Читать книгу "Соратники. Монстры. Битва кланов"

– И наверняка все тебя очень любили, – искренне заметил Прай. Он был абсолютно в этом уверен – разве такую, как Эйна, можно не любить?

Девушка снова улыбнулась:

– Боюсь, у тебя сложилось обо мне не слишком правильное мнение. Поверь, я совсем не такая паинька, как может показаться. Пока я росла, Наставницы со мной намучились. В детстве я была очень резвой и озорной. Как-то раз даже поспорила с одной девочкой, что украду летающий остров и покатаюсь на нем.

– И как? – заинтересовался он. – Получилось?

– Получилось! – с гордостью призналась Эйна. – Я смогла подняться в воздух и даже пролететь немного, пока меня не нагнали Воительницы на другом летающем острове. Ох и досталось мне тогда!

Она расхохоталась, и Прай с удовольствием поддержал ее смех.

– Потом, когда я подросла и стала Наставницей, пришлось, конечно, остепениться, – продолжила девушка, отсмеявшись.

– А ты не жалеешь, что избрала такой путь? Что не стала Невестой? – осмелился спросить он.

Эйна немного помолчала.

– Я пока так и не решила, жалею или нет, – призналась она после паузы. – Мне нравится чему-то учиться и учить других, нравится узнавать новое. Мне это кажется гораздо интереснее, чем становиться чьей-то женой и всю жизнь только рожать детей, шить одежду и готовить еду. Жить только семейными заботами мне было бы скучно, а я не люблю скучать. Но иногда действительно становится грустно от того, что я не смогу стать настоящей женщиной… Если ты понимаешь, о чем я.

– Понимаю, – кивнул Прай.

Разглядев в лунном свете крупный белый цветок у себя под ногами, он наклонился, сорвал его и протянул девушке. Та благодарно улыбнулась в ответ и ловко закрепила цветок у себя на поясе.

– Ты удивительная, – тихо произнес юноша. – Ты говоришь, что я не похож на других… Но на самом деле ты тоже не такая, как все… В хорошем смысле, конечно, – спохватился он.

– Тебе просто так кажется, потому что ты не знаешь других Наставниц, – возразила Эйна. – Среди них немало таких, как я.

Она на миг смолкла, потом продолжила:

– Хотя есть, конечно, Наставницы тоже разные. Есть и такие, которые, как мне кажется, избрали свой путь лишь потому, что он показался им самым простым. Чтобы быть Воительницей или хорошей женой, надо трудиться. А им просто лень. Такое чувство, что им вообще ничего не интересно. Даже другие царства и миры.

– О каких других царствах и мирах ты говоришь? – тут же спросил Прай. – Ты уже упоминала о них при первой нашей встрече. Но я ничего об этом не знаю.

За разговором они сами не заметили, как прошли через весь небольшой остров и вышли на обрывистый берег, противоположный тому, где был разбит лагерь. Теперь под ногами у них был обрыв, внизу плескалось, будто что-то ласково шепча, море, над головой шумели деревья, а высоко в небе светилась щедрая россыпь звезд и сияли с разных сторон две луны – яркий молодой полумесяц и пока еще бледный, но уже различимый круг другой луны.

– С удовольствием расскажу тебе об этом. Только давай присядем, – Эйна указала на ствол поваленного дерева.

Оба опустились на него, усевшись не слишком далеко друг от друга, но все же на некотором расстоянии, как требовали приличия.

– С мирами все очень просто, – начала девушка. Ее глаза, как прекрасно помнил Прай, были черными, как таинственная глубина Обсидиана, но при этом сияли в темноте ярче звезд. – Их всего три. Наш мир называется Правь. Есть еще Навь – мир мертвых, место, куда отправляются все, кто погиб или умер своей смертью.

– О Нави я знаю, – тут же подхватил Прай. – Еще с детства. Львы часто ее поминают, когда говорят о смерти.

– А еще об одном мире ты слышал? Он называется Явь.

– Нет, – он замотал головой. – Что это еще за Явь такая?

– Это мир, где живут люди.

– Люди? – удивленно переспросил юноша. – А кто это?

