Текст книги "Донесители"
![](/books_files/covers/thumbs_240/donesiteli-243845.jpg)
Автор книги: Денис Рябцев
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)
Глава 19. О том, как Вика, Ваня Алиса и Гара-Гум думали над планом дальнейших действий
– Ваня! – громко сказала старшая сестра, – Дави на газ!
Автомобиль, сбивая на ходу камни со стен, ринулся задом наперед к выходу. Ване было крайне неудобно править, вывернув голову назад. Но он старался как можно точнее выкатить машину из западни.
– Правее, – живо посоветовала Вика. Она встала на колени и посмотрела вперед.
– Сядь, Вика, – коротко поправил ее Ваня, ты только загораживаешь мне обзор. Машина выскочила из пещеры и со всей силы ударилась багажником об отвесную скалу
стоящей напротив горы. Девочки попадали на заднем сиденье.
– Вперед! – закричала Вика.
Но на капот автомобиля запрыгнул Шраф и стукнул со всей силы кулаком по стеклу. Ваня резко дернул автомобиль вперед, и машина заскочила обратно в пещеру. Шраф, перекатившись по крыше, спрыгнул вниз и перегородил своим туловищем выезд. Но Ваня этого не увидел. Он включил заднюю скорость, и опять помчался назад. Бампер машины стукнул шрафа в живот и существо отлетело прочь. Ваня успел затормозить прежде, чем машина опять бы врезалась в стену. Он повернул колеса вправо, набрал в легкие воздуха и заставил себя аккуратно нажать на педаль газа.
– Ура! – закричали сестры, когда машина выскочила на открытый простор пустыни Вынз, а бежавшие за детьми шрафы отстали – Мы спаслись!
– Да, – сказала коробочка Принеси-подая, – Вы придумали очень удачный план.
– Только я вся в синяках, – призналась Вика.
– Вот, – поднял вверх указательный палец мальчик, – Кто мешал вам пристегнуться?
– Шрафы, – ответила Алиса, и все засмеялись.
А меж тем радоваться было нечему. И Вика быстро прервала веселье, царившее в машине:
– Принеси-подай, – сказала она, – Шрафы по-прежнему гонятся за нами? Они могут нас догнать?
– Шрафы бегают в два раза медленнее нашей машины, – ответил робот.
– Это здорово, – кивнула Вика, – Значит, мы всегда можем скрыться.
– А я думаю, что настало время нам позавтракать, – сказала Алиса. – Есть у нас время подкрепиться чем-то вкусненьким?
– Завтракать будем на ходу, – кивнула Вика. – Мне все-таки непонятно, как нас Шрафы обнаружили в пещере. Мы молчали, вели себя очень неприметно.
– Это досадная случайность, – ответил робот, – Это то, чего мы предвидеть не могли.
– Значит, Алиса не виновата? – спросил мальчик.
– Нет, конечно, – ответила коробочка.
– А есть ли смысл нам снова набрать воды и замолчать? – уточнила Вика, – Нас ведь уже обнаружили.
– Теперь можете тихо разговаривать, – кивнул Принеси-подай, – На нас уже все равно идет охота. Каждый миг мы рискуем опять оказаться в крупных неприятностях. Шрафы знают, как мы выглядим, сколько нас, где мы были и в какую сторону уехали.
– А завтрак? – напомнила Алиса, – Кушать будем?
– Да будем-будем, – кивнул Ваня.
Мальчик остановил автомобиль и вышел к багажнику за едой.
Автомобиль был весь помят и исцарапан. Ваня с сожалением покачал головой. Только теперь он вполне осознал, из какой чудовищной беды вывез их этот надежный железный конь.
Но еще больший ужас ждал мальчика в багажнике. В багажнике не было никакой еды. Только обрывки упаковки от первого, второго… Шрафы съели все, чем снабдили крамзане Донесителей. Мальчик вернулся в салон автомобиля и сел за руль. Ваня молчал.
– И где мороженое, где пирожное? – спросила с улыбкой Алиса.
– У шрафов в желудках, – ответил Ваня, вздыхая.
– Вот это да, – изумленно воскликнула Вика.
– Мы умрем с голоду? – спросила Алиса.
