Текст книги "ЗОЖ-ментор"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zozh-mentor-261479.jpg)
Автор книги: Андрей Лишин
Жанр: Здоровье, Дом и Семья
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
Лекция четвертая. Спорт и спортивные травмы
Метаболизм есть баланс между катаболизмом – отмиранием клеток – и анаболизмом – рождением новых клеток. Если равновесие будет абсолютным, то человек станет бессмертным, но это невозможно, по крайней мере, пока почему-то этого не происходит. Катаболизм почти всегда преобладает над анаболизмом. Например, если умерло десять рабочих клеток какого-либо органа, то восстановилось только девять рабочих и плюс одна фиброзная, таким образом ткани постепенно зарастают соединительной тканью. Но ткани бывают разные. Ярким примером теоретического бессмертия могут служить мышцы: тренируя их, мы имеем возможность достичь не только баланса, но даже преобладания анаболизма над катаболизмом, тогда мышцы увеличиваются в размерах, становятся сильнее и выносливее. К сожалению, невозможно накачать печень, почки или селезенку, их можно только сберечь, любыми способами понижая катаболизм – отмирание клеток, но зато можно тренировать сердце – самую важную мышцу нашего организма, и тогда она будет работать без особых проблем всю жизнь. Только представьте себе: минута за минутой семьдесят, восемьдесят, а может быть, и сто лет без остановки, без отдыха стучит оно в нашей груди как что-то само собой разумеющееся – то реже, то чаще, но всегда-всегда.
Функции мышц весьма просты: напряжение – это сжатие, оно сменяется расслаблением и растяжением, но комбинации, составляющие наши движения, наоборот, чрезвычайно сложны. В человеческом организме в среднем шестьсот пятьдесят мышц, которые прикреплены сухожилиями к двумстам двадцати костям, и в одном, казалось бы, простом движении порой задействованы десятки основных и вспомогательных мышц, управление которыми происходит автоматически, а иначе мы не смогли бы сделать ни одного шага. Отсюда вытекает, что спорт является также очень непростым занятием, так как любая тренировка есть преднамеренная перегрузка мускулатуры, имеющая целью спровоцировать ее рост и укрепление. Но чрезмерное напряжение неизбежно влечет за собой весьма неприятные, а порой и трагические последствия. Сначала это просто банальная нехватка кислорода, и, как мы уже говорили, сильный выброс молочной кислоты, превышение концентрации которой в 4 ммоль/л дает сильные мышечные боли, это значение называется лактатным порогом. Конечно, ничего страшного в этом нет. Употребление большого количества жидкости, теплая соленая ванна, растяжка, массаж – и через три-четыре дня все пройдет. Но это только самое начало, при дальнейшем увеличении нагрузки происходит перерасход многих жизненно важных веществ, например витаминов группы В и минералов, в частности магния, которые необходимо постоянно восполнять, иначе мышцы после непомерного напряжения уже не смогут расслабиться, и это называется спазм, который требует вмешательства спортивного массажиста или даже медикаментозного лечения, например миорелаксантами, после которого, кстати, зачастую остаются триггеры – центры нервного напряжения, небольшие участки мышцы, которые на ощупь напоминают очень болезненные уплотнения или попросту шишки, вот с ними справиться уже гораздо сложнее, здесь иногда могут помочь аппаратные методы, ударно-волновые технологии или, возможно, иглоукалывание. Но я, например, борюсь с этими неприятностями при помощи обыкновенного камня, который привез однажды из Турции, подобрав на пляже в бухте Клеопатры, по форме и размерам он точь-в-точь словно куриное яйцо. Этот метод у меня называется «стоун-терапия», только в данном случае я не кладу на себя камень, а сам ложусь на него, подкладывая под спину точно в районе триггера, и терплю порой жуткую боль, но через пять минут становится легче, и мышца расслабляется. При дальнейшем увеличении нагрузки мышечные волокна рвутся, скручиваясь, словно порванные скрипичные струны, и