 1961. С. 222–224.
[Закрыть]
Штаб армии, не имевший данных об обстановке в полосе обороны 110-й сд в первой половине дня 20 октября, поначалу не испытывал тревоги за положение дел в этом районе. Однако некоторое время спустя, разобравшись с реальным положением дел в полосе боевых действий 110-й сд, генерал М. Г. Ефремов приказал отправить в адрес командования дивизии распоряжение следующего содержания:
«КОМАНДИРУ 110 CД ПОЛКОВНИКУ ГЛАДЫШЕВУ
КОМИССАРУ ДИВИЗИИ БАТ. КОМИССАРУ БОРМАТОВУ
1. Вы врагу открыли путь на Наро-Фоминск, бежав на новый рубеж, напугавшись самих себя.
2. Военный совет дает Вам срок до утра восстановить прежнее положение, пока противник не разобрался в темноте в вашем бегстве.
3. Если положение Вами не будет к 7–8 часам 21.10 восстановлено, будете немедленно преданы суду, как дезертиры, организаторы бегства с поля сражения, за невыполнение боевого приказа.
Генерал-лейтенант ЕФРЕМОВ»[66]66
ЦАМО РФ, ф. 388, оп. 8712, д. 2, л. 47.
[Закрыть].
Но как не старался майор П. Е. Кузьмин, которому было приказано найти штаб дивизии и передать распоряжение командарма полковнику С. Т. Гладышеву, сделать ему этого так и не удалось. Только около 21 часа командование армии получило неподтвержденную информацию о том, что штаб 110-й сд был замечен в районе д. Каменское. Для установления связи с ним было отправлено еще два штабных командира, но разыскать штаб дивизии им также не удалось.
Во второй половине дня обстановка западнее и юго-западнее Наро-Фоминска еще более ухудшилась: противник был обнаружен нашей разведкой всего в нескольких километрах от Наро-Фоминска.
Ветераны 258-й пд противника так рассказывали об этих события:
«…2-й батальон 479-го пп после взятия Отрепьево и Рогачево, в 14.30 достиг железной дороги. 3-му батальону удалось взять в плен 20 человек, захватить 30 подвод с боеприпасами и большое количество пехотного вооружения. Вторую цель наступления – р. Нару под Атепцево, до начала сумерек достичь не удалось. Батальоны, захватив Нефедово и Рождественское, прекратили продвижение вперед, заняли круговую оборону и расположились на ночлег»[67]67
Vico von Rieben. Hans-Iochen Pflanz. Geschichte der 258. Infanterie-Division. 1941–1942. Teil II. KURT VOWINCKEL VERLAG – NECKARGEMUND. 1978. S. 133.
[Закрыть].
Поздно вечером 20 октября штабом армии было получено еще одно тревожное сообщение. На этот раз о том, что 151-я мотострелковая бригада, не выдержав удара превосходящих сил противника, начала в беспорядке отходить в восточном направлении, неся большие потери. Связь с бригадой прервалась.
В 22 часа начальник особого отдела 151-й мсбр лейтенант госбезопасности Тимофеев убыл в бригаду, имея при себе распоряжение, подписанное членами Военного совета армии, для передачи ее командованию бригады. В нем, в частности, отмечалось:
«КОМАНДИРУ 151 МСБР МАЙОРУ ЕФИМОВУ.
ВОЕНКОМУ БРИГАДЫ СТ. БАТАЛЬОННОМУ
КОМИССАРУ ПЕГОВУ.
1. Предупреждаю вас, что при повторном отходе бригады без разрешения командующего армией будете привлечены к судебной ответственности.
2. Восстанавливайте положение, уничтожайте врага.
3. Вам Военный совет направил вооруженное пополнение в количестве 750 человек…»[68]68
ЦАМО РФ, ф. 388, оп. 8712, д. 2, л. 49.
