Читать книгу "Хроники императорского гарема. Интриги. Власть. Уроки жесткой конкуренции"

Часть 5
Цзе. Разрешение

Ни одна из ситуаций не может продолжаться вечно, тем более напряженная обстановка. Как скоро все разрешится, зависит от степени ваших внутренних сомнений и от силы внешних воздействий. Чем больше вы сомневаетесь, тем дольше затягивается неблагоприятная ситуация. Сомнения могут быть результатом хитрости, идущей извне, им можно противопоставить лишь неуклонность и стойкость в проведении задуманного плана. Простая прямота неуместна против хитрости.

Внешние воздействия – результат ваших действий в прошлом, и распространяются они на настоящее. Большая управленческая ошибка – подмена стратегии тактикой. Справляясь с сиюминутными проблемами, затягиваясь в рутину текущих дел, мы помогаем настоящему, а не будущему, реализуя то, что уже было выработано и отлажено. А настоящему помочь невозможно, оно уже здесь, оно происходит. Помочь можно только будущему. Если, осознав это, вы продолжаете упорствовать на своем маршруте в настоящее, то в дальнейшем вас ожидает лишь сожаление.

Сам привлечешь приход разбойников. Стойкость – к сожалению.

Но в настоящем, когда необходима деятельность, направленная на ликвидацию вредных влияний, необходимо разорвать изоляцию. Вы можете ее не видеть, но если у вас есть сомнения, значит, вы в изоляции.

Разреши путы на больших пальцах твоих ног.

Вам нужны ясность и внешний отклик на свои действия. Поступки людей будут вашими ориентирами. Действия других – это то, что открыто и что можно использовать, предпринимая ответные действия. Если вы неправильно прочитали поступки других, вы сделаете неверные шаги. Или сделаете верные, но с какой-то долей вероятности – а для управления гипотетические смыслы неприемлемы. Поэтому разрешение ситуаций должно происходить не в пользу настоящего, а в пользу будущего.

Князю надо стрелять в ястреба на высокой стене. Когда он попадет в него, то не будет ничего неблагоприятного.

Аджао
Воздействовать на прошлое

Умеем ли мы правильно ставить человека перед выбором? Вряд ли. Этому учатся или в жестких гаремных условиях, или это качество является врожденным. Как поставить человека перед выбором так, чтобы он остался доволен и не терял своей работоспособности? И как при этом направить ситуацию в свою пользу? Есть много примеров, как успешных, так и не очень. Вот вам история про Аджао.

Старшая княжна, сестра императора, хотела, чтобы ее дочь Аджао стала женой Че – сына императора, наследника трона. Девочка была на несколько лет старше Че, но во все времена мальчики часто увлекаются девочками постарше. Мать поощряла их совместные игры и наблюдала, как развивается их нежная дружба. Когда момент настал, она появилась во дворце наследника в сопровождении Аджао и своей некрасивой горничной. Княжна посадила наследника себе на колени, погладила по голове и спросила, как бы в шутку, показывая на свою горничную:

– Вы хотите жениться?

Наследник скорчил гримасу и сказал:

– Нет!

Тогда княжна показала на Аджао:

– А на этой прекрасной девушке?

Наследник кивнул и ответил:

– Если она согласится стать моей женой, я построю ей золотой дворец.

Чтобы закрепить свою победу, старшая княжна взяла мальчика за руку и повела к императору. Император выслушал рассказ княжны и попросил мальчика повторить свои слова. Впечатленный ответом мальчика, он сказал, что не имеет никаких возражений против этого брака. Так в 14 лет наследник Че женился на Аджао, а в 16 лет взошел на трон и взял себе имя By Ди[4]4
  – Правил он с 139 по 85 г. до н. э.


[Закрыть].

Аджао стала императрицей и любимой женой. Продолжалась эта идиллия около десяти лет. К несчастью для Аджао, она была бездетна. Многие императрицы были бездетными, но находили способы выйти из положения. Например, можно было привести императору одну из своих служанок, чтобы она зачала от него, а затем устроить совместные роды, симулируя родовые схватки. Когда рождался младенец, ему отрезали пуповину и клали женщине на живот. Матерью при этом считалась та, которой первой положили ребенка, еще не очищенного после родов[5]5
  – Кое-где эта практика жива и по сей день. Считается, что у женщины так быстрее идет сокращение матки после родов и вызывает появление молока, а ребенок вдыхает первые запахи – запахи матери, которые он будет искать и которые будут его успокаивать.


[Закрыть].

Ребенок, рожденный таким способом, признавался сыном императора и его любимой жены. Но Аджао не стала устраивать фиктивные роды. Ее мать пыталась лечить свою дочь от бесплодия, но никакие метолы тех лет не принесли желанного результата.

Увлеченность императора прошла. Аджао больше не волновала его. А заслуг перед императором – то есть детей – у нее не было. Это не осталось незамеченным при дворе.

Теперь каждая из сестер императора старалась подсунуть ему девушку покрасивее. Это благое намерение преследовало две цели – если император увлечется, то будет помнить, что своим удовольствием он обязан сестре. С другой стороны, девушка, которую выбрал император, тоже будет благодарна за услугу.

Однажды император By Ди посетил свою старшую сестру, которая дала банкет в его честь. Как умная женщина, она сначала представила ему лучших, но не самых красивых танцовщиц. И он, конечно, не проявил к ним должного интереса. Когда император уже приобрел должное настроение после изысканной еды и красивых женщин, она подозвала дежурного евнуха. Через некоторое время в зал вошла молодая девушка ошеломляющей красоты и стала петь сладким, мелодичным голосом. Император пришел в восторг. Старшая сестра сразу же подарила ему эту девушку, которую звали Вэй Жифу. Она заменила впоследствии Аджао и стала императрицей, потому что знала, как удерживать внимание мужчины, родила ему четырех детей и при этом имела хорошие отношения с сестрами императора.

Представьте себе, какой удар почувствовала Аджао. Как женщина императорских кровей, она по праву в течение десяти лет занимала исключительное положение и получала покровительство императора, а значит, подарки и внимание всего двора. А теперь простая певичка отняла у нее все. Император все больше времени проводил в покоях Вэй Жифу.

Уязвленная Аджао с тоски принялась за колдовство. По совету знакомого колдуна-некроман-та она сделала деревянную куклу, назвала ее Вэй Жифу и захоронила с проклятием. Конечно, обо всем тут же донесли императору, который пришел в ярость. Ведь колдовство было строго запрещено во дворце, и значит, императрица сознательно совершила преступление. Она потеряла право называться императрицей и была выслана в отдаленный дворец в Чан-мень, откуда делала слабые попытки вернуть себе внимание императора.

Аджао знала, что император был под влиянием талантливого ученого Сыма Сянгу, которого даже сделал министром. Учеными в те времена назывались люди, знавшие древние хроники, умевшие слагать стихи, красиво изъясняться и давать советы. Аджао вспомнила несколько случаев, когда император высоко отзывался об изящной прозе Сымы Сянгу. Женщина подумала, что если она будет иметь поддержку такого человека, то император вернет ей свою благосклонность. Посылая красивые подарки, Аджао пригласила Сыму Сянгу в свой дворец, где она описала свои неудачи и раскрыла перед ним свою тоску по императору.

Тронутый ее печалью, он написал эссе «Женщина в Чанмени», в котором рассказывалось про одинокую женщину, которая в течение долгих одиноких ночей остается одна со своей печалью. Глядит на луну глазами, полными слез, и слушает печальную музыку, которая лишь добавляет ей меланхолии и разочарования. Но в сердце ее еще мерцает надежда, что ее любимый вернется. Император прочитал произведение, но впечатлился не судьбой оставленной женщины, а изяществом прозы. У него не возникло ни малейшего желания вернуть Аджао.

Дагу. То, что лежит на весах

Как управленец оценивает ситуацию внутри компании? По отчетам и действиям, которые предпринимаются персоналом, в том числе по отношению к нему самому Если эти действия причиняют все больше беспокойства, вы осознаете, что где-то упустили ситуацию из-под контроля и на вверенной вам территории выросла и окрепла оппозиция. Теперь придется действовать весьма осторожно, если вы не хотите потерять себя для будущего…

В четырнадцать лет Дагу вышла замуж за Ян Жиана, который впоследствии стал императором Уади, основателем династии Суй (581–604). Рожденная в семействе военного генерала, Дагу не показывала никакого интереса к рукоделию, как положено воспитанной девушке, зато жадно читала исторические и военные хроники. Она была способной и практичной девушкой, поэтому все не только любили ее, но и побаивались, даже при дворе.

В те времена границы были открыты, и тюрки с Севера торговали с людьми Суй. И вот как-то раз иноземный купец продавал сундук жемчуга за восемь миллионов монет, а один чиновник предложил императору купить этот великолепный жемчуг для императрицы. Узнав об этом, императрица отказалась от подарка под предлогом, что лучше потратить имеющиеся деньги на нужды страны и двора. Этот небывалый для женщины поступок вызвал одобрение придворных.

Каждое утро Дату сопровождала императора к залу для приемов. Она приказала нескольким придворным наблюдать за работой императора и доносить ей, если он совершал ошибки. Она встречала своего мужа у выхода из залы, и пока они шли в спальню, успевала расспросить его относительно государственных дел и принятых решений.

Осиротев в раннем возрасте, Дагу настаивала на почтительном отношении к родителям для всех девушек:

– Вам недостает женственности и почтительности к родителям. Холодное отношение к родне нежелательно. Вы должны над этим работать!

Дагу славилась своей гуманностью по отношению к родственникам. Когда ее брата обвинили в использовании колдовства против нее и приговорили к смерти, она три дня подряд умоляла императора пощадить его:

– Если бы он был виновен в притеснении людей, я бы не стала просить за него. Но так как он по глупости лишь намеревался навредить мне, я молю вас простить его.

Наконец, император согласился, и брата Дагу освободили.

Однако когда кузен Дагу совершил серьезный служебный проступок, а император хотел помиловать его, Дагу возразила:

– Он совершил преступление против государства, и мы не можем жертвовать государственными интересами из личных симпатий.

Кузена казнили.

Несмотря на свои достоинства, Дату была ревнива. Сторонница единобрачия, она нечасто позволяла императору проводить ночи с другими женами, которые в тот момент могли лишь оплакивать свою несчастную судьбу. Годы шли, и императрица теряла свою красоту. Несмотря на сопротивление Дагу император все чаще проводил время с более молодыми и красивыми женщинами гарема. Красавица Веичи привлекла его внимание, и втайне от императрицы он часто искал встречи с молодой наложницей. Дагу узнала об этом и решила отомстить. Когда император был занят в зале приемов, она послала слугу убить Веичи. Когда император закончил аудиенцию, ему поднесли коробку. Открыв ее, он увидел отрезанную голову своей любовницы Веичи, с которой еще капала кровь.

В молчаливой ярости император выбежал из залы и, вскочив на лошадь, умчался прочь из дворца. Несколько придворных бросились за ним, чтобы вернуть его. Когда они наконец настигли его у подножия горы, он в ярости сказал им:

– Я император, но у меня нет свободы!

Придворные умоляли его:

– Как вы можете оставить страну из-за простой женщины? Вернитесь!

Императору понадобилось еще некоторое время, чтобы прийти в себя. Уже поздно ночью он возвратился во дворец.

Дагу, которая с тревогой ждала своего мужа, поспешила упасть на колени при его появлении, чтобы просить прощения. Застолье, вино и умиротворяющие речи придворных постепенно примирили его с императрицей. После этого случая Дагу старалась не давать волю своей ревности. Ее смерть в возрасте пятидесяти лет наконец сделала императора свободным в проявлении собственных чувств. Он пустился во все тяжкие, что сильно повредило и ему самому, и государству. Раскаялся в своих плотских грехах он только на смертном ложе, повторяя в бреду:

– Я больше не пойду к ней, если так хочет императрица!

Вскоре после этого он умер.

Императрица и ее родственники

Во все времена существовал семейный бизнес, когда родственники создавали правящее ядро, будь то государство или компания. Родственники в каждой семье делятся на несколько типов: богатые и бедные, близкие и дальние. Если вы носите с кем-то общую фамилию или у вас есть общий предок, то ваши имена обязательно будут связаны в сознании многих людей. В Китае это выражено особенно ярко. Там человек опутан родственными связями как паутиной. И если какой-нибудь двоюродный дядя по материнской линии совершил недостойный поступок, то на пятой внучке троюродной бабушки это обязательно отразится. Люди будут шептаться:

– Это та самая… Вы же знаете: ее родственник совершил неблаговидный поступок, так что ей теперь не на что рассчитывать. Никто из приличных молодых людей из хороших семей не захочет взять ее в жены…

Дурным тоном в Поднебесной считалось пренебрежение своими родственниками. Если кто-то продвигался по карьерной лестнице или получал награду, то все члены семьи вправе были рассчитывать на свою долю дивидендов. Поэтому признание и награды не только играли роль персональной мотивации, но и способствовали усилению клана на многие поколения вперед. Иногда родственный прессинг становился настолько сильным, что от него пытались освободиться, насколько это возможно. Интересы управления и системы семейно-клановой бюрократии противоречат в кризисные периоды, в остальное время их взаимопроникновение может достигать небывалых размеров. Формализм и максимализм здесь не самые лучшие лекарства. Поэтому тонкое понимание, как и когда с этим явлением следует бороться, является весьма ценным средством в арсенале руководителя.

Современники утверждали, что жена императора Мингди (57–75 гг. н. э.) была одной из самых добродетельных, талантливых и прилежных женщин, вышедших из императорского гарема и занявших столь высокое социальное положение. (Попробовали бы они сказать про императрицу что-нибудь другое!)

Отец девушки – фронтовой генерал – умер от жестокой болезни во время очередного похода. После его смерти недоброжелатели обвинили его в использовании служебного положения в целях личной наживы. Это заставило императора принять меры, лишив семейство опального генерала всех титулов и привилегий – дабы другим военным неповадно было. Хотя впоследствии родственникам удалось восстановить доброе имя главы семейства, позиции клана при дворе были потеряны.

Племянник генерала Ян решил восстановить положение дел и рекомендовал вдове своего дяди отдать трех дочерей в императорский гарем:

– Я слышал, дорогая тетушка, что главный евнух до сих пор не может найти еще несколько девушек для гарема наследника и для других детей императора. Вашим дочерям от тринадцати до пятнадцати лет – самый подходящий для гарема возраст. Кроме того, они скромны и обладают хорошими манерами. Дядя чувствовал бы себя спокойно в могиле, если бы хоть одна из них была выбрана.

Выслушав столь убедительные доводы, тетушка согласилась:

– Можете пригласить евнуха осмотреть их!

Главный евнух посетил семейство и выбрал самую младшую из трех девочек. Ее отправили во Внутренний дворец и стали готовить в жены наследнику. В свои тринадцать лет девочка уже выполняла взрослые обязанности. Скромностью и терпением она завоевала сердце императрицы-матери, и та составила девушке протекцию перед сыном.

Через несколько лет девушка расцвела неповторимой женственной красотой. Стройная как тростник, с кожей, казавшейся прозрачной, большими яркими глазами, столь же чистыми, как кристальный водоем, она стала любимой женой наследного князя. Несмотря на ее особое положение среди жен наследника, она старалась не вызывать в остальных ревности или обиды. Она старалась всегда держаться с надлежащей любезностью.

Когда Мингди взошел на престол, его жена получила титул Достойная, а через три года получила титул императрицы. Она не имела собственных детей, поэтому, чтобы удержаться на троне как можно дольше (а вы помните, что бездетных императриц разжаловали и ссылали в Восточный дворец), она объявила:

– Если у женщины нет собственного ребенка, то почему бы ей не способствовать продвижению чьего-нибудь способного отпрыска, как своего собственного?

К тому моменту ситуация во дворце была напряженная. Две жены предыдущего императора были бездетны и с завистью смотрели на любую женщину из гарема, которая была беременна или родила ребенка. Они заставляли ее делать аборт или убивали новорожденного.

Поэтому новая инициатива императрицы всколыхнула немало надежд во дворце. В отличие от своих предшественниц, императрица возлагала большие надежды на детей из гарема своего мужа. Со временем она выбрала способного и крепкого мальчика Лю в качестве наследника престола.

Императрица вкладывала немало средств в свое обучение, которое по классическим китайским канонам подразумевало знакомство с «Книгой Перемен» и «Летописями Весен и Осени». Несколько раз император просил ее прокомментировать доклады министров, и, к его восхищению, она быстро находила решение проблем.

Однако двор жил не только управленческим трудом. Император любил банкеты и роскошные поездки с женами и наложницами. Перемещения двора стоили недешево, и это беспокоило императрицу, которая еще в детстве познала цену бедности и угрозу расточительности. Императрица старалась каждый раз отговорить супруга от очередного путешествия, поскольку оно отвлекало императора от важных государственных дел. Другие жены, напротив, считали эти поездки средством вырваться из своей рутинной жизни и насладиться видами. В один солнечный день начали съезжаться супруги императора, но императрицы среди них не было. Когда императору предложили послать за ней, он лишь махнул рукой:

– Оставьте ее в покое. У нее нет никакого вкуса к жизни, и она не умеет радоваться простым удовольствиям!

Вскоре ее совсем перестали приглашать на подобные мероприятия.

После пятидесяти лет мира благосостояние народа Поднебесной росло. Этому способствовал и небывалый урожай риса в 75 году. Но в том же году умер император, и императрица возвела на трон наследника Лю, который получил храмовое имя Янгди. Сама императрица стала вдовствующей.

Во время правления ее мужа она неоднократно отклоняла притязания своих родственников на должности и награды. А когда император приказал сделать портреты лучших генералов, то ее отец не был включен в почетный список из-за возражения самой императрицы. По ее мнению, хотя отец и был напрасно осужден, в последствии он был полностью «очищен», так что не было необходимости присуждать ему еще какие-либо почести. Ее братья также не получили продвижения при дворе во время правления императора Мингди.

Император сам часто продвигал родственников на высокие посты в надежде, что они будут лояльными и послушными, пусть даже и не очень умными придворными. Доходило до того, что некоторые министры подавали доклады императору, отговаривая от раздачи постов родственникам своих жен.

Не тронутый подобными просьбами, император решил раздать новые звания своим дядям:

– Мои дяди или в годах, или мучаются болезнями. Если с ними что-нибудь случится прежде, чем они получат звания, которых заслуживают, я буду сожалеть об этом! Поэтому нельзя медлить с этим вопросом.

Но императрица опять отчаянно протестовала, и этот вопрос был отложен.

На следующий год империю настигла сильная засуха. Некоторые придворные попытались свалить всю ответственность за это бедствие на императора, точнее, на его отказ раздавать должности и звания родственникам. Император уже готов был попасть под их влияние, но императрица подала запрос в Палату Дознаний на этих придворных, обвиняя их в корыстных действиях. Она процитировала несколько исторических хроник, когда государство ослабляла раздача постов родственникам:

– Воздайте должное достоинствам предков, но избегайте повторять трагедии истории. Ваши дяди не сделали ничего выдающегося для империи, поэтому они не заслуживают высоких постов. Сейчас в империи одно бедствие следует за другим, и цены на зерно резко поднялись. Почему бы не сосредоточить ваше внимание на этой проблеме?

Чтобы отгородиться от родственных притязаний, императрица выпустила ряд указов по поводу родственников. Им теперь официально запрещалось иметь высокие посты, если нет никаких особых заслуг перед империей. Придворным следовало незамедлительно сообщать суду обо всех преступлениях родственников. Все члены императорской семьи должны были получать награды или наказания в строгом соответствии с их достоинствами или преступлениями.

Однако новый император не прислушивался к советам вдовствующей императрицы. Хорошие урожаи и отсутствие конфликтов на границе ослабили бдительность двора.

Императрице приходилось только сожалеть:

– Всю свою жизнь я старалась завоевать себе доброе имя. Я живу простой жизнью, достойной великих правителей. Ради интересов государства я не раздавала должности своим родственникам. Но все напрасно!

Вот так система в отсутствии жесткого вызова расправилась с нововведениями и восстановила родственные обязанности.