Читать книгу "Имперская гвардия. Миссия «Гранд-Блю»"

И теперь та маленькая, хрупкая военврач, которую Михаил так долго старался защищать, внезапно обрела величайшее оружие, некогда дарованное самим бессмертным Императором глупому человечеству. Каждый шаг её паровыми испарениями отпечатывался на подрагивающей морской ряби. Каждое движение её бёдер, покачивающейся при ходьбе груди заставляло думать и вспоминать, где и когда Михаил мог видеть подобную грацию.

– Да кто ты, чёрт возьми, такая? – когда растерянная девушка вплотную приблизилась к мужчине, не выдержав, выдал Михаил.

Глава 3

Каждый имперец знал о Великом пламени гранд-блю. Но не каждому хоть раз удавалось лицезреть его вживую.

Искреннее удивление капитана спровоцировало у растерявшегося медика появление панической атаки. Хлопая себя руками по плечам, ногам и животу, девушка пытается сбить холодное пламя. Но то, являясь гранд-энергией, оружием ментального воздействия, не могло погаснуть от физического контакта. Сама того не понимая, Настя случайно выдернула чеку из гранаты, и теперь капитану вместе с растерянным врачом предстояло вернуть её обратно.

– Успокойся, всё хорошо! – Опираясь на опустевшую трубу гранатомёта, сделал шаг навстречу подопечной Михаил. Ботинок скафандра, ступая на мягкий песок, под воздействием силы тяжести утопает гораздо глубже, чем думал мужчина. Лёгкая боль в ноге сменяется судорогой, смещение цента тяжести приводит к потере равновесия, после чего капитан падает лицом в песок, а напуганная врач, чей мозг, достигнув точки отчаяния, разряжая энергозапасы тела, провоцирует выплеск.

Мощный всплеск энергии поднимает в воздух всю воду вокруг Насти на высоту трёх метров.

«Ща рванёт…» – лицом закапываясь в мягкий песок и закрывая голову руками, испытывая животный страх, в очередной раз попрощался с жизнью Михаил.

Все звуки, окружавшие живой мир, на секунду умолкли, а после всё вокруг резко затрещало. Закричали птицы, заскулили прятавшиеся в кустах звери, заскрипели пальмы и кустарники. Разрезая воздух холодным дыханием, гранд-энергия, попавшая в неумелые руки, разрушает всё на своём пути.

Целую минуту землю трясло, как при бомбардировке. Ещё две Михаил молча, всё так же уткнувшись лицом в землю, лежал и пытался понять, как подобное могло произойти именно с его подопечной.

– Михаил… Миша! – напуганный голос Насти, звучащий со всех сторон, заставил мужчину поднять голову.

Буквально в десяти сантиметрах от его лица из земли на метр в высоту торчало ледяное копьё. Точно такие же сейчас усеивали пляж и мелководье. Обернувшись и поглядев на пейзаж сзади, мужчина нервно сглотнул. На месте субтропического леса, по окружности, приблизительно километр в глубину красовалась самая настоящая просека.

Опора капитана тоже пробита копьём и приморожена к земле. Выругавшись, мужчина, волоча ногу, сквозь внутренний страх погружается в созданный силой гранд-блю ледяной туман. Жаркая температура внезапно сменяется аномально низкой. За секунды пот на руках капитана превращается в лёд, а то тёплое море, о котором ещё недавно рассказывала медик, внезапно становится до жути холодным.

– Настя, иди по памяти к берегу, это не простой туман, а гранд-защита, иллюзорное облако. Оно искажает направление звука и частично блокирует человеческое восприятие! Двигайся туда, к пляжу, где мельче… – руками разгребая встречающиеся на пути льдины, взволнованно командует мужчина.

– Хорошо, так и сделаю… – вновь донёсся звонкий голос, отразившийся эхом с каждой из сторон света.