– Нет, – махнул рукой Ваня, – с нами Принеси-подай! Он растянет время и соберет еды из частиц! Пусть, это будет непросто. Но мы не пропадем.
Робот заерзал на своем сиденье. Его лицо не выражало никаких эмоций, но туловище как-то осунулось и сжалось.
– Что-то не так, Принеси-подай? – мальчик похлопал Гара-гума по плечу.
– Хозяин времени лишил меня и других невоенных роботов умения растягивать время, друзья! – произнесла в полной тишине красная коробочка.
Дети молчали и смотрели на робота с изумлением.
– Ваш Гара-гум дважды нарушил важные правила, по которым роботы могли растягивать время, – признался мамин голос, – Первый раз – делая космическую энциклопедию на планете Грава. Второй раз – теперь. Ваш робот оставил на растерзание Шрафам куклу вместо себя.
– Куклу… – прошептала Алиса, – Ты испугался, Принеси-подайчик?
– Робот не знает, что такое страх, – ответила коробочка.
– Принеси-подай не хотел оставлять нас одних на Уруме, – тоже шепотом сказала Вика, – Ты – молодец, робот. Ты очень здорово сделал, что так поступил. Но это нас не спасет… Мы остались без еды. У нас нет никакого плана действий.
– Подожди, Вика, – воодушевился Ваня, – Всегда должен быть какой-то выход. Надо просто очень хорошо подумать.
– Пить очень хочется, – мечтательно бросила Алиса, – Как тут можно думать, когда во рту все пересохло?
– Стоп! – Вика вытащила планшет и включила карту – Вода. Вода – это жизнь. Вода – это спасенье. Я видела на Уруме воду. Где-то…
Девочка углубилась в изучение карты.
– На Уруме есть одно единственное небольшое озеро, – кивнул головой Принеси-подай, – оно на Северо-востоке от нас.
– Далеко? – Вика по компасу на карте определила, в какой стороне Северо-восток.
– Пятьсот один земной километр и сто два метра, – ответил робот со свойственной ему точностью.
– А! Вижу, – Вика нашла на карте небольшое синее пятнышко, – Озеро под названием Гиблое. Фу! Вот это названьице! Почему это оно гиблое?
– Существа на Уруме не любят воды, – пояснил Гара-гум. – Они воду не пьют, в ней не моются. Они вообще воды побаиваются. Озеро Гиблое когда-то давно носило название Слеза Урума. И не потому, что кто-то большой плакал над пустынной планетой и ронял на Урум слезы. Название означало, что вода в озере чистая, как слеза. Говорят, что водоем этот образовался из льдины, упавшей на планету много столетий назад. Только льдина была настолько большой, что она до сих пор вся не растаяла. А в Гиблое водоем переименовали Шрафы. Однажды один из них наглотался воды, упав в погоне за добычей в воду. Шраф чуть было не задохнулся – он совершенно не умел плавать. Каким-то чудом существу удалось все же выползти на берег. Он отплевывал воду и кричал: «Гиблое!»
– Ясно! Это то, что нужно, – потерла ладошки Вика, – Это место, где безопасно. По крайней мере, мы сможем утолить жажду. Вода пригодна для питья?
– Вполне, – кивнул Принеси-подай, – Она, конечно, солоновата на вкус – если говорить вашим земным языком.
– Как это? – поинтересовалась Алиса, – Вода с солью что-ли?
– С повешенным содержанием солей, – ответил робот.
– Долго до этого Гиблого ехать? – спросил Ваня.
– Пять часов, – выдал ответ робот.
– Едем? – спросил мальчик.
– А чего ждать-то… – ответила Вика, – Поехали, Ваня.
– Да я себя как-то неловко чувствую, – признался мальчик, – Мы так долго летели на этот Урум. Я все думал, что мы здесь начнем совершать настоящие подвиги.
– Это какие такие подвиги? – спросила Вика.
– Разные, – Ваня показал кулак.
– А! – кивнула старшая сестра, – Я поняла. Взрывы, пушки, танки…
– Да нет же, – рассердился мальчик, – Наладим мир, например. Подружимся с Цепами и Шрафами. Помирим их друг с другом. А вместо этого убегаем, как трусы. Мы теперь ищем безопасное место. Чтобы спокойно было.
