Текст книги "Мир Вальдиры. Вторая трилогия"

– А вот и настоящее цунами, – прошептал я, глядя на набирающую скорость смерть.

– Всем покинуть корабль! Всем покинуть корабль! – истошно завопил Док. – То есть ресторан! Босс, нас захлестнет!

Лысый эльф Орбит не ошибся. Все только начиналось.

Глядя на чудовищный по размерам водный вал, я ощутил «причастность» к великим делам. Сейчас мы оставались только зрителями в этом спектакле смерти, но именно мы нажали «кнопку», запустив механизм уничтожения. Прямо как в том древнем анекдоте про ракетчиков: «На посту все спокойно!» – «Спокойно?! А Швейцария где, так тебя?!»

За моей спиной неустанно работал телепорт, пропуская через себя прибывающие силы клана Неспящих. В ресторанчике уже не осталось места, несколько командиров уверенно направляли прибывающих игроков в разные стороны, распределяя их по боевым группам. Я не смотрел в их сторону, полностью поглощенный зрелищем рукотворного цунами, но слышал отрывистые команды, краем глаза замечал разноцветные всполохи врубающихся аур.

Я не знал, насколько близко к истине предсказание лысого эльфа, но, судя по эффекту от его слов, воспринято оно было более чем серьезно. Что ж, я был согласен, что при появлении пусть даже призрачной угрозы для строящегося флота к ней надо отнестись со всем вниманием. Лучше подстраховаться, чем потом плавать посреди обломков уничтоженной армады и выть на цифровую луну.

Что меня еще порадовало – никто нас ни в чем не обвинял. Возможно, здесь сыграл роль мой статус Великого Навигатора, а возможно, Баронесса понимала, что «активация» угрозы Диграция была неизбежна. У них ведь тоже аналитики недаром виртуальный хлеб жуют.

– А вот и оно! – рыкнул полуорк Бом.

– О да, – согласился преодолевший первый приступ паники Док.

За минуту продолжающая вздыматься исполинская волна приблизилась к ледовой границе и с рокочущим грохотом всей своей массой обрушилась на несчастный порт Акальроума и, не сбавляя скорости, понеслась дальше, с каждым мгновением набирая скорость. Замороженный порт сыграл роль трамплина, ибо по ледяной поверхности ревущая вода пронеслась буквально за мгновение и врезалась в портовые постройки. Первое, что бросилось мне в глаза, – вмороженные в лед и остававшиеся относительно целыми единичные корабли были уничтожены в один миг. Смяты как пустые скорлупки от орехов. Восстановлению не подлежат, ибо восстанавливать больше нечего. Последние надежды игроков‑владельцев разбились вдребезги, как и их собственность.

В момент, когда первые потоки воды подобно тарану врезались в стены складов и прочих зданий, в них ударили ясно видимые даже с такого расстояния белоснежные широкие лучи, исходящие из нескольких припортовых сторожевых башен, на чьих вершинах ярко засветилось нечто, больше всего похожее на огромные прожектора. Только вместо потока света данные устройства излучали дикий холод. В том месте, где белоснежные лучи ударили в грязную воду, она мгновенно промерзала на несколько метров. На припортовых узких улочках и переулках возникли ледяные пробки, пытающиеся сдержать сокрушительный напор цунами. Еще несколько лучей скрестились на вершине катящейся волны и пошли вниз к ее подножию. Мы стали свидетелями невероятного – исполинская волна замерзала прямо в «полете». Вся ее передняя часть превратилась в толстую ледяную корку и подобно волнолому сдержала основной удар. Образовавшийся айсберг рухнул на крыши домов, несколько стен разлетелись в куски, провалились крыши, во все стороны полетели камни и щебенка, прошедшиеся по округе подобно дождю из шрапнели.

Мать моя женщина…

Теперь мы смотрели на порт сквозь ледяную призму, быстро покрывающуюся глубокими трещинами. А за ней ворочались страшные темные тени. С оглушительным треском часть ледяной стены рухнула, из пролома хлынула океанская вода. Еще один удар, я с оторопью уставился на показавшуюся в проломе неимоверно зубастую пасть. На секунду мне показалось, что сквозь лед рвется гигантский динозавр. Еще через секунду я понял, что мне ничего не показалось – пробитый участок стал еще шире, вместе с потоками воды и кусками льда на волю вырвался монструозный динозавр высотой с трехэтажный дом. Тварь задрала чешуйчатую голову, к небесам рванулся утробный вой. До монстра было слишком далеко, я не сумел прочесть его название, но это явно был не рядовой обитатель глубин. Видимые отсюда передние лапы больше смахивают на плавники, а не на способные ходить ноги.

