Текст книги "Интроверт. Выйти из тени"

Глава 4

Саратов

11 июля 2006 года (вторник)

13:25

На этот раз возвращение в нулевое измерение прошло для Егора крайне болезненно. Помимо собственной боли в области сломанной ключицы он ощутил и болезненность в спине Гвоздя, где ткани от огнестрельного ранения ещё не до конца регенерировали, а также – в области затылка Ноты, у которой скорость восстановления от повреждений была крайне низкой, как у всех обычных людей. Егор открыл глаза, обнаружив себя лежащим на покачивающихся носилках бригады скорой помощи.

– И куда это вы меня понесли, да ещё вперёд ногами? – вдруг строго спросил он, сдёргивая с себя простыню, которая закрывала его тело с головой.

От неожиданности носилки упали на землю вместе с самим Егором, а у молодого санитара, шедшего к нему лицом, резко подкосились ноги.

– Как куда? В морг, конечно, – невозмутимо ответил пожилой фельдшер. – Как врач сказал, так и делаем. А ты вот мешаешь нам работать. Да ты никак живой? Зачем же было притворялся покойником-то?

– Всё было по-взрослому, даже покойник, – мрачно сказал Егор, вставая с земли. – И, кстати, я совершенно не притворялся. Так и передайте своему доктору. Проверять надо было лучше. Чему его только в университете учили?

Фельдшер с санитаром не нашлись, что ответить, и молча, наблюдали за тем, как их несостоявшийся покойник уходит в направлении двух соседних бригад скорой помощи.

Носилки с Гвоздём уже успели погрузить в машину, когда Океан сдёрнул простыню с неподвижного тела.

– Гвоздь, может быть, хватит на сегодня симулировать? А то потом кого-нибудь в морге инфаркт внезапно настигнет?! – весело предупредил Егор.

– Хватит, так хватит, – голосом Гвоздя вдруг ответил труп и встал с носилок на ноги.

У молоденькой девушки-доктора, которая заполняла справку о констатации смерти, колпачёк от ручки выпал изо рта при виде такого внезапного воскрешения человека, который ещё двадцать минут назад лежал с простреленным позвоночником без признаков жизни.

Сейчас же перед ней стоял вполне живой молодой человек в футболке, на которой одно окровавленное пулевое отверстие было нарисовано изначально, а другое возникло естественным образом. Взятая отдельно надпись «Спасибо, я в порядке!» очень подходила к жизнерадостному выражению лица пациента. Чтобы усилить произведённый эффект, Гвоздь приподнял футболку и повернулся спиной к людям в белых халатах. В области позвоночника был виден еле заметный рубец, который буквально на глазах бледнел и уменьшался в размерах, пока не исчез совсем.

Доктор прислонилась к борту машины, чтобы не упасть в обморок, а средних лет опытная фельдшер уже доставала вату и нашатырь из чемодана.

– Ладно, пойдём Ноту на этом свете встречать, – сказал Егор, под руку уводя за собой Гвоздя, который не на шутку увлёкся демонстрацией своей способности к ускоренной регенерации.

– Идите уже поскорее отсюда и не пейте больше. А то наша доктор в обморок свалится от ваших выкрутасов, а она ведь только сегодня чистый халат надела. Стирать его вы, что ли будете? – строго сказала им вслед опытная фельдшер, которая на своём веку ещё и не такие фокусы видела.

Океан с Гвоздём послушно отошли в сторону от впечатлительной девушки в чистом халате и строгой фельдшерицы.

Третья бригада скорой помощи никак не могла уложить тело покойной на носилки – то нога свесится вниз, то рука, а то и голова приподнимется. В конце концов, медики устали бороться с непослушным трупом и остановились передохнуть.

– Нота, может уже хватит глумиться над работниками скорой медицинской помощи? У них же разъездной характер работы и всякие другие вредности. Им молоко нужно давать, а ты так жёстко издеваешься над ними под своей белой простынкой! – весело сказал Гвоздь, подходя к носилкам.

