Читать книгу "Кто не спрятался – я не виноват. Настало время историй"

Купить пива? Легко

Давным-давно, когда коммунисты еще были борцами за светлое будущее всех людей, в Москве уже постреляли, а слово «демократ» превратилось в ругательное «дерьмокрад», мы с моими школьными друзьями решили попить пивка и покурить сигарет.

Проблема была в том, что нам не было не то что шестнадцати, а даже четырнадцать еле-еле было, и то не всем.

Трое сидели на детской горке. В ее внутренностях был устроен штабик/контора (вынесена лавка и столик из ближайшего детского сада, из дома принесена колода карт и пепельница).

– И хули делать? – спросил Мрачный, ему уже было пора домой.

– Может ну его нахуй? – предложил версию Осторожный, который тоже хотел посмотреть новую серию «Утиных историй»

– А давайте мы наебем продавщицу? – предложил Хитрый.

План реализовали следующим образом: Хитрый где-то вымутил лист бумаги, и карандашом написал на нем следующее послание, имитируя дрожание рук:

«Здравствуйте. Я отец Пети Япеева. У меня жуткое похмелье, я не могу даже подняться с кровати. Пожалуйста, продайте моему сыну четыре бутылки пива «Жигулевское» и две пачки сигарет «Балканская звезда».

Цидулька, подсунутая продавщице продовольственного магазина номер двадцать девять, сработала как надо – продавщица засуетилась, вытащила пакет с бабой в шляпе из личных запасов, и даже, насколько помнится, обсчиталась в пользу малолетних жуликов рубля на три.

Схема была признана рабочей.

До тех пор, пока папа Пети Япеева не зашел в тот же магазин и внезапно не был атакован продавщицей:

– Бедненький вы мой – ворковала продавщица. – Здоровья-то не хватает, надо бы вам как-то семейную жизнь что ли наладить.

Огнем разгорелись глаза папы Пети Япеева. Он понял, какая репутация в магазине у полковника милиции, кандидата наук, верного семьянина, трезвенника с 20-летним стажем.

После этого Хитрый некоторое время играл в карты стоя.

А потом детскую горку снес КамАЗ с пьяным водителем. Никто не пострадал.

Стрельбы

Не знаю, как сейчас, а во время моей службы в МВД было такое понятие, как квартальные зачеты. Каждые три месяца сотрудники (от рядового ППСника до полковников) являлись в управление кадров, сдавали тесты, потом бегали на стадионе, и в финале всего этого мероприятия спускались в тир, где выполняли упражнение №2 (4 патрона с 20 метров за 10 секунд, если память мне не изменяет).

А так, как милиция включает в себя не только ППС с угрозыском, но и разнообразные тылы, кадры и секретариаты – в стрельбах участвовали женщины, девушки и даже бабушки в погонах.

Одна из таких милейших бабушек с подполковничьими погонами, всю жизнь просидевшая в ОВИРе, вышла на огневой рубеж и по команде «Огонь» попыталась изобразить из себя Буффало Билла. Однако, что-то пошло не так – осечка с первого же выстрела.

Милая бабуля поворачивается к инструктору со стволом в руках, и, продолжая нажимать на спусковой крючок, невинно сообщает: «Ой, не стреляет».

Щелк-щелк-щелк – щелкает ударно-спусковой механизм ПМ.

Тик-так-тик-так – тикают часы над входом в тир

Бум-бум-бум – вываливаются кирпичи из штанов инструктора.

Все обошлось, конечно. Но бабуля на стрельбы больше не приходила. Потому что рано поседевший инструктор обещал написать рапорт в ту же минуту, как увидит ее в тире.

Проблемы гостеприимства в средней полосе

Заехал как-то в один маленький зеленый дворик в маленьком городке средней полосы наглый житель Солнечностана. На красном спортивном Порше (тогда даже поднимающиеся фары были в диковинку). И через неделю потянулись по двору бледные пидарасы разной степени угнетенности. А потом начали пропадать зеркала с машин и белье с дворовой штанги.

