Читать книгу "Миссия «Кассандра». Прибудьте в Свете и Истине Единого"

ГЛАВА 15 Истоки античной культуры

В этот раз мне, как и в начале предыдущей беседы, хотелось бы привести пару собственных мыслей, прежде чем перейти к изложению нашего с Габриэлем обсуждения различных вопросов касательно уже упомянутых культур античности.

Как я и говорил в начале прошлой беседы, античная культура лежит в буквальном смысле у основания всей западноевропейской истории, и без неё было бы весьма сложно представить нынешнюю литературу искусство или кинематограф. В то же самое время, слишком многое принимается ныне историками за само собой разумеющееся, в то время как на самом деле в данной области до сих пор существует столь огромное количество белых пятен и заблуждений, что для любого, кто позволит себе однажды дойти до самых истоков этой культуры рано или поздно осенит мысль о неоднозначности её происхождения и достоверности описываемых событий.

А потому в этой беседе мы продолжили наше обсуждение начал античной истории и культуры, реального происхождения образов богов Древней Греции и истоков легенд о Троянской войне, попутно разобрав весьма близкие пересечения культуры и истории кельтов, германских и скандинавских народов с образами, что несложно найти в древнегреческой мифологии, указывающими на их истинное происхождение.

Но для начала, мне бы хотелось сделать небольшой экскурс назад во времени к тому самому периоду откуда традиционная история производит начала античной культуры. Как правило, выделяют несколько периодов, а именно: догреческий, крито-микенский, тёмные века, архаический и классический, в течение которых, как утверждается, шло постепенное становление античной культуры, имевшее свои взлёты и падения.

Если же пристальнее присмотреться, то станет понятно, что вся нынешняя античная культура и мифология зиждется на плечах двух гигантов, а именно: Гомера и Гесиода, живших, как утверждается, в 8 веке до н.э., то есть на рубеже между окончанием Тёмных веков и архаическим периодом. До сих пор неизвестны какие-либо произведения, имеющие более почтенный образ, чем произведения этих двух титанов слова и мысли.

Как мы поймем далее, жили они отнюдь в непростую эпоху, по своему ставшую водоразделом в общечеловеческой истории. Также, по какому-то странному стечению, обстоятельств ни об одном из двух не имеется каких-либо достоверных упоминаний, несмотря на то, что опусы обоих твёрдо лежат и поныне краеугольным камнем всей западноевропейской культуры.

Всякий, кто хоть когда-либо задумывался о том, насколько чётко продуманы генеалогии богов Древней Греции, сколь великое количество деталей окружает их деяния и происхождение, должен был бы и подумать о том, что именно эти двое выше перечисленных гения мысли были чуть ли не первыми репродукторами какой-то очень старой традиции, идущей сквозь века до их времени.

Итак, давайте же посмотрим вкратце на те периоды, сквозь которые прошла эта древняя традиция и какие при этом могли произойти исторические факторы, исказившие первоначальный смысл описанных в ней событий.

О догреческом, а точнее, доэллинском периоде и жителях Греции 4-2-го тысячелетия мы ещё поговорим чуть подробнее ниже, а пока что необходимо сказать, что упоминания о них прошли сквозь призму времени и отчётливо указывают на их северное происхождение.

Необходимо также заметить, что период известный как крито-микенский в действительности должен занимать промежуток между временем гибели минойской цивилизации в 1628 г до н.э. до наступления Тёмных веков в 1100 г. до н. э. Но и о нём остались лишь косвенные реминисценции в работах авторов, писавших как минимум 700—800 лет спустя после него.

Далее следует период Тёмных веков, о котором не имеется никаких известий, так как, по утверждению большинства историков, старое письмо было забыто напрочь и на протяжении почти полутысячелетия никому ничего не известно о данном периоде вплоть до 9—8 века. Когда, как считалось позднее, появляются первые признаки зарождения новой культуры и на горизонте видны фигуры гигантов поэтической мысли Гомера и Гесиода.

После них проходит ещё 3—4 века, прежде чем действительно наступает период классической античности, реконструированный по произведениям целой группы творивших в то время мыслителей и поэтов.

То есть, как мы теперь понимаем, все наше представление об античной культуре зиждется поныне на домыслах и спекуляциях людей живших в период классической античности и тщетно пытавшихся реконструировать события, якобы происходившие на их родине за много веков до их рождения.

