Текст книги "Как я украла ректора"

Глава 10

Дракон оказался тяжелее Макграта и здорово оттягивал мне плечо. А еще он откровенно попахивал, чем дальше, тем сильнее. Значит, вместо уютной мягкой постели мне придется идти на кафедру некромантии и там колдовать над костями. Возможно, стоит потренироваться и поднимать его, вдруг Уилл напортачил со схемами? Или на сегодня уже хватит нежити?

Но портить соседкам ночь смердящим драконом все равно не стоит, даже в качестве мести за пироги и косметические средства, поэтому я выбралась из женского крыла и через портал прошла в ту часть здания, где располагались учебные комнаты. Один из стражей академии ненавязчиво пристроился следом на случай, если дракон оживет и выйдет на охоту, но лопата Гаррисона сработала на совесть.

Замок на аудитории сменили на более новый и совершенный, так что пришлось повозиться. Руки еще тряслись. Пойди пойми, от слабости, от пережитых приключений или от навязчивых мыслей, что Гаррисон, оказывается, не такой уж подонок. Далеко не каждый парень пойдет ночью на кладбище или бросится на костяного дракона с одной лопатой.

Оказавшись в аудитории, я просто высыпала кости на стол, затем стащила с полки специальный порошок для консервации заготовок под нежить и присыпала им все. Надо было бы произнести заклинание, но сил хватило только на то, чтобы плюхнуться на стул и подтащить к себе нужную книгу.

– Волей моей отныне и навеки ты забудешь прошлого хозяина…

– От сердца, Лиззи, от сердца! – Макграт словно решил тренировать на мне искусство внезапного появления. Он, точно привидение, вышел из-за книжной полки. – И где ты так ловко научилась вскрывать замки? Уж не от закона ли бежала в академию?

– Прочитайте в моей памяти, вам не привыкать.

Я попыталась шепотом повторить заклинание, но ректор тут же прикрыл глаза и начал за мной повторять с настолько чистым произношением, будто был одним из перводетей.

– Надо сводить тебя к лекарю, вдруг это врожденная патология артикуляционного аппарата, – заключил он. – И я не хозяйничаю в твоей памяти, только немного подглядел информацию на поверхности. Про маму выудил случайно, во время пробуждения. Давай еще раз: «Во-о-олей моей…»

С пятой попытки у меня получилось правильно вытянуть гласные, хотя Макграт все равно отругал за недостаточную сердечность произношения. Зато кости дракона наконец очистились, побелели и налились льдистым огнем моей магии, который я быстренько перекрасила в положенный чернокнижнику зеленый. Осталось только упаковать их обратно в мешок, и можно будет завтра без опаски предъявить магистру Салли.

– До рассвета не так много времени, а тебе еще надо как следует выспаться, – продолжил зудеть Макграт. – Задача на завтрашний, то есть уже сегодняшний, день: нейтрализовать Гаррисона. Используешь женские чары, охмуришь его и вскружишь голову так, чтобы в ней не возникало ни единой мысли о Филче! И твоем названом папочке заодно. А я пока устроюсь на работу и попробую подобраться к документам академии.

– Нет уж! – Я так не умею. Охмурять, вскруживать, использовать женские чары… Ставил бы более реальные задачи.

– Ладно, сам справлюсь, – отмахнулся Макграт.

– Используете женские чары?

Я попробовала закинуть мешок на плечо, но чуть сама не повалилась на пол. Что же он такой тяжелый? Или я такая слабая? Хромающий Гаррисон протащил его добрую милю и даже не запыхался, а мне и с места сдвинуть сложно, как будто вместе с моей магией он прибавил пару десятков фунтов.

– Нет, понадеюсь, что он не станет портить отношения с названым папочкой своей возлюбленной.

– Глупостей не говорите!

А если дракона прямо здесь припрятать? Не утащат же его за ночь?

– Поверь, если парень принимает твои проблемы, как свои, то это неспроста.

Угу, ему очень нужна помощь на зачете, вот и весь секрет.

