Читать книгу "Неприкаянные души"

Полина угрюмо промолчала.

– Теперь у нас пусто, – изрек расстроенно Митька. – А что до «Дубравы»… Одна версия остается. Самая ужасная.

Все уставились на него.

– Вика хотела в «Дубраву», – убито сказал парень. – И не попала туда… А если она хочет этого до сих пор?

На какое-то время в комнате повисло тягостное молчание.

– Стоп! – первой не выдержала Ксюша. – Все просто не может быть так плохо. Просто мы не рассмотрели все факты. Мы не докопались до всех мелочей. Я завтра беру на работе отгул и буду копать. Пока я не найду.

– И что искать? – нехотя переспросила Полина.

– Ну… – Ксюша на минуту задумалась. – Например, у матери невесты случился удар. Возможно, она даже не смогла быть на похоронах. И это версия. Или… На месте смерти Вика могла еще что-то оставить. Перчатку, венок, фату. Да все, что угодно!

– Согласен, – поддержал ее Стас. – Я тоже возьму отгул. Сутки мозгового штурма – и все будет нормально. Ребята, мы на кладбище не были. Может, там с ее могилой что-то не то? И на месте смерти надо еще раз все хорошо осмотреть. Вдруг и правда что-то найдем.

– Работаем! – подхватил Митька. – Но… Не дай бог, конечно… Но ее вытаскивали из покореженного авто, может… не всю. Короче, я сейчас быстро сваяю эфир и уже начну копать. Я ведь еще анализ не закончил.

– Какой? – Ксюша через силу заставила себя улыбнуться.

– Данные по тем, кто видел призрака. Что-то же должно их все-таки объединять!

– И это тоже версия, – обнадеживающе предположил Стас. – Может, она ищет историю, похожую на ее собственную. Хотя это точно нет…

– Точно! – Митька очень старался гореть энтузиазмом. – Не на ее собственную, а просто про настоящую любовь! Помните версию Олега? Ей нужны влюбленные! Чтобы это были люди с их сказкой. Пусть и не такой, как ее собственная.

Ксюша невольно покосилась на Стаса. Тогда призрак возник прямо перед ним. И если эта версия верна… В кого же влюблен их друг?

– Отличная идея, – Ксюша еще раз всем неискренне лучезарно улыбнулась, потому что настроение на самом деле у нее было просто ужасное. – Только давайте сейчас все отдохнем, мозги прочистим, выспимся, а уж потом в бой.

Митька закивал и тут же собрался наверх, заканчивать сценарий эфира. Стас пошел следом. У Ксюши не было никакого желания оставаться с Полиной. Зато была отвратительная мысль открыть бутылку пива, послушать музыку и пожалеть себя. Она направилась на кухню.

Пиво в их доме было. Его хранили в маленьком холодильнике, отдельно от других продуктов. И открывался этот холодильник не так часто. Сейчас Ксюша стояла перед ним, размышляя, чем закусывать напиток.

– Отлично! – раздался сзади склочный голос Полины. – Ты еще и напиться решила?

– Ну вообще это мое дело, – холодно отозвалась Ксюша, закрыв дверцу и обернувшись к злобно настроенной подруге. – Что тебе еще от меня надо?

– Понять, почему ты провалила дело! – выпалила Полина.

– Что? – такого поворота Ксюша не ожидала.

– Ты просто не выяснила все у этой Светы, – обвиняюще продолжала напарница по команде. – Нельзя так сразу верить на слово. Надо было дожать ее. А теперь ты нам всем командуешь копать глубже.

– Вот как? – Ксюша холодно улыбнулась. – Значит, я тут командую, сама плохо веду дела, напрягаю всех на явно бесполезный труд? Интересно! Пусть так. Докажи мне, какая ты правильная и въедливая. Езжай сама к Свете, выставляй себя дурой. Ну, а потом съезжу я, извинюсь за тебя. И продолжу нормально общаться. А заодно и выясню недостающую деталь у той, что искренне любила свою подругу.

– Ну-ну! Конечно! Пока на дуру похожа ты. Как и на тихую пьянчужку.

