Читать книгу "Темная адептка. Учеба по привычке"

Хвала Мраку, прощальный подарочек бабушки не превратил меня в полубезумную охотницу за головами и прочими частями творений Бездны!

Пожиратель остановился рядом, степенно посмотрел на часы, а потом процедил сквозь зубы:

– Надо же. Не пришла.

– А вы, случайно, не меня ждёте? – Я осторожно высунула своё лицо из орешника, частично отменив иллюзию.

– Не-е-ет, – еле слышно проблеял пожиратель.

– А кого? – спросила я, уворачиваясь от пинков Войского.

Орешник от его манёвров зашевелился, точно от сильного ветра, но пожиратель этого не замечал. Всё его внимание было сосредоточено на девичьей голове, парящей среди ветвей.

Словно под гипнозом, пожиратель сунул руку в карман и вытащил крошечную миниатюру с моим портретом. С настоящим портретом Элены Сатор!

– Она не придёт, – не зная почему, объявила я. – У неё охота намечается.

– На кого это?! – Пожиратель вскинул голову и повёл носом, как если бы выискивал своих.

Я затаила дыхание. Почувствует или нет? Ионар Яростная утверждала, что порождения Бездны теперь будут улавливать мою кровь, и это доставит мне массу проблем. В общем, бабушка крупно просчиталась. Я стояла в шаге от пожирателя, а он меня не чуял! А всему виной была искажающая иллюзия, которую я накинула поверх ауры, пока мы бежали через лес.

– На северных альбатросов, – буркнула я.

Я наконец-то поняла, какие птички пугали Арию. Ночные фурии – второе название альбатросов севера. Мои кузены добрались до Карагата.

Глава 27

Утро для меня началось затемно. Некто совсем охамевший стянул с меня одеяло и ухватил за пятку, потом я различила глухие звуки ударов. Сонно села на кровати и практически не удивилась, увидев Элмара. Он оккупировал мой стул и выглядел до отвращения свежим и отдохнувшим. Безупречно чистая униформа с нашивкой четвёртого курса, начищенные до блеска ботинки, сразу видно, что берг Элмара отрабатывал своё содержание в академии на все сто процентов.

Не задержавшись на обуви, мой взгляд снова заскользил вверх по телу боевика. Мимоходом отметила, что в моём личном хранилище памяти нет боевого мага. Интересно, Элмар сильно обидится, если я его скопирую? Не потому что готова любоваться денно и нощно, а из любви к искусству. Уж больно оригинал хорош, а голову ему можно и другую приляпать!

А потом Элмар узнает и открутит уже мою собственную, но уже из любви к воспитательному процессу. У моего напарника просто запредельное желание вылепить из меня идеального боевого иллюзиониста.

С трудом подавив зевок, яростно потёрла глаза, пытаясь прогнать из них ощущение песка. Потом убрала руки и печально кивнула:

– Увы, ты настоящий.

Сияющая морда боевика слегка помрачнела и сделалась не такой довольной. Нет, он на самом деле рассчитывал, что припрётся ко мне в такую рань и я приму его с распростёртыми объятиями? С обоюдным доступом напарников в комнаты друг друга надо что-то срочно делать. То, что и я могла войти в логово Элмара, минуя магический засов, – так себе компенсация.

В дверь ванной снова застучали.

– Только не говори, что запер Войского и Икара.

– Тебе надо одеться, – неожиданно севшим голосом объявил боевик.

Я проследила за его взглядом и натянула сбившуюся ночнушку на колени.

– Выдохни. Они ненастоящие.

Элмар протянул мне форму и улыбнулся:

– Любоваться не запрещается. И потом, увиденное на Изнанке мне тоже понравилось.

– Ты не слишком разборчив, – буркнула я, прижимая форму к груди, как щит. – Ванная там. – Я ткнула пальцем в сторону двери, намекая, что Элмар сам лишил меня лучшего места для переодевания.

– Оденешься – будет вам рокировочка.

То есть у меня появится допуск к раковине, а парней избавят от соседства с унитазом.

Я пристально посмотрела на напарника. Гхар обнаглевший! Потом взглянула на хронометр, который где-то раздобыл для меня берг, и убедилась – нет у моего напарника совести. И пяти часов не дал поспать.

