Читать книгу "Эмиль. Теперь ты принадлежишь мне!"

Глава 21

Саша

Ммм… Как же он меня бесит! Осталось убедить в этом собственное тело, чтобы не реагировало на него противной влажностью нижнего белья. Кажется, третью стычку с Эмилем в своей кровати я просто не переживу. У меня либо сердце разорвется от страха, либо я сдамся его напору, а потом наверняка буду жалеть. Или нет?

Ну почему все так сложно?! Жене его в глаза как смотреть после такого? За одним столом сейчас сидеть…

Нервно роясь в шкафу в поисках максимально закрытой одежды, чтобы еще больше не провоцировать раздраконенного сводного, я позволяю мыслям утечь в направлении гостевой комнаты.

Макс прикольный все же. Мы смогли немного пообщаться спокойно. Он тоже взрывается, это я еще вчера поняла, но делает это как-то внутри себя что ли. Не могу объяснить. И полуголый опять ходит. Нравится ему меня смущать.

Сегодня я еще смелее его рассмотрела. Правда, красивый очень. И красота у него другая, не такая, как у Эмиля. Максим более гибкий, пластичный, у него движения мягкие, как у кота. И взгляд такой же, зеленый, кошачий. Бесспорно непростой парень.

Есть в Максе что-то интересное, цепляющее взгляд так, что отвести потом сложно. Он не вызывает у меня таких смешанных чувств как Эмиль. К Максу формируется более знакомое отношение, привычное, как к Костику. Только вот…

Тряхнула головой пока вновь отгоняя эту мысль. Я ведь знаю, для чего стараюсь выстроить общение с этим зеленоглазым котом. Считать, что у меня есть резервный план гораздо спокойнее и я за него держусь, хотя совершенно не уверена, что готова к его исполнению.

Вытаскивая из шкафа джинсы, думаю, чем бы прикрыть попу, которую они сейчас обтянут и снова возвращаюсь к Эмилю, точнее к его отношениям с женой. Малика всеми силами пытается показывать, что жена и Альзаро ее, только вот сам Эмиль, похоже, с этим не согласен. Он с ней совершенно холоден. У меня неприятное чувство, что весь этот огонь забрала я.

Сняла с вешалки рубашку с длинным рукавом. Я ее осенью обычно накидываю поверх футболки. Уже не жарко, но и не мерзнешь на остановках. Сейчас решила футболку под низ не одевать. Нижнее белье и пуговицы до самого воротника. Одну расстегнула обратно, давит на ямочку у основания шеи, неприятно. Длинные рукава скрыли руки, а полы, что я обычно подвязываю на ковбойский манер, оставила прикрывать стратегически важную точку.

Не хочу нарываться и лишить себя шанса хоть ненадолго, хоть с Эмилем, но выбраться из этой клетки. А завтра мать вернется, я стяну телефон и узнаю, что там придумал Костик.

Спустилась в столовую. Малика сама накрывает на стол, мужчины тихо разговаривают.

Я решила, что неплохо бы помочь женщине, но Эмиль так на меня посмотрел, что я споткнулась на ровном месте.

– Сядь, – опять приказ. – Она сама справится.

Малика закончила расставлять тарелки с едой, чашки с чаем и кофе. Взяла для себя приборы, отодвинула стул, но сесть не успела.

– С этого дня ты больше не ешь со мной за одним столом, – ледяным тоном говорит ей Эмиль. – Можешь делать это в любом другом месте или после нас, когда со стола уберешь, – у меня вилка с кусочком омлета застыла в руках, а Малика только поджала губы, покорно опустила взгляд и вышла. – Ешь, Саша, – строгости в его голосе хватило и на меня. – если не передумала ехать, конечно.

Мужчины вернулись к неспешной беседе, только Эмиль так и не отводил от меня своего темного взгляда, пока тарелка с завтраком не опустела. После прилюдной семейной сцены еда в меня влезла с огромным трудом.

Убрать со стола он мне тоже не позволил. Отправил с Шамилем на улицу, в машину. Сижу мышкой, стараюсь даже не дышать на всякий случай. Во мне все трепещет и пульсирует от предвкушения, что я выберусь отсюда.

– Поехали.

Эмиль сел рядом со мной. Непроизвольно отодвинулась и вжалась в стену. Мужчина раздраженно фыркнул и перестал обращать на меня внимание.