«Малышка сильна. И станет сильнее, если я определю остаточный цвет пробудившейся энергии». Активировав сканер на браслете, Михаил принимается считывать след гранд-отблеска, появляющийся лишь при церемонии передачи Божественной силы. Обычно подобным анализом занимались специально подготовленные священнослужители, владеющие необходимым инструментом. Но за неимением подобного капитан планировал определить след, опираясь только на личный опыт и систему распознавания «свой-чужой». Ведь каждый гвардеец Империи так или иначе относился к определённому боевому отряду, помеченному индивидуальной адмиральской гранд-меткой, имевшей стихийный цвет и отблеск.

«Лёд – это, конечно, хорошо, но и знание о других своих предрасположенностях к силе тоже не помешает».

Солёная вода медленно разъедала гель-кожу. Каждый шаг отдавался всё большей и большей болью. Сканер сбоил, цепляясь за сотни разных оттенков, датчик судорожно выкидывал десятки тысяч наименований подразделений, о присутствии которых в этой системе не могло идти и речи.

– Чертовщина какая-то… – Перезапуск системы ничего не дал. Ещё немного поработав, сканер предсмертно моргнул и помер.

– Капитан, я на берегу, с вами всё в порядке?! – в голосе Насти прибавилось тревоги.

Не видя смысла дальше бродить в солёной воде, мужчина, разочарованно вздохнув, ответил:

– Уже выхожу.

Огненно-красное светило, окрасив небо в багряные цвета, постепенно пряталось за горизонтом. Прохладный морской бриз, касаясь оголённых участков кожи, ласково обтекал облегающий костюм Анастасии. Растрёпанные длинные волосы девушки блистали на фоне угасающего заката. Сконцентрированные на работе глаза как никогда ранее приковывали к себе внимание.

Энергоскальпель и медицинский сканер в руках девушки, осторожно подрезая не прижившиеся части искусственной кожи, проверял волокна на наличие гнили или заражения.

– Капитан, что-то не так с моим лицом? – Столь пристальный взгляд командира смутил врача, заставил руку дрогнуть, и та, чуть задев целые волокна, отвлеклась от операции.

– Как там система охраны?

– Вы же сами её проверили, забыли? – Стянув с кисти медицинскую перчатку, приложила ладонь ко лбу командира девушка.

«У тебя ведь есть сканер…» – подумал мужчина и непривычно для себя потупил взгляд.

Немая пауза повисла между командиром и его подчинённой. Красота дикой, необузданной природы, окружавшей пару, пробуждала первобытное человеческое естество. А то, что Империя вместе с гвардией и всеми правилами находились в тысячах световых лет от этого места, прямо говорило – о произошедшем здесь и сейчас никто никогда не узнает.

– Миша, мне так жаль… Я должна была выполнить твой приказ, забрать Никиту, сделать так, как ты хотел… – чувствуя слабость мужчины, в очередной раз решила вскрыть старый гнойник Настя.

– Я знаю. Тебе не за что извиняться. – Рука капитана, приобнимая, легла девушке на талию.

– И эта сила… Клянусь, я никогда не имела дела ни с имперскими храмовниками, ни тем более с имперской семьёй. Я ведь всего-навсего третья, самая младшая и непутёвая дочь. Из четырёх копий меня Император не мог выбрать самую младшую, бестолковую и, и… – Задыхаясь в растерянности, надеясь на сожаление, прижалась грудью к мужчине врач.

– Ты не права. Таких, как ты, всего одна на всю вселенную… – Взгляды усталых, растерянных и измученных от происходящего глаз пересеклись. Впервые с момента поступления Настя была так близка к губам мужчины, которым восхищалась чуть ли не с самого своего рождения. Её личный герой-защитник, её принц, её кавалер, её мечта…

Движением бёдер девушка цепляет раненую ногу. Внезапный порыв ярости и страсти, проступивший на каменном лице Михаила, сменяется гримасой боли. Ойкнув, Настя приподнимает свою упругую попу, пытаясь высвободиться из ослабевшего объятия капитана. Если бы она действительно хотела, то с лёгкостью бы выбралась, но вместо этого, как бы невзначай оступившись, завалила того на спину, оказавшись в позиции сверху.

Внезапная даже для самой девушки победоносная улыбка раскрывает мужчине коварный замысел его подопечной, и тот не против осуществить его.

