Читать книгу "Сокровище в пелёнках"

Интересно, далеко ли мы оказались от той деревеньки, что находилась рядом с магической академией? Хотя, о чём это я? Судя по тому, что в том месте на деревьях уже зрели плоды, а в этом сад только цветёт – очень далеко. Всё-таки бабуля правильно сделала, что переправила нас сюда: чем дальше, тем больше шансов, что нас не найдут и мы, наконец, заживём спокойно и счастливо.

Где-то за домом шумел город – слышались крики торговцев, стук колёс по мостовой… здесь же пели соловьи и гудели пчёлы – маленький райский уголок посреди шумного городского океана, и теперь он мой.

Забыв о времени, я гуляла по цветущему саду, вдыхая ароматы весны и баюкая мою малышку, заснувшую вскоре крепким сном. Любуясь маленьким личиком с курносым носиком и губками бантиком, я не могла нарадоваться. Душа буквально пела, а сердце замирало в груди от каждого вздоха, от каждого непроизвольного движения крохи во сне. Моя жизнь с её появлением изменилась на сто восемьдесят градусов, и какие бы трудностей не ждали нас впереди, ради неё я готова справиться со всеми.

В желудке призывно заурчало, пришлось отнести малышку в детскую и уложить в колыбельку, а самой подумать о хлебе насущном. На кухне из съестного была одна вода, зато в той же кладовке обнаружился при уборке небольшой холщёвый мешочек с золотыми монетками, припрятанный кем-то на чёрный день. В шкафу нашлось припылённое старенькое платье, которое я и надела по настоянию старушки, после хорошей магической чистки, разумеется, которую та провела лично, поскольку категорически запретила мне выходить в город в своей одежде.

– Старайся быть неприметной, не обращай на себя внимания, – напутствовала она, провожая меня на рынок, – в разговоры пока не вступай, ни с кем не откровенничай, найдёшь торговые ряды ниже по улице, купишь необходимое и сразу же домой. За малышкой я пригляжу, но не забывай, что покормить её можешь только ты, так что не задерживайся.

Прихватив плетёную корзинку для продуктов, я вышла через главный вход на улицу, впервые увидев дом с этой стороны. Маленький кирпичный особняк крытый красной черепицей спрятался за пышными кустами разросшихся роз, затерявшись на фоне остальных более солидных строений, которых иногда было не отличить от замков средних размеров. Пышные палисадники обрамляли дорогие фасады, местами украшенные барельефами и коваными балкончиками, а высокие заборы скрывали за собой быт моих новых соседей. Однако это не помешало кое-кому увидеть выходящую из калитки меня.

– Кто вы такая, душенька? Как вы здесь оказались? – спросила дородная дама солидного возраста, похожая из-за обилия рюш и атласных цветов, украшающих её дорогое платье, на клумбу, такую же роскошную, как и та, что благоухала рядом с её домом. – В городском совете нам говорили, что у этого строения нет хозяев, последние записи, касательно этого дома, сделаны много десятилетий назад, но сильная магическая защита, сделанная на крови, не позволяла его продать более достойным людям.

– Теперь у него есть хозяйка и она перед вами, – сухо ответила я, – хорошего дня, уважаемая.

Женщина говорила что-то ещё, кажется, требовала представить ей документы, подтверждающие моё право проживания в этом месте. Но я, чётко следуя наставлениям родственницы, поспешила уйти, не собираясь вступать в полемику с любопытной соседкой, скучающей от безделья, для которой моё появление – это всего лишь средство развеять скуку, поэтому-то она и вцепилась в меня, как собака в свежую сахарную косточку.

Если утром у меня и возникали вопросы по поводу того, почему бабуня сразу не предложила переселиться в это место, более комфортное для проживания с ребёнком, то после подобной встречи они тут же испарились, помахав на прощание хвостиком. А ведь это была только первая ласточка, предвещавшая грозу. Что будет, когда подтянуться остальные? А они подтянутся, сомневаться не приходилось, ведь не зря же кто-то надеялся приобрести наш родовой дом.

Интересно, это связано с тем, что он находится в солидном районе, или с нашей легендарной родовой силой? О которой некоторые личности, такие как мой бывший жених и его подружка, знают гораздо больше меня самой.

