Читать книгу "Эмиль. Теперь ты принадлежишь мне!"

Глава 38

Эмиль

Мы слышим шаги. Я швыряю Малику Максу. Он перехватывает, прижимает к стене. Подхожу к Нику сзади. Наклоняюсь к уху.

– Ты трус. Прикрылся женщиной. Чужой женой.

– Малика?

В гостиной появляются Вахид и мой тесть. Я приветливо улыбаюсь мужчинам и рывком сворачиваю шею Никите у них на глазах. Парень дернулся и обмяк. За спиной сдавленно закричала жена.

– Какие люди, – приветливо улыбнулся и швырнул нож в сторону тестя.

Специально промахнулся. Лезвие вошло в дверной косяк в сантиметре от седого виска этого старого интригана. Надо отдать мужику должное. У него стальные яйца! Он только головой чуть в сторону дернул, уходя от удара.

Разговоров больше не будет нам все и так понятно, но тесть пытается договориться.

– Отпусти Малику, Эмиль. Она не при чем. Это наши разборки.

– Моя жена давно не принадлежит твоей семье. У тебя нет права требовать у меня что-то, – напоминаю ему.

– Эмиль, не дури. Ты же не тронешь женщину…

Ловлю довольную усмешку Вахида. Всего на секунду она промелькнула на суровом лице.

Шамиль шепчет одними губами: «Снайпер».

Не двигаюсь.

Продолжаю вести отсчет в своей голове.

– Нам нужна информация, – заявляет Вахид. – Где стволы? Кто основной поставщик? Через кого ты делаешь на них документы? Я забираю твой бизнес себе, Альзаро. А чтобы ты был сговорчивее, прямо сейчас мои люди подъезжают к заброшенной деревушке, где прячется твоё сердце. Прямо как в сказке, помнишь? Я читаю своим детям ваши русские сказки.

Кэм медленно двигается вдоль стены и встает у меня за спиной, закрывая от прицела СВД. Не поможет. Прошьет насквозь нас обоих. Он знает, делает это для другого. Пока я отвлекаю Вахида разговорами, а тесть сосредоточенно следит за своей дочерью, к горлу которой Максим приставил нож, Камиль отправляет сообщение нашим. Одно слово: «Снайпер».

Перестаю считать…Мысли сбиваются. У нас очень мало времени. Глупо рисковать нельзя и мы ждем, когда уберут винтовку с крыши.

– Ты идиот, если считаешь, что из-за девчонки я отдам дело своего отца в твои руки. Она нравится мне, конечно, но не до такой степени. Я вон, – киваю в сторону Малики. – жену люблю, – усмехаюсь. – А она предала меня, представляешь! С твоим человеком трахалась. Вот ты бы свою простил за такое? И я не могу, – делаю очень грустные глаза. – Что же мы делать теперь будем, папа? – обращаюсь к тестю.

– Отпусти ее. Я заберу дочь и дам согласие на развод.

– Нет, – цокаю языком. – Наказание за измену – смерть.

Макс ранит Малику. Из пореза на шее в несколько струек течет кровь. Наш котик любит такие игры. Если ему дать добро, он может пару суток развлекаться, пока жертва на коленях не будет за ним ползать и умолять о смерти. А Максик тогда еще подумает, даровать ей такое облегчение или поиграть еще. Он ненавидит предателей. На это у него есть свои причины и не мне осуждать его за это.

– Не надо! Максим, отпусти ее, – просит тесть.

– Не-а, – довольно улыбается зеленоглазый красавчик. – Мы с вами все равно не договоримся, – он равнодушно жмет плечами. – Стреляйте уже что ли. Скучно, – вздыхает он.

Вахид от такой наглости охреневает, дает команду своим. Кэм разворачивается лицом к «гостям» и улыбается.

– Мы нашли вашего снайпера.

– Да и остальных тоже. Это наша территория, Вахид. Твои люди плохо прячутся! – Шам показывает фотку, где люди Вахида стоят на коленях возле наших тачек.