– Не очень верится. Почему-то все встреченные мужчины пытаются решить свои проблемы за мой счет, – я тяжело вздохнула и снова попробовала поднять мешок.

Макграт подошел ближе, положил руку мне на плечо и что-то скороговоркой выпалил на языке перводетей. Сразу же стало легче дышать, а в мышцах появилась легкость, как после стимулирующего заклинания. Зато энергетический жгут, который нас связывал, истончился еще сильнее и побледнел.

– Думаю, дело в тебе, – оптимистично ответил он. – Как-то же ты их выбираешь!

– «Нас». «Как-то же ты нас выбираешь» – вот так было бы правильнее.

– Я и не навязывался, если помнишь. И давно предлагал разорвать нашу связь, пока она цела, ко мне будет перетекать часть твоей жизненной силы. А к тебе обратно – часть моей магии, которая, чего уж кокетничать, не самая чистая и светлая.

– Сами учили, что истинный маг должен отвечать за свои поступки. И раз уж я совершила глупость и вернула к жизни древнего мага с манией преследования, то не должна бросать его без контроля.

– Я тебе кое-что покажу, только забросим твоего дракончика в комнату.

Макграт с легкостью отобрал мешок, который я только-только пристроила на плече, и потащил за собой по коридорам. Страж и в этот раз следовал за нами, но не нападал и не поднимал тревогу.

Несмотря на магию ректора, я все равно быстро устала и захотела спать, а он сводил меня в женское крыло, заставил спрятать дракона и проверить, спят ли соседки, после чего оттащил в тот самый склеп, где лежал раньше.

По виду здесь ничего не изменилось, иллюзия тела Макграта вышла на славу, не зря он так старался. Я не удержалась и потерла янтарный панцирь тринадцатого ректора – лишняя удача на завтрашних занятиях мне точно не навредит.

– Помоги лучше! – Макграт тем временем подошел к статуе ректора второго и попытался ее сдвинуть. – Встань вон на ту плитку, она чуть выше остальных, а я надавлю на рычаг. Как же все тут заржавело! А подгорные мастера давали тысячу лет гарантии!

– Они просто не рассчитывали, что у кого-то хватит коварства прожить столько и проверить.

Но его просьбу я выполнила: встала на нужную плитку, хотя та ничем и не выделялась среди прочих. Бедолага Макграт совсем спятил, здесь каждую неделю ходят целые толпы студентов и преподавателей, такой дурацкий механизм давно бы кто-нибудь активировал.

Статуя скрипела и дрожала, будто скоро распадется на части, но с места не двигалась, зато прямо у ее ног открылся ведущий в темноту лаз.

Макграт снял со стены светильник и первым отправился вниз. Я потопталась немного на той самой плитке и неуверенно пошла следом.

Не знаю, кто и зачем построил подземелье под склепом, но этот человек любил ступеньки и винтовые лестницы, а вот к перилам относился с недоверием, потому как за десять минут спуска мне не попалось ничего, за что можно было бы ухватиться, если потеряешь равновесие.

– Иду и чувствую, как слабеют мои женские чары, – призналась я спине Макграта. – Для их активации неплохо бы выспаться. Сделать маску для лица и шеи, вымыть волосы, подстричь ногти… А мы все идем и идем, идем и идем…

– Зато ноги подкачаешь, – взмахнул он светильником. – Наденешь юбку покороче, Гаррисон и не заметит небольшие круги под глазами. Волосами, правда, придется заняться, как и одеждой. Здесь столько паутины и пыли!

Он тут же показательно подцепил «факелом» свисающие с потолка белесые нити вместе с затаившимся в них пауком и подпихнул мне. Да-да, поняла уже, что гигиеной пренебрегать не следует, хотя отдохнуть хотелось невероятно. В конце концов, в одной сказке принц влюбился в спящую красотку. Вдруг это наш с Гаррисоном случай? Темная праматерь свидетель, когда сплю, я наиболее мила и очаровательна.

