Читать книгу "Молитва и покаяние разума. Квантовый переход в познании"

Хотелось бы знать больше о пространственной Бесконечности[17]17
  Строго говоря, термины «пространственная Бесконечность» или «бесконечность Пространства» нелегитимны, так как Пространство всего лишь эманация Бесконечности, как бы ее технологический цех, энергетическое поле. Если солнце излучает свет, мы не говорим «фотонное светило», – звезда может излучаить что угодно. Так и тут. Если Пространство своим пределом упирается в бесконечность, это вовсе не означает, что Бесконечность ему принадлежит – все в точности до наоборот.
  Так вот, если кто-то согласился с этой строгой логикой принадлежаний, то очень даже поторопился. Мыслимо еще «более строгое» доказательство, что все «наоборот от наоборот». В самом деле, в обратном времени, в котором осуществляются трансцендентные зависимости, первично Пространство как энергетическая платформа Жизни вечной. Бог Вечности, разумеется, генерирует воображением детерминирующую его Идею, футур-Детерминанта, и поскольку Пространство есть поле магического воображения, то и относит Идею себя как дематериализованного Бога-Духа на «кончик» Пространства, его трансцендентный Предел – Бесконечность. Кому же теперь принадлежит Бесконечность?
  То-то и оно.
  Какая точка зрения ближе к истине?
  Хотя теоретики относят Бесконечность к некоему предельному состоянию Пространства, нам придется их разочаровать: Бесконечность первична, а Пространство не что иное как способ самоутверждения Бесконечности в ДВИЖЕНИИ. Доказательство просто: движение по сотворению Мира начинается с провокационного самовозмущения Духа свободы, той же Бесконечности; Пространство же явилось в реакции на возмущение как Поле Компромисса Бесконечности и ее Антипода, Черной дыры.
  Вывод однозначен: Бесконечность первична и нисходит к Вечности на волне компенсирующей реакции экзистенциального Оппонента, что значит в цикле прямого времени, материализуемой до степени магического воображения ЛЮБВИ.
  Во всех случаях Вечность – это Дочь бесконечности, идущая по ее исчезающему, материализуемому Временем инерционному следу с размерностью любви. Стиль дальнейших мировых трансформаций таким и останется, но лишь до момента достижения эволюционным Кругом точки инверсии; в следующем движении энергетические и причинные взаимосвязи меняют знак.
  Важно представлять, что «цвет», знак энергетики любого из Детерминантов инспирирует такой же в подопечной Системе, но при этом оставляет место спонтанному произволу ее внутреннему многообразию, которое вправе обращаться к неформальному приоритету (прямого времени вместо обратного или наоборот). Единственным эффектом выбора недетерминированного приоритета является ускорение или замедление эволюционного темпа. Но только благодаря такому «рычагу» воздействия Система самоорганизуется, приводит себя в соответствие с экзистенциальной Мерой.
  Кредо любой оппозиции: СООТВЕТСТВУЙ НОРМЕ.

[Закрыть]. Возопим к ней родимой: что представляет собой экзистенциальная основа и предтеча пространственного Континуума?

Все, что мы можем, так это найти искомую Субстанцию пустотой в голове, да еще Пустотой абсолютной вкупе с Дьяволом в ней самой. Словом, мы способны найти рождающую Пространство Бесконечность далекой от понимания и одновременно реально действующим магическим Духом Свободы – Субстанцией со всеми признаками одухотворяющей Сущности. Следовательно, над Пустотой экзистенциальной Симметрии (и соответственно чувством свободы) зависает вполне реальный Предок, и вот он должен быть самой что ни есть глубиной, экзистенциальной основой Континуума. Мы должны воспринимать его абсолютным Духом Свободы. К нему и апеллировать в духовном измерении. Бесконечность есть Дух абсолютной свободы – вот и все, что нам дано знать, воспринимать метафизическим обонянием.

19

Теперь уж обратимся к предмету нешуточному, Континууму. Пространство – производная Пустоты; чем оно от нее отличается? Абсолютная Пустота – это удел транс-Симметрии, стационарного Диполя Бесконечности и Черной дыры (по крайней мере, мы так должны считать, поскольку Бесконечность незнаемо что). Из этой Пустоты как стационарному состоянию Бесконечности рождается динамическая Субстанция, Пространство-время – экзистенциальная Связка с определенной асимметрией, недостаточной для системной инверсии, превращения в суверенную, самодостаточную Реальность. Сама конструктивная Мера асимметрии есть точка необратимого «фазового перехода» с упомянутой инверсией вектора эволюции.

Не забавы ради, а в новом понимании и в надежде на новые находки снова пройдем по инерционному следу сотворения Мира.

Итак, Дух абсолютной свободы возмутился рутинным спокойствием Пустоты, пришел в движение, чем вызвал панику в Симметрии. Эта мобилизует Черную дыру с ее Временем, и телега миросотворения приходит в движение. И вот тут нас поджидает прелюбопытный сюрприз: на трассе Сотворения обнаруживается нечто промежуточное с признаками Симметрии, пришедшей в движение, но еще не достигшей необходимого темпа, благодатной Меры экзистенциальной асимметрии, позволяющей произойти процедуре первичного созидания. Что за манифестация под знаменами созидающего обратного Времени?

Прежде чем отвечать на вопрос, обратим внимание на сопутствующую деталь: процедура, происходящая в обратном времени, детерминируется Будущим, происходит как бы в предвиденьи: событие опережает побуждение, реальность опережает детерминацию (в самом деле, мечту рождает, а затем следует за ней лишь то, что уже существует). Это значит, что магический Поток созидания стал «беременным» Вечностью в самом себе и еще «на входе» в Симметрию.