От разговора с соседкой хорошего настроения поубавилось, и теперь каждый косой взгляд, брошенный встречными прохожими в мою сторону, воспринимался как новая угроза. Но, несмотря на это, я шла по улице с высоко поднятой головой, отвечая на редкие приветствия с милой улыбкой.

Пройдя вниз по улице, вышла к развилке, и, ориентируясь на крики зазывал, свернула направо. Несмотря на то, что мир для меня был новым, всё, что связано с бытом, мало чем отличалось от того, к чему я привыкла дома, за исключением таких мелочей как, например, холодильный ларь работающий от какого-то магического камня. Хотя, чем этот камень отличается от нашей батарейки? По сути – ничем, так что даже к этому можно быстро привыкнуть.

А вот к чему мне придётся привыкать долго, так это к одежде, поскольку ни одной дамы в брюках, которые были моей излюбленной деталью гардероба, я по пути не встретила. Платья, платья, платья… изредка блузки и юбки, но всё длинное и пышное, что мне не нравилось категорически.

Размышляя о превратностях судьбы, я остановилась перед лотком мясника и все посторонние мысли тут же улетучились, уступая место холодному практичному разуму, просчитывающему необходимое количество вырезки для котлет или отбивных, при одной только мысли о которых во рту образовалась слюна, а желудок обиженно забурчал, напоминая о том, что я уже который час нагло игнорирую потребности собственного организма.

Поторговалась я со здоровенным дяденькой-мясником всласть, но цену от начальной стоимости сбавила прилично. Несмотря на это, сделкой мы остались довольны оба. Я – качеством продукта и звонкой монетой, оставшейся от покупки в кармане, а дядечка тем, что избавился от головной боли.

Причём это получилось так естественно, что я и сама не поняла как перешла на то самое внутреннее магическое зрение, о котором мне часто твердит бабуля, почувствовав горчинку во рту – первый признак проблемы у кого-то из находящихся поблизости людей. Увидев потемнение в лобной части, спросила разрешение, заявив, что могу помочь, и, приложив руку, направила свою силу в нужную точку, всем сердцем пожелав, чтобы это потемнение исчезло, а вместе с ним и боль, терзающая здоровяка.

Мужчина, похоже, так намаялся, что готов был на всё, даже на эксперимент сумасбродной девицы, но результат того стоил. Правда, потом всю дорогу, пока шла обратно, я корила себя за то, что решилась на подобное. Ну, а как иначе? Что если бы у меня не получилось? Или того хуже – получилось, но совсем не то, на что рассчитывала. Я же не врач, в конце концов, а на одном желании далеко не уедешь, без соответствующих знаний. В общем, домой я добралась, как говорится, на автомате, чудом свернув на развилке в нужном направлении, а дальше заблудиться и так было практически невозможно: всё время прямо, до самого дома. Хорошо ещё, что из-за своих переживаний не забыла купить овощи, молоко и крупу, а то бы пришлось возвращаться на рынок, чего бы мне очень не хотелось делать сегодня.

Глава 7

Раскаты грома застали меня возле самой калитки, а крупные дождевые капли даже пару раз успели хлопнуть по лбу, пока я стремительным шагом топала к крыльцу, пыхтя как сердитый ёжик, из-за тяжёлой корзинки. Удобный маленький автомобиль, на котором я рассекала по дорогам Земли последние пару лет, вспомнился сам собой, вернее, его багажник, который вмещал гораздо больше покупок, но что самое главное – их доставка отнимала у меня намного меньше сил. Эх, жаль его здесь нет. Хотя, нет, не жаль, ведь здесь есть магия, а она покруче любого автомобиля. Вот научусь ею пользоваться, и станет гораздо легче.

Погода испортилась внезапно: ещё недавно на небе сияло солнце, и лицо овевал лёгкий ветерок, сейчас же тёмные облака закрывали горизонт, а порывы ветра рвали с деревьев листву, швыряя её под ноги. Но, может просто это я была такой «внимательной», что не замечала перемен до последнего.

Торопливо захлопнув дверь, прячась от непогоды, я прошла в кухню, чтобы разложить продукты, где меня уже ждали бабуля с громко возмущающейся по поводу моего отсутствия Даришей. Малышка куксилась, морща носик и сжимая маленькие ладошки в кулачки,  лёжа в морщинистых руках старушки, готовая в любую секунду разразиться плачем. Пришлось оставить покупки бабуле, а самой заняться дочкой, тихо радуясь тому, что я не одна, и есть с кем разделить заботы-хлопоты.

