Читать книгу "Идиотский бесценный мозг. Как мы поддаемся на все уловки и хитрости нашего мозга"

Кнут и пряник
(Как мозг позволяет нам контролировать окружающих и как окружающие, в свою очередь, контролируют его)

Я ненавижу покупать машины. Таскаться по огромной торговой площадке, проверять бесконечные детали, осматривать так много машин, что непроизвольно начинаю думать, не найдется ли в моем саду место для лошади?

По-моему, самое худшее – это продавцы автомобилей. Я их не выношу. Их мужской шовинизм (а женщин-продавцов я еще не встречал), преувеличенное дружелюбие, тактику «мне надо спросить у менеджера» и ощущение, что они теряют свои деньги просто потому, что я к ним пришел. Все это смущает и выбивает меня из колеи и сильно нервирует.

Вот почему, собираясь купить машину, я всегда беру с собой отца. Он получает наслаждение от подобного рода занятий. В первый раз, когда он помогал мне с покупкой машины, я готовился к тому, что он будет уверенно торговаться, но вместо этого он принимался орать на продавцов и обзывать их преступниками до тех пор, пока они не соглашались понизить цену. Невежливо, да, зато эффективно.

Продавцы автомобилей по всему миру используют устоявшиеся и узнаваемые методы общения с покупателями, и эти методы действительно работают. Что странно. У всех покупателей абсолютно разные личностные особенности, предпочтения и способности к концентрации, поэтому сама идея о том, что простые и известные приемы увеличат вероятность того, что человек согласится расстаться с заработанными в поте лица деньгами, кажется абсурдной. Тем не менее существуют определенные виды поведения, которые повышают уступчивость собеседника, а это значит, что клиенты будут соглашаться и «подчиняться воле» продавца.

Мы уже обсуждали, как страх перед оценкой общества вызывает тревожность, провокации запускают систему гнева, а поиск одобрения может стать весомой мотивирующей силой. Несомненно, про многие эмоции можно сказать, что они существуют только при наличии других людей. Люди могут заставлять окружающих делать то, чего они от них хотят, используя знания об особенностях работы мозга. Каждый, чья выручка зависит от того, удастся ли ему убедить другого человека отдать деньги, известным способом повышает уступчивость клиента, за что во многом отвечают механизмы работы мозга.

Это не значит, что существуют техники, которые могут дать вам абсолютный контроль над кем-то. Люди слишком сложны для этого, и не важно, в чем там пытаются убедить вас опытные продавцы. Тем не менее есть несколько научно признанных способов заставить людей сделать то, что вы хотите.

Существует тактика «нога в дверном проеме». Друг просит вас одолжить денег на автобус. Вы соглашаетесь. После этого он спрашивает, не могли бы вы одолжить ему еще чуть-чуть на сэндвич. Вы снова соглашаетесь. Тогда он говорит, а не сходить ли нам в паб и не пропустить по паре стаканов? Правда, если вам не трудно будет заплатить, ведь денег у него нет, помните? Вы думаете: «Ладно, это всего пара стаканов». Потом вы выпиваете еще по паре, ваш приятель просит у вас денег на такси, потому что он пропустил автобус. Вы вздыхаете и соглашаетесь, потому что до этого согласились на все остальное.

Если бы так называемый друг сказал вам: «Купи мне поесть и выпить и дай мне денег, чтобы я со всеми удобствами добрался до дома», вы бы, скорее всего, отказали, потому что это уже откровенная наглость, а не просьба. Но ведь именно это вы и сделали. Это и есть тактика «нога в дверном проеме» (НВДП), когда, согласившись с маленькой просьбой, вы становитесь более восприимчивым к большим просьбам. Просящий человек «сунул свою ногу в дверной проем».

К счастью, у НВДП есть несколько ограничений. Между первой и второй просьбой должен быть перерыв. Если кто-то согласился дать вам 5 фунтов, то нельзя десять секунд спустя просить его одолжить 50. Исследования показали, что НВДП может работать спустя дни или недели после изначальной просьбы, поскольку с течением времени связь между первой и второй просьбой теряется.