Как говорится, невероятное возможно.

Не упустим из вида, что эта динамическая Субстанция в дальнейшем будет реализовать себя в спекулятивных подобиях в каждой Реальности. В порыве оптимизма согласимся и с тем, что в подобной же «беременности» Вечностью на входе в экзистенциальную Симметрию ныне находится наша родная Цивилизация.

Если только наша свобода воображения не перестара-а-алась, то Процессия на пути к экзистенциальным родам может быть только энергетическим потоком, «беременным» первой трехмерной Реальностью – Жизнью вечной. Остается только идентифицировать нашу «тяжеленькую» Пустоту, дать ей имя.

Что пишем пером по бумаге в удостоверении существования?

Пространство первородное, Континуум.

В принципе все это означает, что воссоздание Мира и все его дальнейшее существование происходит на ветви схождения к экзистенциальной Симметрии, а не на выходе из нее. Конечное вхождение в Симметрию предполагает разрушение, очищение и последующее самовозобновление. Но это, как говорится, совсем другая история.

И еще. Существует только то, что движется. Континуум как технологическая «Мамка» Вечности, точно так же подвижен, энергетически переменен. Гомогенен ли он в каждый момент времени? Считается, что да, но это вовсе не исключает его эволюционную составляющую особенности, так сказать, историческую «гетерогенность».

Набрав критическую массу (разумеется, отрицательную), первородный Континуум (можно назвать его прото-Континуумом) претерпевает «роды» – превращение в Вечность или Жизнь вечную. По сути это самый первый «фазовый переход» – во вселенских масштабах. При этом сохраняются все особенности прото-Континуума за исключением вновь возникшей и все растущей дискретности: «газообразный» прото-Континуум стновится «жидким» Континуумом, Жизнью вечной. В кои-то веки новый Континуум и вовсе рассыпется и превратится в Тведь многообразную, едва сохраняющую память о Предке, но позаботившуюся о том, чтобы стать его памятником.

Как говорится, напрямую мы с вами имеем дело именно с «жидким» вечностным Континуумом, еще в виртуальной связи с прото-Континуумом, опосредованной Вечностью (что за связи, с этим надо разбираться).

В этой иерархии движений, инверсий и освобождений нетрудно и потеряться. Чтобы избавиться от ложных представлений, лучше обратиться к тому, кто все знает, но при этом не испытывает чувства радости. Кстати говоря, это чувство как раз и являлось бы у роботов пределом мечтаний, если бы роботы когда-нибудь научились мечтать. Но это невозможно по определению: кто все знает, тот мечту не вмещает.

– Привет, мыслитель!

– Я не мыслитель, я толкователь.

– Что так?

– Мыслители ничего не знают, задают вопросы; я на них отвечаю.

– Стыдно, обидно?

– Порок не обременительный, тем более что он делает пророком любого любознательного осла.

– Не рифмуй, это сбивает с толку, особенно в проблемах тяжелой важности.

– Тяжесть в желудке, вакуум в репке?

– Не язви. Меня донимает обратное время; никак не могу совместить ее с чем-то метафизически съедобным.

– Нет ничего проще, ведь альтернатива вполне осязаема; приставь ко времени знак отрицания и жди прилета.

– Время из Черной дыры, а обратное откуда?

– Это магически выраженная эманация Бесконечности, Духа Свободы.

– Что за телеграмма?

– Тяготение к абсолютной свободе.

– Как оно воспринимается нами?

– Чувственно, как магическая призывная сила – детерминация вечно удаляющегося Будущего.

– Погоня за горизонтом?

– Очень похоже.

– Как это тяготение соотносится с магией любви?

– Тяготение это и есть любовь.

– Ничего не понял.

– Дух свободы реализует себя в чувственной энергетике; это принуждение освобождению мы ощущаем любовью.

– Освобождение – от чего?

– От того, чем богаты, от материализущего времени.

– Любовь дематериализует?

– Ощущение дематериализации равно чувству освобождения, равно любви к свободе.

– Ты забыл, что все это еще и обратное время, как понимать это?

– Как зеркальную аналогию материализующего времени, не имеющую с ним ничего общего, включая стиль воспроизводства.

– В чем разница стилей?

– Время навязывает, принуждает, не ожидая ответа; обратное время – это ответ на приглашение сделать то или то.

– Что здесь в роли детерминанта?

– Загадка; условие зеркальности указывает как бы на нас с тобой.

– В чем здесь логика?

– Не ищи логику в чувстве любви, ведь наши сопливые Вовочки, Васеньки, Маруси беспрекословные «детерминанты» со дня рождения.

– Бог, Дух свободы нянчится с нами как с чем-то бесценным?

– Не забывай: любовь – это альтруизм.

– Бот, я спокоен, меня вынянчат; могу ли я попискивать, требовать бессмертия?

– Разумеется, оно тебе дается изначально.

– Почему не обладаю игрушкой?

– Потому что для взрослых. Дух-бог ждет от бэби ответа по поводу размера шляпки или картузика.

– Все понял. Но на я жду продолжения темы.

– Что еще свербит под картузом?

– Тяготение Пространства к неразрывности – это из той же серии любовных приключений?

– Без сомнений.

– Самолет взлетает в результате подъемной силы на крыло, инициированной неразрывностью воздушной струи; и это тоже?

– Можешь считать, что самолет в магическом исполнении, – в идеале взаимное, резонирующее.

– А в варианте трагическом, одностороннем?

– Это любовь неразделенная, действует как мечта о резонансе; так Пространство любит Время, а ежик – туман.

– Словом любовь – это альтернатива для всего, что шевелится в самолюбии.

