Читать книгу "Пожиратель костей. Том 3"

Выйдя из лазарета, я направился в арсенал. За пятьсот рублей Елизар выдал мне новый комплект одежды в серых тонах. Крепкий, добротный. Впрочем, точно такой же я только что выбросил, ведь он порвался. Или порезался? Или прострелился? Одним словом, носить его больше нельзя.

– Елизар, а есть гарантия на одежду? – спросил я, стоя в раздевалке.

– Для тебя нет, – усмехнулся торговец. – Я видел, как ты ухайдохал прошлый комплект.

– Скряга, – буркнул я, и мы заржали.

Покинув арсенал, я снова стал красавцем мужчиной, и настало время пообедать. Но тут меня ждал облом. Охотники уже смели всё, что было, а на ужин поварята начнут готовить только через три часа. А столько я не вытерплю.

Поймал такси и поехал в нашу с Вальком столовку. У входа я снова встретил огромную очередь. Она изгибалась, как змея, и, судя по лицам клиентов, они были чертовски недовольны. Я бы даже сказал, что они были в ярости! Ещё бы! Стоять на солнцепёке и ждать, пока тебя обслужат? Кому это понравится?

Войдя в столовую, я, мягко говоря, охренел. Столики, за которыми раньше сидели четыре человека, сейчас принимали целых восемь, мать его, человек! Работяги ютились на одному стуле по двое, толкались локтями, злились, но ели. А куда им ещё деваться? Одна столовка на весь район.

Мимо меня пробежал взмыленный Валёк с выпученными глазами. Собрал со столов пустые подносы и рванул на мойку. Я последовал за ним. Поварёнок заметил меня и выпалил:

– Володя! Мы ничего не успеваем! Нам надо нанять ещё людей!

Осмотрев производственные помещения, я понял, что после прошлого происшествия на работу не вышла половина сотрудников, из-за чего Валёк всё тащил самостоятельно.

– Сколько мы заработали за эти дни?

– Если считать с арендой под свадьбы и прочие гулянки, то у нас три тысячи рублей. – ответил Валёк, продолжая намывать тарелки.

– Отлично. Бери все деньги и купи десяток столиков. Поставим их на улице. Может, видел, так в ресторанах делают? Веранда называется. Для обслуживания уличных столиков нанимай одного человека. Для внутренней зоны ещё двух. Пару мойщиков посуды. Кухня справляется?

– Из последних сил.

– Тогда ещё пару поварят берём. И напечатай новые правила столовки. Все посетители подносы с грязными тарелками относят сами. Люди, работающие в зале, и на веранде, только протирают столы.

– А вдруг клиенты… – начал было Валёк.

– Валентин, у нас этих клиентов больше, чем мы можем принять. Столовок в округе нет, если недовольны, то пусть валят на хрен. Если мы перестанем сами убирать за ними тарелки, то внезапно – магическим, мать его, образом! – появится вагон времени и свободных рук. Так что не переживай, а делай как я говорю.

Валёк задумался, а после кивнул.

– Звучит разумно.

– Конечно, разумно. А ещё выплати премию старикам, кто не бросил работу и вышел сегодня трудиться. Они достойные люди и должны понимать, что мы их ценим. – Я выудил из кармана последние пятьсот рублей и протянул Вальку. – Держи.

– Ого. Многовато для премии. Может, я с этой суммы ещё и навес сделаю у входа? Чего люди жарятся?

Услышав, это я расхохотался.

– Валёк, делай всё, что считаешь нужным. Это же НАШЕ предприятие, в конце концов, а не моё личное.

Наш разговор прервал звонок телефона. Выудив трубку из кармана, я увидел на экране надпись «Гвоздев».

– Да, Егор Никитич. Что-то случилось? – спросил я, думая, что сейчас он начнёт отчитывать меня из-за ранения.

– Случилось, Володь. Хотя ты скажешь, свершилось! – На последнем слове Никитич сделал акцент и довольно заявил: – Появилась работа. По нашему профилю. Заходи, расскажу нюансы.

Глава 7

С довольной улыбкой на лице я прибыл в СОХ. Охотники носились по двору словно ужаленные. Таскали снарягу, запасались провиантом. Да и Елизар без работы не сидел. Шишаков и ещё десяток охотников вломились в лавку, желая купить снаряжение получше. Мимо меня прошел Васян и, хмыкнув, сказал:

– Ну как? Окультурился?

