Читать книгу "Дотянуться до небес: Королевство ведьм"

Глава 39

Едва Лайда помогла отряду пересечь деревянный частокол, возникший между несколькими главными улицами, как в глаза всех собравшихся тотчас кинулась резкая смена обстановки, царившей на улицах: дороги были вычищены, улицы прибраны. Стройными рядами по дороге, чеканя каждый шаг, маршировали стражницы с до боли знакомым гербом, возвышавшимся над их головами, как настоящий боевой стандарт на красном фоне возвышалось чёрное солнце.

– Наше Солнце восходит дважды, мой господин. – Пролепетала Лайда, видя, что император по достоинству сомг оценить старание Хельги, Паилза и её сестёр.

– Доблестная и неподкупная стража – не последнее, чем Вы можете гордиться. – тут же добавила она. – Вы только представьте, уважаемому Фридриху удалось открыть самую настоящую школу! Представляете?

– Школа и школа, что тут такого… – скептически пробормотала Баки.

– А то, что в ней знать и обычные граждане могут учиться вместе, при чем совершенно бесплатно! – Эмоционально, с гордостью стукнув себя в грудь, заявила воительница. – Пусть пока что они могут осваивать только такие базовые знания, как чтение, счеты и письменность, но обязательно наступит день, когда…

– Базовые, говоришь… – коварно улыбнулась Брунхильда. – Лайда, сколько будет пятьдесят плюс пятьдесят один? – столь неожиданный вопрос сначала заставил воительницу сильно раскраснеться, но после, спустя минуту, та, собравшись с силами и мыслями, стала, что-то бубня про себя, загибать пальчики.

– Сто… Сто и один! – Слегка напугав задумавшуюся Катарину, неожиданно вскрикнула лисица, в очередной раз собирая на путниках ненужное внимание.

– Неподкупная стража, бесплатная школа, – прибывая впервые в столице, кривляясь проговорила Мизи. – бред собачий, такого не бывает. У каждой стражницы есть своя цена, как и самоуважение у каждого маломальски значимого дворянина. Что из себя представляет знать, если она будет сидеть за одним столом с рабом или дворовой чернью? Улицы этого города никогда не примут подобного… – Заявив это, Пут вспомнила о своем титуле, который в случае, если подобное произойдет, перестанет вообще хоть что-то да значить.

– Ошибаешься, – поправил авантюристку Олег. – с появлением бесплатных школ огромная пропасть между бедным крестьянами и богатыми торговцами и знатью действительно немного уменьшится, однако чины и старинные родословные этого мира всё равно никуда не исчезнут. Наш народ ещё не поборол голод, чтоб начинать очередную войну в попытке победить неравенство.

– Загнул… – Хмыкнув, кивнула головой Брунхильда, после чего Олег спокойно добавил:

– Увы, но это так. У меня есть идеи, как бороться с нищетой местных полу мертвых полей, холодными домами, необразованностью и моральной бедностью этого народа. Однако, помимо этого, всегда найдется ещё целый ряд проблем, на которых мне попросту не хватит времени и сил. Все люди смертны…

От этих слов по спине Абады пробежала армия мурашек. Демонесса, недовольно цокнув языком, что-то прошептала про себя. А после, улыбнувшись как ни в чем не бывало, отвела взгляд в сторону.

– Ты чего? – недобро поглядев в сторону дочери, с опаской спросил мужчина.

– Да так, ничего… – улыбнувшись демонической острозубой улыбкой, ответила Диана.

Главная цитадель Олега, на которую при отъезде возлагались огромные надежды, одним своим видом оправдала усилия и старания сотен трудившихся над ней рабочих. Никаких излишков декора, роскошных колонн и прочих не нужных атрибутов. Суровые внешние каменные стены, покрытие из древесины внутри; невысокие потолки; бойницы вместо окон. Крепость внутри крепости, глядя снаружи, иначе назвать это сооружение было невозможно.