«Опасность, опасность, вторжение, вторжение!»

Голосовой помощник выводит красные точки на тактические браслеты парочки. Четверо целей движутся со скоростью пятидесяти километров в час прямиком к ним. Оценив время прибытия и возможный уровень опасности, создаваемой численным перевесом неизвестных, Михаил запускает в воздух несколько дронов поддержки, а следом достаёт из защитного футляра заранее доставленную Настей на берег штурмовую винтовку классификации Таран.

Пусть та и не отличалась особой бронебойностью, да и отдача от неё неподготовленному человеку способна сломать ключицу, но зато при точном попадании можно было оглушить даже бронированного варгара.

Подняв стальной заслон с пола, Михаил устанавливает упор, в спешке отправляя Настю на торчащую из воды спасательную капсулу.

– Прикрывай меня по флангам, если потребуется, баррикадируй вход в капсулу и не вылазь! – без лишнего волнения, будучи готовым в любой момент жизнь свою положить за товарища, отдаёт приказ капитан.

– Есть прикрывать по флангам! – имея свой план и не собираясь позволять Михаилу умирать одному, ответила военврач.

Боевые дроны берут первые четыре цели под прицел. Когда между капитаном и незнакомцами дистанция сокращается до трёх километров, на браслете мужчины появляется чёткая картинка.

Их незваные гости: трое взрослых мужчин и женщина, облачённые в стальные защитные скафандры. Странный тип брони, и использование в качестве средства передвижения живых организмов, именуемых лошадьми, заставляет ветерана напрячься.

В Империи лошади являются одними из немногих видов животных, отличающихся своей миролюбивостью и покладистостью. Некоторые коллекционеры, с коими мужчине доводилось общаться, даже говорили, что ранее, в древности, их предки повсеместно использовали данных животных, как вид повседневного транспорта, но… До сего дня Михаил не верил в это: как «допотопное человечество» могло использовать для повсеместных нужд редкий, а самое главное дорогостоящий коллекционный организм, сопоставимый по ценности со стоимостью межгалактического челнока.

– ИИ, анализ брони цели, поиск слабых мест, первый заряд Тарана на сто процентов, – вскинув винтовку и прицелившись, отдал команду системе мужчина.

Возникший на сетчатке голографический прицел, приближая цель, начинает быструю обработку данных скачущего впереди противника.

Голову того укрывает странный решётчатый шлем с узкими прорезями, чуть ниже такой же цельнометаллический фрак. Руки, ноги, всё у данного воина в неизвестном виде стали. Доли секунды, система обрисовывает всё тело неизвестного зелёным, говоря тем самым, что, куда бы ни стрелял Михаил, вероятность смертельного поражения объекта стопроцентная.

«Не может быть, он ведь с ног до головы в броне, да ещё и на столь дорогом существе!» – нервно сжав зубы, поудобнее перехватив приклад, капитан переводит прицел на следующего, точно такого же воина. Вновь всё зелёное. То же самое и с третьим.

– Проклятье… – вырывается нервное из уст Михаила, провоцируя Настю на моментальный выход в эфир.

– Что там, командир?

– Походу датчики анализа вновь вышли из строя. Впереди вижу четырёх наездников, под ними с вероятностью сто процентов самые настоящие лошади, а сами они закованы в броню, которой я до сего дня даже не видел. Система предполагает пробитие с первого выстрела, но мне что-то не верится…

– Лошади? Настоящие? – Мечтой всей жизни отца Насти была покупка жеребца, чья родословная происходила с самой Земли. На то время её отец являлся состоятельным человеком и мог позволить себе многое. Но в аукционе, где разыгрывался питомец, даже при условии продажи всего своего имущества, титула и бизнеса не смог бы получить и четверти от нужной суммы. – Командир, поддерживаю вашу теорию, должно быть, это сбой программы. Возможно, броня класса Катафракт?

– Я тоже так думаю. В любом случае открывать огонь первыми не будем. Ждём, когда подойдут поближе и объявят цель своего визита… Чёрт, не думал, что в таком захолустье может оказаться резиденция какого-нибудь аристократа…

– Принято, беру под прицел самую незащищённую цель: женщину.

