Читать книгу "Мой сводный тиран"

Глава 16

Марина

Миша приезжает за мной утром субботы. Мы договорились встретиться у меня дома, но я отказываюсь совершенно не готовой. Я не хочу никуда ехать, потому что приняла решение отложить дату свадьбы. Не буду назначать ее до тех пор, пока полностью не уверюсь в том, что действительно хочу этого.

– Привет. – Миша, как и обычно, приветливо здоровается и проходит в квартиру.

Я пропускаю его вперед и прошу подождать, чтобы проверить чемодан. Я все взяла, просто мне нужна отсрочка. Мы не виделись после того, как Глеб едва не поцеловал меня, и сейчас мне банально трудно перестроиться. Я пытаюсь взять себя в руки и беру тайм-аут в десять минут, но на исходе девятой понимаю, что мне этого чертовски мало.

– Мариш, проверила?

Миша не дает мне времени на обсуждение, заходит в комнату и садится рядом.

– Да, извини, я не выспалась.

Иногда Миша кажется мне слишком идеальным. Таким, что на его фоне я чувствую себя жутко плохой. Взять даже эту ситуацию. Я ведь хотела побыть одна, а Миша помешал мне. Тут бы рассердиться, но он пришел такой идеальный и заботливый, что я тут же почувствовала себя ужасной.

– Я снял нам домик у озера, – продолжает гнуть линию идеальности Миша. – Там невероятный вид из окна, совсем не жарко и есть джакузи. А еще я купил свечи.

Я не знаю, зачем он это говорит, заранее сообщая о сюрпризе, но звучит по-настоящему романтично. Встав с кровати, беру чемодан и улыбаюсь. В конце концов, Миша не виноват, что я все еще что-то чувствую к Глебу.

По пути за город я то и дело возвращаюсь к тому, что случилось в доме родителей. К Глебу и его вниманию, к словам, брошенным мне, и последней фразе. Он пожелал мне удачного брака так, что я до сих пор чувствую мурашки по всей коже.

Мы приезжаем в действительно идеальный домик: по периметру растет зелень, напротив голубеет озеро. Вокруг ни души. Все тихо, спокойно, ближайшие дачи расположены довольно далеко. Это идеальное место для уединения и обсуждения ближайшей даты свадьбы. Я не жажду говорить об этом, но по взбудораженному виду Миши понимаю, что он только этого и ждет.

– Пойдем на озеро купаться? К вечеру у меня для тебя сюрприз.

Я киваю и говорю, что вначале приму душ. Закрываюсь в кабинке и включаю холодную воду, чтобы прийти в себя и прекратить думать о Глебе. За мыслями не слышу, как открывается дверь, и понимаю, что не одна, лишь когда на мою талию ложатся уверенные мужские руки. Почему-то в этот момент перед глазами возникает образ Глеба и то, что было между нами три года назад.

Сейчас даже его запах просачивается в ноздри, хотя я прекрасно знаю, что за спиной стоит Миша. Никого другого там попросту не может быть.

– Малыш, я так соскучился… – Миша крепче обнимает меня и сильнее притягивает к себе.

Я хочу ответить тем же, но упрямо молчу. Я не соскучилась. Это несправедливо по отношению к моему парню, но я не могу иначе. Врать я так и не научилась. Разве что Глебу, потому что с ним мне чаще приходилось придумывать, чем искренне отвечать на вопросы.

– Иди ко мне.

Жаркое мужское дыхание, которое раньше вызывало крохотные импульсы по всему телу, звучит у самого уха. Сейчас я не чувствую практически ничего. Зато замечаю далеко не идеальный кафель на стене душевой.

Со мной что-то не так.

И дело даже не в том, что я не испытываю желания к человеку, за которого собираюсь замуж, а в том, что я не могу сосредоточиться на нем. Мысли ползают одна за одной, цепляясь за самые бредовые ниточки и не желая останавливаться на том, что происходит между нами.

– Я так долго ждал этого, – слышу шепот после нашей близости.

Миша выходит из душевой, а я остаюсь под горячими струями воды. Я ненавижу теплую воду летом, но Миша не может купаться в холодной. Иногда я не могу понять, что связывает нас двоих и как мы вообще стали встречаться. Это же невозможно, правда? Мы такие разные… Хотя раньше эти различия были не так заметны.