В замок мы вернулись поздно. Элмару и Джереми приспичило поискать в лесу пожирателя. Моё чутьё вроде как временно отключилось, и я не стала говорить им, что их цель благополучно свалила куда-то в сторону города. Не стала, потому что обиделась, – парни так и не пустили меня в домик, не дали посмотреть, чем же в нём занимался доведённый до нужной кондиции любитель чужой жизненной силы.

Джереми ворчал, что нам попался придурочный пожиратель-извращенец, Элмар отмалчивался. Я тоже не проронила ни слова. Мне всё было ясно: это была ловушка на неинициированную ночную фурию. Кузены предполагали, что я нахожусь в академии, вот и подсунули того, на чью близость мне следовало среагировать. Но эта новость не была единственной – Брита и Бранд не знали о моей новой личине. Приятнейшее известие. Есть пространство для манёвра! Ненавижу, когда загоняют в угол. Могу начать делать глупости.

И всё-таки, кем вчера подзакусили в лесном домике? И почему я перестала ощущать пожирателя как опасного монстра?

– Отвернись.

Дождавшись, когда Элмар встанет ко мне спиной, я быстро натянула панталоны, а потом рывком сняла ночнушку и просунула голову в майку. Боевик стоял не шелохнувшись, прямо-таки идеальная статуя. Я могла бы наколдовать иллюзорную ширму, но хотела испытать Элмара, чтобы выяснить, насколько я могу доверять его словам и обещаниям.

Не больше обычного! Зеркало Лиллы, которое боевик вчера оставил у меня на полке, исчезло. Элмар подсматривал в него, пока я переодевалась.

Хвала многолетней практике! Я успела прикрыть иллюзией лицо ещё до того, как жар опалил щёки и стёк к шее.

– Уже забираешь? Я не успела изучить артефакт, – безразлично проронила я.

– Зеркало работает, – глухо произнёс боевик, а потом вернул его на полку. – Как прошла ночь?

– Несколько раз просыпалась, в остальном нормально.

– Хорошо. Тебя не беспокоили?

– Нет.

Я сама беспокоилась! Икар вскрикивал во сне, но не просыпался, а как только я оказывалась рядом, затихал и погружался в спокойный сон. Здорово Элмар с этим переездом придумал: и страховка на случай моих всплесков Тьмы, и Икар под присмотром.

Боевик считал иначе и, как только я оделась, предложил вытурить иллюзионистов из ванной. Добрый какой! Захотел позаботиться о моём комфорте.

– Спасибо, но меня всё устраивает, – твёрдо объявила я. – И потом, ты сам предложил им переехать.

– Временное помешательство, – процедил сквозь зубы Элмар.

Я сделала вид, что не расслышала.

Рокировочка удалась на славу. Пока я умывалась и наслаждалась замковыми удобствами, Войский с Икаром переоделись, заодно и с Элмаром спелись. Когда я вернулась в комнату, мне объявили, что наш план – полная туфта.

– С чего это? Ваш светлоушастый магистр ничего не смыслит в источниках Мрака. Убедить его, что источник мне отозвался, проще простого, а там уже ты, как мой напарник, клятвенно пообещаешь, что займёшься моим дополнительным образованием. И потом, природные источники силы – только первый параграф в курсе универсальной магии. Дальше нас будут гонять по бытовым заклинаниям.

Универсальная магия потому так и называлась, что использовать её могли все расы, независимо от вида источника или силы дара. Это была основа основ, которую нам не преподали в ШИПе. База, которой мы были лишены. Владей мы ею, обязательно задались бы вопросом, а так ли полезны серебряные чаши, как о них рассказывали.

– Ты ночная фурия, – веско произнёс боевик, словно это что-то меняло.

– Неинициированная и не тронувшая ни одно порождение Бездны.

– Это временно. Ты пока не скрепила пробуждение родового дара кровью жертвы.

Элмар переживал, что мы упустили пожирателя. Напарник был уверен, что раз моя кровь отозвалась на эту особь, то мне и следовало её уничтожить, а коли не вышло, значит, в будущем меня ожидают большие проблемы.