К счастью, лестница закончилась, и Макграт вышел в небольшой зал, весь заставленный светящимися кристаллами. В его центре возвышался алтарь с магическими узорами. От каждого из его углов шли цепи с кандалами, сейчас валяющимися на полу.

– Вот здесь я и оставил Филча, – признался ректор. – Как тогда думал, надежно упокоенного. Но на всякий случай связал нас заклинаниями: если бы Филч пробудился, то и меня бы выбросило из сна архимагов.

– Не очень-то вы походили на спящего, – из чистого любопытства я подошла ближе и попробовала поднять одну из цепей.

Тяжеленная, магией напитана так, что пальцы обжигает, а звенья толще моего запястья. Такая и демона из леденящего разлома задержит, не то что одного Филча, тем более охранные чары наверняка блокировали здесь всю магию.

– Я попросил Назиру законсервировать мое тело и распустить слухи о смерти. Хотел оставить рубеж обороны от Филча, о котором не знают его последователи. Но кто-то сломал нашу связку, и если бы не твоя жажда мести и ошибки в построении схемы круга, то я бы так и не пробудился.

Что-то во всем этом меня смущало, но уже не получалось сформулировать мысль, настолько хотелось спать.

– Второй ректор. Вы не могли создать темницу для Филча под его статуей, ведь уже были мертвы ко времени, когда ее установили.

– Нет, статую установил именно я, чтобы потомки запомнили Натаниэля Фарлоу, как хорошего человека и талантливого преподавателя, ведь именно он, по большому счету, руководил академией в первые годы после ее основания.

Светильник тревожно моргнул, Макграт снял с него паука, пересадил на стену и направился обратно к лестнице. Филчевы ступени! Лучше остаться ночевать здесь, чем прошагать их еще раз.

– Я никогда не был хорошим организатором и чурался бюрократии, – продолжил Макграт, – поэтому сразу после основания академии и того, как меня номинально назначили ректором, передал полномочия своему близкому другу, Нату. Вот у него был настоящий талант! А я остался обычным преподавателем, писал свои трактаты, вел занятия, сопровождал студентов на практику. И за всем этим не заметил, как мой друг все сильнее углубляется в эксперименты с энергиями других миров.

– Филч? Серьезно? Он был ректором академии?

Я даже споткнулась от таких новостей, но Макграт обернулся и поймал меня за руку.

– Был, и получалось у него лучше, чем у меня. Уже после нашей битвы я изменил хронику событий в основных документах, разделив время его службы на нас обоих, а в причины смерти вписал битву с драконами. Но у этих событий были свидетели, они могли, несмотря на запреты совета архимагов и короля Эмеральда, оставить какие-то записи. До них добрались последователи Филча и смогли вернуть его к жизни.

Звучало бредово. Даже если кто-то смог откопать все эти записи, то зачем пробуждать Филча? Ради нового прорыва скверны? Сомнительное мероприятие, как ни крути. Надо будет расспросить Гаррисона, нашего нового капитана заучек, только осторожно, чтобы ничего не заподозрил.

В комнату я зашла максимально тихо, применив для этого все навыки. Но нечаянно чихнула от едкого хвойно-лукового запаха. Белла тут же заворочалась и выругалась вполголоса, Жанин резко села, сжимая в левой руке кинжал, а Ани сонно потерла глаза и протянула руку к чашке с водой.

– Ну как все прошло? – поинтересовалась подруга.

– Давай, не томи, эти двое мне и так не давали нормально спать, перемыли все кости Гаррисону, – Жанин зевнула и легла на кровать. Кинжал же вернула под подушку, еще чем-то звякнув.

– Уильям был дерзок, но нежен. Его сильные руки скользили по моему телу, пробуждая огонь и чувственность в самых потаенных уголках, а губы словно бы отделились и обрели разум, чтобы раз за разом покорять все новые и новые вершины наслаждения.

– Второй том, – Ани тяжело вздохнула и натянула одеяло до самого подбородка.