уже не восстанавливаются. Тогда начинается реакция организма в виде воспаления, к месту которого необходимо сперва просто прикладывать лед пять-шесть раз в день на три-четыре минуты, не больше, во избежание отмораживания тканей, исключить активность данной группы мышц и терпеть два-три дня, чтобы остальные волокна в ответ на воспаление укрепились. И только потом, если опухоль и боль не проходят, уже можно ввести внутримышечно НПВС – нестероидные противовоспалительные средства, не забывая, кстати, что у них есть серьезные побочные эффекты в виде гастрита или даже язвы, так как они угнетают образование слизи в желудке и защитный слой быстро истощается, тогда кислота обжигает стенки незащищенного желудка. Во избежание серьезных последствий вместе с НПВС назначают так называемые препараты висмута или ингибиторы протонных насосов, которые тормозят производство соляной кислоты, тем самым сильно понижают кислотность желудочного сока, вследствие чего, конечно, пища начинает плохо перевариваться и возможны неприятности в виде поноса, потому в данный период необходимо весьма облегченное питание: тушеные овощи, пюре, паштеты и тому подобное, само собой, это все неприятно, зато спасает желудок. Поскольку существуют нестероидные, то, конечно же, есть и стероидные противовоспалительные средства – СПВС, которые при бесконтрольном использовании также имеют множество уже системных побочных эффектов, возможно сперва даже незаметных, но способных со временем проявиться в виде серьезных, порой неизлечимых заболеваний. Поэтому я призываю с крайней осторожностью и совсем не часто применять такого рода препараты, лучше оставлять их на крайний случай. В травматической ситуации существует один весьма важный нюанс, а именно: данные препараты дают очень быстрый результат, и воспаление практически сразу прекращается, и это вроде бы прекрасно. Но тогда человек, помня о чудесном исцелении, начинает применять их в каждом, даже весьма несущественном случае, попадая таким образом в своеобразную ловушку. Дело в том, что при быстром принудительном купировании воспаления, а значит, и восстановления, мы оставляем мышцу ровно в том состоянии, в котором она находится, то есть в порванном, отсюда вывод: если вы не спортсмен, то для вас это не хорошо, но и не слишком страшно, так как неизвестно, когда вы в следующий раз подвернете ту же самую ногу в том же самом месте, но если вы активно занимаетесь спортом, то вы попались. Ослабленная мышца порвется очень быстро, а в следующий раз еще быстрее, и через некоторое время ей будет совершенно невозможно пользоваться, любое неловкое движение будет вызывать новую травму. Поэтому не спешите останавливать воспаление, дайте организму немного поработать, может быть, все само собой пройдет, и не забывайте про лед: замораживание снимает отек, а последующее размораживание усиливает регенерацию тканей, поэтому данная процедура не просто удаляет симптомы, но и совершенно реально лечит.
Ну а если еще больше увеличить нагрузку, то возможен разрыв сухожилий или отрыв их от крепления к кости, тогда это уже хирургическая операция и долгое-долгое восстановление.
«– Красота-то какая, просто дух захватывает!
И на этот раз он был абсолютно прав. Усыпанный голубыми цветами альпийский луг одним краем упирался в темно-синее бездонное небо, другим – в седой, немного подтаявший, изрезанный морщинами снежник, круто сбегавший в глубокое черное озеро, обрамленное красновато-серыми мраморными скалами.
Я смотрел на это великолепие и не чувствовал, как начинает сползать камень под левой ногой. Площадка, на которой мы стояли и казавшаяся до этого вполне надежной, теперь подтаяла и превратилась в подвижную, связанную лишь размокшей грязью кучу камней. Не успев сообразить, что происходит, я потерял равновесие, упал на спину и начал отчаянно барахтаться, пытаясь зацепиться за выступы, которые, к моему ужасу, обламывались, не выдерживая веса. Эти попытки остановиться лишь только усугубляли ситуацию, и я еще быстрее сползал вниз.
