Читать книгу "Агентство «Острый нюх». По следам преступлений"

Глава 2

Рука по привычке потянулась к телефону, но я отдернула ее и шикнула мысленно на себя. Не имею я больше права звонить ему и беспокоиться, даже по-дружески. Пока, во всяком случае. Пусть все уляжется, и все будет в норме. Рэм с Сергеем разговаривали на какие-то свои темы, пока мы дожидались этой Ирины, и я, еще немного поразмышляв над своим беспокойством, вдруг пришла к неожиданному для себя решению. Знаю, кто сможет без проблем позвонить Женьке и присмотреть за ним. Ни минуты не сомневаясь, я довольно бесцеремонно вклинилась в беседу Рэма и Сергея.

– Рэм, можно тебя на минуточку? – Я встала с кресла и вопросительно глянула на барса.

– Конечно. – Он встал и отошел со мной в сторону. – Что случилось? – понизив голос, спросил шеф.

Я набрала в грудь побольше воздуха и выдала:

– Мне нужен телефон Ани Солодовой. Можешь достать?

Брови Рэма поползли вверх, в глазах мелькнуло любопытство.

– Могу, а тебе зачем, если не секрет? – поинтересовался он.

Слегка покраснев, я отвела глаза и ответила:

– Позвоню ей и попрошу с Женькой связаться. В конце концов, они друзья с детства, – призналась я. – Беспокоюсь все-таки.

Покосилась осторожно на Рэма – он серьезно смотрел на меня.

– Сейчас, – кивнул барс. – Серег, пять минут, ладно? Идем, Ален.

В кабинете он сел за стол, с сосредоточенным видом уставившись в монитор, я опустилась на стул, терпеливо дожидаться. К моему удивлению, Рэм справился быстро, и через несколько минут передо мной легла бумажка с номером.

– Держи. – На его лице мелькнула улыбка. – Думаешь, если что, Аня с ним справится?

– Ну, мое дело предупредить, а дальше ей самой решать. – Я пожала плечами. – Понимаешь… – Я замялась, не зная, уместно ли объяснить мотивы моего беспокойства об уже бывшем мужчине. – Женька, конечно, здравомыслящий, глупостей вряд ли наделает, но…

– Я понимаю, – мягко перебил меня Рэм. – Все в порядке, Ален. Пойдем.

Мы вернулись в гостиную, там Сергей с кем-то разговаривал по телефону, как я поняла, по работе. При нашем появлении он закончил беседу и повернулся к нам.

– Так, давай подробнее, что за женщина, как жила, кто муж и все остальное. – Рэм сел в кресло и посмотрел на следователя.

– Муж – крупный бизнесмен в строительном деле, – начал рассказывать Сергей. – Женаты с Оксаной были семь лет, до этого долго ухаживал и добился. Жену любил, она его вроде тоже…

– Вроде? – зацепился за оговорку Рэм, и я тоже навострила ушки.

– Ну, саму Оксану, как понимаешь, уже не спросить, а друзья все говорили, что с виду все у них нормально было, – пожал плечами следователь. – Борис ей и подарки, и цветы, в общем, все, как и полагается любящему мужу.

– Ревнив? – тут же задал следующий вопрос Рэм.

– Полагаю, да, но, по расспросам, Оксана или была очень осторожной, если впрямь любовника завела, либо в самом деле ничего такого не было. – Сергей поморщился. – По крайней мере, опрошенные ничего не знают.

– Даже Ира? – уточнил Рэм. – Если она лучшая подруга?

– Ты же понимаешь, формально я не могу ее ни о чем допрашивать, дело ясное, прыгнула сама. Борис был на работе в это время. – Следователь хмуро посмотрел на барса. – Оксана одна, это стопроцентно, наши ищейки тоже подтвердили. Следов посторонних в квартире не нашли.

Ага, значит, штатные оборотни и ведьмы у них проверили. Ну, явных следов, может, и не было, но ведь на расстоянии тоже можно убить, ритуалом или еще чем-то таким. А это уже моя область, запах дурной магии.