– Ну, рассказывай, как всё прошло, – спросила родственница, когда спустя примерно час я вернулась в кухню.

– Относительно нормально, – гремя посудой в поисках подходящей, чтобы приготовить фарш для котлет, ответила я.

– Что-то не нравится мне это твоё «относительно», – проворчала бабуля, ловко выуживая глубокую миску подходящего размера из недр шкафа и всовывая её мне в руки, – давай по порядку.

Пришлось рассказать всё, начиная со встречи с соседкой и заканчивая экспериментом с дяденькой-мясником.

– Ему было так плохо, – мямлила я, пытаясь оправдать свой поступок скорее перед самой собой, чем перед хранительницей, – я это чувствовала буквально физически, что просто не могла уйти, не попытавшись помочь. В общем, головную боль я сняла, правда сама до сих пор не могу понять как именно, поскольку знание анатомии у меня на уровне среднестатистического человека, и в чём была причина на самом деле, я могу лишь догадываться.

– Тебе не нужно знать причину, – ловко очищая лук, пока я крутила фарш на странном приспособлении мало чем напоминающем мясорубку, заявила старушка. – Твоя сила не просто лечит больной орган, как это делает обычный целитель, о чём, кстати, распространяться не стоит, она восстанавливает его на клеточном уровне, по памяти, заложенной в ДНК. Это не просто объяснить словами, но принцип, думаю, ты поняла.

– Поняла, – кивнула, подтверждая.

– Сложность в том, – продолжила бабуля, – что всё в этом мире конечно, и твоя сила тоже. Нужно время для восстановления, не забывай об этом. И чем сложнее случай, тем больше времени потребуется. Поэтому что-то стандартное, такое как – лёгкая форма простуды, головная боль и прочее, можно лечить без использования магии – с помощью настоек из лекарственных трав. Но с этим я тебе помогу, не переживай. Главная наша проблема – это бюрократия. Если в той деревеньке можно было обойтись без разрешения на целительскую деятельность, то здесь нужно получить соответствующие документы и при этом не вызвать подозрений, что ты прежде жила в другом мире.

– Спасибо за помощь, – в порыве благодарности обняла старушку.

– Не за что, детка, – произнесла она, ободряюще похлопав меня по спине, – тем более, если уж совсем начистоту, я это делаю не только для тебя, но и для себя тоже, ведь если не станет рода, то исчезну и я. А жизнь слишком хороша, чтобы сдаваться без боя.

За окном непогода бушевала вовсю, озаряя местность вспышками молний и оглушая жителей окрестных домов раскатами грома. Хорошо, что Дариша спала крепко, иначе мой обед, скорее всего, плавно перешёл бы в ужин.

Котлеты удались на славу, но так как фарша получилось прилично, я разделила его и приготовила ещё одно блюдо – суп с фрикадельками. В итоге все овощи, купленные на рынке, ушли в этот же день, несмотря на то, что я планировала их разделить, чтобы расходовать экономнее. Но когда села за стол, и наконец, впервые за последние дни, действительно наелась досыта, о сожалении забыла напрочь. Единственное упущение – после такого ужина хотелось небольшой десертик с чаем, но сладкого в доме не было.

Ладно, постепенно дойдёт дело и до выпечки, а пока надо тратить найденные деньги с умом, пока не начну зарабатывать свои. Вот тогда можно будет подумать и о сладостях, и о новой одежде, и о всяких мелочах, которые могли бы украсить дом. Не знаю, сколько мы в итоге здесь проживём, но хотелось уюта, хотелось обустроить здесь всё по-своему. Эх, мечты, мечты…

День пролетел незаметно, впрочем, как и вечер. После обеда занялась стиркой, потом вымыла часть окон, поглядывая на беснующуюся за стеклом непогоду, с тоской размышляя по поводу того, что часть урожая фруктов будет потеряна. А ведь у меня на него уже были планы – пастила, повидло, яблочные пироги… Пусть урожай созреет нескоро, но я уже продумывала наперёд, как без потерь пережить зиму, просчитывая варианты заготовок, возможных покупок и прочего. Но раскисать тоже не стоит, может, что-то да и вызреет. В общем, как любила говорить бабуля: «Поживём – увидим».