НВДП также лучше работает, если просьбы направлены на «благо» и воспринимаются так, будто их выполнение кому-то поможет или принесет добро. Покупать кому-то пищу – значит помогать, так же как и давать денег на дорогу домой, поэтому с такими просьбами человек, скорее всего, всегда согласится. Глубоко в душе большинство людей очень хорошие.

Тактика НВДП требует последовательности. Если вы отвезете кого-то домой, это не значит, что вы согласитесь месяц присматривать за его домашним удавом. Для большинства людей «подвезти кого-то в своей машине» и «завести дома огромную змею» – совсем не одно и то же.

Несмотря на ограничения, тактика НВДП все же отлично работает. Возможно, у вас бывало так, что какой-нибудь родственник просил вас настроить компьютер, а в итоге начинал использовать вас в качестве круглосуточной техподдержки. Это и есть тактика НВДП.

Исследование, проведенное в 2002 году Николя Гегеном, показало, что эта тактика работает даже через интернет [7]. Студенты, которые согласились с отправленной им по электронной почте просьбой открыть определенный файл, после этого с большей вероятностью соглашались принять участие в длинном и сложном интернет-опросе. Убеждение часто зависит от тона голоса, присутствия, языка тела, контакта глаз и так далее. Но данное исследование демонстрирует, что и это не обязательно. Судя по всему, мозг крайне склонен соглашаться на просьбы других людей, что удручает.

Другой подход основан на отвержении просьбы. Допустим, кто-то спрашивает у вас, нельзя ли ему разместить все свои пожитки в вашем доме, потому что он съезжает с квартиры. Это неудобно, и вы отказываетесь. Тогда он спрашивает у вас, не одолжите ли вы ему в таком случае машину на выходные, чтобы он смог отвести свои вещи куда-нибудь еще. Это гораздо проще, и вы соглашаетесь. Отдавать кому-то свою машину на выходные, конечно, тоже неудобно, просто не настолько неудобно, как то, о чем человек просил вас сначала.

Это техника «захлопывания двери перед лицом» (ЗДПЛ). Звучит агрессивно, но суть заключается в том, что манипуляции подвергается человек, «захлопывающий дверь» перед лицом того, кто чего-то требует. Захлопнув перед кем-то дверь, вы начинаете испытывать чувство вины, поэтому хотите «исправиться» и соглашаетесь на его мелкие просьбы.

Между просьбами, сделанными по технике ЗПДЛ, может пройти гораздо меньше времени, чем между просьбами НВДП – первая просьба отклонена, так что человек, по сути, еще ни на что не согласился. Кроме того, есть данные, демонстрирующие, что техника ЗПДЛ эффективней. В исследовании, проведенном в 2011 году Чаном и его коллегами, техники ЗПДЛ и НВПД были использованы, чтобы убедить группы студентов выполнить арифметический тест [8]. Техника НВДП принесла 60 % успеха, а вот ЗПДЛ – почти 90! Вывод из этого исследования заключался в том, что, если вы хотите заставить учеников что-то делать, используйте технику «захлопывания двери перед лицом».

Эффективность и надежность техники ЗДПЛ может объяснить, почему ее так часто используют в финансовых транзакциях. В 2008 году Эбстем и Ноймайр провели исследование [9], которое показало, что техника ЗДПЛ успешно работает для продажи сыра из альпийской хижины проходящим мимо туристам (NB: большинство экспериментов не проходит в альпийских избушках).

Есть еще техника заманивания, похожая на НВДП, – она тоже основана на чьем-то изначальном согласии с чем-либо, но действует немного иначе.

Смысл техники заключается в том, что кто-то с чем-то соглашается (заплатить определенную цену, выполнить работу за определенный срок, написать документ, имеющий определенное количество слов), после чего другой человек внезапно повышает изначальное требование. Удивительно, что, несмотря на фрустрацию и раздражение, большинство людей все же соглашаются с этим повышенным требованием. С формальной точки зрения у них есть веская причина для отказа. Но люди всегда соглашаются с внезапно возросшим требованием, если только оно не чрезмерно. Но если вы согласились заплатить 70 фунтов за подержанный DVD-проигрыватель, то вряд ли вы по-прежнему будете согласны, если за него внезапно потребуют отдать все ваши сбережения.