Я смотрю, как медленно отъезжают ворота. Внешний мир с каждым сантиметром открывается для меня все больше. Как я соскучилась по нему. По шуму города и светофорам, по своей работе, по паркам и круглосуточным магазинчикам. И вот, наконец, мы выезжаем туда. Дыхание перехватывает…

Мои ладони сжимает его рука. Вздрагиваю. Оборачиваюсь. Взгляд уставший и теплый. Теряюсь от этого. Не думала, что Эмиль способен смотреть вот так, не пожирая глазами, не сжигая. Его большой палец гладит кожу у меня на руке. Мы молча смотрим друг на друга. Альзаро двигается ближе, одновременно тянет меня на себя. Скользит ладонью на талию, прижимает к себе, зарывается носом в волосы и замирает, так и не сказав ни слова. Я тоже молчу. Не понимаю, как себя вести.

Эмиль

Позволяю себе расслабиться и прочувствовать Сашку вот такой. Хрупкой, не колючей, не перепуганной моим напором. Маленькая сжалась от неожиданности, что я не пру напролом, а просто кайфую от ее тепла. Несколько минут, когда нам никто не мешает. Дышу запахом ее волос. Устроив пару пальцев на тонком запястье, считаю рваный пульс.

Еще неделю назад в моих отношениях все было просто и понятно. Меня устраивало. Не зажигало, но, блядь, было стабильным! И если сильно доставало, я знал, как решить проблему. Сейчас не знаю. Потому что одно дело – это взять ту, которая понимает, куда попала, а другое…

Другое, когда на тебя смотрят, как на монстра, а ты осознаешь, что отпустить уже не можешь и то, что Сашка права. Я ведь такой и есть, каким она меня видит.

Страх в ее глазах – это зеркало. Раньше плевать было. Жизнь обязывает быть мудаком. Моя семья занимается таким бизнесом, где можно сдохнуть от тех пуль, что мы привозим в Страну. Слабым быть нельзя. Это смертельно опасно. Сашка меняет что-то внутри меня, я начинаю копаться в себе и мне не нравится то, что я оттуда достаю.

– Приехали, – тихо сообщает Шамиль.

Сводная вздрагивает, и мы теряем все тепло, что успело образоваться между нами за время поездки. Оно теперь осталось лишь на моей черной рубашке и под ней на ребрах. Взял в ладони ее лицо, смял большим пальцем все еще воспаленные от моих грубых утренних поцелуев губы. Нервно сглотнул образовавшийся в горле ком.

– Не надо, – едва слышно просит, когда я наклоняюсь ближе. Зависаю, принимая решение между своим «хочу» и «хочет она». Точнее не хочет.

– Посиди с Шамом. Я быстро.

Выхожу из машины, закуриваю. В пару затяжек уничтожаю сигарету давясь терпким дымом до тошноты.

«Поплыл, Альзаро» – усмехаюсь сам себе вбегая вверх по ступенькам. – «Как пацан!»

Секретарь тестя оглядела меня с ног до головы окончательно отрезвляя. Две секунды, чтобы накачать себя привычной злостью, и я опять ее игноря прохожу в кабинет чиновника. Он с раскрасневшимся лицом орет в трубку на своего безопасника.

– Валера, твою мать!!! Да я тебе кадык вырву, если ты, сучонок, не найдешь мне до сделки все, что вынесли! За что я тебе бабки плачу? – психует он, а я наслаждаюсь. – Эмиль! – скинув вызов обращается ко мне на повышенном.

– Я бы попросил, – осаживаю его.

– Извини. Нервы, – тушуется, хватается за стакан с водой. – Мне склад обнесли. Все стволы для последней сделки вывезли, – прикидываю, как бы монополизироваться и не давать родственнику возможность торговать моим оружием. Слушаю в пол уха нытье и причитания. А то я не знаю, чем ему это грозит.

– Я здесь при чем? – сложил руки на груди привалившись плечом к стене.

– Да сядь ты, – машет рукой на стул. – Не раздражай.

– Спасибо, но я тороплюсь. Звони ментам, пусть ищут, – жму плечами. – Мне нечем тебе помочь.

– А дай мне своего Макса, – просит отец Малики. – он быстро найдет.

– Нет. Я своих спецов не отдаю, не продаю и не предаю, – разминаю шею до приятного хруста. На массаж бы… отключаюсь от очередной порции стенаний.