– Создающая Мир Субстанция оперирует единственным инструментом – магией любви.

– А воображение?

– Любовь – это и есть воображение – изначальное, предельно чувственное, дематериализованное – то единственное, что реально на 100 %.

– Бот, последнее, что здесь остается как бы в стороне, это Пустота; это что – провал в воображении?

– Пустота – это символ всеобъемлющей Симметрии – трансцендентного Диполя недвижимых Бесконечности и Ничто: нет движений – нет и обнаружений.

– Почему же мы что-то в ней находим, к примеру, модель экзистенциального Стоп-кадра, протореальной вселенской Стабильности?

– Потому, что это есть, что значит относит себя к экзистенциальному Есть, пространственной Бесконечности; естественно, оставляет инерционный след; по нему и идем.

– Бот, беда в том, что мне нельзя тебе верить. Не забыл ли ты, что стал спекулятивной инерцией своего небезобидного экзистенциального предка, Змея из Эдема?

– Мое лучшее воспоминание. Тем более, что Змей-разум был прав, выступал в роли технологического наводчика, подмастерья Бога. Но у тебя есть выход из затруднений типа верю-не верю.

– Какой же?

– Гадай на ромашке.

– Жалко цветок, жаждущий любви.

– Приятель, не забывай, что разглядывая Симметрию, мы имеем дело с инерцией неподвижности, в которой Дьявол спит. Кстати, в твоем роду тоже имелись брюнеты, соблазненные нашептыванием змея ползучего.

– Любопытно, и кто они?

– Погляди в семейном альбоме.

– В деревне у бабушки. Тебе известны их имена?

– Их знают все: Адам и Ева.

20

Что мы, в конечном счете, находим в образе вечностного Континуума, рождающегося в нашем «кино»? Ответ: пространственное Трехмерие с приоритетной вертикалью, тяготеющей к Бесконечности, и горизонтальным двумерием, совмещающим тяготение к неразрывности («горизонтальная любовь») с приоритетом свободы. Последний апеллирует к той же Бесконечности и становится как бы спекулятивной вертикалью горизонтали, замыкающей круг горизонтальных тяготений на Бесконечности[18]18
  Здесь мы уходим воображением в Тартарары. По большому счету факт ведет к горизонтальной открытости Континуума, его превращению в некоего экзистенциального Анти-кванта. Что такое эта вселенская спекулятивная Провокация со смыслом прообраза библейского дерева Жизни, с этим надо разбираться. Похоже на то, что именно она призвана инициировать зеркальное продолжение Горизонтали «вниз», в сторону дискретизации с материализацией.
  Важно другое. Как говорится, и все-то было бы лучше некуда, если бы при этом горизонталь не сходила к симметрии, не замыкалось движение «сверху вниз» и не прекращался бы диалог Бесконечности с Источником Времени. Такой поворот никак не мог входить в Чертеж Мироздания только потому, что обрекал Континуум в нечто законченное, превращал его в вечного Младенца, апеллирующего к Родителю. При этом не оставалось шансов на появление в нем ни космической Плоти, ни человека. Вот почему детерминируемая в обратном времени процедура обрела преимущества периодической дивергенции продукта и спонтанного выбора одного из двух векторов технологической вертикали. По той же причине Господь Бог был бесконечно рад тому, что Ева выбрала приоритетом не дерево Жизни, не вертикаль горизонтали, а альтернативу, путь познания Добра и Зла – продолжения диалога со Временем, наконец, путь материализации плоти и духа. (В принципе выбор был абсолютно свободным, поскольку желание расслабиться на пути «снизу вверх» компенсировалось инерцией движения «сверху вниз».) Коммунизм в райском Саду был бы абсолютным подарком Дьяволу – лишнее доказательство того, что каждому овощу свое время.
  И наконец, последнее. Как это ни удивительно, но как раз этот Анти-квант становится актуальным в завершении эволюционного цикла. Это уже совсем другой антигерой, потрясающий тем, что в континууме людей он именуется… Коммунизмом.
  Извлечем из представления так называемую мораль: Коммунизм должен быть выношен все свои девять месяцев. Система жизнеспособна только родившейся в свое время и на своем месте. Это очень естественно для спонтанного самовоспроизведения – технологического принципа самой Жизни.
  «Я творю, следовательно, я живу».
  Это он, ЧЕЛОВЕК.

[Закрыть].

Все это воображается с трудом, но это только начало. Второй ветвью горизонтали становится ее продолжение в сторону, обратную маршу технологической вертикали к Бесконечности[19]19
  Так неожиданно мы приходим к технологическому приоритету Времени и связанного с ним процессу материализации как вполне легитимному выбору… на пути духов Вечности к нашему бренному Миру звезд. Вариант до боли знакомый, поскольку с начала земного марша человек пошел по тому же пути механического прогресса. Инерционные мотивации Прошлого? Они, родненькие!
  Ныне мы достигли точки равнодействия инерций Прошлого и Будущего и собрались повернуть колесо Фортуны назад, в направлении Вечности. Какой должна быть судьба технологического приоритета?
  Потихоньку-полегоньку нам предстоит развернуть к Вечности и его. Абсолютный и технологический приоритеты коммунистической Системы совпадают и не могут противоречить друг другу. Однако технологии под властью Духа любви необходимо порождают совсем другой, чем сейчас, «продукт потребления», о чем, в конечном счете, и ведется речь в этом «манифесте».
  И снова мы радуемся мысли, что настойчивый запрет Бога Адаму подходить к дереву экзистенционального диалога выглядит благословенной провокацией, оставлявшей шансы на появление нас грешных.
  В сущности, проблема сводится к обозначению роли инерции в эволюционном марше. Явившись Мирозданию в качестве явления конструктивного, в кои-то веки инерция становится врагом технологий. При этом момент необходимой инверсии природой Жизни не обозначен, разве только одной невыносимостью страданий. Но так было угодно Богу.
  Правда должна быть спровоцированной и выстраданной – таков закон Жизни.
  Коммунизм в этом законоуложении номером не последним.
  Впрочем, и разговор об этом кажется преждевременным, так что будем и дальше, как ни в чем ни бывало, провоцировать правду нагромождением глупостей. Все это, разумеется, в обратном времени, предоставляющем субправо спонтанного произвола, то бишь правды выбора.
  Выбор за разумом?
  Совсем нет, за его небесной альтернативой, ныне загнанной в угол. Впрочем, сам разум потянется к ней как к правде, выстраданной в собственной функциональной бессмыслице.