– Да не было у них ничего, наверняка к зачету готовились. Где Уильям, а где наша Харпер? Без обид, но тебе бы поискать парня попроще.

Я не стала спорить с Беллой, рухнула на постель и подтянула к себе такого мягкого и приятного хрюню.

А ведь у Гаррисона в самом деле сильные руки и внешность точно как у героя любовного романа. Характер, правда, не канонический, но кому какое дело до характера, когда есть сильные руки, ослепительная улыбка и трагедия в прошлом? Интересно, что же его заставило пойти на такие жертвы ради магии?

Глава 11

Утро началось с ожидаемой головной боли и чувства, что у меня украли ночь. То есть был вечер, а после меня без всякого отдыха отправили на учебу. А вот женские чары остались досыпать в мягкой постельке, и флирта с Гаррисоном снова не вышло, хотя момент был подходящим.

Уилл ждал меня на площадке с порталами, такой же невыспавшийся и злой, зато с двумя стаканами кофе. Сегодня он напялил на нос очки, собрал волосы и потерял немного в очаровании, зато стал больше похож на обычного парня, что не могло не радовать.

– За мясом в лепешке не сбегал, извини, – буркнул он вместо приветствия и отобрал мой рюкзак.

– Ты и без того неплохо вырос в моих глазах. Остановись, Гаррисон!

Кофе оказался что надо, но спать после него захотелось еще сильнее. Дайте мне минутку покоя и куда прислонить голову – и вы больше не увидите Харпер, а Уилл сможет попробовать себя в роли прекрасного принца.

– Влюбляйся, я не против, – величественно махнул он рукой. – Меня бодрит твоя симпатия. Несмотря на невероятную внешнюю привлекательность, чудесный характер и немалое семейное состояние, я крайне одинок, а мой фан-клуб не самый многочисленный. Внутренний голос давно советовал к тебе приглядеться. И, знаешь, стоило это сделать, как передо мной открылось много нового…

Он поправил очки, близоруко прищурился и демонстративно уставился мне в декольте.

– …и занимательного.

Но сколько бы ни болтал, Гаррисон не распускал руки и в целом вел себя до противности пристойно. А когда мимо прошла Кларисса в окружении своих верных подружек, то еще и положил руку мне на плечо, делая вид, что шепчет на ухо.

– Кстати, ты не слышал легенду о том, что Филч был ректором нашей академии? – спросила я, пользуясь случаем.

– Угу. Больше двадцати лет, причем об этом говорится сразу в двух версиях тех событий.

От нетерпения я подтянулась к нему ближе, и плевать, как это выглядело со стороны. В конце концов это репутация Гаррисона может пострадать от отношений с неудачницей Харпер, а не моя от интрижки с самым популярным парнем академии.

– Согласно одной, они с Макгратом дружили, поэтому первый ректор передал Натаниэлю свой пост, а сам остался обычным преподавателем. Дальше случился прорыв скверны, и Кайден Макграт, Персиваль Фрибуш, Назира и Джеральдина Отис вышли на бой с Филчем и его последователями. Они смогли победить, но Макграт был смертельно ранен. В последнем распоряжении он приказал изменить хроники, чтобы обелить имя своего друга. А драконы, якобы спалившие ректора, остались единственным напоминанием о правде: они были символом Макграта и его возлюбленной. Странно, что названый папочка не рассказал тебе обо всем, он же очевидец и непосредственный участник событий.

А вот это было для меня новостью. Как-то привыкла считать Персиваля Фрибуша выдуманной личностью, а он, оказывается, лично приложил руку к уничтожению Филча. Но почему в хрониках все записано иначе? И куда делся настоящий Персиваль, если Макграт пользуется его документами?

– Он рассказал, – призналась я, наблюдая за деканом Лоусон. Она пришла лично провести у нас занятия, пока магистр Керк снова валялся в госпитале, мучаясь от обострения хронических болячек. – Но вот настоящий отец учил не доверять никому, особенно названым папочкам.