– Принято. – Тяжело вздохнув, Михаил убирает палец с курка. У его врага нет оружия дальнего боя, а значит, тот уверен в своей броне настолько, что готов к рукопашной схватке. Именно катафрактовая, лёгкая и мобильная броня, усиливающая своего носителя, подходила для этого как нельзя лучше.

«С моими ранами я едва смогу уложить одного…» – проверив плазмаклинок, спрятанный в своём браслете, кладёт в карман гранату капитан, а после, набрав на той код активации, останавливает палец на кнопке обратного отсчёта.

Внезапно на горизонте радара появляется ещё пять объектов. Затем ещё, ещё и ещё. Так до тех пор, пока целей не становится больше трёх десятков.

– Подкрепление? – Видя на радаре то же самое, что и капитан, так же в карман помещает гранату Настя.

Михаил не отвечает. Ждёт, когда цели приблизятся. Оглядывает их в прицел.

– Да быть этого не может… Откуда здесь такие богатства?.. – Тридцать лошадей, тридцать бойцов, закованных в неизвестную броню с тем лишь отличием, что за плечами тридцатки красные стяги, а за первыми синие. – Настя, здесь что-то не так. Держи гостей на прицеле, я перезапущу сканер. Таким числом катафрактов владеет разве что гвардейский имперский корпус, но модель той защиты мне известна, это же нечто иное…

Датчики на глазах и руках Михаила отключаются, а после всплывшей в левом глазу стеной из текста начинают перезагрузку.

– Катафракт, тривий, свол, блюфит, варсталь, варгхин, нимфин… Нихрена… Составляющая брони неизвестна… – проговаривает в эфир мужчина, а после, выругавшись, переключает своё внимание на вражеское оружие.

И тут система, выуживая информацию из дальних уголков своей памяти, произносит: «Оружие: полуторный меч. Материал: древесина, сталь…»

– Сталь? – в один голос произносят оба имперца.

Данный сплав считался тяжёлым, непрактичным и никогда не использовался Империей для отлива оружия. Высокие и низкие температуры превращали его в хрупкий или эластичный материал, что делало его бесполезным в боестолкновении с использованием передовых технологий. Потолком использования «обычной стали» являлось судостроительство и аграрно-техническая промышленность. Никак не военпром…

Отключив системный анализ, Михаил берётся изучать приближающиеся объекты на глаз. Из-под казавшейся катафрактовой брони на воротнике виднеется подложка из грубой кожи, схожая с перчатками и ремнём. А обувь…

– Настя, чё за херня на ногах у спутницы из первой группы?

По приказу переместив прицел на ноги, девушка несдержанно прыснула:

– Т-туфли… Кажется, эта воинственная дура вместо боевых сапог надела парадные туфли…

«А может, и не дура… Парламентёр?» – подумал мужчина, а затем, вскинув винтовку, попытался осмотреть двигавшуюся позади тридцатку, но из-за приблизившихся чуть ли не в упор воинов с синими плащами сделать это оказалось невозможным.

– Настя, проверь тридцатку, ищи похожих людей, без брони, в странных одеяниях, схожих с теми, что носит имперская аристократия.

– Принято… – Бегло пробежавшись по каждому, девушка даёт отрицательный ответ. Похожих на парламентёршу среди красных плащей нет.

Отдав спутнице команду не стрелять, мужчина выстраивает защитные дроны, а затем, с их помощью создав невидимую шокерную сеть, без дольки страха и сомнения в полный рост выходит навстречу к несущимся в его сторону кавалеристам.

Первая лошадь, попав в границы, внезапно для визитёров вздрагивает и уже через секунду, потеряв сознание, падает на землю вместе со своим отключившимся наездником. В ужасе от происходящего, воины в синих плащах, грудью встав между Михаилом и парламентёршей, обнажают мечи, громко кричат что-то на своём непонятном, варварском языке.