– Чё? – нахмурился я, не поняв, куда он клонит.

– Говорю, погода хорошая. А ночью-то было не очень, – ответил Васян, одарив меня завистливым взглядом.

Что этот придурок несёт? Какая погода? Какое окультуривание? И тут меня прошибла догадка: неужели он знает, что я наведался в гости к воронежским? Надеюсь, этот пропойца будет держать язык за зубами, иначе моя маленькая война банд быстро схлопнется. И тогда весь город будет охотиться только за мной.

Ладно. С Васяном я ещё пообщаюсь, но сейчас меня больше всего волнует работа. Не теряя времени, я направился в административное здание и на пороге встретил Гвоздева.

– Живой? – спросил он, приподняв бровь.

– Ну так мы же с вами только что по телефону разговаривали.

– Разговаривали. Но ты у лазарета оставил после себя столько кровищи, что я подумал грешным делом, что общался с призраком.

– Было дело, – ухмыльнулся я и невольно потёр бок, где ещё недавно красовалось пулевое отверстие.

Твою мать. А ведь на исцеление раны я извёл почти три десятка жемчужин. Обидно. Знал бы, что не подохну, не стал бы их дуром опустошать.

– Ладно. Жив и слава богам. Нас наняли для зачистки территории возле башни. Выдвигаемся через три часа. И я тебя очень прошу, не вляпайся никуда за это время.

– Егор Никитич, – укоризненно протянул я.

– Что «Егор Никитич»? Володька, ты самый проблемный охотник в союзе, поэтому я и прошу тебя быть осторожнее.

– Сделаю, – улыбнувшись, ответил я.

– Всё, беги. Собирай барахло. Можешь взять что душе угодно. Для нас сегодня откроют портал.

– О-хо-хо! Какая щедрость? И кто же нас нанял?

– Князь Юсупов. Он, конечно, скользкий, как червь, но платит честную монету. Так что работаем без выкрутасов. Я на тебя рассчитываю.

– Есть! Без выкрутасов! – Я козырнул и, развернувшись на пятках, побежал к казарме.

Вытащил из-под кровати свой пыльный рюкзак и понял, что в нём нет смысла. Ведь я могу всё, что угодно, сгрузить в тень к Гобу и получить это… Кстати. Вчера вечером я не смог достучаться до зелёного, перед тем как потерял сознание. Гоб!

Из тени под моими ногами показалась когтистая пятерня, и я с облегчением выдохнул. Было бы печально потерять друга, работающего носильщиком по совместительству. Помнится, он вчера собирал трофеи в переулке. Интересно, что попало в его загребущие лапы.

– Володька. Заказчик приехал. Выдвигаемся через десять минут, – сказал Шишаков, перегородив своей мощной фигурой лестницу на первый этаж.

В сердце ёкнуло, но я тут же выдохнул, увидев, что Гоб успел убрать свою лапу.

– Да, я уже готов.

– Лучше б ты так же был готов к потере меча. Фехтовальщик, хренов, – усмехнулся Шишаков, сложив руки на груди.

– Да вашу ж мать! Вы за мной следите? Признавайся, Александр Фёдорович! – воскликнул я.

– Чё? В каком смысле? – нахмурился он.

– В прямом. Ты уже второй, кто шляется за мной по ночам и подсматривает вполглаза. Что ж вам всем так интересно, чем Володька занят? Своей жизни вообще нет?

– Вов, ты чё взбеленился? Не пыли. – Выставил перед собой руки Шишаков. – Я ж просто на турнире ставку на тебя сделал. Ну и присматривал немного. Ради наживы, а не ради слежки, – растерянно сказал Шиша и тут же вышел из себя: – Слышь! Чё я вообще оправдываюсь перед тобой?

– Оправдываешься, потому что чувствуешь, что был не прав, – хмыкнул я, проходя мимо.

– И в чём же я был не прав?

– В том, что поставил слишком мало на мою победу. – Ткнул я пальцем в небо и на удивление попал.

– А ты откуда знаешь? Я ж никому не рассказывал, – изумился Александр Фёдорович.

– А ты думал, что только ты слежки умеешь устраивать? Следопыт хренов, – усмехнулся я, и мне тут же пришлось уворачиваться от затрещины.