Сюда нужно отнести, прежде всего, Геродота, так называемого отца истории, на которого и по сей день приходится опираться при изучении истории античной культуры. Именно с этого вопроса об отсутствии вторичных источников касательно трудов этих двух титанов мысли я и начал нашу беседу.

Д.Д.: Насколько я понимаю, ситуация более чем неоднозначная. И по сути дела говорить о какой-то реальной истории до 8—7 века по достоверным свидетельствам просто нет смысла. То есть, как всегда возникает проблема отсутствия вторичных источников. Однако мне кажется, у тебя есть свой взгляд на то, как в реальности обстояло дело в период до наступления тёмных веков и на происхождение древней античной мифологической традиции, не так ли?

Габриэль: Более или менее. И именно об этом я и хотел бы сейчас поговорить. Я начну свой рассказ со времени, относящегося к середине четвёртого тысячелетия до н.э., когда происходили события, в дальнейшем давшие рождение, по сути дела, всей западноевропейской культуре. До сих пор я говорил лишь о миграциях потомков гиперборейцев и атлантоариев на восток и мы обсуждали культуры Древнего Китая, Индии, Ирана и Средней Азии в период с середины 7-ого тысячелетия до конца четвертого тысячелетия до н. э. Но сейчас мы поговорим о миграциях именно на запад и о зарождении большинства культур, давших начало западноевропейской культурной истории.

Одним из древнейших послепотопных очагов расселения ариев – потомков гиперборейцев была территория Северного Причерноморья, Северного и Центрального Кавказа, Поволжья и большая часть территории Центральной России вплоть до нынешнего 55 градуса с. ш. Другие менее крупные очаги включали в себя Закавказье, Анатолийское нагорье и территории за Араратом на месте нынешней Армении и Грузии. Однако Гиперборея в допотопное время занимала и немалую часть северных территорий нынешнего Зауралья, Алтая, Саян и Западной Сибири ещё в те времена, когда климат здесь был достаточно теплый для проживания довольно немалого количества людей, переселившихся в послепотопное время в более южные регионы и расселившихся на всей территории вдоль северных границ нынешнего Казахстана и Монголии вплоть до озера Байкал.

Однако исторически, их культура была чуть отлична от их сородичей, живших за Уралом в Европейской части, хотя в целом сохраняла многие культурные черты представителей первых переселенцев с пятой планеты. Некоторые из этих племён были потомками ещё тех допотопных первых ариев, что десятки тысяч лет назад мигрировали с Кавказа и прилежащих регионов в восточном направлении и смогли дойти за тысячи лет вплоть до Дальнего Востока и частично до Японии. Нам же, чтобы представить, что происходило в середине четвёртого тысячелетия до н.э. нужно вспомнить несколько уже пройденных фактов.

В течение четырёх тысяч лет после Потопа было несколько крупных миграций потомков гиперборейцев на восток и юго-восток, в том числе и крупное переселение ариев в Среднюю Азию, Афганистан, Пакистан, Иран и Северную и Центральную Индию в конце седьмого тысячелетия. В то же самое время происходила и постепенная экспансия и на запад в сторону Европы. Однако, она не была столь активной, как в восточном направлении. В середине же четвёртого тысячелетия происходит именно такое Великое переселение на запад юго-запад и северо-запад в районы Скандинавии и Прибалтики.

Одним из этих направлений было отделение потомков гиперборейцев из района Северного Кавказа и Причерноморья и переселение их на Балканы и затем далее на юг, в сторону современной Греции. Сценарий по которому происходила экспансия этих племён, очень напоминал вторжение ариев более трёх тысяч лет до этого на территорию Северной Индии. То есть, на новую территорию пришли новые племена и с ними пришли их боги-покровители.

Другая волна шла с Кавказа через Закавказье и затем Малую Азию, оседая по пути на всём западном побережье Малой Азии и дойдя, в конечном счёте, до островов Эгейского моря и древнегреческой Аттики. Это были те, кого ныне именуют пеласгами, хотя проще говоря, это были потомки ариев-гиперборейцев, переселившиеся сюда в результате раскола того, что нынешние учёные называют праиндоевропейским единством.

