Читать книгу "Эмиль. Теперь ты принадлежишь мне!"

– Муж мой, – произносит не своим голос, – у нас теперь есть сын. Все как ты мечтал.

– Где Саша? – напрягаюсь я в своём бреду.

– Хи-хи. Ик, – Малика мультяшно икает. – Она тебе больше не нужна. Ты же получил, что хотел. Сын! Я сама его воспитаю. А девчонкой займётся мой котик.

– Где она?! – пытаюсь схватить ведьму за горло. Она прикрывается младенцем. – Саша!!! – ору во всю глотку и чувствую на своём лбу ладони. Они прохладные, но какие-то инородные.

Разлепляю тяжёлые веки, ни хера не соображаю.

– Это я… я… тише…

Малика гладит меня по лицу.

– Кошмар приснился? – заглядывает в глаза.

– Где Саша? – мне даже плевать сейчас на то, что жена в моей постели.

Не дожидаясь ответа, поднялся с кровати. За окном светает.

Бля, так и не поспал, считай. Что за хуйня мне снилась? Сердце шарашит в горле. Давлюсь им до тошноты.

Спотыкаясь и путаясь в штанинах все же одеваюсь, застегиваю ширинку. Не идти же к ней в трусах. Опять испугается. Я проверю просто, все ли хорошо у моей девочки и досыпать. Ещё есть пару часов в запасе.

Как всегда, на пару секунд замираю у её двери. Решительный вдох. Рывок двери. Вхожу в спальню и не сразу соображаю, что её постель пуста. На балконе нет. Платья нового ни на вешалке на дверце шкафа, ни в самом шкафу не обнаружилось. И меня начинает знатно накрывать.

– Ну и где ты опять, моя Зажигалка?!

Глава 24

Саша

На ужин шла как на казнь, словно я уже сделала то, что задумала. За столом боялась, что Эмиль прочитает меня и тогда точно не будет шанса это сделать. Убежав в свою спальню, долго ждала. Почему-то была уверена, что зайдет. Слышала его тяжелые шаги в коридоре уже под утро, но хлопнула лишь дверь соседней спальни.

Еще минут пятнадцать на подстраховку. Вдруг передумает и все же явится, но вид у обоих мужчин был слишком уставший. Скорее всего они оба уже в отключке. Это мне на руку, будет не так стыдно.

Стараясь больше ни о чем не думать, вышла из своей комнаты и направилась прямиком к спальне Максима. Взялась за ручку двери, толкнула ее и вошла в темноту гостевой спальни. Из приоткрытого окна с улицы попадает холодный свет. Он падает как раз на часть кровати, где, лежа на животе, спит зеленоглазый красавчик. Макс даже обувь не снял, он просто рухнул на кровать в чем провел весь день. Футболка задралась, джинсы немного сползли, утягивая за собой его нижнее белье. Этот хитрый кот даже во сне умудряется меня смущать своим внешним видом. Идеальная поясница с хорошо прокаченными мышцами перетекает в упругие ягодицы, часть которых виднеется из-под штанов.

Прекратив пялиться, резко отвернулась и уперла взгляд в дверь. В ушах звенит от волнения. Что я здесь делаю? Совсем сдурела, Саша?! Отдаться первому встречному? Да ты гений! Дальше что? Сама себе то в глаза смотреть сможешь? А ему?

А почему мне вдруг стало стыдно еще и перед Эмилем?

Я же все это придумала, чтобы от него отделаться. Струсила?

Нет, это другое. Я сейчас, разглядывая Максима, будто со стороны посмотрела на эту историю. Выглядит глупо и мерзко. Подставлю его под удар, а себя измажу в грязи еще больше, чем пытается сделать Малика. Но у нее хоть основания есть, она семью защищает. А у меня какое оправдание? Страх перед сводным?

Мысленно вернулась в машину вспоминая те мгновения, что Эмиль был для меня другим. Я ни разу ни до, ни после не видела его таким. Значит он больше никому не показывает. А мне показал. Это странное доверие с его стороны осталось приятным теплом у меня в душе. Такое маленькое светлое пятнышко в кромешной тьме. Да и самоуважение никто не отменял. Если я сделаю этот ужасный шаг, перестану себя уважать. И вот вернуть уважение окружающих может еще как-то реально, а к себе – нет. Это люди со временем забудут об инциденте, а я буду с этим жить и жалеть, что моим первым мужчиной стал не тот, в кого я по уши влюблена, а случайный парень, к которому я испытываю лишь симпатию.