Пожимаю плечами. Глупо дёргаться из-за того, что не случилось, но может произойти. Будь это так, я бы каждый день истерила из-за того, что могу стать чёрным магом. Пример отца стоял перед глазами. Эдриан Сатор как никто умел маскировать основной дар, даже после смерти его вспоминали как архимага тёмных сил и в то же время гениальнейшего иллюзиониста. Не мага, а именно иллюзиониста. А я дочь своего отца, за одним исключением – я не позволю тёмному дару развиться.

– Я создам иллюзию откликнувшегося Мрака, а если магистр Ириэль захочет выяснить уровень моих способностей, его будет ждать сюрприз.

Парни переглянулись.

– Она не понимает, – угрюмо констатировал Войский.

– Магистр Ириэль не самая большая твоя проблема. Ты фурия, – мрачно произнёс Икар. – Ночные фурии – часть призывного войска Тёмного Альянса и подчиняются нашему главнокомандующему.

– Вот Тьма!

– Да, напарник, этого в тебе в избытке, – многозначительно протянул Элмар.

– Что ты предлагаешь?

– Вспомнить, что я мужчина. – Парни от такого заявления протестующе заворчали, но Элмар проигнорировал их замечания. – Я решу твою проблему, напарник. Ты пойдёшь на построение и не будешь испытывать терпение куратора Латар, потом у вас основы медитации с мастером Ар-Ханом, и там ты опять покажешь себя образцовым иллюзионом…

– А потом? – несколько нервно поинтересовалась я.

– Есть несколько вариантов. Так что пусть будет сюрприз. – Элмар с укором покачал головой. – А ведь я был уверен, что ты, как и я, маг Смерти. Ты так быстро нашла общий язык с местной нежитью. Удивительно. Кстати, проблему твоего трёхглавого я тоже решил. Подумай, как будешь меня благодарить.

* * *

Элмар навестил склеп банши перед сном и провёл для полтергейста ритуал, окончательно и бесповоротно связавший его с фантомным Гошей. Об этом поведал Войский, пока мы топали к тренировочной площадке. Меня раздирали противоречия. Приятно было, что Элмар сдержал слово, несмотря на непредвиденную экскурсию по лесу, но… мог бы и с собой взять!

– Не злись, тебе нужно было отдохнуть, – неожиданно встал на его сторону Икар.

– Угу. Как сам?

– Видел сны. – На щеках парня обозначились два алых пятна. – Я чувствовал, когда ты приходила. Я всегда тебя чувствую.

Настал мой черёд краснеть.

– Какие вы милые. Прям зефирные, – хмыкнул Войский. – Пироженки, вы хотя бы понимаете, что рассказывать об этом Элмару не обязательно? Я упарился туда-сюда свои шмотки таскать. Ничего… Это ненадолго.

– В каком смысле? – От удивления я даже остановилась. – Стоп! Я тебя никуда не пущу, пока не ответишь.

Я вытянулась перед Георгом, не давая ему шагу ступить. Войский закатил глаза, видимо, уже пожалел о приступе болтливости, а потом попытался обойти и… наткнулся на мои копии. Пять фантомов стояли плечо к плечу, намекая, что ответить всё же придётся.

– Слышал, тебя Элмар Арбузиком обзывает. Надо было репейником назвать. Если что, он тоже круглый.

– Хорошая попытка, но это не ответ.

Светлая кожа блондина слегка порозовела, мелкие веснушки на переносице стали заметнее. Войский не хотел делиться. Он, кто обычно за словом в карман не лез, пытался отмолчаться. Мне снова вспомнилось его настойчивое желание попасть в столицу. Неужели и впрямь его невеста завела себе другого? Так и разговоров о скорой свадьбе Георг никогда не вёл. Только прикидывался страдающим влюблённым, рассказывал нам о чудесной Верии – девушке с волосами цвета спелой пшеницы, – любовался её миниатюрой в медальоне, это когда не пропадал на городском ипподроме или не принимал приглашения на вечеринки. За школьной партой он появлялся до обидного мало.

– Я подал прошение на имя императора, в ближайшие дни моя переподготовка в Карагате завершится.