Это были высокие, крепко сложенные физически племена со светлой кожей и голубыми или зелёными глазами, а также с длинными, чаще волнистыми, светлыми, золотистыми или светлокаштановыми волосами. Ты ведь насколько я понимаю, читал произведения Гесиода или Гомера? Что именно там сказано в отношении внешних признаков данайцев, троянцев и самих богов-олимпийцев?

Д.Д.: Да читал, и должен сказать, что при всём богатстве определений, которыми пользуются оба автора действительно очень редко или почти нигде не упомянуты тёмноглазость или смуглокожесть, что довольно любопытно. Насколько я помню, большинство описаний богов героев и воинов сопровождают эпитеты светлоокие, румянощёкие, златовласые, синеокие и русовласые.

Габриэль: И это неспроста, так как все эти племена не имели абсолютно ничего общего ни с современной Грецией, ни с эллинами, появившимися здесь намного сотен лет позже, после Троянской войны.

В конце четвёртого тысячелетия на Балканы и в северную и восточную часть Греции пришли новые племена и с ними их боги-покровители. И параллельно с отходом на юго-запад происходило движение строго на запад и на северо-запад в Прибалтику и Скандинавию. Эта древняя традиция о переселении из бассейна Волги и Дона, а также из Зауралья на северо-запад в Скандинавию неплохо отражена пусть и в довольно позднем художественном источнике XII века, известном как «Круг Земной Снорри» Стурлусона, наверняка известном тебе и многим другим, кто хоть немного интересуется германоскандинавской мифологией или культурой. Это произведение, в котором в первых главах объясняется вкратце история двух родов богов асов и ванов и их дальнейшая миграция в сторону Скандинавии.

Там чётко сказано, что оба племени жили, когда-то в средних широтах, причём ваны жили в бассейне Волги и Дона, а асы во главе с Одином – в Зауралье. И что оба рода непрестанно воевали между собой до знаменательного дня когда, обменявшись заложниками, они, наконец, помирились.

Любопытно, что такая же параллель просматривается и в отношениях между богами-олимпийцами, что очень чётко проявилось во время Троянского конфликта и мастерски было отражено у Гомера.

Другой интересной параллелью является и то, что у обоих родов также не очень заладились отношения с гигантами или, в случае со скандинавской мифологией, етунами, которых боги весьма неэтично третировали, всячески обманывали, порой и вовсе эксплуатируя.

Все эти параллели неоднозначно указывают на то, что некогда боги-олимпийцы и упомянутые асы с ванами, как это не прозвучит возможно странно и непривычно, некогда были единой арийской гиперборейской праобщностью, одним большим кланом, состоявшим из нескольких родов. А в скандинавских мифах и в «Круге Земном» отражена лишь какая-то часть общей картины.

Эта идея не покажется уж настолько фантастической и непривычной, если снова вспомнить нордическую внешность пеласгов и их богов, не имевших совсем ничего общего с последующими эллинами – жителями Греции.

Д.Д.: Мне кажется, здесь правомерно поднять вопрос и о происхождении кельтских и германских племён, так как более чем очевидно, что добрая половина их также пришла с востока из этого же региона и лишь впоследствии, должно быть, смешавшись с волной с запада, образовала то огромное множество кельтских племён, что существовало на протяжении несколько сотен лет до возвышения Римской империи.

Габриэль: Да, ты отчасти прав, но о кельтах мы поговорим чуть позже, когда будем говорить о реальных причинах, стоявших за началом Троянской войны. А пока что мне хотелось бы сказать ещё о паре народов и событий с ними связанных, также изменивших историю Европы и Азии.

Для начала речь пойдёт о племенах известных как скифы, которые действительно сыграли немалую роль в истории человечества, в том числе и в ходе Троянской войны тоже. Чтобы понять, кем были скифские племена нам придётся вспомнить несколько фактов из ранее обсуждённого материала.

Как ты помнишь из беседы, в которой мы обсуждали движение ариев – потомков гиперборейцев с Кавказа и Северного Причерноморья на восток через Южный Урал и нынешний Казахстан в начале седьмого тысячелетия до н.э., при котором они прошли сквозь Среднюю Азию, Иран и дошли до самой центральной Индии – часть этих племен также осела и в Северо-западном Китае в районе нынешнего Синьцзян Уйгурского АР и продвинулась по всей северной его территории меж Китаем и Монголией.