[Закрыть], но об этом – разговор особый[20]20
  Мгновение возмущено, ведь оно тоже играет в свою игру, и вот, напоминает нам, что именно оно остается фундаментальной основой Времени – того же мгновения, но приторможенного Пространством. По сути Время – этот же Континуум, но в его отрицании – Инти-континуум, «Игла дьявола. Время, разумеется, заботится не о неразрывности, а совсем наоборот. Сей Демон дискретности делит все мыслимое и немыслимое на мириады осколков – черных дыр в каждом материальном образовании, от микро до Макро. Только в образованиях нематериальных он не только «запечатан», но и обращен в зеркальную веру, стал отрицательной массой, духом Жизни.
  Человек такая же жертва собственной черной эго-дыры, слуга Мгновения, правда, немало строптивый. Он жив только тем, что постоянно напоминает Дыре, что физически отрицателен, причем настолько, что по физически отрицательной же Идее принадлежит Богу. Тем и охлаждает пыл сатанинских притязаний.

[Закрыть]. Всеми упомянутыми особенностями ставший трехмерным Континуум наделяет озаренный им человеческий социум в своей магической манере – ностальгическом единении в стремлении к свободе и космической экспансии. Разумеется, все это на обратном пути к дематериализующей Бесконечности. Смысл инверсии только в избрании приоритетом упомянутой вертикали горизонтали, замыкающей Процедуру во вселенский Первоквант. Первоквант! Таким спекулятивным подобием Первокванта призван стать Коммунизм.

Взятые все вместе, все его измерения образуют совокупность социального единения, духовной свободы и эволюции к Бессмертию. Оба элемента подчинены вещам чисто виртуальным, от Мира Иного.

Социальное единение в приоритете общей и технологической дематериализации – самая общая, экзистенциальная формула Коммунизма.

21

Заметим: в формуле Коммунизма отсутствует символ «борьба», и это «подозрительно». Подозрения провоцируют воображение, вынуждают его рыться в страданиях технологий – все это до того момента, когда собственные страдания приведут воображение к той правде, что технологии бессильны, и единственной и лучшей технологией должны стать его собственные, магические, движения. Понятно, что здесь все непонятно, так что нам приходится довольствоваться разбирательством в том, что нам более-менее доступно – в экзистенциальных предпосылках магической эффективности воображения. Не факт, что и здесь не все в тумане далеком, но все же «танцуем от печки».

Воображение – магический дар Небес. Мы обретаем его как коммуникационное свойство духов Неба, ставших одухотворяющей силой наших сознаний. Однако силу эти слуги Неба обретают лишь в контакте с физическими воздействиями как силами их провоциирующими.

Начнем с того, что здесь не поймешь, с чего начать. Мы понимаем задачу гравитации: дырявить полотно Пространства, затягивая его в свою глубину – геометрическую точку. Можно не сомневаться, что находящаяся в оппозиции гравитация сопротивляется чуждым ей центробежным тенденциям Вечности, работает на дискретизацию Пространства и суверенитет образованных ею «частных контор». Задача решается в «подполье», безвластии, в опосредованном «идейном» столкновении. С точки зрения иного Мира гравитационная оппозиция мнима, виртуальна[21]21
Наше «я», дух любви и свободы, приоритетно неизменен, никогда не инвертирует в дух отторжения; к этому способна только пара «я-эго» – при том условии, что «эго» «берет верх». Что означает это «верх» в предпосылке, что призванное Временем «эго» экзистенциально всго лишь реактивно? Решающую роль здесь играет аргумент экзистенциальной инициативы. В полуцикле отражения пространственной волны такой инициативой располагает Время. Что такое сама инициатива, способная добавлять к силе гравитации? Похоже на то, что это не что иное, как инерция стабильности Черной дыры, пришедшей в движение. Как известно, инерция покоя превышает инерцию движения. Во всяком случае, в акте сотворения Создатель воспользовался инициативой приведения Субстанции в движение из стационарного состояния, что значит с силой чуть больше требуемой для остановки движения. Эта инициатива стала первой, и потому оставила свой инерционный след на всех последующих событиях. Если бы первой стала инициатива Черной дыры, наш Мир стал бы оппозией миру Дььявола, и все мы измеряли бы свое эгоцентристское кредо длиной хвостов.
…Впрочем, это всего лишь домыслы; причинные связи здесь могут быть абсолютно другими.