– Существа, которые выглядят примерно так же, как мы с тобой, – объяснила Эйна. – Ни у мужчин, ни у женщин там нет ни звериных голов, ни морд. Только лица.

– Да ладно! – ахнул он. – Неужто там все мужчины такие, как я?

– Не совсем такие, – уточнила девушка. – Выглядят они похоже, но по натуре иные и живут совершенно не так, как мы. Люди гораздо умнее обитателей нашей планеты, и они, как бы это сказать… не такие дикие. Они живут совсем по-другому. Проводят время не только в битвах друг с другом, но еще и что-то постоянно производят и создают. У них удобная одежда, много красивых и полезных вещей…

– Звучит очень здорово! – воскликнул он и тут же попытался все это себе вообразить. Получилось не очень, но даже так картина вышла довольно привлекательная. – Скажи, а можно в этом мире побывать? Или хотя бы как-то его увидеть?

– Увы, нет, – покачала головой Эйна. – Насколько я знаю, никто из нашего мира никогда там не бывал.

– Тогда откуда же известно, какая она, эта Явь? – недоумевал Прай.

– Оттуда, что мы знаем: наш мир, Правь, придумали именно обитатели Яви.

– Как это? – не понял он.

– Как бы тебе объяснить… Ну вот скажи: тебе случалось когда-нибудь мечтать? Представлять что-то хорошее, чего никогда не происходило, но тебе бы хотелось, чтобы произошло? Или наоборот – что-то плохое, чего тоже не было, но могло бы случиться?

– Да, – кивнул он, очень надеясь, что в темноте не будет видно, как кровь прилила к щекам. Ведь только недавно, до того, как Эйна пришла к роднику, он только и делал, что представлял себе их объятия.

– Ну вот, – довольно откликнулась девушка. – А люди делают это гораздо чаще, чем мы. Они придумывают других людей, которых никогда не знали, места, где никто не бывал, события, которые никогда не происходили, разных существ, которых не бывает на самом деле. И когда то, что люди вообразили, превращается в складную историю, то все придуманное появляется в нашем мире – Прави.

– Гм… Здорово… Наверное, – пробормотал Прай. Он не знал, что еще сказать, был слишком ошеломлен и стеснялся признаться, что почти ничего не понял. – И ты говоришь, что – Боудика…

– Да, наша планета – это тоже одно из царств Прави, – Эйна с полуслова догадалась, о чем он хочет спросить.

– А их много, этих царств? – уточнил юноша.

– Очень, – кивнула Эйна. – И к тому же их число часто меняется. Ведь люди постоянно придумывают новые. И царства существуют до тех пор, пока кто-то из людей помнит о них, – тот, кто их придумал, или те, кому он о них рассказал. Но как только в Яви окончательно забудут о каком-то нашем царстве, оно исчезает.

– То есть как это «исчезает»? – вскинулся Прай. – А что же происходит с теми, кто в нем жил?

– Ничего. Они тоже исчезают, – спокойно объяснила Эйна. – Перестают существовать.

– Но это… Это как-то неправильно, – задумался юноша.

– Почему? – она даже удивилась. – Собственно, это ведь то же самое, что обычная смерть. Когда мужчина, который погиб в битве, или женщина, которая состарилась и умерла, отправляются в Навь.

Эйна сорвала длинную травинку, сунула ее в рот, принялась грызть ровными белыми зубами, и Прай тут же нашел, что при этом девушка смотрится весьма соблазнительно.

– Скажи, а другие царства Прави… Они какие? Похожи на нашу планету? – спросил он больше всего затем, чтобы заставить себя думать о чем-то еще, кроме ее привлекательности.

– Они разные, – объяснила Эйна. – Какие-то, наверное, и похожи, а какие-то нет. Наверное, больше всего царств похожи на мир людей. Но как выглядит Явь, я плохо себе представляю. Если честно, я и о Прави-то знаю не так много. Только то, что у всех царств нашего мира есть верховный вождь, называемый Повелитель. Его зовут Перун, и все царства подчиняются ему.

– А как он стал Повелителем этот Перун? – заинтересовался Прай, которого всегда волновали подобные темы. – По наследству? Или захватил власть силой?