Едва стража успела остановить вернувшуюся Лайду, как их взгляды тотчас пали на тех, кто вернулся с ней. Из довольно крупного отряда, отправившегося с воительницей, никого включая Нару не было, лишь незнакомки и…

– Мужчина? Не может быть… – Едва не пискнув от восторга, подсела на дрожащих ногах встретившая зверолюдку стражница. – Так вы…

– Тише, тише… – вертко вынырнул из толпы Олег. – Скажи, ты умеешь хранить тайны? – не поднимая взгляда из-под плаща, спросил у незнакомой девушки мужчина, на что та, затаив дыхание, кивнула.

– Моё возвращение – государственная тайна, так что никому, поняла? – Закрыв двумя руками рот, воительница в лохмотьях тут же кивнула, а следом, приложив руку к сердцу, произнесла: – Да взойдет Чёрное Солнце!

Непонимающим взглядом встретившая соратницу, Лайда вопросительно взглянула на своего господина, на что тот лишь развел руками.

– Проходите, господин. Уверена, госпожа Хельга будет рада Вас видеть. – Сказав это чуть ли не шепотом, стражница махнула кому-то на башне, после чего железная решетка, стоявшая между двумя вратами, зазвенев цепями, стала подниматься.

– Что за пафос, могли же воспользоваться и дверями… – Глумясь, произнесла Брунхильда, а следом, одернув Олега, произнесла:

– Та стражница, ей нельзя доверять.

– Ты почувствовала ложь или предательство в её словах? – С опаской спросил мужчина.

– Нечто другое… – Пытаясь разобраться в том, что же она ощутила, отозвалась Абада.

– Займешься?

– Уже. – Словно призрак, растворившийся посередине коридора, ответила охотница. Заставив своим поступком Питту в очередной раз злобно чертыхнуться.

Одно лишь лицо Лайды, в спешке возвращавшейся с задания, открывало перед группой все двери. Видя серьезный взгляд, а следом шедших за ней женщин, некоторые пытались встать у неё на пути, но та, постоянно тыкая каким-то свитком с очень важным распоряжением, полубегом двигалась вперед.

Теперь, когда в городе, и тем более, в их крепости, появился парень, схожий с императором возрастом и физической комплекцией, слухи о возвращении расползутся со скоростью пожара. Скрыть подобную информацию было невозможно, а это значило, что времени на то, чтобы первыми нанести удар, дало обратный отсчёт.

Дверь тронной с грохотом распахнулись.

– Запереть центральную залу, никого не выпускать! – Отдав приказ, рухнула на колена Лайда. – Госпожа командующая, задание выполнено, я – Лайда, дитя Крысиного переулка, выполнила Ваш приказ!

Охи и вздохи донеслись со всех сторон. У кого-то из рук со звоном выпало оружие. Стража, наблюдавшая за своими участками, отвлекшись от задачи, устремила свои взгляды в сторону прибывших путником.

С лиц Зори и Катарины спали маски, а следом и сам Жак скинул капюшон, скрывавший его лицо.

"Ну и к чему был весь тот пафос у ворот"? – Одним лишь взглядом передав свои мысли Питте, спросила у той Пут, на что паладин лишь тяжело вздохнув пожала плечами.

– Господин! – Вскочив с удобного кресла, словно ястреб слетел с лестницы Паилз. – Как же я рад, что Вы живы… Как я рад… – По-дружески обхватив Олега, произнес мужчина, с глаз которого сорвались самые настоящие слёзы.

– Полегче, здоровяк, задушишь. – Похлопав своего, пожалуй, единственного друга-мужчину по спине, отозвался Жак. – Я тоже рад тебя видеть.

По лестнице, неспешно ковыляя, спустилась Хельга.

– Слава воинственной Астарте, Вы живы, господин. – Рухнув на колени, отозвалась женщина. – Я молила её об Вашем возвращении, и впервые за десятилетия Небеса ответили на мои молитвы. – С этими словами короткостриженная старуха передала Олегу золотой клинок. – Вот он, нынешний символ Вашей власти, возьмите его, и с новыми силами видите нас в своё светлое будущее.

– Светлое будущее? – Принимая подношения, улыбнувшись переспросил Олег.

