Текст книги "Жизнь из последних сил. 2011–2022 годы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zhizn-iz-poslednih-sil-20112022-gody-267545.jpg)
Автор книги: Юрий Безелянский
Жанр: Документальная литература, Публицистика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 11 (всего у книги 43 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]
Отличился председатель Конституционного суда Зорькин, заявивший, что важнейшее достижение нашей уникальной цивилизации – крепостное право, которое остается ключевой духовной скрепой русского народа. Хоть стой, хоть падай! У наших правителей что-то явно неладное с головой. Одна забота: удержать власть, ну, а крепостничество – подходящее дело. Вздрагивают даже Маркс с Лениным!
Зорькин грезит о безропотных крепостных для царя, которому служит, а писатель Веллер рассуждает в «МК» (3 октября) о книгах: «Любой человек мечтал бы написать книжку о своей жизни. Своя жизнь ценна в старости, хочется все запечатлеть… и я решил написать книгу, где будет запах эпохи, коммуналки, запах дефицита…» Лично я давно этим занимаюсь, ведя многие годы дневник, что-то улавливая и запечатляя. И вот уже 4-я книга воспоминаний и дневников. Но моя книга не столь бытовая, сколь литературоцентричная: больше о том, что прочитал, что написал сам, о каких писателях, поэтах и мыслителях написал, каким параллелям и сходствам в судьбе подивился и т. д. По существу, мои книги не для простого читателя, а скорее для книжника. И опять стихи, цитаты, выдержки из чужих книг…
А как же старые довоенные песни: «Я другой страны такой не знаю, где так вольно дышит человек…» Какие удивительные метаморфозы!.. И кстати о старом времени: парад на Красной площади 7 ноября 1945 года, главные лица: Сталин, Жуков, Рокоссовский.
69 лет спустя – 2014 год, тройка «главных»: Путин, Шойгу, Бортников. Большая разница, как говорят в Одессе. Нет, лучше о сексе. Фильм «Хлоя» (стародавние времена, Дафнис и Хлоя) – известный врач-гинеколог (ее играет Джулианна Мур) нанимает сексапильную блондинку узнать, верен ли ей муж. Блондиночка совращает мужа, потом жену – Джулианну Мур (сцены лесбийской любви), а затем покушается на сына-юношу. Это не наше кино: «Три танкиста – три веселых друга. Экипаж машины боевой!» Это растленный Запад, демократия со вседозволенностью. Ату ее? Ату! Фашисты, понимаешь! (с интонацией Ельцина).
20 ноября – политика, кино, а быт не хотите? Целая эпопея с установлением водосчетчика (новое из жизни ЖКХ), долбили стену, устанавливали загадочный вентиль, оформляли какие-то бюрократические бумаги и плюс заплатили немалые деньги. Живем теперь с водосчетчиком.
Запись о Февральской революции 1917 года: «Сплошной карнавал, красный променад, праздник веселья неистощимого и восторга…» Еще бы: наконец-то российская империя пала, конец Романовщины. И о новых лидерах: «Боже, что они несут. Что они несут!» Размышляя о будущем, сын Амфитеатрова предупреждал о последствиях революции: «…и проснутся все бесы жадности, зависти, ненависти, коих в нашем народе-богоносце – легион…» (9 апреля 1917 г., Петербург).
А после 1917-го многое чего было, и что мы имеем на сегодняшний день? Путин построил «капитализм для своих друзей», как кто-то сказал, а миллионам тружеников-бедолаг оставил выбор: крутитесь, как хотите! Выживайте!..
10 декабря – Виктор Шендерович в «Новой газете»: «…им не надо столько населения: для нефтедобычи и обслуги хватит пары десятков миллионов крепостных, ну, плюс артисты для корпоративов и немножко художественной гимнастики. А мы все – гельманы – перельманы – зубовы – ахеджаковы, интеллигенция и просто свободные люди с достоинством… – мы только мешаем сделать из этого места Узбекистан…»
21 декабря – каждую запись в дневнике озаглавливаю, эта: «Падение рубля. Паника». Шутка Матвея Ганапольского: «Встали с колен – и к обменному пункту». И он же в другой программе: «140 миллионов ничего не могут сделать и изменить в стране, довольствуясь ролью зрителей в этом бездарном и провинциальном спектакле!..»