Технику заманивания можно использовать, чтобы заставлять людей работать бесплатно! Ну, в некотором смысле. В 2003 году Бургер и Корнелиус из университета Санта-Клара выяснили, что люди соглашались заполнить анкету в обмен на бесплатную кофейную кружку [10]. После этого им говорили, что кружки кончились. Многие все равно заполняли анкету, несмотря на то что им сказали, что обещанное вознаграждение они не получат. Другое исследование, проведенное Чальдини и его коллегами в 1978 году, показало, что студенты в университете гораздо охотнее приходили на эксперимент к семи утра в том случае, если их изначально просили прийти к девяти, чем том случае, когда их сразу просили прийти к семи [11]. Очевидно, что вознаграждение или затраты – не единственные факторы. Многие исследования техники заманивания показали, что активное и добровольное согласие с условиями сделки, выраженное до того, как они поменялись, играет ключевую роль в том, чтобы человек от нее все равно не отказался.

Это наиболее известные из множества подходов к тому, как манипулировать людьми и заставлять их делать то, что вам нужно (еще один пример – это реверсивная психология, о которой вам определенно не стоит ничего искать самостоятельно). Имеют ли они смысл с точки зрения эволюции? Эволюция предполагает, что «выживает самый приспособленный». Но как склонность с легкостью поддаваться манипуляциям может быть для нас полезной? Мы поговорим об этом подробнее в следующем разделе, а сейчас достаточно сказать, что работа всех описанных здесь техник убеждения основана на определенных склонностях мозга^*.[71]71
  * По поводу того, какие именно мозговые процессы и области мозга отвечают за эти социально значимые склонности, строится множество теорий и предположений, но прийти к окончательному выводу сложно даже сейчас. Техники, позволяющие провести глубинный анализ работы мозга, например МРТ или ЭЭГ, подразумевают, что испытуемый будет по меньшей мере привязан к большому прибору, расположенному в лаборатории, а построить полноценное социальное взаимодействие в подобной обстановке довольно проблематично. Если бы вы лежали, зажатый в МРТ-сканере, и какой-нибудь ваш знакомый пришел бы и начал просить вас об одолжении, ваш мозг, скорее всего, был бы сбит с толку, как никогда раньше.


[Закрыть]

В главе 4 было показано, что мозг (при помощи лобных долей) способен к самоанализу и самоосознанию. Мы можем использовать эту информацию и «приспосабливаться» к любым личным слабостям. Наверное, вы слышали выражение «прикусить язык», но зачем кому-то это делать? Например, человек может подумать, что чей-то ребенок на самом деле довольно страшненький, но сдерживает себя и вместо этого говорит: «Ой, какой симпатяга». Благодаря этому окружающие остаются о нем лучшего мнения. Это называется «управление впечатлениями» – при помощи своего социального поведения мы пытаемся управлять впечатлением, которое производим на окружающих. Нам на неврологическом уровне важно, что другие люди думают о нас, и мы готовы пойти на многое, чтобы им понравиться.

В 2014 году Том Фэрроу и его коллеги из университета Шеффилда провели исследование, которое показало, что управление впечатлениями вызывает активацию в медиальной префронтальной коре и левой вентролатеральной префронтальной коре, а также в других частях мозга, в том числе в среднем мозге и мозжечке [12]. Эти области заметно активировались, только когда испытуемые пытались произвести плохое впечатление. Если же они производили на окружающих хорошее впечатление, никаких значимых изменений в работе мозга не возникало.

Приняв во внимание тот факт, что испытуемые гораздо быстрее воспринимали описание тех видов поведения, которые позволили бы им произвести хорошее впечатление, а не плохое, исследователи пришли к выводу, что мозг все время только и занимается тем, что заставляет нас выглядеть хорошо в глазах окружающих!