– Разумеется, как и было указанно на листке Вашего гениального плана по спасению столицы. Правда, там было очень много всего разного, чего мне и моим самым образованным женщинам так и не удалось расшифровать, но уверен, теперь, когда Вы с нами, работа пойдет гораздо быстрее.

– «Гениального плана»?

– Всё верно, как и было указанно, вот на этом важном документе. – С этими словами Фридрих, вытащив из всё той же сумки, которую он всегда неизменно носил ранее с Жаком, скрученный и слегка помятый свиток пергамента с множественными надписями и кляксами на обеих сторонах.

– После Вашего отъезда я взял на себя обязанность навести порядки в вашем кабинете и попутно наткнулся на этот план. Должно быть, в безумном потоке Ваших прорывных идей, Вы просто не придали внимания такому сокровищу, но я, Ваш покорный слуга, смог разглядеть потенциал в этих идеях.

На обычном куске пергамента детскими рисунками и глупыми подписями была нарисована река, с примитивными шестеренками и стрелками, в которой хозяин сего творения с трудом смог распознать речную мельницу. Чуть ниже было нарисовано нечто отдаленно похожее на существо, стоящее рядом с человечком, обрабатывающим поле. Ниже подпись: – «удобрять землю навозом, взращивать, давать отдыхать». Далее принципы работы теплиц, рыболовной ловли, массового разведения кур и свиней, освоение новых культур и, конечно же, внедрение всего этого с использованием «сверхнепонятной» магии.

Читая и любуясь собственными каракулями, Олег едва сдерживался, чтобы не заржать. Особенно забавляла заглавная надпись над всей этой творившейся на пергаменте вакханалии.

«Гениальный план спасения империи для чайника».

– Фридрих, где ты это взял? – Опустив покрасневшее от стыда лицо, спросил мужчина.

– Там же, где и многое другое, в корзине для фруктов, стоявшей под Вашим столом. Там было очень много всякого такого, чего я так и не смог понять. Вот, например…

– Давай как-нибудь потом ты расскажешь и покажешь мне всё, что вытащил из моей мусорной корзины.

– Так этот секретный кладезь назывался мусорной корзиной? Но почему…

– Фридрих, – перебил мужчину Олег. – Давай не сейчас.

– Хельга, я так же рад тебя видеть в добром здравии, и поднимись ты уже, наконец, с колен.

– Слушаюсь. – С солдаткой выправкой отозвалась командующая.

– Сейчас нужно в первую очередь разобраться с Ченг и посланием в Дом пяти религий, а после ты мне во всех подробностях с именами и деталями расскажешь, кто и как убил Ламию. Надеюсь, друг мой Паилз, уже знает имена предателей, а также то, где и как мы сможем тех достать.

На подобное заявление Фридрих, вытянувшись, упрекающее посмотрел на Хельгу, в глазах мужчины ясно читалось «А я же тебя предупреждал».

– Только не говорите, что кто-то из вас приложил к этому руку… – Опасаясь худшего, нервно проговорил Олег.

– А кто сказал, что она мертва? – махнув рукой на Паилза, улыбнувшись ответила старуха Хельга.

Глава 40 – Клятва

В темной камере, скованная по рукам и ногам сидела женщина. Запутавшаяся и окончательно разочаровавшаяся в собственных идеях, мыслях и поступках, она, с участью обреченной, склонив голову, повисла над собственными оковами. В отчаянии лишившаяся покоя, она уже который день не могла есть, спать. Пожираемая духами прошлого, пытающаяся найти смысл в своём существовании, по ночам она кричала, после чего злоба сменялась. умываясь горькими слезами. Её ослабший за время пребывания в камере разум зачастую выдавал то, чего не могло быть, рисуя в кромешной темноте силуэты и лица, которых давно уже не было в живых.

Вновь непонятные шорохи и шаги меняющегося караула напомнили Ламии о её статусе. Вдали впервые за долгое время вместо тусклых магических светляков по пустым камерам разлетелся яркий свет свежего факела. Живое пламя с непривычки вдарило по глазам, вынуждая грязную и чумазую императрицу отвернуться.