Вика вздохнула. Она тоже представляла все не так:
– Да, Ваня…
– И ничего и не убегаем, – замотала головой Алиса, – Мы просто ищем воду, чтобы не погибнуть от жажды. Принеси-подай, ты не знаешь, сколько человек может прожить без воды?
– Трое земных суток, – ответил робот.
– Вот, – с деловой интонацией в голосе заметила Алиса, – Какое геройство может быть, когда у нас совсем нечего пить?
– Хорошо, – подытожила Вика, – Мы сейчас отправляемся на это Гиблое озеро. Делаем запас воды, чтобы не умереть от жажды. А затем продумываем подробный план, что делать дальше.
– Еще бы и с едой вопрос решить, – сказал по-взрослому мальчик. – Вода-водой, но кушать тоже что-то нужно.
– В озере рыбки наловим, – весело предположила Алиса.
– Рыбки, – улыбнулся Ваня с надеждой посматривая на робота, – Чего молчишь, Принеси-подай? Есть там рыба?
– Нет, – коротко ответил робот.
– Ах вот почему оно Гиблое! – догадалась Алиса.
– Не поэтому, – спокойно пояснил Гара-Гум. – В озере нет рыбы, но живут вполне съедобные рачки под названием Стрик.
– Смотрите! – громко закричала Алиса, – Шрафы!
Все посмотрели по направлению, куда младшая девочка указала жестом. Стая Шрафов неслась с большой скоростью к машине, поднимая столб желтой пыли.
– Нас опять выследили, – сказал Ваня, – Пристегивайте ремни, теперь уж точно пора убираться отсюда подальше.
– Я буду штурманом, – сказала Вика, – Ваня, бери чуть правее.
– Смотрите, один Шраф хромает, – заметила Алиса.
– Это мы его стукнули бампером нашей машины, – сказал Принеси-подай.
– А зачем он лез под колеса? – с обидой спросил мальчик.
– Кушать хотел, видимо, – без улыбки ответила Вика.
Машина рванула с места, и мальчик поднял ее как можно выше над Вынзом. Дети видели, как Шрафы остановились в исступлении и негодовании. Добыча опять уходила из их цепких рук. И Шрафы совершенно ничего с этим не могли поделать.
– Надо было как-то аккуратнее выезжать, – с сожалением бросила Вика брату, – Теперь Шраф вдвойне озлоблен и будет нас искать до самого конца.
– До какого конца? – уточнила Алиса.
– Пока Ваня не скажет Шрафу строго, чтобы он оставил нас в покое, – Вика сделала серьезное выражение лица.
– Да кто же знал… – ответил мальчик, – Я же не нарочно.
– Ну вот, – улыбнулась Алиса, – Придется лишить Ваню прав.
– Так у меня итак их нет, – Ваня насупился, – Кто-то хочет за руль вместо меня?
– Нет, – замахала руками Вика, – Веди машину и не обращай внимания на наши колкости.
– Это мы от голода бредим, – вставила реплику Алиса. – Принеси-подай, ты не знаешь, что бывает с голодными людьми?
– Бред, боль, потеря разума и смерть, конечно, – ответил приборчик робота. – Это во всем космосе так, не только у людей.
– Ах, как ты нас успокоил! – недовольно заметила Вика, – Мне теперь значительно легче на душе. Да еще эти Шрафы – они ведь не оставят нас в покое. Тут сразу вспоминаю папину любимую легенду. Ее можно легко пересказать на урумский манер.
* * *
На диком Уруме ранним утром просыпается голодный Шраф. Он водит мордой по сторонам и думает, где раздобыть еду. Вокруг не видно ничего съедобного. «Надо быстро бежать, – думает Шраф, – чтобы поймать добычу и не умереть с голоду».
На диком Уруме в другом месте ранним утром просыпается голодный Цеп. Он тоже водит мордой по сторонам и думает, где раздобыть еду. И вокруг Цепа не видно ничего съедобного. «Надо бежать, – думает Цеп, – чтобы поймать добычу и не умереть с голоду».