– Разве тебе уже не нужен жезл мага, чтобы император признал тебя достойным звания главы клана?

Клан у Войского небольшой, земли совсем мало, где-то на границе с Солнечными горами, в которых живут так и не покорившиеся Тёмному Альянсу гарпии. Зато род Войского владеет природным источником силы. Этот источник – главное сокровище клана. Накопители с чистой магией Воздуха разлетаются по всей империи, и платят за них золотом, а вот сам Войский вырос в столице, в неё он и рвался теперь.

– Плевал я на жезл! – неожиданно зло рыкнул парень. – Я не могу торчать тут месяц. Смотрите, я не один такой. Мой напарничек тоже на взводе. – Георг совсем невежливо ткнул пальцем в Джереми, который вместо того, чтобы спокойно дожидаться построения, яростно махал мечом, нашинковывая лепестки роз. – Динара, на твоём месте я поговорил бы с ним. Иллюзионист должен чувствовать, когда следует остановиться.

Верно. Я хотела проучить Джереми, показать, что со мной придётся считаться, и своего добилась. Заодно и остальным боевикам свои возможности продемонстрировала. Пусть Джереми и придурок, подставлять его под серьёзный удар мне не хотелось. Раз боевик до сих пор не заменил меч, тот ему дорог, а я прекрасно осознавала, как важна концентрация во время боя и как снижают её разлетающиеся лепестки роз.

– Доброе утро. Это тебе. – Я протянула Джереми свиток.

Боевик его развернул, прочёл и закатил глаза:

– Динара, ты ничего не попутала? За подачками обращайся к Элмару.

– Это не подачки, а перечень ограничителей, задействованных при наложении иллюзии на твой меч.

Джереми медленно смял свиток, тот превращаться в бумажный комок не желал и жалобно хрустел, или это у меня просто воображение разыгралось? Уж больно вид у боевика был свирепый.

– Ты не переживай, если дело в деньгах – я заплачу.

– Заплатишь, не сомневайся.

Боевик подбросил бумажный шарик на ладони, и тот вдруг вспыхнул, осыпавшись чёрным пеплом. Нет, то, что Джереми огневик, я и раньше догадывалась, не зря же ему ифрит подчинялся.

– Не дёргайся ты так. Достань мне янтарь и розовую сирень – сразу же меч расколдую.

– То есть как портить оружие, так ты первая? А исправить ошибку можешь только с чужой помощью? – зло прошипели мне в лицо.

– Не было никакой ошибки! Это намеренный ограничитель! Чтобы только я могла иллюзию снять. А материалы для снятия чар должны быть предоставлены владельцем, вот поэтому тебе и придётся их достать. Самый обычный кусочек янтаря и веточка сирени. Делов-то!

– Действительно, что же это я так разошёлся?

Джереми небрежно забросил меч за спину, тот исчез в пространственных ножнах, а потом пальцы боевика неожиданно сомкнулись на моём запястье, и меня поволокли в сторону. Я уже хотела наколдовать ему в штаны муравьёв, когда боевик вдруг остановился и медленно повернулся.

– Ты тупоголовая, эгоистичная дрянь, привыкшая делать лишь то, что ей заблагорассудится. Элмар наивно надеется, что ты можешь быть ему полезна – на его месте я бы давно потребовал сменить напарника. Ты ненадёжна, непредсказуема, из-за тебя отличный парень крупно пострадал! – последние слова Джереми прокричал мне в лицо.

Следовало отшатнуться или хотя бы увеличить расстояние между нами, но я не могла и пошевелиться. Когда я накладывала ограничитель, то всего лишь хотела проучить Джереми. Я желала, чтобы его меч не смог расколдовать никто, кроме меня. О цене, которую заплатит маг, попытавшийся снять иллюзию, я не подумала.

– Откат. Рискнувший расколдовать меч поймал откат. Это произошло на охоте? Так ведь? Войский захотел снять иллюзию… – Я потрясённо замолчала.

И Георг не сказал ни слова! Не упрекнул, что из-за меня угодил в лазарет. А ещё Джереми только что назвал Войского отличным парнем. Разбудите меня кто-нибудь, кажется, я брежу.