Какое отношение это имеет к манипулированию окружающими? Ну, судя по всему, наш мозг заточен на то, чтобы заставлять других людей любить нас. Все техники убеждения используют желание человека выглядеть хорошо в глазах окружающих. Этот мотив укоренился настолько глубоко, что его можно эксплуатировать.

Если вы согласились на просьбу, то отказ в аналогичной просьбе, скорее всего, вызовет разочарование и испортит чье-то мнение о вас – так работает техника «нога в дверном проеме». Если вы не выполнили бо́льшую просьбу, то думаете, что просивший может вас невзлюбить, поэтому вы охотно выполняете его более мелкую просьбу в качестве «компенсации», и так работает техника «захлопывание двери перед лицом». Если вы согласились сделать или заплатить за что-то, а затем требования неожиданно возросли, отказ от сделки опять же вызовет разочарование и выставит вас в не лучшем свете – так работает техника заманивания. Нам важно, чтобы люди думали о нас хорошо, и мы хотим этого настолько сильно, что идем против логики и здравого смысла.

Наш образ Я требует постоянства. Если мозг принял решение, заставить его передумать бывает удивительно сложно, и это знает каждый, кто пытался объяснить пожилому родственнику, что не все незнакомцы – мерзкие жулики. Ранее мы видели, что, если человек думает одно, а делает совсем другое, возникает диссонанс, мучительное эмоциональное состояние, когда мысли и поведение не совпадают. В результате мозг нередко меняет свое мнение, чтобы оно соответствовало поведению, и тогда гармония восстанавливается.

Ваш друг хочет денег, а вы не хотите их давать. Но вы только что дали ему сумму, которая была чуть меньше той, что он просит теперь. Тогда зачем бы вы вообще давали ему деньги, если считаете, что это неприемлемо? Вы хотите быть последовательным, и вы хотите, чтобы вас любили, поэтому ваш мозг решает, что на самом деле вы хотите дать своему другу денег, так и срабатывает тактика НВДП. Это также объясняет, почему активный выбор важен для тактики заманивания: мозг принял решение и будет его придерживаться, чтобы быть последовательным, даже если причина, по которой было принято решение, больше не действует.

Еще есть принцип взаимности, исключительно человеческий феномен (насколько нам известно). Когда люди отвечают добром на добро, которое делает для них другой человек, сильнее, чем это предполагала бы личная заинтересованность [13]. Если вы отказываете кому-то в его просьбе и после этого он просит о чем-то меньшем, то вы воспринимаете это так, будто он сделал для вас что-то хорошее, и соглашаетесь выполнить новую просьбу. ЗДПЛ использует эту склонность, потому что мозг, по причине своего идиотизма, интерпретирует «просьбу о чем-то меньшем, чем в прошлый раз» как чье-то одолжение вам.

Наряду с этим существуют социальное доминирование и контроль. Некоторые люди (или большинство из них?), по крайней мере в западных культурах, хотят, чтобы их воспринимали как лидеров и/или уверенных в себе людей, потому что мозг считает, что это более безопасный и оправдывающий себя статус. Это часто проявляется сомнительным образом. Если кто-то о чем-то вас просит, то занимает подчиненное положение, а вы занимаете главенствующее положение, потому что помогаете ему. Тактика НВДП отлично этому соответствует.

Если вы отказываете кому-то в его просьбе, то утверждаете свое главенство. Когда человек после этого просит вас о чем-то меньшем, он признает, что находится в подчиненном положении. Таким образом, согласие с его просьбой будет значить, что вы по-прежнему главный и вас по-прежнему любят. Двойное проклятие добрых чувств. Тактика ЗДПЛ иногда срабатывает на этой основе. Или, предположим, вы решили что-то сделать, а потом некто меняет условия. Если после этого вы отступите, это будет значить, что они управляют вами. Вы в любом случае станете придерживаться своего изначального решения, потому что, в конце концов, вы хороший – классическая тактика заманивания.