– За что они так с тобой… – Спешные шаги целого отряда сменились до боли в сердце знакомым голосом.

Сквозь резь в глазах и временную слепоту Ламия подняла голову, пытаясь понять, не ослышалась ли.

– Я, должно быть, умерла, или демоны ночи вновь играют с моим разумом… – Вспоминая сны, в которых этот голос и его хозяин являлся ей в ночи, пытаясь привыкнуть к свету, прошептала Ламия.

С рук и ног императрицы со звоном слетели стальные цепи.

– Мы вынуждены были так с ней поступить, чтобы уберечь наших людей и её в первую очередь от самой себя. – Донёсся голос Хельги по ту сторону факела. – Сначала она в одиночку хотела вернуть себе трон, а после, взяв под контроль столицу, без какой-либо поддержки из вне отправиться на Ваши пояски, прямо на вражескую территорию, в Колючий лес. Это было безумием, от которого мы так и не смогли её отговорить… После этого на ум пришло лишь одно более или менее здравое решение, – посадить на цепь дикого зверя. Ей приносили достойную еду, воду и даже вино. Не наша вина, что она довела себя вот до такого состояния. – Указав рукой на изможденную, едва живую фигуру, объяснилась старуха.

– Спасибо, что не дали ей умереть. – Вновь повторил голос её любимого, после чего, приблизившись, нежданный гость, словно мираж перед самым её носом, встал на колени и крепко обнял женщину.

– Жак… Это и вправду ты? Не верю… Это всего лишь сон. – Давно лишившаяся чувства голода и жажды, Ламия, с трудом подняв руки, обхватила Олега. – Богиня, прошу, не заставляй меня вновь просыпаться, я не хочу…

– Эй, ты не спишь… Позовите целителей, живо! – Глядя на кровоточащие запястья рук и ног, а также понимая, что его любимая едва жива, отдал приказ мужчина.

– Она сама себя так, – понимая, отчего её господин с такой злобой смотрит на ни в чем неповинных стражниц, пояснила Хельга. – как животное всё рвалась вперед, не понимая, когда нужно остановиться.

– Глупая, как же ты собиралась спасать меня в подобном состоянии? – Гладя одной рукой девушку по голове, а второй прижимая к своей груди, проговорил мужчина. – Давай, поднимайся, тебе больше не за чем здесь находиться. – пытаясь встать на ноги, пошатнулся Олег, после того как императрица, обвившись руками вокруг его шеи, фактически повисла у того на плечах.

– Говорят, заточение действует на разумы людей по-разному: для кого-то это панацея, возможность осознать свои ошибки, но, как видите, бывает и такое… – Проговорил из-за спины старухи Фридрих.

Подхватив на руки весьма внушительных размеров девушку, Олег, стиснув зубы, поднялся с колен. Разница в их весовых категориях была серьезной, отчего все наблюдавшие за этой картиной зрительницы восторженно охнули.

– Я распоряжусь, чтобы принесли носилки. – Донесся голос Лайды.

– Не надо, лучше подготовьте людей и лошадей. Я отнесу её в лазарет, а после, мы сразу выдвигаемся к имперскому дворцу.

– Будет исполнено, господин. – Поклонившись, отозвалась зверолюдка, после чего исчезла в слепой темноте тоннеля.

– Я пойду с тобой… Я должна, это мой трон, мой долг… – Вновь позабыв о всём и вся, прошептала императрица.

– Трон больше тебе не принадлежит, и не будет принадлежать. – Холодно заявила Хельга, заставив Олега обернуться.

– Хельга, что ты сейчас сказала? – Недоверчиво спросил мужчина.

– То, что Вы слышали, господин. – В голосе старухи чувствовалось спокойствие. Сказанное ею не было каким-то спешным или импульсивным решением. Напротив, в голосе чувствовалась некая выдержанность и решимость. – Я не позволю моим девочкам гибнуть за подобную тебе. Не буду участвовать в возвращении власти узурпаторше и сестроубийце. Ты не заслуживаешь права на трон, и никогда не заслуживала.