Лоусон открыла аудиторию и замерла на входе, пропуская студентов внутрь. Можно быть уверенным, сейчас она осмотрела всех, вычислила все запрещенные артефакты и отступления от положенной студентам униформы. Я не выдержала и одернула юбку, чтобы получше прикрывала колени. Еще Макграт завещал всем студентам носить стандартную форму, которая за прошедшие века почти не изменилась. Выбирать можно было только длину юбки и несколько фасонов блузок.

– Зря дергаешься, ноги у тебя ничего так, – на ходу бросил Гаррисон и подмигнул почему-то Клариссе.

«Королева» академии вдруг побелела и сжала челюсти, а он продолжал:

– В наше время не так просто встретить девушку с ровными и длинными ногами. Признавайся, корректировала магически? Или носила эти жутковатые стальные распорки?

– Много хожу по лестницам, – вспомнила я о вчерашнем спуске.

А еще – каждый день тренируюсь в зале вместе с Гаррисоном, кстати говоря. Но в пару с ним не становлюсь, очень надо получать синяки от этой машины смерти.

– Как-то ты не вовремя меня разглядел.

Лоусон уже заняла свое место за кафедрой, взмахнула рукой, сотворив объемную сложную схему, и начала ее объяснять. Гаррисон слушал внимательно, записывал нужные детали, задавал вопросы и прилежно попытался повторить схему, хотя сил, чтобы напитать ее, у него никогда не хватит. Я бы и пару «ядовитых доспехов» сотворила, не заметив расхода энергии. Наверное, потому Гаррисон меня и ненавидел все эти годы. Я-то и сейчас злилась, что он столько всего знает о Макграте и Филче, но ничем не делится.

«Вторая версия Филча-ректора, ты обещал рассказать!» – написала я на клочке бумаги и пододвинула к Уиллу.

«Не обещал, не выдумывай. Но если самой лень копаться в библиотеке, то готов поделиться информацией. Вечером, в каком-нибудь ресторанчике».

«Давай у меня на работе? Райончик там так себе, но кормят неплохо и можно спокойно переговорить. Еще – я угощаю!»

Гаррисон кивнул и указал на себя. Сам хочет заплатить? Я не была против. Правда, там придется пристальнее следить за его кошельком, райончик так себе.

«И поцелуй на крыльце», – дописал он.

«Ну если сохранишь все зубы – возможно», – я подвигала бровями, Гаррисон закатил глаза.

Ну да, ну да, будущий боевой маг с навыками мастера-воина, что ему какой-то сомнительный райончик, хе-хе-хе. Тем более бестолковая Тейт туда почти каждый день ходит на работу, а значит, беспокоиться не о чем.

Лоусон заметила нашу переписку и теперь буравила взглядом, поэтому пришлось сложить руки поверх тетради и сделать крайне сосредоточенное лицо. Еще бы мысли упорядочить, а то никак не получалось сосредоточиться на магических схемах и тактике групповых сражений.

– Практическое занятие проведет магистр Фрибуш, – закончила речь Лоусон. – Постарайтесь сделать так, чтобы он не сбежал из академии сегодня же.

Послышались смешки, которые быстро затихли, стоило Макграту войти в аудиторию. Вчера он не сидел сложа руки: подстригся по последней моде, сменил костюм на униформу преподавателей боевой магии, кожаную, обтягивающую, с шипами и пластинами брони, чтобы и функционально, и фигуру подчеркивало.

Кларисса и прочие сразу же закапали слюной и начали перешептываться, а я прикрыла лицо ладонью и уткнулась в конспект лекций. Не так просто восхищаться архиличем, когда сама же собрала его из костей. Возможно, не совсем правильно, потому что плечо его до сих пор плохо слушалось, да и мое постоянно ныло.

– Могу поспорить, что скоро у тебя будет целый гарем названых мамочек, – хмыкнул Гаррисон. – Ты бы приглядывала за магистром Персивалем, он уже немолод, вдруг не выдержит натиск?

– Его проблемы, – отмахнулась я.