После душа я выхожу в гостиную и натыкаюсь на разбросанные лепестки красных роз. Улыбка сама появляется на лице: невозможно сопротивляться положительным эмоциям, когда ради тебя так стараются.

Я аккуратно ступаю по разбросанным лепесткам и выхожу на улицу. Здесь уже стрелочки, видимо, на ветру цветы просто разлетелись бы по всему двору.

Белые стрелочки ведут меня к озеру. Издалека я замечаю Мишу, но не вижу всего остального. Только оказавшись ближе, замираю на несколько мгновений и смотрю на расстеленный огромный плед, на еду, что расставлена сверху, и на огромный букет в форме сердца из красных и белых роз. Не решаюсь сделать и шага, понимая, что немного не угадала с сюрпризом. Не в свечах романтика, а сейчас, под открытыми лучами солнца, продирающимися сквозь ветви деревьев.

Миша еще не замечает меня и стоит спиной, позволяя любоваться его статной фигурой. Он ниже Глеба, разворот плеч не такой широкий, зато в остальном полный порядок: прорисованные кубики пресса, накачанные массивные ноги и руки.

Я невольно любуюсь тем, с кем встречаюсь и за кого почти вышла замуж. Он совсем не похож на классического продавца из ресторанов быстрого питания, и я уверена, что его ждет большое будущее.

– Мариш… – Миша разворачивается ко мне, и я вижу в его руках бархатную коробочку.

Еще одно кольцо. В голове пульсирует, а мысли путаются.

Смотрю, как Миша наклоняется, берет огромный букет и подходит ко мне. Встает на одно колено, протягивает мне цветы, открывает коробочку и произносит самую трогательную речь, что я слышала в жизни.

– Марин, я хочу сделать тебе предложение без свидетелей. Без посторонних лиц и с кольцом, которого ты действительно заслуживаешь.

Бросаю мимолетный взгляд в коробочку. Там украшение с большим бриллиантом. Я почему-то уверена, что не поддельным. Думать о том, где он взял деньги на его покупку, не хочу, полностью погружаясь в красоту момента. Все отходит на второй план. Внезапно во вселенной мы остаемся одни. Я и Миша. А еще огромный букет цветов, о котором мечтает любая девушка, и кольцо, стоимостью в несколько моих зарплат.

– Я очень сильно люблю тебя, моя девочка, – произносит Миша. – Поэтому хочу спросить еще раз. Ты станешь моей женой?

Солнце освещает его лицо, так что Мише приходится прищуриваться, но несмотря на это он широко улыбается и, кажется, совершенно уверен в положительном ответе.

Я же думаю. Вспоминаю два с половиной года, что мы были вместе, наши лучшие моменты, близость, которая, пусть не всегда, но приносила мне удовольствие. Разве не об этом я мечтала, пока не появился Глеб? Разве не Мишу я представляла в роли мужа и отца наших детей? У нас были идеальные отношения, о которых мечтает, пожалуй, каждая девушка.

За время, что мы были вместе, чаще я, чем Миша, оказывалась недостойной такого счастья. Уверена, что откажи я ему сейчас, в будущем у него появится толпа девчонок, которая с радостью заменит ту, которая не оценила.

– Мариш… – В его взгляде что-то тухнет, когда он понимает, что я слишком долго не отвечаю.

Миша не спешит подниматься с колен, но его руки дрожат, а на лице отпечатывается смесь неверия, разочарования и боли. Именно в этот момент понимаю, что не могу. Я просто не могу так поступить с ним. Мы встречались два с половиной года, чтобы я наконец привыкла к нему и полюбила. А не чтобы разрушила все из-за призраков прошлого.

Глава 17

Глеб

– Слушай, мы тут уже почти неделю, а я еще ничего не видела. Ты же поведешь меня в ресторан, в клуб, на выставки? – спрашивает Софи, когда мы вместе ужинаем на съемной квартире.

– Ресторан и клуб – да, выставки – нет. Не люблю эту нудятину.

На самом деле ни ресторан, ни клуб меня не прут, но я решаю, что это лучше, чем сидеть и думать о том, чем Марина занимается со своим додиком за городом. Я случайно узнал, что она уехала. Разговорился с отцом, и он обмолвился. А еще добавил, что такой парень, как Миша, – идеален для Маришки. Я бы и рад не реагировать на это, да только не могу. Внутри дергается при одном упоминании знакомого имени, а сердце стучит, когда я думаю, что Марина давно с другим. И собирается замуж.