То, как просто один из них попал в ловушку, да ещё с лёгкостью отключился, вызывает на лице Михаила лишь откровенную неприязнь к прошлому себе. «И вот этого вот я испугался?» Желая выдать себе сотню нарядов вне очереди, тот, вскинув своё оружие на плечо, опускает уровень заряда винтовки до одной десятой процента, а после, создавая громкий хлопок, стреляет в воздух.

Лошади дикарей, испугавшись шума, едва не сбрасывают своих наездников. Всё чаще оглядываясь, незнакомцы при общении между собой переходят на крики, чем ещё сильнее раздражают Михаила, пытающегося заставить свой наруч начать переводить местную тарабарщину…

– Конченная система… – вытянув полусогнутый кулак вперёд, злобно выдаёт капитан, и незнакомцы тут же умолкают. Женщина, до этого тихо прятавшаяся за спинами закованных в сталь солдат, мигом спрыгнув со своего коня, падает на колени, повторяет жест Михаила, и так же начинает лепетать что-то на своём нерусском.

– Настя, у тебя переводчик работает? – глядя на обнажившую клинки, приближающуюся толпу красных плащей, спросил у помощницы Михаил, получив в ответ очередной смешок и тихое «так точно». – И что она в общем говорит? – От смеха военврача глаз капитана начал дёргаться, мужчине показалась, что смеются именно над ним.

– В общем она назвала вас Богом и повелителем грома, себя вашей верной слугой, а этих мужиков, бегущих к нам, плохими парнями-язычниками, желающими уничтожить мир богов и подчинить себе всех смертных.

– Богов много, но все они служат одному, Единому, прародителю Богу Императору. И тем, кто не верует в него, нет прощения… – с максимальным почтением в голосе, источая злобу, произнёс Михаил.

– Какие ваши дальнейшие указания? – ощутив, что аборигены, сами того не подозревая, тыкнули палкой в болезненное место капитана, тяжело вздохнув, спросила Настя.

– Они назвали меня Богом грома? Что ж, как истинные гвардейцы, во славу нашего Бога немного подыграем гостям, а после заставим их служить Императору… – Сняв таймер с гранаты, отозвал дронов и вскинул винтовку на грудь Миша.

Глава 4

Приказав врачу держать синих на прицеле, Михаил жестом головы просит их забрать товарища и убраться с линии огня.

Доля секунды на прицеливание, ещё столько же на раздумья о том, в кого стрелять: дорогого скакуна или простейших существ. Похожая на хуманс форма жизни, не так давно казавшаяся угрожающей, теперь просто смехотворна. Цели Михаила – словно приближающиеся мишени, которые даже и не думают уклоняться.

– Б**ть, Настя, вышли им наше последнее русское предложение. Если не остановятся, придётся стрелять.

– Так точно, капитан. – Загрузив на дрона программу-переводчик, а также требование остановиться, девушка для убеждения подвешивает на него осколочную гранату. «Если и так не поймут, то тут уж ничего не поделаешь, командир» – разделяя с Михаилом миротворческие порывы совести, выдёргивая чеку, рассуждает Анастасия.

Быстрый механический помощник, сорвавшись с плеча девушки, за пару минут оказался над головами спешившейся толпы. Проанализировав речь прибывшей четвёрки, программа выдаёт предупреждение, чётко обрисовывая последствия в случае отказа от первостепенных целей.

В ответ в сторону зависшего в воздухе дрона летят стрелы… И внезапно пламя гранд-фрэй…

– Командир, боюсь, враг не так прост. Перевожу картинку на ваш наруч, – отчитывается девушка, вбивая нужную команду в систему.

Мужчина преклонного возраста, седой, в броне и с древесным посохом, пропитанным эссенцией, используя божественное пламя гранд-фрэй, пытается сбить их дрона. Атаки его слабые, медленные и почти не несут в себе опасности, но факт того, что у старика сила имперской семьи, этого не отменяет.

«Может, красные на самом деле нам не враги?» – задумался Михаил, а после немедленно велел своей помощнице спросить у парламентёрши, умеет ли та сама пользоваться пламенем гранд-блю или любой другой силой.