– Войский попытался. Когда мы спустились в пещеру. Но он оказался чересчур медлительным. Из-за тебя и твоего долбаного ограничителя.

В этот раз Джереми не повышал голоса, но я всё равно попятилась. От ненависти в его глазах стало жутко.

– Я всё исправлю, как только ты принесёшь янтарь и сирень. Иначе никак. И держись подальше от Икара…

Лицо боевика исказила кривая ухмылка.

– Икар мне должен. Из-за него я потерял охотничий трофей.

– Бред! Сердце огнежука ему я передарила. Эй! Ты не можешь заставить Икара расплачиваться за мою выходку.

– В этой жизни всегда кто-то платит. Гарантирую, этот урок ты усвоишь в Военной академии Карагата.

Элмар опоздал на построение, но ни выговор куратора, ни три штрафных круга не могли испортить ему настроения. Пробегая мимо, он шепнул, что решил мою проблему. Собственно на этом объяснения прекратились, я рассчитывала переговорить с напарником после пробежки, но Латар погнала боевиков на стрельбище, иллюзионисты направились на площадку с соломенными манекенами. Далее куратор предложила нам превратить бесформенные мешки во что-нибудь жуткое и хорошенько отпинать наши страхи. На этом инструктаж завершился, и Латар вернулась к боевым магам.

И кто бы расстроился! Предоставленные сами себе, мы от души повеселились. Сначала разделали тушу огнежука. Фантом пока был неподвижен и не умел плеваться огнём, но первичная визуализация Икару удалась. Потом Войский превратил один из соломенных манекенов в пожирателя, напугав до визга девчонок. После этого всем стало плевать и на манекены, и на задание. Мы упражнялись в том, что у нас получалось лучше всего, – в создании иллюзий.

На завтрак все пришли в приподнятом настроении. Сразу после у нас ожидался курс медитации на крыше замка. Без понятия, кто составлял нам расписание, но он явно налажал, когда после физических нагрузок и плотного завтрака отправил медитировать. В результате половина группы спала сидя, прикрыв лица иллюзией, другая оставила медитировать фантомы, а сама под скрывающим пологом растянулась на крыше. Я вот вырубилась, как только прилегла. Всё-таки десять фантомов и пять скрывающих пологов за такой короткий срок вымотают любого. Засыпала уставшая, но счастливая. Хотя иллюзионисты приказом главнокомандующего и очутились в Карагате, основной принцип наших отношений остался неизменным: «Что бы ни стряслось, иллюзионисты своих не бросают».

* * *

Сюрприз Элмара явил себя перед занятием по универсальной магии. Меня вызвала младший паладин Латар и поставила в известность, что я поступаю в распоряжение стражи Карагата. Миновав мост, я приблизилась к живой стене из серебристого арба и увидела наёмный экипаж. Рядом с кучером сидел не кто иной, как эссир Натан Ройс.

– Заказ дроу будет готов уже завтра, – шёпотом объявила я, едва мы перебрались внутрь кареты.

– Быстро работаешь, – одобрительно кивнул инкуб.

– Не люблю быть должна.

– Не переживай. Папа уверен, что ты в Карагате так озолотишься, что и уезжать не захочешь.

– Это вряд ли. Кстати, об отъезде, мне со спутником понадобится сегодня портал в столицу.

Инкуб заметно напрягся:

– Ты рассказала его высочеству о нелегальной портальной?

Я покачала головой:

– Со мной будет не Элмар.

– Хорошо. Вас встретят.

Так! Надо бы не забыть предупредить Войского, что сегодня он едет в столицу. В ней мне надо обязательно заглянуть в гостевой дом, а то хозяйка решит, что я окончательно пропала, и сдаст мою комнату другому постояльцу.

«Прежде чем бросаться очертя голову в авантюру, ты должен быть уверен, что тебе есть куда отступать…» – любил говорить мой отец. И я всегда придерживалась этого правила.

