Читать книгу "Непокорные"

ГЛАВА 7. Заточение

Пейзаж за окном не менялся. Мираби отодвигала в сторону алые шторы и видела одну из стен Мейфора, а поодаль устремлялась в небосвод могучая гора с редкими домишками меж пролесков. Иногда девушка различала движущиеся фигурки людей, лошадей и повозок, но больше не менялось ничего. Тогда лицо Мираби тускнело, и она возвращалась на мятую кровать. Дни слились воедино.

Каждое утро скрипела дверь, и на пороге неизменно оказывалась Шоара со своей мерзкой улыбкой. Королева задавала вопрос про Ритуал, Мираби отвечала отказом. Разговор заканчивался, чтобы на следующий день повториться точь-в-точь.

Но сегодня устоявшийся порядок изменился.

– Присоединишься к Ритуалу? – Шоара переступила порог.

– Нет.

Мираби гордо вскинула подбородок, показывая, что никакие уговоры её не переубедят.

– Тогда, – Шоара подошла к ближе, – мне придётся прибегнуть к другому методу.

– И что ты собираешься делать? – напряглась розоволосая ведьма.

– Ничего особенного.

Королева достала из складок юбки небольшой нож. Она поиграла им на солнце, чтобы Мираби ощутила свою уязвимость и беспомощность. Пленнице даже нечем было защищаться, кроме подушки и одеяла, служивших слишком непрочной бронёй. Мираби непроизвольно вжалась в стену, чтобы оставаться подальше от королевы. Она вцепилась в одеяло и злобно, как загнанный зверь, посматривала на Шоару, а та улыбалась.

– Что за дрянь ты задумала? – прошипела пленница.

– Мне нужен один ингредиент для рецепта из чёрной книги, – как ни в чём не бывало пояснила Шоара.

Мираби сразу додумалась, что тем ингредиентом является кровь. Шоара умело пользовалась магией крови – самой редкой и сложной, и потому Покровительницы были так благосклонны к ней.

– Не бойся, дорогая, мне нужно лишь немного твоей крови, – угадала мысли пленницы королева.

Она качнула лезвием. Мираби попыталась выбить нож из рук Шоары, но в один миг королева заглянула пленнице в глаза, произнесла короткое заклинание – и та остановилась, не в силах совершить ни единого движения. Похожие ощущения она испытывала с леди Юланой Эванс, которая увела её из Монт-д’Эталя. Тело не слушалось, будто бы было чужим. Шоара вывернула руку пленницы и полоснула кожу. Получился длинный порез, из которого мелкими каплями засочилась кровь. Мираби скрипнула зубами, но не произнесла ни звука, чтобы не показать королеве, как ей больно, неприятно и мерзко. Шоара крепко сжала руку пленницы в том месте, где сделала порез, достала маленький пузырёк и выжала туда кровь. Рука занемела от тягучей боли. Наконец королева небрежно откинула руку Мираби, завинтила крышку и убрала склянку с ножом обратно в складки юбки.

– Вот и всё, – улыбнулась она. – И нечего было сопротивляться.

– Ты – дрянь! – презрительно воскликнула Мираби.

Шоара не рассердилась. Она медленно, будто вальсируя, подошла к двери, неспешно тронула ручку и переступила порог, за которым виднелся путь на свободу. На выходе она оглянулась на связанную путами магии пленницу:

– Когда я выйду, можешь двигаться.

Мираби кипела от ненависти. Когда дверь с щелчком затворилась, тело пленницы отмерло, и в немые конечности вернулась жизнь.

После этого случая Шоара долго не навещала пленницу. Мираби не знала, что думать. «Кровь нужна для какого-то заклинания, – рассуждала она. – Но для какого? Наверняка что-то связанное с волей и переубеждением». Но розоволосая ведьма пока не ощущала преданности Покровительницам и желания присоединиться к Ритуалу, потому она либо ошиблась с выводами, либо заклинание королевы не сработало. С одной стороны, хорошо, что Шоаре пока не удалось достичь задуманного. С другой стороны, плохо – ведь королева будет приходить за кровью ещё и ещё, пока не исполнит свой план.