Макграт поймал мой взгляд, едва заметно подмигнул и поставил на стол Лоусон пищащую корзину.

– Я нашел вспыхлей. На девятнадцать больше, чем требовалось, зато могу гарантировать, других в академии нет!

Девчонки снова захихикали и по очереди послали ему воздушные поцелуи. Да, бедные вспыхли, они еще не сталкивались со столь отчаянными охотниками. И Лоусон тоже хороша: не могла придумать задания посложнее. Что-нибудь с зубом дракона, волосами из хвоста единорога или слезами девственницы. Вот здесь бы Макграту пришлось повозиться, а одно практическое занятие и стулья – пф-ф-ф! Кого это остановит?

– А магистр Керк? – робко поинтересовалась Ани. – Неужели он больше не будет вести у нас занятия?

Ее интерес был вполне понятен: совсем не боевитая дочка пекаря неплохо знала теорию, но вот на практических занятиях обычно еле-еле справлялась с заданиями. И если магистр Керк с пониманием относился к заморочкам деда Ани, который считал, что все в его роду непременно должны отучиться в академии, то новый преподаватель мог оказаться совсем иных взглядов.

И не любить пироги, что еще страшнее.

– Если ректор одобрит мое назначение, – и это «если» у Макграта прозвучало как «когда», – то мы с магистром Керком разделим обязанности: он займется вашей боевой подготовкой, я же – магической.

– Но точного решения ректора у нас пока нет, – напомнила Лоусон.

Дальше нас отпустили переодеться в форму для практических занятий и запустили в зал. Кларисса, кажется, отобрала одежду у кого-то другого, потоньше, из-за чего сейчас кожаные штаны чуть ли не потрескивали от натяжения, а куртка застегнулась только снизу, демонстрируя всем, что с бельем у нашей королевы серьезные проблемы.

– Застудишь бронхи – попадешь в лечебницу, а там и так работы хватает, – Лоусон на ходу затянула все застежки на Клариссе так, что у той дыхание сперло. А еще собрала ее белокурые локоны в пучок и заколола собственной шпилькой. – Будешь трясти космами, однажды за них схватят, накрутят на руку и дальше сотворят такое, что крепко врежется тебе в память.

– О, да, – поддержал Гаррисон, но поглядел при этом почему-то на меня.

Пусть сначала попробует схватить! И вообще, сегодня у меня никакие не космы, а вполне пристойная коса, которая даже растрепалась не так сильно.

– Даже «Мистер Идеальные Локоны» понимает это, – продолжила распекать Клариссу Лоусон, – поэтому на время тренировок или футбольных матчей волосы собирает. Берите пример с Гаррисона или Ани.

Подруга покраснела и пригладила и без того зализанную прическу. По ее округлой фигуре об этом сложно догадаться, но в прошлом Ани занималась балетом, по настоянию бабушки по матери, поэтому до сих пор могла сесть на шпагат и умела делать самые аккуратные и крепкие пучки во всем Эмеральде.

– Тогда враги сами сбегут, сраженные нашей красотой, – Кларисса скривилась и украдкой ослабила застежки на куртке.

– В те времена, когда я был еще не таким старым и больным, – влез Макграт, – девушки в теле пользовались невероятной популярностью. Большой удачей считалось найти жену покрупнее. Эх…

Ани покраснела еще сильнее, особенно когда поймала сразу несколько заинтересованных взглядов от парней из футбольной команды. Удача, значит. А Филч в новолуние просто отдает дань увлечениям молодости? И Ани может быть в опасности, ведь новолуние на днях?

– А еще – поумнее и поскромнее, – добавила Лоусон. – Я достаточно прочитала хроник того времени: особенно ценились девушки, у которых нет ни одного несданного зачета.

– Прекрасно, что эти времена остались в прошлом, – Гаррисон без церемоний положил руку мне на плечо. – Куда нам столько красивых и умных девушек?

– Времена ушли, но ценители остались, – Макграт одарил собравшихся очень долгим и красноречивым взглядом, от которого жарко стало даже мне, а Лоусон закашлялась.

