Текст книги "Огни большого города"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ogni-bolshogo-goroda-234294.jpg)
Автор книги: Иван Бестужев
Жанр: Героическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
К удивлению Зины, кроме нее в оружейке оказался только Симон, который уже расписывался за полученный инвентарь в пухлой книге кастеляна.
– Ты сегодня немного припозднилась, все уже разбежались по объектам, – словно бы ответил на её удивление самый старший из верхолазов. – Я думал ты вообще не придешь после вчерашнего теракта.
Он подошел к девушке и внимательно оглядел со всех сторон с заботливостью старшего брата.
– Тебе бы отлежаться не мешало.
– Гриндеру это скажи, – отмахнулась Зина, подходя к стойке Збарека, тот флегматично пододвинул ей свой журнал.
– Он нас совсем не бережет, – согласно кивнул Симон, взваливая на плечи рюкзак, полный новеньких плафонов. – Здесь никто и никогда ни о ком не беспокоится.
– Ты только что обо мне побеспокоился, – заметила Зина, взглянув на старшего через плечо.
Симон поднял брови домиком, потом прищурился, размышляя о чем-то своем, но, так ничего и не ответив, вышел, толкнув рассохшуюся дверь плечом. Зина лишь фыркнула ему вслед. Симон такой. Он заботится обо всех, но не любит, когда это замечают. Стесняется.
Збареку надоело ждать, пока верхолазы друг с другом перемигивались, и он нетерпеливо ткнул кривым пальцем в графу книги, в которой Зине следовало расписаться. Зина чиркнула свою закорючку, и кастелян все так же флегматично раскрыл небольшую калиточку в своей стойке и ногой выпихнул баул, опечатанный заводскими пломбами с Зининой порцией плафонов на сегодня.
– Талоны на метро надо? – нудным голосом поинтересовался Збарек.
– Конечно, надо, – заявила Зина, хотя у нее еще оставалась с полдюжины неиспользованных.
Все равно на большее Гриндер не расщедрится, так хоть бесплатный проезд с него вытрясти.
Прихватив пачку талонов, Зина отправилась на работу, слившись с общим безликим потоком таких же сотен тысяч трудяг, как и она.
* * *
Миллиардной эта улица стала называться еще до того, как на ней стали строить свои офисы главные банки Белого города, да и всей страны. Миллиардной улицу прозвали после того, как городские власти потратили без малого миллиард на её постройку. Как заявляла пресса, инженеры что-то напутали в своих расчетах и грунт стал проседать, отчего многие здания и ветку метрополитена, идущую через тот район, пришлось перестраивать практически полностью. Однако в народе ходил слух, что виной всему были не инженеры, а нечистое на руку руководство, которое украло больше, чем обычно, и строителям просто не хватило средств на нормальные материалы.
Так ли это или нет, никто проверять не стал. Незадачливых инженеров посадили в тюрьму, а улицу в итоге официально нарекли Миллиардной. Банкиры же подумали и решили – более престижного места для своих центральных офисов им просто не найти. В кратчайшие сроки на Миллиардной улице, как грибы после дождя, начали появляться небоскребы один другого больше. Но все же они не могли сравниться на высоте и вычурности с башней корпорации «Стим-Панк». Башня этой могущественной мега-компании всем своим видом показывала, кто самый богатый в городе и у кого самые продвинутые технологии. Ведь ни один небоскреб в городе, ни одна корпорация не могли похвастаться такими впечатляющими статуями на своей крыше и действующей моделью глобуса. Земной шар на вершине Стим-Панк-Билдинг должен был показывать, что корпорация добилась своего присутствия во всем мире, и в этом ей нет равных.
На тех, кто впервые приезжал в Белый город, небоскреб «Стим-Панк», видимый практически с любой точки города, производил неизгладимое впечатление. То же самое было и с Зиной, когда она много лет назад высадилась в порту. Тогда она еще не знала, что ей придется сверху донизу облазить практически все эти башни. Сейчас же, выбравшись из метро, девушка даже не взглянула на колосса, своей огромной тушей загораживающего солнце. Для нее это была всего лишь очередная работа.
