Читать книгу "Черная метка"

– Как хорошо – рассуждал он. – В тепле, не в холоде, не под дождем, и мясо – суну под сиденье, обыскивать машину не будут, лиса не сворует и никто ничего не увидит, приду пустой, руки в карманах, и обратно пустой такой же. Опять же, что привести, отвести, на тележке много не привезешь и далеко не уедешь. Он поговорил с женой, та согласилась, да еще и выговор сделала.

– Вон сосед, ему далеко за семьдесят, а ездит на машине, я не говорю уж о молодых. Ездят все, меняют машины как перчатки, бьют и меняют – старье на старье. Сейчас Жигули можно купить за пятьсот долларов в приличном состоянии. Договорись с кем-нибудь, кто понимает в машинах и поедем на рынок.

– Решено.

В ближайшее воскресенье, когда Василий не был на смене, втроем поехали на рынок в Орехово и вернулись на Ниве. Двадцатилетняя машина была в приличном состоянии. Конечно, она имела не очень привлекательный вид, все-таки возраст, но мотор работал исправно, ничего нигде не гремело и не трещало и заплатили Ступины за нее около сорока тысяч рублей. Сосед, с кем они ездили покупать, водил машину в ГАИ и обратно. Ездить пришлось не один раз, но машину зарегистрировали, поставили на учет и прошли техосмотр. С последним получилось не просто. Два раза их возвращали без осмотра, найдя кучу неисправностей. На третий Василий сунул перед осмотром полторы штуки и неисправностей не оказалось. Василий Павлович Ступин почувствовал себя другим, белым человеком. Да почти все, обслуживающие Довольного деда ездили на своих тачках. Шеф-повариху возил по утрам на крутой иномарке муж, рабочий по кухне и сантехник тоже имели не Жигули, остальные тоже почти все были на колесах. Разорившись, до кучи, Василий поставил сигнализацию. Пригласил рабочих с фирмы и они мигом справились с установкой. Василий с гордостью, при каждом удобном случае, щелкал кнопкой, прицепленной к ключам. Его Нива взвизгивала, моргала фарами и блокировала двери. Раньше Василий дел с машинами не имел, за баранку никогда не садился и по началу с трудом осиливал науку водить автомобиль. Через неделю, тренируясь, ездил по деревне и вокруг нее, уже сносно передвигался на первой и второй скорости, а третью и включать было негде. Извечная проблема России – дураки и дороги. Не ясно с дураками, а с дорогами все правильно. Хуже трудно представить. Типичным представителем были дороги по деревне и вокруг ее и особенно от деревни до федеральной трассы. Если за трассой все-таки как-то следили, ремонтировали, латали заплатками, то дорога от Мысовищ до трассы, эти несчастные пять километров, можно сказать не ремонтировались никогда. Лет двадцать назад положили асфальт и как будто забыли про нее, что она существует, что по ней пять раз в день, туда и обратно, ходит рейсовый автобус, что в селе наберется два десятка местных машин и в летнее время несчетное количество приезжих. Дорогой ее назвать трудно, ей скорее бы подошло название испытательной трассы, вибростенда или танкодрома. Дырки, трещины, выбоины покрывали асфальт, которого практически не было видно и машины чаще ехали по обочине, по земле, а водители прыгали на сиденьях при скорости пятнадцать-двадцать километров в час. Справедливости ради надо сказать, что года три назад, решились таки сделать ремонт. Осенью залатали выбоины и трещины, чем-то похожим на асфальт. Зимой неровности засыпало снегом, замерзшая в трещинах вода превратилась в лед и ездить стало возможно до весны. Когда же снег и лед растаяли, дорога стала еще хуже чем была. Рейсовые автобусы увеличили плату за проезд, так как прибыли не хватало на ремонт, частные водители – интеллигентные, солидные граждане матерились, ломая машины, а таксисты отказывались ехать, или заламывали такие цены, что никто сам не хотел воспользоваться их услугами. Вот по такой дороге Степин и стал ездить на работу. Довольный дед находился на одной стороне трассы с дорогой в Мысовищи и Василий на трассу не выезжал. Он подъезжал со стороны огородов, на задний двор заведения, щелкал пультом и шел в свой мясной цех. Это было совсем рядом. Многие проблемы с какими-либо перевозками исчезли сами собой. Василий теперь не брезговал не только мясом, но и досками, рубероидом, железом, кирпичами и прочими вещами, которые плохо лежали. Нагружал по семь-восемь мешков шлака, опилки, даже булыжники – в деревенском хозяйстве все пригодится. Когда в гостинице меняли деревянные оконные рамы на пластик, он грузил старые рамы в свой необъемный багажник и вез домой. Еще при покупке Василий обратил внимание на тонированные стекла в Ниве и ему это очень понравилось. После кодирования спиртного в его рот не попадало. Даже на праздновании по случаю рождения внука, на Новый год и любые другие торжественные даты он проводил без вина. За то он стал хозяйственным автомобилистом. Не то чтобы любил машину, по прежнему слабо в ней разбирался, но использовал на всю катушку. Не только сам ездил на работу, за грибами и ягодами, но прицеплял прицеп и возил все подряд, песок, гравий, используемые ранее пиломатериалы, да все на свете, всего не перечислишь, но и никогда не отказывал соседям. Последние, особенно мужчины-автолюбители, помогали ему чинить Ниву, которая время от времени ломалась, но к счастью для него поломки не грозили глобальным ремонтом и большими затратами.