Тишина повисла в темной и сырой комнате, пропитавшейся запахом людских испражнений и гнилой соломы.

– Враги… – прошептала Ламия. – Повсюду враги, Жак, брось меня, брось и уходи… – хватка женских рук на шее Олега ослабла, императрица, выбившись из сил, обмякла, потеряв сознание.

Некоторое время кидая опасливые взгляды то на Ламию, то на свою слугу, коей Олег считал Хельгу, мужчина, не выдержав, спросил:

– Это мятеж. Ты предаешь меня, Хельга? После всего, что я… – Рухнув на колени, женщина склонила голову перебила своего господина.

– Вы не так поняли меня, старую воительницу. Я вся, целиком и полностью принадлежу Вам и только Вам. – Заявила женщина. – И как Ваш верный слуга, прошу Вас не допустить ошибки, передав в дальнейшем власть этой абадохидовой бестии… – Указав взглядом на бессознательное тело Ламии, заявила старуха. – С ней наша империя падет, старые аристократы не поддержат её на троне и даже если мы вернее столицу, Дом пяти религий может не прийти к нам на помощь. Господин, Вы должны единолично прийти к власти, сместив на троне Ченг, обзавестись новой армией и союзниками, возможно, объявить о помолвке с Лолитой. Это создаст прочный плацдарм для нашей для дальнейшей дружбы между нашими народами и последующей контратаки в земли Азавийской империи и длинноухих, понимаете? – С надеждой в глазах, надрывая связки, до хрипоты в голосе, умаляя прошипела Хельга. – Для всего мира Ламия мертва, так пусть же так и будет, хотя бы до тех пор, покуда мы не заключим союз с Домом пяти… – Уткнувшись лбом в грязный каменный пол, с уверенностью на устах добавила старуха. – Прошу, господин, это лучшее, что мы сейчас можем сделать…

За спиной мужчины в спешном порядке прибыли целители. Некоторое время обдумывая слова женщины, Олег по неволе вспомнил, как начиналась его новая жизнь в этом мире.

– История повторяется, любимая… – Всё же решившись передать женщину магам, проговорил Олег. – Тогда я был твоим пленником, игрушкой, или кем ты меня тогда считала, украшением? – Зеленое облако целительской магии окутала тело императрицы. – Теперь пришло время тебе побыть моим любимым украшением. Спи и жди, я обязательно вернусь с победой.

– Да будет так, Хельга, собери войска. Оповести всех наших друзей, во всех кругах города. Стражу, торговцев, знать, инквизиторий, простой народ и даже рабов, передай всем – «Пришло время сделать выбор – светлое будущее или смерть»!

– Уже, мой господин. – Словно тень, вынырнувшая из-за Хельги, ответил за старуху Фридрих. – Я знал, что Вы согласитесь с нашим планом, и заранее обо всем позаботился. – После этих слов мужчина так же припал на колено. – Господин, долгое время я был слугой её величества императрицы Ламии, донося обо всем, что происходит во дворце, включая и о Вас, Ваших мыслях и настроях. По началу, посчитав Вас лишь глупым и избалованным мальчишкой, я, под пеленой предвзятости, не видел Вашей истинной силы, за это и свое предательство я прошу у Вас прощения. – Встав на обо колена, мужчина склонился к земле. Чёрные длинные волосы, которыми так гордился Фридрих, коснулись грязного пола катакомб, а следом и лоб мужчины оказался на камнях.

– Ты сослужил мне хорошую службу, друг, и тебе не за что извиняться. – В ответ на пламенные речи, скромно отозвался Олег. – Поднимитесь, у нас нет на это времени…

– Господин, прошу, позвольте мне остаться с Вами, верой и правдой искупить свои грехи… Уверен, я смогу отплатить за вашу доброту… – «Боже, насколько же он безнадежный…» – Усмехнувшись, Олег, махнув рукой в сторону стоявших на коленях Хельги и Паизла, произнес:

– Давайте сначала решим проблему с Ченг, а после делайте и служите, кому хотите!