Вообще-то это была территория Шани, но Зина пару раз работала и на этом объекте. Частично Гриндер прав. Среди верхолазов действует негласный регламент, и каждый старается работать в своем регионе, но никто не будет возражать, если кто-то залезет на чужую территорию. Ребята прекрасно понимают, их мнения никто и никогда не будет спрашивать. Хотя Зина не упустила вчера шанс лишний раз потрепать нервы Гриндеру.
Перебравшись по надземному переходу через улицу, Зина остановилась возле служебной калитки в высоком ажурном чугунном заборе, огораживающем всю громадину небоскреба Стим-Панк-Билдинг. Нажав на кнопку электрического зуммера, она подождала, пока появится швейцар в дорогом, идеально выстиранном и выглаженном красном фраке с золотыми пуговицами и пышным аксельбантом. Сурово посмотрев на щуплого рабочего-верхолаза медным глазом, швейцар выжидательно дернул подбородком. Ни слова не говоря, Зина достала из внутреннего кармана своей штормовки выданный Гриндером ордер и просунула его между прутьев решетки. Осторожно, словно это была дохлая крыса, швейцар взял за уголок захватанную пальцами бумагу и, встряхнув, развернул ее. Внимательно изучив документ, швейцар повернулся к Зине и властно потребовал:
– Жетон.
Пожав плечами, девушка вынула все из того же кармана медную пластинку, на которой были выбиты её имя, номер и место работы. Своего рода удостоверение верхолаза и одновременно разрешение на работу в Белом городе. Без подобного жетона ни одна приличная фирма даже киберу не предоставит сколь-нибудь нормальной работы. Конечно, в трущобных кварталах полно разных дельцов, которые принимают на работу любого. Но, как правило, работа такая весьма дурно пахнет с точки зрения закона, да и гарантировать в конце такой работы оплату никто бы не взялся. Но, тем не менее, черный трудовой рынок живет и процветает, больше напоминая рынок рабов.
Сверив номер жетона Зины с номером, обозначенным в ордере, швейцар вернул верхолазу оба документа и открыл калитку.
– Пожарная лестница за углом, – сообщил он.
– Знаю, – не оборачиваясь, ответила девушка. Она не первый год работала верхолазом и уже успела стать профессионалом в этом деле. Чего-чего, а пожарную лестницу она всегда найдет.
Швейцар фыркнул и удалился в свою будку дожидаться следующего посетителя.
Хозяева подобных небоскребов и других, более низких, но не менее презентабельных зданий не любят пересекаться с теми, кто обслуживает их недвижимость. Для рабочих предусмотрены отдельные входы, отдельные лестницы, отдельные лифты, отдельные санузлы и прочие отдельные помещения. Но для верхолазов не было предусмотрено даже этого. С точки зрения хозяев подобных зданий тем, кто работает снаружи, вовсе ни к чему бывать внутри, следовательно, и пускать в дома верхолазов не имеет смысла.
Собственно, сами верхолазы и не возражали против такого разделения на касты, прекрасно понимая: не теперь это началось, не теперь и закончится. Единственное, чего им хотелось бы, так это, пусть бы хоть изредка ремонтировались лестницы, которые были размещены снаружи домов.
Но такого еще ни разу не бывало. С того момента, как небоскреб сдавался в эксплуатацию, собственник не считал необходимым следить за состоянием его пожарных лестниц и скоб, которыми пользовались верхолазы во время своей работы. Хозяева небоскребов и за состоянием плафонов бы не следили, если бы на этом не настаивало городское управление, выделяя на это немалые средства. Вообще-то деньги выделялись и на обновление внешних лестниц, и профсоюзы требовали неукоснительно соблюдать пожарную безопасность, но, как правило, на этом забота о верхолазах и заканчивалась.