– Ты давай, не зубоскаль! Денег твой бой мне, конечно, принёс, но сражался ты так себе.

– Ой, можно подумать ты бы выступил лучше?

– А ты сомневаешься? – хищно оскалился Шиша.

– Есть такое дело, – ответил я, с вызовом посмотрев ему в глаза.

– Наглый сопляк. Тогда давай пари. Если я выиграю, то ты накрываешь поляну.

– А если выиграю я, то ты бросаешь пить.

– Володька, ты берега-то не путай! Цена слишком высока. Я на такое не готов, – открестился Шиша. – Давай я тебе поляну накрою?

– Да на хрен мне твоя поляна? Я и в своей столовке могу бесплатно поесть. Кстати, приходи в столовку, будешь бесплатно у нас питаться. С Вальком договорюсь.

– Как щедро с вашей стороны, ваше баронство, – поддел меня он. – Ладно. На что спорить-то будем?

– Все жемчужины, какие получишь в этой вылазке, отдашь мне.

– Замётано, – хищно оскалился Шишаков и поспешил пожать мне руку.

И тут я понял, что до сих пор не знаю сути спора.

– Как определим, кто выиграл?

– Легко. Кто больше тварей завалит, тот и молодец, – заявил Александр Фёдорович и крепче сжал мою руку.

– Поправочка. Влияет не только количество, но и качество тварей.

– Это само собой. В финале Никитич рассудит, кому поляну, а кому по шее.

– Ох, Александр Фёдорович. Рисковый ты мужик, – покачал я головой.

– В каком смысле?

– Ну как же? Решил поспорить с новобранцем. А если проиграешь спор, то твоя репутация даст трещину. Подумать только, охотник четвёртого ранга продул второму.

– Ха-ха-ха! Не празднуй победу раньше времени. Умник хренов. И вообще… – Шиша посмотрел на часы и добавил: – Топай. У нас пять минут до отправки.

Во дворе нас встретил задорный мальчуган лет пятидесяти. Поросячьи глазки, заискивающая улыбка, ручки вечно сложены у груди, как будто умоляет нас взять заказ. То и дело кивает. Может, так здоровается, а может, кланяется. Одним словом, чертовски странный персонаж.

– Егор Никитович Гвоздев, все в сборе? Можем выдвигаться? Папенька уже заждался нашего прибытия. Хотелось бы поскорее… – лепетал наш проводник, который, судя по всему, был сыном князя Юсупова.

– Трофим Арсеньевич, мы договаривались, что отправка состоится через три часа. Но, несмотря на это, пошли вам на встречу и поэтому выдвигаемся на целых два с половиной часа раньше, – меланхолично пояснил Гвоздев.

– Всё так. Но Егор Никитович Гвоздев, – снова повторился Юсупов, чем вызвал недовольство на лице Никитича, – мой отец очень просит вас ускориться. Сами понимаете, нужна зачистка, и чем быстрее вы приступите к работе, тем лучше.

– Вы знали ещё месяц назад, что вам выдадут права на освоение башни. Могли заранее оплатить наши услуги, тогда бы не было спешки. А пока ждём. Мои люди соберут всё необходимое и выдвинутся так быстро, как это будет возможно.

– Понятно… – озадаченно сказал Юсупов и, посмотрев на часы, спросил: – Егор Никитович Гвоздев, а ещё не наступило это самое время выдвигаться?

– Ещё нет.

– Ага. Ладно. – Юсупов сложил руки на груди и постучал пальцами по рукавам. – Пу-пу-пу. – Посмотрел в небо и перевёл взгляд на Гвоздева.

– Нет, время ещё не наступило.

– А я просто жду. – Юсупов корчил из себя милашку, хотя был тем ещё доставучим ублюдком. Через секунду он зевнул и демонстративно посмотрел на часы. – И сейчас не пора?

– О боги… – вздохнул Никитич и направился к казармам.

Но спастись там не удалось, так как Юсупов последовал за ним.

– Теперь я знаю способ, как заставить тебя бросить пить, – усмехнулся я, проводив взглядом Никитича и Юсупова.

– Вовка, только попробуй. Ты ж не мой наниматель, могу и вломить, – огрызнулся Шишаков.

– Я пока что не твой наниматель, – сказал я, ткнув пальцем в небо.

