Читать книгу "Пожиратель костей. Том 3"

Попытаться расколоть? Вариант отличный, но один уже попытался, теперь корчится в муках. Я мог бы попросить Гоба наброситься на пылающий кругляш и проверить, возможно ли его уничтожить обычной физической атакой. Но тогда придётся прикончить и Юсупова, и его однокурсника.

Проклятье. Мне в любом из случаев придётся пустить их в расход, если я хочу получить награду башни и не нажить себе новых врагов. Один граф Мышкин мне доставляет уйму неприятностей, а что будет, если против меня выступит настоящий князь? Зараза. Они такие слабаки, что даже не хочется руки марать.

Пока я думал, сфера поглотила пламя от пяти факелов и вернулась к гвардейцу. Забавный факт. Сфера явно рукотворный артефакт, но при этом она обладает подобием разума или в неё заложена занятная функция.

Она вертелась вокруг гвардейца, вынуждая того использовать ману, чтобы защититься от пламени. Как только боец пытался выставить магический барьер, сфера с аппетитом пожирала выброшенную энергию. Как только гвардец потерял сознание от болевого шока, сфера опустилась вниз и испепелила его тело за жалкие секунды.

По комнате поплыл аромат палёной плоти. Юсупова тут же вырвало, а его сокурсник, в ужасе смотря на происходящее, попытался выбежать из нашей пламенной ловушки.

– Да пошли вы! Я не собираюсь тут подыхать! – выкрикнул студент дрожащим голосом.

Чёртова башня, какой же извращённый ум тебя построил? Парень ломанулся к дверям, и те охотно дали сделать ему шаг в направлении выхода. В следующий миг створки резко захлопнулись, перерубив беднягу пополам. Княжич как завороженный смотрел на то, как половинка его товарища рухнула назад, ударившись затылком о пол.

Это было кровавое зрелище. Потроха, мозги и прочие прелести расчленёнки. Юсупов смотрел на это как завороженный. Казалось, он вот-вот потеряет сознание. Малохольный дурак. А ты думал, башня просто так отдаёт свои сокровища любому, кто в неё войдёт? Впрочем, без этого идиота мне не справиться.

В комнате стало чертовски жарко. Как будто я сидел в бане, которую затопили, а вот парку поддать забыли. Духота!

Я бросил беглый взгляд на сферу и выругался. Пока мы тратили время, эта хреновина выросла до размера арбуза. Двадцать факелом уже поглощены, как только исчезнут оставшиеся двадцать, в помещении станет настолько жарко, что мы неминуемо подохнем.

А я так-то дохнуть не собираюсь. У меня бизнес, куча красоток и академия магии на горизонте. Подойдя к Юсупову, я встряхнул его за ворот и сказал:

– Значит, так. Расклад такой. Либо мы работаем сообща, либо мы покойники.

– М-м-меня не надо уговаривать. П-п-просто скажи что д-д-делать. Я-я-я всё сделаю, – заикаясь, ответил княжич.

– Ты – маг льда?

– А-а-ага, – кивнул он.

– Тогда всё просто. Заморозь меня. – Я расплылся в улыбке, любуясь тем, как княжич охреневает с такого предложения.

– Ты совсем из ума выжил? Я ведь тебя убью! А что потом? – ошалело выпалил он, впадая в панику, ведь парень думал, что я знаю, что делать. А тут такое предложение.

– Да заткнись ты и делай что велено! – прикрикнул я на парня, придавив его взглядом. – Подморозишь меня, чтобы я сразу не сгорел, а я подберусь к сфере и откачаю из неё энергию, – пояснил я и увидел в глазах княжича понимание.

– А если…

– Других вариантов нет, – усмехнулся я и повернулся в сторону сферы. – Погнали!

Я сорвался с места и погнался за сферой, которая носилась по комнате со скоростью спринтера. Она летала от факела к факелу, чертовски быстро пожирая остатки пламени. В комнате осталось всего пятнадцать факелов, и это меня беспокоило, но не так сильно, как то, какую боль мне предстоит испытать.

Юсупов потянулся к мане, и по моей спине тут же побежали мурашки, а ещё и иней, быстро расползающийся по одежде. Мышцы начали коченеть, и казалось бы, вот она, верная смерть от обморожения! Но хрен там!