И вот однажды любимая тачка солнечностанца внезапно воспламенилась, пока он кальян покуривал у своей русской женщины (ну, не жены, жёны у него в его родном ауле терпеливо ждали, пока он на русской наркомании заработает свои бешеные бабки). Бдительные соседи показали, что бежали мимо машины какие-то малолетки, стекло разбили и кинули какую-то бутылку внутрь.

Узбек очень быстро понял, что этот рынок не окупается, и свалил в свой родной Солнечностан.

А вот другой хитрый бедуин в одном поселке городского типа самогоноварение и самогонопродавание наладил. Демидрол и прочие жидкости в комплекте – лишь бы синячков местных с ног валило. Но местному активу не понравился такой подход к федеральной программе «Здоровье нации», и однажды хытрый бедуин обнаружил на воротах (тогда еще деревянные ворота не меняли повсеместно на железные автоматические) прибитую туда крысу и надпись дегтем «УЕЗЖАЙ».

Съехал со всем скарбом в течение двух часов, только ветер гудел в проводах. А бдительные бабки опять никого не признали.

А вот однажды вечно синий хозяин одной квартиры на первом этаже панельной хрущевки пропал. Ну то есть уехал в деревню куда-то зачем-то и как-то почему-то не вернулся. Говорил, денег много за обмен обещали.

Потом возле подъезда остановилась маленькая машина и из нее начали выгружать матрасы. Так во дворе появились смуглые тетки, которые целыми днями базланили на своем незнакомом гортанном наречии, и их хмурые мужья с волосатыми накладками прямо под пиджаком. Дети этих жертв толерантности быстро сбились в стайку и начали тупо щемить коренных обитателей двора – до крови со слезами на лице, до беспредела с отъемом игрушек и головных уборов.

А однажды ночью перед окном квартиры вдруг запылал крест. Бабульки рассказывали, что фигуры вокруг креста были росту малого, волосу бритого и костюму спортивного. Ну то есть нихуя не ку-клукс-клан в их белых балахонах.

Деревянный хуй

В 1999 году на полигоне проводили ролевую игру по произведению Перумова «Хроники Хьерварда». Команда наша выехала туда, разумеется, орками. И были в команде то ли эльфов то ли гномов такие умельцы резьбы по дереву-братья Паша и Антон. И вот один из них, от скуки, видимо, взял в руки чурбачок и ножик.

Через некоторое время добрые братцы торжественно представили на суд публики Деревянный Хуй. Именно, что с большой буквы. Выполнен был лингам во всех анатомических подробностях – с огромной залупой, виртуозно выточенной уздечкой и складками на коже крайней плоти.

Деревянный Хуй вызвал бурю восторгов и ему тотчас же нашлось сакральное применение: Хуем разгоняли облака. Буквально: стоило на небо набежать тучкам (а погода в августе, надо сказать, стояла премерзейшая), как доброволец из лагеря орков начинал рукой с Хуем тыкать в небеса. Помогало, причем замечательно помогало.

Именно поэтому после игры Деревянный Хуй был не сожжен в костре, а торжественно вручен сокоманднику Ямычу (покойся с миром, Дима) на ответственное хранение. Деревянный Хуй был помещен в карман камуфляжного комбинезона Ямыча и отправился с ним в Йошкар-Олу. Несколько выездов подряд Деревянный Хуй спасал нас от злоебучих осадков, разгоняя облака.

Одного мы предугадать не могли – как-то после очередного похода мама Ямыча решила постирать его походные вещи. Проверяя карманы комбеза, она и наткнулась на Деревянный Хуй.

Мы долго не могли понять, в чем причина косых взглядов Диминой мамы на нас, когда мы заходили в гости. Дима, в свою очередь, краснел и отмалчивался, почему теперь с таким скрипом его пускают в лес на игры. Но понять маму можно – уезжает человек в лес, в чисто мужской компании, возвращается – а в кармане у него дилдо.

Поезда, или История о нетерпении и последующем наказании

Было дело в начале двухтысячных, когда между двумя поволжскими городами еще курсировал регулярный железнодорожный маршрут, вагоны которого были по конфигурации «общими» (то есть тот же плацкарт, но на нижних полках – по три сидячих места).