– Знаешь. После того как ты получил титул, ты стал совершенно невыносим.

– Спасибо. Я стараюсь соответствовать своим аристократическим корням. – Я расплылся в улыбке.

– Вот зараза, наглый, сил нет, – хмыкнул Шишаков и потащил меня на построение.

Всего Никитич взял на вылазку пятьдесят человек. На этот раз были не только мечники, но и стрелки. У десяти человек имелись охотничьи ружья, ещё десять были вооружены винтовками с магазинами на пять патронов.

Два десятка бойцов ближнего боя и десять метателей. Я их сам так назвал, так как эти охотники были с ног до головы обвешаны гранатами, бутылками с зажигательными смесями и прочими склянками.

– Значит, так! – рявкнул Гвоздев. – На той стороне нас будет ждать лагерь князя Юсупова. Он нанял нас для зачистки местности от ликантропов.

– Эт оборотни, что ль? – спросил Васян.

– Они самые, – ответил Гвоздев и добавил: – А теперь заткни пасть и слушай. – Васян нахмурился от этих слов, но заткнулся. – Замечен только один оборотень. Это альфа. Он нападает на лагерь по ночам и старается утащить кого-то из стражников или зазевавшихся торгашей. Наша задача прикончить его и не дать ему увеличить численность стаи. Вопросы?

– Егор Никитич, а как же мы с железками на оборотня? – растерянно спросил охотник с откусанной мочкой уха, причём след от зубов был человеческий. Интересно, кто его так приласкал? Любовница или какой-нибудь зомби?

– Парфирьев, мать твою. Как вернёмся, посажу тебя снова за теорию! – рявкнул Гвоздев, так как охотник выставил сейчас весь союз не в лучшем свете. Мы ж не недоучки какие! Хотя я до сих пор не видел ни одной книжки по борьбе с монстрами. Нужно раскулачить Никитича. – Оборотень, как и любая тварь, сдохнет, если вы снесёте ему голову. Но ты прав. Серебро хорошо работает против ликантропов, именно поэтому мы взяли с собой стрелков.

– Егор Никитович Гвоздев, если вы закончили, то может мы… – заискивающе спросил Юсупов, перебив Гвоздева.

Никитич тяжело вздохнул и указал рукой на свободное место в центре плаца.

– Открывайте портал.

Юсупов заулыбался и засеменил по плацу. Проклятье, он даже бегал странно. Ножки раскидывает в разные стороны, как будто с трудом их контролирует.

Добравшись до середины плаца, он порылся в кармане и выудил странный прибор, напоминающий карманные часы. В центре прибора имелся отсек, куда Юсупов поместил три зелёные жемчужины, после до щелчка повернул крышку. Яркое свечение разлилось по плацу, и перед нами открылся широкий портал.

– Прошу, господа. Не задерживайтесь. Вас уже ждут. Да, добро пожаловать. Сражайтесь как настоящие львы! – подбадривал Юсупов, но сам в портал не спешил лезть.

– А вы не пойдёте с нами? – поинтересовался Гвоздев.

– Егор Никитович Гвоздев, увы, у меня ещё есть дела. Да и папенька не любит, когда его детки лишний раз рискуют своими жизнями. Для этого есть вы. – Заискивающая улыбка Юсупова исчезла, а ей на смену пришла расчётливая и даже надменная. – Чем быстрее вы закончите работу, тем быстрее получите выплату от моего отца.

Этот несуразный аристократишка жутко бесил. Не только меня, но и всех окружающих. Идиотская манера речи, жесты, поведение, всё это оказалось фальшью. Непонятно только одно, на кой чёрт он придуривался убогим? Хотел, чтобы мы поторопились? Нам хватило одной его фразы «Егор Никитович Гвоздев», чтобы желать оказаться от него как можно дальше.

– Что ж. Тогда передавайте привет отцу, – кивнул Гвоздев и, растолкав охотников, вошёл в портал. Кажется, ему больше остальных хотелось избавиться от этого придурка.

Мы последовали за Гвоздевым и вывалились у чёрта на куличках. Впереди возвышается башня, у подножия которой лежат разрушенные дома, а слева стоит табличка «Добро пожаловать в село Кептин!». Вот к вам и пожаловало ДОБРО. И уничтожило практически все постройки.