Президент проводит каждый день совещания, точнее, накачку: надо и надо! И сразу вспоминается стихотворение Иосифа Бродского «Одному тирану» (январь 1972):
Когда он входит, все они встают,
Одни – по службе, прочие – от счастья…
25 декабря – все время что-то ищу, на этот раз эпиграфы, и открыл том есенинских поэм. Главный герой в «Пугачеве» говорит:
Послушай, да ведь это ж позор,
Чтоб мы этим поганым харям
Не смогли отомстить до сих пор?
Чтоб с престола какая-то блядь
Протягивала солдат, как пальцы…
Песенный витязь был не чужд политике и не понаслышке знал, что такое ЧК, и в поэме «Страна негодяев» Есенин вывел одного такого типа с точной фамилией – Чекистов:
Ха-ха! Нет, Замарашкин!
Я гражданин из Веймара
И приехал сюда не как еврей,
А как обладающий даром
Укрощать дураков и зверей…
Это вот первые годы советской власти. И это писал человек, который отказывался, «задрав штаны, бежать за комсомолом» (цитата по памяти).
31 декабря – в результате опросов ВЦИОМа героями года стали Путин, Плющенко, Нагиев, Донцова… Все как на подбор, и как написал Ал. Минкин («МК», 29 декабря): «Государство шатается, законы рушатся, политическое единство, раздираемое интригами, дробится. Элита дичает и вырождается: все ощущают предсмертную слабость… В умах рождается тоска по прошлому, опасение за будущее, недоверие ко всем и ко всему, уныние и глубокое отвращение…»
За 6 дней до публикации Минкина (23 декабря) я написал строки своего состояния и ощущения, с эпиграфом Блока: «И вечный бой! Покой нам только снится!»:
Почему стихи мрачны?
Нет покоя, тишины.
Только нервы, дрожь, тревога,
Да и страха есть немного.
Для чего стихи такие?
Леденящие, чужие…
То ли дело: тихо, ясно,
Без угроз, и жизнь прекрасна.
На душе легко и чисто
И достаток Монте-Кристо…
Не бывает так, увы,
Все в бою и на крови…
Итоги 2014
Газетно-журнальных публикаций: в журнале «Алеф» – 13, в «Науке и религии» – 13 (юбиляры + Одоевский), «Лесной орех» – 2, газета «50+» – 1. «Московская правда» – 17, помимо юбиляров месяца, Лосев, Галилей, Шекспир, в двух номерах – Лермонтов. Итого: 46
Вышла книга «Избранное из избранного».
Творческие вечера и прочие выступления – 14, включая дома-музеи Лосева, Цветаевой и ЦДЛ, 3 декабря. И все это после операции в январе…
Михаил Лермонтов – герой на всю жизнь
200 лет назад – 3 (15) октября 1814 года – родился в Москве Михаил Юрьевич Лермонтов. Конечно, Пушкин – это наше все. Но в молодые годы моими героями, кумирами были Байрон, Наполеон Бонапарт (он был кумиром и Марины Цветаевой) и Михаил Лермонтов. Стихи Лермонтова как-то по-особенному ложились на мою душу. Это – «Бородино», «Парус», «А вы, надменные потомки!..», «И некому руку подать…» и т. д. Давно собираю материалы о великом поэте. Несколько заголовков навскидку: «Звездный мальчик», «Мистический гений», «Ясновидец», «Тайный холод», «Кремнистый путь в железный век» и т. д.
Но из многих прочитанных работ и исследований выделю Дмитрия Мережковского «Поэт сверхчеловечества».
Горжусь тем, что в лермонтовиаду внес свою небольшую лепту. 25 октября 2014-го в «Московской правде» вышел подвал «Жизнь – вечность, смерть – лишь миг», а потом и 2-я часть. А свой текст я начал с венка сонетов, с поэтических посвящений. Приведу лишь несколько:
Опальный ангел, с небом разлученный,
Узывный демон, разлюбивший ад…
Ну и, конечно, не мог обойтись без хрестоматийной оценки творчества поэта, данной Анной Ахматовой:
Есть речи – значенье
темно иль ничтожно,
Но им без волненья
Внимать невозможно.
И не важно, как выглядел Лермонтов: приземистый, маленького роста, с большой головой и бледным лицом. Многие находили его злым, угрюмым, заносчивым, едким… «Вы знаете, что самый мой большой недостаток – это тщеславие и самолюбие…» (из письма Лермонтова к Лопухиной), короткая жизнь Лермонтова – это непрерывная цепь разочарований в друзьях, в женщинах, в военной службе, боевой славе и т. д. Певец мечты: Лермонтов даже больший байронист, чем сам Байрон.