– Отменяй приказ о нападении на поселок! – навожу на него ствол. – Я знаю, что среди тех, кто на этой фотографии, твой младший брат. Ты не трогаешь Сашу, я говорю своим, чтобы отпустили твоего парня. Ну же! Я начинаю нервничать!

Выстрел… тесть падает на пол с простреленным коленом. Малика пронзительно визжит.

– Упс… я снова промахнулся. Попробуем еще раз.

Перезаряжаю, направляю пистолет в голову Вахида.

– Я пристрелялся, – улыбаюсь. – И Сашу я вытащу. А вот у тебя еще есть шанс спасти жизнь брата.

«Приняли бой» – Камиль показывает мне сообщение от ребят из поселка.

Сука! Нам ехать туда час!

Успокаиваю себя тем, что мы отправили им поддержку. Лишь бы дуреха не лезла на рожон. Не геройствовал Костя. Я помню нашу с ним первую встречу. Сашка же не простит меня, да и не хотелось бы пацана терять. Нравится мне его стержень.

– Три… – начинаю обратный отсчет. – Ты не получишь мой бизнес, Вахид. Два…

Набираю номер своих… Три гудка. Слышу в трубке:

– Убираем его?

Молчу…

Вахид медленно поднимает вверх руки. В одной из них телефон.

– Звони, – киваю и своему человеку говорю – Жди. Повиси на трубке.

Дозвониться удается не сразу. Долбанная связь! Но все же трубку снимают.

– Отставить захват заложницы, – дает команду Вахид. – Сопроводить всех в город без причинения вреда. Отпусти брата, Эмиль.

– Увижу Сашу, поменяемся.

Тесть так и скулит на полу. Подхожу к нему вплотную, упираю ствол в лоб.

– Не надо! – кричит Малика. – Умоляю, Эмиль! Нет… – плачет. Макс позволяет ей упасть ему в ноги. Перехватывает за волосы, чтобы не дергалась в мою сторону.

– Вот так бывает, – вздыхаю, глядя в глаза предателя. – Ты хотел поиметь меня? Унизил… Денег моей семьи захотел. Продался. А что в итоге? Сам себе могилу выкопал!

– Эмииииль, – бьётся в истерике Малика.

Не трогает.

Не могу я его отпустить. Он знает, потому просто закрывает глаза, делает последний вдох и…

– НЕТ!!! – кричит жена, заглушая выстрел. – Нет! Папа!!!

– Макс, убери ее отсюда, – прошу друга.

Выходим на улицу. Скоро рассвет и люди начнут просыпаться. Мы должны успеть все закончить без лишних свидетелей. Слежу за временем. Если они хоть пальцем ее тронули…

«Въехали в город» – мне пришло сообщение.

Еще немного. Еще совсем чуть-чуть и я увижу ее серо-зеленые глаза. Давай же, моя девочка. Я так жду тебя.

Минут через двадцать во дворе появляется четыре машины. Вахида все еще держат под прицелом. Малика тихо скулит в руках Макса.

Останавливаются. Открываются двери.

Оттуда выходят Костя и неизвестный мне пацан. Они напряженно смотрят по сторонам.

– Идите сюда, – зову их. Оглядываются. – Идите, вас не тронут.

Сначала неуверенно, но потом смелее пересекают незримую границу. Подходят к Шамилю. Костя его уже знает.

Открывается дверь еще одной тачки.

– Саша…

Вот теперь моя выдержка сильно сбоит. Я вижу ссадину на красивом лице своей Зажигалки, изящные кисти ободраны до крови.

Защищалась!

Красная жидкость внутри меня превращается в раскаленный металл. Очень сложно удержаться и не перестрелять всех сию же секунду. Нельзя. Мы должны сработать как можно тише. Вокруг жилые дома и потом нас не отмоют даже хорошие связи и большие деньги.

Стараюсь дышать. Просто ведь: вдох – выдох.

Не помогает! Сука!!!

Меня кроет от ярости. Кто посмел прикоснуться?

Напугали! Обидели!

Сашка растерянно смотрит на меня. Дрожит, обнимает себя руками. Медленно иду к своей девочке под пристальными взглядами напряженных мужчин.