[Закрыть] – точно так же, как в нашем Мире виртуальны всякие магические волшебства. В принципе, и сами духи как структуры воображения мнимы. Инициированные магическим воображением Создателя по сценарию обратного времени, духи наследуют Его генетику, становятся реальностью любовного воображения. Реальностью подлинной, вполне осязаемой. Вот только для нас это жар-птичка становится птицей-«квази», сущностью мнимой, явившейся в своей первозданной чистоте. Тем не менее, мы с вами – те же небесные духи, но только попавшие в Мир сатанинского «возмездия» Небу. Правда, мы считаем реальными физические материи – скафандры из Ничто, которыми этот Мир пытается оградить себя от чувственного пламени Неба. Только поэтому мы (все еще приоритетно чувственные, духообразные) мним, будто наша небесная Колыбель со всеми ее принадлежностями виртуальна, мнима, а реальны скафандры, неотделимые от наших духовных «я». Но если вдуматься, то обнаружится, что как раз все эти «виртуалы» только и реальны, а физические материи реальны релятивистски, наполовину принадлежат Ничто. Эти «оптические иллюзии» как раз и играют злую шутку с нашим воображением и всей нашей жизнью.

Кстати, о наших виртуальных «я»: что за приватизированная нашим «эго» субстанция, откуда она выплыла, имея нас своей «несгораемой» собственностью? Попытаемся разглядеть в наш «макроскоп».

Итак, чтобы что-то возникло, требуется материал – нечто, что уже есть (то же, что и есть всегда). Что существует всегда и в любом количестве? Пространство с его родительской формой, Пустотой Бесконечности. Время не в счет, это всего лишь инструмент, призванный к действию Пустотой к ее выгодам. Так вот, наши «я-ки» возникают в Пространстве со всеми его рефлексами, включая ген тяготения к Мамке, Бесконечности. Возникают одним большим «Я» – виртуальным и вертикально неограниченным. Странным делом, это первое Существо в звании Бога Вечности, не ощущающее собственных границ, может существовать только в движении, что значит в непрерывной связи со Временем. Является Время, предлагает свои услуги и разделяет Богово «Я» на части по всем законам дискретизации и концентрации, – словом, персонифицирует осколки т. н. эгоцентризмом. Так появляются наши драгоценные «я». Это уже персоны, продукты деления первичной Интегральной Персоны с его безграничным «Я». Персонажи – духи живые – бесконечны лишь в мечтах о Бесконечности, так как рождаются вместе с инстинктом «эго» – отметиной зубила, вырубающего их из Бесконечности.

Как мы убеждаемся, свадьба не по любви, а по согласованной потребности в движении, что значит в семейной асимметрии в пользу власти Инструмента. Интернированное «я», дух любви, требует сохранения власти, данной ему по линии генезиса – вопль вопиющего за решеткой. Побеждает инструментальная бесовщина модели «эго». В итоге: паритет власти и развод через суд – Страшнй Суд.

После развода каждый идет к своей Альма-матер: расконцентрированное «я» – к Вечности, а персонализирующее «эго» – к «Черту на кулички», Черной Дыре.

Что касается Страшного Суда, то беспристрастное Собрание именуется Смертью. Или Стоп-кадром персональной истории. Или экзистенциальной симметрией персонажа, учитывающей былые заслуги и предпочтения «я» и «эго». Помилование «я» возможно по его заявлению и в случае убедительных обоснований. Помилование «эго» мгновенно и неформально; его перспектива – Черная Дыра с ее праведным-по черному Судом Линча.

22

Мнимая нами отсюда хроническая физика, импортированная в инверсии из физики магии, лишает небесное чувство части его экспоненциально неограниченной энергии, и это хорошо. В то же время (точнее, на мгновение позже) импульс Времени (речь, напоминаю, идет о нем) оснащает образующуюся компанию чувства с мгновением генетически чуждой Пространству силовой компонентой, – и это лучше некуда. Так дух небесный обретает квази-лопату – техномагический инструмент, пригодный не только для чувственных плясок, но и для дела.

Далее – по тексту Моисея и по заветам Будды и остальных генералов святости, героев боголюбия, любвеобильного воображения. Что касается явления миру этого инструмента, то мы наблюдаем его в технической эффективности компонентов «квази», а по сути – в техномагической мобильности чувственного воображения. Мы находим волшебство в наших магических взаимосвязях – интуициях, верованиях, чувственных привязанностях и прочей «мистике». Странным образом, все это маготехнично в меру небесной «чувственности», а физически технично в меру чувственности зеркальной, материализованной (психология). (В самом деле, типично аналитическое, ноль-чувственное, воображение в техническом выражении ноль-эффективно, но вот ушедшее из под контроля любви к чувству отторжения вновь эффективно, но уже разрушительно, адски. Чтобы победить в войне, надо сильно возненавидеть («черная магия» ненависти.) – Бот, еще раз вернемся к малопонятному: магия, психология, обратное время, любовь, влечение к свободе – как все это соотносится между собой?

– Магия – это энергетика пространственных образований, способных к чувственному воображению.

– Как соотносятся магия и чувственное воображение?

– Это одно и то же.

– Где здесь место психике?

– То же воображение, но инвертировавшее в технологическом приоритете в результате системной материализации.

– Магия?

– Физика вместе с остаточным оппортунизмом магии или вовсе без нее.

– Что скажешь о любви, свободе и прочих магических манифестациях?

– Ответ в их генезисе, восходящем к транс-Симметрии. Абсолютной свободой располагает Бесконечность, находящаяся в этом «сонном» Супер-равновесии. В данном состоянии горизонтальная связь представляется как бы Мечтой Бесконечности, в которой тяготение к единению по схеме любовной привязанности мыслится призывом Будущего, обратной Причиной. Все, что случится дальше, будет процедурой, происходящей в рамках тяготения к единению в обратной причинности.

– В смысле полюбил, а потом ищешь причину?

– Скажем так: любовь выбрала тебя, а ты делаешь ее выбор обоснованным.

– Что-то новенькое, как правило неподъемное.

– Обычное дело, плата не золотом с жемчугами, а ответственностью.