На диком Уруме ранним утром просыпаются Донесители. К ним с разных сторон подкрадываются голодный Цеп и голодный Шраф. «Надо бежать, – думают Донесители, – чтобы не стать добычей и не умереть».
На диком Уруме все равно – Шраф ты, Цеп или Донеситель. Чтобы не умереть, надо быстро бежать.
– * *
– Хорошая легенда. Правда она про активный образ жизни и для нашей ситуации не подходит, – после долгой паузы сказала коробочка Принеси-подая.
– Да, – кивнула Вика, – В этой ситуации папа придумал бы что-то более подходящее, чем просто убегать от погони.
– А еще Шрафы и Цепы редко охотятся утром. Они предпочитают сумерки, – добавил красный прибор.
– Ага, – легко усомнилась Алиса, – А погоню за нами устроили неправильные Шрафы.
– Мы их просто вывели из себя, – пояснила красная коробочка.
– Другого выхода у нас нет. Думаю, что это тот случай, когда убегать вовсе не стыдно. Стыдно было бы не справиться с нашим большим заданием, – кивнул мальчик, – Я жму на педаль изо всех сил. Быстрее ехать эта машина просто не умеет…
Глава 20. О том, как Вика, Ваня Алиса и Гара-Гум очутились на дне Гиблого озера
– Другого выхода у нас нет. Стыдно было бы не справиться с нашим большим заданием на Уруме, – сказал Ваня, – Я жму на педаль изо всех сил. Быстрее ехать эта машина просто не умеет…
– Друзья, – робот повернул свою одноглазую голову так, чтобы видеть всех Донесителей, – Автомобиль неисправен. Шрафы вывели из строя несколько важных устройств. Шансов дотянуть до озера – мало.
В машине наступила зловещая тишина. Дети с ужасом представили, какой кошмар их ожидает. Алиса прижала кулачки к глазам и тихо заплакала:
– Я хочу домой, – шептала девочка, – к маме и папе. Верните нас домой… Вика обняла сестру и едва слышно запела:
– «Коротышки с любовью и лаской, называют меня Синеглазкой»… Алиса взяла себя в руки и даже улыбнулась.
– Какая хорошая песенка, – сказал Ваня, – Она нас постоянно выручает. Не плачь, Алиска, мы обязательно вернемся домой!
Под капотом машины что-то щелкнуло. Автомобиль вздрогнул, но не остановился. Донесители на долгое время замолчали, пытаясь уловить еще какие-то звуки из-под капота.
– Ваня, – нарушил тишину Принеси-подай, – Давай попробуем наладить машину во время полета? Робот вылезет через окно и попробует отремонтировать двигатель.
– Упадешь, – с сомнением произнес мальчик, – Еще тебя придется налаживать. Гара-гум ничего не ответил. Он открыл окно и снял сапоги и накидку, которые могли
помешать в этом непростом деле. Робот открыл окно и стал медленно вылезать на крышу машины. Ветер бил его по лицу, но Гара-гум не обращал на это никакого внимания. Принеси-подай успешно выбрался наружу, уселся на крыше. Дети увидели в лобовом стекле две ноги с присосками. Вот робот ухватил руками крышку капота и дернул ее изо всех сил. На миг крышка закрыла обзор водителю и Ваня от неожиданности не удержал руль.
– Ой! – воскликнула с испугом Вика, но Принеси-подай усидел на своем месте и не упал с машины.
– Да, – Ваня вытер лоб ладошкой, – Крутить руль не так просто. Чуть было не опрокинул робота.
Гара-гум спустился с крыши на открытый для осмотра капот. Робот сел на крыло автомобиля справа, чтобы не закрывать обзор Ване. Его руки погрузились в двигатель, в глубину неизвестных детям механизмов. Достаточно долго Принеси-подай подкручивал, что-то соединял и налаживал. Детям показалось, что машина пошла резвее.
Робот, видимо, закончил свою работу. Он аккуратно полез назад в салон машины.
– Ну что там? – с нетерпением спросил мальчик, когда Гара-гум успешно залез на свое место впереди.
