Текст книги "Танцующая для дракона. Небеса в огне"

Тем не менее молчание, грозящее стать неловким, нарушил первым:

– Доброго дня, Танни.

– Доброго дня, Рихт.

Он потрепал взирающую на него Бэрри по голове и вышел. Я проводила его, даже посмотрела, как захлопнулись двери лифта. Терпеть не могу ситуации из разряда «давай останемся друзьями», от них на душе примерно так же, как во рту от вкуса моего кофе.

Кстати, о кофе.

– Ребята, заходи! – Я отступила в сторону, пропуская вальцгардов в квартиру. Покосилась на кофемашину. – Знакомьтесь, это Бэррилайн Первая, сокращенно Бэрри. Бэрри, это Рон и Верт. Они будут тебя любить и гладить, пока я…

Чуть не ляпнула «на свидании с режиссером», но вовремя прикусила язык.

– Зафята.

Язык я и правда прикусила знатно.

– В офщем, рефят… кофе дефайте сами. – Я ткнула в сторону агрегата, пакета с зернами, сахаром и вазочки с печеньем.

И направилась в ванную.

Мне еще надо прическу сделать. И подумать, что надеть, потому что после вчерашнего соуса платье в стирке.

Но главное – сразу прояснить с местром Гранхарсеном, что своей жизнью я распоряжаюсь сама.

– Купальник есть?

Этим вопросом местр Гранхарсен ввел меня в состояние глубокой задумчивости и даже немного сбил боевой настрой, с которым я готовилась к встрече. Подозреваю, что не только у меня, вальцгарды перестали жевать и навострили уши. Точнее, это я заметила, что они замерли, потому что обед, который я сочинила между делом, им понравился. Поначалу, правда, они отказывались, но, когда я пожала плечами и пошла готовить себе (разумеется, на троих), они приманились на запах почти как Бэрри. Из чего я сделала вывод, что даже будь ты трижды суровый вальцгард, если очень хочется есть, «не положено» здесь бессильно.

– Конечно, – сказала я, чувствуя странный подвох.

– Местр Гранхарсен. – Единичка отодвинул тарелку и поднялся. – Мне же не нужно напоминать вам о том, что эсса Ладэ не умеет плавать?

– Вот как. – Местр Гранхарсен посмотрел на меня.

Тяжело так посмотрел, прищурившись.

Я сделала вид, что пошла за купальником, мысленно желая вальцгарду подавиться. В договоре по Ильеррской, точнее, в дополнительном соглашении был пункт, где я подтверждала, что умею плавать. В общем-то я и собиралась научиться, но в последнее время события валились на меня с такой скоростью, что до бассейна я еще не дошла.

Ну, упс.

Купальник у меня и правда был, кстати, новый. Ярко-красный халтер с белой паутиной на груди, закрывающей ту самую ложбинку (которая есть у всех женщин с нормальным размером груди) и заканчивающейся под ключицами.

Я демонстративно запихнула его в сумку, благо она подходила как для пляжа, так и для похода в пустошь на случай, если придется отбиваться от драконов, и развернулась к Гроу. Он уже расслабился, как может расслабиться хищник, разве что постукивал пальцами по предплечьям.

Многозначительно так.

– Ну, что стоим, кого ждем? – поинтересовалась я, топая к двери. На ходу обернулась к вальцгардам: – Посуду за собой помоете. И с Бэрри погуляете. Два раза.

Судя по слегка обалдевшему взгляду Единички (вот не прилипало его имя к нему, ну никак), даже его проняло. Ну а что они думали, я их просто так кормить буду? И вообще, думать надо, что говоришь. Предатель!

– Тебя так впечатлили пляжные посиделки, что сегодня ты решил позагорать? – поинтересовалась я у Гроу как ни в чем не бывало.

– Тебе не кажется, что ты кое-что забыла мне сказать? Снова.

– Я собиралась учиться плавать.