Мираби не ошиблась. После недельной разлуки Шоара вновь посетила её. Королева едва переступила порог комнаты и не успела ещё задать вопрос, ради которого пришла, как Мираби насмешливо обратилась к ней:

– Что, не сработало колдовство?

– Пока нет, – спокойно ответила Шоара, будто бы неудача её вовсе не волновала.

И, как в прошлый раз, она резко подскочила к пленнице, поймала её сопротивляющийся взгляд – и оставила девушку без движений.

– Жаль, конечно, что пробное заклинание не сработало, – добавила Шоара, собирая кровь. – Но я всего лишь тренируюсь. У меня ещё много времени, а у тебя – много крови.

Дни сменялись; комнату то омрачала темнота, то охватывал дневной свет. Снаружи стояло тёплое лето, и в темнице с маленьким окном почти всегда было неприятно жарко, из-за чего пленнице приходилось большую часть времени сидеть в тени в углу. Мираби обмахивалась рукой – порез уже почти зажил, осталась лишь тонкая бледно-красная линия, которая напоминала о королеве-ведьме. Но когда одно напоминание заживало, появлялось другое, – Шоара не жалела крови для своих заклинаний.

Облака заслонили солнце, стало внезапно мрачно, но приятно. В комнате парило. Мираби выглянула в окно: на небе раскрылся чёрный парус туч, грозовой корабль медленно подплывал к Мейфору. Вдалеке грянул гром, а после, когда небо над замком совсем потемнело, блеснула молния. Вновь раскат грома – и туча излилась мириадами прозрачных ледяных осколков. Они набросились на Мейфор, затарабанили по крышам и окнам, залили дорожки и двор. И вдруг среди этого дождевого стука Мираби услышала посторонний звук со стороны двери.

Девушка застыла на месте. Столько раз она представляла себе побег: как кто-нибудь постучится в комнату, она позовёт на помощь, и её освободят. Но стоило этому случиться, как Мираби растерялась. Снова стало тихо, и пленница уже подумала, что ей показалось, как снова раздался стук. Девушка на цыпочках приблизилась к двери. Видно, человек со стороны коридора всё же услышал её шаги и прошептал:

– Ваше Величество? Адрен?

Сердце рухнуло со скалы. Значит, пришли не за ней. Но терять свободу, которая уже начала ощущаться, Мираби не собиралась. Из разрозненных знаний и воспоминаний она попыталась сплести реальность: Адрен – тот самый арнестский король, которого обвинили в убийстве и, стало быть, арестовали, а человек за дверью отчего-то полагал, что Его Величество заперт в этой комнате.

Мираби придала голосу грубоватые нотки и прошептала в ответ:

– Я тут.

– Мы поможем, Ваше Величество. Подождите немного.

Девушка вцепилась в дверь. Не верилось, что всё так просто. Послышался шорох, за ним скрежет в замочной скважине. Видно, спаситель пытался вскрыть замок. Мираби присела на корточки. Ни через скважину, ни в щель под дверь рассмотреть человека не удалось, потому ведьме оставалось смиренно ждать.

Однако щелчки замка внезапно стихли, в коридоре раздались громкие шаги стражи. Мираби тут же вскочила и заколотила в дверь в надежде, что действие заклинания развеялось: если один человек смог услышать её голос из заколдованной комнаты, то и остальные должны.

– Выпустите меня! – ведьма барабанила кулаками по двери. Но магия снова перекрыла звуки, и ни один из стражей не остановился возле темницы.

Мираби опустилась рядом с дверью, прижалась к ней спиной и всхлипнула. После быстро вытерла слёзы – не время унывать. Если за Адреном пришли один раз, придут и второй.

И в этом она не ошиблась. К ночи в дверь вновь постучали. Мираби подбежала к выходу и услышала вопрос:

– Ваше Величество? Вы ещё здесь?

– Да! – прошептала девушка. – Освободите меня.

– Сейчас, Ваше Величество.

Сердце замерло, когда в замочной скважине послышался треск. Мираби смотрела на неё так, будто пыталась открыть взглядом.

– Ещё минуту, Ваше Величество, – обещал человек за дверью.