Я говорил тебе: ни счастия, ни славы
Мне в мире не найти… –
писал Михаил Юрьевич в 1837 году, за 4 года до гибели «среди громад Кавказских»:
Где мог он так красиво умереть,
Как не в горах, где небо в час заката –
Расплавленное золото и медь…
Это строки Бальмонта, который ушел из жизни не так «красиво», как Лермонтов, в душевной депрессии, в 75 лет, в эмиграции, в Нуази-ле-Гран, в русском приюте в окрестностях Парижа – 24 декабря 1942 года. У всех поэтов разные судьбы, впрочем, как и само творчество. У Лермонтова – золотые слитки творческого наследства, мерцающие загадочным мистическим светом… (28 апреля 2020 г.).
2015 год – 82/83 года
В Европе спорится работа,
А здесь – по-прежнему в болото
Глядит унылая заря…
…Еще чернее и огромней
Тень Люциферова крыла…
Александр Блок.Поэма «Возмездие», 1919
Прежде чем приступить к хронике жизни, сокращенной из дневниковых записей, хочу в который раз объясниться с читателями. Я не мыслю себя эгоцентриком, вокруг которого крутится мир (ведь каждый человек – это песчинка бытия в зыбучих песках мировой пустыни). Я вписываю себя в контекст всемирной и российской истории, частенько оглядываясь и всматриваясь в прошлое, в письменные свидетельства замечательных людей минувших лет и веков. Учусь у них, спрашиваю совета, пытаюсь не повторять их ошибок и заблуждений, естественно, городя собственные.
Юбилейные даты в календарях – отличный способ хотя бы мельком обратиться к прошлому, к делам минувших дней. Если в 2014 году я вел в СМИ даты по месяцам, то в 2015 году я подготовил один общий календарь на весь год. 20 января в «Московской правде» (сокращенно «МП») вышел обзор «Юбилеи 2015 года», а затем дуплетом – расширенный вариант с портретами юбиляров в январском номере журнала «Наука и религия». И кого отмечал. Коротко, рысью проскочим по юбилярам.
Юбиляры 2015 года
270 лет создателю русской социальной комедии Денису Фонвизину. Его комедия «Недоросль» с отрицательным героем Митрофанушкой стала вместе с «Ревизором» и «Мертвыми душами» – зеркалом российской действительности.
В своей «Всеобщей придворной грамматике» Фонвизин отмечал: «Что есть придворный падеж? – Придворный падеж есть наклонение сильных к наглости, бессильных к подлости». И по сей день это неискоренимо на российских просторах.
По 185 лет двум одногодкам: яркому критику и публицисту Дмитрию Писареву и поэту-лирику Алексею Апухтину. Писарев часто эпатировал читающую публику: «Что выше – Шекспир или сапоги?» Ну, a Aпухтина помнят и исполняют романсы, положенные на его слова: «Ночи безумные, ночи бессонные…» И, конечно, «Пара гнедых» с надсадным вздохом: «Были когда-то и мы рысаками…»
Еще двум ровесникам одинаковый юбилей – по 150 лет: «королю фельетонов» Власу Дорошевичу и прозаику, философу, критику Дмитрию Мережковскому. Дорошевич советской власти был не нужен и вскоре после революции ушел из жизни.
У Мережковского другая судьба, он эмигрировал и умер в Париже в декабре 1941-го. О нем подробно я рассказал в первом томе книге «Отчизна. Дым. Эмиграция» (2017). Знаменитая статья Мережковского «Грядущий хам» прогремела в 1905 году. Как мудрый прорицатель, он угадал будущее, хотя и ошибся в деталях: сегодняшний хам еще циник и агрессор.
По 125 лет Борису Пастернаку и Вере Инбер. О Борисе Леонидовиче много чего написано, но достаточно привести строки Александра Архангельского, написанные еще в 40-х годах прошлого столетия:
Все изменяется под нашим зодиаком,
Но Пастернак остался Пастернаком.