– Собиралась.

– Ага.

К моему великому счастью, пришел лифт, туда я и нырнула. Гроу шагнул вслед за мной.

– И тебя не смущал тот факт, что в сценарии есть сцены с водой?

– А должен? – Я снова сунула руки в карманы.

Увы, в моем шкафу не нашлось ничего лучше, чем джинсы и майка набекрень, но пробежаться по магазинам я все равно не успевала. Зато взяла реванш с прической, сделала эффект мокрых волос.

– Как минимум да, – прорычал он. – Это правила техники безопасности.

– Ой, да ладно. Ты меня с небоскреба подхватил, неужели позволил бы мне утонуть?

– Это не смешно, Танни.

– А я и не смеюсь.

– Не заметил! – Последнее он выдал так, что у меня зазвенело в ушах. Точнее, прокатилось таким громогласным эхом, отдалось в пупке и заставило желудок поджаться к позвоночнику.

– Не смей на меня рычать! – огрызнулась я и вылетела на подземную парковку.

Гроу перехватил меня за локоть и притянул к себе.

– Еще одна такая новость – вкачу штраф.

– О, давно мы про штрафы не говорили, – фыркнула. – Не объяснишь, почему ты промолчал, что вальцгарды под твоим началом?

– А должен был? – в тон мне поинтересовалась эта дракономорда.

– Должен! – рыкнула я в тон ему. – Потому что это непосредственно меня касается.

– Или потому, что Рихт Паршеррд нажаловался, что его не пустили?

А… Ы…

Когда?!

Первый членораздельный вопрос затесался в мои мысли в ту минуту, когда мы подошли к флайсу. Вот откуда, спрашивается… точнее, откуда – понятно. Как они успели? Когда я в ванной обреталась, что ли?! Или когда я их за дверь выставила?!

Та-ак…

– На секундочку, – сказала я, выдернув локоть из цепких драконопальцев. – Они что, тебе все докладывают?!

– Не все, а только то, что считают важным.

– Важным? – поинтересовалась я.

– Ага.

Сигнализация пискнула, как придушенный виар, и дверца иссиня-черного, как чешуя фервернского подводного дракона, флайса пошла наверх.

Нет, это вообще нормально?!

– Ты не имеешь права лезть в мою частную жизнь!

– В личную, – поправил Гроу, указывая ключами на сиденье. – Имею, потому что: А – у нас с тобой контракт, Танни Ладэ, и Б – ты моя девчонка. Еще вопросы?

Да. Только один.

– Чего?!

– Садиться будешь, девочка-очешуенчик?

Жаль, у меня в сумке не осталось планшета (его так и не вернули пока), я бы треснула Гроу. Да так, чтобы мозги на место встали.

– Это тебе кто сказал?

– Ты.

– Серь…

Договорить мне не позволили, подтолкнув к флайсу и зажимая между ним и собой. Тот зазор в пару миллиметров, который между нами остался, – не считается. Ситуация точь-в-точь, как вчера перед сви… перед прогулкой в бургерную, правда, сейчас меня не спешили целовать. Просто смотрели в глаза, и от этого взгляда кожа покрывалась пупырышками, а внутри просыпался мини-вулканчик. Я прям чувствовала, как от него постукивает в черепушке: «Выпусти меня отсюда, Танни Ладэ, я здесь лишний. Подпись: Твой мозг».

– Ты, – произнес Гроу, по-прежнему ко мне не прикасаясь, но так, что все волоски на коже выстроились а-ля вальцгарды. – Твое тело. Твои взгляды. Каждый твой жест, Зажигалка.

Мужчин с такими голосами надо обходить стороной. Или использовать противоядие в виде искажающих волн, превращающих бьющий под дых тембр в гнусавый фальцет. От его «Зажигалка» у меня и так срывало крышу, сейчас же над головой фитилек взвился.

– Может, уже поедем? – поинтересовалась я, стараясь вытолкнуть из своего голоса предательскую хрипотцу.