В сотне метрах от башни виднелось большое озеро, от которого тянулся ручей. Слева и справа густой лес с буреломами. Вдали виднелась единственная дорога, ведущая в село. Хотя от села уже ничего и не осталось.

Вокруг башни возвели частокол, за которым скрылись гвардейцы Юсупова. На удивление они выглядели… Хм-м-м… Нормальными. Руки, ноги, голова и никакой придури. Только внимательный блеск в глазах и оружие в руках. С ними определённо можно иметь дело. Небо утопало в алых лучах заката, предвещая отличную битву.

Заметив нас, гвардейцы замахали руками, а один из них даже забрался на частокол и заорал:

– Быстрее за стену!

– Мы опаздываем на чаепитие? – спросил я и тут же получил тычок в спину от Васяна.

– Топай. Умник.

– Только после вас, – усмехнулся я, пропустив Васяна вперёд, а как только он сделал пару шагов, я влепил ему смачный пинок и, захохотав, рванул к стенам.

– Ах ты сучонок! – обиженно прорычал он и схлопотал затрещину от Шишакова.

– Хватит собачиться, – осадил его Шиша.

– А я то чё? Это он нач… – Васян хотел ещё что-то сказать, но под суровым взглядом Гвоздева сломался и захлопнул варежку.

Когда мы подошли к воротам, я заметил, что все доски были исписаны глубокими царапинами. А ещё на земле валялись клочья серой шерсти. Подняв голову, заметил, что на многих кольях имеются кровоподтёки. Это настораживало. Ворота распахнулись, и нас впустили внутрь.

Коренастый мужчина с седой бородой и шрамом на щеке вышел нас поприветствовать.

– Борис Акимов, капитан гвардии Юсуповых, – сурово сказал он, отдав честь. – А вы не торопились, – хмыкнул он.

– Вообще-то, мы выдвинулись в тот же день, когда поступил заказ, – парировал Гвоздев, пожав руку капитана.

– Ну, понятно, – хмыкнул капитан. – Значит, старшенький сын, как всегда, вставляет палки в колёса. Пытается доказать, что охотники бесполезны и гвардейцы лучше справятся. Вот и дал нам целых две недели побарахтаться в этом аду.

– Сражаться с людьми – это достойный навык, но он очень сильно отличается от сражения с монстрами, – согласился Гвоздев. – Введите нас в курс дела. Большие ли у вас потери? Действительно ли оборотень один?

– Один? Ха-ха-ха! – заржал капитан. – Вы будете чертовски удивлены, когда наступит ночь. А насчёт потерь… – Он хмуро кивнул вправо. Там красовалось кладбище из тридцати надгробий, на скорую руку сколоченных из дерева. – Это все, кого мы успели убить. Те, кто обратился, сегодня ночью заглянут на огонёк.

– И много обратившихся? – спросил Гвоздев.

– До хрена, – ответил капитан. – Понимаю, что вас обманули, но мой господин князь Юсупов не имеет никакого отношения к гхм… шалостям своего сына. Князь Юсупов достойный человек, именно поэтому мы здесь и готовы умереть во благо его рода.

– Надеюсь, как честный человек, он выпишет нам премию за выполненный объём работ, – устало вздохнул Гвоздев.

– Об этом можете не переживать. Я лично буду ходатайствовать о том, чтобы вам выдали причитающееся и немного сверху, но только в случае успеха. Если задание провалится, то деньги покойникам уже не потребуются.

– Вы правы, – усмехнулся Гвоздев. – Как я понимаю, в оцеплении только гвардейцы?

– Не совсем так. Есть пара торговцев, переносной лазарет, пара ремесленников и шут. – Капитан указал на расположение перечисленных и добавил: – Князь Юсупов нанял группу дворян для зачистки башни. Сегодня они вошли внутрь. Пока никто не вернулся. Наша задача если не убить всех чудовищ, то хотя бы продержаться до их возвращения.

– Не переживайте. Продержимся. – Гвоздев попрощался с капитаном и повёл нас на стены.

Частокол был сколочен на славу. Четырёхметровые толстенные заострённые брёвна, сверху платформа, на которой разместились стрелки и копейщики. По всему периметру частокола расставлены прожекторы, направленные в сторону леса. А у подножия частокола лежали сотни, если не тысячи, отстрелянных гильз.