Девушка готова была ждать хоть час, хоть день – лишь бы её освободили. На смену воодушевлению вдруг пришло волнение: а что дальше? Сейчас спаситель откроет дверь, обнаружит вместо короля ведьму и… Мираби не знала, как выглядит арнестский король, потому не смогла бы создать его иллюзию. Да и самой исчезнуть не получалось – в этой комнате работала лишь магия Шоары.

«Дрянные Существа! – злилась ведьма. – Не закроет же он дверь…»

Раздался последний щелчок, и дверь отворилась, не дав девушке время закончить мысль. Мираби прильнула к стене. Страх пламенным сгустком раздувался внутри, пока спаситель делал шаг в комнату.

– Ваше Ве… – удивлённо начал оглядываться он, как ведьма толкнула его и бросилась наружу.

Человек не сразу понял, что произошло. А когда опомнился – кинулся следом. Тут же из-за угла появился ещё один человек, и девушка поняла, что «спаситель» работал не один – конечно, ведь кто-то должен был следить за приближением стражи. Страх придал Мираби сил, она поднырнула под рукой, которой сообщник преградил путь, и свернула в ближайший коридор. Замок напоминал девушке лабиринт, и она боялась не столь заблудиться, сколь упереться в тупик. Тёмные Существа будто решили поиздеваться над ней, и коридор действительно окончился глухой стеной. Преследователи были уже близко. Если бы не этот дрянной тупик, то ведьма давно бы уже оторвалась и оказалась на воле!

Мираби прижалась к стене. Она собрала остатки сил, которые Шоара выжимала из её крови, и исчезла.

– Что за!.. – воскликнул один из преследователей.

Второй взял его за плечо и толкнул в обратную сторону:

– Идём. Нас обманули. Надо спасать Адрена, а не гнаться за девчонкой.

Едва преследователи ушли, Мираби закрыла глаза и присела у стены. После бега и использования заклинания силы почти полностью покинули её. Надо было собрать их перед окончательным освобождением. Девушка надеялась, что раз те двое искали Адрена, то не будут поднимать шум из-за её побега – им бы самим не выдать себя. Но даже если «спасители» смолчат, то стража или сама Шоара обнаружат открытую дверь и начнут поиски беглянки. Значит, действовать надо быстро.

Мираби скинула с себя заклинание невидимости, чтобы крупицы сил восстанавливались, и стала осторожно пробираться по коридорам, минуя слуг и стражу. Она шла наугад, искала лестницы вниз в надежде добраться до выхода из замка. Когда чуяла опасность, тут же обращалась невидимкой, но долго держаться в этом состоянии не могла. Надо было оставить силы на то, чтобы под покровом магии добежать от двери замка до ворот, потому что иначе пересечь многолюдный двор не удастся. Ещё и проклятый дождь властвовал над Мейфором. Он хлестал по земле, и стражники могли заметить прозрачный купол тела Мираби. Потому непогоду лучше переждать.

Вскоре девушке удалось найти выход из замка. Она затаилась и пережидала дождь, чтобы потом рвануть к воротам, а пока мысленно прокладывала к ним дорогу. Идти придётся по твёрдой дороге, ни в коем случае не по грязи и не по лужам, иначе стражники увидят её следы, удивительным образом появляющиеся на пустой тропинке. Следующая сложность – сами ворота. Они были заперты. Стража в замке оживилась, видимо, королева уже обнаружила пропажу пленницы, и кареты со всадниками столпились возле ворот. Никого не выпускали и не впускали за ограду Мейфора. Надо было как-то отвлечь стражников, заставить их открыть ворота, чтобы Мираби могла прошмыгнуть наружу.

Дождь вскоре перестал, и девушка решилась на последний рывок. В невидимом образе, с колотящимся сердцем огибая стражников, она прокралась к воротам и заглянула в щель между ними. Снаружи виднелось что-то вроде ярмарки, повсюду расхаживала охрана. Мираби отступила назад. Нашла повозку, под которой можно на время схорониться, и приступила к заклинанию. От её шёпота за воротами, почти на самом виду у стражников, появилась девушка в чёрном плаще, из-под капюшона которого выбивались светло-розовые пряди. Начался переполох.