Те, кто его критиковали и мордовали, давно забыты, а Пастернак свят и чист, как стеклышко…
Далее менее солидные по годам и по таланту юбиляры: Вадим Шефнер, Евгений Долматовский, Сергей Смирнов, Маргарита Алигер, Константин Симонов. И совсем «молодые» – по 75 лет – Григорий Горин, Иосиф Бродский, Дмитрий Пригов. Талант у этой троицы был разный, но была одна общая черта: служить власти не хотели, хотели творить по велению своей души и сердца… Но так или иначе мне все юбиляры близки, я их уважаю и почитаю… В 22 года Бродский записал:
Ты поскачешь во мраке
по бескрайним холодным холмам…
Нy, а мне в 82 года скакать уже не приходится и поэтому поплетусь по извилистой дорожке собственной судьбы. А теперь – ХРОНИКА.
* * *
6 января – встреча Нового года вдвоем, тихо, уютно, телевизор не столько развлекал, сколько ужасал своей деградацией и пошлостью. Лишь Нетребко поразила своей искрометностью в роли опереточной Сильвы, а все остальное – наши Киркоров, Кобзон и прочие мамонты, как кто-то заметил: «шоу мертвецов без живого звука». В один из первых дней января ностальгически порадовал Джо Дассен – старая запись из «Олимпии». «Люксембургский сад» и прочие парижские вздохи. А все первые дни – телефонные звонки, разбор архива.
Отвлекся от работы, вспомнил, что скоро мне исполнится 83, года и вздрогнул. Боже ты мой!..
2 января – в первые дни нового года не было никакого желания вести дневник. Украина, подскочившие цены и прочие неприятности, но, как говорит внук Бориса Давидовского маленький Бен, живущий в Германии: «Главное, не нервничать!» Действительно, зачем расшатывать свою и без того раздолбанную нервную систему… Надо заниматься своими делами. Съездил в редакцию газеты «50+», получил газету и гонорарчик за короткое интервью и отрывки из «Плача по возрасту».
13 января – на Никитскую отвез флешку с набором Личного архива и выложил аванс – 20 тыс. руб. А еще Олеся попросила рукопись книги об актерах «Негаснущие звезды», чтобы подать на грант и издать ее. Не очень верю, но рукопись отдал. (Примечание от 26 марта 2012 года: грант не дали на том основании, что «Безелянский и так издается без всяких грантов», и рукопись благополучно лежит «У Никитских ворот» уже 4-й год…)
16 января – январские юбиляры в «Науке и религии» и 20 января – дублет в «Московской правде». А еще по просьбе Брушлинской напечатал «Весна, март, женщины» – 6 стр.
26 января – очередная попытка найти новое издательство. Нашел и пошел. «Арт Волхонка» на Поварской, 11. Они занимаются живописной тематикой, и я предложил книгу «Классика и авангард глазами любителя (рассказы о художниках)», переиздать «Улыбку Джоконды» и сделать книгу с роскошными иллюстрациями «Погода и слово». Директор Ирина Лебедева традиционно сказала, что будет думать. Все думают, а книги не издаются.
28 января – в первые дни января поленился, а к концу месяца раскочегарился. Составлял книгу советской литературы, от Федора Абрамова до Бруно Ясенского, соединив очерки и эссе из уже вышедших книг («69 имен», «Золотые перья», «Опасная профессия»), или посолидней: от Брюсова до Ахмадулиной. Даже отказался от выступления в библиотеке Твардовского, куда пригласили и где меня ждали. И горькая ирония: вскоре библиотека проиграла битву за помещение. Вот уж истинно по Александру Трифоновичу: «Кому память, кому слава, / Кому темная вода, – / Ни приметы, ни следа…»
А была ли библиотека?..
30 января – в очередном подаренном Костей диске мы с Ще слушаем польскую песенку «Пши каминка…». Трогающая душу мелодия, а слова непонятные, и я решил написать русские. Никогда не писал песен, и вдруг:
Лишь однажды я такое испытал.
Лишь однажды я от счастья трепетал.
Лишь однажды там, на острове Ямал,
Был я нежен, был я кроток и пропал…
Ну. И дальше романсовые страсти:
Повстречал я дивчину Марусю,
Посмотрел и на нее запал.
И подумал: вот теперь влюблюся,
Пусть что будет: пан или пропал…
Короче, «пши каминка…».
31 января – крутил Юрия Кузнецова (а я в 16 лет чуть не получил паспорт на фамилию Кузнецов. Юрий Кузнецов – ?).
2 февраля – звонок от Евгения Рейна: «Юра, я получил премию “Грациано” – 50 тыс. евро. Еду в Рим. Приеду – повидаемся…» Я не завидую. Я рад за Рейна.