– Саша? – услышала сонный хриплый голос за спиной.

– Нет. Тебе снится. Спи, – прошептала в ответ. Макс кивнул, повернулся на бок и дальше сладко засопел.

Ну вот и славно. А теперь бегом отсюда!

Открываю дверь надеясь ни на кого не нарваться. За окном светает. В спальне Эмиля слышен тихий разговор и я, подбирая подол, бегу в сторону лестницы, прижимаюсь к стене и в тишине дома очень хорошо слышу, как мужчина зло рычит:

– Ну и где ты опять, моя Зажигалка?!

– Нет меня здесь. И ты спи. Тебе тоже все это снится, – едва шевеля губами скидываю обувь, чтобы не шуметь, выбегаю на улицу и босиком несусь по дорожке в сторону сада.

Надеюсь, он не вышел на балкон, чтобы поискать меня там. Если я не легла в постель к Максу не означает, что готова открыться для желаний Эмиля. Я просто позвоню Косте днем. Просто позвоню Косте…

Уговаривая себя, дошла до беседки, забралась с ногами на скамейку. Подтянула к себе колени накрыв их длинной юбкой от платья, обняла руками, спрятала лицо. Длинные волосы спустились вниз, создавая для меня дополнительное укрытие.

Вот здесь и буду сидеть. Хорошо. Скоро птицы петь начнут, а потом всем будет не до меня, приедут родители.

– Скажи, – вздрагиваю от разъяренного шипения своего ночного кошмара. – я, блядь, высплюсь с вами когда-нибудь или нет?!

– Я помешала? – ответ вышел несколько резким заводя Эмиля еще больше, но отступать некуда. – Или передвигаться по двору мне тоже теперь запрещено?! – подскакиваю со скамейки, путаюсь в подоле, падаю. Спасибо реакции Эмиля. Если бы не он, я словила бы виском угол стола.

– Держу, – шепчет в волосы все еще грохочущим, но уже более спокойным голосом. – Ночью спать надо, а ты шастаешь. Я чуть всю охрану не поднял на твои поиски, – слушаю, как гулко стучит в широкой груди его сердце. Оно постепенно замедляется, успокаивая своего хозяина. – Не ударилась? – поднимает в ладонях моё лицо. Внимательно и тревожно осматривает.

– Все хорошо. Спасибо, – не спешу отойти. Тепло его ладоней и искренность в темных глазах подкупают.

Мы будто снова попали в машину на заднее сидение. Пространство вокруг слишком узкое, воздух тяжелый, наполненный запахом этого невыносимого мужчины.

Хорошо, что я не переспала с Максом. Теперь я уверена, что точно не смогла бы посмотреть в глаза Эмилю так, как могу делать это сейчас. Он позволяет мне себя рассматривать. Краешек его губ дергается в улыбке, но словно боясь спугнуть момент, гасит ее тихим вдохом.

– Иди спать, Сашка, пока мне крышу не свернуло, – Эмиль все же отпускает меня, отходит на пару шагов. – Иди-иди, Зажигалка. Я покурю и зайду проверить, что ты точно в своей постели, – я сбегаю, но успеваю услышать еще одну фразу. – Для срыва у нас еще будет время. Недолго осталось.

Глава 25

Эмиль

Еще два часа я все же поспал. На сделку не опоздали, а это уже отличное начало дня. Настроение стремительно ползет вверх, зажигая глаза и растягиваю по лицу довольную улыбку. Макс подозрительно на меня смотрит. Глянул в зеркало. Выгляжу как обдолбанный подросток, но мне похер. Голова светлая. В ней роятся одна за другой идеи. Реализовать их будет колоссально сложно, но трудности меня не пугают, потому что, если все получится, мне будет плевать и на границы, и на тестя. Но пока это все только на стадии немного безумных идей, мои люди страхуют, продолжая свою работу по всем фронтам.

Через пару часов приземлится самолет с моим отцом. Встречать не поеду, его доставят домой с охраной. Мне надо спокойно все закончить сегодня.