Время шло, дрон всё так же уклонялся, ожидая команды, а незнакомцы подходили ближе и ближе.

– Может, – вместо сотни слов коротко ответила Настя.

– Тогда ладно. Сбрасывай гранату и возвращай птичку. – На всякий пожарный повысив мощность выстрела до пятидесяти процентов, первым взял на мушку старика Михаил, а после нажал на курок.

Заряд разогнанных частиц со зловещим грохотом вылетел в сторону противника, подняв за собой столб пыли. Ещё до подлёта к земле гранаты от красного гранд-мастера пламени фрэй осталась лишь пара ног, кровавая туша и копыта лошади. Двигавшиеся впереди наездники, сначала оглянувшись, а после и вовсе придержав коней, растерянно закрутили головами, и в этот момент на высоте метра взорвалась граната. Осколки имперской противопехотной РГД, прошивая примитивную броню насквозь, сеют в первых рядах панику, вслед за которой поднимаются крики раненых и предсмертные стоны умирающих.

– Отлично, это немного остудит их горячие головы. – Оглядывая одного из раненых врагов, брошенных его же товарищами, закинул винтовку себе за спину Михаил.

– Командир, вы куда? – переведя взгляд с попадавших со своих коней после выстрела синих на него, спросила Настя.

– За языком. Допросим кого-нибудь, узнаем, кто они и кто наши новые друзья, а после решим, на чьей будем стороне.

– Думаете, синие могут быть не теми, за кого себя выдают?

– Возможно… Сейчас и узнаем, – отвечает мужчина, а затем, вспомнив о гостях, обращается к четвёрке: – А вы никуда не уходите…

Говорил тот по-русски, но дрожащие от страха, держащиеся обеими руками за свои стальные шлемы мужчины поняли всё и с первого раза.

«Люблю понятливых», – улыбнувшись такой же напуганной барышне, сжимавшей голову между собственных колен, проговорил про себя капитан.

Рыхлый песок вперемешку с зеленью проваливается под тяжёлыми ботинками Михаила. Двигаясь медленно, держа одну руку на кинжале, а вторую на штатном пистолете, он осторожно оглядывает искалеченные куски вражеской отлетевшей брони, оружия и тел. Очень странные, с одной стороны, похожие на человеческие, с другой, имеющие некие странные, до боли знакомые пятна на коже лица и шеи. Подсев возле одного из покойников, капитан пальцем приоткрывает веко и тут же как ошпаренный, забыв о ранении в ногу, гуськом пятится назад.

Предположив худшее, Михаил пытается пальцами нащупать кнопку поднятия стекла. Но её нет. Шлем с большим числом других вещей остался на пляже.

– Настя, сейчас же подними стекло и включи фильтрацию воздуха. Возможно, враг инфицирован…

– Стойте, тогда и вы… Я сейчас принесу маску!

– Нет, дура, оставайся на месте! Это приказ. Я чувствую смрад, исходящий от их тел, и если эта зараза передаётся воздушным путём, то, скорее всего, уже инфицирован. – Девушка молчит. Обернувшись, Михаил видит, как та, оставив свою позицию, со всех ног несётся к нему с запасным шлемом. «Глупый ребёнок», – визуально выражая недовольство, внутри радуется, что ещё нужен кому-то в этом мире, Михаил.

Дождавшись своей спутницы, капитан с ходу получает в шею шприц антибиотика, а после позволяет врачу надеть на него шлем.

– Займитесь раненым, а я проверю ваши догадки по поводу инфекции. – Толкая капитана вперёд, приступает к работе врач.

Подойдя к приваленному лошадью, Михаил подзывая дрона-переводчика, задаёт показывающему зубы существу вопрос:

– Кто ты, что ты, зачем напал на нас? – Казавшаяся изначально человеком тварь, обронив свою маску в виде стального шлема, перестала напоминать вид хумансов. Подбородок человеческий, но зубы, которыми тот скалился, совершенно разные, несвойственные роду людскому. Снизу белые, а сверху потускневшие, деформировавшиеся в звериные… Всё больше в голове Михаила преобладала теория о некоем химическом оружии, менявшем человеческую суть. Подобные грязные штучки как раз были в стиле конфедерации, республиканцев и прочих, выступавших единым фронтом против Империи и Бога Императора.