Нанятый эссиром Ройсом экипаж привёз нас к трактиру на окраине города. Это было добротное двухэтажное здание, из дверей которого несло хмельным духом и жареным мясом. Обшарпанная вывеска и отсутствие магических зазывал намекали, что либо у владельца дела идут не очень, либо это место строго для своих. Очутившись в зале, слегка растерялась. Народу в нём оказалось предостаточно, но это были исключительно мужчины в униформе стражи. Надеюсь, Натан притащил меня не на местную вечеринку? С гномами я уже пила, чилдены считали надёжным партнёром, к близким отношениям со стражей я морально не готова.

Пока я задавалась этим вопросом, инкуб подошёл к мужчине, сидящему на корточках возле погасшего камина. На полу спиралью раскручивалось поисковое заклинание, но оно заинтересовало не так сильно, как автор. Светлые, заплетённые в тугую косу волосы, узкие плечи, ничего примечательного, но не покидало ощущение, что мы встречались. Я всегда запоминала тех, с кем меня сталкивала судьба.

– Старший следователь Альторэ, я привёл иллюзиониста.

Мужчина обернулся, и я узнала дроу, от которого получила заказ на зачарование метательных ножей.

Ик! Интересного клиента для меня нашёл ирб-Ноол. Хорошо, что я тогда в кабинете не знала о должности дроу, могла бы напортачить во время демонстрации возможностей.

Погасив поисковое заклинание, господин Альторэ поднялся на ноги.

– Добрый день, адептка Лэсарт. Рад, что вам удалось приехать.

– Тёмной страже Карагата понадобились услуги иллюзиониста?

Губы дроу изогнулись, как если бы старший следователь хотел улыбнуться, но нет, его лицо снова было непроницаемым. Он вытащил из кармана медальон с крупным красным камнем на крышке и протянул мне.

– Вам известно, что это?

Вместо того чтобы выставить ладонь, я склонилась над медальоном и внимательно его осмотрела.

– Вы издеваетесь? Я не собираюсь прикасаться к активному смертельнику.

Кругляшок, который я сперва приняла за украшение, оказался действующим артефактом насильственной смерти живого и сущего, или, проще говоря, смертельником. Эти артефакты были на вооружении у всех следователей Тёмного Альянса. Купить на стороне смертельник было невозможно, секретом его изготовления владели исключительно императорские артефакторы. Папа одно время пытался заполучить для себя такую штучку, но потом сопоставил затраты времени, денег и сил и счёл, что обойдётся и без хитрого детектора, реагирующего на насильственную смерть и умеющего устанавливать её время. Обычно прозрачный камень артефакта Альторэ был кроваво-красным и указывал на близость бедолаги, которому помогли отойти в мир иной.

Мой отказ ничуть не смутил старшего следователя. Он спрятал артефакт в карман, после чего замер, как если бы вёл с кем-то мысленный разговор, после чего устало объявил:

– Заклинатели отзывают поисковых ргаттов. Им не удалось взять след.

– Вы уверены, что где-то рядом произошло убийство?

– Так считает мой смертельник, но вот беда – мы не можем найти тело. Есть предположение, что в трактире поработал маг-иллюзионист. Он не только спрятал труп, но и замаскировал его запах. Эссир Ройс утверждает, что вы умеете распознавать чужие иллюзии настолько же хорошо, как и сплетаете свои.

– Вы правы. Я владею этим искусством, вот только… Я не работаю бесплатно. – Я смущённо уставилась на старшего следователя Альторэ, точнее, на него, хлопая ресницами, таращилась моя копия.

Я же набросила на себя скрывающий полог и приступила к поиску. Для начала разберусь с этой загадкой, а делиться ли информацией… Решу потом!

Зал трактира оказался чистым. Единственной иллюзией в нём оставался мой фантом, вещающий о невозможности оказания услуг городской страже без письменного разрешения куратора Латар. Я по-тихому поднялась наверх, но не успела сделать и пары шагов, как коридор поплыл перед глазами, а потом наполнился новыми звуками и ароматами. Теперь я слышала мелодичный голос моей законопослушной копии, которая и рада бы была помочь, но работать бесплатно ей не позволяли принципы, а брать деньги со стражи – отсутствие лицензии или хотя бы диплома. Господин Альторэ старался убедить мой фантом, что раз меня направили из академии, то я могу смело использовать свой талант, а вопрос оплаты будет решён опять же через академию. Да, господину дроу следовало поставить памятник за терпение.