– М-м, это опять ты? – невнятно сказала Нота почему-то по-английски, хотя в минус-первом измерении она прекрасно общалась по-русски. – Дай поспать уже, а? Я только задремала, а ты орёшь на всю улицу. Вот и голова от тебя опять заболела.

– Я не понял юмора – ты в морг что ли собралась ехать? – с возмущением поинтересовался Гвоздь. – Если да, то туда тебе и дорога – выспишься на всю оставшуюся до вскрытия жизнь. А если нет, то быстро поднимай свою пятую точку с носилок – ребяткам же, видишь, как тяжело.

В подтверждение своих слов Гвоздь погладил по голове одного из молодых санитаров, у которого зрачки дико расширились от страха, а побелевшие руки не могли даже при его желании отпустить носилки.

– Вставай, Нота, – сказал Егор и с усилием отцепил руку санитара от носилок.

Второй санитар оказался более сговорчивым и сам отдал носилки Гвоздю. Океан и Гвоздь аккуратно поставили носилки на землю и отошли в сторону. Нота откинула простыню и, морщась от головной боли, поднялась на ноги.

– С возвращением, – произнёс Егор и протянул руку.

– Спасибо. И вам того же, – ответила Нота уже по-русски, пожимая протянутую руку, и тут же обращаясь к медикам. – Ребята, у вас от головной боли что-нибудь есть?

– Конечно, есть – бинт, – сказал молодой санитар, который уже вышел из ступора и с интересом слушал, как звучит его собственный голос.

– Ещё анальгин могу уколоть, – добавил фельдшер, открывая свой чемодан.

– Хорошо, я согласна и на то, и на другое, только дайте всё с собой. А ещё йод мне нужен – надеюсь, у вас имеется? – сказала Нота и заглянула в чемодан через плечо фельдшера.

– Обижаете! Йод у нас всегда в наличии, – ответил добрый фельдшер, складывая в пакет всё, что попросила Нота.

– Шприц ещё не забудьте, пожалуйста, а то я не привыкла анальгин из ампулы пить.

– Хорошо. Вот вам ещё два одноразовых шприца, вата и даже антисептическая жидкость – пейте на здоровье. Теперь всё? – невозмутимо поинтересовался фельдшер.

– Теперь всё. Спасибо большое! – искренне поблагодарила Нота, принимая пакет.

Подошедший пожилой доктор молча посмотрел скептическим взглядом на всех троих. Затем он невозмутимо порвал справку о констатации смерти девушки, которую они нашли лежащей на барной стойке без признаков жизни. Лишь после всего этого доктор нарушил затянувшееся молчание.

– Мой добрый совет вам, барышня: не пейте больше, а то в следующий раз уже не повезёт, – добродушно сказал доктор, глядя, как обрывки порванной справки разносятся по ветру.

– Да что вы, доктор! Я вообще не пью! Это случайно совпало.

– Вот я и говорю, что в следующий раз всё будет по-настоящему, – сказал доктор, садясь машину.

– Тринадцатая, вы уже закончили там с трупами? Из морга на следующий вызов когда поедете? – спросил диспетчер по рации.

– Да закончили мы уже. Ложный вызов оказался. Все три трупа стоят сейчас передо мной и издевательски ухмыляются, – ответил доктор диспетчеру. – А на вызов мы хоть сейчас можем ехать.

– Тогда записывайте, – сказал невозмутимый диспетчер и стал диктовать адрес и другие подробности следующего вызова.

Когда все три машины скорой помощи отъехали от яхт-клуба, Океан окинул Гвоздя и Ноту усталым, но ироничным взглядом.

– Ёжик, ты живой там или как? – обратился он мысленно к кактусу.

– Конечно, живой! Куда же я денусь с подводной лодки? – отозвался Ёжик, не имевший в нулевом измерении своего тела и циркулирующий в крови Егора в виде фитохлорианов.