Полина отвернулась от Ксюши, достала из большого холодильника сок. Налила треть стакана и выпила залпом. А потом спокойно оставила стакан в раковине и направилась к выходу.

– А ну, стой! – не выдержала Ксюша. – Ты! Деловитая наша! Я нанималась за тобой постоянно посуду мыть? Или пока ты дела раскрываешь, ведя допросы третьей степени, я тут буду за тебя домработницей подрабатывать?

– Хоть на что-то сгодишься, – бросила Полина, даже не обернувшись, и вышла из кухни.

Ксюша закрыла лицо руками, стараясь не расплакаться.

– Ксюшенька, – Митька осторожно просочился в кухню. – Только не плачь. Ты такая хорошая! Она это все зря…

Парень неловко погладил ее по голове. В этот момент он выглядел самым настоящим ребенком. Милым, ласковым и немного неуклюжим.

– Не буду, – часто моргая глазами, чтобы прогнать слезы, пообещала Ксюша.

– Не надо, правда! – Митька не знал, как ее успокоить, но старался как мог.

Ксюша через силу улыбнулась.

– Ты тоже очень хороший, – сказала она.

– Полина… Она, – парень пожал плечами, явно нервничая. – Мы же о ней не знаем ничего. Может… Может, ее в прошлом обидел кто?..

Ксюша даже забыла о своих невзгодах. О таком она никогда и не думала. А ведь правда никто из них ничего о Полине не знал! Да, они жили вместе. Все вчетвером. И при этом так мало знали друг о друге…

– Ой! – Теперь Ксюша улыбалась уже более искренне. – Спасибо тебе, Мить. Наверное, ты прав.

– Не знаю, – он смутился. – Ты только стакан ее не трогай. Я пришел пару бутербродов взять. Потом свою тарелку мыть буду и стакан тоже помою…

Ксюша кивнула и побрела в гостиную. С пивом не получилось. Оставалась музыка, теплый плед и… возможно, немного поплакать. Ей было очень грустно.

– Эй, сестренка! – Стас стоял посредине гостиной. – Как насчет пива?

Она невольно рассмеялась.

– Даже не знаю теперь, – честно призналась она. – Уже раз пробовала. Как-то ужасно получилось.

– Сиди тут, сейчас принесу, – распорядился Стас.

Ксюша выбрала самое большое и роскошное кресло, с высокой спинкой, глубокое, с мягкими подлокотниками. В него можно было залезть с ногами. Укутаться пледом. Тепло и уютно. И музыка… Она поставила ноутбук на столик, включила любимую подборку фолка. По комнате разнеслись первые аккорды знаменитой ирландской баллады «Зеленые рукава».

– Шикарный выбор, – одобрил Стас. Он нес с собой две бутылки пива, тарелку с сырной нарезкой и пару пакетиков чипсов. – А вот и пиво. Ты как?

– Ты все слышал? – спросила Ксюша. Она старалась забыть этот мерзкий разговор, и ей становилось очень плохо от мысли, что кто-то еще стал свидетелем ее скандала с Полиной. Митька – он простой и тихий. Как ребенок. А вот Стас…

– Не слышал и слышать не хочу, – успокоил он. – И ты забудь.

– Хотелось бы, – Ксюша в который раз заставила себя улыбнуться. – Только в голове все время вопрос такой стучит: за что?

– Иногда близкие обижают за просто так, сестренка, – философски изрек Стас и протянул ей открытую бутылку. А потом аккуратно стукнул по ней своим пивом.

– Полинку бесит, когда ты так же ее называешь, – высказала свое наблюдение Ксюша.

– Ее многое бесит, – снисходительно заметил Стас. – Просто… Понимаешь, мы живем вчетвером в одном доме уже больше двух лет. Ты хоть раз видела за это время, чтобы Полина с кем-то встречалась? Хоть какой-то намек на личную жизнь? Или хотя бы звонок родным? Друзьям?

– Нет, – Ксюша почувствовала себя лучше. От беседы, от некоторой интриги, которую развязывал Стас. – Она сегодня сказала, когда мы домой шли, что ей и нас за глаза хватает.