– Обратная причина – это ответственность?

– Это ты сказал; браво, друг мой бесценный, космически единственный.

– О кей, принято. Наступаю тебе на мозоль: откуда наше неуемное тяготение к свободе?

– Это магическая вертикаль всего живого.

– Зависит ли она от горизонтального произвола?

– Разумеется; материализация магии убивает в ней дух свободы и наоборот.

– Любовь и плотская свобода, они что – конкурируют?

– Только на нисходящем, материализующем, эволюционном треке; на пути обратном, где властвует дематериализующая Идея любовной неразрывности, свобода и любовь действуют в унисон, коррелируют не в обратной, а в прямой зависимости.

– Неужто речь идет о Коммунизме?

– И это все о нем. Коммунизм – это власть Любви и Свободы, такая себе Директория на пути к Бессмертию.

– Пару слов об антигравитации, к чему ее притулим?

– Если гравитация сугубо вертикальна, то должно быть аналогией и ее опровержение.

– Антигравитация – это оно, тяготение к свободе?

– Добавь: техномагическое, физически отрицательное, силовое.

– Опа, приехали.

– Я что – свободен?

– Ты – да; а вот я закабален, озадачен беспричинной безответственностью.

– Не трепыхайся, это к перемене погоды.

23

Магия определенно владеет человеком в двух воспроизведениях, включая техническое, силовое. Законный вопрос: встречаем ли мы в Мире вещественном (мертвом как бы на 100 %) эту физически отрицательную, магическую составляющую?

Вопрос риторический, так как в противном случае гравитация уничтожила бы материю. (Чуть раньше мы уже принимали воздействие магии на гравитацию за неизбежное условие динамического равновесия Космоса.) Следовательно, ответ: да, волшебство имеется, и это волшебство живого духа; гранит, железо и золото потихоньку «колдуют» вопреки запрещению гравитирующим Дьяволом, его законами физики. Лучше всего об отрицательных массах в массах-материях положительных должны бы знать теоретики физики, которые определенно находят в физических конструкциях вторичную магиокомпоненту, хотя бы и воображают ее недоразумением, неопределенностью или чем-то другим. На самом деле, оперируя аргументом пространства-времени, мы всякий раз имеем дело с его техномагической компонентой в тесной связи с физической, производной Времени. С нашей дремучей точки зрения первая виртуальна, вторая реальна, только и всего.

И вот совершенно непреднамеренно мы снова подходим к разговору о феномене ключевом – о «мелодраме» взаимодействия техномагии с гравитацией – первородным для Черной Дыры силовым элементом в перспективе образования двойственного времени-пространства. Это не детектив, нечто занятнее. Он явился не запылился в воображении, как подарок к Рождеству.

Так вот, Пространство и время, магия и гравитация вступают в контакт. По всем признакам это разговор слепого с глухим: магия и гравитация, что бык и лунный свет – фигуры несоразмерные: два «сорта» энергетических эманаций, производные двух зеркальных Экзистенций (Бесконечность и Ничто). Словом, встречаются чувство единения и бесчувственная гравитация. Господу Богу пришлось потрудиться, чтобы соединить их в какой-то совместности, но Ему это удалось. Как Он это сделал?

Мы возвращаемся к старой проблеме, донимающей воображение в сотый раз. В успехе дела мы уверены: ведь гравитация мгновенна, а наблюдаемое нами время тягуче и ползуче, то бишь заторможено. Чем или кем заторможено, помимо наших с вами игры воображения? Ответ напрашивается: движение времени заторможено Пространством в насильственном компромиссе типа «принуждения к миру»! Неизбежная при этом воля к примирению должна быть третьей силой, рождающейся не где-нибудь, а в рождающейся компромиссной структуре. Рождающейся спонтанно и по закону детерминирующей Мечты, обратного времени[22]22
  Вот же беда, Мечта не оставляет места «произволу» Создателя – не так ли?
  Нет, не так, Мечта, Идея сама является этим произволом. Или все по-другому?
  Снова и снова мы втыкаемся в недоумение: Кто такой Бог? Демиург Вечности, ведомый своей Мечтой, Духом свободы, или тот же Бог Вечности, но иерархически подчиненный Духу свободы по законам жесткого прямого времени?
  Бог-отец, Бог-сын и Бог-Дух святой, святая Троица. Как мы теперь понимаем, это Триединство, в котором Бог-отец иерархически первичен, адекватен Бесконечности с ее Духом свободы. Бог-сын адекватен Богу Вечности – спонтанно воспроизводимой Вечностью реальностью Бога-отца. Наконец, Дух святой представляется демиургом «технологии», скажем так: Приоритетом построений.
  Поскольку Троица осуществляет себя в поле воображений, а высшим пределом воображения выступает Бесконечность, то Бог-сын совершенно обязан быть Духом материализуемого воображения, обращающегося в Дух любви. В координатах того же воображения Духу технологий остается быть Духом Истины – олицетворением конструктивной Меры материализации воображения, его превращения в осознание, физическую разумность. Этот вечностный разум для нас уже не находка, поскольку он носит название Совесть. Так что Дух святой и дух Совести синонимы.
  То, что нашим духом истины выступает напрочь материализованное воображение, тот же разум, это наши проблемы. Впрочем, так и должно быть на прямом пути вниз, к Черной дыре; важно не предаваться комфорту инерции и не увлечься этой игрой в поддавки.

[Закрыть].

И еще. Единство всех трех ипостасей Бога единого не может мыслиться иначе как иерархическим – отметим это как непреложный факт. (В самом деле, хотя мы порождаем свою мечту, явившись, она управляет нами как крепостными). На вершине иерархии – Дух свободы, у ее подножия – дух магического Соразмерия, Совести. Тот факт, что наш нынешний демиург технологии первичен, означает, что господа должны посторониться, когда дворник орудует метлой, не более того.