– Вон она! – тут же закричали снаружи. – Хватай ведьму!

Ворота отворились, чтобы стража могла погнаться за девушкой. Иллюзорная беглянка скрылась в одной из лавок, и заклинание кончилось. Мираби добилась, чего хотела. Она тут же нацепила на себя невидимый образ и прошмыгнула через открытые ворота. Пока стражники в недоумении обыскивали лавку, а потом вразнобой заполоняли торговые ряды, бывшая пленница пересекала ярмарку в поисках выхода. По дороге в одной из лавок она украла чёрную накидку, чтобы, если что, скрыть волосы – всё время быть невидимой она не смогла бы.

Вскоре торговые ряды кончились. Впереди показался безлюдный лес, и Мираби уселась на траву, чтобы передохнуть. Потом рассмеялась как сумасшедшая. Свобода! Долгожданная свобода! Через несколько часов, когда стемнело, беглянка добралась до следующих ворот. Их охраняли не так тщательно, потому их Мираби преодолела без препятствий и без ущерба магическим силам.

Заночевала девушка в лесу, окружающем Мейфор. После душной комнаты трава казалась мягкой, будто перина в монт-д’этальский покоях. А ведь последним её воспоминанием о свободе была вовсе не зелёная трава, а жёсткий снег, в объятиях которого она чуть не погибла. Но то время прошло. Засыпая, ведьма рассуждала, куда ей бежать дальше.

«Надеюсь, Ник ждёт меня», – прошептала Мираби, утопая в летней траве.

ГЛАВА 8. Фергюс делает выводы

За окном стоял полдень, солнце дремало под облаками, на террасе гостиницы гулял слабый ветер. Фергюс сидел в окружении призраков, которые заранее встретили его, чтобы сопроводить в Монт-д’Эталь.

– Как прошёл ваш путь из Дакхаара в Эфлею? – справились призраки, усаживаясь за стол. Голодные с дороги, они остановились в гостинице на обед.

– Превосходно, – соврал Фергюс.

В самом же деле на каждой кочке у него кололо сердце, но он не хотел признаваться в этом, чтобы не показаться им слабым. Он даже отказался от передвижного кресла и ходил самостоятельно – что это, если не признак здоровья?

Служанка расставила тарелки перед гостями. За столом на некоторое время установилось молчание, а на душе Фергюса царило спокойствие, несмотря на неспокойные времена. Среди призраков был человек, которого инквизитор видел впервые. Старик вгляделся в черноволосого юношу, молодого и приятного внешне. Инквизитор и сам когда-то был молодым, черноволосым, в какой-то степени красивым, но те времена прошли, и он сердито одёрнул рукав, спрятав под ним седые волосы на руке. А незнакомый мальчишка – новый призрак, стало быть – уловил на себе взгляд старика и поднял на него бирюзовые глаза. У Фергюса кольнуло сердце.

– Ты новенький? Как тебя зовут? – спросил он, уже догадываясь, каким будет ответ.

Юноша неспешно дожевал обед.

– Роберт юн Реймстон, – гордо произнёс новый призрак.

– Так это ты воспитанник Анны? – уточнил инквизитор.

– Да, я.

– А я инквизитор. Лорд-советник Фергюс Кединберг.

– Наслышан о вас. – Роберт сказал это с видимым безразличием, но его взгляд с едва уловимым любопытством гулял по старику.

Инквизитор только вздохнул. Его догадки насчёт мальчишки, похоже, были верны. Но неужели Анна, которая всучила воспитанника инквизитору, утаила правду о его происхождении? Или она просто не знала правду? Не могла не знать…

«Но если это действительно мой сын, – рассуждал Фергюс, – то он должен быть мёртв. Он должен был погибнуть в воде в семилетнем возрасте». Старик потёр виски, скрывая от Роберта изучающий взгляд. Этот мальчик осложнял не только его старческую жизнь, но и работу инквизиции. Фергюс понимал, что Существа не ответят и вообще вряд ли услышат его, но на всякий случай взмолился им, чтобы с Робертом всё проходило гладко. Не хотелось подвергать воспитанника Анны опасности и впутывать в дела инквизиции, но юноша, видно, уже успел в них увязнуть.