– Отпустите его брата, – отдаю приказ, но продолжаю удерживать взгляд на Саше. – Я рядом, – шепчу ей. Обнимаю. – Все закончилось, – шепчу, слегка раздувая мягкие волосы. – Тебя больше никто не тронет. Покажи мне того, кто ударил тебя. Ничего не бойся. Просто ткни пальцем в урода.

Боковым зрением вижу, как парни ведут совсем молодого брата Вахида мимо нас.

– Не надо, – всхлипывает и доверчиво трется носом о мою грудь. Внутри меня снова все переворачивается от этого простого жеста. – Там… там двоих убили… Не надо больше. Пожалуйста, – поднимает умоляющий взгляд.

Смотрит в глаза. Я растворяюсь на мгновение в ней. В этой нежности, в ее страхе, в котором она тянется ко мне. Знает, что могу защитить. Ее инстинкты сейчас на поверхности. Тело прячется в моих руках, а мозг перестал этому сопротивляться. Люблю… меня буквально рвет на части от этого чувства.

– Шшш, – глажу по спине, по плечам. – Поезжай домой с Шамилем, ладно? Я здесь закончу и приеду к вам.

– Пообещай, что никого не убьёшь больше. Пожалуйста, Эмиль! Ты же не такой!

Саша срывается на крик. Бьет меня в грудь кулачками. Ее зубки нервно стучат, по шее бегут мурашки. Мне так жаль, что я впутал ее в это. Хотел оградить. Ничего не вышло. Испачкал свою чистую девочку, но я буду честен до конца. Я всегда был открыт перед ней и изменять этому не собираюсь.

– Не могу. Прости, – нехотя отдаю ее прямо в руки Шама.

Друг уводит. Пристегивает Александру ремнём безопасности. Через лобовое стекло она продолжает просить меня взглядом. Только я не могу выполнить эту просьбу.

Вахида и его брата сажают в одну тачку. Малику – ко мне.

За рулем их автомобиля водитель Вахида, его пристегнули наручниками, рядом с ним на пассажирском сидении мой человек.

Осматриваю всех вокруг в последний раз. Слежу, чтобы машина с Сашей скрылась за поворотом, и моя Зажигалка ничего не увидела.

Отдаю команду парням.

Людей Вахида начинают тихо убирать одного за другим. Тела тут же оттаскивают и грузят еще в две тачки.

Вот так! Потому что никто не смеет трогать мою семью и посягать на мою землю!

Часть команды остается, чтобы почистить за собой здесь и в квартире. Надо собрать гильзы, убрать кровь, вывезти тела Никиты и тестя. Я сажусь в тачку, где ждут Костя и Данияр.

– Спасибо, – протягиваю ребятам руку. В недоумении смотрят на мою ладонь. – Вы дебилы, конечно, – стараюсь улыбаться. – но в данном случае сильно помогли. Могу предложить два варианта. Вас по домам развезут сейчас или я возьму с собой и покажу красивое завершение этой истории, о которой вы никому не сможете рассказать.

Ответ читается по лицам.

Малика забилась в угол и зверем смотрит на меня. Молча.

Ее вышлют из страны. Камиль уже нашел подходящую семью, где нужна домработница. Контракт на три года в целях жесткого перевоспитания. Потом ее отпустят и жизнь этой женщины меня больше не будет касаться. Она для меня умерла.

Наша машина замыкает колонну. Мы едем далеко за город. На улице уже поднялось солнце. Оно обнимает землю теплыми лучами последнего дня лета. Красивый темный лес виднеется по бокам от дороги. Зеленые ели и лиственные деревья приветливо машут своими ветками новому дню. Легкий ветер гоняет по трассе листву и сухую траву. В небе летают шумные косяки птиц. Мы смотрим перед собой. Из машин Вахида на обочину почти синхронно выпрыгивают мои люди. Наша машина и идущая перед нами останавливаются, чтобы подобрать своих и отходит задним ходом.