С Вахидом встретились на старом складе. Он предназначен для совершения сделок. Здесь давно ничего не хранится. Даже стволы для сегодняшней встречи с минуты на минуту доставят машиной. А пока мы пьем кофе из высоких бумажных стаканов и ведем неспешную беседу об обстановке на Родине. Макс обоими глазами в мониторе, следит за передвижением наших парней, а ушами здесь. Вслушивается в разговор. Вахид не знает, все, кто здесь присутствует, не зависимо от национальности понимают арабский, потому мной новый клиент спокойно делится «интимными» историями хвастаясь, как наше оружие помогает ему удерживать власть в это неспокойное время. И чем больше я его слушаю, тем больше убеждаюсь, что пора перепрофилироваться. Такие, как он, очень быстро переобуваются и нас всех в случае захвата сгребут в общую кучу. А мне, как выяснилось, есть что терять.

– Приехали, – нас тихо отвлекает Максим.

Кивнув, мы спустились вниз с металлической лестницы. Машина подошла, развернули тент, открыли ящики.

– Красиво, – восхищается Вахид на очень ломаном русском. – Все здесь?

– Проверяй, – поднимаюсь в кузов, подаю ему руку.

Он сам перебирает оружие, считает, сверяет комплектность.

– Не жалко тебе по такой цене отдавать? – делает контрольный заход перед завершением сделки.

– Почему мне должно быть жалко? Это залог долгосрочного плодотворного сотрудничества. Доверительный шаг с моей стороны, – улыбаюсь ему.

Вокруг нас его вооруженные люди, мои не стесняясь держат на готовы автоматы.

– С тобой приятно иметь дело, Эмиль, – жмет мне руку, подписывает договор и звонит своему человеку, чтобы перевел деньги на мой счет.

– Взаимно.

На мобильный пришло оповещение о переводе. Быстро. Значит бабки уже держали здесь. Неплохо подготовились. Сразу видно, опытные.

Мы попрощались, дождались, пока Вахид с бандой уедет. Мои повели его по городу, чтобы подстраховаться от сюрпризов, а я поблагодарил Максима за помощь, оставил распоряжения Камилю отчитаться, как клиент исчезнет из страны, и отправился домой.

Телефон зажужжал в кармане. Это охранник, что должен сопровождать отца из аэропорта до дома.

– Слушаю, – ответил, убавляя громкость музыки в салоне тачки. – В смысле?! Стоп! Шамиль, тормози! – друг бьет по тормозам. – Понял. Куда повезли? Принял, спасибо. Шам, в клинику едем, где отец наблюдался. В самолете случился приступ, его без сознания сняли, срочно везут туда.

– А все так хорошо начиналось, – вздыхает Шамиль, давя на газ, а я звоню начальнику ГИБДД, предупреждаю, что опять буду злостно нарушать, пусть его сотрудники не кипишуют.

Мы удачно просочились через город. Утренние пробки уже успели рассосаться, обеденные еще не наступили.

– Удачи, – услышал в спину от друга выскакивая из не успевшей полностью остановиться тачки.

В холле напоролся на своих и перепуганную бледную Свету. Она вцепилась в меня обеими руками и истерично разрыдалась на груди. Еле отодрал ее от себя.

– Уберите, – брезгливо отряхнулся.

– Эмиль, он… он… – Света пытается схватить меня за руку.

– Убрать ее от меня, я сказал! – парни быстро оттаскивают женщину, а я спокойно подхожу к стойке регистратуры. – Куда повезли Дениза Альзаро.

– В реанимацию. Вам туда нельзя. Сейчас выйдет его лечащий врач и сам все скажет. Ждите.

Ломиться и правда нет смысла, только хуже сделаем. Спросить бы у этой истеричной идиотки, что произошло, но мне мерзко подходить к ней. Вообще не понимаю, как у такой бляди такая дочь выросла. Сколько вариантов в башке было, ни один не подошел. Может Сашка вообще не ее?

– За сигаретами сходи, – прошу Шамиля.

Друг пришел к нам сразу, как нормально припарковался.

– Сделаю. Держись, может обойдется.

– Иди, – махнул на него рукой.