– Вот! – Друг отсалютовал ей своей бутылкой пива. – В этом и суть! Полина больше всего не хочет привязанностей. Как она сама говорит. Но! Она все больше привязывается к нам. И это ее пугает. Читай, бесит.

– Мне только непонятно, что плохого в привязанностях? – грустно сказала Ксюша. – Хотя… В этом боль сегодняшнего дня. Полина со своей истерикой была последней каплей.

– Привязанность – это чувства, а они иногда ранят, – пояснил Стас. – Но чаще греют и радуют. Да, сестренка?

Ксюша улыбнулась.

– И все же, – спросила она. – Почему ты нас с Полинкой называешь – сестренки? А Митьку – братишкой?

– Все очень просто, – Стас явно был рад сменить тему, он расслабился, откинулся в кресле и сейчас говорил с некоторой шутливой самоиронией. – Во-первых, я из вас самый старший. Так что несу за вас ответственность. Во-вторых, мы живем в одном доме. Вчетвером. Мы не родственники и не состоим в иных близких отношениях. И при этом живем относительно мирно. Должен же я как-то беречь свою репутацию? Вот! Живу с братишкой и сестренками.

Он усмехнулся.

– Ладно, – рассмеялась Ксюша, но потом нахмурилась. – Знаешь, это последствия всех серьезных новостей сегодняшнего дня. Наверное, мне просто грустно от несовершенства мира. Помнишь наше первое дело?

– Ты тогда плакала. – Стас отставил пиво и тоже стал серьезным. – Из-за того старика.

– Да, – она кивнула. – Хотя я хотела бы, чтобы вы все об этом забыли. Просто… – Она замялась. – Заброшенный дом. Призрак старика. Человек прожил там один много лет. А его семья… В нашем случае они не смогли к нему вернуться. И это уже было больно и страшно. А ведь есть и те, кто может просто так бросить старика умирать одного.

– Это не люди, это твари, – Стас произнес это так… правильно и прочувствованно. – Но почему ты вспомнила это сейчас?

– Новое дело, новые переживания, – Ксюша всплеснула руками. – Погибло четверо молодых людей. И… С одной стороны, верные друзья, которые скорбят об ушедших все эти годы. А с другой – семьи жениха и невесты. У нее от горя умерла мать, одна, потому что муж ее бросил, не поддержал после трагедии. И этот вот отец… Ушел в другую семью. Молодую и новую. Хоть к дочери на могилу ездит иногда, и то ладно. А родители жениха… Отец на Гоа, мать у любовника и торгует своими драгоценностями. От этого с души воротит!

– Ксюша, детка, – Стас старался улыбнуться. – Грязи хватает везде. Но люди чувствуют по-разному. А еще они бывают сильные или слабые. Конечно, слабых больше. Но есть еще мы. Мы понимаем, чувствуем и помогаем. Помнишь, с чего мы начинали? С понимания, что за каждой байкой о призраке стоит чья-то история. Мы рассказываем эту историю, заставляем чувствовать.

– И других, и себя, – Ксюша поморщилась. – Но от того грустно.

– Зато ты живая и настоящая, если грустишь о чужих судьбах, – Стас опять потянулся за своим пивом и отсалютовал подруге бутылкой. – А это дорогого стоит. Как там обычно говорят: а кто обещал, что будет легко?

– О да! – Ксюше почему-то стало легче. – Спасибо тебе. Где сыр? Теперь я еще и есть хочу.

– Вот ты и выздоровела. – Стас поднялся с кресла. – Теперь мой долг выполнен сполна. Вкусного ужина и спокойной ночи, сестренка.

8

Ночь могла бы быть спокойной, если бы у Ксюши не было совести. Полинины слова еще жгли, и теперь казалось, что в них есть доля истины. А вдруг она на самом деле что-то пропустила? Да и вообще понятно же, что друзья сейчас, ночью, потихоньку уже начали искать новые факты, создавать новые версии. А она спать ляжет? Конечно, Ксюша тоже решила еще раз посмотреть все материалы. Просмотр «одним глазком» растянулся на пару часов.

Факты укладывались в голове, но новых идей не рождалось. В результате она просто открыла папку с фотографиями с трагической свадьбы и стала их просматривать.