– Эмиль, ну мы же не чужие люди, – запел тесть. А еще недавно говорил совсем иначе. – ты же сын мне, – давлюсь смехом, он замечает и снова меняется в лице. По глазам вижу, в его башку пришла правильная догадка. – Подожди… – напрягаются его плечи. Глаза сужаются в полоски собирая морщинки у внешних уголков. – Твоих рук дело? – поджав губы складывает пазлы внимательно изучая меня. – Это ты! Камеры, охрана вся живая. Чужие бы положили, а твои парни только поломали моих немного. И знали, где искать. Ах ты ж… – сжимает руки в кулаки, бьет ими по столешнице. Стакан подпрыгивает, падает на ребро разливая остатки воды.

– Я поехал, – повернулся к тестю спиной.

– СТОЯТЬ! – его голос срывается.

Довольно и открыто улыбаясь, медленно поворачиваюсь к нему понимая, что попал в прицел пистолета.

– Оружие опусти, папа, – выделяю интонацией последнее слово. – Страшно стало? – улыбка превращается в оскал. – Только не брал я твои стволы. Мы бухали с парнями вчера, а ночь я провел с твоей дочерью. Спроси у Малики, если не веришь мне. Она очень старалась выполнить поручение любимого отца, – сдерживаюсь, чтобы не передернуть плечами. – Сокровище, не жена.

– Извини, – тесть опускается в кресло.

– Я подумаю, – прошел к столу, сел напротив него.

– Как у вас? – переводит тему, чтобы успокоиться.

– Нормально, – очень хочу, чтобы этот мудак узнал, что все же прав в своих подозрениях, но рано. Пусть побегает еще немного. – Сколько до сделки?

– Послезавтра в двенадцать клиент прилетает, – падает лбом на столешницу.

– Сочувствую, но помочь ничем не могу. Поехал, – жму ему руку глядя в глаза. Внутри ничего не дергается: ни жалость, ни сожаление.

Подмигнув секретарше тестя, прошел на улицу, набрал несостоявшегося стриптизера.

– Макс, дай мне контакты клиента, чьи стволы мы вывезли. У них сделка послезавтра в двенадцать, я ее перенесу.

Глава 22

Саша

Эмиль вернулся в машину прежним развеивая ту иллюзию, что я успела придумать, пока он меня обнимал. Злой, напряженный, с потемневшим взглядом и мобильником, зажатым в кулак. Он даже сел на переднее сидение лишь мельком глянув на меня через зеркало.

– Этот мудак у меня за спиной заряженным стволом махал, – с ледяным, пугающим спокойствием заговорил Эмиль.

– Бессмертным себя возомнил? – так же без тени усмешки спросил у него Шамиль.

Я сижу мышкой пытаясь контролировать даже мурашки, пробегающие по моей коже. О чем они сейчас? Ему угрожали оружием? Здесь? Среди бела дня?

Вся его охрана носит пистолеты. У тех, кто не выходит за периметр двора оружие гораздо серьезнее. Почему так, я не знаю, но это ведь охрана, здесь есть логика. Но мы ведь возле администрации города стоим!

Эмилю пришло сообщение, он тут же сделал дозвон и заговорил на неизвестном мне языке. Я попыталась уловить пару фраз, но поняла, что это совершенно бесполезно. Из меня тот еще полиглот, английский неплохо знаю, на этом все. Единственное, что оказалось мне знакомо, это: «Ас-саляму ‘алейкум». И мне понравилось, как звучит от Эмиля этот язык, похоже, родной для него.

Он говорит совершенно спокойно, его истинное состояние выдает свободная рука, в которой он сжал зажигалку. На тыльной стороне ладони проступили темные вены, костяшки побелели, а волоски на руках встали дыбом. Моя интуиция подсказала, что вот такого Эмиля лучше бояться и не перечить, когда мужчина в таком состоянии. Тихая ярость гораздо опаснее той, что он показывал ранее.

– Саша, – с легким акцентом после резкой смены языка, сводный обратился ко мне. – Планы снова поменялись. Извини. Есть два варианта. Я тебе доверяю и отпускаю с Шамилем по магазинам. Ты покупаешь себе приличную одежду прислушиваясь к его советам. Ты ведешь себя хорошо, не пытаешься сбежать, а вечером, когда я вернусь, показываешь мне то, что купили. Понимаешь, что это значит? – киваю. – И?