Когда на землю спустились сумерки, сил едва хватило, чтобы оценить по достоинству ванную комнату самой, а потом искупать и Даришу. Причём, если я, в полусонном состоянии, просто порадовалась наличию горячей воды, то кроха была в восторге, глядя более осмысленным взглядом на струйки из рассекателя, на яркие огоньки, которые пришлось мне запустить под потолок для освещения, поскольку про свечи я даже не подумала, когда была на рынке. И вообще казалось, что за то короткое время, которое мы вместе, девочка немного окрепла, и это безмерно радовало.

Кстати, позднее, во время кормления, я ещё раз оценила пользу сытного обеда, поскольку молока сегодня было вдоволь, и Дариша наелась достаточно быстро, после чего вновь заснула крепким сном, давая возможность отдохнуть и мне. С одной стороны меня радовало то, что она спит и кушает, кушает и спит, разбавляя эти два важных дела небольшими перерывами бодрствования, но с другой… Где бессонные ночи о которых твердили в чатах мамочки? Где вопли и истерики? Но может это в том мире дети плохо спят, а в этом…

С такими мыслями и заснула, чтобы вскоре проснуться в холодном поту из-за невероятно реалистичного сна, в котором зеленоглазый преследователь выпытывал у меня наше местонахождение, задавая наводящие вопросы о наличие поблизости озёр, рек, гор, видимо подозревая, что название места я могу и не знать. А если бы знала? Что-то мне подсказывало – выложила бы всё без утайки на блюдечке с золотой каёмочкой. А ведь проснувшись, я так и не вспомнила, отвечала что-то или нет. Хотя, стоит ли вообще забивать голову подобными вопросами, если это всего лишь сон?

Не знаю, что меня так встревожило: мало ли, какая чушь может присниться, но оставшуюся часть ночи я настойчиво боролась с дремотой, боясь снова оказаться в царстве Морфея и встретиться там с отцом моей малышки. Правда, вынуждена признать, если бы я увидела его при других обстоятельствах, он бы мне понравился, поскольку внешностью при рождении его не обделили, но сейчас… Эти зелёные глаза, этот мужественный подбородок и чётко очерченные губы, вызывали лишь безотчётный страх, страх потерять самое ценное, что есть в моей жизни – Даришу. Как бы он не был хорош, но мы с ним по разные стороны баррикады. А враг, даже если он писаный красавец, всегда остаётся врагом, от которого нужно держаться подальше.

В итоге утро у меня было вовсе не добрым, поскольку спать хотелось невыносимо. Но, Дариша меня быстро взбодрила, срыгнув вместе с воздухом прямо на одежду часть молока. Пришлось внепланово приводить себя в порядок, ворча на саму себя за то, что не приподняла её сразу же после кормления, как советовала бабуля.

Столько тонкостей, столько нюансов… А сколько забот связанных с ребёнком!

Но все эти заботы-хлопоты забываются, стоит только увидеть на лице крохи беззубую счастливую улыбку, и радость на маленьком личике из-за того, что ты взяла её на руки, поцеловала маленькие щечки, прикоснулась к мягким пушистым волосикам на макушке.

Уложив задремавшую дочку в колыбельку, я присела в кресло неподалёку, решив, что буквально на пять минут прикрою глаза, а потом вновь займусь делами. Это же не считается за полноценный сон, правда? Сейчас же не ночь, в конце концов. И вряд ли за это время мне что-либо успеет присниться, вернее, кто-либо.

Ну, что могу сказать? Зря я так думала! Успел, и ещё как…

Веки тяжелели, а дремота сладко окутывала тело, размывая чёткую грань между сном и реальностью, поэтому, когда в шаге от меня замерцала лёгкая белесая дымка, из которой вышел высокий темноволосый мужчина – моя боль, мой страх и заноза в одном месте, я обречённо вздохнула.

– Всё-таки приснился, ирод зеленоглазый, – пробормотала я, уверенная, что это самый настоящий сон. – Треснуть бы тебя по макушке за то, что из-за твоих преследований приходится мучиться, прыгая с места на место, но ведь всё равно ничего не почувствуешь, – мужчина скривил губы, с грацией хищника подходя ближе, буквально прожигая яростным взглядом.

А меня вдруг прорвало на откровение, сон же всё-таки, так пусть послушает, не облезет, хоть так ему выскажу, что накипело на душе:

– Но, знаешь, как бы я к тебе не относилась, а за Даришу хочу сказать – спасибо, – взгляд сам собой метнулся к резной колыбельке, где спала моя малышка, и мужчина, проследив за ним, сменил направление. – Вы с Дилайной постарались на славу, родив это маленькое чудо, – при этих словах он замер, так и не дойдя до крохи, хотя оставалось сделать всего лишь шаг.