Заметив мой, интерес один из стрелков крикнул сверху:

– Пули хреново работают! Нужно попасть серебром прямо в глаз. А ты сам понимаешь, что серебро дорого стоит и никто не выдаст нам бесконечный серебряный боезапас. – Он шмыгнул носом и сплюнул за забор.

– Выходит, стреляете обычным свинцом? – спросил я.

– Хэ. А ты смекалистый. Сначала свинчаткой заливаем тварей. Если удаётся попасть в сустав и замедлить оборотня, то переключаемся на серебро и целимся в глаз. У этих мразей чертовски прочный череп, хрен пробьёшь. Вот и остаётся стрелять по глазам. Меня, кстати, Даня зовут.

– Я Владимир, – кивнув ему, я спросил: – И много оборотней убили за две недели?

– Ха-ха! До хрена, – расхохотался он и показал пальцем вглубь лагеря, где на колья были насажены четырнадцать человеческих голов. – Эт они обратиться уже успели, а так были страшны как моя жизнь.

– Печально. Убили четверых, а потеряли тридцать человек, – задумчиво сказал я.

– С хрена ли? Тридцать эт покойничков, а ещё два десятка в лес уволокли. Ну ты сам увидишь. Они скоро домой попросятся, – хмыкнул стрелок, как будто отмочил забавную шутку.

– Слушай, а почему они не разбредутся по округе? Какой смысл бездумно нападать на стены?

– Да кто ж знает? Эт я у тебя должен спрашивать. Ты ж охотник как-никак. – Почесав бороду, он добавил: – Я думаю, что их что-то манит. Может, башня? Как будто волчары пытаются что-то защитить.

– Защитить башни от людей? Не типичное поведение для чудовищ.

– Есть такое дело. Во! Смотри! Видишь, желтые огоньки загорелись? – выпалил стрелок, тыча пальцем в сторону леса.

По лестнице я поднялся на платформу и увидел желтые пары глаз, смотрящих на нас через деревья. Тени беззвучно скользили через бурелом, обещая защитникам башни весёлую ночь.

– А чего их так много? – изумился я, насчитав больше шестидесяти пар глаз – и это только с моей стороны стены.

– Так там же не только оборотни. Вожак взял под контроль пару стай волков плюс псины приблудные. Шавок-то мы отстреливаем, а вот с оборотнями уже сложнее. Не наш профиль. Сам понимаешь. – Стрелок достал портсигар и протянул мне: – Закуришь?

– После такого зрелища надо не курить, а хорошенько выпить, – пошутил я, вызвав улыбку на лице бойца.

– Не. У нас с этим строго. Пьяным поймают, перед строем насмерть палками забьют. Так что я по табачку. – Цокнув, он закурил вонючую махорку и проверил винтовку. – Владимир, давай вниз. Скоро начнётся, а я не хочу, чтобы под боком кто-то мешался.

– Понял. Спасибо за рассказ, – кивнул я и полез вниз.

– Никаких проблем. Если переживу ночь, то ещё и не такое расскажу.

– Володька! Живо сюда! – рявкнул Гвоздев, собравший вокруг себя охотников.

Никитич провёл собрание, на котором распределил нас по стенам. Задача была проста как три копейки: стоять на стенах и наблюдать, как гвардейцы обороняются. Просто? Вроде да. Но на практике всё оказалось намного сложнее.

На небе появилась полная луна. Ещё никто не знал, что в этот миг прямо к нам направлялся вестник бедствий. Со всех сторон зарычали волки. Они скалили пасти где-то в темноте, клацали зубами. Звуки были устрашающими, но, судя по всему, гвардейцы уже привыкли и спокойно покуривали на стенах в ожидании атаки.

Из лесной чащи показалась трёхметровая тень. Оборотень с мощной челюстью, огромными когтями и глазами, которые полыхали жёлтым пламенем. Запрокинув голову, он огласил округу громогласным воем. Нас с оборотнем разделяло расстояние в сотню метров.

– Вы чего не стреляете? – спросил я у Дани.

– Шутишь, что ли? С такого расстояния в глаз хрен попадёшь. Да и вблизи этого выродка не достать. Шустрый ублюдок. – Стрелок расстегнул ширинку и стал мочиться через забор. – Смотри, шерстяной комок! Я пометил твою террито…

Договорить он не успел. Неуловимым движением оборотень подхватил камень с земли и швырнул его в стрелка. Булыжник размером с крупное яблоко влетел в череп бойца, превратив его в кровавое месиво. Тело покачнулось и рухнуло со стены.