– Есть! – В один голос донеслось с земли.

Глава 41 – На подступах…

Сидя на троне, Маоу, с наслаждением попивая лучшее вино из ламийских погребов, почитывала предложенный прибывшей с запада демонессой контракт.

На бумаге было то, чего женщина хотела больше всего на свете, а это – жить. Пергамент с печатью, поставленной кровью владыки Ада, сулил Ченг вечную молодость и бессмертие. Всего-то и надо было отдать взамен собственную душу, а также часть земель, принадлежавших ей и миру живых. Откупными для демонов было половина Ламийской империи.

Прибывшая рогатая незнакомка, уверяла, что завоевания подземных гостей не коснуться империи Маоу, однако старая ведьма чувствовала. Демонесса врала. В Ай, пришедшая с запада, ощущалась сила, коей ни одна из знакомых ей ведьм не обладала. Сейчас, по факту, Ченг уже была бессмертна. Её древний Клан, сотворив тяжелое грешное заклятие, в обмен на привилегии даровал той вечную жизнь, но не молодость, которую сулили демоны… И теперь, старая женщина была на распутье – возможность одним махом ухватить синицу и журавля, не давала той покоя.

– Госпожа, – влетев в тронную, следом рухнула на колени посыльная. – беда, беда, моя госпожа, в городе поднялось восстание!

Помрачневший взгляд западной гостьи не остался незамеченным. Ай была здесь против собственной воли, у этой крайне сильной и опасной личности были свои интересы в городе, которые та так и не раскрыла.

– И? первое что ли? Пошлите войска, если мало, попросите моих сестер помочь…

После слова «Сестер», Ай вновь как-то не добро поглядела в сторону старухи.

– Сестры – это те незаконно покинувшие чистилище ведьмы? – Спросила черноглазая.

– Они самые.

– Владыка будет разочарован узнав, что многие, некогда верные лишь ему слуги, переметнулись на чужую сторону.

– Твоего владыки здесь нет, Ай, – Грозно огрызнулась Ченг. – а я есть, и мои ведьмы тоже. Не забывай, лишь по моей воли ты – почетный гость, а не враг церкви. – На такое заявление демонесса никак не отреагировала. Всё, что ей сейчас было нужно, – это заполучить печать, а после, все люди и нелюди познают, что такое отчаяние, ведь последнее, что мешало устранению накрывшего башню святого купола, – была кровная подпись истинного владельца этих земель. Только унаследовавший по праву мог распоряжаться открывшимся демоническим порталом в мире смертных.

Ай знала, что императрица мертва, Жак не вступил в брак и не получил империю по наследству, исходя из этого, не являлся полноценным претендентом на трон. Сейчас, единственным спорным хозяином этой империи была эта старая карга, а это значило, что стоило только одной капельки добровольно пролитой крови коснуться демонического контракта, как силы тьмы уже никому не удалось бы остановить.

– Ну так что, госпожа Маоу Ен Ченг? – поспешно, в очередной раз спросила новоиспеченная демонесса.

* * *

Ламелим, столица Ламийской империи. Западные врата второго круга ремесленников.

У поднятого над малой канавой моста собралась разъярённая толпа, состоявшая сплошь из черни и каким-то образом вызволившихся из цепей рабов. Вздымая над головами крест с растерзанным на нем телом мертвой женщины, горожане самой многочисленной касты нищих и обездоленных требовали опустить подвесной мост.

– Лейтенант, они заваливают реку всяким хламом, ещё немного, и они доберутся до ворот! – Вбежав на одну из настенных башен, произнесла гарнизонная стражница из только образованного легиона «Черных плащей».

– И без тебя вижу, кто это у них на кресте висит? – Грубо отозвалась ответственная за вторые западные врата женщина.

– Белая ведьма Софрана. – Отозвалась подневольная. – Видимо, более устойчивые к проклятию зверолюдки порвали её прежде, чем начала действовать ведьмовское колдовство, и…

– И без тебя знаю! – Запустив в подчиненную кувшином вина, рявкнула лейтенант, только неделю назад получившая повышение. – Почему рабы среди них? Как получилось, что Ламийские нищебродки объединились с этой западной и восточной мразью?! Абадохидовы дети, прикажи нашим залить всё, что западней стены, пламенем. Эти предатели не достойны жизни. – Уставившись в окно, выходившее прямиком на мостовую, отдала приказ начальница.