Слышала я и лай ргаттов на заднем дворе трактира. Животные нервничали, чувствуя разочарование своих заклинателей. Слух, зрение и обоняние обострились, как если бы я хлебнула магического эликсира. Дар ночной фурии снова пробудился, но если вчера на полигоне он напугал меня до дрожи и неконтролируемого всплеска Тьмы, то сегодня я уже знала, что это всего лишь чутьё охотницы. Оно помогало выслеживать порождения Бездны, определяло уровень угрозы, исходящий от них. Сейчас же этот инстинкт оставался на нуле, но всё-таки смог задать направление.

Дверь гостевой комнаты я приоткрыла, основательно укутавшись маскирующими чарами. Выждала несколько секунд, но порог переступать не спешила. Маскировка иллюзиониста – это здорово, но от летящего в лоб фаера или ножа она не спасёт. Мало ли, вдруг постоялец в номере нервный и швыряется чем ни попадя в незваных гостей.

Выждав несколько секунд, я запустила крысу. Фантомная тварюшка выбежала на середину комнаты и замерла. Застыла и я, пытаясь хоть что-то рассмотреть её глазами. Сделать это было непросто, ведь приходилось контролировать и фантом, оставшийся внизу.

Крыса немного потопталась перед кроватью, а потом заглянула под покрывало. Увиденные лохмотья я сперва приняла за поношенную одежду и заставила крысу по ним пробежаться. Когда среди тряпья блеснула белая кость, крыса была развоплощена, а я на негнущихся ногах вошла в комнату, отодвинула кровать и тупо уставилась на горку чего-то тёмного, так похожего на обгоревший пергамент.

Ночные фурии умеют не только выслеживать порождения Бездны, они их убивают, чтобы выпить саму суть. После этого пиршества от жертвы остаётся лишь высушенная оболочка, которую может обнаружить тот, в ком есть Тьма.

* * *

Выход в окно оказался не самым умным решением. Его последствия я почувствовала при приземлении, когда завалилась на бок, а от удара перехватило дыхание. Всё-таки передача силы ещё ни одну утку в орла не превратила. Вот и мне было далеко до настоящей ночной фурии, способной без особого напряга спрыгнуть с высоты двухэтажного дома.

Я прыгнула со второго этажа!

Осознание этого окутало меня леденящей дрожью. Этот страх не имел ничего общего с ужасом, охватившим меня, когда я догадалась, чем оказались лоскуты, обнаруженные под кроватью. Пожиратель вернулся в город, чтобы доложить о неудаче, и был выпит. Странно, что кузены не прибрали за собой. Либо они слишком торопились покинуть трактир, либо один утаил от другого плотный перекус.

Пока я страдала и соскребала себя с земли, на заднем дворе появился Натан Ройс.

– Лэсарт, если ты меня слышишь, то советую отозвать своё второе я, пока у неё не прорезалась борода чилдена.

Яростный монолог эссира Ройса заставил меня вспомнить о своей копии. Проверила, чем она занималась, и ужаснулась: фальшивая я сидела за столом рядом с дроу и надиктовывала ему основные пункты договора о сотрудничестве.

– Вот Тьма!

– И не говори. – Инкуб, прищурив глаза, пристально всматривался в пустоту. Зря старался, мой скрывающий полог до неприличия хорош. – То ли ещё будет. Фальшивка сразила моего нынешнего начальника наповал.

– А с предыдущим что?

– Да так… Лорд Льен счёл, что мои таланты должны найти применение на улицах города.

– Узнал о пьянке в кабинете начальника тюрьмы? – трагическим шёпотом вопросила я.

– Хорошо, что только о ней, – не менее проникновенно подхватил эссир Ройс. – Что-нибудь выяснила?

– Угу. Выяснила, что мне срочно нужен хоть кто-то, умеющий чувствовать Тьму и её останки.

Всю расслабленность с инкуба как ветром сдуло.

– Ты нашла оболочку? Где?

– Найдёшь вестника – расскажу. Сама подставляться не буду.