– Так что Ира? Она же пришла к тебе? – вернулся Рэм к подруге Оксаны.

– Пришла, да, – кивнул Сергей. – Сказала только, что Оксане жилось далеко не так хорошо, как все считали, и что Борис ее чуть ли не в золотой клетке держал, контролируя каждый шаг. Больше не сказала, объяснила, что опасается, будто и среди людей в погонах у него есть связи. – Следователь поджал губы. – Я, признаться, так и не понял, зачем она приходила, раз улик у нее никаких, только одни предчувствия да смутные подозрения.

– Как и у тебя, – негромко произнес Рэм, задумчиво глядя на собеседника и поглаживая губы.

Я на некоторое время выпала из реальности, завороженно наблюдая за его действиями, вспоминая, что эти губы могут со мной сделать… Спохватившись, отвела взгляд, неудержимо краснея, и осознала, что так и держу в руках бумажку с номером Ани. Так, ладно, сначала дослушаю разговор, а потом позвоню.

– Да, как у меня, – согласился Сергей. – Поэтому и пришел к тебе. – Он вздохнул и откинулся на спинку дивана. – Мое чутье меня еще не обманывало, а тут реально не за что зацепиться. – Он развел руками.

– Ладно, разведаем, – кивнул Рэм.

Поняв, что пока беседа приостановилась, я набрала номер Ани, стараясь не думать, как это выглядит со стороны. Бывшая девушка просит, очень даже может быть что будущую, присмотреть за взрослым мужчиной… В трубке послышался голос Ани, и я оборвала мысли.

– Слушаю, – чуть удивленно отозвалась лисица.

– Аня, это Алена, – быстро заговорила я, чтобы она не успела бросить трубку. Наверняка Женька ей обо мне рассказывал, не мог не рассказать. – Позвоните, пожалуйста, Жене, узнайте, как у него дела.

В трубке воцарилось недружелюбное молчание, я прямо наяву видела, как нахмурилась Аня.

– А вы сами не можете? – несколько резко отозвалась девушка.

– Ань, лучше, если вы это сделаете, – ответила я, не вдаваясь в подробности. – Поверьте, вас он выслушает с гораздо большим удовольствием.

– Вот как? – прохладно произнесла Аня. – Ладно, хорошо, позвоню.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я и поспешно отключилась.

Позвонит, точно. А то и сама ринется на его поиски, если я правильно истолковала тот поцелуй. Девчонка, скорее всего, безнадежно влюблена в него, а остолоп Лис этого в упор не видит. Ну и дурак, между прочим, я чувствовала даже по той мимолетной встрече, что Аня – девушка хорошая и больше ему подходит. Начать с того, что она из одного с ним клана и знакома с детства, и более чем уверена, личная жизнь у нее не складывается. И потом, если бы она ему хоть чуть-чуть не нравилась, оттолкнул бы сразу, а не целовался с ней. Ай, ладно, как сложится, так сложится…

Мои мысли прервал звонок колокольчика – пришла Ира. Я встала с подоконника и поспешила встретить гостью.

– Добрый день. – Я улыбнулась неуверенно переминавшейся молодой женщине не старше тридцати. – Раздевайтесь, проходите, мы вас ждем.

– Мне сказали сюда приехать, следователь… – Ира огляделась.

– Да-да, он ждет. – Я кивнула.

Ира разделась и прошла за мной в гостиную. На звон вышли Василиса и Рада и тоже устроились на диване, разглядывая Иру.

– Рэм Рожнов, директор агентства «Острый нюх», – представился барс, встав ей навстречу. – Может, чаю?

– Н-нет, спасибо. – Ира примостилась на краю свободного кресла и покосилась на Сергея. – Агентство? – растерянно переспросила она.

– Вы же сказали, что смерть Оксаны неслучайна, – спокойно ответил Колесников. – А здесь вам могут помочь, если все, как вы говорите, правда.

– Так что с вашей подругой было неладно? – вступил в разговор Рэм. – Расскажите, Ира.

Она вздохнула, сложила руки перед собой и начала рассказ.