– Перевернись на живот! – закричал Глеб. – Тормози!
Я перевернулся и тут же съехал на ледник, растопырил пальцы, пытаясь впиться ими в снег, но тонкая серая корка, отслоившаяся под воздействием воды и солнца от основной массы, осыпалась тысячами хрустальных осколков и со звоном уносилась вниз. Движение все ускорялось.
«Вот и все», – подумал я, глядя вверх на удаляющуюся фигуру товарища, как вдруг с удивлением обнаружил, что больше не скатываюсь. Несколько секунд лежал неподвижно, а почувствовав сырость, осторожно оглянулся по сторонам. Оказалось, что я прилип к более влажному и плотному снегу, который здесь скорее напоминал холодную манную кашу, но мне было ясно, что если пошевелиться и нарушить это равновесие, то уже ничто не спасет.
– Держи веревку! – крикнул Глеб и катнул предусмотрительно смотанный клубок, который прокатился совсем рядом и шлепнулся куда-то вниз. Я знал, что где-то близко была трещина, но не думал, что настолько, практически рядом, в одном вершке от моего ботинка…»
В этом походе я страшно сорвал поясницу, быстро вколол НПВС, и все прошло, потом еще и еще, а в итоге моя спина теперь болит постоянно, то сильнее при неловком движении, то слабее, но всегда-всегда. Во избежание всех этих неприятностей надо помнить, что все процессы в нашем организме весьма инертны, потому не следует торопиться и брать на себя непомерные нагрузки. Любая тренировка начинается с предварительной разминки, которая может представлять из себя всевозможные вращения различными суставами по двадцать раз в разные стороны: голеностопы, колени, поясница, плечи, локти, запястья и шея, это разогреет и мышцы, и связки, и суставы, займет всего около десяти минут, но хорошо подготовит ткани к работе.
Основные силовые упражнения также должны быть весьма сбалансированными, вес на любую группу мышц подбирается таким образом, чтобы его можно было поднять не более восьми-пятнадцати раз, а после тридцати секунд отдыха нужно снизить массу снаряда и сделать следующий подход с таким же количеством поднятий, и так далее до шести подходов. Эта классическая схема превосходно работает уже несколько десятков лет, и лучше пока что ничего не придумано. Для увеличения мышечной массы – восемь повторений за один подход, а для прорисовки рельефа – пятнадцать, с максимально возможным весом, а не сто пятнадцать раз с детской гантелькой, как сейчас модно. Дело в том, что организм должен превозмогать нагрузку всеми своими системами: мышечно-сухожильной, скелетно-костной и, конечно же, нервной, так как для большого усилия требуется очень мощный электрический сигнал, только лишь в этом случае тело совершенствуется.
В конце тренировки обязательна, просто категорически необходима растяжка всей задействованной в упражнениях и, следовательно, перегруженной мускулатуры, во избежание чрезмерного закрепощения и неизбежного спазма. Каждую мышцу нужно натянуть и удерживать в таком положении не менее шестидесяти секунд, потому что только спустя это время наступает полное расслабление волокон. Именно поэтому нельзя делать растяжку перед соревнованиями или силовыми упражнениями, так как расслабленная таким образом мускулатура теряет около семидесяти процентов своей силы приблизительно на тридцать-сорок минут.