Как бы так ненавязчиво намекнуть ей, что у моего названого папочки немало тайн и, возможно, не хватает одной кости, хотя ума не приложу, куда бы ее следовало приставить. Скорее уж это был просто кол, которым для надежности пришпилили ректора, чтобы точно не восстал. А я испортила весь механизм!

Тем временем Макграт прихватил учебный деревянный меч, вышел в центр площадки для магических сражений, дал знак активировать защитное поле и повел левым плечом, отчего больно стало почему-то мне. Он подвесил несколько наполненных магией знаков: «сон», «слабость», «отражение» и еще что-то незнакомое. Но вслух зачитывать заклинание не стал. Так выше шанс ошибиться, но меньше вероятность, что враги раскусят твой план. Да и быстрее, поэтому почти все боевые и защитные заклинания основывались на схемах, не включая фразы на языке перводетей.

– Изящно, – похвалил Гаррисон. Филчев умник! Мог бы и пояснить, а не добавить: – Сама сейчас увидишь.

Лоусон тоже одобрительно хмыкнула и сделала какие-то пометки в блокноте. Я заметила, что на занятие пришел нынешний ректор, и еще несколько преподавателей, и даже мисс Пэриш, все с тем же томиком «Любовных страстей Розы», что читала и прошлый раз. Неужели не осилила такую тоненькую, всего-то в четыреста страниц книгу? Или теперь перечитывает особенно удачные и трогательные моменты?

– Итак, – Макграт еще раз дернул плечом, затем сделал подобие боевой стойки, – я здесь человек новый, отчего у многих ожидаемо возникли вопросы насчет моей компетенции. Не буду хвастаться своими победами или же дипломами, кому это интересно? Предлагаю любому из студентов простую дуэль. В случае вашей победы я передам вам золотой слиток, в случае моей – все вместе чиним стулья.

– Какие стулья? – уточнил Барнабас, у которого жадность уже боролась со вполне естественным страхом схлопотать по шее. В тренировочном зале постоянно действовали заклинания, которые ускоряли регенерацию, но сломать кости и зарастить их – все равно не слишком приятно.

Пускай Макграт не выглядел опасным противником, скорее этаким милым улыбакой с агитационного плаката, а у самого Бабра – полный шестой уровень, что не так уж мало для студента, но и в преподаватели не взяли бы слабака без опыта, а если бы и взяли, тот бы не стал разбрасываться золотыми слитками. Так что опасения Барнабаса и прочих вполне обоснованны.

– Сломанные стулья! – оптимистично закончил «папенька». – Не думаю, что их так много в академии, все же студенты – умные и взрослые люди без подростковой страсти к разрушению. Так что за час-полтора справимся. Ах да, чтобы не тратить время нашего декана Лоусон и господина ректора, – Макграт кивнул нынешнему главе академии, который изо всех сил пытался втянуть живот и одновременно зачесать челку на лысину, – я буду сражаться сразу со всеми. Ну же, не трусьте! Такой шанс выпадает нечасто!

– О да, отличный шанс схлопотать по шее от человека, который вломил Филчу, – напомнил Гаррисон вполголоса, но Макграт его все равно услышал.

– Я называю это «бесценный практический опыт». К тому же в битве с Филчем я был не один, основную роль сыграл Кайден Макграт и его возлюбленная Назира. Неужели не найдется смельчака, который бросит вызов старому и ослабленному долгим сном магу?

Барнабас неуверенно шагнул вперед, за ним еще двое парней из футбольной команды. Кларисса и ее подружки захихикали и остались на месте, в отличие от всех остальных наших одногруппников. Я тоже попыталась было выкрикнуть свое имя, но Гаррисон успел раньше: зажал мне рот ладонью и притянул к себе.

– Расслабься, Тейт, этот противник тебе не по зубам. Давай лучше найдем места получше, представление будет отменное!