Пройдя подобным маршрутом они осели в этих местах на долгие три тысячелетия, в течение которых происходило их неизбежное смешение с местным азиатским монголоидным населением, но в большинстве своем они сумели все же сохранить многие европеоидные черты, обретя лишь иной разрез глаз, чуть темный цвет волос и высокие скулы.

Так вот, именно вначале третьего тысячелетия в истории Китая наступает значительный перелом с примерно 2900—2800 года до н.э. и начинается эпоха божественных императоров, которую мы как-то обсуждали. Также, первым форпостом, основанным божественным Хуан-ди было небольшое государство, расположенное в северо-западном Китае в районе гор Куньлунь.

Именно в процессе этого становления большинству племён живших на этой территории было неоднозначно указано на дверь, если так можно сказать, и с севера нынешнего Китая началась массовая миграция разных племён, которым позже было суждено стать скифами.

Эти племена двигались почти по тому же маршруту, по которому когд-то однажды пришли их уже легендарные предки. Они в совершенстве владели верховым искусством, стреляли из лука и уже использовали железные колесницы, что говорило о высокой эффективности ведения боя. Мумии, которые были найдены в бассейне реки Тарим, и которые датируются как раз примерно 2800 годом до н.э., являются лишь этаким осколком одного из скифских племён, живших на данной территории до миграции и во время неё. По внешности которых можно судить, о том, что генотип ариев изменился совсем незначительно, отчасти из-за изолированности их проживания на данной территории.

Продвигаясь на запад, они прошли сквозь Восточный Иран и вновь через Среднюю Азию, поднялись и прошли сквозь Южный Урал и, наконец, вернулись туда, откуда когда-то пришли их предки долгих три тысячи лет назад.

Это был, должно быть, один из самых долгих переходов, так как продолжался он без малого около 300—400 лет, и за это время племена скифов расселились по весьма обширной территории. Но лишь к 2400 году до н. э произошло самое интересное, когда из общей массы этих племён выделились два особо известных племени в истории Древнего мира.

В общем-то довольно протяжённый период между 2400 годом до н.э. и 1200 до н.э. был весьма неспокойным, во всех смыслах этого слова, начиная хотя бы с того, что происходило на территории всего северного полушария в военном, географическом и политическом смыслах.

Именно в этот период были заложены основы почти всей западной культуры и монотеистической парадигмы. И примерно именно к этому времени, часть скифских племён шедших с востока не пошла с большинством по северной оконечности Каспийского моря и далее севернее через Южный Урал на Кавказ и в Северное Причерноморье, а решила обойти море с юга и обосноваться на территории нынешнего Закавказья у юго-западной оконечности Каспия. Будучи по природе своей кочевниками они не стояли на одном месте долго и решили направиться на юг именно в Междуречье.

И вот здесь-то на сцене истории и появляется Саргон Великий – личность оказавшая колоссальное влияние на историю Междуречья во всех отношениях – политическом, экономическом, культурном и даже лингвистическом. Хотя, по правде сказать, традиционная история обладает более чем скромными сведениями как о нём самом, так и о его дальнейшей судьбе. Но след, который он оставил в истории региона без сомнения можно назвать эпохальным.

То, что Саргон был как раз вождём одного из скифских племён говорит немалое число фактов. О дним из них является та особая тактика ведения боя, в которой основной акцент ставился на легковооружённых лучников или всадников в пику той стратегии боя, которой придерживались месопотамские тяжёловооруженные воины. То есть, он вёл бой как типичный степной кочевник, без каких-либо ухищрений, что и принесло ему столь быструю победу на столь обширной территории.

Далее, весьма красноречиво за северное скифское происхождение Саргона говорит тот факт, что своё покорение Междуречья он начал именно с северных городов, продвигаясь на юг к Персидскому заливу. То есть, кем бы он ни был, ему пришлось идти именно с территорий южнее Каспия на юг в сторону Междуречья. То что его войско было армией хорошо обученных лучников говорит о том, что пришли они оттуда, где в обилии росли сорта древесины достаточно гибкие для изготовления луков, в то время как в Междуречье их просто не было в наличии, и собственно по этой причине от этой тактики боя и отказались сами воины Междуречья.