– Что я вернулась в твой дом, – отвечаю тихо и послушно.

– В наш дом, – поправляет. – Вариант второй. Сейчас Шамиль везет тебя домой, и ты ждешь, когда в следующий раз у меня появится возможность сопровождать тебя. Выбирай. Только подумай очень хорошо, потому что сбежать то ты, может, и сбежишь, но я же найду, – хищно ухмыляется, делая кому-то дозвон. – А чтобы думалось тебе еще легче, за твой побег будет наказан Шамиль, потому что не уследил. И поверь мне… секунду, – закрывает динамик на телефоне ладонью. – Все, что было до этого, покажется тебе детским садом!

Эмиль больше не смотрит на меня. Он говорит с Камилем, просит забрать его отсюда и взять с собой еще каких-то людей. Мы с Шамилем сверлим друг друга взглядами через зеркало. Очевидно, что мужчине совсем не хочется возиться со мной и снова подставляться, а мне не хочется возвращаться в дом. Не знаю, выпадет ли еще такой шанс, просто прогуляться, почувствовать хотя бы эфемерную свободу.

– Я поеду с Шамилем в Торговый центр, – озвучиваю свое решение, когда Эмиль заканчивает свой разговор и убирает мобильник в карман.

– Уверена, что готова подставить его под удар? – давит этот гад.

– Не буду убегать. Обещаю, – выдыхаю взволнованно. А вдруг передумает сейчас и все же отправит домой.

– Хочу тебе верить, Саша, – он достает из кармана портмоне, оттуда пластиковую карту и передает ее Шамилю. – Помоги ей с выбором, – дает команду моему охраннику.

– Традиционное? – усмехается Шам.

– Адекватное. Чтобы я мог вывести ее из дома.

– Понял, сделаю, – мужчины пожали друг другу руки. Еще один взгляд на меня от Эмиля. В этот раз многообещающий.

Он оставил нас, а Шам повез меня пополнять гардероб. Несмотря на его присутствие я позволила себе расслабиться и насладиться процессом. В фирменные бумажные пакеты для меня упаковывали совершенно непривычные вещи. Самое короткое платье закрывает колени. Вместо привычных джинсов Шамиль выбрал для меня свободные брюки. Они красиво подчеркнули бедра и длину ног, но при этом смотрятся очень стильно и совсем непошло.

– Белье? – улыбнулся Шам у бутика с нижним бельем.

– С ума сошел? Нет, конечно! – тут же покраснела.

– Иди одна. Я здесь подожду, – он присел на кожаный диванчик, устроил наши покупки между широко расставленных ног.

– Я не буду… – сопротивляюсь.

– Бля, да что ж так сложно то а, – вздыхает Шамиль. – Ладно, поехали. В конце концов у тебя мужик есть, чтобы трусы покупать. Не моё это дело.

– У меня нет… – решила возмутиться, но его скептический взгляд заставил замолкнуть.

– Где вас только делают, таких наивных?

Загрузив все покупки в багажник, Шамиль повез меня домой. Уже возле дверей моей спальни косо глянул на появившуюся в коридоре Малику и шепнул:

– Покажи ему вечером то длинное кофейное, – звучит, как совет и я киваю в знак того, что услышала.

Мне оно тоже нравится, хоть и непривычно для меня хотя бы потому, что оно – платье. Но я в нем выгляжу очень нежно и женственно. Развесив на вешалке красоту цвета кофе с молоком, провела по ткани пальцами и собралась идти в душ, но в дверь постучали.

Открыла.

– Саша, я хочу с тобой поговорить, – отодвинув меня в сторону в мою комнату прошла Малика.

– О чем? – тут же напряглась.

– О моем муже, конечно.

Мне стало так неприятно от ее взгляда, будто я делаю специально что-то такое, что Эмиль ко мне лезет. Малика внимательно меня рассматривает, переводит взгляд на платье, потом на пакеты, стоящие в углу, снова возвращает его мне.