Повторив свой вопрос и продублировав его ещё на семидесяти схожих диалектах, Михаил, кроме вражеских попыток оцарапать его или ударить кулаком, так ничего и не получил. Поднявшись, мужчина медленно прошёлся по округе. Львиная доля врагов была мертва, но оставались и те, к кому требовалось проявить «милосердие».

Частично люди, частично звери, с разорванными животами они с ненавистью, не чувствуя боли, ползли к капитану, сжимая в руках своё оружие.

– Да что происходит на этой планете?..

За парой выстрелов из пистолета последовало обращение от Насти:

– Командир, вам нужно на это взглянуть.

Военврачи в рядах Империи всегда отличались любознательностью и суровостью. Порой даже в гуще сражения, когда боец умирал по неизвестной причине, многие из них не чурались возможности провести вскрытие и анализ прямо на поле боя. И этот случай оказался не исключением.

За каких-то двадцать минут Настя вскрыла тело убитого, показала Михаилу места входа и выхода осколков гранат, а затем, удивившись не меньше самого капитана, заключила:

– Сердца этих людей перестали биться задолго до того, как их поразили осколки.

Вертя в руках почерневший главный человеческий орган, врач скальпелем указала на неизвестного происхождения наросты и опухали, нити от которых паутиной распространялись по всему человеческому телу. Всё от мозга и до кончиков пальцев имело инородное чёрное вещество, прозванное Настей контролирующим разум паразитом.

– Как это вообще возможно? – глядя на подгнившую дыру в сердце, которую щипцами для изучения раздвинула врач, спросил капитан.

– Понятия не имею… Может, если осмотрю других, что-то смогу узнать.

– Постарайся, Настя. Если случится такое, что враг научится поднимать с земли наших мёртвых товарищей и направлять против нас же…

Договаривать Михаилу не пришлось. Анастасия прекрасно понимала всю важность изучения данного вопроса. Точно так же, как и опасность, исходившую от той информации, которой им ещё предстояло завладеть.

Увлечённый осмотром тел, видами их ранений и тем, как яростно последний из живых пытался вступить в бой, Михаил не понимал, как при такой свирепости одни могли убежать, а другие, не считаясь с болью и желанием жить, продолжали стремиться к смерти?

Попытка связать руки пленнику привела к тому, что тот, выворачивая суставы на запястьях, локтях и плечах, начал яростно, до крови из носа и глаз стучать зубами в безуспешных попытках укусить.

– Присутствие химического или биологического оружия в крови экспресс-тест не подтвердил. Либо это новый штамп из заповедника, выведенный нашим врагом, либо попросту не вирус.

– Паразит… – повторяя слова дока, глядя на живого мертвеца, произнёс Михаил. – Настя, можешь проверить этого?

– То есть вскрыть? Живого? – по-своему поняла вопрос капитана девушка, и тот одобряюще кивнул.

– Смотри… – Испытывая свою теорию, капитан вытаскивает нож, а после проводит им по самым болезненным на лице местам, пытаясь заставить существо испытывать что-то другое, кроме ярости. Эффект ожидаемый – враг полностью игнорирует ущерб.

Резать ещё живое, похожее на хуманс существо Насте не приходилось. Но что поделать? Слова капитана, даже сказанные в такой мягкой форме, для неё куда важнее любого закона.

– Раз плюнуть, кеп. Подержи болванчика, проверим, такой ли он стойкий к боли, каким хочет казаться…

С каждым часом пребывания на этой планете Михаил всё больше убеждался в необычности заповедной зоны. Сначала пробуждение пламени гранд-блю у его подручной, после огромное число дорогостоящих лошадей, одну из которых тот по случайности пристрелил. Потом ещё и старый гранд-мастер, каким-то хреном умудрившийся завладеть тайной силой и искусством, благо его уже ликвидировали. Теперь ещё и эти некрониксы, как…

– Точно, некронамикон Марганы, пятая гранд-энергия из тысячи запретных ступеней… – Вспомнив одну из битв против повстанцев, хлопнул себя по лицу ладонью мужчина.