– С удовольствием. Я же тебе говорил, садись.

Сесть-то я села, особенно когда этот драконосамец легко оттолкнулся от флайса, напоследок скользнув по мне фирменным взглядом «одежда офф». И почему я сейчас чувствую себя самкой оцехарры?

– Хорошо хоть не самцом, – хмыкнул он.

Обошел флайс и опустился на соседнее сиденье. Мы стартанули раньше, чем я успела сказать «ик» и пристегнуться.

То, что про самку оцехарры я спросила вслух, до меня дошло спустя полминуты, когда воздушный рукав уже выпустил нас на верхнюю аэромагистраль без очереди.

– Куда мы сейчас? – поинтересовалась, потому что решила взять тайм-аут перед тем, как популярно объяснить местру Гранхарсену, что стать чьей-то девчонкой без собственного на то согласия нельзя.

– В «Аква Фриз».

– В экстремальный аквапарк?!

– Ты знаешь другой «Аква Фриз» в Зингсприде? – На меня бросили быстрый взгляд. – Сегодня поработаем над твоим страхом высоты и заодно научимся плавать.

– Хорошенький способ от меня избавиться, – сообщила я. – Если я не сдохну от разрыва сердца, меня можно будет утопить. Только учти, что там будет полный аквапарк свидетелей…

– Не будет, – невозмутимо отозвался «я тебе режиссер».

– То есть как?

– Ты думаешь, что я стал бы выставлять твой страх на потеху тысяч аронгарцев и гостей города? Этот аквапарк только наш с тобой, Зажигалка. Пока нам не надоест.

Че?!

К счастью, этот выразительный вопрос в стиле мимо проходящего обитателя района, в котором я выросла, остался во мне. Я побоялась, что поперхнусь, поэтому пару секунд не дышала точно, а потом переспросила:

– Ты что, выкупил аквапарк?

– Сдался он мне, – хмыкнул Гроу. – Нет, я выкупил всего один день в аквапарке.

Сдается мне, было не сильно дешевле.

Собственно, «Аква Фриз» – это один сплошной экстремальный аттракцион. Детей туда не пускают в принципе, там есть насыпь для серфа, где может прилететь доской по голове, совершенно безумные аттракционы погружения (по желанию в открытых или закрытых капсулах), бассейны с волнами размером в три этажа, вышки и много чего еще интересного. Литтоновой ягодкой на пироженке, правда, является горка высотой сто пятьдесят четыре метра. Которые ты летишь вниз по узкому желобу с одной мыслью: «Почему я не составил завещание?!»

– И что, меня туда пустят?

Помнится, когда я смотрела репортаж про этот аквапарк, я думала туда наведаться, но была одна маленькая проблемка: перед тем, как войти внутрь, нужно проплыть до суши. То есть дойти до зоны раздевалок можно, но сразу за ней бассейн, и если ты не умеешь плавать, к остальным аттракционам просто не попадешь. В общем, если перенестись во времена Даармархского, в виде препятствия там такой глубоченный ров, а если быть точной – ровище с водой, который нужно переплыть, чтобы наслаждаться всеми прелестями экстрима. Этот ров появился после того, как такие же умники, как я, ставили подписи на планшетах фейсконтроля, подтверждая, что умеют плавать, а потом спасателям приходилось выуживать их из воды.

– Я договорился, – отмахнулся Гроу. – Пройдем по мостику спасателей.

Это правило было нерушимым в связи с техникой безопасности, но, видимо, даже техника безопасности ничто по сравнению с деньгами.

Да, подозреваю, что выкупить аквапарк было дешевле.

Я покосилась на пролетавший мимо аэроэкспресс, покопалась для вида в сумке и сделала очередной многозначительный вывод: очки остались дома. Поскольку в голове у меня давно творилось что-то вроде шоу Наррза с виарами, я решила больше не задавать вопросов и ориентироваться по ситуации.