Василий никогда не выезжал, сам за рулем, на трассу и ездил только в окрестностях деревни, да на работу до большой дороги. Он так и планировал. Дело в том, что у него не было удостоверения водителя, на право вождения транспортного средства – короче прав. Если требовалось выехать куда-то подальше, он просил кого-нибудь сесть за баранку, а сам садился рядом. Он уже управлялся с машиной не плохо, хотя опыта было еще мало, а главное ехать без прав дальше было просто невозможно. Любой сотрудник ГИБДД тут же задержит машину и, конечно, припаяет по меньшей мере огромный штраф. Можно откупиться – дать взятку, большую взятку, но делать этого ему не хотелось. Нужно было как-то получать права. Откладывая со дня на день, он все же закупил всю необходимую литературу и решил заняться самоподготовкой к сдаче. Свои семь классов Василий закончил давно и особо напрягать мозги у него не было никакого желания. Просматривая билеты по правилам дорожного движения и пытаясь отвечать на поставленные там вопросы ему никак не удавалось дать правильный ответ. Из десяти вопросов ему удавалось угадывать не более шести или семи. И сколько он не пытался разобраться, в конце концов, опять ошибался. Да еще вышло, совсем недавно, постановление, которое утвердило, что необходимо обязательно для получения прав окончить курсы. Он уже собрался искать эти курсы, да все откладывал. Его никто не беспокоил пока. Но сколько веревочке не виться, а конец будет, и как всегда не во время.

Работники ГИБДД тоже избегали треклятой дороги в Мысовищи и появлялись на ней очень редко. Заезжали в этот гадюшник в конце смены, что б спрятаться от начальства, которое сновало по трассе и спокойно принять дозу спиртного. И вот как раз им навстречу и полз Степин на своей задрипанной Ниве, возвращаясь с работы. У видев незнакомую машину с местными номерами решили ее остановить. Василий вышел измашины.

– Сержант Соколов – представился один сотрудник. – Документы предъявите пожалуйста.

Ступин подал документы на машину. Сержант посмотрел, сверился с номерами и попросил.

– Водительское удостоверение, пожалуйста

– Дома забыл товарищ сержант.

– Нарушаете Василий Павлович, права нужно иметь при себе, если вы за рулем. Может у вас их вовсе и нет?

– Да дома они, забыл, одел другой пиджак, а права остались в первом.

– Хорошо, если так. Откуда и куда едете?

– С работы, я мясником работаю в Довольном деде, еду домой в Мысовищи.

– Каждый день работаешь?

– Нет, через день.

– Может мясо домой везешь?

– Есть немного.