– Ни то и ни другое, – объяснила девушка. – Повелителя Прави всегда выбирает судьба. В момент его рождения над тем местом, где он появляется на свет, всегда восходит очень яркая звезда, видная даже днем. Ее называют Вещей Звездой. Она указывает на рождение нового Повелителя.

После этих слов они невольно подняли взгляд вверх и увидели, что обе луны уже успели проделать по небосводу немалый путь.

Эйна торопливо вскочила на ноги.

– Ой! – воскликнула она. – Я так заболталась с тобой, что забыла обо всем на свете. А меня наверняка уже ищут!

– Так идем скорее назад, – он тоже поднялся. Расставаться с Эйной совсем не хотелось, но ее благополучие было для него важнее всего.

Обратная дорога показалась до обидного короткой, хотя на самом деле они ушли довольно далеко от поляны.

– Наверняка меня уже всюду ищут… – встревоженно бормотала Эйна. Она спешила, споткнулась о корень, но не упала, поскольку Прай был начеку и сумел ее поддержать. Как же ему хотелось, чтобы это мгновение длилось вечно! Но девушка, чуть смущенно прошептав слова благодарности, тут же высвободилась из его объятий.

Вопреки ее опасениям, на поляне все было тихо. Из лагерей, к которым они уже приближались, но которые пока еще не были видны из-за деревьев, не доносилось ни звука, нигде не светилось ни огонька.

– Слава духам… – прошептала Эйна и повернулась к Праю. – Я попробую прокрасться к себе в шатер. Надеюсь, что никого не разбужу. А ты…

Она прервалась на полуслове, потому что в этот момент они вышли на поляну.

И оба замерли, тщетно пытаясь осознать то, что открылось их взорам.

Несколько часов назад они покидали мирно спящий лагерь, а вернулись на место кровавого побоища, которое в свете двух лун выглядело особенно зловеще.

Ни там, где стояли Львы, ни там, где разместились женщины, не осталось ни одного целого – шатра. Все шкуры были сорваны, разрублены и разбросаны по земле, цветы и зеленые гирлянды, которыми женихи так старательно украсили временные жилища невест, кто-то безжалостно втоптал в грязь. Но самое худшее было совсем не это, а то, что вся поляна была усеяна трупами.

– Не ходи сюда! – крикнул Прай Эйне, но было уже поздно. С криком ужаса девушка подбежала к ближайшему мертвому телу. Это была одна из Воительниц, погибшая от глубокой раны в животе. Пальцы ее правой руки были крепко сдвинуты, точно Воительница все еще сжимала рукоятку, но самого меча не было – видимо, кто-то вырвал оружие из ее ослабевших рук. Рядом лежала женщина в потемневшем от крови сиреневом одеянии, глаза на ее были широко раскрыты, словно в удивлении, и Прай узнал в ней молчаливую спутницу Мудрейшей, которую видел сегодня днем. Эйна с рыданиями прижала ее тело к себе, и белый цветок за ее поясом мгновенно стал алым.

Прай увидел, что дальше лежали его собратья по клану. Казалось, что мужских тел даже больше, чем прибыло на Остров Невест живых Львов. Гепарду Теру размножили голову чем-то тяжелым, повредив череп настолько, что Прай еле смог узнать своего приятеля. А Рабаш весь был порублен на куски, все его тело с головы до ног было в сплошных ранах. Старый тигр лежал как-то неловко, и, приглядевшись, Прай понял, почему, – Рабаш упал на тело Мудрейшей. Очевидно, в битве с неизвестным противником он закрыл собой Главную Наставницу и принял смерть, до последнего защищая ее…

Не успел юноша подумать об этом, как услышал тихий стон. Неужели Рабаш жив? Надежда пойманной птицей встрепенулась в груди, Прай торопливо склонился к телам, но сразу понял, что стонет не тигр, уже отправившийся в Навь, а Мудрейшая, которая еще жива. Торопливо, но бережно освободив ее от мертвого тела Рабаша, юноша подозвал Эйну, все еще пребывавшую в состоянии шока, и, склонившись над главной Наставницей, прорычал:

– Кто? Кто это сделал?!

Он сам не узнал своего голоса, столько в нем было звериной ярости.