– Проклятье, Лэсарт, если в городе орудуют вольные охотники за Тьмой, это слишком серьёзно…

– У меня на руках стихийная прорицательница, впадающая в истерику после каждого транса, неуправляемый светлый маг, материализующий собственные кошмары, и напарник с замашками бессмертного.

– Ладно, уговорила, твоя проблема серьёзнее нашей. – Инкуб вытащил из кармана тонкий чёрный стержень. – Говори, где искать.

Старший следователь Альторэ оказался до отвращения проницательным дроу. Он не поверил, что эссир Ройс совершенно случайно зашёл в нужную комнату, заглянул под кровать и потыкал в останки пожирателя палочкой из чёрного оникса, тем самым сделав их видимыми. Собственно, старший следователь Альторэ мог не верить и дальше, ведь я всё это время просидела за столом, занимаясь бумагомаранием.

В академию я вернулась к обеду и даже успела заскочить в столовую. С тоскою полюбовалась на жареную картошку, которой угощались все адепты, и решительно взяла себе плошку с зеленью и кубиками сыра. Печаль великую было решено залить тремя кружками сладкого киселя.

– Динара, а ты не лопнешь? – прокомментировал мой выбор Войский.

Я уставилась голодным взглядом на его картошку.

– Ага. Намёк понят. – Парень на всякий случай отодвинул свою тарелку подальше. – Красота требует жертв или на крайняк толкового некроманта.

Я тихо хмыкнула. Моей почившей осиной талии сейчас ни один некромант не поможет. Вся надежда на железную выдержку и самоконтроль!

* * *

Лекция по защитной магии пролетела незаметно. Мастера Наори Шана мы слушали, раскрыв рты. Иллюзион рассказывал нам, как создавать простейшие силовые щиты. Ставить их могли все маги, это был каркас, в который потом вплеталась энергия стихий, Света или Мрака. Создавалась эта основа при использовании внутреннего резерва, а расход энергии был минимальный. Именно поэтому щиты и назывались простейшими. На втором часе мастеру потребовался помощник.

Фраза «мне нужен доброволец» всегда действовала на шиповцев волшебным образом. Я уловила одновременную активацию нескольких скрывающих пологов, Войский и Миранда банально юркнули под парту, остальные прикрылись иллюзиями, отработанными в совершенстве. Нет, внезапно появившаяся мраморная статуя и книжный шкаф смотрелись в аудитории органично, а вот гигантский кактус явно не вписывался. Так что да, добровольцем стала Ария. Остальным же мастер Наори Шан предложил поработать на досуге над маскировкой. Я сделала выводы, что добровольцев будут искать чуть ли не на каждом занятии.

– Итак, адептка Унтер, вам предстоит первой опробовать создание силового щита. Закройте глаза и представьте себе место, которое у вас ассоциируется с безопасностью.

– Как на медитации? – радостно встрепенулась Ария.

На ней мастер Ар-Хан тоже рассказывал о необходимости сосредоточиться на приятных эмоциях.

Ария опустилась на стул, немного поелозила, устраиваясь поудобнее, и засопела в попытке обрести источник внутреннего равновесия. Постаралась от души, спустя минуту вместо стен аудитории нас окружало иллюзорное море. Водная гладь оставалась зеркальной, как если бы сейчас был полный штиль.

– Очень хорошо, – озадаченно произнёс мастер Наори Шан. – А теперь высвободите силу, заключённую в вас, позвольте ей заструиться по телу невидимым покровом…

Равномерное бормотание иллюзиона было прервано резким птичьим криком, и из морских глубин вырвались два альбатроса, они промчались под потолком, сделали полный круг и вернулись к Арии, застывшей на стуле.

– Адептка Унтер, с вами всё в порядке? – обеспокоился мастер.

Девушка тяжело вздохнула и нахмурилась, как если бы не поняла вопроса, а потом в тишине раздалось предельно чёткое:

– Белые птицы кружат и сеют смерть. Не подпускай к себе мёртвого.

Замаскированная скрывающим пологом, я всё равно ловила полные сочувствия взгляды девчонок, обращённые к моей парте. И да, мне тоже было себя жалко.