– Ты маленькая еще, многого не понимаешь. Мы с ним в ссоре сейчас. Эмиль характер показывает, но физику, ее не денешь никуда. Он голодный, срывается, к тебе пристает, но ты же можешь не пустить! Оттолкнуть! Он не станет принуждать. Поорет, порычит, но не тронет. Эмиль мой, Саша! Я люблю его несмотря на все трудности. Не надо лезть в наш брак. Не знаю, зачем старый Альзаро притащил тебя сюда. Может стал считать меня неугодной невесткой и решил подложить под сына девочку помоложе. Только это подло! Я не буду делить своего мужа с кем – то еще.

– Да я не…

Малика не дает договорить.

– Помолчи и послушай! Двум хозяйкам не место на одной территории. Никто из мужчин моей семьи не смел брать себе вторую жену или заводить любовницу. Меня воспитали так же. Уговор с Эмилем до брака был такой же – только я. Ему нужен ребенок, так я рожу! Я обязательно ему рожу! – срывается ее голос. – Уезжай. Хочешь, я денег тебе дам? Помогу сбежать. Хочешь? Тебе ведь нужна свобода, Саша. Ты не вписываешься в наш мир. Ты здесь чужая.

– Я не претендую на твоего мужа, – наконец смогла ответить, а Малика опять посмотрела на платье, что мы купили с Шамилем. – Но бежать… Один раз я уже попробовала, пострадали люди.

– Билет тебе куплю в другой город. Уедешь туда, где тебя никто не знает. Эмилю некогда сейчас за тобой бегать, – не успокаивается Малика.

– Нет, извини, – поднимаю выше подбородок.

– Что, прости? – она аж рот приоткрыла от возмущения.

– Я сказала нет! Твой вариант мне не подходит.

Понимаю, что это шанс, но у меня скоро начнется учеба. Я столько мечтала. Моя жизнь здесь, а не в каком-то другом городе. Сделать настолько радикальный шаг я не готова. Это замкнутый круг. Из него обязательно надо выбираться, но без потерь.

Голова идет кругом. Все приятное послевкусие от похода по магазинам слетело, возвращая меня в реальность. А она такова, что в «дано» у меня женатый мужчина, претендующий на моё тело и собственно, его жена, которая против такого расклада. И я ее понимаю. Но мне то что делать? Как решить эту задачу? Если я сейчас начну сопротивляться и опять показывать характер, Эмиль не отпустит меня учиться. Свое все равно возьмет, если захочет. Это лишь вопрос времени.

– Почему ты не поговоришь с мужем? – спрашиваю, усаживаясь на пол.

– Потому что желание мужчины, Саша, провоцирует поведение женщины. Это они думают, что управляют своим членом, – вспыхиваю от такой откровенности. – Что? – смеется она. – Надо называть вещи своими именами. Знаешь, что ему в тебе нравится? – отрицательно качаю головой. – Надо выяснить и забрать у него эту игрушку. Зацепиться будет не за что. Он поймет, что ты обычная неопытная девчонка и отстанет.

– И как мне это сделать?

В голове всплывает мой резервный план и Макс с обнаженным торсом. Знаю я, что Эмиля во мне привлекает, но вслух, естественно, не озвучиваю.

– Смотрю, что-то ты все же знаешь, – Малика внимательно следит за моей реакцией.

– Уходи, пожалуйста, – прошу ее.

– Саша?! – возмущенно.

– Выйди из моей комнаты! – срываюсь на крик. – Не могу больше говорить об этом! Разбирайтесь сами! Достали! – взрываясь подскакиваю на ноги, ухожу на балкон показывая женщине, что разговор закончен.

В висках неприятно стучит. Неужели девственность и правда цена моей свободы? Игрушка в его руках… Ну да, Малика права. Кукла, которую можно одевать, кормить, гулять с ней, тискать, когда ему хочется.

Тогда что это было в машине сегодня? Такой человек не стал бы обнажать свои чувства перед обычной игрушкой. Хотя… Что я о нем знаю? Ни-че-го!

У меня за спиной громко хлопнула дверь, а внизу во дворе стали медленно отъезжать ворота впуская на территорию хозяина моей клетки.

Так противно от обвинений Малики. У меня ощущение, будто в грязи вываляли с ног до головы и отмыться мне негде.

Машина остановилась посреди двора. Из нее довольно долго никто не выходит. Из-за тонировки не удается разглядеть, кто находится внутри. Один Эмиль приехал или снова с гостями?

Двери с двух сторон одновременно открываются. На улице показываются сразу двое мужчин.