Кстати, о деньгах. Кризис ударил по Лилиной Маше с Андреем, и маленькая Стася недоумевает:
– А почему мы не ходим теперь в ресторан?
– Нет денег.
– А когда они будут?
5 февраля – в «МП» вышел «Лейтенант Бакланов». Закончил Юрия Кузнецова – 13 стр.
10 февраля – сел за материал «Поэты и писатели на войне и о войне».
13 февраля – опять простуда и полило из носа…
17 февраля – за окном голубое небо, солнце и морозец в 9 градусов, но попахивает весной. Так хочется тепла. Но что нас ждет впереди – «Нам не дано предугадать…». И не будем спорить с Тютчевым.
19 февраля – в Платоновской библиотеке для лицеистов (11-й класс) провел лекцию о поэтах и писателях на войне, далее – тюльпаны и хризантемы. Кухня в цветах.
25 февраля – уже библиотека Тютчева, тут другая тема – русская классическая литература. Более 30 человек.
Один из соратников Немцова написал: «Для меня сегодня умерла Россия, в которой еще была надежда…» На ТВ Дмитрий Киселев самодовольно заявил: «Немцов был никем».
2 марта – день рождения – 83. 1 марта – День кота, 3-го – Всемирный день писателя, а я посерединке.
Приехал Эдуардо с роскошными чайными розами и с бутылкой сицилийского «Портобелло шардоне», с красной икрой, севрюгой и т. д. Он может себе позволить выступить красиво…
5 марта – на Никитской с наборщицей исправлял последние ошибки, вставил фото молодого отца – моряк в тельняшке. Мария сказала, что книга вышла дорогая по стоимости (580 стр.) и поэтому вместо 300 экз. только 100 и без продажи в магазинах, а мне на руки. Я огорчился и обрадовался одновременно…
12 марта – уже в издательстве на Поварской, мимо памятника Бунина, в «Арт Волхонку». Отказ издать книги. Нет так нет. Взял под мышку «Джоконду» и двинулся дальше, к дому, где Пушкин читал когда-то «Полтаву», в которой поэт сетовал на свою «печальную судьбу». Ну, а другие?
Богат и славен Кочубей.
Его луга необозримы;
Там табуны его коней
Пасутся вольны, нехранимы…
А вот другой персонаж:
Мазепа мрачен. Ум его
Смущен жестокими мечтами…
20 марта – ушел Валентин Распутин (1937), «гениально изображавший страдание» (Дм. Быков).
Распутин утверждал: «Герой тот, кто не поддался на весь этот срам»… Действительно, современная Россия – это позор и срам…
В «Алефе» досрочно вышел Аркадий Белинков, а я добил Михаила Ромма – «Мечта Михаила Ильича». Отвез свою «войну» в «Науку и религию».
По сообщению «Эхо», во многих СМИ закрываются рубрики и полосы культуры и литературы. Приехали!.. Как написал в «МК» Александр Минкин, «Идет война погромная! Священная война!». Православные погромщики взялись за театр и литературу. И это XXI век!..
23 марта – прелестная публикация в «МК» – «Чужая Америка, родное Зимбабве».
25 марта – получил два «Алефа»: апрель – «Блистательный Евреинов» и май «Светящийся уголек» (Григорий Поженян).
26 марта – на машине отвезли в Центральную библиотеку Северного округа на ул. Клары Цеткин. 20 человек. Тема: «115-летие А.П. Чехова».
31 марта – в последний день месяца «МП» сподобилась на мою публикацию «Весна, март, женщины».
3 апреля – привезли 35-ю по счету книгу (и 4-ю самиздатовскую). В ударные сроки сделана: со дня сдачи флешки до привоза домой – 50 дней (13 января – 3 апреля). 592 стр. «Избранное из избранного, или Салат воспоминаний». С портретом на обложке. Солидная, увесистая книга в трех частях.
1. Литературная часть: Шекспир на все времена, Анна Каренина, Лермонтов, Брюсов, Оруэлл, Белинков, Паустовский, Окуджава, Мимолетные встречи, Андрей Тарковский… Это первые 100 стр.
2. Лирика и импровизации, стихи 1949–2014. Рискнул вставить в книгу с уведомлением, что я не поэт, я любитель поэзии.