[Закрыть]
Весь день 20 октября сражались с врагом и подразделения 222-й сд. В архивных документах штаба дивизии по каким-то причинам не сохранилось никаких данных о бое, который имел место в этот день за д. Смолинское, поэтому есть необходимость обратиться к документам неприятеля. Майор Кёллер, командир разведывательного батальона 258-й пд, которому была поставлена задача по овладению Смолинским, так докладывал в штаб дивизии:
«…Проведенная в утренние часы 20-го числа разведка позволила установить, что западная часть Смолинского занята не менее чем ротой врага. Противник окопался на южной и западной окраине Смолинского. Решили уничтожить неприятеля в ходе атаки. Исходная позиция батальона, которая, как потом стало известно от пленных, осталась полностью незамеченной, находилась на поросшей кустарником местности в 400 м южнее Смолинского.
…Одним рывком оба эскадрона ворвались в Смолинское так быстро, что два пулемета русских на правом фланге успели выпустить по устремившемуся вперед эскадрону всего по одной короткой очереди. Лишь на левом фланге 2-го эскадрона на высотах западнее Смолинского, где находились три расположенных друг за другом линии укреплений, пришлось столкнуться с ожесточенным сопротивлением врага, с чем в самое короткое время отлично справился взвод лейтенанта Грюндлера.
В качестве трофеев были захвачены 5 станковых и 5 ручных пулеметов, а также взято в плен 103 человека. Убитыми русские потеряли примерно столько же, среди них оказались: один майор (заместитель командира полка), комиссар батальона, один старший лейтенант и несколько младших офицеров.
Из показаний пленных выяснилось, что населенный пункт занимал 3-й батальон 479-го стрелкового полка вновь сформированной 222-й стрелковой дивизии, численностью около 500 человек. Задача – держать оборону и вести разведку в южном и западном направлениях. Со слов пленных, взятых в последующие дни, к 21 октября из состава батальона, уничтоженного в Смолинском, в штаб полка в Назарьево вернулись лишь 60 человек»[69]69
Vico von Rieben. Hans-Jochen Pflanz. Geschichte der 258. Infanterie-Division. 1941–1942. Teil II. KURT VOWINCKEL VERLAG – NECKARGEMUND. 1978. S. 134–135.
[Закрыть].
После овладения врагом д. Смолинское левый фланг 222-й дивизии оказался под угрозой обхода его противником. Особенно сложной была ситуация в районе д. Семидворье. Командир дивизии полковник Т. Я. Новиков был вынужден направить туда заградительный батальон, ранее занимавший оборону у д. Радиончико.
Продолжала ухудшаться обстановка и на левом фланге армии. Оставила свой рубеж обороны 113-я сд, которая, не имея тактической связи с 110-й сд и соседом слева, полком 43-й армии, ввиду угрозы обхода флангов противником, была вынуждена отойти на восточный берег р. Истья.
По-прежнему сложным оставалось положение в полосе обороны 110-й стрелковой дивизии. По сути дела, никакой обороны и не было. К исходу дня части дивизии действовали, находясь на значительном удалении друг от друга. В то время когда 1289-й сп, понеся большие потери, оказался в окружении северо-восточнее разъезда Башкино, подразделения 1287-го сп, значительно поредевшие в период неорганизованного отхода, находились в лесу восточнее д. Атепцево.
Но самое необъяснимое продолжало происходить с 1291-м стрелковым полком, который, бросив свои и без того скудные запасы материальных средств, в том числе и боеприпасы, продолжал бегство в направлении столицы. Только взглянув на карту с обстановкой, сложившейся к тому времени в районе Наро-Фоминска, можно понять всю трагичность положения 110-й стрелковой дивизии, которую спасли от полного разгрома наступившие сумерки и непогода. Проливной дождь, начавшийся около полуночи, внес существенные коррективы в действия неприятеля.
В истории боевого пути 3-й мпд отмечается:
«В ночь на 21-е начался затяжной дождь, превративший дороги в лужи глубиною по колено и сделавший подтягивание орудий и снабжение практически невозможными»[70]70
3. Infanterie-Division / 3. Infanterie-Division (mot.) / 3. Panzergrenadier-Division. – OBERSTUDIENRAT GERHARD DIECKHOFF CUXHAVEN. 1960. S. 135.