– Нарушена система охлаждения – ответил робот. – Самое удивительное, что в этом виноваты не Шрафы. Это песок Вынза засорил двигатель.
– А вот наша машина на Земле,.. – начала мысль Алиса, но махнула рукой, – …да и там – папа все время что-то налаживает.
Вика повернулась назад:
– Самое главное, – сказала она, – что Шрафы отстали. Двигатель снова щелкнул, из него пошел едва заметный дымок.
– Что делать? – спросил Ваня робота.
– Давай меняться местами, – ответил Гара-гум. – Все пристегнуты ремнями безопасности?
* * *
Шрафы остановились в исступлении и негодовании. Добыча опять ушла из их цепких рук, и они совершенно ничего с этим не могли поделать.
– На-не-а! – злобно прорычал раненный Шраф по имени Кир. В переводе на земной язык это означало: «Ужин сбежал!»
– Надо догнать еду, – выдвинул дельную мысль Кос.
– Попробуй! – оскалился Кир, осмотрев ссадины на своей ноге.
– Кто это вообще? – спросил самый молодой Шраф в стае. Его звали Чаг (любопытный).
– Я такой еды никогда не встречал.
– Я встречал, – ответил Кир, – Я уже видел одноглазого. Это было давно. Он упал с неба на большом блестящем камне (так Шраф назвал космический челнок). Думаю, что тогда одноглазый приходил к Цепу, но я вовремя напал на многоногого. Пока мы с Цепом дрались, одноглазый ушел обратно в небо.
– А почему у него теперь нет блестящего камня? – с недоверием спросил Чаг.
– Да откуда мне знать? – рассерженно бросил Кир.
– Значит, камень отняли, – усмехнулся Кос, – Не уйдет одноглазый в небо. Надо продолжать погоню.
– А бросалку нам тоже принес одноглазый? – спросил Кир, – Вроде отец моего отца рассказывал эту историю. Наверное, одноглазый опять пришел с неба, чтобы вернуть нашу бросалку себе?
– Нет, – покачал головой Кос, – Бросалку нам принес многорукий с тремя глазами. Эту легенду я помню точно.
Бросалкой Шрафы назвали Антивес. Прибор, который хищники много лет назад отняли у крамзанина, прилетавшего наладить мир на Уруме.
С тех пор Шрафы бросают с помощью антивеса камни. Некоторые из этих камней улетают в далекие глубины космоса и приносят неудобство космической навигации. Мысль вернуть антивес на Крамзу не единожды обсуждалась на разных планетах. Но попытки сделать это так и не случилось.
– Вот времена настали, – нервно заявил Кир, – Еда стала по небу бегать. Да так быстро, что и Шрафу не догнать.
– Ничего, – воодушевил всех Кос, – Мы одноглазого все равно съедим. Еще никто так просто от Шрафа не убегал. А бросалку надо взять с собой. Будем одноглазого ловить на бросалку, как Цепа – на кусок мяса…
* * *
Дети молча проверили ремни. Принеси-подай уселся за руль и выдвинул ручку на панели приборов. Машина, будто ее ужалила дикая пчела, рванула вперед с бешенной скоростью. Пейзаж за окном вытянулся в неразборчивые линии. Донесители зажмурились
– было очень страшно.
Время тянулось медленно. Казалось, что пути не будет конца. Вика слышала, как в ее висках стучит пульс. Девочка все никак не могла представить, где может лежать синий камень. Она рисовала в воображении карту Урума, мучительно выискивая ключик к разгадке.
Алисе вспоминался дом и детская комната. Теперь это было таким далеким, но таким родным и важным. Мама и папа. Как дети решились улететь с Земли без спроса? Алиса очень переживала и корила себя за этот ужасный поступок.
Ваня, который теперь сидел впереди на месте Принеси-подая, думал о двигателях. Неужели светлые умы Крамзы не учли такой досадной мелочи, как песок? А еще мальчику хотелось попробовать управлять машиной на большой скорости. Ваня посмотрел на приборы и увидел, что стрелка показывает триста километров в час.
Дыма впереди видно не было. Если что-то и горело в двигателе – оно давно погасло от потока ветра. Принеси-подай стал притормаживать, убрав ногу с педали газа. – Два километра до Гиблого, – сказала красная коробочка.