– На самом деле Оксанка Борю не любила, – призналась Ира. – Он просто слишком настойчивый оказался и чуть ли не вынудил ее. У нее-то семья люди простые, – усмехнулась девушка, но невесело. – Видели, как шикарно ухаживает, да и насели на Ксюху. Она вышла за него, только сама не рада потом оказалась. Боря очень ревнивый и следил чуть ли не за каждым ее шагом, он ведь знал, что она к нему не испытывает ничего. Но вроде потом притерпелась, привыкла, некоторое время нормально все было, а потом Оксанка встретила Пашку. – Ира помолчала. – Она много не говорила, но светилась вся, влюбилась. – Девушка прикусила губу. – Сначала осторожничала очень, но Борис вроде расслабился, не так пристально следил за ней. Они иногда встречались с Пашкой, Ксюха даже подумывала в последнее время все же развестись, она не держалась за эту богатую жизнь. – На губах Иры снова мелькнула кривая усмешка. – Говорила, эти жены Борисовых приятелей только о брюликах, любовниках да светских сплетнях говорят, пустышки и глупые курицы.

– Думаете, Борис узнал про Павла? – переспросил Рэм.

– Вполне может быть, – кивнула Ира.

– Что за Павел? – выпрямился Сергей. – Откуда он, где работает?

– Не знаю. – Оксана беспомощно пожала плечами. – Оксанка особо не распространялась о нем, наверное, опасалась, вдруг Борис начнет меня расспрашивать, если вдруг заподозрит что-то, а он… – Девушка запнулась и поежилась. – Ну, если ему надо что-то узнать, мало ли, какие способы применит.

– Ну уж не пытки же, – с сомнением произнесла Василиса. – Мы не в Средневековье, в самом деле.

– Нет, но с помощью магии можно всякое, – резонно возразила Ирина. – Оксанка говорила, Борис довольно жесткий человек. Не знаю, может, и ее бил. – Девушка потерла плечи. – Со мной настолько она не откровенничала. Вообще, она после свадьбы стала замкнутой, немногословной, подозреваю, что на самом деле мог и руку на нее поднимать.

– Да, странная у людей любовь порой бывает, – протянула Рада, ее взгляд стал отсутствующим на несколько мгновений.

– Значит, кто такой Павел и где его найти, вы не знаете, – с заметным разочарованием отозвался Сергей.

– Нет, я ни разу его не видела, – кивнула Ира и посмотрела на Рэма. – Вы… возьметесь проверить? Я уверена, Борис узнал про этого Пашу и… наказал Оксанку. – Она снова запнулась.

– Хм, а сейчас посмотрим, девонька. – Рада встала и ненадолго удалилась к себе, потом вернулась с колодой карт. – Значит, говоришь, Борис, Паша и Оксана?

Ирина кивнула, и наша гадалка, перемешав карты, ловко разложила их на столе.

– Знал этот Борис о любовнике, – уверенно заявила Рада, постучав пальцем по одной из карт. – И жутко ревновал. – Она замолчала и нахмурилась, разглядывая расклад, и я напряглась – неужто Ира права? – Так, с парнем этим вроде пока все в порядке, если не дурак, то, узнав о смерти Оксаны, уехал подальше, пока все не утихнет. А вот Борис ваш замазан в темных делишках. – Палец Рады передвинулся на Дьявола, потом на Мага. – И скорее всего чутье вас не подвело, Сергей, магия тут тоже замешана.

– Так, давай адрес этого Бориса. – Рэм хлопнул в ладони. – Алена, проедемся, посмотришь, что там и как. – Я кивнула, чувствуя, как проснулся азарт. – Предлог придумаешь? – Рэм усмехнулся, посмотрев на Сергея.

– Не вопрос, – невозмутимо кивнул следователь. – Наверняка недоволен будет, но если в самом деле это убийство… – ведьмак нехорошо прищурился, в его глазах появился опасный блеск, – открою дело, – уверенно заявил он. – Вы мне только зацепку дайте.