Как и во всем остальном, здесь тоже следует соблюдать меру. Хочу огорчить людей, которые в сорок лет торопливо, со всей силы, через боль, да еще с покачиваниями растягивают свои ноги в надежде еще на сантиметр приблизиться к поперечному шпагату. Вы тянете уже не только мышцы, но и связки, считая, что от этого они станут эластичными. Отнюдь, это совсем не так. С детства – да, но не теперь. Характеристики самой ткани от этого никак не изменятся, а поменяется форма, то есть те самые веревки, которые, собственно, связывают между собой кости, удерживают их в суставах, не давая им выскакивать, если они не порвутся, то просто растянутся, как старая резинка, и перестанут в полной мере выполнять свои функции, тогда нарушится баланс между напряжением и растяжением, благодаря которому наше тело способно двигаться и порой выдерживать невообразимые нагрузки. Только представьте себе такой отвлеченный пример: скелет, укрепленный мускулатурой, выдерживает десятикратное давление, при котором без мышечной поддержки кости крошатся как мел. Если вы ничем другим, кроме растяжки, больше в жизни заниматься не будете, то, в принципе, ничего страшного не произойдет, но если вдруг после таких практик или параллельно с ними вы захотите заняться силовым, игровым или циклическим спортом, то вас ждет большое разочарование. Например, вы не сможете сделать присед со штангой, хотя ваши мышцы будут напрягаться до предела и сокращаться насколько это возможно, однако удлиненные связки, как тяги, не позволят с должной силой воздействовать на кости как на рычаги, отсюда происходит двигательная слабость и следует такой парадокс: атлет с достаточно скромными габаритами поднимает вес такой же, а иногда и тяжелее, чем его гораздо более крупный коллега. А это все связки! Вот еще: перетянутое в шпагатах заднее бедро и закрепощенное бедро спереди дестабилизируют колено, тогда теннис, футбол, лыжи, бег – да практически все будет нести жесточайшие риски, так как нестабильные или попросту разболтанные суставы будут провоцировать постоянные травмы. Например, возьмем злополучный разрыв мениска. Ослабленные связки плохо держат колено, и оно постоянно сдвигается в разные стороны, тогда при очередном приземлении после прыжка один из «бортов», или, как их называют, «рогов», мениска, зачастую это медиальный, то есть внутренний, «закусывается» между костями и лопается. В мениске разделяют три зоны. Красная, наполненная большим количеством кровяных капилляров, находится с краю и при разрыве довольно неплохо заживает, затем розовая, с меньшим количеством капилляров, располагается в середине, срастается очень неохотно, но все же, возможно, через полгода уже перестанет беспокоить, и, наконец, белая, совершенно обескровленная, спрятанная в самой глубине между костями, она совершенно не восстанавливается.
У меня произошло именно так, когда-то давным-давно я свободно садился на продольный и поперечный шпагат, но совсем не растягивал бедро спереди, а только закачивал его, и вот однажды, играя в теннис, я почувствовал знакомую резкую боль в области колена. Дело в том, что пару лет назад во время марафона у меня лопнул мениск в красной зоне и через три месяца зажил бесследно, казалось, что и теперь будет так же, но, увы, сложный Т-образный разрыв с заходом в белую зону не оставлял выбора. Конечно, я какое-то время ждал и где-то в глубине души лелеял надежду, что медицинские книги писали дурачки, которые не учли моих регенеративных способностей, и у меня все будет по-другому, однако через полгода мне пришлось лечь на операцию.
«Худой рыжий анестезиолог склонился надо мной и закрыл своим лицом круглый молочно-матовый фонарь на потолке операционной.
– Мы сделаем вам спинальную анестезию, и вы не будете чувствовать ног, – сказал он тихо. – Рекомендую дополнительно сделать общую, и тогда вы уснете на все время операции, либо можете посмотреть видео.
– А что у вас есть подходящее к такому случаю? Может, Тарковский – «Сталкер» или «Солярис»?
– Нет, Тарковского нет, но есть «Человек-паук» и «Марвел».
– Тогда однозначно общий наркоз.
Я открыл глаза, была ночь. Потрогал ноги, но вместо них нащупал какие-то странные, довольно твердые предметы, причем, видимо, мне не принадлежащие. Очень странное и страшное чувство, когда ты ощущаешь руками ноги, но ногами рук не чувствуешь. Забрезжил рассвет, затем выглянуло солнце, и ко мне вернулись заштопанные и заплатанные, но мои родные, любимые, дорогие ноги».
Так вот, эти травмы будут преследовать вас, пока вы не устанете от вечной боли, не бросите все и не успокоитесь, потому что поднимать гаджет или чашку кофе растянутые связки не мешают.
– Это все, конечно, прекрасно, – вздыхает Анита, – спорт, диета, но у меня работа ненормированная и трое детей. Я порой не знаю, хватит ли мне времени поспать, и у меня одна жизнь, а не две, порой хоть ложись и умирай.
– Так об этом и речь, что жизнь одна. Потому вы и пришли ко мне – чтобы понять, как в одну жизнь впихнуть две, а может, и три. Просто нужно взять себя в руки и оптимизировать все жизненные процессы, то есть делать несколько дел одновременно, а иначе действительно остается только умереть. Помните, еще в самом начале я вам говорил: жуйте на ходу, нечего просто так за столом сидеть, только время напрасно тратить, ложку в рот и собирайтесь на работу? Так вот, мы пойдем еще дальше, а именно – будем качаться по пути в офис. Дело в том, что я сам постоянно использую и активно продвигаю весьма эффективную систему стационарных упражнений. Идея довольно проста: необходимо поочередно со всей силы напрягать какие-либо группы мышц и удерживать в максимальном напряжении одну секунду, а затем расслаблять, и так по восемь раз каждую. Например, сверху вниз: бицепс руки, затем трицепс, плечи, грудь, верхняя спина, пресс, нижняя спина, ягодицы, бедро спереди, бедро сзади, икры, потом начинаем все сначала, и так можно повторять этот комплекс до шести раз. Преимущества этой системы перед классическими силовыми упражнениями совершенно очевидны: во-первых, не требуется совершенно никаких снарядов, во-вторых, вы сами можете по малейшему желанию менять нагрузку от лайтовой до максимальной, в-третьих, эта система не требует предварительной разминки, в-четвертых, здесь невозможно получить травму, в-пятых, это совершенно бесплатно, и в-шестых, конечно же, минимальное время, поскольку на всю тренировку может понадобиться плюс-минус пятнадцать минут, да и это не важно, так как все это можно совершенно незаметно делать даже стоя в метро или сидя за рабочим столом, да, собственно, хоть где.
– Ну не знаю, мне кажется, это все словно ненастоящее, – возражает грузный Олаф. – Как будто шуточное, что ли, я привык, если уж чем-то заниматься, то делать это серьезно.
– Ваши слова весьма обидны для меня, так как совершенно ничем не обоснованы. Мне шестьдесят лет, и в тренажерном зале я был последний раз в армии, двадцатилетним идеалистом, а последующие сорок лет мне было совершенно некогда, и я, так же как и вы, жил в постоянном цейтноте, учился, работал, растил детей, потому занимался физкультурой на ходу, на бегу, стоя в очереди, сидя за столом, лежа утром в постели. Когда не было сил встать, тянулся во все стороны, как собака или кошка потягивается после сна, чистил зубы, не в силах открыть глаза, но уже вращал голеностопами, и так далее и так далее, именно благодаря такой жесткой дисциплине я сохранил форму и здоровье. Поэтому уверяю, если мы с вами пробежимся, прокатимся на лыжах, проплывем или наденем рюкзаки и пойдем в горы, то вы будете неприятно для себя удивлены, так как я вдвое вас старше и во столько же раз сильнее. И вообще, что значит серьезно в данном случае? Купить кроссовки, костюм, абонемент в зал и каждый вечер вздыхать и жалеть, что снова нет ни сил, ни времени посетить занятия? Нет уж, занимайтесь серьезно только одним делом – своей работой, она вас кормит, поит и одевает, а все остальное необходимо делать именно несерьезно.
– Да, прошу прощения, сказал не подумав.
– Хорошо, принимаю. Так вот, со временем у меня родилась целая система со своими правилами. В метро незаметно можно качать трицепс, пресс, ягодицы и бедро спереди. Конечно, может стать жарко, поэтому, чтобы не вспотеть, я одеваюсь довольно легко, и, наоборот, если мне холодно, то я всегда могу согреться при помощи этих упражнений. На ходу очень удобно напрягать под каждый шаг ягодичные мышцы и бедро сзади, а еще, широко шагая при ходьбе, можно весьма прилично размять паховые связки. Ступени эскалатора замечательно подходят для растяжки икроножных мышц, не говоря уже о том, что если не стоять, а подниматься по лестнице любым доступным для вас темпом – это будет прекрасное кардио– и силовое упражнение. Сидя на корточках, хорошо растянете поясницу, при этом можно что-нибудь делать руками, например завязывать шнурки или чистить овощи. Девушкам настоятельно рекомендую каждый день исполнять «танец живота», ну а мужчинам обязательно массаж простаты при помощи своих внутренних мышц. И, конечно же, бег при любой возможности, пусть это будет даже пробежка к дверям далеко остановившегося трамвая или до магазина, любое доступное для вас расстояние, хоть двести, хоть сто метров, не важно, это еще один маленький плюсик, из которых в итоге сложится очень большой полезный плюс.
– Да, расскажите, пожалуйста, про бег, – почти одновременно сказали несколько человек. – Теперь говорят, что он не так уж полезен, как считали ранее.
– Да здесь вы попали в точку. Я хронический бегун с пожизненным стажем. И вы правы, бег вещь непростая, потому требует отдельного рассказа. Можно начать с того, что это самый демократичный вид спорта, так как для занятий и летом и зимой необходимы только хорошие кроссовки, а парк, лес или двор открыты для вас круглый год. В зависимости от интенсивности бега ваше тело получает сопоставимую динамическую нагрузку практически на все его части, но этого не стоит бояться. Если купить пару хороших тренировочных кроссовок на толстой упругой подошве, бегать мягкой крадущейся походкой, постепенно наращивать нагрузку и хорошо питаться, то и сердце, и легкие, и кости, и суставы, абсолютно все, что, как вам кажется, подвергается разрушению, будет, наоборот, активно укрепляться. Дело в том, что в ответ на повышенную нагрузку организм сопротивляется и включает механизм компенсации, или усиленного восстановления. Например, если во время или после бега заболело колено, то это не значит, что организм предупреждает вас: «Не бегай больше, а то нога отвалится». Совсем нет, он говорит обратное: «Подожди немного, сбрось нагрузку, я сейчас все восстановлю, укреплю, и будет лучше, чем прежде». И действительно, через два-три дня уже все проходит, именно так устроен организм. Вспомните каратиста, который постепенно набивает кулак, превращая его в камень.
Да, вот еще один нюанс по поводу колена: дело в том, что этот сустав является малоконгруэнтным, то есть чрезвычайно сложным, а следовательно, нестабильным и подверженным всевозможным перекосам. Из-за неравномерного мышечного напряжения положение костей относительно друг друга может немного изменяться, тогда происходит банальное натирание хряща, как мозоль на пятке. Поэтому если у вас вдруг заболело колено, то разминайте его несколько раз в день руками или какими-нибудь механическими массажерами со всех сторон. Мните все, что попадает под руку: связки, сухожилия, мышцы и даже кости, двигайте чашечку-надколенник в разные стороны, порой этого бывает вполне достаточно, чтобы колено стабилизировалось и боль ушла.
Ну и венец всего это, конечно же, соревнования. На старте – праздник, музыка, много красивых и сильных людей, на дистанции – проверка на прочность, выдержка, дух соперничества, и на финише – фонтан неудержимой радости, мощнейший гормональный взрыв, коктейль счастья, которого хватит на два-три дня, и поэтому хорошее настроение будет отражаться доброй улыбой на вашем лице, прогоняя прочь невзгоды и тревоги нашего смутного времени.
«Десять секунд до старта! – кричит судья. – Тишина! Прекратили движения!» Все замерли. Тридцать человек впереди меня и триста позади, даже ветер, словно повинуясь судейскому приказу, затих, перестал трепать макушку красно-желтого клена, бросил играть с опавшими остроконечными листьями.
Девять секунд. Я посмотрел на свои ноги: да, это прекрасные кроссовки, суперсовременные и высокотехнологичные, весом всего около двухсот грамм, с загнутыми кверху носками, словно сказочные туфли-скороходы. Эта замечательная технология позволяет очень легко толкаться голеностопом.
Восемь секунд. Вчера я потратил почти два часа, чтобы выбрать подходящую замену моим старым кроссовкам, порванным на прошлом старте. Да, в человеческой ноге тридцать костей, и двадцать шесть из них в стопе, поэтому такая сложная, можно сказать уникальная, конструкция требует очень бережного обращения, и экономить на обуви в беге никак нельзя, необходимо брать самое лучшее, остальное не важно.
Семь секунд. Торопливо сую в рот кусок сахара. Да-да! Все то, что я сам категорически исключаю в обычной жизни и учу этому всех вас, я употребляю один раз в неделю в утро перед стартом. Сахар растворяется почти мгновенно и незамедлительно всасывается в кровь. Теперь мятный леденец, чтобы расширить и очистить дыхательные пути для очень глубокого дыхания.
Шесть секунд. За три часа до этого я съел спортивную протеиновую кашу с изюмом, бананом и медом, а за час начал пить компот с изотоником, так как мне просто жизненно необходимо сильно повысить сахар, чтобы во время непомерной нагрузки не упасть в обморок от гипогликемического шока.
Пять секунд. Всю неделю я восстанавливался, копил силы, питал свой организм качественными белками и жирами, а теперь пришло время пустить все это в работу.
Четыре секунды. Вроде бы все на месте: шнурки завязаны на два узла, мои больные колени и спина крест-накрест заклеены кинезиотейпами, многострадальные икры затянуты в компрессионные гетры, я готов.
Три, два, один, выстрел, старт. Поехали!
В ту же секунду все вокруг приходит в движение. Сначала всегда бежим очень плотной массой. Молодые, сильные люди, не в силах сдержать адреналин, несутся со всех ног, порой расталкивая все на своем пути и наступая на пятки впереди бегущим, поэтому здесь важно быть осторожным, чтобы не получить травму или не порвать кроссовок. Я, как обычно, начинаю не спеша, поддерживая темп около четырех минут за километр – во-первых, потому что я уже далеко не молод и в силу этого мой организм весьма инертен, а значит, ему необходимо время, чтобы перейти в режим бега. Я знаю, что через несколько минут сердце начнет стучать быстро, но ровно, выдавая необходимый мне пульс, а легкие привыкнут к избытку кислорода, и дыхание станет объемным и стабильным, вот тогда, в эту минуту, начнется гонка. А во-вторых, я знаю многих, кто бежит рядом со мной или пока ушел вперед, знаю их силу, технику, тактику и стратегию, знаю, на что они способны, кто может терпеть, а кто нет. Впереди пятнадцать километров по пересеченной местности со среднегористым рельефом, поэтому абсолютно ясно, что тот, кто взял с самого начала не свой темп, скоро задохнется и отстанет, поэтому совершенно не стоит тратить драгоценные силы, обгоняя его, он сам сделает за меня всю эту работу.
Вижу справа отсечку «один километр», асфальтированная дорожка закончилась, и начался мелкий щебень, я чувствую, как голова моя проясняется, в ногах появляется легкость и сила, а в движениях резкость и четкость. Вот теперь пора! Пришло время выбираться из этой толпы, которая мешает бежать своим темпом, путается под ногами, стесняет движения, тормозит в самых неподходящих местах. Я начинаю ускорение, обгоняя сразу пять человек, это как раз те самые, кто выскочил вперед у меня из-за спины на старте, теперь я просто возвращаю им долг, ставлю их на свои места, то есть позади меня. Дорожка, петляя, входит в тенистую зону.