– Хороший ты мужик Вася, но права надо возить с собой. Сейчас ты загладишь свое нарушение – свое мясо, своровал ведь, переложишь к нам в машину и мы расстанемся друзьями. Годится? – Скорее утвердительно, чем вопросительно закончил речь сержант.

Василий нехотя достал сверток и переложил его в багажник гаишников, услужливо открытого вторым сотрудником.

– Будь здоров, Вася, а права бери с собой. – пожелал на прощанье сержант.

Как только Нива с Василием скрылась за поворотом, сержант развернул сверток, оставленный мясником. Их взорам предстала очаровательная картина. Огромный, трехкилограммовый кусок парной, свиной вырезки и в отдельном пакете килограмма два, готового бараньего шашлыка. Развязав пакет оба с удовольствием по очереди сунули туда свои носы и понюхали. В носы ударил несравненный аромат, от которого у них, у обоих, не сговариваясь, потекли слюнки.

– Повезло нам сегодня. Сейчас поделим по братски, а завтра замостырим шашлычок. Ты когда ел последний раз шашлык из барашка?

– Не помню, да и свинячьим давно не баловался.

Довольные сержанты хлопнули по пол стакана водки, зажевали чесноком.

– Пусть пахнет чесноком, близко подходить никто не станет. Они посмеялись и поехали домой. Смена кончилась.

Василий, отъехав от гаишников, он их так всегда называл, не иначе, нервно закурил и глубоко затянулся.

– Сволочи, обчистили, и я дурак. Правильно говорят англичане – не клади все яйца в одну корзину. Надо было, хотя бы шашлык, положить отдельно.

Его мысли перекинулись в дом. Вчера приезжала дочь с зятем и внуком. Пили и ели целый день, а что еще оставалось в холодильнике жена накрутила с собой доченьке. Если бы в холодильник попала мышь, то точно повесилась. Конечно, жена сходит в магазин – купит хлеба, овощей, фруктов, сладостей, а уж мяса или шашлыка, конечно, нет. Не хватало еще и мясо покупать, если муж мясник. А завтра опять гости – чем кормить?

– Сволочи, рекетиры – подытожил Василий, подъезжая к дому.

Сотрудники ГИБДД – это были Фома Неверов и Семен Соколов, после того как обглодали мясника были выходные. Собравшись вечером в квартире Фомы, они пригласили женщин, пили водку и пиво и нахваливали шашлык, который женщины жарили на сковороде. Выйдя покурить, напарники опять вспомнили про мясника.

– Лох этот повар, зря отпустили, еще можно было с него еще и денег содрать.

– Это не поздно сделать и завтра, он опять поедет на работу. Помнишь он говорил, что работает через день.

– Правильно, напарник, молодец. Во сколько времени мы его встретим?

– Да где-то в начале третьего, днем, мы же до двух были на смене. Из-за него и переработали – усмехнулся Фома.

– Решено, завтра опять подкараулим, рекетнем, если нет прав у него вообще, то подоим как следует. Надо попасть на ту дырявую дорогу пораньше, что б не попустить мясника.

– Договорились, пойдем к столу, а то девки, наверное, заскучали.

Застолье продолжалось до позднего вечера. Потом Семен со своей женщиной убрался во свояси, а Фома остался со своей дома.

Через день Неверов и Соколов снова попали на свою смену. Меняя места и пряча машину за придорожные кусты, целясь в машины по проще, связываться с дорогими иномарками хлопотно и часто себе дороже, напарники нащелкали уже свою норму подношений. Брать взятки или как они выражались добровольных подношений, тоже нервное дело. А вдруг это подстава – потерять доходное место никто добровольно не хочет, страх так или иначе присутствует при получении денег. И наши герои снимали свой страх и стресс дозой водки после смены. А сегодня один водитель дал взятку в виде бутылки водки, так как денег у него не хватило.