[Закрыть].
Командование и штаб 33-й армии, зная состояние подчиненных соединений, их низкую укомплектованность личным составом и слабую обеспеченность материальными средствами, предвидели, что войскам будет непросто сдержать натиск противника, но никто не мог предположить, что события в течение одного дня примут столь негативный оборот. К исходу 20 октября ситуация под Наро-Фоминском стала угрожающей.
Противник торжествовал, надеясь на то, что оборона наших войск на этом направлении в самое ближайшее время будет прорвана. Из истории боевого пути 258-й пд:
«…От нашего неожиданного наступления 20 октября противник совсем потерял голову и откатился за Нару…
Этот большой успех был достигнут, несмотря на необычайно тяжелые погодные и дорожные условия, а также противодействие неприятеля»[71]71
Vico von Rieben. Hans-Jochen Pflanz. Geschichte der 258. Infanterie-Division. 1941–1942. Teil II. KURT VOWINCKEL VERLAG – NECKARGEMUND. 1978. S. 135.
[Закрыть].
Многие десятилетия после войны, рассказывая о ходе боевых действий войск в первый, самый сложный, ее период, очень часто использовалась заезженная фраза о том, что противник имел численное преимущество. На самом деле немецкие войска далеко не всегда и не везде имели преимущество в силах и средствах. Успешные действия врага были во многом обусловлены хорошо продуманной их организацией, высокой полевой выучкой войск и умелым взаимодействием.
Несмотря на все трудности, командование 33-й армии не теряло надежды на то, что принятыми мерами все-таки удастся стабилизировать обстановку в районе Наро-Фоминска и остановить дальнейшее продвижение врага. Самые большие надежды связывались с прибытием 1-й гвардейской мотострелковой дивизии, однако ситуация продолжала ухудшаться. Ближе к вечеру 20 октября стали поступать непроверенные данные о том, что передовые подразделения противника обнаружены на подступах к городу, но подтвердить или опровергнуть эти сведения штаб армии не мог. На самом деле все так и было. В истории боевого пути 258-й пд противника отмечается:
«…3-му батальону 478-го пехотного полка, усиленному одной батареей 2-го артдивизиона, выступившему из Митяево на Наро-Фоминск через Кузьминки, удалось, преодолев незначительное сопротивление врага в районе Кузьминок, выйти к опушке леса, что южнее Наро-Фоминска. Там он натолкнулся на полевые укрепления, которые располагались перед хорошо укрепленной казармой[72]72
Очень часто противник под словом «казарма» имел в виду здания общежитий жилого фабричного городка. В данном случае речь идет об одном из зданий на юго-западной окраине Наро-Фоминска. – Примеч авт.
[Закрыть], расположенной на возвышенности северо-восточнее опушки леса»[73]73
Vico von Rieben. Hans-Jochen Pflanz. Geschichte der 258. Infanterie-Division. 1941–1942. Teil II. KURT VOWINCKEL VERLAG – NECKARGEMUND. 1978. S. 134.
[Закрыть].
Одним из самых слабых мест в организации управления частями и соединениями 33-й армии в первые дни боев за Наро-Фоминск был крайне низкий уровень организации связи. Штабу армии приходилось все свои распоряжения и приказы передавать через офицеров связи, или, как отмечается в документах, «делегатами связи», что в значительной степени затрудняло управление подчиненными соединениями.
Негативно сказывался на организации управления и тот факт, что штабы частей и соединений, вследствие сложности боевой обстановки, меняли свое расположение по нескольку раз в сутки, как правило, без согласования с вышестоящим командиром.