«Аква Фриз» занимал огромную территорию, поэтому был виден издалека. Мне доводилось пролетать мимо него, но сейчас обычно усыпанные людьми желоба горок, аттракционы и бассейны пустовали. Это даже с высоты смотрелось диковато, не говоря уже о том, когда мы вошли в воздушный рукав и приступили к снижению.

Парковка, разумеется, тоже пустовала, а вот двери, ведущие в холл, дружелюбно перед нами распахнулись, несмотря на перегороженный неоновыми столбиками вход. Администраторы в форменных платьях синхронно улыбнулись нам, не теряя лиц, даже когда осознали, что перед ними Джерман Гроу. Хотя, может, они не увлекались современным кино и в таком случае сейчас вместо нас видели парочку «богатые и долбанутые».

В общем, да.

Богатым из нас был только один, а вот долбанутыми мы оба, причем на всю голову. Иначе я бы не согласилась сюда приехать.

Может, поинтересоваться на ресепшене, есть ли у них реанимационная капсула?

– Эсстерд Гроу. – Когда Гроу положил карточку на стойку, девица чуть подалась вперед, из-за чего декольте ее стало чуть более глубоким. – Добро пожаловать.

Ее волосы были стянуты в хвост, за который мне очень захотелось дернуть. Коллега от нее не отставала, украдкой поглядывая в его сторону с таким видом, словно хотела сожрать. Иначе с чего ей облизывать губы и осторожно закусывать нижнюю?

– Эсса Ладэ, – обратилась она ко мне, пытаясь одновременно объять зрением нас двоих. Так и косоглазие заработать недолго. – Добро пожаловать. Прошу ваши документы.

Пока ваши-наши документы проверялись, я задрала голову, чтобы не смотреть на пожирающих Гроу глазами драконофилок. Наверху, под огромным прозрачным куполом, сквозь который щедро вливался солнечный свет, находился удивительный спиралевидный аквариум. Рыбки в нем плавали по желобам, напоминая о том, где мы находимся, и все они складывались в узор-логотип – ракушку в пасти дракона.

– Пожалуйста, ознакомьтесь с правилами техники безопасности. – Нам подсунули планшеты, и я, не глядя на всякие «если у вас больное сердце, бегите отсюда сломя голову», наскоро пролистала четыре страницы и поставила свою подпись.

– Позвольте вашу руку?

Я позволила и вздохнула с облегчением, когда на меня нацепили браслет. Надеюсь, эти две девицы не единственные здесь из персонала, судя по тому, что за стойкой, рассчитанной на двадцать администраторов, были только они, штат сегодня слегка сократили. В общем, если они так пялились на одетого Гроу, не представляю, как будут пялиться на раздетого.

Ы…

Стоило подумать про раздетого Гроу, как в кондиционированном холле стало жарко.

– Зона, где вы можете переодеться, справа по коридору. Карта с аттракционами встроена в ваши браслеты. Приятного отдыха!

Девица, которая надевала на Гроу браслет, чудом не задымилась. Возможно, спасла врожденная выносливость и внутренний термостат.

Он едва на нее взглянул и подхватил спортивную сумку.

– Пойдем, Зажигалка.

Коридор раздваивался, как язык все того же подводного фервернского дракона: мальчики налево, девочки направо.

– Встретимся на выходе, – подмигнул Гроу, а я шагнула в нужном направлении.

Непривычная тишина и глазки камер, бесчисленные дверцы раздевалок. Переоделась я быстро, а вот разглядывала себя в купальнике долго. Нет, ну в кого я все-таки такая тощая, а? Мама никогда не была слишком худой, и грудь у нее выделялась даже под наглухо застегнутым платьем. Папаша, чтоб ему икалось и пукалось, тоже не вот тебе задохлик, одна я стройняшка в стиле «палка с ребрами».