– Вот и отлично. Значит вся команда в сборе. Предлагаю для начала разобраться с теми малолетними бандитами, которые Гвоздя, да, впрочем, и меня изрядно напугали. Я пока ещё чувствую их по болевому рисунку. Если поторопимся, то сможем пообщаться со всеми тремя. А уже потом отдохнём где-нибудь в тихом месте и подумаем, что делать дальше. Нет возражений? – спросил Океан.

– Согласен, – мрачно ответил Гвоздь.

– Я тоже не против, – улыбнулась Нота.

– Только я тебя очень прошу, разреши мне взять прижизненный образец их ткани на анализ, – обратился Ёжик к Океану.

– Не знаю, как Океан, а вот лично я гарантировать это тебе не могу, – мстительно сообщил Гвоздь, потирая кулаки и разминая затёкшую шею.

– Хорошо, Ёжик. Возьмёшь ты свой прижизненный образец. Я обещаю, – строго сказал Океан, внимательно посмотрев на Гвоздя и двинувшись к затаившемуся неподалёку бандиту.

Малолетний преступник всё ещё лежал под деревом, не в силах отползти на достаточное расстояние из-за переломов и вывихов ног. Услышав приближающиеся шаги, он сделал отчаянную попытку перекатиться под другое дерево, но сильно застонал и замер, зажмурившись. Океан тоже проронил сдавленный стон и остановился перед убийцей Гвоздя.

– Ты не дёргайся – всё равно никуда уже не денешься, – посоветовал Океан. – Зачем из пистолета стрелял?

– Не знаю, – утирая нос, промямлил отморозок. – Испугать хотел, чтобы он нас на яхте покатал.

– Ты добился своего – до смерти испугал и моего друга, и меня. Но на яхте так и не покатался. Правда, обидно? – строго спросил Океан.

– Да, – сквозь слёзы промычал малолетний бандит и, обращаясь уже к Гвоздю, добавил: – Прости, братан! Хорошо, что ты жив! Не убивай меня! Чёрт попутал этот пистолет вытащить. Я его только для виду всегда ношу. А тут такой крутой замес – ты один нас троих положил перед всем яхт-клубом. Это ведь позор на всю жизнь. Вот я и решил всё исправить, и выстрелил тебе в спину. Я думал ранить тебя несильно, испугать, чтобы ты к нам уважение проявил, а тут всё так криво получилось. Не убивай, братан! Всё, что хочешь, сделаю! – закончил свою пламенную речь раскаявшийся преступник.

Гвоздь подошёл поближе и резко ударил ногой в лицо своего убийцу, из-за которого он вынужден был провести в коме около получаса, а Океану пришлось пройти незапланированную практику по реанимации и просто испытать много боли. Из сломанного носа потекла кровь, быстро перекрашивая одежду в бордовый цвет. Малолетний подонок закрыл лицо обеими руками и жалобно застонал. Затем Гвоздь наступил ему на сломанную ногу и смотрел, как корчится от боли его обидчик. Океан не проронил ни звука, хотя уже был близок к болевому шоку. Он укоризненно посмотрел на Гвоздя, вытирая со лба пот.

– Ты удовлетворён? – спросил его Океан.

– В целом, нет, конечно, но тебя не хочется сильно напрягать, – ответил Гвоздь и отступил назад.

Океан испачкал свой палец в крови бандита и немного подождал.

– Ёжик, уже готово или ещё нет? – обратился он мысленно к кактусу.

– Готово! Того вируса, что был в осьминоге, нет. Следовательно, это обычный гопник, и ни разу – не зомби, – радостно сообщил Ёжик. – Только в следующий раз ты так не рискуй и пальцем кровь не трогай. Мало ли какая зараза там может быть.

– Ладно, отбой. Свезло тебе, так свезло, – мрачно поздравил гопника Гвоздь. – Если бы ты оказался зомбаком, то сейчас пришёл бы тебе полный конец. А так ты получаешь второй шанс и можешь заново начать свою никчёмную жизнь. Но, если я тебя ещё раз увижу, то будет тебе очень плохо. Так что, давай, ползи отсюда быстро!