Оглушающий взрыв больно бьет по ушам. Тачки взрываются по цепной. Загораются. Люди Вахида, что остались в живых, не успевают выйти.

– Вот так, – вздыхаю с легким сожалением, даже через закрытые стекла ощущая жар от полыхающих автомобилей.

– Охренеть… – ошалело моргает Костя. – Я такое только в кино видел.

– А это и есть кино, – к нам поворачивается Камиль с переднего сидения. – А ты думал что? Все всерьез? – смеется мой начальник службы безопасности. – Мы же не бандиты какие-то! Стоп. Снято, – говорит по рации.

Разворачиваемся и едем обратно в сторону города. Сначала в аэропорт, потом домой.

Дани и Костя бурно обсуждают произошедшее. Камиль шутит, но четко дает понять, что об этом лучше никому не говорить. Да они и сами не дураки. Надо будет отблагодарить обоих за помощь. Поговорю об этом с Сашей, когда вернемся.

Глава 39

Саша

– Сашк, да все там будет нормально, – наигранно весело заявляет Шамиль.

А то я не вижу, что он тоже на нервах. Зажигалкой щелкает постоянно и курит одну за одной стреляя окурками прямо на дорожку.

Там с ними еще Костя с Данияром остались. Впутала парней черти во что! Дура! Гордая дура!

Ворота отъезжают. Слишком медленно. Мне воздуха не хватает уже. Надо бы вдох сделать. Голова кружится. Но я не могу.

Машина въезжает во двор. За ней еще одна. Шамиль напрягся. Он внимательно следит за тем, как паркуются автомобили, как открываются практически одновременно все двери. По дорожке глухо стучат тяжелые мужские ботинки. Вижу знакомые кроссовки…

– Костя… – я все же сделала вдох.

За ним вышел Дани. Парни задумчивые, немного растерянные, но невредимые. Эмиль все никак не выходит.

Да что же это такое?!

Вот Максим жмет руку моим друзьям. Камиль, подмигнув мне, помогает своим выгружать сумки из второй машины.

Где этот долбанный придурок?!

Не выдержав, я сама подбегаю к машине, Эмиль выпрыгивает из нее, и мы врезаемся друг в друга телами.

– Ррр…Аф! – слышу недовольное. Отскакиваю на пару шагов назад, а мужчина стоит и смеется.

В его руках крохотный щенок. Кажется, немецкая овчарка. Я от нервов никак не соображу.

– Не рычи, Вулкан, – устало треплет его между ушей мой черноглазый кошмар. – Пугаешь хозяйку. Как ты? – Эмиль спрашивает у меня.

Подходить не торопится. У меня в ушах немного звенит. Такое ощущение, что мы с ним в вакууме, а все, кто за невидимой границей, ничего не видят и не слышат. До меня вдруг доходит, что здесь нет его жены.

– Где Малика? – отвечаю вопросом на вопрос.

– Ее больше нет в моей жизни, – чувствую, как глаза расширяются сами собой. – Нет-нет, дуреха, – смеется Эмиль, все еще почесывая лохматого симпатяжку. – Стоило бы, конечно, поступить именно так, как ты подумала и не обрекать нас на риск, но я отпустил ее. Под присмотром, – уточняет.

– Спасибо, – выдыхаю, шагаю к нему. – Можно? – несмело тяну руку к собачке.

– Это тебе. Подарок….

Неловкая пауза.

Мы, словно подростки, стесняемся сделать важный шаг навстречу друг другу. Говорим о ерунде. Вместе гладим щенка едва соприкасаясь пальцами и украдкой поглядывая друг на друга. У Эмиля красиво блестят глаза вновь утягивая меня на дно, где прячутся наши настоящие чувства.

Он оставляет щенка у меня в руках. Медленно ведет пальцами по ушибленной скуле.

– Сильно болит? – нервно сглатывает, двигается ближе.

– Уже нет…

Его темные глаза становятся ближе. Задерживаю дыхание, закрываю свои…

– Эмиль, а что делать с… – из-за машины выворачивает Макс, меня откидывает от Эмиля. – Упс! – мужчина виновато отводит взгляд, поднимает руки в примирительном жесте и задним ходом скрывается за автомобилем. – Сорри, – орет оттуда.