В какой-то период продвинувшись достаточно далёко на юг он основал свою собственную столицу – Аккаде, чьё местонахождение также является ныне предметом дискуссий для историков. И тем не менее, именно с неё и появилась Аккадская империя Саргона.

Он первым предпринял попытку объединить все дотоле разрозненные города государства Шумера в единое крепкое государство и ввел единую меру весов и прочих измерений. Как следствием этих мер была успешная торговля и расцвет экономики Междуречья, несмотря на то, что продлился он сравнительно недолгое время. Языком Междуречья теперь стал аккадский вместо шумерского, и уже именно на нём были написаны многие исторические хроники на глиняных табличках того времени.

Одним словом, вновь воплотился сценарий при котором из полной неизвестности появляется на сцене истории успешный завоеватель и реформатор, поднявший объединенную им страну на новую историческую высоту.

Другим же интересным феноменом, возникшим вследствие переселения скифских племён с востока на запад было чуть более позднее появление народности хеттов на территории Малой Азии. Народа, сумевшего почти на протяжении тысячи лет играть отнюдь не последнюю роль в истории Средиземноморья третьего тысячелетия до н.э.

Д.Д.: Что именно в истории возникновения хеттов, как народа, указывает на то, что они могли быть группой племён отпочковавшихся от общескифского корня, шедшего с востока на запад? Должно быть, в пользу этого, прежде всего, говорит их техника ведения боя, а также ряд других культурно исторических фактов приписываемых этому народу?

Габриэль: Да, разумеется. В истории хеттов на протяжении почти тысячелетия их существования было множество факторов, поспособствовавших их столь немалому сроку жизни как этноса в целом. И в основном это были следующие факторы.

C самого начала становления Хеттского государства первые цари хеттов, да и сами воины, были весьма искусными военными стратегами. И не зря об их стойкости, твёрдости духа и военной смекалке ходили легенды на всём Средиземноморье. Также большую роль сыграло и то, что этот народ очень рано (а по утверждению многих историков раньше всех) почти за полтысячелетия до окончания бронзового века уже мастерски управлялся с железом и знал все тонкости выплавки из него лучшего военного инвентаря.

Кроме всего этого, сказывалось их происхождение от общескифского ствола, сказавшееся на их мастерстве управлять лёгкими повозками и с высоким качеством подготовки в стрельбе из лёгких луков во время езды на полном ходу. Все эти качества дали хеттам возможность буквально в течение пары столетий занять немалую площадь почти всей Малой Азии.

Отвечая же на вопрос об их происхождении можно сказать, что отпочковались будущие хеттские племена ещё в начале третьего тысячелетия до н.э. от тех скифских племён, что пришли в южные пределы Каспия и Закавказье и оттуда направились в Малую Азию, где столкнулись с хатти – местным народом, пришедшим когда-то с севера и населявшим полуостров уже добрую тысячу лет и пеласгами, пришедшими с Балкан на территорию Малой Азии ещё раньше, в конце четвёртого тысячелетия.

Учитывая, что большинство скифских племён, шедших на запад, было потомками кочевников ариев-гиперборейцев немного обазиаченных в степях и пустынях, к которым относились, между прочим, и предки большинства хеттов – можно с уверенностью говорить, что племена, пришедшие в Малую Азию были более чем на две трети индоевропейского происхождения, что отчасти подтверждают редкие изображения представителей этой народности.

Впрочем, их индоевропейский характер не опровергают и большинство традиционных историков и даже лингвистов. Если учесть к тому же ещё и фактор смешения с почти полностью индоевропейскими племенами пеласгов и хатти, то жителей позднего Хеттского государства можно считать индоевропейцами почти на 9/10.

О хеттах вашей исторической науке известно немного, отчасти потому, что изучение их культуры началось сравнительно поздно. Но знать о том, откуда действительно происходил хеттский народ достаточно важно для общей картины.

Довольно интересным моментом здесь является то, что именно хатти, жившие на территории Малой Азии дали впоследствии своё имя племенам с юго-востока, которые мы называем хеттами.

Другим интересным фактом является то, что ассимиляция хеттами хаттов проходила довольно мирно, учитывая воинственный характер первых. И если уж быть до конца объективным, то нужно сказать, что первые поколения от смешения хеттов и хатти до переноса столицы в Хаттусас к северу именовали себя несситами, так как центром их государства был город Неса, находившийся чуть юго-восточнее Хаттусаса.