– Можем пойти в клуб прямо сегодня, – предлагаю, зная, что Софи это точно понравится.

Она удивленно визжит и убегает собираться, даже не притронувшись к заказанному салату. Мы познакомились в Штатах, когда она прилетела туда на обучение из Украины. Она – единственная дочь известного столичного бизнесмена, а я – парень с перспективами. У нее крутая фигура, яркая натуральная внешность без тонн косметики, поэтому она за считаные недели стала одной из самых популярных девушек универа. А я был одним из популярных парней. Мы стали встречаться и как-то закрутилось так, что когда она узнала о моей поездке с родителями, захотела поехать со мной. А я не смог отказать.

И сейчас я снимаю квартиру, в которой мы живем вместе. Я не успел опомниться, если честно, потому что предполагал, что съедусь с девушкой после долгих раздумий и взвешенного решения, а получилось вот так. И мне удобно. Да и Софи, по всей видимости, тоже. Она не напрягает меня кучей баночек с кремами в ванной, готовит, когда есть настроение, вовремя закидывает стирку и убирает в квартире. Я же прихожу в уютный дом, ложусь в кровать с красивой девушкой, но все еще не чувствую той наполненности, которая должна быть. Хотя и менять ничего не хочу. Жду, что она появится. Эта самая наполненность. Должна появиться, иначе никак.

Софи оказывается готовой через полчаса. Это как дополнительный бонус к ее идеальности. Я же лишь переодеваю футболку и натягиваю кеды. Беру девушку за руку и помогаю сесть в машину. До «Орбиты» мы добираемся за полчаса. Предварительно я позвонил давним друзьям, предложив встретиться. Почему бы и нет?

Миха, Давид, Игнат и Дима – мои одноклассники и по совместительству бывшие лучшие друзья. С Игнатом и Михой мы общались по скайпу, а Димой и Давидом – нет. Они как-то отдалились от нас, но встретиться согласились. Я предложил прийти парами, потому что сказал, что буду с девушкой. Никто не возразил.

– Тут так круто, – произносит Софи, когда мы заходим в один из лучших ночных клубов.

– Круто. Тут элитный клуб.

Девушка понимающе кивает и удивленно приоткрывает рот, когда я веду ее в ВИП. Что мне понравилось в Софи, так это то, что она настоящая. Несмотря на богатство родителей, оказалась не тусовщицей. В Штатах мы редко ходили по клубам, она чаще оставалась дома, а тут удивленно осматривается по сторонам, что говорит о ее небогатом опыте.

– Боже, Глеб, – с придыханием выдает Софи и обвивает мою шею. – Тут невероятно!

Она неожиданно целует в меня в губы, поэтому я отвечаю. Прижимаю девушку к себе за талию и целую, желая почувствовать то же, что чувствовал с Мариной, но ничего нет. Отстраниться друг от друга нам помогают вовремя заметившие меня друзья.

– Глеб! – слишком громко кричит Миха и обнимает меня, похлопывая по плечу.

Это наш традиционный жест, мы практически всегда так здороваемся.

С другими парнями мы здороваемся быстрее. Знакомимся с девушками, садимся за столик. Спустя час, когда все уже немного захмелели, я вижу того, кто должен быть сейчас за городом с Мариной.

Глава 18

От увиденного я моментально трезвею. Картина, которая разворачивается перед моим взором, не для слабонервных. Миша держит за руку дамочку в возрасте. Она не страшная, даже выглядит молодо, но обвисшая грудь и попа выдают в ней женщину за пятьдесят.

Я бы подумал, что это его мама, но то, как она обвивает его рукой за талию и как прижимается к плечу, выдает их истинные отношения. Между ними явно гораздо больше, чем родственные чувства. Я даже подаюсь вперед, чтобы встать, но Софи удерживает меня, недовольно бубня:

– Малыш, ты куда? Я так хорошо устроилась! – Она кладет руку мне на колено и проводит ей до середины бедра. – Ты такой классный.

Она выпила больше трех коктейлей и сейчас ей слишком хорошо, чтобы думать о том, что на нас смотрят.

– Соф, я отойду, знакомого увидел. Скоро буду. Расслабляйся пока.