Ледяная стена явственно прогнулась, уподобившись плотине во время паводка, через ее вершину начала перехлестывать вода.

– О черт! – завопила Кэлен, тыча рукой в ночное небо.

– Ох ты ж… – протянул Док.

Через высоченную ледяную стену, пытающуюся сдержать чудовищный напор воды, грациозно перелетало несколько новых гостей со знакомыми «рыбными» очертаниями. Достигнув высшей точки, создания по крутой дуге полетели вниз, увлекаемые силой тяжести. За те несколько секунд, что они парили в воздухе, мы успели подробно рассмотреть «рыбешек» под десять-двенадцать метров длиной. Больше всего похоже на рыбу-меч – длиннющий мечеобразный отросток на носу буквально кричал об этом. Над головами крупные красные надписи: «Офтальмозавр». А на спинах по несколько наездников – несомненно, ахилоты, в полном вооружении и странных доспехах. Живущие в воде игроки навестили наземный город. И явно не с дружескими намерениями. Короткий полет завершился, и тройка офтальмозавров рухнула наземь. Двое угодили на заполненные водой улочки и резко рванули вперед, маневрируя ничем не хуже скутеров посреди обломков и рушащихся стен. Последняя рыбища бухнулась на крышу дома и судорожно забилась, подминая под себя наездников. Не повезло с посадкой. Впрочем, попавшей в чуждую стихию рыбе скоро помогли – дергающийся в проломе ледяной стены динозавр с бешеным ревом поднатужился, качнулся из стороны в сторону и выбрался-таки на свободу, тяжко рухнув на многострадальные прибрежные дома. Из освободившегося от живой «пробки» пролома рванул толстенный поток воды, наполненной ледяным крошевом, сметая все на своем пути. Вода с легкостью слизнула бившегося на крыше офтальмозавра, словно пушинку подхватив десятиметровую тварь и швырнув ее вниз. Над чудом еще стоявшей ледяной стеной взвилось сразу несколько силуэтов со змеиными и рыбьими очертаниями. Первый лихач напоролся на замораживающий луч и, мгновенно покрывшись ледяной коркой, замер и рухнул вниз. В падающем ледяном обломке я отчетливо различил застывшую огромную акулу и прижавшихся к ее спине двух ахилотов.

С диким грохотом обрушилось двухэтажное здание из белого камня, над его обломками вздел голову ревущий динозавр, чье имя мы наконец-то смогли прочитать, правда, ничего при этом не поняв: «лиоплевродон». Больше всего смахивает на гигантского крокодила-мутанта. Высота с трехэтажный дом, длина… длина просто неимоверная.

– Ребят, думаю, пора нам покинуть этот водный парк Юрского периода, – сглотнув, крикнул я, наблюдая, как чудовище ломится к центру города прямо сквозь дома. Бронированная и злобно ревущая тварь, тяжко ползущая по крышам домов…

Мне никто не ответил. И это понятно – слишком уж завораживающим было зрелище. Куда там фильмам-блокбастерам. Тут все «вживую».

– Живой боевой корабль, – с отчетливым напряжением в голосе произнесла подошедшая ко мне Черная Баронесса. – Слышать слышала из докладов, но еще не видела. Лиоплевродон. Бесы не стали сильно напрягаться и просто оцифровали справочник морских динозавров, разительно увеличив их в размерах! И вот итог. Живое боевое судно подводного флота ахилотов. Средний размер, броня, зубы и чудовищная масса… Говорят, что он может выпрыгивать из воды и всем телом падать на корабли…

– Средний размер? – повторил я.

– Ага. Даже меньше среднего. Это класс кораблей боевого сопровождения. Что-то вроде эсминцев, я думаю.

– Тогда не хотел бы я увидеть их дредноуты, – признался я.

– А придется, – усмехнулась глава клана Неспящих. – Во время похода насмотришься. Знаешь, что меня бесит больше всего?

– М-м? – отозвался я, глядя на все более прогибающуюся ледяную стену, единственную защиту, ограждающую Акальроум от еще больших разрушений и затопления. Долго ей не простоять.

– То, что эти гадины морские могут действовать без экипажа, – зло произнесла Баронесса. – Ведь, по сути, это просто здоровенный динозавр, чтоб его! Его можно направить на цель одним-единственным словом! Как ракета с автоматическим блоком наведения! Да еще и многоразовая! И только сами ахилоты знают, сколько таких тварей они вырастили в своих подводных инкубаторах, блин!