А потом зазвонил телефон. Ксюша потянулась за аппаратом, рассеянно отметила, что время перевалило за полночь, но при этом все-таки ответила на звонок.

– Доброй ночи, – вежливо произнесла она.

– Ага! Значит, не спишь, охотница на призраков, – с добродушной иронией прогудел мужской голос.

– Не сплю, – осторожно отозвалась Ксюша. – А это хорошо или плохо?

Вопрос был глупым, но она просто тянула время, стараясь понять, кто ее собеседник.

– Ага! – искренне обрадовался незнакомец. – Не узнала, не состоявшаяся ученица! Это Быстров.

– Тогда еще раз доброй ночи, – уже более доброжелательно и искренне отозвалась Ксюша.

– Я тут полуночничаю, просматриваю старые записи, – теперь голос журналиста звучал деловито. – И по твоему делу тоже. Так вот, сыщица, не сходится что-то у тебя.

– Так и есть, – призналась Ксюша.

– Чушь какая-то получается! – расстроенно продолжил Быстров. – У тебя призрак невесты. Я, конечно, не силен в таких делах. Но, слушай, эта девушка, которая как раз невеста, погибла сразу. Еще при ударе об столб.

– Что?! – забыв, что на дворе ночь, воскликнула «охотница» в трубку. – А там… А кого же пытались спасти?

– Свидетельницу, естественно, – снисходительно хмыкнул журналист.

– Спасибо! Спасибо! – безумно обрадовалась Ксюша. – И это… спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – Быстров рассмеялся и повесил трубку.

Ксюша выскочила в холл второго этажа. Она почему-то наивно надеялась, что своими криками разбудила весь дом. Однако повсюду было тихо. Тогда она кинулась к тому, кто ей был сейчас особенно нужен.

– Стас! – Ксюша распахнула дверь его спальни, снесла что-то на своем пути, кажется, табуретку.

– Что? – Парень вскочил с кровати и вцепился в Ксюшу. – Что произошло? Ты поранилась? Где?

Он стал судорожно ощупывать ее руки.

– Отстань! – Ксюша слабо отбивалась, но при этом старалась заставить Стаса ее выслушать. – Со мной все хорошо. Просто посмотри сюда!

– Куда? – Он ничего не понимал. Стас явно спал до ее прихода. А теперь был уверен, что в доме беда. – Кто пострадал? Полина? Митька?

– Никто! – Ксюша уперлась ему в плечи. – Стоп!

– Стою, – наконец-то он окончательно проснулся. – Из-за чего шум и сколько времени?

– Извини, – Ксюша тоже только сейчас сообразила, что на дворе глубокая ночь. – Мне срочно нужно знать, на кого похожа эта девушка!

И она включила смартфон, показала другу фотографию.

– Ксюша… – Стас нахмурился. – Я могу тебе ответить, но это прозвучит странно…

– Я так и знала! Есть!

– Что стряслось? – В комнату влетел Митька. – Горим? Или плохо кому?

– Все просто отлично! – ликовала Ксюша. – Все сошлось! Ребята! Это не невеста! Наш призрак – это не невеста Вика!

– Что? – Митька соображал быстрее Стаса. – Но как?

– Подожди! – Стас выхватил у подруги смартфон. – Но как такое может быть?

– Чего вы так орете? – В комнату вплыла Полина. – Пьянка сменилась пижамной вечеринкой?

– Полина, – от холодного тона Стаса Митька и Ксюша вздрогнули. – Ты сегодня уже довела Ксюшу до слез. Если ты сейчас доведешь меня, то плакать будешь сама.

Полина побледнела, но больше ничего не говорила.

– Пойдем все в гостиную, – предложил Митька. – Все равно уже никто не спит.

Они спустились и расселись по местам.

– Так почему это не невеста? – Было понятно, что Митьке не терпится узнать разгадку такой интриги.

– Сейчас все объясню, – пообещала Ксюша. – В принципе получилось так, что я подтвердила сразу две невероятные вещи. Я говорила вам, что в тот вечер на месте аварии оказался один журналист. Вот он позвонил мне буквально несколько минут назад. В аварии пострадало четверо. Двое погибли сразу, двое потом.