– Останешься сегодня у меня. Пока закончим подготовку к завтрашней сделке, ехать домой тебе уже не будет резона. – говорит Эмиль. – Только давай без стриптиза перед моими женщинами. Не нагнетай, а то челюсть сломаю ненароком.

Я успеваю ускользнуть в тень до того, как на мой балкон поднимается сразу два взгляда. Один темный, как сегодняшняя ночь, второй зеленый, неизменно наглый и немного насмешливый.

Наверное, сами звезды дают мне шанс. Надо только решиться, немного потерпеть и все, я буду свободна, но сначала выполню обещание и покажу Эмилю это шикарное платье.

Глава 23

Эмиль

Готовить сделку на завтра я приехал домой исключительно из-за Сашки. Честно говоря, мне плевать, что они там купили. Просто хочу знать, что она где-то рядом.

– Эмиль, – нас встретила домработница. – ужинать будете?

– Скажите Малике, пусть накрывает на всех, – отдаю распоряжение. – К возвращению отца все готово?

– Конечно.

Надежда Арсеновна ушла. Мы поднялись в кабинет. С трудом задушил в себе порыв заглянуть к Александре. Совсем скоро я все равно увижу ее.

Клиент тестя переслал нам все документы по предстоящей сделке. Отправил юристу для переоформления договора с пометкой «Срочно!».

Я предложил Вахиду такую скидку, что отказать он не смог. Да, ушел в себестоимость, но это залог долгосрочного сотрудничества. Мы с ним довольно быстро поняли друг друга. Работать напрямую с поставщиком ему интереснее. У меня репутация, а там ненадежный чиновник. Просто сам Вахид выйти на меня не смог. Безопасники не пропустили. И ему пришлось работать с посредником, зная, кто возит стволы и уверенно, потому что чистые.

Имя – то, что давно работает на нас. Люди уверены в качестве и безопасности сотрудничества. Они уважают не только силу. Держать слово – вот что ценнее.

В дверь тихо постучали.

– Войди, Малика, – по стуку угадал, кто стоит в коридоре.

Покорная сука с опущенными густыми ресницами вошла на мою территорию не смея сделать вдох. Что еще она успела сделать?

– Ужин готов, – взгляд не поднимает, с трудом держит руки опущенными вдоль тела.

Вижу, как подрагивают пальцы, но жена гасит в себе желание сцепить их. Все равно спалилась, но я не буду сейчас ничего выяснять. Надо быстро поесть, и я бы здесь это сделал, не отрываясь от бумаг, но мне надо спуститься в столовую, чтобы увидеть тепло серо-зеленых глаз и вспомнить, что я небезнадежен.

– Сейчас спустимся, – стараюсь не скалиться от злости.

Глядя на жену, у меня больше не просыпается ничего, кроме злости. Это рядом с Сашкой я чувствую себя мужиком, хоть и мудак, но нечто адекватное все же прослеживается. А здесь лишь животный инстинкт – кинуться вперед рывком, вцепиться зубами в изящную тонкую шею и вырвать кусок с мясом разрывая вены и сухожилия. Полы только жалко. Кровью зальет, отец расстроится.

Мои люди уже работают. Они ищут того, кому мы сможем помочь безболезненно сесть в кресло тестя, чтобы того снять громко и красиво. Тогда я сохраню за собой границы, буду иметь больше влияния и верну ему его сокровище в целости и сохранности.

В мальчишеском предвкушении сбегаю вниз, в столовую. Хочу увидеть… Просто увидеть ее.

Прохожу через арочный вход к накрытому столу и не вижу! Медленно разворачиваюсь к Малике, послушно стоящей за моей спиной.

– Где Александра? – ее зрачки расширяются, а затем резко сужаются от вспышки ревности.

– Не звала, – признается.

– Так бегом! Ты забыла? Ужин для всей семьи!

Быстро кивнув, сбегает путаясь в подоле длинной юбки ступнями, обтянутыми в мягкие домашние туфли.

– Садись, – кивнул Максу.

Сам прошел, занял свое место справа возле центрального стула, на котором законно сидит отец – хозяин этого дома и старший член семьи.

Макс устроился напротив меня просто ради удобства. Жены отца нет, так что место свободно. Да даже если бы была, я с огромным удовольствием отдал его другу, а не этой продажной твари.

Мы не прикасаемся к еде. Лишь по бокалу вина себе налили, но и оно не лезет в горло, пока Саши нет здесь.