Только, когда раненый бандит отполз на значительное расстояние, Нота с недоумением посмотрела на Океана, который вытирал пот со лба и восстанавливал сбившееся дыхание.

– Ты что, за того бандита так сильно переживаешь, что даже побледнел и испариной покрылся? – с удивлением спросила Нота.

– Он переживает не только за того конкретного бандита, но и за всех остальных недобитых отморозков в округе, – ответил Гвоздь. – Наш сердобольный Океан чувствует чужую боль на расстоянии, поэтому и огребает каждый раз во время всяческих разборок. Так что имей это в виду, когда будешь кого-нибудь убивать или просто мучить в его присутствии – он это с трудом переносит.

Нота пристально посмотрела на Океана, всем своим взглядом выразив ему свое уважение и сочувствие.

– Ты молодец! Хорошо собой владеешь. Боль была очень сильной – я видела, как тот бандит корчился, – сказала Нота Океану и повернулась уже к Гвоздю.

– Ты, конечно, тоже молодец, что не убил его, но не такой, чтобы я тобою сильно восхищалась, – сообщила она Гвоздю. – Бери со своего друга пример и не бей раненого противника по лицу – это так неэстетично. Ладно, шучу-шучу, – поспешно добавила Нота, заметив начинающийся приступ негодования у Гвоздя.

– Ты осторожнее шути, а то у меня с юмором иногда плохо бывает, – сказал он, уже остывая.

– Пойдём дальше, а то те двое отползать вздумали, – сказал Океан и быстрым шагом пошёл по тропинке.

Довольно быстро они догнали пару гопников, которые пытались скрыться в лесу.

– Стоять-бояться! – скомандовал Гвоздь, подходя к бандитам поближе.

– Далеко собрались? – поинтересовался, Океан. – За грибами или за ягодами? А, может быть, вы на охоту отправились? И на какого зверя, если не секрет?

Малолетние бандиты сразу замерли и с ужасом уставились на Гвоздя. Лишь после продолжительной немой сцены один из них всё-таки смог овладеть собой и сбивчиво заговорил.

– Не хотели мы тебя убивать! У нас и пистолета нет. Прости, что всё так вышло. Это всё Серый придумал с яхтой. Мы и кататься-то не хотели, а он настоял на своём. И пистолет он с собой всегда зачем-то носит. Никогда не стрелял, а сегодня выстрелил и сразу попал. Отпусти ты нас! Не будем мы больше с Серым тусоваться! На работу устроимся, обещаем, – сказал один из друзей Серого.

– Гвоздь, ты, что-нибудь хочешь с ними сделать? – спросил Океан.

– Конечно, хочу, но не буду. Всё, что можно, я с ними уже раньше сделал, – миролюбиво ответил Гвоздь. – Только, если я кого-то из вас ещё раз увижу, то вам обоим будет сильно плохо. Я понятно изъясняюсь? – пригрозил он бандитам.

– Всё п-понятно. Больше нас не увидишь, – дрожащим голосом ответил один из гопников.

– Тогда осталась одна формальность. В рамках ежегодной диспансеризации трудоспособного населения сейчас вы сдадите кровь на анализ. Не бойтесь, много не возьмём – по три-четыре литра с носа и всё, – с хитрой улыбкой сообщил Океан.

– Да вы что творите-то? Мы же говорим, что не убивали мы его! Это всё Серый – мы тут не причём! Зачем нас так наказывать? Если надо, то побейте, но убивать-то зачем? – взмолились оба гопника наперебой.

– Ладно, шучу. На первый раз прощаю и возьму у каждого лишь по три-четыре миллилитра крови. Но в следующий раз всё будет по-настоящему – заберём всю вашу поганую кровь досуха, – сурово пообещал Океан и подмигнул Гвоздю.

– Ладно-ладно, берите по три миллилитра, если надо. Только не всю, – опять забеспокоились оба бандита.

Океан подошёл к ним поближе и вынул из кармана складной швейцарский нож.

– Дай, пожалуйста, жидкость антисептическую и немного ваты для этих обалдуев, – попросил он Ноту. – Вроде бы они не такие безнадёжные, как тот первый.