– Мы уже не раз об этом говорили, – нетерпеливо напомнила Полина. – Одна девушка сразу насмерть, другая умерла, как только ее вытащили из автомобиля. Так что изменилось?

– Невеста погибла сразу, – ответила Ксюша. – Понимаете? А свидетельница чуть позже. Именно ее смерть зафиксировали на том самом месте, где появляется призрак!

– Ага! – Митька аж подпрыгнул на своем кресле. – Это многое объясняет! Смотрите, я все о своем анализе. Где училась свидетельница?

– На социологическом факультете, – напомнила Полина.

– Вот! – обрадовался их компьютерный гений. – И один из тех, кто видел призрак, это профессор с того же факультета.

– И та женщина! – подхватила Ксюша. – Одна из невест, кто приносил цветы, она тоже видела призрак, и тоже преподаватель с того же факультета.

– А еще была молодая пара, – вспомнил Митька. – Они работали в том же кафе, где подрабатывала свидетельница. Я у девушки на странице в соцсети видел фото, где она в униформе этого заведения.

– А еще я тоже ее знал, – вдруг произнес Стас, все еще рассматривая фото погибшей девушки на смартфоне Ксюши. – Я с самого начала немного удивлялся. Тогда, когда увидел призрак. Было смутное ощущение, что она мне знакома. Но я все списал на старую теорию, что люди всегда ищут у привидений знакомые и понятные черты. Но… Ксюша права, в момент контакта я реально представлял себе именно это лицо.

– Помнишь, – возбужденно встрял Митька. – Ты тогда еще смотрел фото невесты. Еще расстроился, что не нашел ничего общего. А оказывается… Надо лучше изучить контакты с призраками!

– Не самая безопасная тема, – напомнила Полина. – Но ты, Стас, сказал, что знал ее…

– Я на самом деле был с ней знаком. Ее звали Надежда. Она училась на нашем потоке. Я – на управленца, она, да, – на социолога. Даже аудитории часто рядом были. Надя была яркой, очень целеустремленной. Погодите… Митя, проверь все до точки, но мне кажется, ее призрак появляется перед теми, кто ее знал! И тогда…

– И тогда она ничего не теряла, – продолжила его мысль Ксюша. – Она просто хочет, чтобы ее узнали. Она хочет вернуть себя! Свое имя, память о себе!

– А как много мы о ней знаем? – задумчиво спросила Полина.

Ответ на вопрос занял несколько часов. Собирать информацию они начали сразу, проработали почти всю ночь и после нескольких часов сна продолжили собирать историю девушки по крупицам. Крупиц оказалось очень мало.

Как и сказал Стас, Надя была яркая и целеустремленная. Как не менее верно он заметил, погибшая девушка была чуть более веселой и общительной копией Полины. При широком круге общения у Надежды почти не было друзей. Она приехала учиться в их город из Санкт-Петербурга, потому что там, как уже рассказывал Сергей, не набрала нужный балл. Здесь она сначала жила в общежитии, потом сняла маленькую квартирку. Работала официанткой в кафе, параллельно, как и Полина, писала работы на заказ.

За годы учебы близко она общалась лишь с Александром. Парнем, который стал свидетелем на той самой свадьбе. Общалась она и с его друзьями. А вот близкой подруги так и не завела. Надежда могла бы назвать подругой аспирантку с кафедры статистического анализа. Они общались часто. Большей частью по работе, но иногда и делились «между нами, девочками». Но и Софья практически ничего не знала о Надежде.

Факты подтвердил и Митькин список тех, кто видел призрака. Все они в той или иной мере были знакомы с Надеждой. Но это были не те знакомства, которые могли помочь хоть что-то узнать о погибшей девушке.

И все же следующим вечером, ближе ко времени злополучной трагедии, вся команда была на месте катастрофы. День выдался серым и пасмурным. Полумрак на месте аварии был густым и очень неуютным.