Был уже второй час дня. До конца смены сержантам оставалось менее часа и они повернули на дорогу в Мысовищи. Их раковая шейка, плавно переваливаясь, как утка, мягко поплыла в сторону деревни. У домов они развернулись и не встретив ничего достойного внимания, медленно поехали в обратную сторону. Когда за очередным поворотом деревня скрылась, сержанты впереди увидели приближающуюся Ниву мясника. Они ее узнали сразу, она фырчала и тарахтела, гремя по ямам.

– Едет дорогой наш кормилец.

Не съезжая на обочину гаишники остановились, поджидая Ниву.

– Хорошо, что вокруг никого, но особенно не надо с Васькой рассусоливать, заберем мясо и отпустим, если права у него с собой.

Василий тоже заметил милицейскую машину, но бежать все равно некуда. Он стукнул ладонью по баранке, грязно матерно выругался, и поехал навстречу паразитам, как заяц без охоты лезет в глотку удава – без предупреждения остановился.

– Какой смысл оправдываться и врать, они твари специально поджидают меня – решил Василий. Еще больше расстроился и от этого забыл выключить двигатель, отчего Нива задрожала, дернулась пару раз и заглохла. Сержанты вышли из машины и оперлись на открытые двери. поджидая подходящего к ним мясника.

– Добрый день господа хорошие – угрюмо приветствовал их Василий.

– Добрый день, коль не шутишь – ответил один, другой промолчал.

– Показывай Василий Павлович свои права, не можем же мы допустить, что б на нашей территории ездили водители без документов на право вождения транспортного средства повышенной опасности.

– Да нет у меня прав – не стал юлить Василий – вы что теперь доить меня будете каждый день или через день.

– Только когда наша и твоя смены совпадают – заржал, как лошадь Фома. – Чем сегодня расплачиваться будешь? Теперь одним ворованным шашлыком не отделаешься.

– Не наглейте мужики.

– Вася, ты не врубаешься. Сейчас мы вызовем эвакуатор – заберем твою рухлядь, это обойдется тебе пять штук, потом на стоянке, за каждые сутки еще по штуке, штраф – еще две, и время ты потеряешь еще на пять тысяч рублей. Ты влетишь на такие бабки, что сможешь купить себе другую тачку. Тебе это нужно?

– Ладно, командир – Василий теперь обращался только к Фоме. – Вот у меня с собой пятьсот рублей и кусок мяса в багажнике, больше ничего нет. Забирайте и отпустите меня домой. А то я оставлю вам свою ласточку и делайте с ней все, что захотите – блефовал Василий.

Старая, никчемная Нива, конечно, милиционерам была не нужна, одна морока и никакого навара. Фома решил отступить на новую позицию.

– Хорошо, Вася, сейчас давай все что есть, а каждую смену нам с напарником по полтора кило шашлыка, а мы подумаем, сделаем одолжение, как для тебя достать права. Но скажу сразу, что не дешево, в переводе на мясо – полторы коровы или три больших свиньи. Прикинь, сколько это будет стоить?

– Хорошо, я согласен, узнайте точно, сколько будут стоить права, не зарывайтесь, всему есть предел, плюну на всех вас и пойду получать права законным путем. Вам, как это я понимаю, тоже не нужно. Я ворую мясо, а вы занимаетесь грабежом.

– Взять от большого немножко, не грабеж, а дележка. Мы целый день дышим выхлопными газами, а от каждого автомобилиста не убудет, если раскошелится на две, три сотни.

– Не хотите дышать выхлопными газами идите работать на завод, к станку, на стройку, шахтером или монтажником, или садитесь на грузовик за руль. И не надо про выхлопные газы.

– Не тебе читать нотации мясник-ворюга и ездить без прав на неисправной машине.

– Хватит лаяться мужики – вступил в разговор Семен. – Ты Василий, послезавтра привози шашлык на это место к двум часам, а мы подъедем и расскажем, что нужно подготовить для получения прав и сколько это будет стоить.

Василий отдал сверток милиционерам, и обе машины разъехались в разные стороны. Василий, усевшись в Ниву, громко, матерно, обругал гаишников, пожелав им всяческих бед и несчастий. Вместе с тем он остался доволен встречей.