Во-первых, у меня имеется печать регенерации. А во-вторых, я использовал руну родэ, догнал сферу и запрыгнул на неё сверху. Вот же проклятый кругляш! Мало того что чертовски горячий и испепеляет одежду вместе с моим пузом, так ещё и держится в воздухе, несмотря на то что я навалился на него всем весом.

Было чертовски больно! Меня одновременно бросало в жар и холод. Я чувствовал обморожение и ожоги, разрастающиеся по телу. Регенерация кое-как справлялась, но в том-то и дело, что кое-как. Она лишь позволяла мне прожить немного дольше отведённого.

Рыча от боли, я потянул энергию из сферы. Чёртов огненный арбуз был переполнен маной, она хлынула по моим каналам, и я тут же перенаправил её в печать регенерации, слегка усилив исцеляющий фактор. Боль должна была уменьшиться, но стала только сильнее из-за огромного потока энергии, рвущего мои каналы в клочья.

– А-а-а! Сука! – выкрикнул я, не сдержавшись.

Хотел посмотреть на Юсупова, но, судя по всему, слизистая глаз пересохла, а возможно, и роговица обуглилась. Одним словом, я ни черта не видел. Только чувствовал боль. Мана в сфере потихоньку заканчивалась, и сфера это чувствовала. Разогнавшись, она со всего размаха приложила меня о стену.

Удар был отменный. Я врезался плечом и услышал хруст. Вроде кости целы, но очень неприятно. Ещё удар! От него я отбил копчик, потом ногу, и в финале сфера врезалась в стену, подставив под удар мою макушку. Зубы клацнули так, что я ощутил на языке мелкие, но острые осколки.

Если бы я не набросил на себя покров маны, то уже был бы мёртв. А так ничего, туман в голове, в ушах гудит, сердце бьётся тысячей барабанов, ядро маны вот-вот выгорит, но я всё ещё жив. Открыл рот, чтобы выругаться, но услышал лишь хриплый гул. Видать, голосовые связки поджарились. Хреново, так и сердце скоро испечётся.

Холод на спине стал едва ощутим. Видать, Юсупов выдохся. Ну всё. Прощай Владимир Константинович, здравствуй новый виток перерождения?

Глава 10

Твою мать. А ведь я сейчас не смогу начертить руны возрождения. Тварь. А ведь так не хочется… Стоп! Сфера замедляется?

Я почувствовал, как кругляш, на котором я носился туда-сюда, стал покачиваться и терять высоту. Он чиркнул брюхом об пол, потом ещё раз и рухнул вместе со мной на каменные плиты. Я катился недолго, так как врезался спиной в факел и застыл. А вот сфера продолжила своё движение, перескочив через меня.

Дрожащими руками я ощупал глаза и улыбнулся. Веки обуглились, покрылись волдырями, но они на месте. А значит, и зрение скоро вернётся. Тем более что я отожрал у сферы кучу маны, которая сейчас льётся в печать регенерации. Жаль, нет жемчужин, я бы с радостью выпил пару штук.

Не знаю, сколько я провалялся на полу. Может, пять минут, может, пять часов. Но постепенно силы вернулись ко мне, а вместе с ними и зрение. Ухватившись за факел, я поднялся на ноги и осмотрелся.

Слева без сознания лежал Юсупов, а справа почерневшая сфера. Видать, княжич перетрудился и отключился из-за излишней потери маны. А может, и из-за жары. Ведь сфера сожрала тридцать четыре факела из сорока, создав в комнате нестерпимое пекло, которое я терпел лишь благодаря регенерации.

Впрочем, температура стремительно падала. Башню построили кровожадные ублюдки, но победителей они явно уважают. Как только я одолел сферу, дверь, через которую мы входили, открыли, и в комнату хлынул свежий воздух. Правда, камни от сферы порядком прогрелись, и толку от этого воздуха особо не было.

Я посмотрел на свои руки, потом опустил взгляд ниже и увидел побритое хозяйство. Пламя устроило мне внеплановую депиляцию, а вместе с этим спалило к чёртовой матери всю одежду.

– Гоб! Принеси тряпки моего размера, – попросил я, и тень тут же метнулась в соседнюю комнату.

Твою же мать. Это что получается? Мне придётся опять покупать новый комплект одежды? А ещё и Елизар, скряга, зажал гарантию на тряпки. В следующий раз буду требовать, чтобы он продал мне огнеупорный комплект одежды.