Присел на корточки облокотившись спиной о прохладную стену, уперся в нее затылком. Хорошо. Приятный холод бежит по позвоночнику помогая не разнести здесь все к хуям в бессильной злости. Девочка из-за стойки с опаской поглядывает на присутствующих. Попросил Шамиля вывести весь этот маскарад. Все проверили давно, здесь чисто. Ни к чему запугивать персонал и пациентов.

Хз, сколько прошло времени, я потерялся. Лечащий врач отца вышел из коридора, ведущего в отделение реанимации. Я прочитал все по его глазам. Даже вставать не стал. Не могу.

– Эмиль, – док подошел ближе. – ваш отец умер. Мы ничем больше не смогли ему помочь.

Вокруг повисла тяжелая тишина.

– Что вы сказали? – услышал вопль Светы. – Доктор, что Вы сейчас сказали про моего мужа?! Дениз умер? Как? Почему?

Не слушая никого, я поднялся, едва не осев обратно. Шамиль поддержал, но я скинул его руку.

– Покурю и вернусь, – сдавленно сообщил всем присутствующим, заторможено вышел на улицу.

Не с первого раза смог достать губами сигарету из пачки. Прикурить помог один из охранников. Я спустился вниз на пару ступенек, сел на них, глубоко затянулся.

– Свалили все, – говорю зло и хрипло.

Минута и я остался один.

Опустил голову на ладони, заскрипел зубами глотая горьковатые слезы. Рядом тихо сел Шамиль. Друг положил руку на мои подрагивающие плечи.

– Сейчас Макс с Камилем подъедут. Всю охрану я отпустил. Мы с тобой, Эмиль. Держись, брат.

Дальше все смешалось в круговорот событий. Похороны, сочувствующие люди со всего города, тесть в истерике. Малика все время где-то рядом. Сашку я потерял из виду, стало вдруг не до нее. Сегодня приезжал нотариус, озвучил то, что я и так знаю, и нет, копия завещания из сейфа отца – не шутка. Чтобы сохранить дом, бизнес, бабки на счетах, я должен обзавестись сыном, а пока все это эфемерно, вроде моё, но вроде и нет. А еще брачный договор. По нему Светлана уже сегодня должна покинуть наш дом выбрав откуп. Сука, что ж оно все в кучу то опять?!

– Надежда Арсеновна, – позвал домработницу. – кофе мне сделайте как можно крепче.

Я правда блевать от него уже хочу, но это все, что в меня хоть как-то влезает. Не отпускает пока. Не был я готов к такому стремительному уходу великого и ужасного Дениза Альзаро. У нас же было время, черт возьми! Врач давал несколько месяцев, и я зацепился за эту мысль. Столько всего обсудить с ним хотел, когда вернется из свадебного путешествия. А он ушел не попрощавшись.

– Кофе, – передо мной возникла большая черная кружка с таким же черным напитком. Тарелка с бутербродами и миска салата.

– Спасибо, – скривился от вида еды, но в себя впихнуть что-то все же надо. – Надежда Арсеновна, скажите Светлане, чтобы через двадцать минут зашла ко мне в кабинет.

– Я скажу, скажу, вы поешьте только, Эмиль. Нельзя же так, – беспокоится женщина.

– Обязательно, – благодарно ей улыбнулся. Приятно, что я еще кому-то нужен.

Немного перекусив, опустился лбом на столешницу в ожидании истеричной мачехи.

– Мне сказали, ты звал, – Света кроткой поступью вошла в кабинет. В длинной черной юбке, в черной футболке, волосы собраны в низкий хвост, губы нервно поджаты.

Все это выглядит как дешевый спектакль одного актера. Пора закрывать занавес.

– Ты читала брачный договор перед тем, как его подписать? – толкаю к ней листы с копией.

– Конечно, – вскидывается женщина будто я назвал ее полной дурой. У меня есть эпитеты поинтереснее в адрес этой идиотки, но обойдусь. Сейчас будут вопли, которые без сигареты я вряд ли выдержу.

– Отлично. Значит ты в курсе, что согласно пункта двадцать один и всех его подпунктов у тебя сегодня последний день пребывания в этом доме и закатывать мне истерику не станешь. А я как послушный сын позволю тебе задержаться до завтрашнего вечера, чтобы спокойно собраться и попрощаться с дочерью. Ты уже решила, что возьмешь в качестве компенсации? Только учти, я не такой добрый джинн, как мой отец, я не позволю взять слишком много от того, что ты не заработала и тебе никогда не принадлежало, – делаю глубокую затяжку.