Подводя итог, наш мозг стимулирует нас быть любимыми, главными и последовательными. В результате наш мозг делает нас уязвимыми перед любым бессовестным негодяем, которому нужны наши деньги и который хоть немного умеет торговаться. Делать все эти глупости нам помогает невероятно сложный орган – мозг.

Бедный разбитый мозг
(Почему разрыв отношений так сильно нас опустошает)

У вас когда-нибудь бывало так, что вы днями лежали на диване в позе эмбриона, с опущенными шторами, игнорируя телефонные звонки, двигаясь только для того, чтобы вытереть с лица сопли и слезы, и гадая, за что вселенная так жестоко мучает вас. Боль от разбитого сердца может быть всепоглощающей и совершенно лишать вас воли к жизни. Для современного человека это одно из наиболее неприятных чувств. Оно служит предметом вдохновения для величайших произведений искусства и музыки, равно как и для поэзии. Физически с вами ничего не случилось. Вы не поранились. Вы не заразились смертельным вирусом. Единственное, что произошло, – вам дали знать, что вы больше не увидите человека, с которым до этого много общались. Вот и все. Так почему же из-за этого вы страдаете неделями, месяцами, а в некоторых случаях даже всю свою оставшуюся жизнь?

К сожалению, другие люди сильно влияют на наш мозг и, следовательно, на наше душевное благополучие, что особенно остро можно ощутить в романтических отношениях.

Судя по всему, значительная часть человеческой культуры посвящена вступлению в длительные отношения или демонстрации того, что вы в них состоите (например: День святого Валентина, свадьбы, романтические комедии, песни о любви, ювелирная промышленность, большинство стихотворений, музыка в стиле кантри, поздравительные открытки, игра «Он и Она»[72]72
  «Он и Она» («Mr & Mrs») – настольная игра, в которой супруги или находящиеся в отношениях люди отвечают на вопросы друг о друге и получают очки за правильные ответы.


[Закрыть] и так далее). Среди других приматов моногамия не распространена [14]. Мы живем гораздо дольше среднестатистической обезьяны и в отведенное нам время могли бы завязать отношения с гораздо большим числом партнеров. Ведь если все ради того, чтобы «выжил самый приспособленный», а наши гены распространились бы лучше, чем гены других людей, то, конечно же, логичней спариться с как можно большим количеством партнеров, а не зацикливаться на одном человеке на всю жизнь, верно? Но нет.

Существует невероятное множество теорий о том, почему люди склонны к вступлению в моногамные романтические отношения. В них рассматривается влияние биологии, культуры, окружения и эволюции. Некоторые считают, что благодаря моногамным отношениям о потомстве заботятся два родителя, а не один, поэтому шансы на выживание повышаются [15]. Другие говорят о том, что это связано скорее с культурными влияниями. Например, влиянием религии или классовой системы, которая хочет удержать богатство и могущество в узком семейном кругу [16]. Другая новая интересная теория связывает это с влиянием бабушек, которые заботятся о внуках и, таким образом, дают преимущество парам, состоящим в длительных отношениях (даже самая заботливая бабушка, скорее всего, откажется заботиться о незнакомом отпрыске, родившемся у бывшего партнера ее собственного ребенка) [17].

В чем бы ни была изначальная причина, люди, судя по всему, склонны к моногамии, и это отражается в тех странностях, которые начинает вытворять наш мозг, когда мы в кого-то влюбляемся.

Привлекательность зависит от множества факторов. В ходе эволюции некоторые виды получили вторичные половые признаки, которые появляются во время полового созревания, но не участвуют непосредственно в процессе размножения. Это, например, рога у лося или хвост у павлина. Они производят впечатление и демонстрируют, в какой хорошей форме находятся, но помимо этого они больше ни для чего не нужны. С людьми происходит похожая история. Когда мы становимся взрослыми, то приобретаем много признаков, которые явно нужны в основном для того, чтобы физически привлекать окружающих: глубокий голос, крупное телосложение и волосы на лице у мужчин или выступающая грудь и выраженные изгибы тела у женщин. Все эти признаки не является «жизненно необходимым», но в далеком прошлом наши предки решили, что именно их они хотят видеть в своем партнере, и эволюция пошла по такому пути.