– Тогда звони этому Борису, пусть встречает нас. – Рэм поднялся.

Пока Сергей разговаривал по телефону сухим, официальным тоном, мы пошли одеваться. И хотя в гостиной было много народу и барс особо не распускал руки, но прикосновения невзначай, когда помогал одеваться, теплое дыхание около уха, его ладони на моих плечах – все это рождало в животе сладкое томление, и с моих губ не сходила улыбка.

– Все, он будет дома. – Сергей вошел в коридор, и Рэм убрал руки, правда, поспешности в его действиях не было. – Поехали, тут недалеко, у него квартира на Ваське в новом квартале на Приморской. – Следователь быстро оделся.

Рэм открыл дверь, пропуская вперед, и когда я проходила мимо, его ладонь легла мне на талию, и он вышел следом. Ничего не могу поделать, от таких вроде ненавязчивых знаков внимания я млела, как школьница во время первой влюбленности. Впрочем, кажется, я действительно впервые в жизни влюбилась… Все, что было до этого, просто увлечения, симпатии, не более, как я теперь понимала. Таких сильных чувств не испытывала и так остро не реагировала ни на одного мужчину из тех, что у меня были. Ох. Так, Аленка, настраиваемся на дело, предстоит поработать ищейкой.

Мы спустились вниз и сели в машину Рэма, я уже привычно устроилась на переднем сиденье. Поскольку до вечернего часа пик еще оставалась пара часов, до Васильевского добрались быстро. Завернув во двор, остановились у высотки, вышли, Сергей провел нас к нужному подъезду и нажал домофон. Открыли нам сразу, что меня слегка удивило. Если Рада права – а ее предсказания всегда сбывались, – Борису есть с чего нервничать, если к нему снова заявится следователь. Хороший актер?.. Мы прошли большой холл с бдительной консьержкой и цветами в кадках, на лифте поднялись на шестой этаж и подошли к нужной двери. Тяжелой, железной и, кажется, даже бронированной. Она была приоткрыта, и Сергей толкнул без раздумий, переступив порог квартиры. Мы зашли за ним.

Хозяин ждал нас в коридоре, и по дорогому паркету на полу, не ламинату, уже можно было сказать о достатке владельца. Евроремонт, мебель стильная, дорогая, сам коридор – скорее больше холл напоминал, из которого вели пять дверей в разные комнаты. Не удивлюсь, если эти хоромы еще и двухуровневые. Борис выглядел как и полагается безутешному вдовцу: осунувшееся лицо, печаль во взгляде, одет во все черное – рубашка, штаны. Гладко выбрит, подтянут, лицо холеное, властное, несмотря на печать потери на нем. Я внимательнее вгляделась в Бориса, нутром ощущая какую-то фальшь во всем его облике, но конкретно определить, что же меня настораживало, не могла. В том, что расклад Рады показывал правду, уже не сомневалась – нечисто что-то со смертью Оксаны, ой, нечисто. Ну что ж, будем нюхать.

– Добрый день, – негромко поздоровался Борис, окинув нас изучающим взглядом, и посмотрел на Сергея. – Так что случилось?

– Нам просто надо еще раз осмотреть вашу квартиру, – спокойно ответил следователь и махнул рукой в нашу сторону. – Мои специалисты сейчас сделают.

Борис наклонил голову в молчаливом согласии, но я подметила, как его взгляд стал настороженным, острым.

– Где я переодеться могу? – настроившись на рабочий лад, сухо спросила хозяина.

Я уже не сомневалась, мой песец что-то здесь найдет. Не выказав удивления столь странной просьбой, Борис махнул в сторону одной из дверей.

– Здесь, пожалуйста, – кратко произнес он.

– Благодарю, – коротко кивнув, я направилась в указанную сторону.