Оценив свою внешность на троечку с плюсом, плюс – за мышечную массу и благодаря этому крепкую задницу, я решила, что заморачиваться больше не буду, и направилась к камерам хранения. Отыскав по сигналу браслета нужную, запихнула туда сумку, вытащила прилагающийся водонепроницаемый чехол для мобильного, но, подумав, его тоже решила оставить в ящике.

А вот с чем я здорово пролетела – это с солнцезащитным кремом. Надо бы вернуться на ресепшен и купить, но сначала предупрежу Гроу.

В аквапарк вышла, щурясь и прикрывая ладонью глаза. Направо – солнышко светит, отражаясь от воды и обретая силу неоновых прожекторов, налево… хм… дракон. Светит. Мощной грудью и широченными плечами. Татуировка на смуглой коже при таком освещении казалась выжженной, а не набитой.

Дракон.

В одних плавках.

– Здесь можно зомбиапокалипсис снимать, – сообщила я, честно стараясь не смотреть на подтянутый живот и дорожку темных волос, уходящую под линию плавок.

Танни, челюсть подбери, а то воды нахлебаешься.

– Можно, – согласился Гроу, окинув пустынные каменные дорожки долгим взглядом, после чего кивнул на охранный мостик, где стояли двое в фирменных кепках, рубашках-поло и шортах. – Пойдем.

– Мне нужно солнцезащитный крем купить, – сообщила я, отвлекшись на спасателей, взирающих на нас.

– У меня есть. Сейчас принесу.

Гроу развернулся, наконец-то заслоняя собой солнце (в отличие от меня он был в солнцезащитных очках).

– О’кей, тогда я тут подожду.

Расслабиться и повернуться ко рву лицом я не успела.

Одно движение, короткая подножка – и я лечу прямиком в водичку.

Бульк!

И водная гладь сомкнулась над моей головой.

Я бы заорала, но воздуха вокруг не было, вместо этого повсюду была вода. Сверху, снизу, сбоку, справа, слева, в носу, в ушах… В общем, да, так я себя и почувствовала: грудь словно сдавило тисками, а потом я бешено заколотила руками и ногами, отчаянно рванулась навстречу льющемуся солнечному свету. В такт этому колотилось сердце, как сумасшедшее, до боли в груди. Меня вытолкнуло наверх, как поплавок, в полуметре от края. Кашляя, хватая ртом воздух и все еще отчаянно молотя руками по воде, я рванулась к бортику, в который вцепилась дрожащими от напряжения пальцами.

Наверное, они бы так и продолжали дрожать, если бы не режиссерские ноги, возникшие на уровне моих глаз.

– С первым разобрались, – донеслось сверху.

Что, простите?!

Я подтянулась на руках, забыв о дрожи, а заодно и о том, что чуть не утонула к драконьей бабушке, выскочила из бассейна.

– Совсем озвезденел?! – прорычала ему в лицо. – Я захлебнуться могла!

– Не захлебнулась же. Тем более что я был рядом.

Из эмоций во мне остались только невнятные, из слов – только нецензурные.

– Знаешь, когда ты рядом, – процедила я, – со мной постоянно случается какая-то хрень. Поэтому я лучше пойду.

О, проняло наконец-то!

Глаза сверкнули даже под очками, которые режиссер снял так, что чудом дужки за ушами не оставил.

– Ты вообще умеешь быть благодарной, Танни Ладэ?

– За что? За незабываемый полет вверх тормашками?!

– За то, что ты поплыла.

– Я бы поплыла и без этого, – прошипела, с трудом сдерживая адреналиновую дрожь. – Знаешь, в чем твоя проблема, Гроу? Ты считаешь, что тебе лучше знать, как лучше для всех!

– А твоя – в том, что ты представления не имеешь, чего хочешь сама! – прорычал он. – Бегаешь от меня с первого дня в ВИП-ложе, хотя давно пора себе признаться в том, что ты тоже меня хочешь, Ладэ. Но это слишком для твоего самозамкнутого мировосприятия.