В последние дни боев на подступах к Наро-Фоминску в докладах полевых командиров все чаще сообщалось о том, что войска выбились из сил и необходима хотя бы небольшая передышка. Боевой порядок вражеских частей временами не поддавался никакой критике. С трудом проходимые дороги сделали свое дело: вражеская пехота оторвалась от своей артиллерии и действовала без ее поддержки. О том, в каком состоянии находились подразделения противника, свидетельствует доклад командира одной из маршевых групп 292-й пд, сделанный в этот день:
«…В 19.00 основная часть с одной полностью выбившейся из сил батареей прибыла на место. Огромные задержки из-за непроходимых дорог. Чрезвычайное напряжение, как для лошадей, так и для людей. Автотранспорт, за небольшим исключением, остался далеко позади, его местонахождение неизвестно. Приданная противотанковая рота также неизвестно где. 14-я рота в трех днях пути сзади. Из саперной роты пришло только два отделения. Остальная часть неизвестно где. Срочно требуется горючее для продолжения движения завтра»[74]74
BUNDESARCHIV, RH 26—292.
[Закрыть].
Личному составу частей и соединений 33-й армии, до предела измотанным беспрерывным отходом и угнетенному большими потерями среди своих товарищей, было еще труднее. И это уже не говоря о том, что командиры и красноармейцы несколько суток вели боевые действия без сна и отдыха, считая большим счастьем, если удавалось раздобыть где-нибудь немного хлеба или вареной картошки. Незаменимые спутники и главная тягловая сила – лошади, давно не получавшие никакого корма и уже совсем выбились из сил. Бойцы, чем могли, поддерживали своих четвероногих друзей, отдавая им последние крошки хлеба. Добрая русская душа в этих нечеловеческих условиях проявлялась во всем. Люди-герои были готовы на любой подвиг во имя Родины! И все это происходило там, где мы с вами, дорогой читатель, живем сейчас, радуемся жизни и порой даже не задумываемся о том, каким трудом оно, это счастье, было завоевано!
К исходу 20 октября положение соединений 33-й армии было следующим.
151-я мсбр, сдерживая натиск подразделений 7-й пехотной дивизии противника, занимала оборону по рубежу: Новоникольское, Алексино, Симбухово. В 4 км севернее ее, в районе д. Петрищево, оборонялся особый кавалерийский полк, которым командовал полковник Шаймуратов.
Именно здесь, в д. Петрищево, 29 ноября 1941 года совершит свой легендарный подвиг Зоя Космодемьянская. В центре деревни, где выстраивались перед боем подразделения кавалерийского полка, после жестоких пыток фашистами будет казнена юная героиня, навсегда ставшая символом любви к Родине, синонимом слова Патриот.
222-я сд продолжала занимать оборону по рубежу: Субботино, Потарощенков, Назарьево, Семидворье. Сплошного рубежа обороны по-прежнему не было, тем не менее, частям дивизии пока удавалось сдерживать натиск врага. В районе Субботино и Назарьево наступали подразделения 7-й пехотной дивизии противника, а на левом фланге в районе д. Семидворье – разведывательный батальон 258-й пд.
О положении частей 110-й сд в штабе армии по-прежнему ничего не знали. Никаких сведений о них не имел и штаб дивизии, с которым штабу армии на короткое время удалось ночью установить радиосвязь. Из истории боевого пути 110-й сд:
«Штаб дивизии к вечеру 20.10.41 со штабными подразделениями общей численностью 250 человек отошел в КАМЕНСКОЕ, где и занял оборону по восточному берегу р. НАРА. Одновременно были приняты меры к сбору отдельных частей дивизии и установлению с ними связи»[75]75
ЦАМО РФ, ф. 388, оп. 8712, д. 125, л. 3.
[Закрыть].
В это время остатки подразделений 1289-го сп находились в лесу северо-восточнее разъезда Башкино, готовясь ночью с боем пробиться к д. Котово, где они надеялись соединиться с главными силами армии.
1287-й сп приводил себя в порядок, находясь в лесу южнее д. Шеломово. Часть его подразделений, отставших в период неорганизованного отхода, заняли оборону на юго-западной окраине Наро-Фоминска левее подразделений 175-го мсп 1-й гв. мсд.
1291-й сп продолжал бегство в направлении столицы. Удивительно, но даже частям НКВД по охране тыла фронта, главной задачей которых было предотвращать подобные явления, не удалось тогда обнаружить следов передвижения такой внушительной по численности массы людей с оружием.