На мгновение мелькнула шаловливая мысль, а не пойдет ли Рэм за мной, но – не пошел, все-таки мы на работе. За дверью оказалась обычная гостиная, и вроде в ней ничего примечательного, кроме дорогого евроремонта, не ощущалось. Раздевшись, сложила одежду на диван, выпустила песца, и мир тут же наполнился запахами. Кроме кожи и дерева и разнообразных парфюмов от мужчин – я невольно сморщила нос, – еще едва уловимо пахло тем самым, неприятным тухлым, и я уверенно направилась по следу. Лапами открыла дверь, вышла в коридор, постаравшись не обращать внимания на удивленно-озадаченный взгляд Бориса, и сосредоточилась на аромате. Не ритуал, точно, слишком уж слабый след, скорее какая-нибудь вещица, артефакт. Проклятья пахнут не так, значит, и не оно тоже. Порча… Нет, не порча. Точно, артефакт. Осталось его найти. Под внимательными взглядами молчаливых мужчин я потрусила к одной из дверей, куда меня вел запах, и Рэм поспешил открыть ее передо мной. Подметила краем глаза, как на лице Бориса мелькнуло одновременно недовольное и обеспокоенное выражение, и поняла, что чутье ведьмака не подвело – у безутешного вдовца явно рыльце в пушку.

За дверью оказалась еще одна гостиная, и если первая была безликой, стандартной, то здесь ясно ощущалось, что хозяева любят бывать часто. Удобный широкий диван, два кресла, большая изогнутая плазма, колонки домашнего кинотеатра. В углу в изящной вазе из разноцветного стекла, похожего на муранское – а может, оно и есть, – стояла композиция из засушенных цветов. На полу – шелковый ковер, на стенах несколько пастельных картин, в другом углу горка с коллекцией хрустальных и фарфоровых фигурок. Еще в комнате имелся застекленный балкон. А в этой комнате запах стал резче, я аж чуть не чихнула, но, к моей досаде, ни одна из вещей в гостиной не имела к нему отношения. След привел меня к абсолютно пустой стене, и сомневаюсь, что за ней тайник с сейфом. Я запрыгнула на диван и села, обернувшись на Рэма и беспомощно посмотрев на него. Да, вот тут пахло сильнее всего, но не диван же, в самом деле! Да и не от него пахло плохой магией, совершенно точно. От стены.

– Ален? – негромко позвал Рожнов, сев передо мной на корточки и внимательно вглядываясь в мои глаза. – Что-то есть?

Я коротко тявкнула, прислушиваясь к своим ощущениям – к неприятному запаху злой магии примешивался еще один, совсем-совсем слабый, но тем не менее я его учуяла. И что это у нас такое? Снова удивилась: пахло масляными красками. А вот это уже интересно, однако. Повернулась к Рэму, выразительно посмотрела, дав понять, что закончила исследование, и он понял – кивнул, взял меня на руки, тихонько почесав между ушами. А я и растаяла от такой простой ласки и едва не потеряла контроль, выпустив рысь – она так вообще млела от конкретно этого барса.

Борис посторонился, давая нам выйти из гостиной, его брови были нахмурены.

– Что-то случилось? – осторожно уточнил он.

– У меня к вам еще несколько вопросов, – официальным тоном обратился к нему Сергей. – Давайте присядем.

Хозяин дома поджал губы, но прошел за ним к дивану, а меня понесли дальше, переодеваться. Меня аж распирало от желания поделиться, я чувствовала, что этот запах краски неспроста. Причем не обычной, которой стены красят, а так пахнет в мастерских художников. Интересно, как связан запах дурной магии и краски? Мне в голову ничего не приходило, но я уверена, у Рэма появятся предположения. А еще очень интересно, о чем будет беседовать Сергей с Борисом. Поэтому, едва Рэм поставил меня на пол в комнате, я обернулась обратно, даже не подумав о том, в каком виде предстану перед ним. С другой стороны, а чего он там уже не видел, мда…

– Есть тут следы темной магии, – возбужденно сообщила я, ничуть не стесняясь – было бы чего. – И еще…

Запнулась, не договорила, наткнувшись на взгляд Рэма. Пристальный, откровенно меня разглядывающий, и почему-то от него стало жарко – когда Женька наблюдал мои переодевания в процессе превращения, я относилась к этому спокойнее. Поспешно отвернулась и потянулась за бельем, чувствуя, как теплеют щеки и на губах расползается неуместная радостно-застенчивая улыбка. Трусики я успела надеть, а вот дальше в процесс включился барс, к моему замешательству и подскочившему волнению.

