Текст книги "Сизиф на Парнасе"

4. Редакторы

Редакторы бывают литературные и научные. Еще технические, выпускающие, но нам это ни к чему. Да и научные нас тоже не особенно интересуют. Разве что для нон-фикшн? Но я не думаю, что вы собираетесь написать о квантовой механике, а если о ней, то здесь вам вряд ли помогут ценными советами.

Остаются редакторы литературные.

Выше я написал, что они займутся вами «скорее всего». Издательства все чаще обходятся без правки. Зачем править? И так хорошо. На том же сайте «Ленинградского Издательства» читаем в аннотации: «приходиться сражаться поразнь, за одну, почти не досягаемую возможность». Орфография авторская. Автор, поднятый на смех недоброй сетевой аудиторией, уже все исправил, так что перед нами лишь исторический факт. Редакторам нужно платить, а к чему это делать, если общество готово употребить продукт в сыром виде?

Но иногда издательство доверяет автору и уважает его. Автор сам просит не трогать его текст, потому что не всякий редактор разберется в особенностях стиля, которые не суть ошибки, а иногда, если даже суть, – ошибки сознательные. Ну, понадобилось так автору. Он неформатный, он экспериментирует с грамматикой и даже орфографией. В итоге мы читаем: «Книга издана в авторской редакции». Лично меня такие примечания всегда радуют.

Хотя редакторы – люди нужные. Ошибаются все, ляпы делают все, и не только стилистические, но и откровенно содержательные. Тут, знаете, как повезет. Мне везло. Литературный редактор, правивший мою вторую книгу, очень помог мне, я ему очень признателен. На одной странице, к примеру, герой съедал записку, а через два абзаца вынимал ее из кармана. Промашка вышла, каюсь и сокрушаюсь, да не одна, их много нашлось, пускай и не таких диких. Он все нашел и исправил. (Впоследствии я и сам занимался литературной редактурой, приходя в ужас от чужих полуфабрикатов, и бывал беспощаден.)

Литературный редактор, помимо прочих исправлений, занимается важным делом: убирает лишние слова. На семинаре Бориса Стругацкого фантаст Логинов признавался, что с этого он начинает чтение художественного произведение. В этом смысле литература ничуть не отличается от скульпторского мастерства – искусства отсекать лишнее. Детской болезнью ненужных слов хворают очень многие начинающие авторы. Иногда она проходит по мере развития навыков, иногда нет, но самому автору обычно бывает не очевидна. По себе знаю, что сокращать написанное очень приятно – правда, страдает объем, и весовое достоинство – соответственно.

Редактору видны и другие огрехи: рассогласованность времен, например, когда в одном предложении сочетаются прошлое и настоящее. Повторение слов в составе абзаца, а то и фразы. Хорошо, если редактор сам пишет книги. Я не нашел ссылку и пересказываю своими словами, как рассказали когда-то мне: однажды Набокову принесли на суд некий труд, в котором описывались события Гражданской войны. В частности, там живописалось казацкое варварство, и было написано приблизительно следующее: «вдоль железнодорожных путей лежали дамы, разрубленные шашками», на что Набоков отозвался так: «Разрубленные шашками женщины – уже не дамы». Не берусь за точность и достоверность как цитат, так и самой истории, но даже если все это выдумано, то ее автор зрил в корень.

Не бойтесь редакторов, но не доверяйтесь им целиком и безоглядно.

Всегда проверяйте отредактированный текст, пока он не ушел в печать. Авторская проза (не укладывающаяся в мейнстрим) может быть искалечена, причем из самых добрых побуждений. Не забывайте, что помимо редакторов существуют еще и корректоры, которые занимаются запятыми, тире, двоеточиями и прочими знаками препинания. Они поступают с текстом по законам отечественной грамматики (которой владеют, на мой взгляд, все хуже и хуже). Если вы написали простенький детектив или нон-фикшн, где стилистические выверты неуместны, то и ладно. Но представьте, что сделал бы корректор с романом Андрея Белого. Вообразите отредактированный «Петербург» – или произведения Велимира Хлебникова. Я понимаю, что вы не из этой компании, но автор – при условии абсолютной грамотности – имеет право нарушать грамматические каноны. Взгляд, бегущий по строке, цепляется за знаки препинания. Располагая последние по своему усмотрению, автор порой желает добиться особого эффекта. Он может играть словами, коверкать их – например, вложить в уста малообразованного героя фразу «Карова – это жывотное». Или написать фамилию с маленькой буквы (было у меня такое, когда понадобилось добавить абсурда) – корректор может не понять вашего юмора.