Стас нервничал, перекладывал букет тюльпанов с одной руки в другую, вытирал вспотевшие ладони о джинсы. Наконец, собравшись, он шагнул на тот самый пятачок, куда более четырех лет назад смогли вытащить тело свидетельницы с той трагической свадьбы. Митька тоже подобрался ближе, уложил на землю свежий венок с именем покойницы.

Как и в прошлый раз, сначала пришел холод. Он ознобом пробежал по плечам и рукам. На миг стало трудно дышать. Потом пришло ощущение утраты. Оно, как музыкальная нота, прозвучало и тянулось и тянулось, набирая силу. А потом навалилась тоска. Маятная, рвущаяся, до боли и слез. И наконец в сумраке начала материализовываться фигура. Теперь это уже не было неожиданностью, как в первый раз. И шло не так быстро. Будто облако тумана зависло над местом смерти девушки. Потом этот сгусток белого ничто стал обретать очертания. Голова, чуть склоненная набок, тело, одетое… наверное, это было платье. Оно скрывало фигуру, видно было лишь то, что образ чуть сужен на талии. Рук отличить не удавалось. Как и лица. Хотя, возможно, Стас опять мог его увидеть. Призрак завис буквально в шаге перед ним.

Ксюша отметила, как побледнел друг. Ей самой хотелось плакать от навалившейся тоски или метаться из стороны в сторону в отчаянной попытке найти что-то. И вот последний аккорд, ощущение мольбы, дикой, отчаянной, в ответ на которую хочется отдать все, что есть, все, в чем так нуждается этот призрак. Только бы понять, чего она так хочет.

– Надежда, – хриплым от переживаний голосом, позвал Стас. – Надежда Анатольевна Савина. Надя. Я знаю и помню тебя. Мы все помним…

На миг пришло ликование. Волна облегчения, радости, какой-то надежды. А потом… Казалось, фигура заколыхалась, будто девушка пыталась обернуться на месте. Кого-то увидеть, найти. И тоска нахлынула вновь, еще сильнее, ярче, острее. Так, что захотелось кричать, выть, будто от боли, от дикой потери.

Стас не выдержал, отступил назад, разорвал контакт. Его качало, он держался за голову, нажимая пальцами на левый висок, будто его ударили. Фигура призрака в этот раз таяла медленно. И казалось, что она продолжала кричать, о чем-то умоляя с необыкновенной силой.

Митька подхватил друга за локоть, стал оттаскивать в сторону, будто выводя из-под удара. Стас двигался с трудом, будто ничего не замечая вокруг. Ксюша подскочила с другой стороны, подставила плечо. Стас слабо кивнул, благодаря за поддержку.

– Ребята! – к ним спешил Олег. Клиент настоял на своем присутствии. – Нельзя же так! Я тут чуть не умер, а он…

Он тоже кинулся помогать, пока Ксюша и Митька усаживали Стаса на траву. Полина вытащила из своего рюкзака аптечку, смочила вату в какой-то жидкости с ужасным резким запахом, подсунула коллеге под нос.

– О боже! – Стас пытался отстраниться. – Что это?

– Нашатырь, – деловито известила Полина. – Ты как?

– Жив, – коротко отозвался парень. – Не сработало.

– Да и ладно! – суетился рядом Олег. – Ну, призрак… Жалко ее, конечно, но так же нельзя!

– Так не получилось, – уточнил Стас. – Тогда используем план Б.

Его коллеги переглянулись. О существовании еще одного плана никто о них не подозревал.

– Он еще опаснее первого? – поинтересовался клиент. – Ребята, я же сказал, не надо. Я и так вам заплачу. Не получилось, бывает.

– Не в деньгах дело, – проговорил Стас. – Если мы не дадим ей желаемого…

– Она станет опасной, – закончил Митька. – Понимаете, если призрак задерживается на земле слишком долго, да еще на месте его пребывания часто бывают люди… Он начинает… Не знаю, как объяснить. Он будет забирать энергию людей. Мертвые всегда хотят быть живыми. Им надо это… Из мести, что им никто не дает желаемого.

– Час от часу не легче! – Олег не расстроился, он искренне переживал. Причем, видимо, он был по-настоящему порядочным человеком. Такие последствия его тревожили. – Что надо делать?