3. Личный архив. Важные события и даты. По существу, автобиографическая хроника. Сам написал, без всякого Эккермана (да и я не Гёте), и Лидия Чуковская не помогала (опять же, не Ахматова). А там все творческие муки: радио, ТВ, газеты, журналы, издательства, выступления… Однажды взял книгу, перечитал, подивился на самого себя…
8 апреля – идут контакты с издательством «Артбукс», с владелицей Розой Константиновной. Долго выбирала, остановились на книге о западных писателях, и я придумал заголовок «От Милого друга к Старшему брату». От Мопассана к Оруэллу. Но все идет как-то вяло, и я возвращаюсь к позиции Станиславского: «Не верю!» В плену книжных мечтаний.
16 апреля – вслед за Ще и меня настигла простуда с температурой, сижу дома. Звонок от Рейна: «Уезжаю в Италию. Обязательно встретимся…» Уже не смешно.
18 апреля – закончил «Эрдман: самоубийца с мандатом», 16,5 стр., и тут же взялся за Марию Петровых. Поздравил О.Ю. с днем рождения – 61 год. Сообщил: болею. А она: нужен социальный работник в помощь. Подтекст: на меня не рассчитывай.
23 апреля – 5 дней не выходил из дома. Добил Петровых – 10 стр. Отменил два выступления. Разбирал архивы и выкинул многое из дополнений к книге «5-й пункт, или Коктейль “Россия”». Странная книга: у нас она не прозвучала.
28 апреля – подарил Косте свое «Избранное», а он в ответ диск с перезаписью «Крылатых амуров» (Бунин, Бальмонт, Георгий Иванов, Есенин). И диск с итальянской музыкой. Для нас он поставщик музыки.
3 мая – умерла Майя Плисецкая…
Закончил эссе о Фицджеральде. Взвесились на домашних весах:
Ще – 72 кг, а я – 73. Цифры для истории…
14 мая – первые прикидки на отпуск: Карловы Вары. 7 дней – не более 120 тыс. на двоих. Потянем? А ремонт?.. А тут еще проблемы с зубами и протезами у меня и у Ще. Окружают…
Закончил эссе о танго плюс эссюшка об Оскаре Строке – «Ах, эти черные глаза!..»
18 мая – поход в ЭКСМО в новое здание на ул. Зорге, бывший «Воениздат». Какой-то Чижик взял с удовольствием мои заявки, но, к сожалению, решают не чижики-книжники, а стервятники-решалы. Там же, на Зорге, но в другой конторе по выпуску электронных книг узнал, как идут мои книги: «Писатели Запада» – 1407 просмотров; «Серебряный век» – 1307; «Вера, Надежда, Любовь» – 1319. И удивительно, что мало – «Всё о женщинах» – всего 30 просмотров. Кратко, неинтересно, нужна, очевидно, полнота…
19 мая – мои воспоминания об Анисиме «забодали» в «Аккорде»: не понравились его жене Ире Гиммерверт, но то мои воспоминания, а не ее. Сперанский пошел у нее на поводу, я разозлился и сказал «Аккорду» – чао, прощай: все шло через Анисима, а теперь через кого?..
Продолжил смешить меня Женя Рейн: «Я завтра уезжаю на Крит. Вернусь – первый звонок тебе». Классик. Друг Бродского – Евгений Обещалкин. Я смеюсь и заливаюсь, как говорил фотокор «СПК» Жарков.
23 мая – выступление в библиотеке Вересаева. Тема: поэты и музы Лиля Брик и Вера Набокова. Надарили цветов, конфет и коробку дорогого чая. Продал две книги «Избранное» за 1200. Надо возвращать денежки, а людям нести свет и знания. Как говорил Менахем-Мендел Шнеерсон: «У каждого из нас есть в жизни собственная миссия. Исполнять эту миссию должен именно ты, а не кто-то другой». Живу по ребе Шнеерсону…
28 мая – в «МП» – «Писатели и поэты на войне и о войне».
31 мая – поехали на Крымскую набережную посмотреть, как организованы павильончики для художников и как вообще обустроено пространство вокруг ЦДХ. Неплохо, почти как в Европе. На обратном пути зашли в Театр сатиры и оставил свой телефон Вере Васильевой у дежурного. Потом Вера Кузьминична позвонила мне: «Вы меня заинтриговали по поводу “Плача по возрасту”…» И пригласила на свой новый спектакль.
5 июня – выступление в библиотеке на улице Клары Цеткин о Пушкине. Всех поразил рассказ об Александре Онегине (фамилия Отто, 1845–1925), собирателе пушкинского наследия и создателе пушкинского музея в Париже.