– Двухсотый на двенадцать часов! Заменить! – рявкнул капитан из глубины лагеря, и на место Дани тут же поднялся новый стрелок.

– Допрыгался? Идиот, – покачал головой сменщик и присел за частокол, наблюдая вполглаза за обстановкой.

Я на всякий случай последовал его примеру. Какого хрена тут происходит? Никогда не видел, чтобы оборотни швырялись камнями. Нет, физиологически это возможно, вот только подобный фокус не каждый день увидишь.

Со всех сторон завыли десятки глоток, и началось наступление. Из леса на четвереньках выбежали оборотни поменьше. В высоту около двух метров. Несутся, дико рыча, из пасти сочится пена. Глаза горят жёлтым. Страшны, как мать, узнавшая, что ты разбил вазу.

Вот только их нападение для меня выглядело сущим идиотизмом. Ну доберётесь вы до стен – и что? Попытаетесь прогрызть брёвна? Частично я оказался прав.

– Огонь! – рявкнул капитан, и стрелки тут же отработали по приближающимся целям.

Как и говорил Даня, толку ноль. Пули со свистом рикошетили от мощных черепов и улетали в лесную чащу. Хотя паре волчар выбили глаза, вот только они уже начали регенерировать.

– Копейщики! На изготовку! – послышалась новая команда.

Стрелки сделали шаг назад и стали перезаряжаться, а их место заняли копейщики. Через секунду мне стал понятен этот манёвр.

Шерстяные ублюдки оказались не так просты. Волчары, бежавшие первыми, замерли в метре у стены и присели, будто завязывали шнурки. Оборотни, бежавшие позади, с разбега запрыгнули на плечи своим присевшим собратьям и одновременно с ними распрямили ноги.

Получилось подобие катапульты. Десяток оборотней оторвался от земли и устремился по широкой дуге к стене. В этот момент я готов был аплодировать капитану, оборонявшему башню. На платформе частокола имелись выемки, куда копейщики могли упереть копьё. Это и сделал каждый из копейщиков.

Я своими глазами лицезрел прекрасную картину: острие копья направлено в сторону леса, оборотень летит по широкой дуге и со всего размаха напарывается на лезвие. С жадным чавканьем копьё пробило волчару насквозь. Волчара мог рухнуть обратно за частокол, но копейщик не позволил ему этого сделать.

Уперевшись ногами в стену, он со всей силы упёрся в древко и перекинул мохнатого во двор импровизированного укрепрайона. А что было дальше? А дальше я не смог просто так смотреть. Оттолкнувшись от стены, я последовал за волчарой.

Оборотень, как мешок с песком, рухнул на землю и попытался переломить древко. Когтистая лапа рубанула по копью, оно лишь жалобно хрустнуло, но не сломалось. На второй удар оборотню времени не хватило.

– Придёт серенький Вовчок! И отрубит кабачок! – заорал я, обрушиваясь на оборотня сверху.

Лезвие пожирателя костей сверкнуло в лунном свечении и обрушилось на макушку оборотня. Удар вышел отличный, тем более я использовал покров маны и сумел развалить голову волка на две равные половины.

Дёргаясь в конвульсиях, он ещё размахивал лапами, но это был конец. Оборотень упал на землю, и началась обратная трансформация в человека.

– Володька, твою мать! Я велел наблюдать! – заорал Гвоздев.

– Да, да. Понял. Сделаю, – отмахнулся я и, достав нож, начал потрошить тело оборотня, в надежде найти жемчужину до того, как он обратится в человека окончательно.

К моему сожалению, жемчуга тут не было. Видать, из обращённых жемчужин не добыть. Значит, придётся завалить вожака. Обернувшись, я увидел, как через стену перебросили ещё пару оборотней. Правда, прожили они намного дольше.

Гвардейцы, находящиеся под стенами, тут же окружили мохнатых и пронзили их копьями, не давая двинуться с места. Оборотни рычали, выли, лупили по копьям, но хрен ты куда денешься, когда тебя держат десять человек.