– Сученок, – тяжело вздыхая смеется Эмиль.

Но момент испорчен. Неловко улыбаясь и краснея, я прижимаю к себе Вулкана и сбегаю к Косте.

Эти два засранца ничего мне не рассказывают. Заверяют, что все хорошо, забирают у меня собаку, тискают и тоже смеются. Всех плавно отпускает эта тяжелая ночь.

Ухожу. Сажусь на ступеньку и просто наблюдаю за ними. Завтра мне на учебу. В голове больше не стоит вопрос «Отпустит или нет?». Уверена, что да. Эмиль Альзаро держит слово.

Неожиданно меня закрывает большая тень. Не успеваю среагировать, только вдохнуть. Наглые жадные губы впиваются в мои, а в волосах сжимаются сильные пальцы фиксируя голову. Эмиль настойчиво, нетерпеливо вторгается в мой рот горячим языком. Требовательные, но осторожные прикосновения. Кусает за нижнюю губу, тут же ее облизывает, обнимает верхнюю, втягивает ее в рот и стонет прямо в него. Его пальцы грубовато массируют мою голову, задают ей нужный наклон.

– Ответь мне, – просит тихо и смотрит в глаза прижимаясь лбом к моему. – Пожалуйста.

Сама тянусь к его губам. Целую… Внутри все вибрирует и плавится, стекает в низ живота, сворачивается там приятной тяжестью.

– Ты моя… – его голос сбился, дыхание частное, неровное и сердце бьется так громко, что я его слышу. – Моя Сашка… – цепляет зубами губу, оттягивает, отпускает и улыбается. – Ты вся моя, – целует в ушибленную скулу.

Ссадину щиплет, я жмурюсь от этого неприятного ощущения. Глаза слезятся, Эмиль собирает слезы губами. Он дрожит. Смелее обнимаю. Сводный садится на ступеньки, сажает меня на колени. Я прижимаюсь к нему и это так приятно. Сильный, теплый. Его мужской запах обволакивает меня, дарит чувство защищенности.

– Я больше не буду убегать, – трусь щекой о его футболку. Эмиль перебирает пальцами мои волосы. Мы вместе смотрим как все еще суетящийся народ делает вид, что ничего не происходит.

Я пока и сама не понимаю, что происходит. Я перестала его бояться и место страха заняло другое чувство. Оно было во мне с самой первой нашей встречи, но очень глубоко. Потерялось за стремлением обрести свободу, сбежать, избавиться от навязанного родственника. Теперь просто надо привыкнуть к нему и этим новым ощущениям, когда мужские руки бережно, но крепко обнимают. Когда наглые губы терзают мочку уха и дыхание этого невыносимого засранца щекочет кожу на шее.

– Хочу пригласить тебя на свидание, – затылком чувствую, как Эмиль улыбается. – Никогда не ходил на настоящие свидания. Еще не поздно начинать?

– Нет.

– Тогда завтра в шесть вечера жду тебя в нашем холле, – он помогает мне встать, следом поднимается сам. – Форма одежды парадная, – подмигивает и уходит к парням снова решать свои важные дела.

Глава 40

Саша

У меня сегодня какой-то символический день. Первый день осени, первый день в университете и первое свидание. Никогда не была на свиданиях, только в фильмах видела. От волнения сердце, как бабочка, которая только отрастила крылья, трепещет и восхищается потоком новых и очень теплых эмоций.

Я рано встала, еще раз проверила свою одежду, сумку. Приняла душ и даже немного накрасилась. Волосы заплела в высокую косу, но этот вариант мне не понравился. Распустила и переплела в две косички. Вышло довольно мило. Особенно в сочетании с черными брючками с завышенной талией и белой облегающей футболкой, заправленной под широкий ремень.

Эмиль в столовой скептически посмотрел на белые кеды, выбранные к этому наряду, но ничего не сказал. Пожелал мне удачи дожевывая на ходу бутерброд и сбежал. У него работа, а я теперь студентка! От этого даже подбородок выше поднимается. Звучит красиво и гордо.