Светлана ошарашенно открывает рот. Она сейчас на рыбу похожа, которую из воды выкинули далеко на берег. Спастись уже не сможет, но все равно пытается дышать. Мерзкая баба.

– Эмиль, что ты несешь? Какой пункт двадцать один? Куда я должна уехать? Ты шутишь, да? – переходит на визг. – Так это не смешно! Я вдова твоего отца.

– Ты здесь нет никто, – еще в пару затяжек почти полностью докуриваю сигарету. – И договор читала. К чему все это? Поигралась в красивую жизнь и хватит. Твоя дочь остается у меня, а ты сваливаешь. Фамилию твою тебе уже вернули, – швыряю ей на стол новый паспорт.

– А с чего это… Стой… – морщится, изображая мыслительный процесс.

– Мать года буквально – ржу над ней. – Продала дочь в чужую семью ради собственного благополучия. – Три минуты у тебя на решение. Что ты хочешь? Не будет решения, уедешь отсюда без трусов, – шутки закончились. Она начала меня бесить.

– Дом хочу, – сложив руки на груди Света зло смотрит на меня. – на берегу моря. И машину нормальную. А еще денег на счет…

– Стоп! Я уже сказал, хуевый из меня джинн. Завтра к побережью тебя сопроводят мои люди. Они же помогут тебе выбрать жилье по адекватной цене и тачку. Как только я увижу документы, переведу бабки на покупку. На этом все!

– Подожди, а как же…Где я там буду жить, пока мы будем искать недвижимость?

– Понятия не имею. Это не мои проблемы. Ты чужая для моей семьи, я не обязан думать об этом. Вон пошла.

Света вышла, и я расслабленно откинулся на спинку кресла. Ну вот, молодец Эмиль. Ты пережил бабскую истерику. Все оказалось не так страшно. Сашке будет больно, но в ее жизни и так не было матери, не велика потеря. А я …

Предвкушающее улыбнулся представляя, что сделаю со своей Зажигалкой. Теперь практически официально Сашка моя!

На сегодня я закончил с делами. Завтра поеду глумиться над тестем. Он уже выяснил, что его кинули, но пока так и не понял, кто это сделал. Пришло время раскрыть карты и поговорить открыто.

Малика, словно чувствуя, что грядут большие перемены, старается вернуть меня под видом заботы и переживаний от потери отца. Не спорю, она очень помогла с организацией похорон, да и все мероприятия в доме перетянула на себя. Столы, встречу людей, приезжающих выразить сочувствие. Только вот предательства ей я все равно простить не могу.

– Можно? – спросила жена, приоткрыв дверь в спальню.

Я только из душа вышел. Обтираю уставшее обнаженное тело полотенцем. Малика прошлась по мне жадным взглядом, едва заметно облизнула губы. Я и сам скоро на стену полезу от воздержания. Этот ее простой жест вызвал закономерную реакцию голодного тела. Только я лучше подрочу, чем снова лягу с Маликой в постель.

– Вошла уже. Что хотела? – обмотал бедра полотенцем прикрываясь от нее.

– Поговорить.

– Слушаю, – сел на край кровати, ей приглашающе махнул рукой. Жена прошла, опустилась передо мной на пол.

– Эмиль, я очень хочу вернуть тебя себе. Скажи, что мне сделать, чтобы ты дал мне еще один шанс? – выводит ногтем рисунок на полотенце. – Ты ведь должен понимать, что во всем, что произошло, не только моя вина. Я не могла ослушаться отца.

– Ты обязана была это сделать. Ты давно не принадлежишь к его семье. Ты стала частью моей и предала. Считаешь, это можно как-то исправить? – веду пальцами по скуле, щеке, медленно отвожу назад ее длинные тяжелые темные пряди. – Расскажи мне, – сжимаю пальцы на затылке, зло дергаю назад ее голову. – я просто жажду услышать варианты!