Она нехотя отпускает меня, чуть кривится, но все же убирает руки и, ухватившись за стакан с коктейлем, откидывается на спинку дивана.

Я же встаю и прохожу вперед, чтобы иметь возможность наблюдать за Мишей и его спутницей. Мне все еще сложно поверить в то, что он тут, пока Марина за городом. Главное даже не то, что он здесь, а то, с кем он. Женщина рядом явно годится ему в матери, а он ведет себя так непринужденно, будто ничего выходящего за пределы рамок не происходит.

Бросаю взгляд на часы: половина первого. Звонить Марине и спрашивать, почему она осталась одна, когда ее недожених приехал сюда, уже поздновато, поэтому не нахожу ничего лучше, кроме как достать телефон и сделать фотографию. Впрочем, мне не дают. Какая-то девушка рядом чуть толкает меня в бок, и телефон вываливается через балкон на пол. Я представляю себе ущерб, потому что внизу гранитные плиты, но и ругаться с ней не хочется. Сам виноват. Встал с телефоном на втором этаже.

Я спускаюсь на первый, поднимаю телефон и отмечаю полный выход из строя. Телефон сломался, экран не включается. Хочу попросить кого-то из приятелей сделать фотографию, но в этот момент спутница Миши наклоняется к нему и целует его в щеку. Дружескими отношениями тут точно не пахнет. Я же, засунув телефон, вернее то, что от него осталось, в задний карман, иду к парню.

Он уверенно обнимает женщину за талию и притягивает к себе как раз в тот момент, когда я кладу руку ему на плечо и, надавив, с силой разворачиваю к себе. Миша смотрит сначала на мою руку, потом – на меня. Удивлению в его глазах нет предела. Видимо, не ожидал, что тут его может увидеть кто-то из знакомых.

– Ну привет, – хмыкаю, здороваясь. – Как дела?

– Привет. – Миша кивает и интересуется вполне серьезно: – А вы кто?

Чего? Он дурачка будет клеить? Или думает, что у меня настолько фиговая память, чтобы забыть его непривлекательную рожу?

– Забыл уже, что ли? Пойдем это… поговорим. Побереги свою… спутницу.

Миша не понимает. Смотрит на меня, будто действительно не узнает. Но я-то узнаю! Его невозможно не узнать: та же прическа, взгляд, движения… Даже будь у него брат-близнец, он казался бы немного другим. А тут… стопроцентное попадание.

– Я никуда не пойду! – чеканит он. – И вас я не знаю.

Парень отворачивается к своей даме и начинает что-то говорить ей на ушко, на что она оживленно кивает и зло оборачивается в мою сторону.

– Постой! – кричу Мише и, видя, что тот не намеревается разворачиваться, дергаю его за руку. – Ладно, меня не помнишь. А невесту свою?

– Что? Невесту? – Женщина рядом заметно начинает нервничать, дергает клатч, достает оттуда телефон.

– Вы пьяный? – так же, как и прежде, интеллигентно произносит парень. – У меня нет невесты. – Он поворачивается к женщине. – Светочка, успокойся. У него явно проблемы с башкой.

– Миша, – щиплю я, – никаких проблем нет. Ты же не думаешь, что я в состоянии перепутать тебя с кем-то другим?

– Он не Миша, – берет себя в руки женщина. – Он Жора.

Ну да, конечно! Я почему-то даже не сомневался, что он назовется другим именем. Мало ли, вдруг кто-то заметит. А он прикинется дурачком, мол, я Жорик.

– Давай все же выйдем, Жорик, – требую я, на что парень кивает, просит у своей дамы пару минут и разворачивается, направляясь к выходу.

Ну точно Миша. Даже походка – и та один в один.

На улице он делает неожиданный жест: достает из кармана сигарету и подкуривает, выпуская струйку дыма в мою сторону. Никогда не понимал этого. Ну хочется тебе сократить жизнь на треть, так остальные тут при чем? Кури дома.

– Тебе что от меня нужно? – Миша идет в наступление.

– Ты отвез Марину за город, а сам пришел со взрослой дамой в клуб.

– Тебе точно не плохо? – уточняет парень. – Я не понимаю, о чем ты. А, стоп. Миша же! Это брат мой. Близнец.