Обо всем этом Зина не думала, карабкаясь вверх с полным рюкзаком за плечами. Её сейчас больше заботило, насколько сильно обветшали страховочные скобы в районе сотого этажа Западной стены небоскреба. Именно на этот сектор Стим-Панк-Билдинга был выписан её ордер. Однако, чем выше она лезла, тем больше понимала, что совсем недавно в некоторых местах лестницы, хоть и кустарно, но были отремонтированы, а совсем обветшавшие скобы заменены на новые. По характеру ремонта это сделал явно кто-то из своих.
Шани – довольно быстро догадалась Зина. Он чаще других работает на этой высотке и, как никто, знает все её слабые места. Уж он наверняка постарался обеспечить себе максимально комфортные условия труда.
Вскоре её предположения подтвердились целиком и полностью. Сначала она услышала стук молотка, а потом из-за фигурного выступа, изображавшего нагую прелестницу, обвитую морской волной, показался сперва капюшон куртки, а потом и весь Шани целиком. Парень был увлечен заменой старой скобы на новую, отчего не сразу заметил появление коллеги и друга.
Повиснув на новенькой, подаренной Зэйном страховочной цепи, Зина какое-то время молча любовалась, как Шани работает в свой заслуженный выходной.
Заколотив скобу в стену, Шани скинул капюшон с головы и полюбовался на свою работу. Потянулся, покрутил головой, разминая затекшую шею, и только сейчас заметил любующуюся на него Зину.
– Ой, привет, – вдруг отчего-то смутился он.
– Ты чего здесь делаешь? – улыбнулась девушка, перекидывая цепь на следующую скобу и передвигаясь поближе к Шани.
– Да вот тут… Я слышал вчера, как на тебя орал этот урюк мелкий и решил тебе помочь. – Смутившись, Шани склонил голову и теребил свою страховочную цепь.
– Тебе больше заняться нечем? У нас выходные не так часто бывают, чтобы тратить их вот так, вися между небом и землей.
– Нет, ну, просто, – замялся парень, – просто ты редко на Стим-Панке работаешь. Не знаешь все его подводные камни. Вот я и подумал – нужно поменять старые скобы, подлатать кое-где лестницы. Ну, и так, по мелочи. – Он развел руками, полагая, будто этим жестом все объяснил.
– Ты как здесь вообще оказался? – не унималась Зина. – Как швейцар тебя без ордера пропустил?
– А зачем мне швейцар, – беспечно махнул рукой Шани и улыбнулся своей замечательной доброй улыбкой. – Я не какой-нибудь олигарх, чтобы мне дверку открывали и ножкой шаркали. Я и сам могу.
– Ты самовольно через ограждение перебрался?! – поразилась Зина. – Но как?! Там же напряжение…
– Места знать надо. Я здесь уже давно работаю. Все ходы и выходы давно изучил.
– Мне так кажется, ты вчера, после того как меня проводил, сразу сюда отправился, – усмехнулась девушка, пихнув друга плечом в плечо.
– Ну, ты уж меня совсем-то за ненормального не держи. Просто встал пораньше, приехал и вот, – Шани виновато развел руками, указывая на новенькие скобы, словно если бы он сделал что-то нехорошее.
– Все равно это было глупо с твоей стороны, – смягчившись, качнула головой Зина.
– С моей стороны было бы еще большей глупостью оставаться весь день дома с пьяным отчимом, – потупившись, парень теребил пряжку своего страховочного пояса, к которому крепилась цепь.
– Все равно, спасибо тебе.
Приблизившись, Зина чмокнула друга в нос и, не дожидаясь ответной реакции, быстро-быстро принялась карабкаться выше по зданию.
Шани с минуту удивленно смотрел ей вслед и вдруг неожиданно сам для себя залился румянцем.
Это был их первый поцелуй.
– Можно я с тобой останусь?! – крикнул он вдогонку Зине. – Я помогать буду.