Самозамкнутого?!

– Хочу? – вскинула брови. – Ага, хочу. Но в отличие от тебя я думаю головой, а не тем, что у меня в трусах. Все, счастливо оставаться!

– А ну, вернись, – прорычали мне в спину.

В ответ я вскинула руку со средним пальцем.

– Ладэ, мы не закончили! – Сильная ладонь обожгла плечо, пустив по телу сноп искр, но я так резко ее стряхнула, что они рассыпались в воздухе.

– Закончили, – сказала я. – Скажешь слово «контракт» – и в понедельник можешь не ждать. Все, Гроу, с меня хватит. Отвали! Просто отвали от меня, ага?

Я развернулась и влетела в прохладу коридора, ведущего к раздевалкам. С меня по-прежнему текло: с волос, с купальника, отовсюду. Я вспомнила, как делала эту дурацкую прическу, два часа на нее убила, обожгла палец и… от души врезала по шкафчику, а потом провела браслетом вдоль замка. Дверца распахнулась, возвращая мне сумку с одеждой.

Переоделась я быстро, отжала волосы и купальник, даже душ не стала принимать.

Промчалась мимом очешуевших администраторов, снова вылетела на жару, чуть ли не бегом по дорожкам, уводящим из аквапарка, и только у рукава подъема на аэроэкспресс остановилась, переводя дыхание. На миг представилось, что сейчас я могла бы идти между бассейнами (не плевать ли мне на всяких драконов), чуть не повернула обратно, но потом вспомнила, как меня стряхивают в воду, как она смыкается надо мной. Это его равнодушное: «С первым разобрались», – и едва сдержала идиотский порыв разреветься.

Да, только этого мне и не хватало для полного счастья.

Было бы из-за чего!

Пнув ни в чем не повинную плитку, я взвыла и поскакала на одной ноге до парковки таксофлайсов. Ненавижу Гроу!

Ненавижу, ненавижу, ненавижу!

Таксофлайс взмыл ввысь, в сторону удаляющегося аквапарка и горок я старалась не смотреть. Чтобы я еще раз, хоть раз доверилась этому… драконохмырю! Да пусть меня год непрерывной диареи поразит, если я соглашусь куда-нибудь с ним поехать по доброй воле. И его – если вздумает произнести слово «контракт» в сочетании с фамилией Ладэ.

– Высадите у супермаркета, – буркнула я, когда мы добрались до моего района.

– У «Шайн Флоу»? – уточнил водитель.

– Да.

Если долго слоняться между полками с тележкой – полегчает. Серьезно полегчает, особенно если случайно забрести в ряды холодильников и взять два литровых ведра с замороженным кремом. Одно – литтоновое, другое – шоколадное. А нет, лучше три, можно еще вот это, с камартовым фларом и орехами.

Расплатившись, я сгрузила покупки в сумку, выудила мобильный: пропущенных звонков не было.

Не очень-то и хотелось.

В лифте я прислонилась к стеночке, похлопывая себя сумкой по ноге и думая о том, что в кои-то веки в выходные можно будет завалиться спать. Как выяснилось, нельзя: стоило дверям распахнуться, моему взору представился не кто иной, как Диран Барт. То бишь мой отец.

Если день мог стать еще более радостным, он им только что стал.

Багровое папашино лицо выражало крайнюю степень негодования, и вскоре стало понятно почему: вальцгарды (говорила же, умнички!) отказывались пускать его на порог моей студии, и правильно делали. После смерти мамы он сбежал, оставив нас с Леоной на грани выживания, а единственная его попытка примирения и желание изобразить отца закончились в школе после ситуации с Лодингером одним коротким и емким: «Шлюха».

В общем, когда лифт явил нас друг другу, папаша изменился в лице, хотя что-то мне подсказывало, что он сам совсем не изменился. Просто если дерьмо засохнет и покроется коркой, внутри оно не перестанет быть дерьмом.