Потребность в перемещении в пространстве путем железнодорожного транспорта тогда была (да и сейчас остается) достаточно высокой, а посему к моменту посадки в вагоны на перроне славного города Йошкар-Ола скапливалась вполне значительная толпа, состоявшая в-основном из небритых мужчин, несущих на тощих плечах рюкзаки типа «колобок», небритых юнцов в камуфляже, которые уже оценили прелести анатомических рюкзаков ателье имени Абудихина, а также шумной массы тетенек и бабушек в цветастых платьях, сжимавших в своих мозолистых руках детей и внуков, а также тележки на колесах.

Садоводы и туристы – все толкались, пытаясь втиснуться в вагоны, кинуть вещи и детей на свободные жопоместа, а потом, устало утирая с лба обильный пот (окна не открывались обычно, а кондиционеров тогда в вагонах не было), достать из рюкзака или сумки нехитрый перекус: яичко вареное, огурчик свежий. Мужички, конспиративно зыркая по сторонам и шевеля усами, там же и бутылочки доставали, чем окончательно убивали нейроны в своих садоводческих мозгах.

Однажды что-то в суетной, но привычной картине мира поменялось.

Последний вагон состава не открывал двери, как бы игнорируя шумную толпу у дверей. Подмигивал засаленными шторками на окнах, потрескивал прогоревшим пластиком столиков – но двери свои не открывал, вызывая в садоводах и огородниках ветки Йошкар-Ола – Казань желание все-таки вскрыть этот сундучок и обрести заветное сидячее место.

Кто был первым? Конечно, мужчина, герой и добытчик. Достав свой ржавый топор, насаженный на деревянный обух, он лихо вскрыл какие-то механизмы в окошке вагонном, по-молодецки крякнул и повис на окне всеми своими пятьюдесятью килограммами, из которых килограмм сорок занимала его циррозная печень, а остальные, на сдачу – усы как у Сталина и майка-непотейка.

Жалобно пискнув, окно поддалось грубой мужской силе и спустилось до упора. Нырнул в него рыбкой первооткрыватель, за ним, шелестя юбками и летними плащами, устремилась на заветные сидячие места струя женщин, старух и детей. Никакой преграды – впереди сидячие места, поэтому можно закидывать в вагоны детей, чтобы шустрые мальцы занимали места себе, мамке и папке, а еще возможно бабушке и дедуле.

Разместились с комфортом хитрые проныры, сидят, с превосходством зыркают на дурачков, которые толпятся в очереди к другим вагонам и не понимают, что только здесь Эльдорадо, Аркаим и Шамбала в одном флаконе. Тепловоз уже подает свои китовые сигналы, и готовятся все к путешествию на свои заветные шесть соток, где картошечка, помидоры и никаких нитратов.

Только вот в это время выходит из здания вокзала скучный сам по себе работник, он же кузнец, он же слесарь и плотник. Гремит какими-то странными инструментами, пару раз молотком и матерком проходится по месту сцепки вагонов —

и отцепляет последний вагон.

Стартует в прекрасное далеко поезд, а те, кто в кои-то веки поверил в свою счастливую фортуну, которую только урвать надо, сидят в отцепленном вагоне, и смотреть больно в их глаза, где плещется разочарование и страдание. А не будь хитрее всех, хохочет с неба Дорогое Мироздание.

Советский вариант пранка

Когда мы были школьниками младших классов, мы и слова-то такого не знали. Зато возле дома был телефон-автомат, к которому мы повадились ходить и развлекаться.

Развлечения заключались в том, что набирался номер справочной 09, и тетка-оператор на том конце доводилась до белого каления.

Уровнем Basic было просто обматерить ее в трубку и слышать в ответ трехэтажные рулады, достойные марийской технической интеллигенции.

А уровень Advanced уже предполагал, что «пранкер» не используя ни единого матерного слова, выбесит тетку на том конце провода за минимальное время. Особенно тетки агрились от предложения предложения орального, анального и паранимфального секса, а также от упреков в сношениях с представителями животного мира.

С нами тусовался один школьник помладше по имени Витя, который с восторгом всегда наблюдал за нашими интеллектуальными развлечениями. Однажды он тоже захотел попробовать, выдал в трубку редкой фантазии креатив, после чего побледнел, заревел и чуть не обосрался прямо в будке.

В чем было дело, спросит меня читатель? А дело в том, что мама этого мальчика работала как раз на службе 09. Узнав своего балбесушку по голосу, мама с нескрываемым в голосе удовольствием перетянула инициативу пранка на себя и долго рассказывала, что она сделает с сыном, когда вернется со смены.

Надо ли говорить, что с нашей компанией общаться этому Вите запретили, поэтому в дальнейшем он всегда присаживался чуть в стороне. Когда уже смог присаживаться, разумеется.

Шалости нашего детства

В благословенные девяностые (нет), когда Борис еще не перестал закусывать, а перестройка потихоньку превращалась в перестрелку (и не было никаких оснований, что в двухтысячных все это аукнется перекличкой) мы проводили на улице около 12 часов в день.

Подборка своеобразных криминальных историй на эту тему ниже.

Чеки

Насколько я понимаю, чековая лента в старых кассовых машинах дублируется – один экземпляр чека доставался покупателю, второй оставался в ККМ. В одном магазине не парились с утилизацией чековой ленты и просто выбрасывали ее во двор в больших коробках.

А принцип работы магазина был такой – на кассе ты выбиваешь чек за нужный товар, потом возвращаешься в отдел и по чеку получаешь свою добычу.

12-летние дети сразу нашли лайфхак. И начали получать по дублям чеков в магазине то, на что денег никогда не было – конфеты, лимонад и прочие зубодробительные радости. Подбирая по сумме выбитого.

Когда за день из магазина было вынесено около 50 упаковок карамелек и около 20 бутылок лимонада – продавщица заподозрила неладное. Но так как в отделе в этот день был чей-то день рождения, она уже была пьяна и просто наорала на нас – мол, не приходите больше сегодня.

На этом криминальный бизнес был свернут, да и зубы уже болели от карамелек, а от лимонада – желудки.

Ларьки

Первые ларьки были достаточно простыми будками – сбоку дверь с петлями для навесного замка, спереди витрина. А на витрине выставляли сигареты, водку в банках, пиво и прочие презервативы.

Наши хитрые старшие товарищи (которые нам вовсе не товарищи, из них половина уже свое отсидела, а другая – упокоилась на кладбище) придумали схему мелких хищений:

1. Закрываешь дверь ларька на узел из металлической проволоки, рулон которой мы до этого укатили от ближайшего техникума.

2. Стучишь в дверь.

3. Продавщица ларька идет открывать дверь. Понимает, что ее заперли снаружи. Начинает высаживать дверь своим (обычно мощным) торсом и орет дурниной. Ларек шатается. А в это время один из малолетних преступников запускает руку в витрину и гребет в пакет все, что достанет.

Сразу предупрежу – я в такой схеме действовать отказался, потому что был в курсе, кто будет нести ответственность за кражу – это продавщицы, а продавщицами в ларьках работали знакомые моих родителей)

Мертвый Рокко

Как-то с товарищами мы вскрыли чердак. Голубиное говно, щебенка под ногами – ррромантика, конечно. Среди прочего – куча старой одежды, которую какой-то бомж припрятал на лучшие времена, но до них не дожил (каждый вечер с октября по апрель труповозка увозила от ближайших гаражей пару-тройку таких личностей, кто замерз, кто отравился денатуратом).

Вещи были брезгливо вынесены во двор. Декабрь месяц, снега уже дохрена, поэтому на внутридворовой дороге появилось нечто.

Это был снеговик. Только он лежал на дороге, а из расстегнутой ширинки торчал ХУЙ (сантиметров так 40—50 в длину, специально палку ставили внутрь).

Водители просто объезжали его по газону (к вопросу о человеческом сочувствии), видя просто валяющуюся на снегу фигуру. Мы сидели, наблюдали и потихоньку теряли веру в человечество.

Один был неравнодушным – он вплотную подъехал к Рокко, вышел из машины и пригляделся. Наверное снежный хуй его и успокоил.

Сумерки декабрьского двора разорвал его вопль:

– ПИЗДЮКИИИИ! УРОЮ НАХУЙ!

Мы бежали быстро, путая следы и ныряя в тропки между гаражами. Согрелись, а потом долго ржали.

Деревенский самогон

1999 год, очередная ролевая игра (как вспомню, что надо километров 10 пиздовать с набитым железяками и водкой рюкзаком до лагеря, а еще по пути периодически останавливались и поддавали «на ход ноги» – нет, содрогаюсь и сразу чувствую себя старым), на которой, как обычно, внезапно кончилось спиртное.

Возможно, виною тому была его доступность – большая палатка, в которую сгрузили еду и выпивку, никогда не закрывалась, и некоторые особо продуманные товарищи просто ныряли туда щучкой, а выныривали с бутылкой водки в каждой руке. После чего товарищи пропадали в лесу, напоследок бросив охуевающей страже лагеря «Пойду-ка я наведу дипломатические контакты с соседним королевством».

Так или иначе, утром третьего дня игры измученные рыцари собрались вокруг костра и, ковыряя ножами бревна, признали страшное —

БУХЛО ЗАКОНЧИЛОСЬ. ОТ СЛОВА СОВСЕМ.

Говорят, что в момент изречения этой фразы где-то на дереве каркнул ворон, красная лиса сожрала свое потомство, петух родил свинью, а небо затянуло тучами. Было принято решение пойти в деревню за самогоном.

Выбранные в «орочьи спички» (Орочьи спички – вид жребия, когда на какое-то дело тянутся спички, но на результат жребия всем похуй, и либо добровольцы вызываются сами, либо их назначают большинством – авт.) гонцы – Сильный и Хитрый – особо не сопротивлялись своей тяжкой участи, потому что лелеяли в мыслях накатить в деревенском чипке холодного пивка и как-то компенсировать душевные травмы от пешего похода по трассе с бодуна.

Итак, на всякий случай скинув с себя шкуры и шлемы, сложив в пирамиду свои топоры, гонцы отправились в деревню. Ради сохранения ритма повествования я не буду перечислять подвиги их во время паломничества, и приступлю непосредственно к финальной части.

Вечерело. Усталые путники вышли к деревне. И тут разрушилась их первая мечта – здание, в котором ранее располагался «чипок», несло на себе следы давнего запустения.

Подергав ржавый навесной замок на дверях, один из паломников плюнул на дверь, а второй решительно обоссал угол магазина.

Журчание струи разбудило местного алконавта, который приуныл в тени развесистых деревьев.

– А где у вас тут самогон пиздатый продают? – в фокус зрения аборигена потихоньку вплывала небритая рожа в черном берете, щедро раскрашенная «туманом». (Ну да, прикиды сняли, а про ебла забыли).

– Дык у Машки, второй дом от угла. Пиздатый самогон, всего двадцать рублей за литруху

Охуев от таких пасторальных цен, воины направились к Машке. За ними незримым полком уже стояли алчущие товарищи, которые в лагере ожидали живительной влаги. Машка (бабка лет так семисот навскидку) быстро поняла боевую задачу, и выдала фуражирам семь полторашек с мутной жидкостью.

– А давай стакан на дегустацию, – предложил Хитрый.

Самогон пах куриным пометом, по горлу он прокатился, как двадцатисантиметровый железный шар, но, упав в пустой желудок, быстро раскрасил окружающую действительность в яркие краски.

– Нормально, – вынес свой вердикт Хитрый, заметно порозовев лицом (розовизне не помешала даже боевая раскраска на лице).

Путники расплатились с ведьмой и уже направили свои стопы в сторону трассы, как их остановил звонкий детский крик.

– Стойте! – кричал внук (или правнук) ведьмы.

– Че такое? – спросил Сильный

– Да хуй знает, деньги же отдали – недоуменно ответил Хитрый.

– Бабка забыла положить, сами сделайте как надо – в руках у пиздюка было несколько портянок демидрола.

Хитрый переглянулся с Сильным, поправил рюкзак с живительной влагой, и оба, не сговариваясь, прибавили шаг, слушая свой внутренний компас.

– Да ну нахуй, – резюмировал Сильный.

Как я был тренером личностного роста

Году так в 2002, противным октябрьским утром я шел с одного места тогдашней работы на другое (на первом я отработал ночь, на втором надо было появиться с утра). Поднял воротник пальто, потому что принципиально ходил без шапки до минусовой температуры, начитавшись всяких Леви, и размышлял, как бы провести этот безрадостный субботний день.

Навстречу мне внезапно попался колоритный в местной ролевой тусовке персонаж – Саша «Черт». Крупный мужик с очень плохими зубами и плоским, в папу-казаха, лицом, целенаправленно двигался мне навстречу.

– Недоброе утро, Саша – решил я завязать беседу. Холодный ветер, умирающие желтые листья вокруг деревьев, похмелье и очередное разочарование в недолгих романтических отношениях с очередной поклонницей Бутусова и БГ – что еще надо для беседы двух джентльменов.

– А куда это ты, Саша, направляешься, надев белую рубашку и повязав галстук, а сверху надев олимпийку и черную вязаную шапочку фасона «пидорка»?

– Я иду на тренинг личностного роста – ответствовал мне персонаж, которого боялись все девочки в ролевой тусовке (было за что – в свое время он кинул лопатой в снимавшую его на фотоаппарат «Смена» однокурсницу, потому что испугался, что девушка сольет его фото в КГБ, после чего обрел справку о недееспособности и пугающую репутацию).

– И зачем тебе, Саша, такой тренинг?

– Я хочу приобрести уверенность в себе, и готов заплатить за это целых пятьсот рублей.

– Саша, я предлагаю тебе сделку формата win-win. Сейчас мы идем с тобой в ближайший магазин, покупаем пиво и начинаем разговаривать. Если спустя пятьсот рублей ты не обретешь уверенность в себе – я готов возместить тебе расходы на наш диалог.

– Идет – Саша расцвел. С ним кто-то заговорил и предложил побухать.

Открыли по первой бутылке пива «Премьер».

– Что не так, Саша?

– Меня девушки не любят, – заскулил Саша.

– Стоп. С этого момента подробнее. Саша, а с хуя ли тебя должны любить девушки? Ты же не Аполлон Бельведерский, и даже, на минуточку, не Арагорн из фильма. Какие вообще, с твоей точки зрения, критерии твоей успешности у девочек?

– Ну, наверное, это достаток

– Молодец, Саша, возьми еще бутылку и подумай, понравится ли тебе, если тебя будут любить только за кошелек. Дальше?

– Я некрасивый.

– Саша, вот ты либо пидор, либо дурак ебаный. Мужчина должен быть чуть красивее обезьяны, кто сказал, кстати? Минута пошла.

– Эмм… Челентано?

– Внимание, правильный ответ. Цитата приписывается Шарлю Азнавуру.

– Так что, у меня все хорошо?

– Нет, Саша, у тебя все плохо. У тебя редкие гнилые зубы, плохие волосы, плохая кожа и одеваешься ты, собственно, как мудак.

– И что мне делать?

Далее было много диалога, советов и трэш-психологии, которые я пропущу из соображений этики. Скажу только, что человек по имени Саша сходил в стоматологию, парикмахерскую, поменял стиль одежды на милитари, нашел нормальную работу и теперь (надеюсь) живет счастливо. Поэтому те пятьсот рублей (которые были потрачены на два с половиной ящика пива) я считаю нормальным вознаграждением за свой первый опыт в роли тренера личностного роста.

А на работу я все-таки дошел. К вечеру. Прошел мимо вахтерши, поднялся в офис, быстро раскидал горящие дела и рухнул головой об стол. Часа на три моргнул.

Потом оделся и пошел на другую работу, наблюдая по пути, как в сквере за домом правительства два трактора играли в догонялки, пока никто не видит.

Нормальные люди не ходят с работы на работу, по пути решая чужие проблемы. Это я только сейчас понял, а тогда было весело и задорно. Главное же – помочь человеку, и иногда стоит его обругать для этого, верно?