– Где обещанное вино? – вспоминаю, что просил привезти то, сливовое.

– Должно приехать через два-три дня, – отчитывается Макс, будто это не просьба, а сроки по очередной сделке. Привычка.

– Оу, – стонет Максим зависая своим кошачьим взглядом на МОЕЙ женщине. Пока совсем не женщине правда, но этот нюанс я совсем скоро исправлю.

Может сегодня?

Кровь тут же отливает из головы в пах натягивая ширинку. Машинально поправляю член рукой чуть сдавив его. Сжимаю зубы гася стон. Я кончу сейчас от одного ее вида в этом новом платье. И с какого хрена? Оно же закрытое!

«Все, как ты хотел, Эмиль!» – подло хихикает моё подсознание тоже сползая куда-то вниз.

Под нашими голодными взглядами Сашка замирает в арке не понимая, что еще больше дразнит распаленных хищников. Я все же не ошибся. Максу моя девочка нравится. Сильно нравится. Он подставляется передо мной открыто это выражая. В ином случае не стал бы рисковать.

Слишком ценный, слишком… друг.

Блядь! Сложно то как!

Я веду взглядом прямо от ее глаз, в которых едва заметно нервно пульсирует зрачок. Спотыкаюсь на губах. Сглатываю, в очередной раз вспоминая их вкус и представляя, как они сомкнутся на налившейся головке моего члена. Она согласно пульсирует в штанах от очередного болезненного толчка крови.

Кожу на красивой шее с нервно бьющейся венкой оттеняют распущенные темные волосы. Идеальные ключицы подчеркнуты простым круглым вырезом, по которому присобрана тонкая ткань цвета «кофе с молоком». Она плавно обтекает небольшую грудь ни грамма не обтягивая ее. Немного небрежно смотрится ниже из-за широкого пояса, будто заправленная рубашка, а не часть платья. Свободная юбка падает до самого пола полностью скрывая стройные ноги. Она дразнит мои воспоминания об этих ножках еще больше распаляя все внутри. Рукав «три четверти» делает руки моей зажигалки тоньше. На пальчиках аккуратный маникюр с бесцветным, поблескивающим в свете ламп столовой, лаком. Втянуть бы каждый из них в рот до ее тихого стона мне в губы…

Никогда бы не подумал, что настолько закрытое и простое платье будет возбуждать меня сильнее любых кружев. Рядом тяжело и хрипло дышит Макс. Хочется врезать ему по морде, а лучше по яйцам, чтоб не стоял неделю! Но друг не тронет мою Сашку. А то, что хочет, так мне бы гордиться. Не его ведь. Моя!

– Сволочь, – шипение жены приводит меня в чувство.

– Привет, – здороваюсь с Сашей. Максим все еще молчит.

Внутри меня сквозь дикое возбуждение пытается пробиться что-то еще. Странное чувство тревоги мельтешит на задворках поплывшего мозга. В Александре все идеально сегодня, но все равно что-то не так.

Забиваю пока. Позже разберусь.

– Чего ты стоишь там как чужая? Садись, – зову Сашку к нам. – Мы только тебя и ждем, – голос не желает приходить в норму. Залпом допиваю свое вино, чтобы прочистить горло. Сразу наливаю еще. Только себе. Ей пить не дам.

А может…? Я же хотел ее сегодня. Расслабится немного, а там посмотрим. Может не оттолкнет? В тачке же приняла другие мои эмоции. Не стала отгонять от себя позволяя просто помолчать рядом. Знала бы Сашка, как это ценно. Жизненно необходимо.

– Я сдержала слово, – ее губы тронула легкая улыбка.

– Спасибо. Вина?

Согласится? Нет?

Задумалась на мгновение.

– Немного, пожалуйста.

Меня опять коробит что-то в ее ответе, но гормоны во мне сошли с ума, и я теряю эту мысль наполняя бокал.

Пара глотков. Сашкины щечки розовеют от алкоголя.

Еще пара глотков и взгляд чуть плывет.

«Как же мало тебе надо» – отмечаю для себя.

Зачем? Понятия пока не имею. Может пригодится. Например, чтобы не давать ей пить вне дома и запретить совсем в моё отсутствие.