– А у меня есть выбор? – крикнула в ответ девушка, уже скручивая свой первый на сегодня перегоревший плафон. – Если я откажусь, ты разве уйдешь?
– Вдвоем будет веселее.
– Я как-то работала на пару с Зэйном на здании Академии Наук, – вспомнила Зина и улыбнулась. – Этот пустозвон только и делал, что травил байки и рассказывал анекдоты. Его не смущало, что единственными его слушателями были я и голуби. В основном голуби. Большую часть времени я была далеко и половины его россказней не слышала.
– Интересно, когда он один работает, тоже не замолкает ни на минуту? – задумался Шани, доставая из своего рюкзака новый плафон и принимаясь скручивать старый.
– Не знаю, – Зина настолько задумалась над этим вопросом, что даже оторвалась от своей работы. – Но не удивлюсь, если это и так.
– Зи-ин… – вдруг позвал Шани.
– Чего?
– Ты ж ведь сегодня раньше работу закончишь, так?
– Ну, благодаря тебе, выходит так.
– Может, тогда вечером сходим куда-нибудь?..
– Ты меня приглашаешь? – от удивления Зина чуть было гаечный ключ из рук не выронила.
– Так, значит, ты согласна?! – раньше времени обрадовался Шани.
– Пока не знаю. Ты ж меня еще никуда не пригласил.
– Ой, извини, – поправив капюшон, Шани подумал некоторое время, тщательно выбирая слова. – На Скверной улице сегодня вечером соревнования мастеров в герметических костюмах. У меня есть два билета.
– Тебе нравятся бои без правил? – удивилась Зина.
– А тебе нет? – расстроился Шани. – Зараза. Надо было гонки киберов выбирать.
Глядя на страдания парня, Зина усмехнулась и решила смилостивиться.
– Ничего. Нам подойдут и бои.
– Так ты согласна?!..
– Если успеем закончить работу раньше срока, то почему бы и нет.
Воодушевленный Шани фыркнул от удовольствия и с удвоенным старанием принялся скручивать плафон. Зина с улыбкой посмотрела на друга и тоже принялась за работу.
* * *
На том же самом сотом этаже Стимп-Панк-Билдинг, только в самом здании, в это же самое время в зале для заседаний корпорации вот-вот должно было начаться внеочередное собрание совета директоров.
Доктору Фредерику Лорме еще ни разу не доводилось присутствовать на таком важном, на таком значительном мероприятии. Это было прерогативой исключительно управленцев самой могущественной компании в городе. Никогда раньше на подобные заседания не приглашали посторонних, однако сообщение доктора Лорме было невероятно значительным и для него было решено сделать исключение. Поэтому ничего удивительного не было в том, что ученый так сильно нервничал. Он то и дело вытирал лоб и шею смятым носовым платком и поглядывал на часы, вмонтированные прямо в его искусственную руку. Каждый раз вспоминал, что его часы сломались, и тогда сверялся с большими часами, висящими на стене зала.
Начало совещания затягивалось. Прибыли еще далеко не все члены правления корпорации, включая господина директора. Собственно, кроме самого доктора Лорме в роскошном зале заседания находились только директор по финансам – тощий бледный старикашка в дорогом, но мятом сюртуке и пенсне в золотой оправе. Звали его Франциск Сабаритини, и передвигался он исключительно на инвалидном самодвижущемся кресле на электрическом приводе. Рак Броуда сожрал практически все его туловище ниже пояса и некоторые внутренние органы. Господин Франциск сидел за столом и не обращал ни на кого внимания, перебирая кипу своих финансовых бумаг, с которыми и заявился на собрание.
Еще в зале находился господин Грегор. Какой была его фамилия, никто не знал. В корпорации он занимал должность главы службы внутренней безопасности, и руководство считало, что этих знаний о господине Грегоре вполне достаточно.