7 июня – с утра посмотрел в окно, и сложились строчки:
Шумит листва. Зеленая, густая.
И кажется, шуметь ей на века.
Но подлетит октябрь, как вороны из стаи,
И облетит листва.
И задрожит рука.
В душе – тоска.
Опять зима…
Откуда дует ветер уныния? Пишут, что в мире бродит синдром хронической усталости – вирус Эпштейн-Барр (ВЭБ).
Вечером пошли в Театр сатиры на «Роковое влечение», как сказано в программке: нуар в двух частях Андрея Житинкина. В роли старой и забытой голливудской дивы Вера Васильева (вариация фильма «Бульвар Сансет». Там был Уайльдер, а тут постановка Житинкина, и сразу чувствуется разница. Но Васильева была хороша).
Кончился спектакль, актеры вышли на аплодисменты, и я вылез на сцену и вручил Васильевой «Плач по возрасту». Возмущенный Житинкин стал меня оттаскивать от премьерши. Выглядело это забавно, как продолжение спектакля.
Через пару дней Вера Кузьминична позвонила: это не моя тема, но в книге много интересного…
11 июня – перевел за 619 руб. кассету о Марлен Дитрих на диск, более долговечный. Мой первый и последний ТВ-фильм.
Популярное выражение: «А ты кто такой?! Давай, до свидания!..»
15 июня – сборная России проиграла Австрии. Как написал Ловчев, Капелло (итальянский тренер) сделал сборную трусливых зайцев. А великий чиновник-мошенник Мутко громогласно объявил: зато мы как ахнем на чемпионате мира в 2018 году!..
Но что об этом! Видно, что Россия сорвалась в крутое пике, а я – в явное нездоровье. Хожу по ступенькам и боюсь споткнуться: слабые ноги, плохо вижу. Но что сетовать: за 80! А вот красавица Жанна Фриске умерла в 40 лет – вот это трагедия… Сплошной гоп-стоп, как говорят в Одессе…
19 июня – в «Науке и религии» вышел мой военный материал о писателях. Вечерами с Ще пристрастились пересматривать мои программы по «Академии любви» – вайнерское время, и давно уже народ перешел из Академии любви в Школу ненависти к врагам России.
22 июня – выступление в квартире-музее Алексея Лосева на Арбате. То ли лето, то ли что, но в зале было только 9 человек. В год литературы говорил о писательских судьбах. Слушали вдумчиво…
25 июня – поехал на Книжную ярмарку на Красной площади: справа Мавзолей, слева – ГУМ, а посередине – книги. Посмотрел, поговорил кое с кем. Хотел купить пятитомник Газданова, но куда ставить? Проблема.
28 июня – начал заниматься Тамарой де Лемпицкой – сколько еще мне неизвестных имен, с которыми интересно заниматься. У меня сильно развито аппетитное любопытство (или любознательность).
30 июня – продолжается серия Евгения Рейна: «Я только что с Крита, завтра поеду в Тарусу на фестиваль Ахмадулиной, приеду – увидимся обязательно…» А с Рейном мы встретились на страницах «Алефа»: там заметка о Жене и мой материал о Ромме. А Михаил Ромм вышел в двух номерах – в июльском и августовском.
2 июля – выступление в МЕОЦ. В зале более 40 человек, тоже не густо. Часа полтора. Представлял свое «Избранное» (подарил Аталии Беленькой, а она в ответ – альманах «Лесной орех» с Евгением Шварцем, моим, разумеется). Отвлекался от книги, немного о политике, чем вызвал недовольство Ще, и прочитал несколько стихотворений, в том числе о Тиберии и двух бедуинах. В общем, все нормально.
А когда шел на сцену, то услышал, как две престарелые читательницы говорили обо мне: «Он пишет гениально». Мне стало смешно, и я чуть не споткнулся…
На следующий день приходил в себя, 4-го поход на рынок, 5-го печатал беловик Лемпицкой…
9 июля – по наводке магазина «Москва» приезжала некая Елена Ильина, оптовичка, и взяла на продажу 30 книг «Избранное» (по 255 руб.), 20 книг «Наедине со временем» (по 250). Как будут продавать, где? – не ясно. Но лучше, чем раздаривать…
14 июля – поехал в «Москву» и увидел «Избранное из избранного» – 6оо руб., Дневник – 580, и лежат мои книги рядом с книгой баронессы Ханны Ротшильд (переводная) и огромным томом писем и воспоминаний Алексея Хомякова, – хорошее соседство: знаменитая финансовая фамилия и славянофильская. Спросил: покупают? Ответили, что с ходу продали 3 книги.