На этом можно было бы завершить разговор, но прогресс не стоит на месте. Редакторы овладевают новыми приемами, которые вводят меня в состояние ступора. Ниже я позволил себе привести, не меняя авторских орфографии и пунктуации, еще один диалог, на который наткнулся в Сети: http://community.livejournal.com/izdato/1243005.html

Я не знаю, подлинный это диалог или вымышленный, но это не так и важно. Даже будучи вымыслом, он не родился бы «на ровном месте».

Звонит мне в ночи прелестное незнакомое дитя какое-то. Откуда телефон взяла – не знаю. Но звонит. Называется студенткой Московской Государственной Академии печати (это бывший унылый Полиграфинститут так теперь величать велели – прим. ред.). Зовут… ну, предположим, назовем ее Петрова Маша.

Я, говорит Маша, нахожусь в процессе написания дипломной работы по теме «Редактор и литературная редактура в современном книжном издательстве». Нельзя ли, спрашивает, задать вам несколько вопросов как опытному редактору, – в порядке сбора научной информации по академическому вопросу.

Отчего же, говорю, дитя мое. Задавайте. Не бойтесь.

– Вопрос первый, – говорит прелестное дитя, – как вы оцениваете роль бета-тестирования в современных издательских технологиях.

– Чего? – спрашиваю. – А при чем тут бета-тестирование? Я же, – говорю, – издавал только тексты для чтения: книги там, энциклопедии, фикшен-нонфикшен, повести-шмовести, романы-шмоманы и прочее. А компьютерных программ или, скажем, интернет-сайтов я и не делал вовсе. Я по другой совсем части. Я же не программист и не веб-дизайнер. Так что мне к бета-тестированию, слава богу, не доводилось прибегать. Только редактура, корректура там, и прочая правка…

– Ну что вы, Сергей Борисович… – говорит принцесса. – Не знаете, что ли? Книжек же давно уже никто не редактирует. Это же не-рен-та-бель-но. Их авторы, когда напишут страницу-другую или, может быть, даже целую главу, – вывешивают на специальных сайтах в интернет. И там эти тексты подвергаются бета-тестированию. То есть посетители сайта их читают и правят, редактируют, переписывают, если надо, исправляют ошибки в сюжете. А автор потом этот кусок, бета-оттестированный, в книгу вставляет уже в готовом, вычищенном, виде. Вы что ли не пользуетесь в вашем издательстве бета-тестированием? А как же вы книги издаете? Прямо так, нетестированные печатаете? В авторской редакции?

– Извини, – говорю, внученька, – что-то я теряюсь. Боюсь, что я не в курсе проблем современного литературного бета-тестирования. Нельзя ли перейти сразу к следующему вопросу.

– Хорошо, – говорит девица, пожав плечами с таким возмущенным хрустом, что мне даже в трубку было слышно, – переходим к теме второй главы моей дипломной работы. Итак, вопрос: вы какие якоря используете в программировании автора, когда обсуждаете редакторскую правку в его тексте?

– Пардон?

– Ну, якоря – какие? Якоря… Я-ко-ря. Не понимаете, что ли? Вы о хорошей погоде или об успехах детей говорите? Пальцами внезапно щелкаете за спиной? Сажаете автора на мягкий но очень низкий и неудобный стул? Музыку ему протяжную включаете? Лимонный сок вместо апельсинового… Запах морского прибоя… Или еще какие якоря?

– Э-э-э… Я что-то не совсем…

– Ну, вот когда вы применяете нейролингвистическое программирование в разговоре с автором. Когда вам надо его обмануть в чем-то, заставить его согласиться на что-то, чего-то от него получить, что он вам отдать не хочет… Ну, например, вы отредактировали его книгу, а он не соглашается. Понимаете? И вам надо его нейролингвистически запрограммировать на покорность и подчиненность вашей воле. Вы какие применяете приемы, какие используете якоря… Записываю.

– Вам, деточка, зачем знать про эти ужасы?

– Так я ж говорю, дедуля, – диплом у меня, о современном этапе развития редакторского дела. Вы редактор? Редактор. Современный? Современный. А НЛП у вас где?

– Вот что, душа моя, – сказал я влажным суггестивным голосом. – Вы бы выкинули все это из головы, а… Вот эти бета-тестирования, якоря. Вы автора видели когда-нибудь живого? А редактора? А разговор между ними слышали? А отредактированную рукопись видели?