Мудрейшая оказалась в сознании, хоть и была очень слаба. Ее губы шевельнулись, и она еле слышно прошептала то, чего менее всего ожидал молодой воин:

– Львы… Это были Львы…

* * *

Дорога на Геару с Острова Невест надолго осталась одним из самых ужасных воспоминаний его жизни. И дело было, конечно, не в том, что пришлось в одиночку управлять крупным летающим островом, что оказалось непросто, но все же посильно. Но то, что предшествовало полету, стало настоящим кошмаром, как и то, что, скорее всего, ожидало впереди.

В тот момент, когда Прай, с позором покинув Остров Невест, разворачивал тяжелый и тугой парус, ловя попутный ветер, он уже разобрался во всем, что случилось в ту страшную ночь. Но там, на острове, он не сразу понял, что именно произошло, – и горько за это поплатился. Разберись он в событиях быстрее, глядишь, и сумел бы все объяснить Мудрейшей и – что казалось гораздо важнее – Эйне. Хотя, весьма вероятно, все равно бы не получилось…

Сбегая на тайное свидание, они с Эйной ушли из мирно спящего лагеря, где в полном благополучии пребывало несколько десятков воинов и женщин, а вернулись к горе трупов. Как оказалось, в живых остались лишь Мудрейшая и одна из Воительниц, которую оглушил удар дубины, и ее приняли за мертвую. Когда женщины пришли в себя и смогли что-то рассказать, понемногу начала складываться жуткая картина случившего.

Все произошло очень быстро и очень тихо – неудивительно, что Прай и Эйна, находившиеся за лесом на другой стороне острова, ничего не услышали. Нападавшие – фигуры в кожаных масках, прячущих головы, – неслышно подплыли на лодках и причалились к острову. Часть из них, подкравшись к лагерю, атаковала спящих и безоружных Львов, другая же часть набросилась на шатры женщин. Всех невест и нескольких Воительниц и Наставниц схватили и уволокли на лодки. Тех женщин, кто пытался дать отпор, безжалостно убивали и забирали оружие Воительниц. Что же до женихов-Львов, то они отчего-то спали в эту ночь на удивление крепко. Насмерть перепуганным, спросонья толком не понимающим, что происходит, женщинам, пришло на помощь только три воина – Рабаш, Теру и еще один молодой Лев. Они отчаянно сражались, используя вместо оружия все, что подвернулось под руку, пытаясь отбить пленниц, но силы оказались неравны, нападающих было намного больше. Все Львы пали в бою, и нападающие так торопились, что даже не сняли с них кожу.

То, что его товарищи позволили застать себя спящими, немало удивило Прая. Но лишь во время обратного пути на летающем острове он догадался попробовать привезенный с Геары нибб и ощутил в напитке сладковатый привкус отвара сон-цветка. Рабаш и молодые воины, никто из которых, конечно, не обучался у колдуньи Майди, этого привкуса не заметили – за что и поплатились жизнью. Но откуда же мог взяться в ниббе сонный цветок? Вряд ли он попал туда случайно… Неужели кто-то из старших женщин племени, готовивших напиток для поездки женихов, подмешал туда сонное зелье?

Раненых товарищей нападавшие увезли с собой, но один убитый, скорее всего, Рабашем или Теру, так и остался лежать на поляне. И когда Прай сорвал с него кожаную маску, то увидел голову рыси. Похититель женщин был молод, он, похоже, только в этом году прошел испытания и не был знаком Праю: сколько он ни присматривался, не мог его вспомнить. Рыси точно не было среди женихов, но не было вроде бы и в недавнем походе на Волчий остров. Возможно, они встречались в детстве, когда оба были еще мальчишками, но это было так давно, и все с тех пор сильно изменились…

Вернувшись со свидания и увидев последствия резни в лагере, Прай впал в такой шок, что долгое время мог только недоумевать, кто были эти незнакомые ему Львы в масках и откуда они вообще взялись. И только потом, уже во время дороги домой, сообразил – это же дружки его кузена! Видимо, из тех, что ушли с Джарком, когда тот сбежал с Геары после столь позорного проигрыша в их соревнованиях.

Как жаль, что Прай догадался так поздно! Сообрази он это на Острове Невест, все могло бы пойти иначе. А так Мудрейшая, которую тоже ранили во время налета, и, что хуже всего, Эйна обвинили в нападении весь клан Львов в целом.

Когда Прай попытался объясниться с девушкой, та в ужасе отшатнулась:

– Не подходи ко мне! Я больше не хочу тебя знать! Твои соплеменники убили и похитили моих сестер!

И хотя звучали ее заявления абсолютно нелогично, возражать Прай не стал. Все равно бесполезно. Он стоял, опустив голову, смотрел на завядший и обагренный кровью цветок у нее за поясом и вспоминал слова, которые ему как-то раз сказал Рабаш, а после неоднократно повторял Обсидиан: «Никогда не оправдывайся – это удел слабых».

Так что в итоге Праю ничего не оставалось, как покинуть царство женщин на том же летающем острове, на котором только недавно сюда прибыли его соплеменники, полные радужных надежд, а теперь возвращались мертвыми, убитые своими же сородичами. Перед отлетом Прай бережно сгрузил их тела на кусок суши с парусом. Разумеется, он сделал это в одиночку. К этому моменту на Остров Невест с Женского острова уже прилетели несколько Наставниц и целый отряд Воительниц, которых вызвала с помощью птицы-вестника Эйна, – но помогать молодому Льву никто из них не стал.

Как и предполагал Прай, возвращение домой обернулось кошмаром. Никогда в жизни он еще не видел отца в таком гневе. Узнавший трагическую новость о смерти старого друга и цвета клана Арнар будто постарел прямо на глазах и готов был самолично растерзать сына.

– Как так вышло, что все погибли, а ты вернулся без единой царапины?! – рычал он на все стойбище.

Прай молчал. Не мог же он признаться, что был на свидании с девушкой, да еще с Наставницей. Это только ухудшило бы его и без того тяжкое положение.

– Не зря я никогда не доверял тебе! – Арнар бушевал так, что его рык, казалось вот-вот обрушит стены хижины. – Ты либо трус, либо предатель! Не знаю, что хуже. И ты мне больше не сын! Я проклинаю тот день, когда ты родился и я оставил тебя в живых. Нужно было сразу сбросить тебя со скалы, как следует поступать со всяким уродом! И мне не пришлось бы убивать из-за тебя родного брата!

От такого обвинения Прай на мгновение онемел. Конечно, он чувствовал свою вину за гибель товарищей и в особенности за то, что не был рядом, когда Рабаш и Теру дрались голыми руками не на жизнь, а на смерть. Но ни в том, что родился не таким, как все, ни в том, что Арнар убил отца Джарка, Прай уж точно не был виноват. Отец сейчас сам вел себя как трус, боясь признать свои ошибки и перекладывая ответственность за них на сына. Внутри аж все бурлило, так хотелось выкрикнуть эти слова Арнару прямо в морду. Но Прай хорошо понимал, что это ничем не помогло бы ему, а только окончательно все испортило.

Чувствуя, что он больше не в силах сдерживать себя, Прай развернулся и хотел уйти, но отец задержал его.

– Стой! Я с тобой еще не закончил! Ты думал, я не понимаю, зачем ты вернулся на Геару? Ты надеешься, что тебя признают моим наследником, и после моей смерти ты станешь вождем. Так знай же: этому не бывать! Я никогда не передам тебе свою власть! Не будь твой кузен столь нетерпелив и не начни он плести интриги против меня, я бы сделал своим наследником Джарка…

Прай чувствовал, что все его тело бьет мелкая дрожь, как при ознобе. Но он невероятным усилием воли сумел взять себя в руки и спросил почти ровным голосом:

– И ты так говоришь после того, как Джарк и его дружки убили Рабаша, женихов и Воительниц? После того, как они похитили женщин?

Арнар в ответ рыкнул так, что даже, казалось, снаружи листья попадали с деревьев:

– Еще неизвестно, были ли это именно они!

– Ты считаешь, это надо доказывать? – Прай внезапно ощутил, что почти успокоился. Он понял, что преимущество – преимущество истины – на его стороне, и работает на него. – У тебя есть другие версии, кто еще из Львов это мог быть?

На несколько мгновений Арнар замолк, а потом рявкнул:

– Прочь!

Сын не стал возражать и молча вышел из родительской хижины.

По дороге к болотам он ни разу не оглянулся.

Сейчас ему как никогда нужен был совет духа камня, и, едва оказавшись на летающем островке, Прай тут же пристал к Обсидиану с расспросами.

– Ты знаешь, что произошло на Острове Невест?

– Знаю, – ответил знакомый голос. В черной зеркальной глубине отполированной поверхности замерцали быстрые яркие всполохи.

– Так ты знал все и заранее! – запоздало сообразил молодой Лев. – Но почему ничего не сказал? Почему не предупредил меня?

– Не сказал, потому что не видел в предупреждении никакого смысла, – порой тон духа камня напоминал интонации, с которыми родители объясняют несмышленым котятам самые элементарные вещи – и это невероятно бесило. – Что бы ты мог сделать?

– Я бы предупредил Рабаша и женихов!

– Думаешь, тебе бы поверили? – возразил Обсидиан. – Исключено. То, что сотворили Джарк и его дружки, – невероятная дерзость. Ничего подобного никогда не случалось в истории твоей планеты. А до тех пор, пока что-то подобное не случается, никто и помыслить не может о такой возможности. Так уж устроено ваше сознание… Не только ваше, кстати. В этом вы, обитатели Боудики, тоже очень похожи на людей. Тех самых обитателей Яви, о которых рассказывала тебе Эйна.

Иногда Праю нравилось слушать, как дух камня разглагольствует о всяких неведомых ему вещах, но сейчас эти малопонятные рассуждения выводили его из себя. Он сжал кулаки и зарычал, но Обсидиан предпочел сделать вид, что не замечает бешенства своего собеседника.

– Так что все, что ты смог бы сделать, будучи предупрежден, – это остаться в лагере и погибнуть вместе с остальными, – продолжал он. – Но это не входит в мои планы насчет тебя. Ты мне нужен живым. И, как я уже говорил тебе, нам обоим нужна эта девушка. Эйна.

– Хватит упоминать Эйну! – снова зарычал Прай. – Я теперь потерял ее навсегда!

– Вовсе нет, – возразил камень. – Ты еще сможешь вернуть ее расположение. Разумеется, для этого придется сильно постараться, но никто ведь и не обещал, что тебе все будет доставаться легко… Так что: обсудим наши дальнейшие планы? Или ты предпочтешь и дальше злиться, рычать и бессмысленно молотить кулаками воздух?

– Я слушаю тебя… – пробурчал Прай, невероятным усилием воли беря себя в руки.

– Ну и отлично, – в отполированной поверхности снова мелькнуло что-то красно-оранжевое, похожее на язык пламени. – В этот раз я, так и быть, пойду тебе навстречу и немного расскажу о том, что произойдет в ближайшее время. Где-то через час закончится совет старейшин, который только что собрал твой отец. Сразу после него посольство Львов во главе с Арнаром отправится на Женский остров. Однако переговоры с Наставницами ни к чему не приведут, точнее, даже толком не состоятся. Арнар пообещает найти и вернуть похищенных девушек, на что Мудрейшая скажет, что лишь после этого она, может быть, согласится поговорить с ним. И то только «может быть». А до той поры она не желает видеть ни его, ни кого-либо еще из твоего клана.

– А потом? – нетерпеливо спросил Прай.

– Что будет потом – догадаться не сложно, – в голосе Обсидиана вновь чувствовалась столь знакомая усмешка. – Твой отец вернется на Геару и мобилизует всех Львов на поиски пропавших девушек. И так как никто не знает, куда отвез их Джарк и где прячется он сам… Вернее, кто-то, возможно, и знает, но оповещать остальных точно не станет… В общем, Львы снарядят несколько отрядов, которые отправятся на поиски в разные стороны.

– Ясно, – задумался Прай. – Значит, мне есть смысл примкнуть к какому-то из них. А лучше даже создать свой собственный.

– А ты не так глуп, как кажешься, – заметил Обсидиан, но молодому Льву сейчас было не до обидных шуток.

– Никто на Геаре не знает, где искать девушек, – рассуждал вслух молодой Лев. – И, если ты подскажешь мне это, у меня будет преимущество.

– Рад, что ты понимаешь: без меня эта задача тебе совершенно не по силам, – заметил дух камня. – Конечно, я укажу тебе место. Более того, помогу начертить карту. Даже несколько карт. Ведь тебе предстоит непростое путешествие: нужно будет не только отыскать убежище Джарка, но и заглянуть по дороге на Остров изгоев.

– Это еще зачем? – удивился молодой Лев.

– А ты сам не понимаешь? Выходит, я зря похвалил твою сообразительность. Затем, что у твоего кузена действительно много друзей. Значительно больше, чем ты думаешь, и гораздо больше, чем покинуло вместе с ним стойбище. А ты совершено один.

– Я соберу отряд Львов здесь на Геаре! Еще до того, как отец вернется с… – начал было Прай, но тут же замолк на полуслове. Обсидиан был прав. Никто не примкнет к нему, не войдет в его отряд, у него больше нет здесь друзей. После случившегося на Острове Невест доверия в клане к Праю нет. И удастся ли когда-нибудь вернуть его, а точнее, завоевать вновь – большой вопрос…

И, конечно же, дух камня, как обычно, абсолютно верно предсказал все дальнейшие – события.

Арнар действительно сразу же после разговора с сыном и совета старейшин отправился с посольством на Женский остров. И Прай, заключив, что дожидаться их возвращения нет смысла, наоборот, нужно действовать на опережение, все же обратился за помощью к соплеменникам.

Жители Геары уже знали о случившемся и были подавлены и растеряны. Никто, даже самые древние старики и старухи, не помнил ничего подобного. Когда-то, очень давно, бывали случаи, когда враждебные племена нападали на лодки, возвращающиеся с Острова Невест, – и то с тех пор, как в распоряжении Львов оказались летающие острова, клан стал защищен от подобных неожиданностей. Но чтобы кто-то устроил резню на Острове Невест… Такое было неслыханно. Потрясены были не только родители женихов, еще вчера гордившиеся своими сыновьями и радостно ожидавшие их с молодыми женами, а сегодня узнавшие страшную весть. Потрясено было все племя, уже начавшее подготовку к свадебному обряду, который теперь должен был обернуться похоронным.

– Я отправляюсь на поиски тех, кто убил наших братьев и украл Невест, – заявил Прай, выйдя перед собравшимся на берегу моря племенем. – Мы знаем, кто повинен в гибели Рабаша – и молодых Львов! Мы должны отомстить им и вернуть похищенных женщин!

Ему казалось, что говорит он очень хорошо, пылко и убедительно, однако же никто в толпе не отозвался на его призыв.

– Это дело рук Джарка и его дружков! – продолжал несколько сбитый с толку Прай. – Я сам видел, что…

– Ты все врешь, урод! Врешь! – перебил его громкий и визгливый женский голос. Прай глянул в ту сторону и нисколько не удивился, поняв, что кричит его тетка. – Ты все выдумал, потому что всегда ненавидел моего сына!

Первым порывом молодого Льва было напомнить всем, что факты на его стороне, но он вспомнил девиз «Никогда не оправдывайся» и лишь зарычал в ответ:

– Замолчи, Нлео! Твой сын – предатель!

– Нлео права в одном, – прозвучал другой голос, на этот раз мужской. Он принадлежал пожилому одноглазому леопарду, военачальнику Арнанра, которого вождь, уезжая с Геары, оставил за старшего вместо себя. – У нас нет никаких оснований верить тебе, Прай. Мы знаем о нападавших лишь с твоих слов. И пока не вернется вождь и не подтвердит твою правоту, делать какие-то выводы преждевременно.

– Нельзя дожидаться возвращения отца! – Праю все труднее было владеть собой. – Время дорого! Нужно как можно скорее освободить девушек и отомстить убийцам их женихов. И я отправляюсь в путь прямо сейчас! Кто со мной?

Ответом была тишина.