– Может быть и в правду помогут купить права, ведь без них все равно не обойтись. Законным путем мне не сдать экзаменов, да и вожу я автомобиль еще не уверенно. Придется покупать и раскошелиться.

– Можно ли получить удостоверение на право управлять автомобилем законным путем? – Рассуждал Ступин. – У нас в России, да и в Советском союзе – это вряд ли. – Он вспомнил – один знакомый москвич рассказывал, как он получал права. Поступил на курсы, добросовестно посещал все занятия и по теории и по правилам дорожного движения и по вождению. Закончились курсы и преподаватель говорит.

– Завтра к нам приедет один работник ГАИ и будет проверять знания ПДД, не у всех, конечно, а выборочно. Если он даст добро, то всю группу допустят к сдаче экзаменов. Готовьтесь к самым каверзным вопросам.

Когда, на следующий день в аудиторию вошел проверяющий все притихли, а он и говорит.

– Сейчас я вам задам три вопроса, если на один из них не будет правильного ответа, я не допущу группу к сдаче экзаменов. Вопрос первый.

– Как правильно называется знак дорожного движения под номером 4.2.6.?

Проверяющий ткнул пальцем в девушку за третьим столом.

– Отвечайте.

Вопрос был задан явно с издевкой, не корректно, и на него ответа никто не знал. Обыкновенная провокация. Покажи он знак – как он называется ответили бы все или почти все, но никто не учил номера знаков, это просто никому, не для чего, не нужно. Девушка, растерявшись, начала что-то мямлить.

– Не знаете ответа, а остальные, два вопроса, я и задавать не буду.

Повернулся и вышел.

Преподаватель, который с усмешкой следил за этой комедией, все также улыбаясь, в полголоса, стал говорить.

– Быстренько соберите с каждого по десятке.

Будущие водители повеселели, тоже стали улыбаться. Учитель вышел с собранными деньгами и через минуту появился снова.

– Все в порядке, группа допущена к сдаче экзаменов.

Экзамены по правилам ПДД благополучно сдали почти все, двое или трое, из двадцати пяти, особо одаренные, не сдали, впрочем они быстро в следующий раз сдали при помощи двух десяток, которые повысили их знания до пяти баллов.

При сдаче вождения проходили одновременно две группы. Первая группа сдала стопроцентно, а вторая оказалась настолько плохо подготовленной, что сдали только три курсанта – бывшие профессиональные водители, утратившие права. Получали неуд за малейшую неточность в вождении. Не стой стороны обошел машину, не поставил на ручник при остановке, рано включил поворотник и так далее. Собравшись кучкой не сдавшие окружили инструктора.

– Мы же хорошо водим машину, в чем дело, другие сдают, хотя ездить совсем не умеют.

– Вы же не дети, должны понимать, соберите по четвертаку и все будет в порядке.

Когда четвертаки были собраны, то при следующей сдаче все получили удовлетворительные оценки за вождение и позже получили права. Сдавали экзамены на вождение по три курсанта в машине, садясь по очереди за руль. Инструктор ГАИ справа от курсанта, а на заднем сиденье два экзаменующегося и общественник. Человек, так сказать, от общества, обязанный следить за проведением испытания. Впрочем, его никто всерьез не принимал. Девушка, сидевшая за рулем, сдававшая вождение, четыре попытки сделала, прежде чем смогла стронуться с места, машина покатилась под уклон назад, что инструктору пришлось нажать свой тормоз, потом машина долго дергалась и глохла, а экзаменатор пишет в ее карточке – удовлетворительно. Вмешался общественник.

– Да она же совершенно не может водить.

– Ничего, отвечает инструктор ГАИ, научится на своей машине.

И все прекрасно понимают – деньги уплачены. То было в советское время. В настоящем все гораздо проще, только значительно дороже. Например, документы, что техосмотр пройден вам доставят на дом всего за пять тысяч рублей, не проверяя ничего, не зная даже, есть ли вообще автомобиль.

Василий Степин, окончательно потерял надежду получить права законно, стал надеяться, как он выразился, на козлов-гаишников.