– Прошу прощения, но этого я допустить никак не могу… – Донесся из угла голос заместителя заставы.

Едва лейтенант успела обернуться, как в её сердце, беспечно не прикрытое какой-либо броней, вонзилось лезвие длинного и острого кортика.

– Ты – пережиток нашего прошлого, умри и наблюдай с небес, как над Ламийской империей взойдет новое Солнце. – Произнеся это, воительница перекинула через окно бездыханное тело своей начальницы.

– Теперь я ответственная за заставу, и вот моё распоряжение: всем воительницам черного легиона второй западной заставы сложить оружие, опустить мост и следом открыть ворота.

Прибывшая связная, взглянув с опаской сначала на новую начальницу, а после на кровавый след оставшийся на полу и возле окна, поклонившись, отрапортовала:

– Будет исполнено.

Спустя час, к бушующей в центральных кругах толпе, шедшей с востока, присоединилась толпа, идущая с запада. Дома, не помеченные специально меткой, грабились и разорялись; семьи, отказавшиеся поддерживать свержение режима Ченг, устранялись. Таким образом, Фридрих, заранее подготовив почву, разом избавился от всех продажных мелких чиновников, уличенных до этого в черных делах и знатных купцов, готовых за деньги продать не только свои услуги, но и верность.

Четырьмя часами позже. Третий круг, Вечно Цветущие сады Ламелима.

– За императора! – Донесся боевой клич старых валькирий, сосланных за «заслуги» и почтенный возраст на пенсию.

Старые бестии, вооруженные по последнему слову своего прожитого века с рёвом, подобно тарану, проламывались сквозь плотные ряды новой имперской стражи. На одну старуху, чью спину прикрывал красный плащ, приходилось по две, а то и три молодые и сильные воительницы с черными накидками. Опытные фурии, заливая вымощенные дороги своей и вражеской кровью, с небывалой гордостью уходили на тот свет, дабы воссесть за одним столом со своей богиней – Астартой, что покровительствовала только сильным, смелым и не боявшимся смерти женщинам.

Численный перевес, бывший заслугами Ченг, которого так боялась Хельга, так себя ничем не оправдал. Видя, какой ужас творится по всему городу, Цитадель закона и столичный Инквизиторий, сложив с себя полномочия, перешел на сторону мятежников, пригрозивших тем в случае отказа полным роспуском, а не кровавой расправой, как обещала в случае неповиновения их новая императрица. Армия, стоявшая за стенами города, больше как устрашающий фактор, также не вошла на просторные улицы. Генералы, лишь от неимения других достойных кандидатур на трон императрицы, прознав о том, что Жак жив, остановили свои армии, другие верные Ченг решившись вмешаться были остановлены первыми, таким образом аристократы окружавших столицу земель решили дать возможность запертым внутри стен города жителям самим решить собственную судьбу.

– Вперед, мои верные воительницы! За наших гордых и смелых сестер, не дождавшихся помощи на западе, за преданных и угнанных в рабство воительниц, разбитых на востоке, за Ламелим, за наше светлое будущее! – Верхом на стальном коне с огромным длинным кавалерийским копьем наперевес, вела своих воительниц в бой Катарина. Забывшая что такое сражаться с людьми Зоря, так же старалась поспевать за своей более молодой соратницей. Старые раны, давая знать о себе, откликались в каждом движении, но боль – не то, что могло остановить одну из последних уцелевших имперских змей.

– Наше Солнце восходит дважды! – Мощным ударом клинка срубая штандарт нового Черного легиона, с довольным, залитым кровью лицом, вскинула меч к небесам Лайда, тем самым отпраздновав победу возле последнего оплота врага, самой укрепленной и непреступной крепости всей империи, а может, и континента, ламелимского дворца.