К толпе подошёл высокий боец с алебардой и нанёс удар, потом ещё и ещё один. Он рубил остервенело, неумело, и сил ему явно не хватало, чтобы располовинить чудовище. Хотя если посмотреть на его лицо, то становится понятно. Боец не пытается убить, он мстит, желая причинить как можно больше боли.

Алебарда попала в плечевой сустав и отрубила лапу оборотня, потом вторую. Боец обошёл оборотня сзади и нанёс удар в поясницу, перебив позвонки. Волк рухнул на землю, жалобно скуля, и в этот момент все копейщики извлекли свои лезвия из тела зверюги.

– Это тебе за Саню, сука, – прорычал Алебардист и со всего размаха ополовинил оборотня, срубив нижнюю часть тела.

Кровь брызгами вырвалась наружу, но оборотень не сдох. Рана очень быстро начала зарастать. Казалось, добейте его и дело с концом, но у гвардейцев имелся свой план.

– Цепляйте его, – сказал алебардист, уступая дорогу мужику со стальным крюком.

К крюку была привязана пятиметровая цепь. Размахнувшись крюком, он вогнал его под нижнюю челюсть оборотня, да так, что тот остался с открытой пастью, из которой торчал крюк. После гвардейцы подхватили искалеченного оборотня и потащили его на стену. Цепь закрепили за край частокола, а огрызок перебросили за стену.

Обезображенное тело оборотня болталось в трёх метрах над землёй, жалобно завывая от боли. Не уверен, что это хоть как-то давило на психику его собратьев, но гвардейцы явно наслаждались мучениями твари.

А вот у второй группы всё прошло не так гладко. Оборотень успел ранить двоих гвардейцев, а третьего так и вовсе выбросил за частокол. Увидев, что гвардейцы посыпались, Гвоздев отдал приказ Шише вступить в бой.

Высокомерный засранец на секунду скрылся из виду и одним движением снёс голову волку. Самодовольно ухмыльнулся, посмотрев на меня, и выкрикнул:

– Один – один.

Ой, можно подумать. Если бы Гвоздев не дал отмашку, я бы до сих пор вёл в счёте.

Взобравшись на стену, я увидел, что часть оборотней перебросить в лагерь не смогли. Они рухнули назад и прямо сейчас носились по округе, завывая от боли, а в их спинах торчали древки копий. В таких подранков стрелки охотно палили, правда, без особого результата.

Ночь только началась, а мы уже прикончили трёх оборотней. И… И потеряли четверых. На моих глазах раненым гвардейцам выкрутили руки и отрубили головы, не желая дожидаться, пока те обратятся. Ничего не поделать, мир жесток.

Сколько, я говорил, погибших? Четверо? Так вот их уже шестеро. Слева и справа от меня камни проломили черепа двум копейщикам, ждущим новых прыгунов. В эти прорехи тут же влетели оборотни, и началась рубка.

Шерстяные врезались в строй копейщиков, расшвыривая древки мощными лапами. Лезвия чиркали по шкурам оборотней, оставляя на них глубокие порезы. Кровь стекала по телам монстров, делая их ещё более устрашающими в лунном свете.

На удивление гвардейцы умело маневрировали, не давая себя убить. Правда, и сами не могли подобраться к резвым тварям. Оборотень зарычал, выбросив струю белой пены, повёл мордой, принюхиваясь, и опрометью бросился вглубь лагеря.

– Отрежьте ему путь! – заорал капитан, и навстречу оборотню выбежали два бойца, закованных в сталь с ног до головы.

План «Капкан» сработал. Оборотень нёсся в лагерь, где разместились торговцы и ремесленники, но, напоровшись на две консервные банки, замедлился.

Даже не так. Он решил сыграть в боулинг. Размахнувшись когтистой лапой, он рубанул бойца, стоящего слева, в бок, и тот, словно пушечное ядро, полетел в телегу, груженную ящиками. С грохотом щепки разлетелись по округе, а боец так и остался лежать в завале.

Второму повезло немного больше. Он воспользовался секундным замешательством и обрушил двуручный молот на ногу оборотня. Кость с хрустом переломилась, обнажив белёсые осколки. Оборотень завалился на землю и тут же схлопотал второй удар в череп.

Поразительно, но он не умер. Да, лишился десятка зубов, был контужен, но всё ещё жив! Тогда молотобоец обрушил ещё десяток ударов и на этот раз сумел размозжить череп твари.