Фома Неверов, как более решительный или наглый, решил поговорить о правах для Степина с начальником ГИБДД.

– Все равно без начальства нельзя сделать права, их и на кривой козе не объедешь, они свой кусок захотят иметь с этого – – решил Фома и пошел к полковнику. Попросив разрешения войти Фома начал.

– Товарищ полковник в селе Мысовищи живет деревенский мужик – Василий Ступин, ему пятьдесят лет, он купил себе Ниву и ездит на ней уже год, а прав у него нет. На трассу он не выезжает, боится, но мы обязаны реагировать, что по деревне и до трассы ездит человек без прав. Он готов заплатить. Мы можем посодействовать в получении удостоверения водителя?

– Ты что в адвокаты записался, ладно, подожди, позвоню Егорчеву.

– Горыныч – это я, Касьян, привет.

– Привет, чего хотел?

– Права можешь сделать?

– А там все чисто?

– Чисто, чисто.

– Двадцать пять.

– Зеленых?

– За зеленые я сделаю сто штук.

– Шутка, договорились, я подошлю человека?

– Присылай и будь здоров.

– И тебе не хворать.

Полковник положил трубку и обратился к Фоме.

– Пусть, как его?

– Ступин.

– Принесет, фотографии, медицинскую справку, паспорт и тридцать пять тысяч рублей. Понял?

– Так точно, товарищ полковник.

– Ступай – Касьян махнул рукой и склонился над столом.

Начальник ГИБДД никак не мог себе представить, даже предположить, что будут слушать, записывать на пленку все его разговоры в собственном кабинете, где он царь и Бог. А микро аппаратура, прилепленная под стулом перед его столом, добросовестно передавала все интонации его голоса. Не могла она уловить только ход мыслей полковника, а он успел уже подумать.

– Десять штук за несколько минут. Не плохо.

В настоящее время еще не изобрели аппаратуры, которая улавливала мысли и помыслы. А было бы не плохо для полноты картины посмотреть, о чем думают некоторые государственные мужи, потому что между их словами и мыслями дистанция огромного размера.

Склонившись над столом Михаил Афонасьевич предался размышлениям о предстоящей охоте, разговорам у костра за шашлыком и коньяком. Он был доволен и спокоен, но дни его безмятежного и безбедного существования подходили к концу.

При следующих двух встречах сержантов с мясником, они аккуратно получали свой шашлык, а также документы и деньги для прав. К тридцати пяти, назначенных полковником, они прибавили еще пять и потребовали от Василя сорок тысяч. Про себя, кляня фараонов-рекетиров в милицейской форме, Ступин потребовал с Фомы расписку в получении сорока тысяч.

– Как только привезете права, отдам расписку – решительно заявил Василий – иначе денег не дам.

Фома вынужден был написать, а на словах добавил.

– Сдашь меня, вместе сидеть будем, ты за то, что дал, я за то, что взял.

Деньги и документы Фома отнес полковнику, забрав предварительно пять тысяч и по братски поделив с напарником. Касьян, отложил десять тысяч и спрятал в сейф, оставшиеся запечатал в конверт, положил в папку, а Фоме сказал.

– Передашь Горынову с глаза на глаз, без посторонних.

Поздно стал соблюдать конспирацию Михаил Афонасьевич, поездка на охоту и последующие события приближались с неумолимой быстротой.

Через неделю Горынов вернул ту же папку с тем же конвертом Неверову, но с другими документами – – правами для Ступина, которые Фома немедленно отвез Василию и забрал свою расписку.

Разговоры начальника ГИБДД со своим подчиненным о правах для Ступина был аккуратно зафиксирован и во время записи московские сотрудники, слушающие милиционеров не могли сдержать своих эмоций.

– Эти оборотни в погонах, когда-нибудь занимаются своими ментовскими делами или только выжимают из простых граждан деньги. Ведь только забросили наживу, а они оба, жирные сомы, заглотили по самое некуда. Рассуждая между собой поведение чинов Капрова они не знали еще, что милиционеры не скоро появятся в своих кабинетах, а будут проводить время, сначала в больнице, а потом до самого суда дома. Так сказать – под домашним арестом – без ареста.