– Мы же хотели заняться ЭКО, – напоминает. – Давай попробуем. Вдруг получится и я все же смогу родить тебе сына. Эмиль, – жена морщится от боли, но послушно терпит. – ты знаешь, как я люблю тебя. Ну что даст тебе эта девочка? Разве она сможет воспитать достойного наследника Альзаро? Саша чужая для тебя, ты и сам это понимаешь. А нянькой при выродке от другой я не стану! – ее красивые карие глаза сужаются. Малика вновь облизывает губы дразня мои инстинкты.

– Завтра я еду к твоему отцу на разговор, – отпускаю ее. – Потом приму решение. Уходи.

– Не гони меня, – обнимает мои колени руками. – Умоляю, не гони. Тебе нужна женщина, я же вижу, чувствую. Я могу…

– Не можешь! Уходи, сказал. Пока не вывел тебя силой.

Из коридора раздаются голоса. Прислушиваюсь, зажимая Малике рот ладонью, чтобы больше не издала ни звука. Там Сашка и ее голос заводит сильнее откровенного соблазнения от жены.

– Мам, я видела сумку. Ты снова уезжаешь?

Глава 26

Саша

– Уйди, Саша. Не до тебя сейчас, – отмахнулась мать.

Она смотрит на меня с налетом брезгливости и пренебрежения, будто я противное насекомое, а не родная дочь.

Вот куда мама опять собралась? На поиски очередной «любви»? Глупо. Здесь есть все, о чем она мечтала: деньги, возможности, комфорт. А еще у нее есть свобода. Дениз не так много требовал и в перемещениях ее никто не ограничивал. Что не так-то?! А я? Меня куда?

Накрыло легкой паникой от непонимания, что происходит и что будет дальше. Мать этого не заметила, а я быстро взяла себя в руки. Буду решать проблемы по мере их поступления, главное, чтобы меня ими не придавило, а то что-то копятся – копятся и куда не ткнись, все безвыходно.

Хорошо хоть Эмиль пока не трогает. Сводному не до меня. После смерти Дениза Альзаро он растворился в делах. Это самый подходящий момент, чтобы стянуть у матери телефон и созвониться с Костей. Никто ничего не заметит.

Сделав вид, что я очень соскучилась и хочу хотя бы просто побыть рядом с мамой, пришла в ее спальню. Здесь настоящий разгром. Вещи валяются на полу, на кровати, на пуфике. Найти мобильник в этом разгроме будет непросто.

– Что ты от меня хочешь, Саша?! – заметив моё присутствие раздражается мать рыская по шкафам.

– Не виделись давно, – жму плечами. – Мешаю?

– Бесишь! – фыркает она, продолжая выбрасывать тряпки с полок.

Задело. Да, я привыкла, что не нужна ей, но это же не значит, что мне не хочется обратного. Тепла, внимания. Поддержки, в конце концов!

Хочется подойти, всадить ей пощечину и закричать прямо в лицо: «Мама, да посмотри же ты на меня! Я – твоя дочь! У нас кроме друг друга никого нет из близких». Но я молча наблюдаю, как она распихивает по сумкам свои тряпки. Орать на нее бесполезно, я пробовала. Просить тоже пробовала. Даже плакала, помню. Непрошибаемая. Да даже сейчас у нее в глазах нет ни грамма скорби по недавно умершему мужу. Все, кого способна любить моя мать – это только она сама. Значит я воспользуюсь случаем и сделаю то, зачем пришла и не буду загоняться, анализируя ее поведение. Понятно же, что материнские чувства этой женщине чужды. За восемнадцать лет не развились, глупо ожидать, что вдруг все изменится сегодня.

– Ладно. Не буду мешать тогда, – вздыхаю, проходя мимо комода. С него упала гора нижнего белья и под пеньюаром я успела увидеть трубку в белом кожаном чехле.

Телефон у нее без пароля, это я давно знаю. Мама все время забывает четыре заветные цифры, а функции с отпечатком пальца на ее трубке нет.

«Случайно» задела рукой оставшиеся на комоде вещи, стряхнула их на пол вместе с телефоном получив в свой адрес пару нелицеприятных эпитетов на тему моей криворукости и что я уронила на пол денег больше, чем стоила вся бабушкина квартира. Не вслушиваясь в оскорбления, спрятала мобильный под резинку брюк, прикрыла туникой и быстро сбежала к себе. В этом хаосе мать скорее всего даже не заметит, что потеряла телефон.

Плотно прикрыла дверь и улыбнулась. Ура! У меня есть связь!