Когда процесс ассимиляции спустя несколько столетий был завершён, почти все жители государства говорили на хеттском языке индоевропейского характера и использовали клинопись для письма, позаимствованную у вавилонян. Что касается их верований, то особо примечательным был перенятый у хатти культ бога грозы и культ солнца, имевший чисто арийские корни.

***

На этом мне хотелось бы прервать изложение нашей беседы и перейти обсуждению тех культурных истоков, что стояли за возникновением античной культуры в той классической форме, что видна на примерах 6—3 века до н.э. в древнегреческом мире. И прежде всего, поговорить об истоках преданий о Троянской войне и что в действительности стояло за ними.

Нужно прежде всего сказать, что то, как отражены события Троянской войны описанные в Илиаде и Одиссее в последних экранизациях оставляет желать лучшего и только вносит сумятицу в общее представление западного мира о событиях некогда происходивших между их дальними предками. Но ко всему прочему, данную ситуацию ухудшает не только это, но и старания большинства исследователей втиснуть географию событий и их хронологию в то время и в то место, которые по всем косвенным доказательствам никак для них не подходят.

О том, что события Илиады и Одиссеи происходили совсем не там, где, как утверждают многие исследователи, это могло иметь место со времён так называемого первооткрывателя Трои – Генриха Шлимана, говорят множество фактов. И мне действительно приятно, что среди учёных западного мира действительно находятся те, кто вопреки общей тенденции затуманивать людям мозги на сей счёт, пытаются сделать что-то, чтобы помочь во всём этом разобраться. Пару аргументов из их работ я приведу чуть ниже, а пока что хотел бы поделиться одним уже вышеупомянутым мною предположением, которое, как я надеюсь, вкупе с далее приведёнными аргументами из работ иных авторов подведёт нас ближе к разгадке Троянской войны.

Итак, что лично для меня бросается в глаза в первую очередь как я надеюсь и для действительно критичного читателя этих двух эпосов, это не совсем привычный для данного региона облик как богов, но и, ко всему прочему, и самих участников противоборствующих сторон. То, что боги описаны как существа светлоглазые, русовласые и румянощекие уже не должно удивлять нас, но тот факт, что основные персонажи эпоса из числа полубогов и смертных как Менелай, Елена, Ахилл, Парис, Агамемнон и менее видные Кассандра, Радамант, Сарпедон также описаны в столь же однозначных терминах, определённо говорит о том, что ни к эллинам в нынешнем или даже классическом понимании этого слова, ни к жителям Малой Азии, это не имеет абсолютно никакого отношения.

Можно было бы предположить, что так как берег западной Малой Азии и Северную Грецию занимали в те времена племена пеласгов-переселенцев умеренных широт на Балканы, то возможно, что именно между этими светлыми племенами и описана война в обоих эпосах. Однако, против данного утверждения говорит уже не столько внешность главных героев, как сама география описанных мест в поэме.

И именно здесь мне бы хотелось сказать что ко времени нашего обсуждения античной культуры и истоков легенд о Троянской войне мне на глаза попалась книга одного весьма добросовестного и талантливого исследователя данной темы Имана Уилкенса «Там где однажды стояла Троя» аргументы которого меня впечатлили и потому на последующих страницах далее я ни раз буду приводить довольно любопытные факты из его книги. Основываясь именно на них я и строил в дальнейшем большинство своих вопросов при общении с Габриэлем пока мы общались на данную тему. И сейчас мне бы хотелось привести несколько аргументов из книги этого исследователя прежде чем я продолжу изложение нашей дальнейшей беседы. Ниже как вы увидите, я сопровожу некоторые из них своими собственными комментариями или возражениями. Вот что утверждает данный автор.

Итак, во первых грекам-данайцам, если это были действительно греки как мы их представляем по античным классическим произведениям не пришлось бы снаряжать пресловутые 1186 судов столь подробно описанные Гомером в Илиаде если б речь шла о том чтобы переправиться на противолежащий западный малоазийский берег так как вместо столь внушительной армады для подобной войны достаточно было бы снарядить пару суденышек или даже перебраться посуху чем пересекать Эгейское море. Во вторых если верить Гомеру, Агамемнону потребовался месяц чтоб попасть из Аргоса в Итаку, в то время как такое путешествие в Средиземноморье даже в полный штиль заняло бы от силы несколько дней но не месяц. В третьих в Одиссее утверждается, что главный многострадальный герой планировал попасть в конце всех странствий на Итаку на попутном корабле, шедшем из Крита в Сидон в то время как при нынешнем раскладе данный маршрут находится в противоположной стороне от предполагаемой Итаки к западу от нынешней Греции.