25 июля начал, а 27-го закончил беловик Владимира Смоленского, 16 стр., нового для меня поэта. «Самый лермонтовский» из всех поэтов русской эмиграции.
Я никогда не пережил победы,
Всё только пораженье, пораженье,
Всё только горечь, горечь, беды, беды,
Сны, ритмы, рифмы, головокруженье…
После Смоленского взялся за перечень написанных русских классиков – 72 имени: от Татищева до Будищева (в рифму!). Серебряный век и русское зарубежье – 85 персон. Советская литература – 38. И западная литература – 192. Итого написано и почти все напечатано – писателей, поэтов, философов – 407 персон.
31 июля – «Совсем забросил дневник и не хочется записывать. Если честно, то вообще ничего не хочется, полная апатия. Плохое самочувствие, какие-то физиологизмы. А тут еще неустойчивое лето: дожди, прохлада, северный ветер…»
1 августа – Ще исполнилось 75, мне – 83, и что дальше? Бороться за жизнь? Другого выхода нет.
2 августа – Эдик с дарами. Ще – парфюм «Елисейские поля» – Шанс Элизе… Спонсор повез нас в МЕОЦ в кошерный ресторан, где выпили по бокалу и съели рыбку и с собой прихватили сырники и блинчики с творогом. Спасибо благодетелю, в книжном магазине в синагоге подарили нам красивую тарелку-хлебницу. Дары… А вечером смотрели в который раз «Клуб “Коттон”» с молодым Гиром.
6 августа – приступил к новой книге: Русское зарубежье, поэты и писатели вне России. Короче – эмиграция. Новая работа – и сразу встряхнулся от сна и дурмана. Появилась цель: за год должен сделать книгу.
Примечание: тогда я не предполагал, что не уложусь в одну книгу, а будет трехтомник о русской эмиграции. Грандиозно!.. (7 марта 2019 г.).
9 августа – каждый день ДТП, всякие ЧП, гибнут люди. Санкции, взлетевшие цены, импортозамещение – и вот выбросили «Советский» сыр – отвратный, купили мороженое – несъедобное и т. д. Но пафос, патриотизм, танковый батальон. Напрасное взбадривание, как выразился «МК», «депрессия шагает по России». Спасает новая книга с названием «Отечество. Дым. Эмиграция».
10 августа – клуб «Гнездо глухаря» – песни Нины Дилон. Полез на сцену подарить ей «Серебряные трели», за что-то зацепился и упал, – что это? Все возраст? А так – песни плохие, еда невкусная, лишь реклама зазывная и броская.
22 августа – печатаю про эмиграцию. Высказывания Бунина, Мережковского, Гиппиус о народе и о России, – и все в десятку сегодняшнего дня.
26 августа – вышел сентябрьский «Алеф» – начало Николая Эрдмана. А следом – октябрьский, с продолжением «Мандата». Комракова уколола Ще: «А вы по-прежнему в тени Юрия Николаевича?..» Негодование феминистки?..
5 сентября – поехали с Ще на День города на площадь Революции. Все оцеплено, кордоны полиции, не пройти, только по спецпропускам – праздник для персон, приближенных к императорскому двору, и почетных гостей из провинции. «Свобода приходит нагая…» Пришлось «огородами» выходить к Мясницкой. Посидели в кафе и с радостью вернулись домой. А Эдуардо улетел в Иерусалим и тут же попал под хамсин – песчаную бурю. Каждому – свое.
23 сентября – в библиотеке на Чонгарском бульваре крутил тему русских поэтов и писателей, уехавших в эмиграцию. Привыкаю к теме. Неожиданно заплатили за выступление: 2 тыс. ре – кошкины слезы…
25 сентября – а погода роскошная – бабье лето, вчера был плюсовой рекорд. А мы с Ще, как два сундука, сидим и долбим. Сочиняем. Но ужас в другом: нет сил выходить на улицу…
2 октября – мой вечер в Цветаевском музее. Увы, всего 12 душ. Но все равно был в кураже. Обратно на машине домчал Гриша Арутюнян.
9 октября – на Никитской получил верстку книги «Негаснущие звезды» (актеры, режиссеры) с фотопортретами. Но верстка – это не книга. Гранта нет, денег нет…
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?