– Да уж, – согласился я, смотря, как обсуждаемый нами динозавр с трудно выговариваемым названием целеустремленно движется прямо к одной из сторожевых башен, с которой непрестанно бил замораживающий луч. Поток холода круто изменил направление, убрался с трещавшей стены и ударил прямо в зубастую пасть. На голове крокодила-переростка появилась ледяная корка, закрывшая ему глаза, сковавшая пасть. Но не остановившая. Обрастающий льдом динозавр упорно пер к своей цели. А внизу, у его тяжко ворочающихся ласт, крутились вполне освоившиеся рыбы-мечи, офтальмозавры и акулы, защищающие своего большого «папу» от атак еще остававшихся в живых городских стражей и игроков.

Ахилоты побеждали – на затопленных улицах, в воде, они были куда быстрее, маневреннее и опасней. Правда, многим удавалось огрызаться. На моих глазах в грудь одного из ахилотов ударила длиннющая стрела, пущенная с крыши одного из устоявших домов. Ахилота отбросило метра на два, он мгновенно растворился во вспышке смерти, оставив после себя оранжевый сгусток тумана, канувший в пенящуюся воду.

– Они все ближе, – заметил Крей, с тревогой взглянув на меня, а затем на полуодетую Кэлен.

– И я про то же, – кивнул я. – На сегодня закончили, ребят. Расходимся по домам или куда угодно. В следующий раз продолжим.

– В следующий раз? – фыркнула Баронесса. – Вам одного разрушенного города мало?! В следующий раз какой Великий город навестите?

– Очень смешно, – скривился я. – Нашей вины здесь нет. Это просто… побочный эффект!

– Ага! Размером с город!

– Где-то я уже это слышал, – хмыкнул я. – Или говорил… Кстати, а вам никуда не надо торопиться? А то стоишь здесь, вино пьешь, а там внизу Диграция пеленают.

– Весь отряд разведчиков уже задействован. Отметку на карте я от Орбита получила, всем кому надо разослала, – пожала плечами девушка. – Сейчас тихушники ищут подходы, оценивают обстановку, готовят маяки. Когда все будет готово – сообщат и по сигналу откроют портал. Не бегать же всему клану по затопленным улицам. Мы не бобры. И не лохры.

– Бога вам не убить.

– Значит, загоним в самый темный и дальний угол. А вот крабберов и ахилотов нарежем мелкими ломтиками, – пообещала Баронесса, и я ей почему-то сразу поверил. Она была уверена в своих возможностях.

– А динозавры? – кивнул я на почти добравшегося к башне монстра.

– Вымерли однажды – вымрут еще раз. А вот вы уходите уже. Скоро здесь начнется такой бардак, что мама не горюй. Грабеж, грабеж и еще раз грабеж. Красная армия никогда не спит. А нам за вами приглядывать некогда.

О да, с этим я был согласен. Красная армия никогда не спит.

«Красной армией» в мире Вальдиры называли крупные соединения игроков‑агров с никами, покрашенными в красный цвет. Любой агр-клан можно смело называть Красной армией. И можно смело бояться ее прихода. Сейчас, когда Акальроум полностью обескровлен и практически лишен защиты, сюда подтянутся не только любители халявной наживы, но и настоящие профессионалы с большой дороги. Резня будет дикой. Агры против стражи и добропорядочных игроков.

Правда, для многих агров это настоящий шанс сменить «окраску» – если ненавистный страже разбойник вдруг встанет на их сторону и начнет защищать город ценой собственной жизни, ему скостятся многие грешки. А если город удастся отстоять, то не исключено, что даже очень застарелая краснота ника сменится на мирный зеленый цвет.

Также я был полностью согласен с утверждением, что делать нам здесь нечего. Мне так уж точно. Мародерничать я не желал, да и к тому же мой лимит Вальдиры на сегодня исчерпан. Завтра с утра надо быть бодрым как огурчик, ибо в реале предстоят большие дела.

– Эй! – громогласно окликнул я своих верных боевых товарищей. – Группа распущена! Расходимся, ребят. А то здесь вскоре станет слишком горячо.

Некоторые меня даже не услышали, всецело поглощенные созерцанием пылающего города. Но кое-кто все же отреагировал.

– Да, пора уже, – согласилась со мной Кира, с неопределенным выражением лица бросая последний взгляд на кошмар внизу.

– Хм… – задумался Док.

– Я пока задержусь! – выпалила Кэлен. – Есть! Он добрался! Умничка!

– Добрался?! – удивился я, поворачивая голову.