Господин Грегор сидел по другую сторону стола от доктора Лорме, откинувшись в кресле и закинув ногу на ногу. На вид ему бы никто не дал и больше тридцати. Одет глава внутренней безопасности был в коричневый костюм-тройку без галстука и кожаные плащ и шляпу коричневого цвета, которые он не снял даже в помещении. Руки его обтягивали такие же перчатки, а глаза скрывали массивные круглые очки-гогглы в медной оправе с затемненными стеклами. От чего было непонятно, случилось ли главе безопасности корпорации переболеть раком или нет. Из-за специфической одежды видных следов болезни заметить было невозможно. По этому поводу ходили слухи один противоречивей другого и, какой из них правильный, и есть ли правильный вообще, поручиться не мог никто.
Господина Грегора всегда сопровождали его молчаливые помощники. Одетые практически так же, как и их босс, с той лишь разницей, что во все черное, а не коричневое. Почему-то было принято называть их омегами. Никто и никогда не слышал от них ни единого слова, а на их лицах, скрытых такими же очками с затемненными стеклами никогда не проявлялось хоть каких-нибудь эмоций.
Ходили, опять же, слухи, будто это были андроиды, но в эту уж откровенную чушь никто не верил. Всем прекрасно было известно – пока никому не удалось изобрести искусственный мозг, хотя над этой проблемой бьется множество компаний и корпораций уже около века. Все в корпорации «Стим-Панк» сходились во мнении, что это киберы, от которых осталось слишком мало человеческого.
В любом случае два или три таких омеги всегда сопровождали господина Грегора. Вот и сейчас парочка их застыла возле дверей, изображая почетный караул.
Из-за этих проклятых очков было непонятно, куда смотрит господин Грегор. Доктору Лорме постоянно казалось, что он непрерывно глядит на него, отчего жутко нервничал по этому поводу. Чтобы скрыть свое волнение, доктор вертел, головой разглядывая зал заседаний совета директоров.
Как и положено в таких случаях, зал заседаний блистал своей роскошью. Стены были покрыты панелями из орехового дерева, на которых висели медные светильники с матовыми стеклянными плафонами. По углам зала стояли суровые обнаженные статуи молодых людей и девушек с идеальными пропорциями. Сам стол, за которым заседали самые главные люди в корпорации, тоже был из орехового дерева, а ножки его были выполнены в виде таких же скульптур, как и по углам зала, держащих на плечах столешницу.
Вообще руководству компании нравился образ человека, сгорбившегося под непомерной тяжестью труда. Того же самого они требовали и от своих подчиненных, и, надо признать, у них это прекрасно получалось. Условия труда в корпорации «Стим-Панк» были одними из самых тяжелых в Белом городе.
Наконец послышалось жужжание лифта, скрежет раскрывающихся дверей и шаги, доносившиеся из вестибюля. Доктор Лорме сразу перестал теребить свой тубус с графиками, которые он принес с собой и сел в кресле ровно. Господин Грегор обернулся к двери и тоже принял более строгую позу. Господин директор по финансам не обратил внимания на шум и продолжал копаться в своих отчетах.
Массивные двустворчатые резные двери распахнулись и в зал заседаний вошли сам господин директор и с ним еще три человека. Все как один тоже какие-то директора, но, какие именно, Фредерик Лорме не знал. Отдел, которым руководил доктор, подчинялся напрямую господину генеральному директору и отчитывался тоже непосредственно перед ним.
При появлении директора доктор и господин Грегор поднялись со своих мест и почтительно поклонились. Франциск Сабаритини снова не заметил ничего кроме своих бумажек.
– Господа, у меня очень мало времени. Поэтому сразу приступим к делу, – генеральный директор стремительно прошел к своему месту во главе стола. – Информация, которая вчера поступила ко мне, невероятной важности, поэтому требует немедленного рассмотрения. Прошу всех садиться.
Руководители, прибывшие вместе с генеральным директором, и господин Грегор с доктором Лорме уселись на свои места. Генеральный снял пиджак, небрежно накинул на спинку своего кресла и уселся за стол, потирая подбородок протезированной рукой.