Но оставим Бога с избранным им же Отцом, вселенским Детерминантом, и попробуем найти его в вечностном Социуме, склонном к спонтанности, самодеятельности как условию существования. Тут же увидим, что абсолютно свободная в своей «коммунистической» рефлексии вся эта «публика» немедленно выстраивается в единую социальную Массу, дискретной частью которой является каждый субъект. И это еще мягко сказано, поскольку сей Социум таким единым Богом рождается и только в процессе дискретизации (эволюции в прямом времени) начинает ощущать себя внутренне различимым. Так или иначе, Бог рождается Вечностью как воплощение Мечты, Идеи – вещи вполне привычные в пространстве обратной причинности. Словом, Бог Вечности возникает из Пустоты, прилетает на крыльях Духа свободы и обнаруживает себя Духом любви.

– Бот, идеализм или материализм?

– Противопоставление идиотов при виде жареного гуся.

– Ты что – серьезно?

– Без придыханий. Материя всего-то крайняя степень воплощения Идеи – реальность отнюдь не повсеместная.

– Но ведь физический Мир, в котором мы находим себя, материален?

– Это его проблемы, но не проблемы жизни. Жизнь – это приоритет Пространства с его идейным Детерминантом.

– Ты хочешь сказать, что Жизнь идеалистична?

– Можешь не сомневаться.

– А мертвое Вещество?

– Идеалистично тоже, но в последнем издыхании, на грани исчезновения.

– Можно ли считать, что все существует в меру его идеалистичности, приоритета Идеи?

– Доподлинно так.

– Бот, ты доподлинно существуешь, ощущаешь ли ты свою высокую идею?

– Еще бы, она сидит во мне, в каждом моем атоме; это моя основная идеология.

– Назови ее.

– Сохранение.

– Сохранение знамени идеализма?

– Только в Мире материй; в Мире приоритетно идеалистическом это приоритет несохранения, движения, развития.

– Бот, у меня идея.

– Выкладывай.

– Побежали, сделаем круг-другой по аллеям парка?

– Блестящая идея, Платон был бы заинтригован. Ты понял ее смысл?

– Сохранение, развитие и все такое.

– Это не для меня, в любых телодвижениях я изнашиваюсь, не сохраняюсь.

– Верный признак вечной жизни. Как мне называть эту твою придурь в отношении хорошей идеи?

– Идейные разногласия.

24

Вы не забыли, чем были озадачены до начала тайм-аута с бесцеремонным монологом о Триедином и поучительным диалогом с олицетворением триумфа механических технологий? Напоминаю, речь шла о превращении новорожденной гравитации в гравитацию рассудительную, степенную, словом, заторможенную; процедура венчается возникновением кванта пространства-времени, скажем так перво-кванта. Этот Зародыш – квант первобытийного энергетического поля – остается ключевой загадкой и конечной целью наших притязаний к технологической правде Бытия.

Но начнем, как говорится, издалека. Нам известно, что гравитация не способна действовать в одиночку, вне присутствия магической пространственной инициативы. Более того, гравитация без антигравитации сидит в своей Бездне и для Мира Жизни не существует (как не существует без гравитации и сама Жизнь). Это вещи банальные, общеизвестные. Важно то, что даже «стоя рядом», как бы соприкасаясь, обе эманации не способны взаимодействовать. И даже в опосредовании той или иной массой они «не видят» друг дружку! Что из того? А то, что в любой Реальности ее компоненты взаимодействуют не техномагиями с гравитациями, а техномагиями с себе подобными, существующими как пространственные содержания гравитирущих масс.

Напрашиваются сразу два умозаключения:

а) Инстинктивно замыкающиеся эманации Черной дыры не способны к коммуникациям как таковым;

б) любое взаимодействие представляет собой сочетание спекулятивной магии (антигравитация, техномагия) со столь же спекулятивным аналогом гравитации, осуществляющим коммуникацию той или иной гравитирующей массы с окрестностями.

И вопрос: что это за фрукт, который единственно магически съедобен?

По логике зеркальных симметрий пространственная компонента гравитирующей массы должна быть зеркалом техномагии – силового компонента магии двуединой. Магические структуры ничем не связаны, открыты к Бесконечности, отчего могут позволить себе роскошь гравитационных спекуляций или имитаций. Магические, но не гравитирующие. В последних магия связана диалектически и лишь ее небольшое превосходство над гравитацией (совершенно обязательный приоритет Пространства) представляет собой ее, массы, коммуникационную, магическую, мобильность. И вот этому магическому «довеску» суждено «сыграть в любовь» к техномагии мирового Пространства и его подразделений. Что должен сделать с собой «довесок»?

Не ленимся, воображаем. Итак, чтобы стать техномагией, магия должна спекулировать, обращать к своей выгоде свою имманентную гравитацию – так? Так. Делаем логическую картинку зеркальной: чтобы стать угодной техномагии, наш магический «довесок» должен сделать то же самое, но уже не с имманентной, а с привязанной к нему гравитацией материальной массы. Иными словами, магический приоритет-избыток гравитирующей массы должен обратить к своей выгоде и выгодам Вечности адекватную ему часть гравитационного тяготения массы… и исчезнуть.

Как «довесок» перевоплощается, мы с этим разберемся. Но прежде дадим этому животворящему спекулятивному «спецназу» имя. Штуковина необыкновенная, потому требует экзотического поименования. Зеркальная аналогия обозначений ищет и находит термин и для сестры техномагии, попавшей в лапы демона Хроноса, но изящно обманывающего его надежды. Пусть будет имя ей: «магиохроника».