И правда добрался… Гигантский динозавр, невзирая на покрывшую его корку магического льда и мелкие раны, сумел доползти до сторожевой башни и со всего размаху ударился об нее. Башня вздрогнула, но устояла. Динозавр огорченно взревел и повторил навал, напирая на высокую постройку всем телом, одновременно вздымая себя все выше. Его замороженные глаза ничего не видели, но действовал он без промаха – передняя лапа-ласт словно косой смерти прошлась по вершине башни, сметая все на своем пути. Вниз полетели обломки «магического прожектора», а вернее, обломки замораживающего стационарного артефакта и крутящиеся фигурки управляющих им стражников. Сама содрогающаяся башня продолжала стоять, но уже никак не влияла на ход боя.

– Умничка?! – поразился я словам Кэлен. – Ты вообще на чьей стороне?

– На той, где спецэффекты лучше, – радостно улыбнулась волшебница. – Так интересней!

– Ага-а‑а‑а, – столь же радостно согласился лысый эльф.

– А, черт! – рыкнула Баронесса, ее глаза бегали по невидимым мне строчкам. – Город крик-запрос послал…

– Отмолчаться нельзя, – глухим басом заметил подошедший к ней Алый Барс.

– А то я не знаю, – вздохнула глава Неспящих и, круто развернувшись, крикнула: – Ситон! Терми! Мне нужна вся наша артиллерия! Послан официальный запрос о помощи Акальроуму, не отреагировать мы не можем! Запрос принят. Встаем на защиту города!

– Да-а‑а‑а‑а! – Радостный многоголосый вопль сотряс несчастный ресторанчик.

Дело совсем плохо, подытожил я, коротко переглянувшись со вставшей за моим плечом Кирой.

Великие города очень гордые. Обычно они принимают помощь с небрежной снисходительностью: дескать, и сами бы справились, но так уж и быть, позволяем помочь. Но если послали крик-запрос главе клана, оказавшейся поблизости, значит, дела не просто плохи. Дела чудовищно плохи. Город может пасть.

– Первый доклад с побережья! – выкрикнул неизвестный мне игрок Неспящих – человек в черных и блестящих, как смола, доспехах. – Поднимается вторая волна! Примерное время до удара – пять-шесть минут.

Да, поднять настоящее цунами дело нелегкое даже для ахилотов. Требуется совместная работа очень многих магов.

Ухватив Киру за локоть, я увлек ее в угол, чтобы не путаться у занятых людей под ногами. Похоже, перед уходом я могу немного посмотреть на работу столь известного клана в экстремальной ситуации. Я могу взглянуть на действия Черной Баронессы. И она меня не разочаровала.

– Этот сектор под нашей защитой! Подтверждено! Я дала слово! Приступаем, мальчики и девочки! Огневики! Та вода, что плещется на улицах у подножья холма, – вскипятите ее! Хочу видеть бурлящий крутой кипяток!

– Сделаем!

Не менее двадцати игроков-магов резво рванули к выходу.

– Крив! Твоя ударная группа прикрывает огневиков! Чтобы никто не улетел!

– Хоп!

– Энни, ласточка моя, разворачивай здесь артефакт возрождения – прямо в ресторане, на террасе. Не люблю далеко летать после смерти!

– Хорошо!

– Барс!

– Слушаю! – проревел Алый Барс.

– Этот холм – наша крепость! На крышу установить походное знамя клана – светящееся, большое, трепещущее даже без ветра. Далее: никому из чужих здесь не место. Полная блокада. Лучников и магов на крышу, туда же десяток танков щитовиков и пару дальноглядов. И никакой массовой магии! Об этом предупреди всех отдельно! Только локальное воздействие. Если потребуется глобальный удар – только после моего разрешения.

– Уже выполняю, – кивнул Алый Барс и, круто развернувшись, одним прыжком выметнулся на террасу. Секунда, и он уже на крыше. Видимо, решил оценить позицию. Или решил самолично установить флагшток с клановым знаменем.

– Ситон!

– Ау?

– Где моя артиллерия?!

– Уже здесь! – радостно оскалился чернобородый гном, тыча пальцем на улицу.

И не соврал. Буквально через минуту там открылся портал массового переноса, и на булыжную мостовую древней улицы с небольшой высоты рухнуло несколько сложных конструкций. Больше всего машины мне напомнили вычурные здоровенные арбалеты на станинах. Затем из портала посыпались длинные ящики с четкими надписями на крышках: «Болты. Огонь». «Болты. Лед». «Болты. Кислота»… а вот и боеприпасы.