Гоб вернулся спустя пять минут и принёс мне тряпки аристократа, погибшего от того, что его перерубило пополам. Штаны и ботинки были в идеальном состоянии. Да, измазаны кровью, но мать их так! Ботинки невероятно удобные! А вот штаны какие-то утянутые, в облипку. Отврат. Но лучше, чем ничего.

В комплект входила рубаха и пиджак из зелёной ткани. Правда, и пиджак, и рубаха пострадали во время уполовинивания аристократа и потеряли примерно сантиметров двадцать своей длины.

Напялив на себя тряпки, я покачал головой и сплюнул. Чертовски неудобная одежда. Уж лучше бегать в невзрачном тряпье охотников, чем разгуливать в подобного рода нарядах и всё время ощущать неудобства.

Гоб выдал мне один из своих кинжалов, и настало время собирать трофеи. Награда всё это время валялась у меня под ногами. Чёртова огненная сфера размером с огромный арбуз, потеряв всю имеющуюся энергию, затвердела, превратившись в чёрный кусок то ли камня, то ли смолы.

Размахнувшись, я ударил клинком по сфере и отколол небольшой кусочек. По комнате прокатилось лязгающее эхо.

 
– Как жалкий раб аристократии,
Могу помочь честной я братии,
Давай будешь держать ты сферу,
А я крошить её, ну так. К примеру, –
 

предложил Гоб, расплывшись в клыкастой улыбке.

– Да тише ты. Сейчас этот проснётся. Давай в тень, – сказал я, покосившись на Юсупова.

Он хоть и болван, но благодаря его дару мы оба живы. Если бы сюда пришёл я один, то и я, и Гоб уже поджарились до хрустящей корочки. Ха-ха! А так до корочки прожарился только я. Впрочем, раны практически зажили.

Кстати, обидно, что всю энергию сферы пришлось перенаправить на поддержание покрова маны и печать регенерации. Если бы не пламя, то я с помощью этой маны мог бы поставить ещё пару новых печатей. Ну и ладно. Главное, что я жив.

Нанеся два десятка ударов, я расколол сферу пополам. Знаете, что было внутри? Чёртова шкатулка. Открыв её, я увидел игральную карту с синей рубашкой и золотой окаёмкой. На ней была написана цифра «8». Улыбнувшись, я тут же прикоснулся к карте, зная, что будет дальше.

Карта воспарила вверх и повернулась ко мне лицевой стороной, на которой красовалось название «Гиперакузия». Ниже шло пояснение:

«Обладатель карты способен слышать самые тихие звуки на расстоянии десятков километров. Эффект карты действует перманентно, его невозможно активировать или отменить. Он работает всегда».

Пф-ф-ф. Ну и мусор. Получив такой навык, ты будешь слышать тысячи голосов каждую секунду, что рано или поздно сведёт тебя с ума. Такого и врагу не пожелаешь. Хотя… Как только я дочитал текст до конца, он изменился:

«Вы можете передать карту гиперакузия другому носителю, стоит лишь представить, как карта появляется у вас в руке».

Если можно передать карту спящему человеку и она тут же применит свой эффект, то проснувшийся никогда и не узнает о том, что он стал носителем карты. А значит, просто поедет крышей и, возможно, наложит на себя руки. Да, башенка. Ты довольно странная, и дары твои чертовски многогранны. Ещё раз коснулся карты, заставив её рухнуть обратно в шкатулку.

Вот только проверять на себе действие этой карты я не собираюсь. Помимо карты, на дне шкатулки лежали синяя жемчужина и небольшой кусок трубки. Его я сразу же узнал. Ещё одна часть свистка. Улыбнувшись, я высыпал содержимое шкатулки в тень. Объединю артефакт с другой частью, когда буду в безопасности, а пока…

Подойдя к Юсупову, я прислушался. Сопит тихонечко. Значит, живой. Отлично, мне это на руку. Размахнувшись, я влепил ему пощёчину. Спит, подлец! Ну ладно. А если так? Прихватил кожу на княжеском боку вместе с одеждой и резко дёрнул на себя. От такой боли он тут же очнулся и испуганно уставился на меня.

– А-а-а!!! – испуганно заорал он, увидев меня, и попятился назад.

Ещё бы он не заорал! Ведь я весь покрыт волдырями, но они уже подживают.

– Да не ори ты. Это я. Твой спаситель, – устало сказал я и сел рядом с княжичем.

– Мы выжили?! – спросил он и ошалело начал ощупывать себя.

– Как видишь, да. А ещё вот. – Я швырнул ему шкатулку, в центре которой лежала карта.

– Это?.. – с придыханием спросил Юсупов, не веря, смотря то на меня, то на карту.

– Да. Награда за освоение башни, – ответив, я лёг на бок и с интересом уставился на парня.

– Я прошёл башню… – прошептал он, боясь прикоснуться к карте.

– Технически не ты, а мы. Но вообще да. Награда твоя. – С лёгким сердцем я расстался с этим барахлом, в надежде, что это упростит мне жизнь во время выхода из башни. – Можешь гордиться собой. Ведь ты своими силами добрался до финального испытания. И если уж быть до конца честным, то без тебя я бы не справился, – похвалил я парня, но он меня явно не слушал и любовался картой. – Не тупи. Коснись карты.

Княжич трясущейся рукой потрогал карту и едва не выронил шкатулку из рук, когда карта взмыла вверх. Глаза Юсупова бегали из стороны в сторону, читая только ему видный текст. Когда он закончил чтение, то тихонько сказал:

– Всё было не зря. Фирс, твоя смерть не будет напрасной.

Ну вот. Печётся о гибели телохранителя, а на жизни восемнадцати других спутников плевать. О них он даже и не вспомнил. Впрочем, это не моё дело.

– Если ты налюбовался картой, то мы можем идти на выход, – сказал я, указав на печать, которая была похожа как две капли воды на печать, перенёсшую нас внутрь башни. – Правда, есть один момент, который я хотел бы обговорить, – добавил я и про себя подумал: «Оотрицаю предательство».

– Не переживай. Я никому не расскажу, что ты был в башне. Всё же ты спас мне жизнь. К тому же ты вор, но не стал красть награду, а передал её мне. Или там было что-то ещё? – недоверчиво спросил парень и прищурился.

– Можешь меня обыскать, – равнодушно ответил я и, поднявшись на ноги, раскинул руки в стороны. – Мне скрывать нечего.

Хвала Гобу за то, что он стал моим вечным хранилищем барахла. Без него было бы сложновато выкрутиться из этой ситуации. Пришлось бы либо убить княжича, либо проглотить кусок свистка, а после малоприятно выдавливать его из себя. Оба варианта мне не нравятся.

– Не знаю почему, но я тебе верю. Ты достойный человек.

Не знаешь, почему веришь? Наверное, потому, что я только что рискнул жизнью. Конечно, не ради княжича, но он тоже извлёк из этого пользу. Да и в своём роду он теперь займёт доминирующую позицию, отбросив старшего брата навсегда в конец очереди преемников статуса главы рода.

Юсупов поднялся с пола и, подойдя ко мне, протянул руку:

– Будем знакомы. Я сын князя Юсупова, Юсупов Виталий Артемьевич.

Я пожал его руку и, расплывшись, в улыбке сказал:

– Своё имя я, пожалуй, оставлю при себе. Из соображений безопасности, разумеется.

– Не доверяешь мне? – оскорбился княжич.

– Знаешь, как говорят? Доверяй, но проверяй. Если после того, как мы покинем башню, за мной не начнут гоняться твои гвардейцы, то ты и правда достойный доверия человек. А если натравишь их на меня, то и имя моё тебе ни к чему.

– Разумно, – кивнул Юсупов. – Я выйду первым и уведу стражу. Через минуту можешь выходить и ты.

Хм-м-м… Его план шикарен. Если он обманет, то через минуту около башни соберутся все гвардейцы, охраняющие лагерь. И тогда мне конец. А если он говорит правду, то я без каких-либо проблем покину башню. Фальши я в нём не чувствую, хоть он и избалованный аристократ, но вроде знает, что такое честь.

Хотя он, не задумываясь, отправлял на смерть своих охранников. Чёрт. Неоднозначный он человек. Жаль, у меня нет выбора. Придётся рискнуть.

– Так и поступим, – кивнул я и отпустил руку княжича.

Распрямив плечи, он поправил волосы, спрятал меч в ножны и бодрой походкой двинул в сторону телепорта. Приложил руку к письменам и исчез в ярком свечении.

 
– Малец ушёл, может, предать,
Зря ты решил ему свободу дать,
Могли бы ему глотку вскрыть,
А после не спеша свалить, –
 

послышался голос Гоба

– Сейчас и узнаем, позвал он гвардейцев или нет.

Подойдя к телепорту, я досчитал до шестидесяти и приложил руку к письменам. Перед глазами полыхнуло ярко-белое свечение, и я оказался во внешнем мире. Вдалеке слышался громогласный рёв «Слава княжичу! Слава! Слава! Слава!». А около входа в башню никого не было. Всё-таки парень не обманул. Ну что тут скажешь? Слава Юсупову.

Осмотревшись по сторонам, я собирался рвануть в лагерь охотников, но земля под ногами задрожала. Подняв голову вверх, я увидел, как из черноты ночи вниз летит огромный камень. Да твою же мать! Выругавшись, я набросил покров маны и рванул в дальнюю часть поселения.

Башня разваливалась. Идиотское свойство завершённого испытания. Оно не только опасно для жизни окружающих, но ещё и чертовски пыльное. Огромный каменный блок рухнул на землю в двадцати метрах от меня, взметнув в небо ошмётки почвы, травы и, конечно же, пыли.

К моменту, когда вся эта гадость осыпалась вниз, я подбежал к лагерю охотников и нырнул в свою палатку. Шишаков храпел как боров и даже не думал просыпаться. Вот же стальные нервы. Хоть апокалипсис случись, он будет мирно спать.

Впрочем, и я довольно быстро вырубился. Да, огромная башня, пронзающая небеса, рушится. Да, куски камней валятся на землю. Но как-то так вышло, что башни всегда осыпаются в радиусе пятидесяти метров. Ни один из осколков камней не улетает дальше. Поэтому даже гвардейцы продолжали славить княжича, не обращая особого внимания на рушащуюся башню.

Зато пробуждение выдалось «отличное». Я проснулся от увесистой пощечины. Мозолистая рука схватила меня за волосы и потащила из палатки. Это был Никитич. На улице только занимался рассвет. Все спали. Даже гвардейцы на радостях напились и мирно посапывали. Тем более что пленные оборотни без своего альфы больше не могли обращаться.

Гвоздев утащил меня в дальнюю часть лагеря, где никого не было, прижал к частоколу и прорычал:

– Ты совсем охренел?

Видя, что я спросонья не понимаю, о чём речь, он кивнул на мою одежду.

Да я бы с радостью переоделся, вот только других тряпок в округе не было. Ну не могилы же мне раскапывать ради гвардейского мундира. Ведь так?

– Да, сегодня выгляжу как клоун, – улыбнулся я. – Решил напустить на себя немного аристократичности.

– Володька, ты мне зубы не заговаривай. Я видел, как ты пролез в башню. Если бы это заметил не только я, тебя бы уже казнили, – прошипел Гвоздев, оглядываясь по сторонам. – А вместе с этим ещё бы и всему союзу выписали волчий билет на подобные зачистки. Ты понимаешь, что мог всех оставить без работы?

– А вы глазастый, – хмыкнул я. – Думал, мне удалось прокрасться незаметно. К тому же всё прошло гладко. Башня зачищена, кроме вас, меня никто не заметил.

– Прямо-таки никто? – Гвоздев придавил меня взглядом и сильнее надавил рукой на плечо, вдавливая в стену. – Когда Юсупов вышел из башни, он то и дело тайком посматривал на вход.

– Эм-м-м. Ну да. Так уж вышло, что я спас княжича. Но он остался доволен. Выжил плюс ко всему получил карту навыка. И он обещал держать язык за зубами.

– Идиот, – тяжело выдохнул Гвоздев. – Ты хоть понимаешь, что княжеский род тебя теперь просто так не отпустит? Сопляк, который с лёгкостью зачищает башни и обладает даром, нужен всем в империи.

– Ну так ведь я тоже аристократ. Теперь со мной придётся считаться, иначе…

– Иначе что? Ты вызовешь и князя Юсупова на дуэль? Да тебя просто скрутят гвардейцы и силой зашвырнут в башню. Уж поверь, у князя достаточно людей, чтобы стереть с лица земли весь Дальневосточный регион, а не только барона Авдеева.

– Егор Никитич, ну ты же видишь, что меня бесполезно пугать. Пуганый уже.

– Понимаю. И поэтому я хочу, чтобы ты прямо сейчас выложил все карты на стол. Иначе я тебя вышвырну из союза и глазом не моргну. Я хочу точно знать, на что ты способен и чего от тебя ожидать в дальнейшем. А ещё выворачивай карманы и показывай, чем ты разжился в башне.

Повисла тяжёлая пауза. Гвоздев сверлил меня взглядом, а я всеми силами делал вид, что опасаюсь выдавать чертовски тайные тайны! На самом деле я уже давно хотел раскрыть перед Никитичем все карты. А вот и случай подвернулся.

– Гоб, – тихо сказал я, и слева возник зелёномордый.

– Какого? – выпалил Гвоздев, хватаясь за клинок.

– Спокойно. Он мой друг, – пояснил я и протянул руку, в которую гоблин вложил составные части свистка.

 
– Уж больно нервный ты старик,
Будешь бузить, проглотишь ножик вмиг, –
 

расплывшись в хищной улыбке, начал было Гоб, но я его осадил.

– Закрой пасть. И не смей нападать на Гвоздева. Никогда. Усёк? – Гоблин взвесил мои слова, кивнул и провалился в тень. – Егор Никитич, так уж вышло, что это моя вторая жизнь. В прошлой мне часто приходилось махать мечом, поэтому я с нуля и имею такие навыки. Зелёномордый, которого ты только что видел, был королём гоблинов. Так уж вышло, что мы сдружились. Впрочем, всё это неважно. Ведь это было давно и практически неправда. Важно вот это. – Я протянул старику две части свистка.

– Это то, о чём я думаю? – спросил Гвоздев, нахмурившись.

Мозолистая рука взяла две части свистка, и глава союза охотников начал с интересом их изучать.

– Две части составного артефакта. Попробуй поднести их друг к другу.

Никитич с удивлением уставился на меня, видимо, я сразил его своим рассказом. Согласен, это необычно. Перерождённых встретишь не каждый день. В прошлой жизни я таких вообще не встречал. Гвоздев взял части свистка и поднёс один к другому. Короткая вспышка, и они сплавились в монолитный кусок, в котором до сих пор не хватало элементов.

– Эх… Я надеялся, что теперь артефакт станет полноценным, но, видимо, придётся ещё пару раз заглянуть в башню, – вздохнул я.

– Владимир… – серьёзно сказал Гвоздев, перейдя с привычного «Володька» на самого «Владимира», и вернул мне свисток. – Спрячь артефакт и никому не показывай, – шепотом сказал Никитич и, посмотрев по сторонам, продолжил: – Ты с первой встречи показался мне странным. А то, что я сейчас увидел и услышал, немного объясняет, почему ты так хорошо обучен и неуправляем. Я то думал, что ты восемнадцатилетний сопляк, а ты… Кстати, сколько тебе в сумме?

– Немногим больше сорока, – усмехнулся я.

– Считай, мой ровесник, – озадаченно сказал Никитич и почесал затылок. – Ладно. Я мог бы прочитать тебе лекцию о том, какой ты безрассудный идиот, но тебя уже не переделать. – Гвоздев улыбнулся и, хитро посмотрев на меня, добавил: – Как вернёмся в союз, ты мне всё расскажешь. В мельчайших деталях. Хочу знать всё. Кем ты был, как звали, где научился владеть клинком и прочее. А ещё я накину тебе обязанностей. Договор? – Никитич протянул пятерню.

Обязанностей? А как же моя беззаботная жизнь в богатстве и праздности? Впрочем, союз стал для меня второй семьёй. Если на благо охотников придётся пахать, то я с радостью это сделаю.

– Договор, – хмыкнул я и пожал руку главы союза.

– Ну и славно. Беги в мою палатку, поройся в рюкзаке. Там сменный комплект одежды. Если наши ребята увидят тебя в этом наряде, то станешь посмешищем до конца жизни. – Я собирался поблагодарить, но Никитич лишь толкнул меня в спину. – Да топай уже! Скоро все проснутся.

Получив ускорение, я метнулся в палатку и напялил на себя одежду главы союза охотников. Тряпки оказались слегка великоваты, но если заправить рубаху в штаны и сильно затянуть пояс, то ходить можно. Во всяком из случаев подобный наряд куда удобнее узких аристократических штанов.

Спустя пару часов в центре лагеря открылся портал, из которого вылетела высокопоставленная делегация во главе с самим князем Юсуповым! Неудивительно, что его сынок стремился как можно скорее сделать что-то значимое, ведь глава рода выглядел скверно.

Осунувшиеся глаза, землистый цвет лица, дрожащие руки, говорит, словно может сдохнуть в любую секунду. Думаю, ему недолго осталось.

В центре лагеря построились гвардейцы, и нас Гвоздев тоже заставил присутствовать. Князь толкнул пафосную речь о том, что сегодня свершилось эпохальное событие, которое не только изменит жизнь его рода, но и всей империи. Все хлопали и улюлюкали в ожидании выплат. И они себя не заставили ждать.

Невысокий очкарик с залысинами принёс чемодан и передал его Гвоздеву.

– Фдефь фся фумма. Плюф пвемия фа ховофую ваботу, – прошипелявил он, поправил очки и убрался восвояси.

– Вы отлично поработали господа, – сказал Юсупов-младший и прошел через строй охотников, пожав каждому руку.

Проходя мимо меня, он на долю секунды задержал на мне взгляд, явно желая что-то сказать, но промолчал. Пожав мне руку, он ушел, а я почувствовал, что в ладони что-то осталось. Когда охотники отправились собирать вещи для переброски в СОХ, я разжал ладонь и посмотрел, что же там лежит.

Небольшое золотое кольцо с рубином. На золотом ободке было выгравировано «Род Юсуповых всегда платит по долгам». Ого. Это что? Клятва в верности? Если потребуется, то я могу обратиться к нему и он вернёт должок? Ну так у меня есть одна просьба. Обезглавьте Мышкина, и дело с концом. Ха-ха.

Нет, этот должок я верну своими силами. А когда Мышара подохнет, мне потребуется проклятый миллион рублей для поступления в академию магии. Вот тогда я и приду на порог дома Юсуповых.

* * *

Дачный кооператив «Путеец».

Тёсарев Станислав Альбертович залёг на дно. В Хабаровске было небезопасно, ведь воронежцы и краснореченцы разошлись не на шутку и убивают друг друга день и ночь. Он бы и сам поучаствовал в этом безумии, вот только охота на Авдеева ему вышла боком. Слишком много бойцов потерял. А одарённых так и вовсе не осталось.

Теперь он мог только ждать. Ждать удачного момента, когда Мышкин выйдет из анабиоза и наведёт порядок. Или когда воронежцы и краснореченцы достаточно ослабнут. А может, пока те и другие найдут паренька и пристрелят его как собаку. Ведь во время побоища частенько гибли мирные. Почему бы Авдееву не стать одним из погибших?

А ещё этот чёртов Воробей не давал покоя. Где этот ублюдок прячется? Если убить Воробья, то Авдеев останется без хозяина, может, тогда же закончится и война банд. Ведь парню будет больше не за что сражаться.

Тёсарев сидел в узкой комнатушке больше похожей на кладовку и курил вонючую махорку, которую собрал на местном огороде. Да, это не французский табачок, который он привык курить. Но другого не было. Затянувшись, он выпустил серо-желтое облако дыма и сипло сказал:

– Мне бы десяток таких Авдеевых, я бы весь Дальний восток на колени поставил.

В дверь дачи постучали.

– Станислав Альбертович, к вам пришли, – сказал один из охранников, не дожидаясь разрешения войти.

– Кто? – насторожился Тесак.

– Череп-младший.

– Скажи ему, что я чертовски занят, – устало отмахнулся Тесак, желая как можно скорее провалиться в собственные мысли и найти способ решить все проблемы.

Но такого шанса ему не дали. Дверь дачи резко распахнулась, и в неё ворвался изуродованный парень, чьё лицо покрывали десятки шрамов. Он выставил перед собой обрез и направил его на охранника.

– Назад. Я поговорю и уйду, – прошипел парень, косясь на Тёсарева.

Тесак только тяжело вздохнул и сказал:

– Какая нынче невоспитанная молодёжь. Ладно. Рассказывай что хотел. – Тёсарев махнул охраннику, чтобы тот прикрыл дверь.