– Всё самое важное мы написали в письме, но у вас наверняка есть вопросы… – рассказывал тем временем старший призрак. – Роберт обнаружил тот тайный ход, через который пролезли подрыватели. Похоже, те люди забрались в королевский кабинет – он как раз пустовал во время собрания совета – и подкинули туда взрывчатку. Верхушка башни пострадала больше всего. Подземелья инквизиции уцелели, первый этаж башни – почти, правда, его сильно присыпало обломками.

– Думаю, нам надо исследовать тоннели, – влез в разговор Роберт. – Заделать выходы из замка, чтобы больше в них никто не забрался.

Фергюс замер. Тоннели. Перед отъездом из Дакхаара старик получил много заданий и наставлений от Анны Мельден, среди которых было исследование подземных ходов. Она упоминала, что много веков назад Монт-д’Эталь был резиденцией Мёртвой Королевы, которая не просто так приказала построить тайные тоннели. Наверняка в их тёмных уголках можно было найти что-то интересное, и хоть Анна Мельден ничего конкретного больше не сказала, Фергюс был уверен – она знает, что именно надо искать.

Призраки удачно завели эту тему.

– Это опасно, – на всякий случай предупредил Фергюс. – Я несколько раз пытался это сделать. Давно, когда я ещё не возглавлял инквизицию и здоровье позволяло мне лазить по тоннелям, я с призраками пытался их исследовать, даже нашёл один выход за пределы Монт-д’Эталя. При нас тоннели обвалились в некоторых местах. Хотя, наверно, если запустить туда всего парочку человек, то ничего не рухнет, как считаете?

Призраки охотно кивнули. Тайные подвалы их явно интересовали.

– Что ж, – решил Фергюс. – Если не боитесь – то я даю добро, исследуйте тоннели.

Он едва сдержал довольную улыбку.

Когда обед закончился, всадники выехали в сторону замка. Они распределились цепочкой по дороге, но иногда нагоняли друг друга и ехали парой, обсуждая что-нибудь из дел инквизиции или просто болтая.

Фергюс поравнялся с одним из призраков:

– А что с Маргарет? Уже добралась до замка?

– С ней ничего не понятно, – скованно ответил тот.

– В каком смысле? Её же везли ко мне, потом, после побега Лютера, должны были везти обратно в Монт-д’Эталь?

– В том-то и дело. Принцессу везли домой. Призраки отправили вперёд себя посыльного: передали, что въехали в Эфлею. Мы отправили им навстречу отряд – мало ли на кого можно наткнуться по пути, принцессе лишняя защита не помешает. Но отряд вернулся ни с чем. Сказали, что призраков последний раз видели около гостиницы у пустыря, и дальше они должны были ехать через лес в другую гостиницу, вот только из леса никто не выехал. Больше призраки не выходили на связь. Их искали, но пока не нашли.

Фергюс помрачнел.

– Их продолжают искать, – послышался голос сзади. Говорил Роберт. Видно, подслушивал весь разговор. – Но лес большой, а времени прошло совсем мало.

– Продолжайте искать. – Голос Фергюса не дрогнул, но сам он чувствовал, что нервничает, сердце покалывало. Дрянные Существа, оно слишком часто покалывало последнее время! – Делайте что хотите и как хотите, можете хоть всей инквизицией исследовать тот лес, но найдите мне принцессу.

Фергюс чувствовал, что Маргарет в беде. Все чувствовали, но боялись произнести это вслух. Принцесса заменила старику дочь, и он злился, что не смог уберечь её. Кроме того… «Без неё ящеры поглотят континент», – горько добавил про себя инквизитор.

И раз уж Роберт сам влез в разговор, Фергюс решил воспользоваться этим и вытянуть из него информацию. Что сам калледионский принц, дакхаарский воспитанник и ныне эфлейский призрак думает о своём происхождении? Старик замедлился и почти поравнялся с Робертом.

– За последние полгода в королевстве произошло много неприятностей, – заговорил старик. – То пропал важный указ, то принцесса сбежала после смерти жениха, то принц уехал. Теперь вот взрыв. И все беды начались именно тогда, когда в Эфлее поселился калледионский принц.