– Вам ничего. – Стас постарался встать. – А я еду в Питер.

– Зачем? – изумился Митька.

– Вы же чувствовали ее радость. Ее узнали. Всего на несколько мгновений она успокоилась. А потом… Она хотела видеть родных, – объяснил Стас. – Серега говорил, что девушка из Санкт-Петербурга. Значит, надо искать там.

– Я с тобой, – твердо решила Ксюша. – И едем не вслепую. У Нади была приятельница в университете. Софья. Она может найти документы девушки. Ну, при поступлении подают же документы.

– А там адрес! – догадалась Полина. – Я могу встретиться с Софьей.

– Хорошо, – Олег, кажется, поверил, что план сработает. – Я закажу вам номера в гостинице. И бензин за мой счет.

– Только едем завтра, – Ксюша с тревогой посмотрела на друга. – Стас, тебе сейчас за руль нельзя. И сколько ехать до Питера?

– Ночь, – прикинув в уме, ответил Стас. – Но мне завтра до четырех надо на работе пробыть. Если выедем в восемь вечера, будем там к шести утра. Выспимся часа три – и на поиски.

– Мы с Митькой вам к тому времени уже найдем все адреса, – пообещала Полина.

– Я могу и с вами… – робко заметил Митька, но тут же умолк. Друзья посмотрели на него с иронией. Все знали, что Митьку укачивает на второй минуте поездки в машине…

Они выехали почти в девять. Ксюша даже успела отработать полный день. Потом собиралась, связалась по телефону с Олегом, выяснила адрес отеля, потом загнала себе в смартфон карты Питера, на всякий случай позвонила в гостиницу, подтвердила бронь. Затем собрала еду в дорогу, прекрасно зная, что Стас об этом и не подумает.

Ксюша нервничала. Да, к моменту отъезда у них уже были копии документов Надежды. Был адрес. Но никто точно не знал, все ли пойдет по плану. Больше всего на свете Ксюша боялась, что родственников Нади просто уже нет в живых. Тогда история этого призрака станет для их города не просто достопримечательностью, привидение начнет представлять реальную опасность. Ведь в отличие от их первого дела здесь Надежду не интересует вопрос, почему ее бросили, ей нужны живые родные.

Но стоило им выехать из города, как Ксюша заснула. Прошлая ночь была короткой, из-за переживаний она долго не ложилась. Сегодня после работы тоже не успела поспать. Ровная лента дороги и монотонный пейзаж быстро утомили, Ксюша наконец-то провалилась в сон.

Стас разбудил ее около часа ночи. Он решил немного передохнуть и припарковался у небольшого кафе.

– У нас две новости, – поделился он, попивая кофе. – Во-первых, по тому адресу, где Надя была прописана, давно живут другие люди. Они переехали в тот дом около трех лет назад.

– Это, надеюсь, была плохая, – определилась Ксюша. – Зато кофе тут нормальный. Давай теперь хорошую вместо десерта.

– Митька вскрыл страницу девушки в социальных сетях, – продолжил Стас. – Там уже после смерти Нади есть сообщения от некоего парня. Похоже, это ее брат. Он писал, что они ее потеряли. Упреки, угрозы, что она останется без семьи. Потом волнение, не случилось ли с ней чего. Письма прекратились два года назад. Есть еще на странице ее фотографии с выпускного бала. И номер школы. Так что нам будет откуда начать, если других новостей не поступит.

– Ребята на этом не успокоятся, – подумав, решила Ксюша. – Полина въедливая. Она выжмет все даже из новых жильцов квартиры. А Митька живет в Сети. Точно найдет и этого брата, и все остальное. Ты сам как? Нам еще далеко?

– Приедем где-то к семи утра, – сказал Стас. – Я пока нормально. Думаю много.

– Почему-то меня сейчас не радуют твои умственные способности, – внимательно глядя на друга, сказала Ксюша. – Что случилось?

– Пойдем в машину, – отставив пустой стаканчик, предложил Стас. Видно было, что он бежит от разговора, но и отказывать подруге не хочет, просто тянет время.