– Доктор Лорме, – обратился он к ученому, и тот снова вскочил со своего места, – прошу вас, сообщите всем присутствующим все то же самое, что рассказали мне вчера вечером.
– Сию минуту, господин директор, – ответил доктор Лорме несколько поспешно. Ему все никак не удавалось справиться со своим волнением, от чего руки не слушались, тряслись и никак не получалось открыть этот проклятый тубус. На него сейчас смотрели столько влиятельных людей, и от волнения доктор чуть было вообще не забыл, для чего его сюда позвали.
Справившись, наконец, со своим тубусом, доктор вынул из него график и, развернув его, продемонстрировал совету директоров.
– Вот, господа, прошу ознакомиться, – пояснил он. – Это результаты наших многолетних наблюдений. Так сказать, итог работы всего нашего отдела. Здесь в графическом виде показаны результаты анализа заболеваемости раком Броуда в нашем городе.
– Если можно, то короче, господин Лорме, – спокойно попросил директор. – Постарайтесь опустить ненужные технические детали вашей работы и сообщите нам её результат, самую суть.
– Как скажете, господин директор, – торопливо кивнул доктор, чуть было, не выронил график из рук. – Мы провели разностороннее исследование и получили шокирующие результаты. Мы не поверили им и проверили их еще раз…
– Еще короче, доктор…
– Конечно, конечно. Если выражаться лаконично, то мы обнаружили возбудитель раковых заболеваний.
Эта короткая и простая фраза произвела эффект разорвавшейся бомбы. Директора повскакивали со своих мест и загалдели, словно болельщики на стадионе, размахивая руками. Даже Франциск Сабаритини оторвался от своих бумажек и удивленно хлопал глазами из-за стекол пенсне. Видимо, он, наконец, вспоминал в этот момент, для чего собрались здесь все эти люди.
Спокойными остались разве что господин Грегор и генеральный директор. Директор – просто потому, что уже все знал, а Грегору должность не позволяла выражать открыто свои эмоции.
– Получается, зная источник возникновения заразы, мы теперь сможем лечить её, не прибегая к имплантатам? – с надеждой в голосе спросил Сабаритини.
– Постойте! А, что возбудитель?
– Господа, прошу успокоиться и дослушать до конца, – твердо и размеренно произнес директор, и одного его слова было достаточно, чтобы все успокоились. – Продолжайте, доктор. – Повернулся он к докладчику.
– Слушаюсь, господин директор, – доктор Лорме снова нервно вытерся платком и поправил свои очки. – Поспешу вас огорчить, мы нашли причину заболевания раком, но не то, как её лечить. Получается, все выявленные до сего момента заболевания мы сможем лечить лишь так, как уже это умеем.
По залу прокатился весьма отчетливый гул разочарования.
– Но зная первопричину, мы сможем положить конец бичу Белого города, – поспешил заверить доктор Лорме.
– Так в чем, в чем причина?! – Несколько вспыльчиво спросил один из директоров, вскакивая со своего места. – Вы нам её так и не сказали до сих пор. Что это, инфекция, бацилла какая-то? Что именно?
– Нет, господа правление, – спокойно и многозначительно произнес доктор Лорме, снимая очки и протирая их. – Это то, из-за чего наш город называют Белым. Это облучение. Облучение, которое идет от плафонов, освещающих наш город в темное время суток.
– А вот здесь не мешали бы некоторые технические подробности, – произнес генеральный директор, задумчиво потирая подбородок. – Почему вы считаете виной распространения рака самую главную гордость Белого города?
– Как вы помните, уже около века, как улицы Белого города начали освещаться системой плафонов, размещаемых прямо на стенах наших зданий, – заговорил доктор. – За эти сто лет система не претерпела практически никакой серьезной модернизации, она всего лишь разрослась.
– А зачем улучшать то, что и так превосходно работает? – пожал плечами Франциск. – Это эффективно и недорого.