Глава 19

Глеб

В то, что в клубе был брат-близнец Миши, я не верю ни разу. У меня слишком хорошая память, чтобы воспринять заявление парня всерьез, но я делаю вид, что поверил. Кивнул, даже руку пожал и пошел отдыхать дальше. Точнее, делать вид, что отдыхаю и ничего вокруг не вижу. На самом деле я больше не притронулся к спиртному, вместо этого наблюдал за Мишей и его спутницей. Градус общения между ними постоянно накалялся: женщина позволяла себе то погладить его по руке, то поцеловать, что лишний раз подтверждало их далеко не дружеские отношения.

Они ушли раньше нашей компании, но все оставшееся время я думал о том, как преподнести это Марине. Или лучше провести расследование? Нанять детектива, узнать, есть ли у Михаила на самом деле брат-близнец. Я не верил, потому что уж слишком сильно они были похожи, даже в мелочах: взгляд, улыбка, движения… Все едва ли не идентичное. Таких близнецов не бывает, тем более в том возрасте, в каком находится Миша. Разве что они специально оттачивали себя друг под друга, но… зачем?

– Глеб Давидович, можно?

Секретарь, что работала еще с папой, заметно похорошела. Я удивился этому, когда сегодня утром увидел ее при полном параде: с накрашенными глазами, губами, идеальной прической и одеждой. Диане около тридцати, она никогда не была замужем, у нее нет детей, но есть хорошая зарплата, поэтому максимум, который я могу ей дать, – двадцать пять. Даже в таком возрасте она взрослая для меня, но видно же, что старается. С папой это, видимо, не прокатывало, а с Милой – тем более. Имелся явный риск остаться без работы, упакуй Диана свою худосочную задницу в ту юбку, в которой находится сейчас.

– Заходи. Есть новости?

– Звонила Марина Павловна, она задерживается.

– И где же?

– Она не уточнила, лишь просила передать вам, что не может сдержать обещания прийти вовремя.

– Понял, спасибо.

Диана уходить не спешит, переминается с ноги на ногу, будто чего-то ждет или что-то недосказала.

– Есть еще что-то?

– Я тут узнала, – коротко говорит она, – вы хотите сократить штат?

И улыбается так… Опускает взгляд в пол и стреляет взглядом в меня. Видно же, что соблазняет, но сейчас как-то не до того. Непонятно, откуда она вообще узнала о том, что я собираюсь увольнять бездельников.

– Допустим, – киваю. – У тебя есть что мне сказать?

– Я могла бы, – она запинается, заламывает пальцы, а потом расправляет плечи и говорит: – составить характеристики сотрудников.

Не скажу, что предложение меня удивило. Больше интересует, откуда секретарь об этом узнала. С отцом мы обсуждали этот вопрос у него дома, не на работе. Разве что подслушала, пока мы говорили с Мариной, но ведь разговаривали мы у нее в кабинете, а не у меня.

– Спасибо, Диана, я подумаю.

Она явно хочет сказать что-то еще, но вместо этого улыбается и разворачивается, чтобы уйти.

– Диана, у меня к вам просьба, – останавливаю ее.

– Да, конечно. – Она тут же разворачивается и опять улыбается мне.

– Я приходил в офис, когда тут был отец, и видел ваш стандартный дресс-код. Потому предпочел бы, чтобы вы лишний раз не строили иллюзий. Отношения на рабочем месте не входят в мои планы, – смотрю прямо на нее и отсекаю последнюю надежду.

– Простите, я… совсем не думала… – неумело оправдывается Диана.

– Очень рад, что вы изменились не для меня, спасибо, – улыбаюсь ей и жду, пока она уйдет.

Сам же захожу в карты и смотрю на пробки, образовавшиеся за городом. Как я и думал! Марина опаздывает именно из-за пробок, а значит, все выходные она провела со своим Мишей за городом. Не знаю, почему интересуюсь этим, ведь по сути все, что я должен сделать, когда она придет на работу, – это потребовать объяснительную и предупредить ее о штрафах на будущее. Вместо этого я упорно смотрю на часы и жду, когда она явится в офис. Прошу Диану сразу сказать мне, как прибудет Марина, и вызвать ту в кабинет. Я не хочу давать ей поблажки только потому, что она моя сводная сестра. Уверен, отец ничем подобным не занимался.

– Глеб Давидович, Марина Павловна пришла. Я вызываю ее к вам? – После того, как я расставил приоритеты, даже голос Дианы по телефону звучит по-другому.