– Ничего навесного, надеюсь, не притащил? – вопросила Баронесса, мельком взглянув на все прибывающую технику.

– Обижаешь, начальница, – усмехнулся гном. – Навесом здесь нельзя. Только стрелометы. Благо на возвышении сидим. Через пять минут готов к стрельбе!

– Принято.

– Обалдеть, – с завистью пробормотала Кира. – У нее талант управленца. Нам бы ее в клан…

– Баронессу к вам в клан? – фыркнул я. – Кем?!

– Тоже верно, – вздохнула Беда. – Ну что? Пошли?

– Пошли, – согласился я, доставая свиток телепорта. – Наши дела здесь завершены.

– Уже уходите? – улыбнулась мне Баронесса. – Сейчас начинается самое веселое. Я как раз хотела красиво дать знать о нашем присутствии. Терми! Подай-ка мне Нюшу!

«Красиво заявить?»

Широкоплечий полуорк Терми ухмыльнулся, пошурудил в брошенном на пол мешке и достал из него… Честно говоря, я не понял, что именно он достал, но стоящая рядом со мной Кира Беда внезапно закашлялась.

Больше всего загадочный предмет напоминал пробирку из серебряного стекла. Если, конечно, существуют пробирки длиной в полтора метра, толщиной в полметра. Пробирка была покрыта сложными алыми узорами, на одном конце запаяна, а на другом нечто вроде черной печати со светящими белыми рунами.

– Нюргай Шархан, – откашлявшись, выдавила Кира. – Это Нюргай Шархан! Божественная пчела! Из улья безумного бога Зохра! Фига себе!

Ласково похлопав рукой по пробирке, Баронесса взвалила Нюшу себе на плечо и, мурлыкая под нос веселый мотивчик, вышла на террасу. Я не удержался и последовал за ней. Нюша? Улей? Ничего не понимаю! Я много знаю о Вальдире, но ни о каких Нюшах раньше не слыхал, однако. Одно могу сказать – лежащая на плече девушки пробирка в данный момент крайне сильно смахивала на базуку.

Ею она и оказалась.

Повернувшись всем телом к крушащему дома динозавру, тому самому, что оприходовал сторожевую башню, Баронесса покачала головой и заметила:

– Какой нехороший мальчик! Пора тебя нежно чмокнуть!

С легким хлопком печать на переднем конце серебристой пробирки исчезла. Баронессу шатнуло, она отступила на шаг назад, пробирка со звоном упала на пол и разлетелась на миллион осколков. А мы невольно пригнулись от невероятно бешеного рева.

Я не видел, чтобы из пробирки что-то вылетало. Не видел вспышки. Не видел даже смутного движения.

Единственное, что я видел, – повисший в воздухе абсолютно прямой инверсионный след, похожий на те, что оставляют в небе сверхзвуковые самолеты. А еще я видел, как динозавр высотой с трехэтажный дом медленно заваливается набок, издавая все тот же дикий рев. Висящий в воздухе дымный след как раз заканчивался в том месте, где еще совсем недавно находилась голова огромного монстра.

– Кира, кто такая Нюша? – задумчиво спросил я, глядя на павшего чешуйчатого титана.

– В далекой пустыне бродит бог, – заторможенно отозвалась Кира. – Бог в виде живого оазиса, перемещающегося каждый день. Там вода, пальмы, цветы… и пчелы. Нюргай Шархан. Сокращенно – НюШа. Одна такая пчелка и сидела в той бутылке, как джинн в лампе. Пчелы бессмертны – это часть бога. Где бы они ни были, всегда найдут путь к своему оазису. Очень быстрые. Короче говоря, та пчелка, что выпустила Баронесса, – она уже давно в улье сидит. Может, и покушать успела.

– Верно, – кивнул услышавший нас Терми. – Если такую пчелу поймать и запереть, получается живая базука. Когда печать вскрыта, первый километр пчела летит только по прямой, никуда не сворачивая и снося все на своем пути. Затем уже локатор врубает и начинает маневрировать. Оружие классное… но цена… вы просто не представляете, сколько она стоит.

– Почему же, очень даже представляю, – буркнула Кира.

– Все, всем пока, – широко улыбнулся я, подталкивая свою бедовую девушку в спину. – Полетели!

– Полетели, – кивнула Беда.

Убедившись, что остальные остаются в первых зрительских местах и никуда не собираются уходить, я помахал всем ручкой и активировал свиток телепорта, еще успев увидеть, как далеко в море начинает подниматься очередной водный горб размером с небольшую гору.

А затем перед глазами замерцала старая знакомая радуга.

Мне пора на выход.