Правда, в таком случае мы приходим к некоторому подобию проблемы яйца и курицы, только по отношению к мозгу. Получается, что считать некоторые признаки привлекательными – это врожденное свойство мозга, полученное им в ходе эволюции. Так что же возникло раньше, привлекательность как таковая или представления о привлекательности в мозге первобытного человека? Сложно сказать.

Как мы знаем, у каждого есть собственные предпочтения в том, что кажется ему (или ей) привлекательным, но существуют и общие закономерности. Что-то из того, что нам кажется привлекательным, вполне предсказуемо – например, физические характеристики, о которых я упоминал ранее. Других людей привлекают скорее душевные качества, и тогда остроумие или определенные личностные качества выглядят в их глазах невероятно сексуальными. Различия обусловлены культурой, когда то, что считается привлекательным, определяется средствами массовой информации или тем, что выделяет человека «из толпы». Сравните популярность искусственного загара во многих западных культурах с огромным рынком лосьонов, отбеливающих кожу в азиатских странах. В одном исследовании было показано, что нам больше нравятся люди, похожие на нас самих [18], что возвращает нас к вопросу об эгоцентризме мозга.

Важно отличать сексуальное влечение, или похоть, от глубокого, личного романтического влечения и привязанности, которые ассоциируются у нас с любовью и длительными отношениями. Люди могут получать (и зачастую получают) удовольствие от чисто физического сексуального взаимодействия с другими людьми, нежные чувства к которым исчерпываются одобрением их внешности, что не так уж и важно. Сексуальное влечение очень сложно связать с работой какой-то конкретной области мозга, потому что на нем во многом основаны наше взрослое мышление и поведение. Этот раздел на самом деле не о сексуальном влечении, мы говорим скорее о любви в романтическом смысле, к одному конкретному человеку.

Существует множество свидетельств в пользу того, что мозговые механизмы любви и сексуального влечения различаются. Исследования Бартлса и Зеки показывают, что, когда влюбленным, по их собственным словам, показывают фотографии их возлюбленных, у них наблюдается повышенная активность (не характерная для похоти или платонических отношений) в сети из различных мозговых структур, включающей медиальную часть островка, переднюю поясную кору, хвостатое ядро и скорлупу чечевицеобразного ядра. Кроме того, в задней части поясной извилины и миндалине активность снижалась. Заднюю часть поясной извилины часто связывают с восприятием болезненных эмоций, и логично, что присутствие вашего возлюбленного слегка ее приглушит. Миндалина обрабатывает эмоции и воспоминания, связанные по большей части с негативными явлениями, такими как страх и гнев, – и в данном случае она не активируется. Люди, состоящие в любовных отношениях, нередко выглядят более расслабленными и менее подверженными повседневным заботам, поэтому независимым наблюдателям они стабильно кажутся «самодовольными типами». Кроме того, снижается активность в некоторых областях, включая префронтальную кору, отвечающих за логику и рациональное принятие решений.

Определенные химические вещества и нейромедиаторы также принимают участие в процессе^*.[73]73
  * С привлекательностью также связывают феромоны, особые химические вещества, выделяющиеся с потом. Другие субъекты могут их почувствовать и под их влиянием изменить свое поведение, что, как правило, проявляется в том, что они начинают испытывать половое возбуждение и влечение к источнику феромонов. Хотя о человеческих феромонах часто говорят (возможно, вы даже покупали напичканные ими спреи, если пытались усилить свою сексуальную привлекательность), на данный момент нет никаких свидетельств в пользу того, что у людей есть конкретные феромоны, которые влияют на уровень возбуждения и привлекательности [19]. Мозг нередко может вести себя как идиот, но настолько прямолинейным манипуляциям он не поддается.