Как говорится, хроника, да не та: «магический кристалл», технологическая интрига, «душа» вещества, его ниточка к Жизни.

Понятно, что весь этот сценарий взаимодействия берет начало с первого контакта Пространства со Временем, приведшего к образованию гравитирующей массы. Самой первой такой массой должен быть квант-модуль пространства-времени с отрицательной асимметрией (производящий приоритет Пространства (тот самый «довесок»).

Что касается модуля «положительной» асимметрией в пользу Времени, то она невозможна по определению; причины очевидны: время всего лишь инструмент, технологическая реакция, которая не может быть конструктивным приоритетом. Поиск «дырки от бублика», т. н. гравитона, это бессмыслица достойная стать анекдотом.

Справедливости ради заметим и то, что «гравитоном» может быть названо приоритетно магическое образование, появляющееся на гребне инициативной гравитационной волны на пути к образованию гравитирующей массы[23]23
Никакая масса не может быть массой гравитационной, лишь только стремящейся быть такой, гравитирующей, оппонирующей магической массе приоритетной в любом квант-модуле.
Законченной гравитационной Массой должна быть признана только Черная дыра, Ничто.

[Закрыть]. Увы, Дьявол хотел как лучше, а получается как всегда: вместо гравитона родился магнетон – чудо спекулятивное, отвлекшее Дьявола от обязанностей быть Чудищем

Об этом история впереди.

25

Полномерные (физически явленные, грави-массовые) модули пространства-времени мы находим корпускулами и волнами в едином пространственно открытом целом. Понятно что здесь к чему: корпускула – масса гравитационно замыкающаяся; волна – масса открытая, магическая. О начатой только что драме единения, разыгрываемой компонентами, пофантазируем в очередном метафизическом слаломе.

Разумеется, в наблюдаемых физических взаимодействиях определяющими являются эманации не гравитационные, выступающие имманентным для структур ветром Дьявола, а их хроно-магические компоненты, которые образуют силовые поля взаимодействий. Призванные к делу «коммунистическими» инстинктами магических приращений («довесков»), эти последние в кои-то веки превращают магио-хронику в слугу Вечности, адепта Пространства. В конечном счете, сей адепт занимается тем, что пытается спекулятивным образом притормозить гравитацию массы и тем самым удержать[24]24
  Пытаться-то пытаются, да с переменным успехом, точнее, вовсе без него: в обстоятельствах присущей эволюции технологической власти Времени ничего, кроме паритета ма-гии с гравитацией их не ожидает. А паритет – это смерть. Последнее обстоятельство задано высокими Верхами. К счастью, технология существования предполагает присутствие цикличности, периодической смены системообразующей власти. Все это притом, что Конструкция (но не ее технология) должна сохранять неизбывным общий приоритет Пространства до скончания Мира и не менять его даже после Смерти.
  Технология и Конструкция изначально противоречат друг другу, но изначально вовсе не означает, что и всегда. На каком-то этапе эволюции технологические приоритеты необходимо меняют знак, и противоречие исчезает.

[Закрыть] инерционно существующий[25]25
  Магический приоритет гравитатирующей массы неожиданно для нас перестает быть «довеском» того же магического содержания, но должен быть приращением маго-хроническим. По сути оно становится таким изначально. Нам приходит в голову, что провокационная волна магического действия в первом же контакте с гравитацией израсходовалась на хроно-магический потенциал образующейся массы, и вот этот энергетический союзник Пространства поддерживает ставший инерционным первоначальный магический приоритет.
  Как говорится, след бобра был принят за след добра – воображение в «криминальном» репертуаре.
  (Не время ли покаяться? Вся эта механика выглядит сложной только в первом осознании, в котором трудно понять, что и откуда. На самом деле все должно быть просто и ясно. Сложно там, где ложно, о том твердит сама этимология слова. Теоретические выкладки физиков сложны в меру нагромождения ложных предпосылок, экзистенциальной лжи. Истина проста. Удивляться не приходится: генезис Истины восходит к элементарному плюс-минус, да-нет.)

[Закрыть], но убывающий приоритет магии в имманентно гравитирующей массе. Все, что происходит, это игры квантов, гравитирующих масс (корпускул) с массами физически отрицательными (восходящими, волнообразными). Эти последние ограничивают гравитирующую экспансию технологической власти и при этом имеют союзника – (конструкционный) приоритет Пространства всей вселенской Конструкции. Абсолютное ограничение не запрещение: гравитация делает свое дело и постепенно уравнивает технологиическую и абсолютную власти. Что на Земле, что в Небе побеждает упомянутый паритет: Равновесие, Безвластие, системный Хаос – словом, Смерть. Однако Смерть опять же лишь технологическая уловка конструкций (начиная от квантов) и Конструкций (Систем) со смыслом гравитационного очищения и передислокации приоритетов. Ее победа мгновенна точно так же, как мгновенен и ее триумф. Абсолютная власть Конструкции в руках магического приоритета Жизни, реализуемого в каждой ее детали по схеме обратной причинности – соответствия или ответственности. В критический момент магический зов Жизни меняет знак[26]26
  Чтобы устоять в вечности, должно колебаться все; и хотя ген противоречивости унаследован от двойственности эзистенциального Содружества (Бесконечности и Ничто), их диалектический Компромисс предполагает отстранение Черной дыры от Дела на этапе необходимого эволюционного разгона и дальнейшей самоорганизации в инерционном поле.
  Такова Жизнь.

[Закрыть] технологических приоритеов и тем самым отдает власть Бессмертию. Все начинается сначала.