– Вызывайте.

Марина приходит через десять минут. Даже здесь заставила подождать, ведь путь от ее кабинета до моего занимает максимум две минуты.

Упорная и дерзкая, она плавно входит в кабинет и закрывает за собой дверь.

– Доброе утро, Глеб Давидович, – громко произносит она и направляется к столу.

Я же осматриваю ее с ног до головы. Не замечаю никаких симптомов усталости и недосыпания: отсутствуют круги под глазами, не пожелтела кожа. Ничего подобного нет, так что даже не получится упрекнуть ее в ненадлежащем внешнем виде. Даже сейчас, после многочасового пути в пробке, она выглядит лучше той же загримированной Дианы.

– Доброе, Марина. Ты предупредила Диану об опоздании, но это не выход. Я хочу, чтобы ты приходила на работу вовремя.

– У меня был форс-мажор, я попала в пробку и не могла выбраться, – объясняет она. – Не буду обещать, что такого больше не повторится, но постараюсь быть пунктуальнее.

– Я ввожу новую систему штрафов для тех, кто не отличается пунктуальностью и все время опаздывает. Ознакомиться с ней ты сможешь ближе к вечеру, она будет отправлена всем сотрудникам компании.

– Надеешься таким способом пополнить бюджет фирмы? – с ухмылкой интересуется она. – Или заставить сотрудников уволиться?

– Я лишь хочу, чтобы все соблюдали временной норматив. Это одно из главных требований при приеме на работу в Штатах.

– Мы не в Штатах, Глеб Давидович, – язвит она. – У многих дети, которые ходят в сад и школу, а автомобиля нет. Приходиться отвозить их на общественном транспорте, а потом так же добираться на работу. Опоздание даже на полчаса вполне приемлемо.

– Тогда необходимо отработать эти полчаса вечером.

Она снова усмехается и качает головой.

– Я не против штрафов. Сегодня я опоздала по своей вине: не подумала с вечера о том, что на трассе будет пробка. Такие моменты должны штрафоваться. Но у нас есть люди, которые не могут без опозданий не потому, что они не вовремя встают, а потому, что школы и сады работают с определенного времени и часто находятся едва ли не на другом конце города.

Марина с таким запалом объясняет мне элементарные вещи, что я даже заслушиваюсь. Я ведь считал ее богатой мамкиной дочкой, которую не заботят судьбы других сотрудников компании, а она, оказывается, переживает.

– Я подумаю над твоим предложением и внесу коррективы в разработанную систему.

– Почему бы тебе не пересмотреть свои методы и вместо кнута не пообещать пряник? Что, если тем, кто не будет опаздывать, мы начнем выписывать премии?

– Нам нужно сократить расходы компании, а не увеличить их, – замечаю я.

– В первую очередь нам нужно увеличить доход компании, – парирует она. – Если у сотрудников будет стимул работать, мы пойдем в гору. Ты не забывай, что у нас творческое направление.

– Я помню это, но дополнительные траты ни к чему.

Марина вздыхает, видимо, поняв, что ничего не добьется. Я и правда не собираюсь уступать. Не потому, что она жутко меня бесит, а потому, что следую составленному ранее плану. Отходить от него не вижу смысла. Поощрение сотрудников работает только там, где между коллективом и начальником есть взаимопонимание. Судя по результатам работы, между отцом и многими сотрудниками подобного не было. Кроме того, многие просто садились ему на шею, не выполняя нормативов и не дотягивая до основных требований.

– Я готова понести ответственно за опоздание, – произносит Марина, поднимаясь.

Она опирается на стол на несколько секунд, но мне хватает их, чтобы заметить другое кольцо, то, которого я у нее не видел. Оно на порядок дороже того, что подарил Миша в вечер предложения. Сам не понимаю, как хватаю ее за руку и спрашиваю:

– Неужели Миша раскошелился на другое колечко?

Она хмыкает, но не отвечает. Дескать, не твоего ума дело.

– Отпусти руку, Глеб. – Марина вырывает свою кисть и зло смотрит на меня. – Я замуж выхожу, ты не забыл? Кольцо в подарок не должно тебя удивлять.

– Меня удивляет твоя наивность, – с триумфом произношу я. – Пока ты сидела за городом, твой Миша окучивал престарелую женщину в баре. Видимо, зарабатывал тебе на это самое колечко.