Дрожа от нетерпения, набираю Костика.

– Да? – слышу родной голос.

– Костя, это я. Саша. Привет! – визжу, ерзая на кровати.

Как же я соскучилась по нему!

– Сашка! Ну наконец-то! Ты как там?

– Кость, я не знаю, насколько у меня эта трубка. У матери стащила. Ты нашел что-нибудь? Сможешь вытащить меня отсюда? – поднялась и стала ходить прямо по кровати от нетерпения.

– Саш, – слышу нервозность в его тоне, и настроение улетучивается со скоростью света. – Там такая защита везде стоит. У твоего Альзаро очень сильные спецы. Любые атаки на их систему блокируют на подлете. Еще вирус нам в ответ кинули. Наказали за попытку вторжения, – усмехается Костя. – А остальное есть в открытых источниках, но как я понял, это тебе никак не поможет.

– Не поможет, – тяжело вздыхаю.

– Если бы ты могла выбраться в город. Тогда можно попробовать увести тебя из-под охраны. Я уже придумал, где можно спрятаться на некоторое время. Помнишь, мы в маленькую деревеньку ездили к сестре моей бабушки? Там ни удобств, ни связи. Отсутствие комфорта можно потерпеть, зато вряд ли Эмиль тебя там найдет.

– Нет. Этот вариант мне теперь тоже не подходит, – отвечаю другу и чем больше говорю с ним, тем больше понимаю, что ни один не подходит. Глупая была затея.

Куда не ткнись, от моих неосторожных шагов кто-то да пострадает. В охране у меня Шамиль. И ему очень сильно достанется, если мужчина меня потеряет. Эмиль не шутил, когда отпускал нас в Торговый центр. Шам хоть и грубый, но хороший, отзывчивый очень. Он единственный, кто сразу оказался ко мне добр и сдерживал порывы Эмиля, когда сводный перегибал. Не могу я так с ним поступить! Не так меня бабуля воспитывала. Нельзя на добро отвечать такой подставой.

– Ладно, Кость. Забудь все это. Спасибо, что не бросил и попытался помочь. – стараюсь не плакать. У меня чувство, что дверь моей клетки заклинило. Теперь даже ключ не поможет ее открыть.

– Саш… Прости, я правда бессилен, – оправдывается Костя.

Зря он так. Я совершенно искренне благодарна другу хотя бы просто за то, что он еще говорит со мной. Его голос немного успокаивает.

– Перестань. Ты не виноват, Кость. Да и учеба скоро начнется. Эмиль обещал, что даст мне учиться. Вот и будет моя свобода. Пусть и ненастоящая, – нахожу плюсы в своей безвыходной ситуации, а у самой голос дрожит.

– Блин… Не плачь, мелкая. Я еще подумаю, что можно сделать.

– Не надо! Не лезь больше в это, Костя. Не нарывайся. Сама разберусь, не маленькая уже.

– Знаю я, как ты разберешься! – фыркает друг.

– Забыли. Расскажи мне лучше, как у тебя дела. Хочу все-все знать в мельчайших подробностях, – улыбаюсь, сглатывая обидный ком.

Костя рассказал, что открыли бар. Даже на громкую включил, чтобы я услышала родные звуки. Он с девушкой расстался, сейчас один живет. На вопрос «Что не поделили?» отделался общими фразами. И забыв о времени и осторожности я окунулась в свой привычный мир болтая с другом о всякой ерунде. Мне так этого не хватало, возможности поделиться, послушать его истории. Потом в бар приехал Семен Никитич. Костя дал мне поговорить с ним и вот тут я еще немного поплакала.

Удобно устроившись на кровати, пережидала моменты, когда Костик обслужит клиента и снова вернется ко мне. Парню даже удалось меня рассмешить. В тяжелые моменты это всегда помогает.

– Нееет, – захныкала услышав, как в ухо пиликает сигнал о разрядке батареи.

– Что такое? – тут же забеспокоился парень.

– Все хорошо. Телефон разрядился, – вздыхаю. – Спасибо еще раз, Кость. Надеюсь, мы скоро сможем увидеться.

– Сильно в этом сомневаюсь! – услышала рык от двери и вспомнила, что я дура! На радостях, что в мои руки попал мобильный, забыла защелкнуть замок!