113-я сд занимала оборону на восточном берегу р. Истья по рубежу: Шилово, Старо-Михайловское, Киселево, совхоз Победа. Штаб дивизии находился в д. Алопово.
Единственным утешением этого дня стал доклад командира 1-й гв. мсд полковника А. И. Лизюкова о том, что все части и подразделения дивизии произвели выгрузку из эшелонов и выдвигались в указанные им районы. Сосредоточение 1-й гв. мсд в районе Наро-Фоминска позволяло надеяться на то, что враг все-таки будет остановлен на Нарском рубеже.
Вместе с тем генералу Ефремову и штабу 33-й армии было очень сложно в этой запутанной ситуации, почти не имея достоверных данных о противнике, принимать правильные решения. Не добавляли уверенности и телефонные звонки командующего Западным фронтом с требованием активизировать действия войск. Понять генерала армии Г. К. Жукова по-человечески можно. Гигантский груз ответственности за судьбы Москвы и страны в целом, свалившийся на его плечи в последнее время, постоянно довлел над ним. К тому же И. В. Сталин по нескольку раз на день интересовался тем, как идут дела и когда, наконец, враг будет остановлен. Отсюда и та нервозность, которой были, буквально, пропитаны телефонные переговоры с ним. Причем подобное испытал на себе не только генерал Ефремов, но и другие командармы. Так, командующий 43-й армией генерал К. Д. Голубев в своем обращении на имя И. В. Сталину по поводу его взаимоотношений с генералом Жуковым, в частности, писал:
«…на второй день по приезде меня обещали расстрелять, на третий день отдать под суд, на четвертый день грозили меня расстрелять перед строем армии.
Я в лепешку расшибусь, чтобы выполнить задачу, не боясь ничего; с группой работников подавал пример в бою, и голая ругань, угрозы расстрела, ненужное дерганье по мелочам способны только выбивать почву из-под ног, создают обстановку, когда стыдно смотреть в глаза подчиненным, которые читают эти документы и создают ненужную нервозность…»
Конечно, подобные взаимоотношения между начальником и его подчиненными не самым лучшим образом влияли на организацию боевых действий войск в этот крайне сложный период времени, когда, наоборот, надо было сохранять хладнокровие и выдержку. Георгий Константинович Жуков внес огромный вклад в победу над гитлеровской Германией, но его временами крайне некорректное поведение с подчиненными не самым лучшим образом влияло на организацию и ведение боевых действий.
Ближе к полуночи генералу Ефремову доложили о том, что прибыло маршевое пополнение в количестве 2600 человек. Командарм приказал направить 1300 человек в 222-ю сд, а вторую половину пока использовать в качестве отдельного отряда для обороны подступов к Наро-Фоминску с юго-западного направления.
В составе пополнения были бойцы и младшие командиры разных родов войск, но среди них выделялась большая группа воинов-краснофлотцев[76]76
Краснофлотец – воинское звание рядового состава Военно-Морского Флота СССР в 1918–1946 гг., как персональное воинское звание введено 22 сентября 1935 года. – Примеч. авт.
[Закрыть], одетых в черные морские бушлаты, с бескозырками на голове. Многие из них уже на следующий день приняли участие в бою с немецко-фашистскими захватчиками на улицах города. Вот откуда берут свое начало передаваемые из поколения в поколение рассказы старожилов о том, что в бою за Наро-Фоминск принимала участие какая-то воинская часть моряков. Не было никакой воинской части: вместе с воинами 1-й гв. мсд, бойцами истребительного батальона, защищая наш город от врага, сражались и воины-краснофлотцы, которые в составе маршевого пополнения оказались здесь наравне с воинами других родов войск. Некоторые из них нашли свой последний приют в братской могиле недалеко от улицы Карла Маркса, рядом с железной дорогой, где установлен памятник, изображающий краснофлотца с бескозыркой в левой руке. Установка этого памятника тоже во многом случайна, т. к. моряки были похоронены тогда и в других братских могилах на территории Наро-Фоминска.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?