– Бери, – сказала Нота, протягивая ему флакон с жидкостью и вату.

– Так, граждане бандиты, тунеядцы и наркоманы. Сейчас по очереди режем себе пальчик и показываем его мне. Если мне понравится, то, что я увижу, то я награжу вас куском ваты, смоченной в растворе антисептика. Это, чтобы вы не заразились чем-нибудь нехорошим. Но, если мне не понравится, то ничего не получите. Понятно? – строго подвёл итог своему объяснению Океан.

– Всё п-п-понятно, – заикаясь, ответил один из бандитов.

– Начали, – скомандовал Океан и стал наблюдать.

После того, как Ёжик сообщил об отсутствии в их крови инопланетного вируса, Океан объявил о завершении процедуры и отпустил хулиганов на волю. Он взял с них честное слово, что они больше не будут такими отморозками, как сегодня, а возьмутся за остатки своего ума и начнут новую жизнь.

Когда хулиганы убрались подальше, Океан посмотрел сначала на Гвоздя, а потом на Ноту.

– Неплохая команда у нас получается, – совершенно серьёзно сказал Егор. – Учитывая предстоящее нам спасение жизни на Земле, предлагаю действовать в этом направлении вместе. Согласны?

– Категорически согласен, – подтвердил Гвоздь.

– Я тоже согласна.

– Ёжик! А ты что скажешь? – спросил Океан.

– А я скажу, что, давайте, уже из этого мрачного леса поскорее уйдём – не нравится мне здесь. А насчёт работать вместе – я, разумеется, не против. Я же часть тебя, не забыл? Только у меня к Ноте есть пара научных вопросов о её недавнем прошлом. Хочу уточнить некоторые детали. Надеюсь, ты согласен поработать немного переводчиком ради науки?

Глава 5

Москва

14 июля 2006 года (пятница)

9:30

Опасаясь московских пробок, Антон приехал в Домодедово задолго до вылета. Времени оказалось вполне достаточно, чтобы до регистрации не только совершить покупку в книжном киоске, но и прочитать первые тридцать страниц. Вопреки ожиданиям, этот час вынужденного пребывания в аэропорте пролетел совершенно незаметно. Случайно выбранная книга незнакомого автора оказалась именно тем, что хотелось прочитать в данный момент. Антон полностью погрузился в тревожный и мрачный мир недалёкого будущего. Оно было пугающим, но, тем не менее, казалось вполне вероятным вариантом развития событий. Незаметно для себя Антон перестал слышать шум аэропорта. Вместо этого до его ушей стали всё отчётливее доноситься зловещие крики мутировавших животных и одичавших людей. Сквозь жутковатую и совсем безрадостную атмосферу грядущего конца света на заднем фоне послышался голос информатора аэропорта, так некстати объявившего регистрацию на рейс Москва-Дубай. Зловещие звуки разом стихли, а хмурое небо постапокалипсиса бесследно растаяло между страниц. Антон с большим сожалением закрыл книгу и убрал её в сумку, в результате чего ноутбуку и ежедневнику пришлось слегка потесниться.

Под впечатлением от прочитанного проходить регистрацию и таможенный контроль оказалось очень легко и весело. Антон с радостью осознавал, что в его жизни до таких крайностей, которые были описаны в книге, пока ещё не дошло, и можно вполне наслаждаться мирной обстановкой аэропорта. Теперь, оказавшись в зале ожидания, он решил как можно дольше сохранить это непередаваемое ощущение спокойствия и не стал снова открывать книгу.