На занятия меня отвез Шамиль. Я думала, что опасность миновала и Эмиль снимет охрану, но Шам так и ходит за мной хвостом.

После занятий он отвез меня в бар и там честно прождал почти три часа, пока я наговорюсь с Семеном Никитичем и Данияром. Костик на выходном.

До свидания с Эмилем остается чуть больше часа, когда мы все же возвращаемся домой. Вот и кеды пригодились. Бегать по лестницам в них гораздо удобнее, чем в туфлях.

Парадная форма одежды…

Есть два платья. Оба подарил он. Что выбрать? А может ну их и остаться собой?

Перебираю пальцами вещи в шкафу, а время все идет. Еще немного и я опоздаю. Не хочется вписываться в статистику тех девушек, что никогда не приходят вовремя. Но платья в пол… Неудобно!

Смотрю на винное…То самое, что стало первым подарком Эмиля вместе с ужасно откровенным нижним бельем.

Ну а что? У меня же все сегодня первое. Пусть будет это платье.

Белье надеть так и не решаюсь. Это слишком для сегодняшнего вечера, я буду чувствовать себя некомфортно. А вот легкая ткань платья приятно заструилась по телу унося меня в первые дни моего пребывания здесь. Как страшно было и как хотелось вырваться отсюда. Как я ненавидела всю ситуацию в целом и только по ночам иногда позволяла себе думать о невыносимом, заносчивом, грубом Эмиле Альзаро.

Столько всего произошло за этот короткий промежуток времени. Весь мой привычный мир перевернулся с ног на голову и как же оказывается сложно в этом потоке событий не потерять себя.

Быстро расчесала волосы. От косичек они уложились идеальными волнами и тяжелым водопадом легли на спину. Я ничего не успею с ними сделать. Лишь пара капель духов на запястья и бегом вниз.

Он стоит у окна в гостиной. Широкая спина подчеркнута белой рубашкой, крепкие ноги в черных классических брюках. Вместо тяжелых ботинок, что стали в последние дни привычными, туфли. Его запахом наполнено все пространство комнаты. На кофейном столике лежит букет роз под цвет моего платья.

Эмиль повернулся. На красивом лице лукавая улыбка с его фирменным наглым прищуром. Он знал, что я приду именно в этом платье. Взял цветы со стола, вложил их мне в руки. Сладковатый аромат приятно защекотал ноздри, а мягкие винные лепестки коснулись ладони.

Я вижу, как сводный нервничает. Так забавно. Большой, сильный, уверенный в себе, и волнуется на первом свидании. Мне кажется, воевать с конкурентами ему проще, чем вся вот эта романтика. Не его это. Эмиль выглядит хоть и шикарно в этом антураже, но как-то не так. Будто он не на своем месте. И мне немного неуютно.

– Оставлю их дома? – спросила у него. – Завянут. Жалко.

– Конечно.

С подстилки к нам подошел любопытный Вулкан. Он прижался к ноге Эмиля оставляя на идеально выглаженных брюках рыжую шерсть. У меня внутри все замерло в ожидании реакции. Щенок хоть и подарен мне, но Эмиль ему нравится больше. Мужчина тяжело вздохнул, наклонился, погладил мелкий пушистый комок, отряхнул брюки и взял меня за руку.

– Идем. Я отключил звук на мобильном. Этот вечер только твой. Будем знакомиться заново.

За рулем незнакомый мне парень. Он тихо включил музыку в салоне и сделал вид, что его здесь нет.

Вообще, за сегодняшний день я успела заметить несколько новых лиц в команде охраны дома. Скорее всего началась чистка внутреннего состава. Спрашивать не стала. Это не моё дело. Пусть разбираются мужчины.

Мы подъехали к небоскребу почти в самом центре города. Думала, что Эмиль привезет меня в ресторан, но здесь им даже не пахнет.

– Свободен пока. Я позвоню.