– Вы что-то вспомнили? – отвлёкшись от вскрытия, спросила Настя.

– Да, дело было на Пангее. Произошло всё после смерти единственного сына гранд-адмирала Марганы. В тот день она получила письмо от Императора, в котором наш господин отказал ей в воскрешении любимого отпрыска, ссылаясь на его ненадёжность и связи с республиканцами.

– И? – желая услышать продолжение, в котором описывается связь с текущим состоянием подопытного, спросила врач.

– И в тот же день после отказа вспыхнул мятеж. Мы несколько раз брали стены крепости Марганы, но её войны, отличавшиеся нечеловеческой силой и свирепостью, трижды вступая с нами в ближний бой, дважды удачно сбрасывали наших штурмовиков со стен. – Решив, что девушку интересует именно битва за Пангею, ответил Михаил. А затем, видя разочарование на прекрасном личике, попытался реабилитироваться: – Некронамикон Марганы – это сила гранд-энергии, связывающая гранд-магистра и его жертву. При достижении определённых условий, к примеру, смертельного ранения, жертва впадает в неконтролируемое безумие, стремясь уничтожить своего врага. Однако для подобного в непосредственной близости должен находиться владеющий гранд-энергией человек, который по званию не ниже магистра. Здесь же таких я не чувствую, а появись они, приток силы мы обнаружили бы и за тысячи километров. При всём желании ни одному гранд-магистру не удастся скрыть силу от наших рабочих сканеров…

– Но тогда как объяснить вот это? – указывая рукой на существо со вскрытой грудиной, что ещё продолжало клацать зубами, спросила Настя.

– Не знаю, ты же тут доктор, – пожав плечами, ответил Михаил.

– Вот именно: доктор, а не ***чий волшебник, – не понимая, как может продолжать биться столь разложившееся внутри тела сердце, тяжело вздохнув, отозвалась девушка.

– Может, наших гостей спросим? Знай своего врага и прочее? Они ж должны знать, с кем сражаются и что те из себя представляют? – очередной вопрос капитана вызвал у медика нервную ухмылку.

– С вероятностью в девяносто пять процентов я из покойников информации вытяну больше, чем из тех четырёх доходяг. Кстати о покойниках, капитан, надеюсь вы уже подумали о том, как мы будем оправдываться за уничтожение целого семейства редких индивидов? Их тут…

Одной кистью сквозь боль капитан прикрывает Насте рот, второй пальцами затыкает микрофон на костюме.

– Редкие виды? Какие виды? Это ж не они совсем… – желая умолчать о произошедшем в еженедельном отчёте, сохраняющемся внутри костюма, стиснув зубы, прошипел Михаил.

Зафиксировав на плёнку тело и внутренности пленного, врач обречённо развела руками. Данное существо, прибывающее в таком виде, невозможно было допросить, не имело смысла пытать и не представлялось возможным использовать в дальнейшем. Даже применение некоторых сильнодействующих наркотиков, обезболивающих и транквилизаторов не принесло плодов. Спасти этого «клиента» могла только очень сложная операция по созданию сердца, а также одновременной ликвидации всех меридиан существа-паразита, ядра которого девушка найти так и не смогла.

Получив ещё пяток загадок, покончив с пленником, Михаил вместе с Настей вернулся к поуспокоившейся четверке «рыцарей». Именно так их окрестила девушка, сопоставившая внешний вид и рассказы из старинных детских сказок, хранившихся на полках их личной домашней библиотеки.

Гости выглядели очень напуганными. Когда Михаил, желая допросить их, в привычной грубой форме обронил пару слов, а после для придания грозности своему виду снял винтовку с плеча, парочка вояк, побросав свои шлемы, едва ли не принялась целовать тому пыльные ботинки. «Смилуйтесь, Боже, пощады, пощады вашим верным слугам…» – откровенно глумясь и в открытую смеясь с происходящего, переводила Настя, чем сильно нервировала Михаила.