Несмотря на проведённое с пользой время, Антон всё-таки успел утомиться от длительного ожидания в аэропорту. Сейчас ему захотелось поскорее подняться на борт самолёта и занять своё место в кресле у иллюминатора. Но, уже взобравшись наверх по трапу, Антон невольно притормозил у самого входа в салон громадного авиалайнера. Компания «Emirates» умела удивлять своих пассажиров. Антон и раньше летал на «Боингах», но только на внутренних рейсах. Новая же модель «777—300» была дальнемагистральной и больше похожа на летающий кинотеатр. За длинной вереницей спинок с мониторами виднелась перегородка с огромным экраном, из-за которой выходили приветливые стюардессы. Десять сидений в ряд и два прохода между ними слегка сбивали с толку. Пройдя до перегородки, Антон так и не нашёл своё место. Он протянул посадочный талон ближайшей стюардессе и попросил её подсказать дорогу.

– Полина, – прочитал он на бейдже, – моё кресло упорно прячется от меня. Давайте, вместе его поищем?

Стюардесса улыбнулась ещё шире. Едва взглянув на талон, она махнула рукой себе за спину, указывая Антону правильное направление.

– Вы с хвоста вошли, а удобнее было бы через средний трап. Вам нужно пройти до конца ещё одну секцию эконом-класса. Ваше кресло будет за туалетами по правой стороне.

На секунду Антон подумал, что она шутит. Он посмотрел в указанном направлении и увидел впереди точно такой же «кинозал». Поблагодарив стюардессу, он пошёл на своё место и обернулся только через несколько шагов. Сзади Полина выглядела столь же привлекательно, как и анфас. Униформа подчёркивала её стройную фигуру и, несмотря на бежевый цвет, оставляла яркое впечатление. Бордовые туфли относительно одежды смотрелись особенно контрастно и даже празднично. Под плотной тканью форменной юбки, скроенной ниже колен, угадывались стройные ноги.

Полюбовавшись пару секунд лёгкой и одновременно уверенной походкой Полины, Антон занял своё место и стал обдумывать ближайшие планы. Сделать предстояло многое, но увиденная мельком стюардесса не выходила у него из головы. Антон понимал, что пассажир эконом-класса – не самый желанный ухажёр для неё, особенно в таком роскошном городе, как Дубай, где они оба окажутся менее чем через шесть часов. Однако, вспомнив, что упущенная попытка часто превращается в долгую пытку, он всё-таки решил попытать счастья.

Когда самолёт набрал высоту и высветилось разрешение отстегнуть ремни, Антон не стал действовать сразу. У кабинного экипажа сейчас было полно дел, и надо было дождаться удобного момента. Еду ему принесла другая девушка – тоже очень красивая, но слегка не в его вкусе. Похоже, Полина вообще осталась в другой секции и теперь не появится здесь вовсе. Посидев после лёгкого завтрака ещё немного, Антон направился на её поиски.

Зайдя за перегородку, он сразу увидел объект своих мечтаний. Очаровательная стюардесса как раз возвращалась с тележкой и собиралась наполнить её вновь.

– Чем я могу вам помочь? – спросила она, увидев его выжидающий взгляд.

Её английский был безупречен. Но Антон точно знал, что она из России, и дело было не только в имени. Что-то неуловимое отличало русских девушек от всех остальных. Поэтому он сразу обратился к ней по-русски.

– Полина, ты мне очень понравилась, – прямо сказал Антон, глядя на неё с лёгкой улыбкой. – Буду очень рад снова с тобою встретиться. Сегодня вечером, например. Ты ведь, наверняка, только завтра улетаешь обратно в Москву?

– Пожалуйста, займите своё место, – произнесла Полина максимально холодным тоном и, спустя пару секунд, почти шёпотом добавила: – Вы меня не за ту принимаете!

– Конечно! – сказал Антон, одновременно соглашаясь с просьбой и восклицанием. – Чуть позже займу. Кстати, денег я не предлагал. Ты мне и вправду понравилась, и было бы здорово пообщаться, познакомиться… Настолько близко, насколько сама захочешь, – добавил он, взявшись рукой за край тележки.

Слегка покрасневшая девушка лишь собиралась что-то сказать, но Антон перебил её, понимая, что иначе шанса объясниться больше не будет.

– Извини, если обидел таким предложением. Тебя, наверное, постоянно склеить пытаются? Уже достали, да?