Утренний осенний лес встретил чуть заметной прохладой, ворохом сухих желтых листьев и косыми солнечными лучами сквозь раскидистые ветви дремучих серо-зеленых замшелых деревьев. Услышав шум, золотая роща вздрогнула и проснулась от топота без малого тысячи торопливых ног.
Впереди должно быть человек двадцать, но с этими будет гораздо сложнее, это опытные, сильные и далеко не случайные в беге люди. Приближаюсь вплотную и на затяжном спуске отпускаю ноги, позволяя силе тяжести нести меня вниз с большим ускорением, обгоняю еще пять человек. На крутом подъеме двое из них обходят меня снова, но я не сопротивляюсь, а позволяю им вдоволь наработаться в гору и жду, пока они выбьются из сил, тогда мне не составит труда обогнать их на следующем спуске или даже на прямой. В текущие десять минут ровно так и происходит, у них уже нет сил поддерживать мои ускорения, еще некоторое время позади слышно захлебывающееся дыхание, но постепенно оно отдаляется и стихает. Вот уже и восьмой километр. Выбегаю из леса на простор, впереди древние каменные стены монастыря с круглыми угловыми башнями, а за ними видны голубые, с золотыми звездами, купола соборов и высокая-высокая, словно протыкающая небо, колокольня. Боже мой! Чего здесь, наверное, только не было: святость и мерзость, верность и предательство, добро и зло. Однако не думаю, что кто-то когда-нибудь с такой скоростью, как я, бежал в монастырь.
– Господи! Господи! – закричал он. – Это знамение Твое! Я все понял! Я все сделаю! – И вдруг опомнился: – Да что же это я мешкаю?! Бежать надо!
Запыхавшийся и растрепанный, остановился Яков у ворот обители, с глубоким поклоном трижды перекрестился, затем поднял голову и при виде плаката «Секция атлетики» демонстративно сплюнул, но тут же смирился:
– Спаси, Господи! Избави от лукавого! – Еще раз перекрестился и вошел в ворота.
– Да где же ты ходишь?! – сердито прикрикнул отец Онуфрий. – Неужто про крест свой забыл?! – Но, увидев раскрасневшееся, смиренное лицо Якова и услышав его учащенное дыхание, смягчил голос: – Негоже так опаздывать, братья уже полчаса как тренируются, – и добавил, успокаивая больше себя, нежели других: – Ничего, Бог милостив, как-нибудь обойдется. Ладно, беги, переодевайся. – Он перекрестился: – Господи, спаси и сохрани, избави от лукавого.
– Избави от лукавого, – вторил ему Яков.
В соборе уже все построились и ждали только его, чтобы рассчитаться. Под иконостасом сидели трое людей в военной форме. Когда наконец Яков встал в строй, сидящий посередине, с бурым орденом на груди, заговорил:
– Ну, раз все в сборе, пожалуй, начнем. Я председатель специальной комиссии, моя фамилия Камнев.
По знаку отца Онуфрия братья вдохнули – и что есть силы: «Здравия желаем, товарищ Камнев!»
Тот даже смутился от неожиданности, но подавил улыбку и продолжил:
– Справа от меня, – он показал рукой на рыжего, – мой заместитель товарищ Беспятых. – Тот снисходительно кивнул. – А слева – мой советник по вопросам культуры и спорта, а также, – он поднял палец вверх, заостряя внимание, – по вопросам религии – товарищ Лукавый.
Советник хитро улыбнулся в черные усы и, наклонившись к председателю, что-то сказал ему на ухо. Камнев взял список и пробежался по нему глазами.
– Что-то имена у ваших атлетов странные: Амос да Мефодий. Какие-то старорежимные.
– Это очень старые имена, – поспешил успокоить его отец Онуфрий. – Это имена древнегреческих атлетов, отличившихся на олимпийских играх.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?