[Закрыть] Судя по всему, влюбленность повышает дофаминовую активность в нашей системе вознаграждения [20], благодаря чему мы испытываем удовольствие в присутствии своего партнера. Это действует почти как наркотик (за подробностями обращайтесь к главе 8). А окситоцин нередко называют «гормоном любви», что является нелепым упрощением для столь сложного вещества. Уровень окситоцина повышается у людей, состоящих в отношениях, и его нередко связывают с чувствами доверия и духовной связи [21].

Сейчас была чистая биология, которая происходит в нашем мозгу, когда мы влюбляемся. А во внимание нужно принять еще и другие факторы. Например, расширение чувства собственного «я» и чувство успешности, которые возникают, когда вы находитесь в отношениях. Когда другой человек настолько высоко вас ценит и хочет быть в вашем обществе в самых разных ситуациях, возникает чувство удовлетворения и успеха. Учитывая, что в большинстве культур создание отношений неизменно считается универсальной целью или достижением (что скажет вам любой счастливый в своем одиночестве человек, как правило, сквозь зубы), найдя пару, вы еще и повышаете свой социальный статус.

Мозг гибок и быстро привыкает к появлению всех этих глубинных и сильных процессов, вызванных тем, что вам кто-то нравится. Наши партнеры становятся частью наших долгосрочных планов, целей и амбиций, прогнозов и представлений о должном положении вещей, нашего общего мировосприятия.

А потом все заканчивается. Может быть, один из партнеров был неверен? Или дело в простой несовместимости? (Исследования показали, что склонные к тревожности люди часто раздувают и нагнетают межличностные конфликты, доводя отношения до разрыва [22].)

Подумайте о том, сколько всего мозг вложил в поддержание отношений: о значимости, которую он этим отношениям придавал; обо всех изменениях, которые в нем произошли; обо всех далекоидущих планах, которые он строил; обо всех знакомых ритуалах, к которым он привык. Лишившись всего этого одним махом, мозг серьезно страдает.

Приятные чувства, к которым привык мозг, неожиданно испаряются. Наши планы на будущее и ожидания от мира более не актуальны, и это невероятно мучительно для органа, который, как мы уже неоднократно видели, очень плохо справляется с неопределенностью и неоднозначностью. (Более подробно мы обсудим это в главе 8.) Кроме того, если вы состояли в длительных отношениях, возникают бесчисленные практические проблемы. Где вы будете жить? Не отвернутся ли от вас общие друзья? Как решить финансовые вопросы?

Социальная сторона дела тоже нас очень травмирует. То, что вам придется объяснять всем друзьям и родственникам, что ваши отношения «развалились», – уже плохо. А теперь подумайте о разрыве как таковом: человек, который знал, что вы лучше всех на самом интимном уровне, признал вас неподходящим. Это настоящий удар по социальной идентичности. И это больнее всего.

Между прочим, предыдущее утверждение следует понимать буквально. Исследования показали, что разрыв отношений активирует те же зоны мозга, которые воспринимают физическую боль [23]. В этой книге я приводил огромное множество примеров того, что наш мозг обращается с социальными угрозами точно так же, как с реальными физическими (например, социальные страхи так же нервируют нас, как настоящая физическая опасность). С точки зрения мозга разницы между ними нет. Говорят, «любовь ранит», и она действительно ранит.

Вдобавок ко всему, в вашей голове хранятся бесчисленные воспоминания об этом человеке, которые с формальной точки зрения были счастливыми, но теперь связаны с чем-то очень плохим. Это значительно подрывает ваше чувство собственного «я». В главе 8 мы рассмотрим, насколько зависимость и лишение предмета зависимости может разрушительно влиять на мозг [24].

Нельзя сказать, что мозг неспособен справиться с разрывом отношений. Он может со временем вернуть все на круги своя, хотя это и небыстрый процесс. Некоторые исследования показали, что целенаправленное фокусирование внимания на положительных сторонах разрыва способствует личностному росту и быстрому восстановлению [25], поскольку мозг, и мы говорили об этом раньше, склонен помнить «хорошее». Иногда бывает и так, что наука и житейская мудрость совпадают [26].

Мозг вкладывает слишком много сил в создание и поддержание отношений и поэтому страдает не меньше нас, когда они рушатся.