А я продолжала изливать своё горе заплетающимся языком, давящее тяжёлым грузом на плечи, даже не подозревая, какая опасность нависла над моей головой:

– Жаль я не могу иметь своих детей, после той аварии, подстроенной женишком и его любовницей, но малышка мне стала как родная. Я так её люблю… даже подумать страшно, что ты когда-нибудь нас настигнешь и отнимешь её. Что я тогда буду делать? Как жить? Наверное, никак. Слушай, не забирай её, пожалуйста. Уйди из нашей жизни, отступи, дай возможность нам жить счастливо. Чего тебе стоит понаделать себе ещё кучу детей? В общем, не перетрудишься. Любая согласиться… ну, почти. Найдешь себе очередную стервозную красотку, как Ди… вас же, мужиков, привлекают такие. А нас оставь в покое.

Я видела, как взгляд мужчины изменился, став более пристальным, изучающим, даже удивлённым. Он разглядывал меня как какую-то чудную зверушку, хмурясь всё сильнее. А я пыталась проснуться, сбросить оковы дремоты, чтобы, наконец, избавиться от его присутствия. Но, мои попытки привели лишь к тому, что окончательно провалилась в вязкую темноту сна, цепко держащего сознание в своей власти.

То ли слишком сильно устала за последние дни, то ли всему виной был сладковатый запах, взявшийся в комнате неизвестно откуда и дурманящий разум, не знаю, вот только факт оставался фактом – мои пять минут, которые собиралась просидеть с закрытыми глазами, в надежде немного отдохнуть, обернулись в несколько часов глубокого сна, теперь уже без сновидений.

Проснулась я на редкость бодрая и счастливая, помня лишь о том, что мне снова снился Даришкин отец, чтоб ему пусто было, но вместо горечи страха, на губах ощущалась лишь сладость лёгкого поцелуя.

Мда-а, дожилась. Похоже, гормоны взбунтовались не на шутку, раз такое приснилось. И главное с кем! Бр-р-р. Хотя, что я так переживаю? Это всего лишь поцелуй во сне, а реальность, вот она – распеленованная и мокренькая лежит себе в кроватке и гукает, сверкая попкой, терпеливо ожидая, когда же я, наконец, перестану думать о всяких глупостях и займусь своими непосредственными обязанностями.

Вскоре от странного сна в воспоминаниях остались лишь смутные образы, к концу дня растворившиеся без остатка в повседневной суете и заботах.

Бабуля появилась лишь к вечеру, объяснив своё отсутствие тем, что у деда возникли какие-то проблемы, которые в срочном порядке пришлось решать совместными усилиями. Какие именно проблемы – уточнять не стала, лишь вскользь упомянув об академии и скрытых ловушках, ну, ещё о глупом старике, всунувшем свой нос куда не следует. Зато, на столе лежали влажные тряпичные свёртки с различными лекарственными растениями, причём, по словам родственницы, очень редкими.

Прикинув озвученные факты, я пришла к интересному выводу:

– Бабунь, а скажи-ка мне, в той самой академии, где не покладая рук трудит наш седовласый герой, которому понадобилась твоя помощь, есть какая-нибудь оранжерея или ботанический сад?

– Есть, – вздохнула она, покосившись на растения.

– Ясно, что это за проблемы и откуда эти растения, – улыбнулась я. – Не знала, что наш дед – любитель экстремальных приключений.

– Дурак он, старый, а не любитель, – фыркнула бабуля. – Зачем, спрашивается, полез? Ценные экземпляры, ценные экземпляры…

Оказалось, что некий благодетель доставил в академию много редких лекарственных растений, вот он и решил их пристроить в более надёжные руки, мои то есть, позаимствовав, по его словам, лишь те, что были в нескольких экземплярах.

– У тебя тут, кстати, всё нормально? – поинтересовалась бабуля, после того, как я вытянула из неё все подробности. – А то всё произошло так внезапно, что я даже не подумала тебя предупредить.

– Эм… да, всё нормально, – немного задумавшись, ответила я, так и не вспомнив о том, что хотела ей рассказать.  А ведь что-то хотела же.