– Странные вы там, в издательствах, все какие-то, – сказала девица. – До свидания.

И повесила трубку.

Я прошу извинить меня за длинную цитату, но она того стоит, согласитесь.

Не знаю, как ее прокомментировать. Я дремуч и отстал. О таких методах редактирования я слышу впервые. Если дела обстоят так, как сказано, – бегите без оглядки. Я могу только посочувствовать новому поколению авторов.

Берегите себя.

5. Публикация за свой счет

Мы уже говорили об этой возможности. Давайте немного подробнее.

Публикация за свой счет неразрывно связана с продвижением, разговор о котором пойдет в третьей части.

Технических проблем в этом случае не существует, был бы счет. О системе «печати по требованию» сказано выше. Возможностей сколько угодно – ну, хотя бы здесь: http://www.lulu.com/http://www.lulu.com/

Или здесь: http://www.writersservices.com/index.htm, а4747
  http://www.writersservices.com/index.htm


[Закрыть] можно и здесь: http://www2.xlibris.com4848
  http://www2.xlibris.com


[Закрыть]

Публикация художественного произведения за свой счет – выбор эстета.

Ну, или графомана.

Мы с вами, кстати сказать, ни разу не воспользовались этим словом. Кто такой графоман? Мне ближе мнение Честертона: графоман – просто плохой писатель, как бывают плохие повара, плотники, электрики, портные. Он тоже писатель, но далеко не лучший. Вот и все.

То есть речь идет о ситуации, когда автор мечтает увидеть свое творение увековеченным в виде книги. Я не касаюсь специальной литературы – например, методических указаний, тираж которых ограничен по очевидным причинам. Основание чаще сводится к аргументации из анекдота: «Во-первых, это красиво».

Что ж, я согласен. Красиво.

И почти наверняка – бескорыстно. Графоман, конечно, может иметь неадекватные иллюзии насчет бешеного успеха своего детища, стоит тому объявиться в широком доступе. Но не нужно быть деловым человеком, чтобы сообразить, что напечатание небольшого тиража за свой счет вряд ли приведет к оглушительному коммерческому успеху.

А тираж будет маленький.

Конечно, если вы миллионер, можно заказать хоть миллион экземпляров, но что с ними делать? В общем, основной вопрос заключается в заказе тиража как такового – быть ли ему вообще, и если да, то каким.

«Печать по требованию» уместна, по-моему, в том случае, если у вас уже есть аудитория. Сетевая, потому что мне трудно вообразить ваших знакомых, которые толпами едут в какое-то издательство и там от руки заполняют бланки заказа. Такие книги приобретаются через интернет-магазины.

Начинающему автору лучше заказать небольшой тираж – экземпляров 100—200. В конце концов, его всегда можно допечатать. Стоимость одного экземпляра зависит от многих факторов, от тиража в том числе (чем он больше, тем дешевле отдельный экземпляр). Макет, обложка с рисунком, редакторская и корректорская правка, собственно печать, ISBN…

Что такое ISBN? В сетевом издательском словаре-справочнике, а также в Википедии читаем: «ISBN – сокращенное название международного стандартного номера книги (International Standard Book Number). Это уникальный номер книжного издания, необходимый для распространения книги в торговых сетях и автоматизации работы с изданием. Наряду с индексами ББК, УДК и авторским знаком, ISBN является частью так называемого издательского пакета.

Для изданий, выходящих малым тиражом, либо для «личного» использования присваивать номер ISBN необязательно.»

Но все-таки желательно. Почему? Я не издатель, я разбираюсь в этом плохо, а потому привожу мнение специалиста – статью Бориса Кригера. Перепечатка разрешена при условии обязательной ссылки на данную статью. Источник: http://krigerworld.ucoz.ru/publ/19-1-0-89

Что такое ISBN и с чем его едят? За что надо платить при издании книги и за что не надо.

В статье мы рассмотрим часто встречающийся вопрос: что такое ISBN, как его получить, для чего он нужен, что дает его присвоение… И самое главное – поможет ли ISBN защитить авторское право писателя.

Вначале немножко расскажем о нескольких типах кодов для книг.

Думаю, любой человек, открывавший книгу, хоть раз в жизни обращал внимание на несколько групп кодов на обороте титульного листа книги.

Вверху указывается шифр наподобие: ББК 84.4 (4Рос) или 63.3 (4Укр).