– Так что еще? – Голос Рэма раздался неожиданно близко, и бюстик застегивал уже он.

– Краской масляной пахло, как будто там картина висела, – донесла я свои соображения. – У пустой стены. И туда же запах магии уходил, но за стеной ничего нет, только соседи.

– Хм, – задумчиво обронил Рэм, и его пальцы словно невзначай провели вдоль позвоночника, медленно и едва касаясь.

Я вздрогнула, прогнулась, но желания одернуть не возникло. По коже разбежались щекочущие мурашки, и мысли на несколько мгновений свернули совсем на другие темы, чем текущее расследование. Однако дальше хулиганить Рэм не стал, дал мне спокойно одеться, и мы вышли в коридор.

– Картина, значит, – вполголоса так же задумчиво протянул Рожнов, и мы зашли в гостиную.

– Выходит, вы не знали, что у Оксаны любовник был? – Сергей уже разговаривал с Борисом.

– Н-нет. – Тот нахмурился и покачал головой. – Вы уверены? Она ни в чем не нуждалась, я обеспечивал ее всем, любил, заботился! Зачем ей? – Я отчетливо расслышала в его голосе нотки легкого раздражения, хотя на лице Бориса появилась растерянность. – Я бы точно почувствовал, если бы это было правдой!

Сергей несколько мгновений пристально вглядывался в лицо собеседника, потом кивнул своим мыслям и встал.

– Возможно, вы правы и у нас неверные сведения, – не стал он настаивать. – Что ж, благодарю, Борис. – Ведьмак поднялся. – Не прощаюсь, возможно, проявятся еще какие-то подробности.

Бизнесмен прищурился, в его взгляде мелькнуло уже отчетливое недовольство.

– Оксана покончила с собой, какие еще подробности? – довольно сухо произнес он. – Или вы что-то скрываете от меня? – Борис скрестил руки на груди, тон звучал предупреждающе.

Однако Сергей на провокацию не поддался.

– Если у меня появятся еще вопросы, я вам их озвучу, – ровно произнес Колесников.

– Борис, у вас есть в доме еще картины? – неожиданно вступил в беседу Рэм, вроде как небрежным голосом.

Я видела, как он внимательно наблюдает за хозяином дома, и сама посмотрела на его лицо. Удивление на нем вроде было неподдельным.

– Картины? – переспросил он. – В смысле, какие картины?

– Написанные масляными красками, – уточнил барс. – Вы разрешите посмотреть другие комнаты?

Отчего-то я была уверена – в них ничего нет. Даже если какая-то картина и была, хозяин заблаговременно избавился от нее. Вопрос в том, что за картина и почему от нее пахло черной магией? Или все же не от нее?..

– Да, конечно. – Показалось, ответил Борис не слишком охотно, но тем не менее повел нас смотреть квартиру.

Конечно, никаких картин мы не обнаружили, я и не сомневалась, что так будет. Тем не менее какая-никакая, а все же слабая ниточка появилась. После осмотра мы распрощались с Борисом и вышли на улицу.

– Прослушку бы ему поставить, – протянул Сергей, подняв голову и посмотрев на серое небо. – Твоя предсказательница права, Рэм, рыльце у него явно в пушку, и о любовнике он знал. Вон как убедительно врал. – Ведьмак криво усмехнулся. – Пытался уверить нас в своем горе и незнании.

– А картины могут быть как-то связаны с черной магией? – полюбопытствовала я, пока мы садились в машину.

– Я с такими случаями не сталкивался. – Сергей пожал плечами и нахмурился. – Поспрашиваю у своих, может, кто что знает.

– Я тоже поищу, – кивнул Рэм. – Серег, есть возможность как-то проверить контакты этого Бориса за последнюю неделю хотя бы? Кому звонил, с кем общался?