– Станислав Альбертович, я слышал, что вы недавно едва не померли от рук одного выскочки, – начал было Череп, но его тут же перебил Тёсарев.

– А я слышал, что ты от одного щегла огрёб и зубы потерял. А ещё говорят, что твоего братана убил Воробей, которому этот пацан служит. И насколько я знаю, мы с тобой пострадали от одного и того же человека. – Тёсарев замолчал и пристально посмотрел на Черепанова, на лбу которого вздулась вена.

Желваки играли на челюстях парня, он сдавил рукоять обреза так, что пальцы побелели. Казалось, вот-вот и он взорвётся, а после выстрелит в лицо главе железнодорожников. Конечно, и сам Череп сдохнет в этом случае. Но подобного не случилось. Парень сдержался и процедил сквозь зубы.

– Я Рылу об этом уже говорил. Хотел, чтобы он помог отомстить, но этот вафел сказал, что мои проблемы его не волнуют. И вообще, мол, этого пацанёнка под крыло возьмём. Теперь Рыло мёртв, а я всё ещё хочу отомстить.

– И пришёл ты затем, чтобы я дал тебе людей? – спросил Тёсарев, затянувшись махоркой.

– Так и есть. Дай мне тридцать человек со стволами, и к вечеру этот ублюдок сдохнет, – прорычал Черепанов.

– Игорь, видишь ли, у нас есть одна проблема. Я уже отправлял к этому парню, его. Кстати, Владимир Авдеев зовут. Так вот, я отправлял к нему пятьдесят человек. Обученных. Как думаешь, сколько из них вернулось назад? – Тёсарев сделал театральную паузу, а после выдохнул табачный дым в лицо Черепа, от чего тот закашлялся. – Все мертвы. Почему ты думаешь, что сможешь справиться?

– Я думаю, что сначала они убили моего брата. Потом пришли за Рылом. А теперь остался только ты. Если ничего не предпримем, то совсем скоро железнодорожники закончатся.

Тёсарев понимал, что в словах парня есть смысл. Вот только людей осталось и так с гулькин нос. А отправлять тридцать человек на бойню было не вариант. В таком случае охранять дачный кооператив останется хорошо, если сорок человек. А этого маловато для того, чтобы остановить воронежских или краснореченских, если те узнают, где скрывается Тесак. Подумав, он сказал:

– Тридцать человек – это много. Дам десять. Сумеешь справиться такими силами?

Тёсарев затушил сигарету и, постучав пальцами по столу, встал в полный рост.

– Если выдашь огнестрел, то справимся, – оскалился Черепанов и протянул руку главе железнодорожников.

– Замётано, – хищно оскалился Тесак.

* * *

Когда мы вернулись в СОХ, началось веселье. Гвоздев согнал всех охотников на плац и объявил:

– Значит, так. Вот этот парень. – Он ткнул пальцем в мою сторону. – Снова спас жизни тридцати пяти охотников. В связи с этим я поздравляю тебя, Владимир, с получением нового ранга, – торжественно сказал Никитич и протянул мне серую корочку, на которой красовалась скалящаяся морда волка.

– В смысле? Володьку, что ли, до третьего ранга повысили? – ахнул кто-то из толпы.

– Закрыли пасти! – рявкнул Гвоздев. – С сегодняшнего дня он вам не Володька, а Владимир. Охотник третьего класса в звании волк. – Никитич повернулся ко мне и сказал так, чтобы все слышали: – Теперь, Владимир, ты не только будешь получать больше денег за задания, но вместе с этим будешь водить людей в бой. А чтобы вести за собой охотников, нужно их тренировать. – Повисла полная тишина, так как все собравшиеся охренели. Ведь ранее тренировки вёл только сам Гвоздев и никому не доверял эту священную обязанность. – Начнём с трёх тренировок в неделю. А там посмотрим.

– Пф-ф-ф. Это и есть та работа, о которой вы говорили? – усмехнулся я. – Справлюсь. Не переживайте.

– Ну и славно. Тогда забирай этих оглоедов и бегом марш в тренировочный зал, – по-отечески сказал Гвоздев и подтолкнул меня вперёд.

– Слушай мою команду! Построение в колонну по двое, выдерживаем интервал в метр. Разминку начинай! – рявкнул я и побежал впереди колонны.