Дети всматривались вперед. Песок Вынза сменился серыми камнями. Одни были большими и острыми, другие – совсем маленькими. Кое-где виднелась не засыпанная булыжником земля Урума – красная почва, похожая на глину.
Неожиданно взору Донесителей открылась большая круглая чаша воды – озеро Гиблое.
– Ух! – воскликнула Вика и Алиса хором.
– Вода, – торжественно произнес Ваня.
– Цеп, – прошептала коробочка.
Донесители увидели среди каменных нагромождений многоногую черепаху.
– Ну что за денек выдался, – мальчик стукнул ладошками по коленкам, – Только от Шрафов спаслись – на тебе – новый ужас!
– Друзья, наденьте на головы капюшоны ваших звездных плащей, – прозвучал мамин голос из красного прибора, – Сейчас мы будем тонуть в озере Слез!
Третья история о Хозяине времени
Огород Офмы
Шаралы (или шахары, как их называют сопуры, что в переводе на наш язык означает «прекрасный») – это большой народ, заселивший три планеты системы Бе-Крама со звездой Давур: планеты Хара (правая), Азму (средняя) и Лато (левая). Именно поэтому и шаралов в космосе принято делить на три группы по их месту проживания – Право-, лево– и среднепланетные.
Большой разницы между шаралами с разных планет не существует. Все они – дальние потомки исчезнувшего народа Эносла («хранители слов»). Просто Шаралы с планеты Лато – покрыты чешуйками, отражающими свет Давура. На левой планете очень жаркий климат, так как она ближе всех от звезды. Шаралы левопланетные легко выдерживают температуру в шестьдесят градусов, а при земной жаре в двадцать пять градусов эти существа просто мерзнут.
Среднепланетные шаралы живут в условиях, похожих на земные. Их тела покрывает сизая кожа, а чешуйки – просто красивый темный рисунок на теле.
Самая дальняя от Давура планета – Хара. Здесь Шаралы приспособились к холоду – их кожа толще, чем у других. Кожа эта самая бледная, почти белая. А еще Правопланетные – самые большие по росту. Взрослые существа дорастают до полутора земных метров.
Тело шаралов – почти идеальный шар с шестью ногами, торчащими в разные стороны. Эти ноги не умеют гнуться. Шаралы не ходят, они перекатываются с одной конечности на другую. Руки у этих существ без пальцев – маленькие, гибкие. Две – спереди, две – сзади.
Понять, где у шаралов передняя часть, а где задняя – не просто. На спине у существ такие же глаза, как и на лице. Два глаза с одной стороны туловища, два с другой. Лицо же шарала распознают по небольшому носу и едва различимому рту без губ. И нос и рот у шаралов только один. Именно эту часть туловища принято считать лицевой.
Шаралы искренне обижаются, если кто-либо из существ космоса по ошибке начинает разговаривать с ними, глядя в глаза на спине. Поэтому отличать, где и какая часть у этих существ – очень даже важно.
Шары с ножками, (так называют Шаралов Эосы) с большим уважением относятся к своей истории и памяти о прошлом. Память эта с трепетом передается от отцов к потомках и никогда не искажается.
Шаралы давным-давно научились ловить слова в «кувшины истории» и хранить их бесконечно долго в своих специальных библиотеках.
Кувшины истории – приспособления, напоминающие наши земные песочные часы. Сделаны они из прозрачного стекла с мутным белым налетом. Узкое место горловин соединяет кольцо из металла. Но вместо песка, в Кувшинах из одной колбы в другую «пересыпаются» голоса предыдущих поколений.
Другими словами, кувшины – это приспособление для записи голоса. В отличие от земных дисков и кассет, кувшины обладают удивительным свойством передавать не только смысл речи, но и душевное состояние авторов записей. Поэтому коллекция шаралов – уникальное отражение минувших времен, самая точная библиотека легенд и настроений космоса.
Но почему же мы так подробно в главе про Хозяина времени, рассказываем о шестиногих шаралах? Конечно, этому есть логичное объяснение. Среди Кувшинов слов есть один, сохранивший древний голос предка шаралов Эносла Ырада.