– Танни! Как я рад тебя видеть!

Вот я и говорю, совсем не изменился.

– А я тебя нет. – Попытка обойти его ни к чему не привела, потому что Диран шагнул мне наперерез.

– Нам надо поговорить.

– Не надо.

– Эсстерд Барт, вам ясно дали понять, что вас не хотят видеть. – Тяжелая рука Единички легла на плечо отца, и он раздул ноздри.

– Так и будешь прятаться за спиной Леоны?

Я глубоко вздохнула и сунула Единичке сумку с мороженым.

– Поставьте в холодильник, пожалуйста.

У меня получалось быть удивительно вежливой, а это значит, что дело дрянь. Лучше налет, чем вежливая Танни Ладэ.

– Вы уверены, эсса Ладэ? – спросил вальцгард.

– Да. И закройте дверь, – пресекая его возражения, добавила: – Если что, я заору и вы его пристрелите. Или скормите Бэрри.

Судя по тому как быстро вальцгард выполнил мою просьбу, ему мой настрой понравился. Зато Дирану он не понравился от слова совсем, его перекосило еще сильнее. Образ жизни, видимо, папашу не пощадил, потому что в светлые волосы въелась основательная лысина, лоб прорезали глубокие морщины, а уголки губ загнулись вниз. Даже странно представлять, что когда-то я называла этого мужчину «папа», а он подбрасывал меня в воздух и ловил.

До сих пор не представляю, что это было.

– Ишь как ты заговорила, – процедил он. – Когда за спиной сестра первая леди, несложно быть храброй, да?

– Сейчас у меня за спиной только воздух, – спокойно ответила я. – А у тебя дверь. Закрытая. Что, в общем-то, однозначно говорит о том, что тебе здесь не рады. И мне нужно не больше десяти секунд, чтобы четко обозначить одну позицию: я не хочу тебя больше видеть. Никогда.

– Мне нужны деньги.

От такой наглости очешуел бы сам Джерман Гроу, чтоб ему свалиться в бассейн с иглорыцками. Что уж говорить обо мне.

– А больше тебе ничего не нужно?

– Больше – нет. И я пришел к тебе, чтобы говорить по-хорошему, ты сама начала на меня наезжать.

– Говорить по-хорошему ты не умеешь, – хмыкнула я. – Поэтому даже не пытайся.

– Бенар окончил школу, и ему нужно поступить в университет. – Кажется, папаша меня в упор не понимал. – Нам нужны деньги, чтобы мальчик получил высшее образование.

Бенар, похоже, это мой братец по отцу. То есть когда он сбежал от нас с Леоной, то сразу запрыгнул в койку к другой. Подозреваю, чтобы сделать Бенара и забыть про оставленных на произвол судьбы девчонок как страшный сон.

– Предлагаю вашему мальчику пойти работать, – сообщила я. – Это все?

– Поверить не могу, – издевательски хмыкнул он. – Я ведь воспитывал тебя как родную дочь.

Я не подавилась исключительно потому, что от дурной привычки ходить со жвачкой избавилась лет пять назад.

– Ночами вкалывал, чтобы ты и твоя сестрица, – последнее он будто выплюнул, – не сдохли с голоду. И что я получил взамен? Нет уж, Танни, так не пойдет. Фотограммы в сети однозначно говорят, что ты не бедствуешь.

Диран вытащил мобильный и явил моему взору фотки, где Гроу несет меня на руках. Подозреваю, что это не громыхнуло на всю Аронгару только потому, что все разом переключились на проблему драконов и людей. В общем, можно было сказать, повезло. Дважды.

Диран не мой отец.

Эта новость доходила до меня через странный шум в ушах, который доносился отовсюду, видимо, папаша создавал фоновые шумы.