– Как провела день с Шамилем? – отмирает Макс ни грамма не заигрывая с моей девочкой, хотя я уверен, что ситуация в его штанах такая же проблемная, как и у меня.

Мы ужинаем под легкую болтовню и слушаем ее приятный тихий смех. Вино расслабило мою Александру. Открытая улыбка в ответ на шутки Макса и заинтересованный взгляд на меня. Она правда быстро прячет его то в бокале с соком, второй порции алкоголя я ей не дал. То в тарелке с ужином. Но я успеваю ловить и мне уже не хочется работать. Поднять ее на руки, унести в спальню, устроить на широкой кровати с прохладными белыми простынями. По сантиметру оголять красивое тело спуская вниз эту струящуюся ткань, пропускать волосы между пальцев целуя в губы…

Бля! И как успокоиться теперь? Во мне все горит от желания. И даже недовольные взгляды жены, убирающей со стола пустые тарелки, не отрезвляют. Это унижение для Малики. Я фактически поставил ее прислугой. Только вот это лишь малая порция наказания за ее предательство.

– Спасибо за ужин. Я могу идти? – бьёт мне прямо в член Сашкин голос.

– Иди, – киваю.

Мы с Максом, как два наркомана, пялимся на удаляющуюся фигурку в струящемся платье.

– Работать? – интересуется друг. – Или… – скалится, крутя в пальцах телефон.

– Не-не. Никаких шлюх в моем доме, – вижу номер на экране, что он мне показывает пальцем, чтобы не произносить при жене. А я мудак, взял и выдал. Да срать мне теперь. Крыша уехала в другую сторону.

* * *

Мне не даёт покоя поведение Саши. Тяжёлое предчувствие давит на нервы, но я должен сосредоточиться на делах, и я делаю это уходя головой в работу.

Юристы прислали переоформленные договора. Все перепроверяем по очереди, то Макс, то я. Как только уверенность достигает высшей отметки, отсылаю клиенту на электронную почту. Оригиналы подпишем при встрече, если все правки моих спецов их устроят.

– Я заебался, – Макс ложится на спину растягиваясь на полу. Закрывает глаза.

– Ты же знаешь, я за перегруз никогда не обижал, – смотрю на него с завистью.

У самого уже спина затекла и в глазах "песок". Спать хочу, сил нет. От недосыпа скоро буду похож на жирафа. Где встал, там уснул.

– Пойдём, – закончив с последними штрихами поднимаюсь со стула, протягиваю руку Максу. Друг цепляется за мою ладонь своей, поднимается на ноги. – Будильник поставь. Если вдруг я не встану, разрешаю пинать.

Вяло подшучивая друг над другом, доходим до своих комнат. Слежу, как ревнивый идиот, чтобы этот кошак точно скрылся в гостевой, только потом захожу в свою спальню.

– Как же ты затрахала, – со стоном смотрю на кровать, на которой спит жена. Сил ругаться с ней нет. Вообще ни на что нет. Даже ревность засыпает, едва голова долетает до подушки.

И снится мне сон. Странный очень, беспокойный.

Сашка моя в своём изумительном платье стоит в этой проклятой кухонной арке. Два взрослых дебила капают на неё слюной, а она смотрит в чуть раскосые зелёные и так улыбается счастливо, что у меня сердце сжимается и хочется врезать этому козлу. Я даже руку заношу для удара, разворачиваюсь и упираюсь взглядом в огромного рыжего кота все с теми же зелёными глазами. Он сидит рядом со мной на стуле довольно урча и лениво жмурясь.

– Вот ты отожрался, – говорю животному.

Сашка подбегает к нему, тянет руки, чтобы потискать.

– Не смей! – рявкаю на неё с ревностью и хлопаю по протянутым к наглому кошаку рукам.

От обиды её губки вздрагивают, она закрывает лицо ладонями, садится на пол в своём длинном платье и горько плачет. Чувствую себя идиотом. Не дал девчонке потискать котика.

Тряхнув головой, вздыхаю, хочу извиниться, но уже ни Саши, ни кота на кухне нет. За моей спиной раздаётся злобный женский смех. Медленно поворачиваю голову. Малика в каком-то дебильном костюме ведьмы с дешёвого карнавала.

– Ты совсем свихнулась? – обращаюсь к жене.

Она, неадекватно хихикая, кружится вокруг своей оси и встаёт передо мной с младенцем на руках. Мальчик.