– Беды в Эфлее начались гораздо раньше, – возразил Роберт. – И вам ли не знать, что я предан Дакхаару, а не Калледиону.

– Но корни твои всё равно в Калледионе, – напомнил старик, пристально наблюдая за реакцией юноши.

– Ну да, – напряжённо усмехнулся Роберт.

«Не любит Калледион. Потому ли, что так его настроила Анна, или знает что-то не то о своём происхождении?» – рассуждал старик. Он аккуратно задал следующий вопрос:

– Ты скучаешь по дому?

Роберт нахмурился. Видно было, что беседа ему неприятна.

– Если вы имеете в виду Калледион – то нет, – ответил призрак и, чтобы закончить разговор, ускорился.

Фергюс сделал свои выводы.

ГЛАВА 9. Из врагов в союзники

Королева шагала по Тереолю, по этажу, где вдоль длинного коридора нагромоздилась вереница государственных кабинетов. Половина дверей стояла распахнутой, и когда Карленна проходила мимо них, то видела советников, наспех собирающих вещи и покидающих дворец. Как милостивая королева она соблаговолила не казнить предателей, а просто разрешила им навсегда убраться из Правящего Совета и с её глаз. Убийство множества лордов сулило бы бунты и волнения в Арнесте, которые были ни к чему.

Девушка с удовольствием наблюдала, как слуги погружают вещи лордов в кареты. Бывшие советники с ненавистью поглядывали на Карленну и на её спутника. Генерал Пьех, новый преданный, по его собственным заверениям, друг королевы сопровождал её по дворцу. Он не подпускал к Её Величеству советников, желавших на прощание гневно высказаться в её сторону, отпугивал мелких лордов, которые покушались на освободившиеся кресла советников, и лично разбирался со всеми, на кого указывала Карленна. Отличный цепной пёс.

Теперь все ненавидели генерала, а не королеву.

Из дальнего конца коридора послышалось кряхтение. Из-за раскрытой настежь двери появился жилистый лорд Лукен, а за ним, таща увесистый короб с бумагами, плёлся слуга. Бывший советник забирал из своего кабинета всё возможное, чтобы ни одна мелочь не досталась ненавистной королеве. Когда он проходил мимо Карленны, его брови прыгнули вверх, – а она мило улыбнулась ему.

– Прощайте, лорд Лукен, – любезно проводила его королева.

– Добилась своего, тварь, – отвернулся он, проскрипев оскорбление.

Девушка не расстроилась. Какими бы острыми словами советники ни раскидывались, лезвия не доставали до неё.

– Лорд Лукен! – позвала его Карленна.

Тот обернулся, на его лице промелькнула самодовольная улыбка – он наверняка подумал, что сумел обидеть королеву.

– Отдайте ключи от кабинета. Они вам больше не понадобятся, – попросила девушка.

Она протянула руку, и лорд Лукен шлёпнул ключи в ладонь королевы. Он лишился последней принадлежности к Совету, к власти, которой почти полностью завладел в отсутствие короля.

– Благодарю вас, – улыбнулась Карленна. – Теперь можете идти.

– Уж поверьте, не задержусь, – съязвил лорд Лукен, уходя.

Через несколько минут Карленна наблюдала, как вещи бывшего советника погрузили в карету и как он сам, бросив резкий взгляд в окно, где стояла королева, покинул Тереоль. Девушка вскользь осмотрела двор: кажется, карет советников больше не осталось.

– Все уехали? – уточнила она у генерала.

Он кивнул:

– Почти. Остались только те, кто не имел отношения к тому заговору против вас.

– Замечательно.

– У вас ещё будут указания для меня, Ваше Величество?

– Указания? – Она пожала плечами. – Пока что нет. Но будут уточнения по поводу войны.

– Вы твёрдо намерены вести войну?

По генералу было видно, что его не слишком радует грядущее предприятие.

– Намерена.

– Это мало выгодно Арнесту.

– Я обязана поддержать Калледион.

– Ваше Величество, позволите спросить, почему обязаны?

Карленна промолчала. Не отвечать же ей, что не помоги она Калледиону – её мужа-короля убьют, и она лишится трона. Но генерал и без разъяснений догадался:

– Это из-за Адрена? – Он уставил взгляд на королеву. – Не будет его, не будет и вас здесь.