Прай обвел взглядом соплеменников. Кто-то прятал глаза, но многие смотрели прямо на него – недоверчиво и даже вызывающе. И молчали, явно не собираясь его поддерживать.

– Ладно, как хотите.

Он развернулся и пошел прочь, но тут услышал вдалеке за спиной голос:

– Погоди! Я с тобой.

У Прая немного отлегло от сердца. Все-таки он будет не один. Он обернулся и остановился, поджидая догоняющего его Ахаса.

– Что, когда в путь? – деловито осведомился, подбегая, единственный друг. – Если что – я готов прямо сейчас.

– Погоди немного, – с улыбкой отвечал Прай. – Давай дождемся ночи. Перед отплытием неплохо будет слегка порастрясти запасы клана, – разжиться оружием, защитой и едой. И, что-то мне подсказывает, лучше не делать это у всех на глазах.

* * *

В дороге было не до праздных разговоров. Все время приходилось заниматься управлением лодкой – поскольку их было всего двое, пришлось взять небольшую, но даже таким судном справиться только вдвоем оказалось непросто. Тем более что суденышко им досталось откровенно плохонькое. Не было даже уверенности, что старая лодка выдержит такое долгое и рискованное путешествие, но на крайний случай у них имелся спасительный запасной вариант – летающий остров Обсидиана. Прай крепко-накрепко привязал его к корме лодки, так что островок следовал за ними, невысоко паря над водой.

Путешествие выдалось нелегким: погода не благоприятствовала, часто лил дождь, бушевал ветер, море штормило, пусть, к счастью, и не слишком сильно. Друзьям постоянно казалось, что еще чуть-чуть – и их лодочка перевернется. Или, что еще страшнее, порыв ветра все же сорвет крепление и унесет летающий островок, разлучив Прая с Обсидианом, как уже случалось однажды. Но все обошлось. Каменный советчик оставался рядом, что было весьма кстати. Когда возникали сложности с навигацией или какие-то другие проблемы, Прай перепрыгивал на летающий островок и беседовал с Обсидианом. Ахасу он объяснил все тем, что поклоняется живущему в камне духу и в трудную минуту обращается к нему с молитвой. Тигр воспринял это как должное и ни о чем не спрашивал. За это Прай был благодарен ему, как, впрочем, и не только за это. Ахас оставался единственным во всем племени, кто поверил Праю и не стал обвинять его в смерти деда и женихов.

«Я тебя знаю, – сказал он. – И если ты говоришь, что было так, значит, так все и было».

В итоге эта часть путешествия завершилась благополучно. Друзья подплыли к скалистому острову со стороны одной из немногих бухт, где можно было встать на якорь, поднялись в гору и подошли к знакомой Праю пещере именно тогда, как тот и рассчитывал, – в сумерках, к моменту, когда охотники возвращались домой. И Прай с неожиданной радостью еще издали заметил поднимающийся в небо дымок. Значит, семья сумела сберечь когда-то добытый им огонь.

– Не тревожьтесь, мы пришли с миром! – крикнул он за добрый десяток шагов до пещеры. И тотчас от входа, заслонив его собой чуть не целиком и закрыв свет от костра, к Праю, радостно вереща, кинулось что-то огромное и мохнатое, обхватило и подняло над землей.

– Урод! – прокричало оно знакомым голосом. – Ты вернулся!

– Тейя, ты стала еще больше с нашей последней встречи, – засмеялся он, даже не делая попыток вырваться – понимал, что все равно бесполезно. А она со сдавленным бульканьем, означавшим у нее смех, подкинула его в воздух, как родители порой подкидывают малышей, и ловко поймала.

– Я знала, знала, что однажды ты все же вернешься! – кричала она.

Потом Тейя все же поставила его на землю, и Праю удалось высвободиться из ее лапищ, чтобы тут же попасть в другие объятия – медведицы Хисы. Затем, видимо, поглядев на женщин, к нему кинулся обниматься и Буйвол Ном, а следом и все остальные. Даже мудрый Догур – и тот ненадолго прижал к себе молодого Льва и похлопал его по спине. Стоявший в стороне Ахас так и замер в изумлении, наблюдая эту сцену. Еще никогда в своей жизни он не видел такого бурного проявления чувств.