Отпускает водителя и ведет меня внутрь. Затем к лифту и на самый верх. Мы выходим на крышу. От порыва ветра я со страху обеими руками цепляюсь за руку Эмиля. Он тихо смеется и обнимает меня за талию.

– Все хорошо. Я не дам тебе упасть. Это самое высокое здание в городе. Отсюда открывается шикарный вид. Идем ближе.

Он подвел меня к высокому борту, и я потерялась от нахлынувших чувств. Его теплые руки обнимают сзади надежно удерживая.

Вид и правда шикарный. Огромный город как на ладони.

– Нам сюда, – Эмиль проводил меня за надстройку на крыше.

Здесь не дует, а еще лежит большой пушистый плед, на нем стоит низкий столик с вином и фруктами. Маленькие фонарики, похожие на свечи, мерцают и дают мягкий свет этому уютному уголку.

– Я продумал, что ресторан – это слишком банально. Народу много… не наш вариант. А я поговорить хочу. Если не хочешь вино, есть сок, хотя… – довольно ухмыляется. – Очень хочу тебя напоить.

– Давай попробуем, – кусая губы от волнения улыбаюсь в ответ.

Эмиль откупорил бутылку, разлил по бокалам потрясающе пахнущий алкоголь.

– Что это? – вдохнула сладковатый аромат с четким оттенком специй.

– Это вино, которое окончательно влюбило меня в тебя. В нем вся ты, Саша. Нежная, легкая, сладкая, но в то же время острая. Порезаться можно о твои эмоции и твои глаза. Утонуть в них и сдохнуть там в оргазме.

От таких признаний я горю вся от корней волос до пяток. Но это Эмиль, чего я ожидала?

Именно этого!

Мы делаем по первому глотку, и я понимаю, о чем он говорит. Сначала к небу прилипает сладость, а потом в голову бьет крепостью и остротой специй. Это не передать словами. Вкусно, ярко. Как вспышки между нами, когда Эмиль сначала кидается на меня, как голодный зверь, а потом целует так, что подгибаются ноги. Это вино подходит нам обоим. Теперь оно и меня влюбляет в него…

Мы допиваем этот странный алкоголь. Несколько мгновений просто смотрим друг на друга.

– Можно спросить? – нарушаю тишину первая.

– Конечно. Мы здесь для этого. Чтобы говорить.

– Что за навязчивая идея с наследником? Ты так хочешь ребенка? – душу в себе порыв спрятаться от Эмиля после такого личного вопроса.

– Хочу, – признается. – Мне тридцать четыре скоро, и я понимаю, что готов к детям. Отец внука хотел. Так хотел, что записал его в завещание, как условие для получения наследства.

– Оу…

– До сорока лет я должен обзавестись потомством. До встречи с тобой я готов был сделать это формально, для галочки. Ты показала мне, как я могу чувствовать. И именно в этих чувствах я хочу семью и детей. Принуждать не стану больше… – закуривает, выпускает в небо несколько колечек дыма. – Ты должна захотеть и почувствовать то же самое ко мне. Если нет… Я уже был нелюбимым мужем. Такие отношения мне не нужны.

Откровенно… и больно…за него. Я думала, Малика любит мужа. Да и какое дело мне было до чужих отношений, я в них не вникала. А Эмиль тянулся ко мне. Сейчас это становится понятно. Просто он делал это так, как умеет. Грубо, жестко, но и правда, всегда честно.

– Поцелуй меня, – вдруг выдаю, сама от себя такого не ожидая. – так, как сделал это в первый раз, – удивленно поднимает брови и залпом выпивает остатки вина прямо из бутылки. – Хочу вспомнить, на что я подписываюсь.

Эмиль

«Вот теперь не перегни!» – даю себе установку.

Отодвигаю в сторону столик, обнимаю Сашку за талию, роняю на плед, прижимаю собой к поверхности крыши. Давлю бедрами на низ ее живота, улыбаюсь и шепчу, как тогда:

– Не двигайся.