– Вы догадливы. Всё так. Я ввязываюсь в войну ради Адрена. И ради своего трона. Вы, наверно, были бы больше рады, если бы Адрена казнили, и я отправилась домой?

Генерал ответил, подумав немного:

– Нет. В теперешних обстоятельствах я предпочитаю, чтобы королевой были вы. При вас я остаюсь в Совете, при должности генерала. Если не станет вас, то вернутся советники, а меня изгонят как предателя, если не казнят.

– В таком случае вам выгодно помогать мне.

– Именно так, Ваше Величество.

– Что ж, лорд Пьех, не будем терять время. – Карленна направилась к выходу из дворца, приглашая генерала следовать за ней. – Отправимся в гарнизон и обсудим войну там.

Генерал усомнился:

– Вы уверены, что хотите ехать туда?

– А почему нет? – удивилась Карленна.

Лорд Пьех замялся, прежде чем ответить:

– Эшет там.

– Вы держите его подальше от меня или меня подальше от него? – рассмеялась королева, но внутри у неё кольнуло.

– Вы же понимаете, что эта встреча нежелательна. Он не хочет видеть даже меня – считает, что я предал королевство.

Королева заметила с усмешкой:

– Так ведь именно это вы и сделали.

Генерал разочарованно кивнул.

– Едем в гарнизон, – решила Карленна. – Тереоль не настолько большой, чтобы мы с Эшетом вечно смогли избегать друг друга. Лучше вырезать эту рану сейчас, чем она загноится потом.

До гарнизона добрались достаточно быстро. Генерал проводил Карленну в просторный кабинет, где, как она поняла, он проводил собрания. Вскоре сюда подошли помощники лорда Пьеха, достаточно преданные и обладающие высокими чинами, чтобы обсуждать с королевой войну. Среди них оказался и Эшет. Он с гордо поднятой головой прошёл в кабинет, не взглянув на Карленну, хотя прекрасно знал, что она здесь. Девушка хмыкнула напоказ, а под столом сжала кулаки. Генерал бросил на неё понимающий взгляд. Впрочем, отвлекаться на обиженного офицера она не собиралась – надо было заниматься делами. Карленна спросила у лорда Пьеха полушёпотом:

– Я правильно понимаю, что здесь собрались самые преданные люди, которые не разнесут информацию за пределы кабинета?

Генерал кивнул в ответ, невольно нахмурившись.

Карленна встала с места, возвышаясь над офицерами. Она прошлась вдоль стола, на который уже уложили карту континента, чтобы обсудить тактику войны. Взгляды мужчин – всех, кроме одного, – следовали за ней.

– Господа офицеры, – начала королева. – Буду говорить прямо. Я собрала вас именно здесь, а не во дворце, чтобы никто не мог нас подслушать. Я ведь могу надеяться на вашу преданность и… молчаливость? – Карленна проследила, чтобы все мужчины дали положительный ответ, даже Эшет едва заметно кивнул. Шпионы Шоары остались во дворце, потому она могла говорить с офицерами откровенно. – Как все вы знаете, жизнь моего мужа, Его Высочества Адрена, сейчас в руках моей семьи. И мне жаль это признавать, но и моя жизнь тоже. Я лишь пешка в чужих руках. Меня забросили на чужие земли, чтобы я удовлетворяла интересы Калледиона. Но кое о чём моя семья не подумала. О том, что у меня есть собственные интересы.

Карленна сделала круг по кабинету. Каблуки громко цокали по полу в такт шагам. Она убедилась, что внимание мужчин приковано к ней, и остановилась возле своего места. По задумчивым лицам она поняла, что взяла правильный курс – офицеры злились на Калледион, а не на неё. Карленна продолжила:

– Мои интересы заключаются в сохранении моего трона в Арнесте. Война мне не нужна. Она нужна Калледиону, который, откусив эфлейские земли, не насытится. Калледион захочет подчинить и Арнест. Я этого не желаю, но и отказаться от участия в войне не могу – потому что меня шантажируют жизнью вашего короля. Что мне нужно от вас, – королева положила ладони поверх карты на столе, – так это военная хитрость. Арнестские солдаты должны появиться на поле боя, но при этом их присутствие не должно принести значительной пользы калледионцам. Арнестцы окажутся бесполезны – и заодно меньше всех пострадают в бою.