Это шифр Библиотечно-библиографической классификации. Он используется для тематической расстановки книг на полках библиотек (и возможно, некоторых книжных магазинов) и их отображении в Систематическом (т. е. тематическом) каталоге библиотеки. Ни для чего другого. Самый продвинутый библиофил с огромной домашней библиотекой тоже, конечно, может использовать эту классификацию (или придумать свою, более подходящую ему по тематике). Соответственно, этот шифр указывает на тематику книги: например, 84 – художественная литература, 63 – история и так далее.

Сразу под шифром ББК находится сочетание наподобие К82. Это так называемый авторский знак. Он состоит из первой буквы фамилии автора плюс цифры, соответствующие начальному буквосочетанию. Так, например, этот авторский знак К82 присваивается всем книгам Бориса Кригера и всех других авторов, чья фамилия начинается на Кри~. Опять же этот код в книгах указывается для удобства библиотекаря – для расстановки фонда по алфавиту и для алфавитного каталога. Эти два шифра, как правило, указывают в издательствах. Мало того, некоторые не очень чистоплотные фирмы могут пользоваться неосведомленностью своих заказчиков. Они начинают «раздувать щеки от важности» и с умным видом объяснять, что за присвоение этих двух шифров они возьмут некоторое количество «тугриков». Если вдруг вы, уважаемый писатель, столкнулись с таким подходом, – бегите из подобного издательства подальше. Потому что присвоение этих двух шифров по времени занимает от силы 5 минут и не должно стоить ни копейки. Даже если фирма не присвоит этих шифров вашей книге, на потребительских качествах книги или ее продвижении, и вообще ни на чем это не скажется никоим образом. Потому что как только книга попадет в библиотеку, ей эти шифры обязательно (и правильно!) присвоят и будут их использовать по назначению – именно в библиотеке. То есть, если издательство присваивает эти шифры (конечно, если правильные шифры, а не «с потолка»), то таким образом оно показывает свою серьезность и уважение к библиотекарям.

Буквально пару слов о значке копирайта ©, в самом низу оборота титульного листа. Многие считают этот значок главным подтверждением авторских прав. На самом деле, значок копирайта не говорит совершенно ни о чем. Он приводится, так сказать, «по традиции». Его может поставить любое издательство (или полиграфическая фирма) на любое издание. Никаких правил по использованию этого значка нет. И соответственно – никаких запретов на его использование. Ничьих авторских прав этот значок не защищает. Еще некоторые вопросы авторского права мы рассмотрим в следующей статье. Отметим лишь, что в противовес понятию «копирайт» есть понятие «копилефт» (но рассматривать здесь не будем).

И вот теперь мы добрались до самого «интересного» кода. ISBN. Его функции шире, важнее. Но с другой стороны, многие неоправданно считают его каким-то «гарантом». Например, что присвоение ISBN гарантирует писателю защиту авторских прав. ISBN – International Standart Book Number – Международный стандартный книжный номер. Это уникальный номер издания в международном реестре. Причем, если книга переиздавалась в другом году и/или в другом издательстве, то на книгу того же автора с тем же названием будет присвоен совершенно другой ISBN. Этот номер присваивает изданию специальное учреждение – Книжная Палата страны, в которой вышла книга. Издательство приобретает эти номера для своих изданий в Книжной Палате. Книжная Палата – это государственное учреждение, причем одно-единственное в каждой стране. У Книжной Палаты несколько функций: 1) выдавать номера ISBN. 2) издавать специальное издание государственной библиографии «Книжную летопись» (в России); «Літопис книг» (в Украине). Это типа каталог – перечень всех книг, которые вышли в данной стране за определенный период (обычно месяц). И именно в этом заключена главная функция ISBN'а. А именно: если книге присвоен ISBN, то несколько экземпляров издательство обязательно передает в Книжную Палату. Там издание хранится вечно (кстати, это еще одна функция данного учреждения), и книга обязательно будет зарегистрирована в системе государственной библиографии – в «Книжной летописи». Конечно, это престижно, это солидно, это важно. Это минимальное свидетельство определенной социальной функции данного издания. Но этим не ограничиваются функции ISBN.

Благодаря этому номеру любую книгу можно найти в системе МБА – межбиблиотечного абонемента. Эта система была создана уже довольно давно. И до сих пор действует. Через эту систему можно получить в библиотеке любую книгу (понятно, опять же – имеющую ISBN), практически из любой точки Земного шара. Но, конечно, не для развлечений. При запросе книги через эту систему вы должны точно указать, для какой цели она вам нужна: например, для изучения стилистики автора в научных целях, для дипломной работы, для рассмотрения на секции литературного кружка и т. д. И показать, что абсолютно необходимые вам данные вы не можете получить более простым и доступным способом. Казалось бы, с вхождением Интернета в повседневную жизнь эта система постепенно утрачивает свое значение. Но на самом деле, еще далеко не все книги оцифрованы и выложены в доступном виде в Интернете.

Номер ISBN также используют крупные книжные магазины – в качестве кода издания для бухгалтерского и/или складского учета. Действительно, зачем отдельно присваивать товару какой-то код для бухгалтерской / учетной программы, если такой уникальный код уже есть?.. В связи с этим, если вы попытаетесь сдать под реализацию в книжный магазин изданную (за ваши собственные деньги) в какой-то фирмочке книжку без ISBN'а, – то серьезный книжный магазин именно по этой причине книгу не возьмет. С другой стороны, надо отметить, что даже наличие ISBN'а все равно не гарантирует, что тот же самый магазин эту книгу возьмет под реализацию.

Чуть выше мы упоминали о том, что постепенно в связи с развитием Интернета утрачивает значение система МБА. Но с другой стороны, в связи с этим же процессом значение самого ISBN'а даже возрастает. Как так? А вот так. Благодаря этому номеру книгу можно найти в Интернет-магазинах. Более того, например, широко известный проект Википедия тоже использует этот номер. И если на какой-то странице Википедии вы встретили описание книги, которую сразу же захотели приобрести, то надо щелкнуть по номеру ISBN в этом описании. И очень вероятно, что вы сразу же попадете на нужную страницу в Интернет-магазине, типа Озона или Амазона. Как покупать книги через данные магазины, думаю, тут рассказывать не обязательно.

Конечно, присвоение номера ISBN в определенном смысле добавляет вашей книге солидности. Поэтому, если вы серьезно подумываете о писательской карьере, то старайтесь, чтобы все издания ваших книг имели этот номер. В будущем это, возможно, пригодится для «обработки» издательств для дальнейшего издания ваших творений.

Более того. Если вы со временем решитесь вступать в какую-нибудь писательскую организацию, типа Союза писателей, то одним из первейших и главнейших условий будет предоставление нескольких книг с ISBN. С другой стороны, многие маститые писатели, члены этих самых Союзов, много издававшиеся, печатают какие-то свои произведения, уже совершенно не обращая внимания на то, присвоят ли изданию ISBN.

Ну, а если вы хотите просто издать свой собственный сборничек стихов, для подарков родственникам, друзьям, знакомым, то этот номер вам скорее всего не нужен. И никогда не пригодится. Ну разве, чтобы «похвастаться», мол: «У моей книги даже ISBN есть!». А вот оценят ли ваши знакомые данный издательский нюанс?.. – Вам виднее.

Еще несколько важных моментов. Далеко не каждая полиграфическая фирма, которая возьмется печатать вашу книжку, может присвоить вашей книге ISBN. А только та, которая зарегистрирована в Книжной Палате страны в качестве издательства, которая платит за эту регистрацию определенные деньги и покупает эти ISBN'ы в упомянутой Книжной Палате Именно поэтому за присвоение ISBN'а (в отличие от всех других кодов и шифров) деньги издательство с вас возьмет. Если, конечно, вы издаете книгу за собственные деньги. А если само издательство выпросило у вас книгу для издания, то плата за ISBN будет ее расходом. Надо уточнить, что стоимость одного ISBN не очень большая (в Украине, например, в данное время – около 30 гривень, т. е. порядка 6 у. е.).

В завершение еще раз уточняем: ISBN авторских прав не защищает и никоим образом не гарантирует их защиту. Это только регистрационный номер.

Так… Вроде бы все варианты использования и применения ISBN мы уже рассмотрели. И теперь вы уже знаете об ISBN'е и некоторых других издательских «заморочках» практически всё. И можете сами решить, что из них вам пригодится, что можно получить бесплатно, что надо только для престижа и «понтов», без чего можно обойтись… А если у вас и после прочтения этой статьи остались вопросы – смело задавайте их здесь. Мы их обязательно рассмотрим и постараемся найти ответ.

Я думаю, этой информации достаточно.

…Итак, книга так или иначе издана, мечта сбылась, и сказка стала былью.

И эта книга лежит. В виде пачек. На складе издательства или у вас дома. С ней надо что-то делать. Об этом мы побеседуем в третьем разделе.