– Вот именно, экономия, – быстро-быстро закивал головой доктор Лорме, надевая обратно свои очки. – Это то, чем руководствовались разработчики системы освещения города. Газ, содержащийся в колбах плафонов и светящийся под воздействием электричества, дешевый и вместе с тем он очень опасный. Помимо света, которого он дает, есть еще одно излучение, очень вредоносное, которое и приводит впоследствии к раковым опухолям.
Снова вытерев лицо и шею, доктор Лорме обвел всех присутствующих загоревшимся взглядом и продолжал, воодушевленный собственными словами.
– Вы понимаете господа, что это значит?! Мы можем обуздать рак Броуда и прекратить дальнейшее его распространение. Мы избавим все последующие поколения нашего города от самого страшного заболевания за всю историю.
– Интересно, каким же это образом? – впервые за это утро подал голос господин Грегор.
– Как это каким? Отключить систему освещения города настенными плафонами, – произнес доктор Лорме, удивленный, что господин Грегор не догадался до такого, казалось бы, простого решения вопроса. – Вредоносное излучение прекратится, и люди перестанут заболевать. Все очень просто.
Однако совет директоров не разделял оптимистичного настроения руководителя аналитического центра. Вещи, казавшиеся доктору Лорме простым и естественным, для руководителей корпорации означали неизбежный путь к разорению. Слишком много в этом городе вообще, и в их корпорации в частности, было связано с медицинским сектором и в особенности имплантологией. Но доктор не заметил изменений в настроении своих слушателей и продолжал с прежним энтузиазмом:
– Теперь становится понятно, почему раковым заболеваниям подвергаются исключительно все слои общества. Мы все каждый день, точнее, каждую ночь подвергаемся вредоносному излучению и если отключить его, то решится огромнейшая проблема нашего общества.
– Но тут же появится новая, – мрачно произнес один из директоров.
– И не одна, – поспешил поддержать его Францисск Сабаритини.
– Новая? – удивился доктор и ошарашено смотрел на почтенное собрание, сурово морщащее лбы. – Да какие тут могут появиться проблемы? Ведь это будет только благо. Мы должны сообщить об этом в городское управление. Система плафонов должна быть выключена раз и навсегда.
– Кому-то благо, а кому-то и не очень, – нехорошо усмехнувшись, произнес господин генеральный директор, откинувшись в кресле. – Господин Лорме, вы должны понимать, за этот без малого век, мы все настолько привыкли к раку, что просто перестали его замечать. За это время выросли целые поколения, которые просто не видели тех времен, когда его не было, и считают, будто он был всегда.
– К тому же, экономика нашего славного города и его могущественных корпораций зависят от этого самого рака, – подал голос один из директоров. – И наша родная корпорация не исключение. Больше половины наших доходов мы получаем благодаря технологии трансплантологии. Если люди перестанут болеть раком, мы просто-напросто разоримся.
– Совершенно верно, – снова взял слово господин Франциск. – Медицинские компании и наши, в том числе, перестанут получать дотации от города на научные исследования и медицинскую страховку. А если б не было этих денег, не было бы и проекта «Омега». Люди перестанут пользоваться нашими протезами и имплантатами, и мы все пойдем по миру.
– Наоборот, – согласно кивнул головой генеральный директор. – Мы должны сохранить в тайне все те важнейшие знания, которые вам, доктор, удалось раздобыть. Теперь я нисколько не жалею, что корпорация потратила такие деньги на ваш аналитический отдел. Что же до фонарей, то они должны гореть, как и раньше. Иначе все увидят, насколько жалок и грязен наш горячо любимый город. Туристам это не понравится, а простые рабочие перестанут лететь на его свет, как мотыльки на огонек свечи.
– Господин директор, вам не откажешь в поэтичности, – льстиво улыбнулся Франциск Сабаритини.
– Господа! – воскликнул доктор Лорме, в ужасе раскрыв глаза. – Как вы можете?! Вы послушайте, что вы говорите! В наших руках есть средство, способное избавить все последующие поколения от ужасной участи, в вашей власти войти в историю как избавители от ужасной напасти, а вы печетесь о туристах и прибылях?!