Полина не ответила, и Антон разжал руку, оставляя на тележке свою визитку. Не оглядываясь, он пошёл обратно спокойным шагом, хотя внутри всё клокотало. «Ну, отказала – бывает! Поторопился, наверное. Может, ей совсем другие нравятся? Или у неё как раз плановая смена эндометрия, а тут я, как назло, свидание вздумал назначить?», – уже спокойнее размышлял Антон, глядя в иллюминатор на лёгкие облака.

Пытаясь отвлечься от невесёлых мыслей о неудачном знакомстве, он стал листать медиатеку на экране. Однако ничего из предложенного не радовало. Читать книгу тоже почему-то расхотелось. Несмотря на такое захватывающее начало, история, в которую Антон окунулся ещё в аэропорту, теперь подёрнулась лёгкой дымкой и отступила на задний план. Тогда он достал свой ноутбук, но и там подборка развлечений показалась скучной. Уже намереваясь убрать его обратно, Антон заметил под своим сидением небольшой ящик с портом Ethernet. «Занятно! Он-то здесь зачем?» – подумал Антон и достал из сумки короткий патч-корд.

Физическое подключение никаких проблем не вызвало, а вот на логическом уровне всё было куда сложнее. Настройки бортовой локальной сети были неизвестны, да и непонятно было, что искать. Попробовав в браузере несколько стандартных IP-адресов из диапазона 192.168.0.0/16, Антон с удивлением увидел веб-интерфейс мультимедийной системы. На странице отображался запрос ввода пароля, который на поверку оказался таким же, как и логин – «admin».

Продолжая незапланированные изыскания, Антон вскоре увидел панель EICAS44
  Engine Indication and Crew Alerting System (англ.) – система индикации параметров работы двигателя и предупреждения об отказах.


[Закрыть]. На ней отображались данные полёта и текущее состояние самолёта, включая настройки климатической установки, параметры навигации, освещения и готовности аварийных систем. Всё это передавалось без шифрования по той же шине, что и мультимедийный контент для развлечения пассажиров.

Особенно впечатляла возможность изменить многие параметры прямо через веб-интерфейс. Оказывается, чтобы угнать самолёт или вывести его из строя прямо в полёте, вовсе не нужно было вламываться в кабину пилотов. Антон сделал несколько скриншотов на память и отключил ноутбук от греха подальше. Затем он стал обдумывать, куда лучше отправить краткий отчёт о своей страшной находке – в «Emirates» или «Boeing»? Однако спустя несколько минут, Антон решил не пороть горячку, а отложить этот серьёзный вопрос на потом.

Уже перед самой посадкой к нему подошла Полина.

– Видите ту девушку? – спросила она, указывая взглядом на свою коллегу. – Её зовут Кейт. Думаю, она будет рада вашей компании в Дубае.

– Нет, – ответил Антон с досадой. – Мне понравилась именно ты. Если это не взаимно, то очень жаль. Но насильно мил не будешь.

Полина постояла ещё несколько секунд, посмотрела ему в глаза и улыбнулась.

– Кажется, вы свою карточку обронили, – сказала она, протянув Антону визитку, и тут же ушла. На обратной стороне было написано: «Отель „Москва“. 17:00. Жди в холле».

Покидая салон нового «Боинга», Антон снова встретился взглядом с Полиной и слегка улыбнулся ей. Девушка заметно нервничала. При его приближении юная стюардесса резко наклонилась к дальнему креслу и стала поправлять фиксатор откидного столика, хотя нужды в этом совершенно не было.

– Спасибо за приятный полёт! – сказал Антон, задержавшись возле неё на секунду.

– Пожалуйста! – едва слышно ответила Полина, даже не поворачиваясь в его сторону.

Со стороны такое общение с пассажиром могло показаться грубым нарушением правил, но девушку тоже можно было понять. Сперва она поддалась порыву и сделала полёт действительно приятным и многообещающим хотя бы для них двоих, а теперь, наверняка, корила себя, боясь вылететь с работы. Антон же совестью давно не пользовался, поэтому она всегда оставалась чиста.