В салоне было тепло по сравнению с прохладой ночи. Ксюша расстегнула ветровку, поставила музыку. На этот раз это была «Мельница». Она любила фолк, Стас – рок-музыку. Это был компромиссный вариант.

– Я тебя слушаю, – глядя в окно, напомнила Ксюша.

– Ох, сестренка, – тяжело вздохнул он. – Вообще я рад, что со мной поехала именно ты. Наверное, с Полиной я бы не смог говорить. А Митька… Он такой ребенок… Просто… Ксюша, ты веришь в мистику?

– Не знаю, – растерялась Ксюша. – В мистику? Ну, в чем-то наш маленький «клуб» погружен в нее полностью. Но в то же время… Призраки – это объяснимо. Не совсем, конечно, но в большей мере. По какой-то причине душа осталась здесь. Мы эти причины все знаем. Они логичны. Наверное, многие вещи можно так же объяснить с точки зрения логики, если начать их изучать. Пока мы этого не знаем, это мистика.

– Я всегда считал, что большая часть вещей, которые к этой самой мистике относят, вообще выдумка больного воображения слишком эмоционально несдержанных и недалеких людей, – выдал Стас. – Но теперь… Ксюша, я их чувствую и вижу.

– Призраков? – переспросила она. – Стас! Во-первых, лично я не вижу в этом ничего сверхъестественного и пугающего. Когда-то они все были людьми. Наверняка после смерти у них остается какая-то память о своем внешнем виде. И ты чувствуешь эту память. И, во-вторых, пока ты видел лишь один призрак. И узнал его.

– Не совсем, – нехотя признался Стас, не отрывая взгляда от дороги. – Я… Мне казалось, что это просто совпадение. Что дело лишь в том, будто что-то в Наде показалось мне знакомым. Не знаю что. Просто иногда мы можем взглядом выхватить в толпе знакомую фигуру… Может, и тут что-то такое. Но… Я себя проверил.

– Только не говори, что ты знаешь еще пару мест, зараженных призраками, куда ты ездил один и где ты вступал с ними в контакт! – испугалась Ксюша. – Это не безопасно!

– Так далеко я не зашел, – улыбнулся Стас. – Просто я попросил Митьку сделать одну вещь. Он скачал мне фото привидений. Отдельно. И в другом файле – их прижизненные фото. Было двадцать привидений. Я угадал все. Я вижу их лица. И это меня пугает.

– Почему? – спросила Ксюша, подумав и переварив услышанное. – Чего ты боишься? Что тебя примут за сумасшедшего?

– Наверное, – нервно усмехнулся Стас. – Просто я никогда себя не видел кем-то таким… Человеком со способностями.

– А ты им разве являешься? – резко отреагировала Ксюша. – Ты не думал, что у тебя просто хорошая интуиция. Просто ты более внимателен, чем другие. Какие-то детали, что-то особенное в каждой фигуре. Ты несознательно это отмечаешь, а потом делаешь правильный выбор, видя иное изображение. Ты же и Надю узнал по фото.

– Ну, такое мнение мне даже льстит, – помолчав, примирительно заметил Стас и улыбнулся уже менее натянуто. – Да и вообще рано что-то говорить, правда? Я же пока вступил в контакт только с одним призраком. И… есть еще один нюанс. Кажется, я ее слышал.

– Да? – Ксюша нахмурилась. – Если честно, у меня тогда тоже создалось такое впечатление. Ты стоял и смотрел на нее. А потом просто собрался в Питер. Будто она тебе сказала это сделать.

– Самое интересное, – уже спокойнее признался Стас. – До того момента у меня и мысли куда-то ехать не было. Наверное, я бы и не вспомнил, что Серега говорил мне, откуда Надя родом.

– Хорошо. Я не верю, что ты мог ее слышать. Скорее это опять же какое-то интуитивное ощущение. Или, кажется, это называют эмпатией. Умением перенимать чувства и состояния других людей или существ. Так умеют многие. И я не вижу в этом чего-то мистического. Короче, пока тебе не удалось убедить меня, что ты вдруг стал экстрасенсом.

– Отлично, – уже совсем спокойно и с достаточной долей иронии отозвался Стас. – Тогда я могу жить спокойно.