Генеральному директору «Стим-Панк» не понравилось поведение какого-то руководителя одного из многочисленных отделов в его корпорации. Еще никто и никогда из таких мелких служащих не позволял себе столь вызывающего поведения.
– Господа, разве вы не понимаете, – продолжал доктор Лорме, совсем не замечая изменения в настроении главного руководства корпорации, – вы же станете настоящими героями, принеся избавление этому городу.
– Героями? – мрачно переспросил один из директоров. – Похоже, это вы чего-то не понимаете. Да нас возненавидят все, кто хоть мало-мальски задействован в бизнесе трансплантологии. Мы же лишим их заработка. Вы вообще в курсе, как трудно найти в нашем городе порядочную работу?
– Поэтому, в виду всех вышеизложенных причин, мы никому ничего сообщать не будем, – господин генеральный директор подвел черту под затянувшимся спором, хлопнув здоровой рукой по столу. – Все будет идти по-старому, с той лишь разницей, что нам всем стоит переехать жить за город и появляться в городе только в светлое время суток, во избежание рецидива рака.
Все присутствующие за столом закивали головами, целиком и полностью соглашаясь с решением главы совета директоров.
Все, кроме доктора Лорме. У него никак не укладывалось в голове, как какая-то небольшая кучка людей, зная способ избавления, может обречь на ужасную участь многие поколения людей. Он никак не мог понять, как какие-то жалкие мимолетные деньги и никчемная власть могут перевесить настоящие, не истощаемые жизненные ценности.
Доктор Лорме никак не мог согласиться с таким людоедским решением совета директоров.
Взяв себя в руки, он пригладил растрепавшиеся волосы, поправил съехавшие на нос очки и, выпрямившись, четко и спокойно сказал.
– Нет, господа. Я не могу согласиться с таким вашим решением. Я понимаю, мое неповиновение грозит мне увольнением, но я не могу поступиться своими принципами. С этого момента можете считать, что я ухожу в отставку, – коротко кивнув головой, доктор закончил, – Я отправляюсь в управление города, чтобы сообщить там результаты своих исследований. Счастливо оставаться.
Развернувшись, Фредерик Лорме твердой походкой направился к выходу.
Все сидевшие за столом так и замерли с вытянутыми лицами. За исключением разве что господина Грегора. Сохраняя прежний невозмутимый вид, он повернулся к генеральному директору и вопросительно посмотрел на него. Тот лишь нахмурился и коротко кивнул, отвечая на его немой вопрос. Этого главе внутренней службы безопасности было вполне достаточно. Он повернулся к дверям и щелкнул пальцами, подавая сигнал своим омегам.
Доктор Лорме дошел до дверей и хотел уже было навсегда покинуть зал заседаний, но молчаливые, без каких бы то ни было эмоций омеги разом шагнули вперед, преградив ему дорогу.
– Что это значит?! – возмутился Фредерик Лорме.
Он шагнул в сторону, чтобы обойти охранников, но те снова встали у него на пути, все так же, не говоря ни слова.
Обернувшись, доктор настоятельно потребовал от господина Грегора:
– Прикажите своим людям немедленно пропустить меня.
Вместо этого господин Грегор медленно поднялся со своего места и сделал еще один жест, по мановению которого омеги крепко схватили доктора Лорме за руки. Судя по той мертвой хватке, что ощутил незадачливый доктор, он понял, обе руки у обоих омег искусственные.
– Что вы себе позволяете?! – еще больше возмутился Фредерик, пытаясь вырваться из цепких лап сотрудников Грегора. – Немедленно отпустите меня! Я свободный человек! Вы не имеете права.
– К сожалению, господин доктор, вы собираетесь совершить один очень глупый поступок, – медленно и спокойно произнес Грегор, подходя к Лорме. – Мы никак не можем допустить этого. Сожалею, но вы сами не оставили нам выбора.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?