– Даже если гонорар тебе еще не выплатили, связь с этим мужиком и два амбала за стеной при всем желании не позволят причислить тебя к разряду бедствующих. Так что если ты немного поможешь своей семье, а точнее, тому, кто тебя вырастил…

– Меня вырастила Леона.

– Леона, ха! Да Леона даже не сообщила тебе, что твоя мамаша мутила сразу с двумя, и от кого из нас ты – большой вопрос. Словом, если не хочешь, чтобы я всем об этом рассказал, придется чуточку помочь нам и Бенару. Если поможешь, уж так и быть, в память об отношениях с твоей матерью я ничего не скажу о…

В память о матери?

Я вломила отцу коротким замахом, он пошатнулся и влетел в дверь. Громыхнул об нее всеми своими костями, и она тут же распахнулась.

– Все в порядке, – коротко сказала я Единичке. – Я сейчас.

Дверь закрылась, а я шагнула вплотную к злющему, как стадо оголодавших наблов, Дирану.

– Значит, так, – сказала, отогнув первый палец и чувствуя, как сердце колотится в ребра. – Еще раз появишься рядом со мной, разговаривать с тобой будут они.

Кивнула на дверь и отогнула второй.

– Мне плевать, что ты о себе возомнил, но, если вздумаешь марать память моей матери своими скрюченными ручонками, я лично тебе переломаю каждый палец. Это понятно?

– Понятно, – процедил он.

На небритой скуле раскрывалось красное пятно, и я подавила желание вытереть руку о джинсы.

– Вот и ладненько. – Обошла его и шагнула к двери. Уже занесла руку, чтобы постучать, когда услышала:

– Как думаешь, тебе позволят сниматься дальше, если увидят, как ты прыгаешь с балкона?

Я остановилась.

Вместо кулака с дверью соприкоснулась ладонь.

– Да-да, у меня есть потрясающая запись, – ухмыльнулся Диран. – Совершенно потрясающая, на которой неудавшуюся самоубийцу ловит ее хахаль. Удивительно, почему об этом происшествии сообщили как о неполадках в системе водоснабжения из-за подземных толчков, а? И, кстати, если ко мне придет кто-то от Халлорана, если меня арестуют, если я исчезну или со мной что-нибудь случится, эта запись тут же окажется у журналистов. Во всех крупнейших СМИ Аронгары. Так что подумай хорошенько перед тем, как жаловаться своей знаменитой сестрице. Не всякое дерьмо можно отмыть.

Я обернулась – резко, но он уже шагнул к лифту и вдавил палец в панель.

– Тебе просто нужно помочь семье, Танни. И ты больше никогда о нас не услышишь.

Несколько секунд я созерцала довольную улыбку на его самовлюбленной физиономии, а потом двери захлопнулись. Я вспомнила, что у меня ключи, и чиркнула ими по замку.

– Эсса Ладэ, все в порядке? – спросил помощник Единички.

– Ага.

Я прошла к холодильнику, на ходу потрепав Бэрри по голове. Не знаю, что творилось там у виари, но у меня не было ни единой связной мысли.

Наскоро накидав себе в миску замороженный крем из всех ведерок, кивнула вальцгардам.

– Ребята, угощайтесь.

Сбросила сумку рядом со стулом, вытащила телефон.

«Твоя мамаша мутила сразу с двумя, и от кого из них ты – большой вопрос».

Знала ли Леона об этом? Не могла не знать, просто не могла.

Или не знала?

Я воткнула ложечку в мороженое с такой силой, что чуть не расколошматила креманку.

Так.

Сейчас мне определенно нужен тайм-аут, чтобы я немного пришла в себя, потому что я могу наделать много глупостей.

Зачем-то сходила в ванную, ополоснула дрожащие руки и снова вернулась на кухню. Отодвинула креманку.

Подвинула назад.

– Вррр? – Бэрри подошла и села рядом.

– Вррр, – ответила я.

А потом подтянула к себе смартфон и открыла архивы Ильеррской.