Не слушая возражений, Уилл вывел меня из толпы и даже подтащил стул, на который обычно складывали предметы для тренировок, чтобы не бегать за ними в другой конец зала. Сидеть, когда все остальные стояли, было неудобно, но следом за Гаррисоном и другие парни стали подтаскивать стулья для девушек. Барнабас притащил сразу два: для Лоусон и для магистра Салли, который вначале смутился, затем сел рядом с деканом.

Ректор и другие преподаватели стояли у перил верхнего яруса и постоянно перешептывались между собой. А вот мисс Пэриш отложила книгу и прикусила нижнюю губу, будто Макграт собирался не раскидать студентов в учебном поединке, а устроить отбор в свой личный гарем. Правда, тогда бы нашему консьержу пришлось конкурировать с Клариссой и ее знойными подружками, а еще пирожками Ани, но шанс покорить сердце сурового красавчика есть у любой женщины, романы врать не будут!

Пока же студенты по одному окружали Макграта, но атаковать не решались. Первым нервы не выдержали у Стоуна, он выпустил примитивное «копье огня», решил действовать нагло и в лоб, вдруг удастся продавить защиту будущего преподавателя. Барб сразу же поддержал его причем целой серией копий, но огненные росчерки просто вязли в защите Макграта, а сами парни с каждым новым заклинанием слабели. Закончилось тем, что они повалились на землю.

– Я же говорил – изящно, – Гаррисон поправил очки и что-то записывал в блокноте. – Они даже не заметили, как Фрибуш «отравил» всю энергию: чем больше ее забираешь для заклинаний, тем сильнее слабеешь.

– И как же его победить?

– Ручками, ручками, как завещал старина Макграт, когда ввел в программу обучения боевых магов обязательные занятия по фехтованию и общей физической подготовке, – как бы невзначай он оперся о спинку моего стула, а я изо всех сил делала вид, что нисколько не нервничаю от его близости. Ничуть. А если что-то и мелькает, то только от страха, что Гаррисон выкинет какой-то номер в духе: укради рюкзак Харпер и спрячь его. Раньше он такого не делал, но после открытки в руках мертвого ректора я даже не знаю, чего от Уилла ждать.

– Или чем-то столь же мерзким и не затратным в плане магической энергии, – продолжил он. – Но лучше, конечно, сочетать.

В подтверждение его слов оставшиеся на ногах студенты разом вытащили оружие, обвесили себя защитными заклинаниями и пошли на Макграта. Но «папенька» вдруг исчез в лучших традициях мастера-вора, появился за спиной у одного из противников, оглушил его учебным мечом и снова исчез.

– Так нечестно! – от возмущения я даже подпрыгнула на стуле. – Мы еще не проходили преодоление полной невидимости.

– Угу, набрасываться на одного, когда вас полторы дюжины – это куда как честнее. Расслабься, Харпер, в жизни вообще мало справедливости, и уж точно никто из врагов не станет спрашивать, к чему ты готовилась, а к чему нет. Зато какой отличный шанс подглядеть за действиями настоящего боевого архимага и почерпнуть что-то для себя. И позлорадствовать, что бо́льшая часть наших одногруппников будет сегодня чинить стулья, а мы пойдем на свидание.

Ха-ха-ха, да к полуночи он будет завидовать Барбу и прочим, но расстраивать Гаррисона раньше времени я не стала, тем более дядюшка Питер постоянно намекает, что пора бы мне найти себе парня, и норовит с кем-нибудь познакомить. А друзья у него весьма сомнительные, Гаррисон просто сокровище по сравнению с ними.

Макграт к тому времени разобрался с противниками, торжествующе взмахнул кулаком и снова подмигнул всем собравшимся девушкам разом. Даже мисс Пэриш впечатлилась и раскрыла рот от удивления. Гаррисон заметил это и нахмурился.

– Не расстраивайся, ее сердце отдано Мустафе, – я пихнула его локтем куда-то в район бедра, но Уилл словно бы и не заметил. Он внимательно разглядывал нынешнего ректора, Макграта и мисс Пэриш, беззвучно шевеля губами.