Ырад поймал в кувшин удивительную историю о корцах. И легенд, подобных этой, не встречается у других народов.
Итак, переворачиваем кувшин слов с надписью на металлическом кольце «Легенда Ырада об огородах Офмы» и слушаем…
Казарус ика пре димамну горо (Настоящее всегда рождается в прошлом).
На заре времени, когда идеи Плюса и Минуса только приноровились друг к другу, пришел в наш мир чужой Замысел. Звали его Офма.
Замысел не был плохим или хорошим. Но был он огромным и мешал космическим весам, только что нашедшим равновесие и гармонию. Офма не имел тела, но имел границу между собой и не собой. Он не имел конечностей, но умел ходить и хватать. Не имел глаз, но видел. Он был чужд нашему пространству. И слишком большим для того, чтобы не влиять на равновесие, ибо Настоящий Замысел грандиознее Космоса.
Сначала Космос вспучился под тяжестью Офмы, а затем начал рассыпаться и рушиться, одно – тянуло за собой другое.
Офма, понял, какую беду он творит. И решил Замысел порвать пространство и покинуть наш мир. Но по его следу, прямиком к дыре, полетели целые системы галактик. Их будто тянула в воронку третья сила, отличная от идей Плюса и Минуса.
Офма вернулся к дыре и долгое время закрывал ее своим огромным телом. Но Замыслу было скучно стоять на границе и ничего не делать. Офма в исступлении начал ловить своими громадными НеЩупальцами пролетающие мимо планеты. Он крошил их в пыль, и бросал к своим ногам.
Так образовалось заданное Офмой движение в нашей Вселенной. Многие называют его Ветром мира.
Крошит Офма планеты – Космос меняет положение, чтобы вернуться к равновесию.
Целую вечность Офма забавлял себя этой неинтересной игрой. Гора земли из разрушенных планет уже почти закрывала ему НеКолени. Но вот однажды в НеЩупальца его попала горячая звезда Алдония. Замысел не знал, какая жаркая сила таится в этом сверкающем шаре. Он ухватил Алдонию и тут же по НеЩупальце Замысла побежал огонь.
Но звезда не могла убить Замысел, как не может темнота победить воду.
Офма сам себя изжил, и дальнейшее его существование не имело смысла.
![](image18_563ddd977c48bc350d6c4b51_jpg.jpeg)
Алдония просто смогла поставить точку, определить во времени конец Замыслу по имени Офма.
И опять образовалась дыра и в нее потянуло наше пространство и время, будто в ванне с водой распечатали крышку. Но пришли из иного Великие. Никто не видел, кто это был на самом деле – другие Замыслы, подобные Офме, или Идеи, подобные Минусу и Плюсу. Сделали они нечто, что было не по силам Космосу.
Другие поставили дверь у дыры между Своим и Нашим – большой белый ромб из чудесного и прочного камня, существующего в их пространстве. Они запечатали брешь, прекратив разрушенье Космоса.
И поселили Другие у двери своих младших братьев – корцев. Они дали корцам тела и некоторые качества живых существ нашей Вселенной. Они хотели, чтобы корцы вечно хранили дверь взаперти.
А чтобы младшие братья не забывали своего важного предназначенья, наделили их Великие обязанностью сажать зерна – зерна растений по имени Уэр (Совесть).
Земля, пригодная для корней Уэра лежит в достатке по ту сторону двери. Земля, которую накрошил Замысел. Земля, которую теперь принято называть огородом Офмы.
А растение Уэр удивительно тем, что питают его не соли земли, в которую оно посажено. Уэр живет поступками своего хозяина.
И рождаясь теперь от матери, корец ждет, когда созреет зерно Уэра на растении отца в огороде Офмы за белой дверью. Корец отрывает спелое зерно со стебля и сажает свой собственный Уэр. С этого момента цветок и молодой корец навечно связывают свои судьбы – благоухание Уэра зависит от поступков корца.
И пока запечатана Дверь. Она под надежной охраной.
Космос есть так, как есть. От мельчайших весов – до глобальных. Стережет же его сложнейшие связи – величайший народ по имени Корцы!
Правообладателям!
Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.