Касательно же самого местоположения Трои Уилкенс приводит еще несколько своих аргументов. Так в описаниях осады и военных действий, а также путешествия данайцев к Трое очень часто упоминаются туманная погода, частые проливные дожди, которым не видно конца, а также приливы и отливы, что не совсем стыкуется с климатом Средиземноморья. Из всего этого он делает удивительный вывод, что события Троянской осады имели место не иначе как в Восточной Англии на равнинах от побережья вглубь острова до нынешнего Кембриджа. В окрестностях знаменитого на весь мир университетского городка найдено по его утверждению огромное количество оружия из бронзы не идущее ни в какое сравнение с теми его количествами, что найдены на холме Гиссарлык в Турции.

Кроме того он смог идентифицировать два больших земляных вала поистине колоссальных размеров о которых как он утверждает в Илиаде и идет речь. Они находятся на равнинах пред Кембриджем и отделены друг от друга расстоянием в несколько миль, но что самое интересное это то, что когда то очень давно перед ними были не менее широкие траншеи с грозными укреплениями, что говорит о том что делали их те, кто пришли с моря на равнину, в качестве защиты от людей, шедших из глубины острова к морю а не наоборот. И это лишь только самые заметные аргументы и противоречия географического характера приведенные в качестве примеров этим блестящим автором.

Вот что я могу добавить к этому сам. Кроме внешности богов и героев далекой от классической внешности жителей Средиземноморья и всяческих географических неувязок есть еще пара обстоятельств, которые стоит иметь в виду, чтобы понять, где же действительно находилась Троя. Это, прежде всего тот факт что, несмотря на все военное мастерство данайцев и помощь им со стороны их богов покровителей им не удалось взять Трою силою, но лишь хитростью, что говорит о том, что город был построен с очень высоким мастерством и взять его, что называется нахрапом, не представлялось возможным.

Другим интересным фактом является то обстоятельство что упомянутые военные силы, в том числе и знаменитый список кораблей ахейцев (данайцев) предполагал знание агрессоров о военной мощи троянцев и потому ими были предприняты столь тщательные меры для предполагаемой осады Илиона-Трои.

Далее я бы предложил рассмотреть ту действительную историческую обстановку что имела место в западном мире в период с 2400 г до н.э. до 1700 г до н.э. так как именно здесь во множестве косвенных фактов кроется реальная разгадка причин времени и места Троянской войны. Итак, для этого нам нужно соединить воедино несколько уже известных фактов. Так мы знаем что к 2400—2300 г до н.э. спадает медленно на нет натиск племен идущих с востока на запад и позже представленных в источниках как скифы, хотя на самом деле ими были никто иные как немного обазиаченные потомки гиперборейцев ариев, снявшиеся с места и отправившиеся в сторону степей нынешнего Казахстана и пустынных районов Северного Китая около середины седьмого тысячелетия до н. э. Двигаясь обратно на запад, их потомки проходили через большинство мест, где когда то проходили их давние предки и порою также оседали там на какое то время, несмотря на свой кочевой образ жизни.

Если вы помните, именно к 2200 г до н. э. Габриэль отнёс появление пророка Заратуштры на территории Западного Ирана решившего реформировать древнюю и к тому времени порядком видоизмененную религию своих древних арийско гиперборейских предков. И это как вы увидите неспроста. Именно за пару сотен лет до этого через эти места прошли скифские племена, шедшие с востока и образовавшие племена так называемых туранцев или жителей кочевников восточного Ирана. Смешение традиций и обычаев старой и новой религий привело к расколу на Иран и Скифский Туран, о котором мы говорили выше и именно к туранцам направился спустя триста четыреста лет после 2600 г до н. э. Заратуштра со своим учением, будучи отвергнут своими соплеменниками. Оттуда он направился на север в Среднюю Азию, где как утверждает традиция его учение, наконец, было принято и получило широкое распространение.