Адвокату еще предстояло побеседовать с секретарем судьи Ирочкой и навестить сторожа в Сосновке.

– С сержантами разберется Илья Иванович, противно с таким дерьмом разговаривать.

Было уже довольно много времени, давно стемнело и Ирочка вот-вот должна была идти домой. Арон Моисеевич еще не вышел из машины, а секретарь уже выходила из дверей. Боязливо оглядевшись, она направилась домой. Ира была еще далеко и адвокат не торопясь пошел впереди. Они отошли уже довольно далеко, когда она догнала его и хотела обойти. Арон Моисеевич осторожно, боясь напугать девушку, остановил ее.

– Добрый вечер Ирочка, не бойтесь, я адвокат известного вам не хорошего дела с Переверзевым. Разрешите я вас провожу. Не беспокойтесь, теперь никто не должен нападать. Все было подстроено специально, но нападавший, видимо перестарался, слишком сильно побил судью. Вадима Переверзева хотят обвинить в нападении на судью, но он этого не делал, хотя в порыве негодования и грозил судье. К сожалению на месте преступления каким-то образом попала перчатка Вадима.

– Арон Моисеевич, эту перчатку он потерял в зале заседания суда, потом ее подобрал Николай Петрович, а я сделала вид, что ничего не видела. Но подтвердить на суде я этого не смогу, меня же потом просто убьют.

– Не убьют, не бойся, да и не потребуются твои показания, надеюсь на то, что не потребуются. Спасибо тебе Ирочка за доверие, а Николая Петровича скоро не будет, но об этом пока прошу никому ни слова.

А про себя адвокат подумал.

– Девочка конечно расскажет, не удержится, но это даже к лучшему. Пусть у судьи начнутся душевные муки, пусть помучается, еще не зная, что его ждет впереди. И обращаясь снова к секретарше, адвокат попросил.

– Ирочка еще одна просьба, мне нужны все дела, которые в производстве у Николая Петровича. Он плохой человек и ему нельзя доверять судить людей. Составь, пожалуйста, список.

– Хорошо, Арон Моисеевич, завтра я подготовлю список.

– Спасибо родная, до свидания, все будет хорошо.

Секретарь ушла домой, а адвокат вернулся в машину, откуда вышел несколько минут назад.

– Как дела, коллеги?

– Второй фигурант проглотил наживу до кишок, тройник потянет на несколько лет в Мордовии. И прокрутили пленку с разговором полковника и сержанта.

– Невероятно – удивился адвокат – ничего не боятся, ходят на работу грабить автомобилистов, а не охранять закон.

Илья Иванович Самойлов поднялся на второй этаж, в голубятню – его напарник стоял в стороне и не спускал глаз с двери, за которой только что скрылся Илья. Угрюмый был на месте, давал кому-то очередной нагоняй и был в плохом настроении. Из его комнаты буквально выскочил парень и быстро пошел на выход. Илья вошел в комнату без стука. Угрюмый сидел насупившись.

– Тебе что надо? Кто ты такой?

– Я, – помедлил Илья Иванович – Злобный бульдог, слыхал наверное. Это по вашему бульдог, а по человечески – оперуполномоченный по важным делам.

– Мент поганый?

– Бывший мент, теперь не служу и к тебе пришел не за тобой, а за помощью. Справился бы и без тебя, да время дорого.

– Что тебе надо, я ментам, хоть и бывшим не помощник.

– Что ты делаешь Угрюмый со своими крысами? Знаю, можешь не отвечать. И я сделаю со своими, или как сейчас цивилизованно говорят – оборотнями в погонах, хочу сделать тоже самое. И ты мне поможешь, если сам жить хочешь? Я пришел не по твою черную душу и даю слово и пальцем не шевельну сажать тебя за решетку, вас развелось как тараканов видимо-невидимо да и не моя это забота. А вот нашего крысенка ты мне сдашь. Угрюмый хотел открыть ящик стола.