Зажигалка дышит через раз. Ловлю момент, когда приоткрываются ее губы. Рисую их контур языком раскрывая сильнее. В висках пульсирует, пах налился желанием, член подрагивает, упираясь в Сашу. Она краснеет, дергается подо мной. Да, детка…все, как тогда, только сопротивления с ее стороны меньше.

– Ты очень рискуешь сейчас, – смеюсь ей в губы, ударяю бедрами показывая свое желание.

Со стоном удовольствия вторгаюсь в ее рот, свободной рукой плавно поднимаю по бедру длинное платье. Моя ладонь скользит по нежной коже и поцелуй становится острее. Кусаю ее губки, играю с языком и добираюсь до трусиков, замираю пальцами у кромки ожидая реакции.

Саша закатывает глаза от волнения и удовольствия. Ее тело отвечает мне. Ее губы ласкают мои, а руки обнимают за шею. Тонкие пальцы путаются в темных жестких волосах. Пробираюсь под нижнее белье, касаюсь нежной кожи между ножек. Моя Зажигалка тут же вспыхивает, пытается сдвинуть ноги.

– Тише, – разрываю поцелуй, поглаживаю ее там, не даю закрыться.

– Это уже не так, как было в первый раз, – жмурится Саша. – Это дежавю…мне снилось…

– Я тебе снился?

– Нет, – крутит головой, закрывает ладошками лицо.

– Да поздно уже, – убираю ее руки, фиксирую запястья ладонью. – Спалилась.

– Это ужасно, – виновато смотрит на меня.

– Это охуительно! – поправляю ее, снова жадно целуя.

– После этого сна я сбежала, – признается моя девочка и перекладывает мою руку, лежащую у нее между ног, на талию. Ну хоть совсем не оттолкнула. Уже хорошо.

– Глупышка, – трусь щекой о ее волосы. – Расскажешь?

– Конечно НЕТ! – возмущенно сопит и толкает меня в грудь.

– Окей. Значит покажешь!

Мы спорим еще пару минут, потом смеемся так, что над крышей разносится звонкое эхо. Пьем вторую бутылку вина наслаждаясь видами ночного города. Мысленно я даю нам месяц, чтобы привыкнуть друг к другу. Хочу, чтобы Саша рассказала мне сон, который оставил реальный шрам на ее ножке. Пусть именно такое доверие станет началом наших отношений.

Мы тискаемся на пледе. Я позволяю ей быть сверху, изучать меня, целовать, как ей хочется.

Курю, лежа на спине. Делаю глубокую затяжку, прижимаюсь губами к ее, выдыхаю дым в рот. Сашка кашляет, дает мне подзатыльник и запивает горький вкус никотина сладким алкоголем.

Любимые серо – зеленые глаза пьяные и счастливые. Она окончательно расслабилась, путаясь в собственных пальцах расстегнула мне рубашку. Пока не останавливаю, смотрю, что будет делать дальше.

Ногтем рисует на груди узоры, очерчивает проступившие от напряжения кубики пресса, не решается двигаться дальше. Правильно. Это будет срыв. Я сейчас еле сдерживаю себя, чтобы не превратить это первое свидание в первую ночью. Сашка еще ерзает на мне, прямо по члену, и не замечает, увлеченная своими новыми ощущениями.

«Не сорваться!» – напоминаю себе.

Когда я возьму ее, Зажигалка не будет смотреть на меня перепуганными глазками. Она будет хотеть вместе со мной так же, как я хочу ее сейчас. Хочу, чтобы мы горели вместе в этих чувствах, в этой страсти, что сейчас течет по моим венам и больно пульсирует в паху.

– А я, кажется, влюбилась в тебя… – пьяно бормочет Саша, вызывая у меня улыбку.

«Спасибо, отец!» – смотрю на звездное чистое небо. – «Девочка стала для меня самым лучшим подарком.»

Ловлю ее настроение, впитываю ее признание и так же пьяно шепчу переворачивая, укладывая на спину.

– Роди мне сына, Александра. И я положу к твоим ногам весь мир.

– Хорошо… завтра, – сонно бормочет мое маленькое недоразумение, обнимает меня за шею, притягивает к себе и отрубается.