– Разве что распечатку запросить по его номеру, – с сомнением ответил Сергей. – Но на это, сам понимаешь, нужна веская причина…

– Ладно, попробую сам, есть у меня знакомый один, – кивнул Рэм, выруливая со двора. – Скинешь номерок Бориса? Хорошо бы еще найти Павла, но, наверное, это уже невозможно, раз о нем ничего не известно. – Барс вздохнул.

– Скину, конечно, – согласился Колесников.

Мы доехали до офиса, и следователь уехал, а я и Рэм поднялись в агентство.

– Ну, кто-нибудь что-нибудь знает о возможности воздействовать черной магией через картины? – Рэм собрал всех наших на совещание в гостиной. – Алена унюхала в квартире запах масляной краски, но картин там мы не нашли.

– Я не слышала, – покачала головой Василиса и покосилась на мужа. – Андрей?

– М-м-м, – протянул тот, задумчиво прищурившись. – Я тоже, как-то не приходилось сталкиваться.

Рада пожала плечами.

– Не в курсе, – кратко ответила она.

– Ладно, поищу тогда сам. – Рэм поднялся, посмотрел на часы – время перевалило за пять вечера. – Так, предлагаю на этом закончить наш рабочий день. – При этом заявлении, конечно, на лицах появилось радостное выражение. – Завтра с утра займемся вплотную делом.

Все отправились собираться, а взгляд Рэма остановился на мне. Я невольно замерла, сердце забилось чуть быстрее. Он склонил голову, улыбнулся уголком губ, и внутри все встрепенулось в ожидании, дыхание невольно сбилось.

– Есть планы на вечер? – негромко спросил он, и я поспешно помотала головой.

Его улыбка стала шире.

– Пойдем в кино? – предложил вдруг Рэм.

– Пойдем, – просто ответила я, улыбнувшись в ответ.

По-честному, мне было все равно, куда с ним идти, лишь бы вместе. Я неожиданно поняла, вот прямо в эту минуту, что не хочу сегодня оставаться одна… А еще надо бабуле позвонить, поделиться переменами в моей жизни. Она, наверное, порадуется. Дальше было и кино, и ужин в любимом суши-ресторане, а потом – снова вечерняя прогулка по осеннему Питеру. Мы неторопливо шли по улицам, вдыхая свежий, наполненный запахом приближающейся зимы воздух, и по большей части молчали, лишь иногда обмениваясь короткими репликами. Даже довольно прохладный ветер не мешал на этот раз, ведь в груди разливалось тепло, проникая в каждую клеточку, согревая изнутри и разгоняя стылый холод, норовивший пробраться под куртку.

Постепенно мы приблизились к улице, где я жила, – Рэм подвез меня до дома и там и оставил машину, дальше мы пешком ходили. Остановились у подъезда, я посмотрела на него, и всего на несколько мгновений охватила неловкость. Рэм молчал, отвечая мне серьезным взглядом, и показалось, чего-то ждал. Произносить банальное «К тебе или ко мне?» совершенно не хотелось, как и опошлять такой чудный вечер. Сказать обычное «Ну, пока, до завтра» тоже как-то не хотелось. И я сделала единственное, на мой взгляд, правильное. Посмотрела в глаза и негромко произнесла всего одно слово:

– Останешься?

Сердце на мгновение замерло от тревожно-сладкого предчувствия: я раньше никогда в эту квартиру никого не приглашала из мужчин. Это была исключительно моя территория, где я сама себе хозяйка. Сейчас же… Представить Рэма в моей уютной берлоге почему-то оказалось очень легко, и в голову даже не пришли мысли о том, что у меня не убрано или ужина нет. Мы все равно поели, а на завтрак в холодильнике есть еда.

В голубых глазах Рэма мелькнуло неподдельное удивление, пауза затягивалась, и у меня пронеслась суматошная мысль, что глупость спорола и вообще, наверное, не стоило спрашивать в лоб.

– Да, – тихо ответил он без тени улыбки, а потом нагнулся и поцеловал.