– Руки на стол – не громко, но настолько внушительно, что Угрюмый не сомневался.

– Пристрелит сука.

– Сиди тихо. Ты что пропил что ли мозги, я же сказал пришел не за тобой, а полезешь за оружием пристрелю, рука не дрогнет. Я не спрашиваю, кто набил морду судье – это твой и ты его не сдашь, но к тому шестерке я бы тоже присоединился, да порядочность не позволяет. Один вопрос и одна фамилия. Через кого был получен заказ напасть на судью? Фамилия? Колись Угрюмый?

– Плевать я хотел мент на твой базар, ищи его сам.

– Твой друг или подельник или покровитель, как ты его зовешь? Шампанским угощаешь, а он доживает свои последние дни. Осталось только вытолкнуть из под его ног табурет. Тебе все равно потребуется другой осведомитель из местной ментовской.

– Отвали мент, не скажу.

– Ладно, не хочешь по хорошему, будет по другому. Сейчас я тебе отстрелю прибор повыше колена – пониже пупка и расследования с твоим участием не избежать, а жизнь у тебя сейчас не плохая. По нарам соскучился? – Кто?

– Капитан Коновалов.

– А ты нервничал, они для тебя уже трупы, а у тебя поджилки трясутся. Сидеть.

Самойлов, пятясь отступил к двери, держа пистолет наготове. Вышел и тут же отпрыгнул в сторону, ожидая возможного выстрела через дверь. Но выстрела не последовало. Не оглядываясь, спустился по лестнице и не торопясь направился к машине. Знал, друг прикроет спину.

Друзья направились уже домой, в Москву, но проезжая злополучный перекресток, увидели машину ГИБДД и двух сотрудников на противоположной стороне.

– Слушай Володя – сказал Илья Иванович – давай потратим еще несколько минут. Сыграем с этими гаишниками. Это, похоже, те самые. Я приготовлю фотокамеру, а ты развернись на трассе в обратную сторону, то есть на глазах нарушь правила. Вот тебе права, в них лежит наша фирменная сто доллоровая бумажка.

– Почему фирменная?

– Да это фальш-купюра. Рисунок на ней пропадает через несколько дней и превращается просто в бумагу. Эта очистится еще через три дня. Всучи ее этим хапугам.

Так они и сделали. На глазах, метров за сто развернулись, хотя здесь разворота не было и поехали мимо гаишников. Те, конечно, не могли пропустить такого нарушения и тут же один из них выскочил с жезлом навстречу. Володя проехал метров десять и остановился. Вышел из машины и пошел навстречу сотруднику и стал вешать лапшу на уши.

– Командир, спешим очень, забыли кое чего сделать, извини пожалуйста.

Но Фома – это был он, уже почувствовал запах бабок и надеялся на солидный куш.

– Сержант Нефедов – не членораздельно козырнул Фома – нарушаете, ваши документы предъявите.

Владимир чуть вытащил фальш-купюру и подал водительское удостоверение. Фома заметил часть зелененькой и забыл даже сличить фотографию на удостоверении с оригиналом. Ловко смахнул купюру с раскрытого удостоверения. Владимир опять начал слезно упрашивать.

– Ну нам пора, командир, очень торопимся.

Илья Иванович, через заднее стекло постоянно снимал. И как ни старался Фома смахнуть купюру в карман побыстрей, камера четко зафиксировала момент взятки. Обрадованный неожиданному подарку, зеленые стали давать все реже, услужливо козырнул и пожелал счастливого пути. К клиентам, от которых получали мзду, сержанты относились с уважением и желали доброго пути от души.

– Вежливый тебе попался мент-взяточник – шутил Илья Иванович, – а я сегодня уговаривал такое отродье, когда уходил думал выстрелит с спину.

Уже поздно, вечером, друзья вернулись в Москву.

В этот же вечер Арон Моисеевич слетал в Сосновку. Поговорил со сторожем, записал с его слов показания, как свидетеля, Игнат Савельевич подписал и обещал, если будет нужно, то даст показания и в суде.