Вскоре офицеры, воодушевлённые необычной просьбой королевы, стояли над картой континента. Небольшие деревянные фигурки – человечки с оружием, кони, пушки – изображали арнестские, калледионские, эфлейские и дакхаарские войска. Офицеры переставляли их, предопределяя судьбу простых солдат, которые будут биться за королевство. Фигурки на карте двигались активно, и оттого создавалось впечатление, что и сама война пройдёт так же просто, будто бы ей управляют вот эти самые руки офицеров и ничто постороннее не может вмешаться.

Карленна в стороне наблюдала за воображаемыми боями. Она выслушивала идеи офицеров и генерала, кивала на те, которые казались ей подходящими, или морщилась, если предложения ей не нравились. В стороне стоял и Эшет. Он кидал на королеву многозначительные взгляды: то злобные, то рассеянные, то обиженные. Он отмалчивался и не помогал офицерам, пока генерал не решился обратиться к сыну:

– Офицер Пьех, возможно, вам есть, что добавить?

– Я против войны, – ответил тот.

– Эшет, война будет, – мягко шепнул ему генерал. – Лучше, если ты поучаствуешь в обсуждении.

Офицер кольнул королеву взглядом.

– Я не буду в этом участвовать, – заявил он.

В подтверждение своего протеста он отпрянул от стола с картой.

– Эшет, – попытался охладить сына генерал. – Вернись к столу.

Но офицер не последовал приказу. Вместо этого он резко развернулся и двинулся к выходу.

– Офицер Пьех! – позвала его королева.

Эшет не обернулся на её зов. Он выскочил из генеральского кабинета, и над столом нависла неловкая тишина. Лорд Пьех растерянно извинился за сына и предложил продолжать собрание без него.

– Продолжайте и без меня тоже. Вряд ли я пока тут нужна. Я поговорю с офицером, – решила королева.

Она вышла вслед за Эшетом. Её каблуки застучали по коридору, и офицер, убежавший вперёд, обернулся на звук. Обернулся, но не остановился.

– Эшет, ты ведёшь себя глупо! – крикнула Карленна.

Он сбавил шаг, подождал, пока королева почти поравнялась с ним, но всё равно продолжил идти вперёд.

– Прекрати это. Вернись в кабинет отца, – приказала Карленна.

– Зачем? Чтобы смотреть, как ты угождаешь своей калледионской семье, а отец и его офицеры облизывают тебя?

Эшет шагал вперёд, а королева едва поспевала за ним. Она припоминала дорогу и понимала, что офицер двигается в сторону своего кабинета.

– Вернись в кабинет к отцу, – пригрозила девушка.

– Иначе что? Снова засунешь меня в тюрьму? Что я здесь, что я там – я не могу помешать тебе уничтожить Арнест.

– Я не пытаюсь уничтожить Арнест! Я же всё объяснила, калледионцы шантажируют меня жизнью Адрена!

Эшет резко развернулся и прижал Карленну к стене. Он выставил руки по бокам, преграждая ей путь, и девушка от испуга вжалась в стену. Только что она преследовала офицера, а теперь сама оказалась в ловушке и не понимала намерения Эшета. От злости он тяжело дышал.

– Я тебе не верю, – хрипло сказал он.

От его горячего дыхания и от притягательных губ Карленну вмиг охватил жар.

– Ты калледионка и ты угождаешь своей семье, – уверенно продолжил Эшет. – Тебе, как и им, хочется власти. Вот в чём правда.

– Как же ты ошибаешься, – прошептала Карленна, качая головой. Хотя в одном офицер оказался прав: она действительно хотела сохранить свой трон, свою власть.

– Так объясни мне, в чём я ошибаюсь.

Эшет всё ещё нависал над девушкой, но опасности она в нём не ощущала. Скорее он не мог определиться с чувствами, борясь между злостью и страстью. Карленна ответила со вздохом: