Читать книгу "Эридон. На весах судьбы"

Астарта Ш’эрен

Проснулась раньше птиц, будто кто-то тихо коснулся ключиц и сказал: «Встань»…

В покоях стояла прохлада предрассветных сумерек. Из распахнутых дверей балкона тянулся весенний воздух, заполняя пространство ароматами сирени и лилий, которые окружали дворец. Под балдахином было ещё темно и очень уютно, как в объятиях самой ночи, укрывшей меня от мира. Не успела я до конца проснуться, как память услужливо напомнила о прошедшей встрече с Риансом. Тело мгновенно отозвалось приятным покалыванием, словно его руки ещё касались кожи. Щёки предательски согрелись.

Да уж, воинственная демонесса с реакцией подростка. Прекрасно!

Справа на кровати мохнатой горой растянулся Кхарн. Густая шерсть пахла морозной водой и сосной, от дыхания по кровати шла небольшая вибрация. Да ладно, какое там дыхание: натуральный амарочий храп. Одной лапищей он придавил половину пледа, хвост свесил к ковру, а морду утопил в складках покрывала. Но стоило мне шевельнуться, как янтарные глаза приоткрылись, уши вздёрнулись вверх, и он, не меняя позы, стал прозрачным, чтобы не мешать мне подняться.

Мой мохнатый бандит с привилегиями.

Маменьке это никогда не нравилось, она терпеливо наставляла: «Зверю место у порога». Мне же было всё равно. Мой амарок будет спать со мной. Точка.

Откинула тяжёлую бархатную портьеру балдахина: бордовая ткань скользнула в сторону, выпуская меня в полумрак комнаты. Ступни утонули в ворсе. Я с наслаждением потянулась, чувствуя, как приятно растягиваются мышцы в теле.

Подошла к арочной двери на балкон, всмотрелась в предрассветное небо, где пока ещё далёкий свет солнца плавно отодвигал ночную темноту. Над дальними хребтами легла тонкая светлая кайма, горы из чернильных стали серыми, и где-то за ними начинала просыпаться равнина.

Пора приводить себя в боевую готовность.

Привычная утренняя разминка вернула телу гибкость и готовность к эскападам нового дня.

Взяв с комода гребень из тёмного рога, расчесала спутавшиеся ночью пряди, из-за чего те распушились наподобие одуванчика. Хорошо, что я всё же учила бытовые заклинания: проговорив нужные слова, вернула волосам их нормальный внешний вид, и, улыбнувшись своему отражению в зеркале на стене, отправилась в купальню. В умывальной чаше тут же появилась вода (спасибо чарам маменьки во всём дворце). Ополоснула лицо, чувствуя мятный аромат воды. Встала под магический водопад на пару минут – взбодрилась окончательно.

Закончив с утренними процедурами, вернулась в комнату, открыла гардероб. Натянула узкие брюки цвета тёмного какао: застёжка по центру, на бедре – ременной хомут под нож, на поясе – двойная лента со звякнувшими цепочками. Достала бордовый корсет с тиснением под чешую, стянула шнуровку. Родовой артефакт тут же улёгся в вырез. Сверху – дымчатая накидка с длинными разрезами, «хвосты» уходят за спину и не мешают движениям. Перчатки без пальцев обняли запястья; узкая стойка-ворот закрыла шею. Натянула сапоги до колена с крестовой шнуровкой, волосы собрала в высокий хвост, пару шпилек спрятала в основании.

Кхарн, давно вернувший себе материальную форму, зевнул и в один прыжок оказался у моих ног, ткнувшись носом в локоть. Я провела рукой по морде амарока, глядя в преданное сияние янтарных глаз.

Как ни крути, но события последних месяцев изменили моё отношение к жизни. Постепенно я начала иначе смотреть на многие вещи. Первое осознание пришло ещё в Осфэре. Потом Милдэвэй, Дар, Рианс, пребывание на Грани, возвращение Арса…

Нет, не просто возвращение – Рианс и Дар пошли в катакомбы и вытащили брата, рискуя собственными жизнями.

После этого вбитое наставником «Дружба и любовь – слабость» исчезло из моей души. Я больше не верю в это. Ведь именно дружба и любовь сотворили чудо.

Да и я больше не наследница, чтобы подстраивать сердце под уставы дворцов и политики.

Наставник наверняка сказал бы что-то вроде: «Возвращение Ареса не должно влиять на твоё отношение к миру. Ты связалась с врагом, а это недопустимо для дочери рода Ш’эрен». Я прямо слышу эту сухую интонацию, от которой даже сердце старалось биться тише.

Вчера Не́ртус, встретив меня в коридоре, произнёс примерно такую же фразу, но в более вежливой обёртке (он же не наставник мне, чтобы высказывать всё, что думает, без сглаживания углов). Мне же этот демон всегда напоминал коробку с двойным дном: на поверхности вроде и красивая, а внутри и Хаос ногу сломит.

Вышла из покоев, придержав дверь, чтобы та не хлопнула: не хотелось будить дворец раньше положенного. Кхарн скользнул за мной тенью, на ходу став полупрозрачным.

Коридоры ещё спали, факелы горели вполнакала. Издалека донёсся приглушённый звон и плеск – это прислуга меняла воду в вазах. На поворотах дежурили мрачные. Их не было видно, но шевеление темноты у колонн выдавало присутствие демонов.

У дверей в покои Арса я сразу поняла, что его в них нет. Во-первых, по завесе охранных чар, которые накладываются только в отсутствие хозяина комнаты. Во-вторых, по прикреплённому к стене тиснёному конверту с моим именем. Конверт был зачарован так, чтобы открыть его мог только тот, кому он предназначался. Я улыбнулась краешком губ и протянула руку…

– Позвольте, леди Ш’эрен, – от косяка отделилась тень, из неё шагнул Зарен. – По протоколу я обязан проверить.

Он блеснул чёрными глазами, в которых не было… ничего в них не было, ни одной эмоции.

– Ты серьёзно веришь, что кто-то, кроме наследника или повелителя, смог бы наложить печать рода на конверт? – я даже не старалась спрятать недовольство.

Мне не нравилось, когда следят за каждым моим шагом и проверяют всё, что я собираюсь взять в руки.

– Я следую протоколу, – буднично ответил телохранитель и чуть склонил голову в знак уважения. – Моя обязанность – исключить опасность.

Спорить с ним сейчас явно не стоит: к дискуссии могут присоединиться и другие мрачные. Точнее, донесут повелителю, что его дочь «игнорирует охрану». А мне сейчас папеньку сердить нельзя, памятуя про снесённую башню…

И почему это он до сих пор не потребовал меня к себе «на разговор»?

Вдох-выдох. Ладно.

– Делай, – я отступила на шаг.

Тьма слетела с ладони Зарена послушным дымом, окутала письмо плотным коконом. В чёрном мареве мелькнул короткий огненный язычок, как уголь под золой. Телохранитель чуть поморщился, на что я злорадно улыбнулась. Мой милый брат, конечно, знал, что будут проверять, и оставил мрачному маленькую щепотку перца. Тьма вернулась в руки демона, недовольно шикнув.

– Чисто, – коротко кивнул Зарен и растворился в тенях.

– Благодарю, – ответила в пустоту и потянулась к конверту.

Воск легко поддался. Бумага зашуршала под пальцами, пахнуло жасмином. Внутри лежало письмо, которое я нетерпеливо развернула. На шероховатой поверхности листа было выведено красивым почерком: «Дорогая сестрёнка, уверен, что ты встала до рассвета. Ты никогда не умела спать долго, если предстояло важное событие или новость. Признаться, я удивлён, что ты вообще заснула».

– Очень смешно, – я щёлкнула языком.

«Я у отца, решаю вопрос по Андрасу. Помню, что обещал до рассвета рассказать тебе о пятой участнице, поэтому жди меня в зимнем саду, я прибуду туда до восхода солнца над Лаэрисом».

Кивнув строчкам, будто самому Аресу, сложила письмо, убрала во внутренний карман. Материализовавшийся Кхарн приподнял уши, глянув на меня снизу вверх.

– Ну что, Кхарнашик, идём в зимний сад, – я коснулась тёплого бока амарока, чуть почесав его. – И без шалостей по пути.

Кхарн с самыми серьёзными глазами кивнул мордой и тут же сорвался в лёгкий галоп, растворяясь в пространстве. Я пошла следом, сетуя на то, что Ламия его всё же разбаловала, пока меня не было.

Амарок добежал до больших стеклянных дверей первым и как воспитанный страж уселся у порога, терпеливо ожидая. Я толкнула створку – та мягко открылась, приглашая внутрь.

Под высокой стеклянной кровлей мерцали магические огни: то всплывая, то медленно оседая, они отбрасывали на плиты дорожек движущиеся бледные пятна света. По центру пел двухъярусный фонтан: в каменной чаше струи тонко звенели, а дальше вода скатывалась с мягким шелестом, будто перешёптывались невидимые собеседники.

Аллеи зимнего сада всегда восхищали меня разнообразием флоры: тёмный лавр и камелии, гранат с блестящими листьями; выше – пальмы, кивающие широкими перистыми опахалами в ответ на каждый мой шаг.

Между традиционными кустами Ламия высадила своих «балованных» любимцев: луноли́ст – деревце с молочными прожилками по листу, которые после заката светятся изнутри; синере́чник – трава с тонкими колосьями, издающая тихий серебристый звон, когда её задевает ветер; вьюн алых жил, что тянулся по чугунным балюстрадам и в тёмных местах становился почти прозрачным. У подножий ваз, на влажных камнях, дремал шепчущий мох. Стоит ступить рядом, как он отвечает негромким «ш-ш-ш», словно просит идти тише.

Мы шли к центру зимнего сада. Внезапно шедший впереди Кхарн остановился: шерсть на загривке поднялась, он проявился полностью, опустил голову и низко зарычал, готовясь к прыжку.

– К’тар1919
  Краткая запретительная команда на Ш’энкаре (язык демонов). Означает: «стоп», «нельзя», «прекрати». Используется как жёсткий приказ немедленно прекратить действие. В боевом контексте воспринимается как безусловный запрет, нарушение которого влечёт последствия.


[Закрыть], – негромко приказала я ему.

Амарок сразу же прекратил рычать, но двинулся вперёд в готовности к атаке: ловил ушами каждый шорох, лапы ставил осторожно. Через несколько шагов я увидела причину.

На каменной лавке меж двух высоких стеклянных колонн, оплетённых вечноцветущим жасмином, сидела Хелена Трэсс. Книга раскрыта на коленях, указательный палец держит страницу за край, чтобы не потерять. Спина прямая, подбородок чуть приподнят, взгляд открытый.

Конечно, мы были знакомы с Хел. Знала я и то, как Арес к ней относится.

У нас с братом секретов друг от друга нет.

А ещё я хорошо помнила, что с ней стало после новости о «гибели» наследника: она словно перестала жить. Говорила, выполняла поручения повелителя, тренировалась, даже улыбалась, но в её глазах не было ничего, кроме пустоты, в которую страшно было смотреть.

Сейчас же в них возродилась та Хелена, с которой мы когда-то спорили, кто быстрее соберёт лук и точнее попадёт мишень.

И да, мне не нравилось, что она всегда выигрывала у меня в стрельбе. Пару раз мы даже повздорили из-за этого.

Мелькнула мысль, что мы обе будто заново родились, когда Арес вернулся. Но появилось то, чего раньше не было: страх повторения прошлого. Совсем недавно я была уверена, что потерять близкого – это самое страшное. Ошибалась. Настоящий ужас приходит тогда, когда боишься снова испытать эту боль потери…

Я встряхнула головой, отбрасывая наваждение, и услышала её голос:

– Леди Ш’эрен.

– Леди Трэсс, – в тон ей ответила я, подходя ближе.

Кхарн встал рядом, двигая кончиками ушей. Я опустила ладонь на его голову.

Интересно, что здесь делает Хел? Насколько мне известно, в отношениях этой парочки подвижек не было, но я сильно сомневаюсь, что «мисс ледяная статуя» оказалась в это время здесь случайно.

Разве что…

– Только не говори, что Арс позвал тебя в отряд!

Хелена кивнула и захлопнула книгу. Кхарн развернулся к нам спиной и вытянулся в струну, но мне было не до него. Решила узнать наверняка:

– И ты согласилась?

– Согласилась, – отозвался голос брата за спиной.

Арес Ш’эрен

Я стоял у двери нижнего яруса подземелья Лаэриса и ждал, когда сработают замки. Металл, инкрустированный синтаритом, пил магию, как сухая губка воду. В коридоре стоял запах сырого камня вперемешку с железом. Где-то дальше в тёмных коридорах капала вода, эхом отражаясь от стен.

Отец согласился.

Скрипнув зубами и вперив в меня взгляд, от которого у стражей подгибаются колени, повелитель сухо бросил: «Ладно». То, что я оказался жив, не смягчило отношения отца к нашему телохранителю. Более того, когда Астра вынуждена была рассказать ему всю историю своих приключений, Аббадон обратил внимание только на неоднократные нападения на неё. И хотя изгнание Андраса он отменил, но приказал держать его внизу «до окончательного решения».

По законам Долины отец прав: телохранитель, приставленный к наследнице супругой повелителя, обязан был докладывать обо всём, что касается её безопасности.

Но Андрас выбрал подчиниться Астре, а не Аббадону.

И для отца это не эмоции – это вопрос преданности власти. Я не стал говорить сестре, где на самом деле находится Андрас после возвращения в Долину. Сложил достоверную легенду: «Переведён на младшую позицию в охране». Иначе во дворце разгорелся бы новый пожар.

Сестра поверила, но надолго ли?.. Поэтому мы с мамой несколько недель ломали лёд отцовской непреклонности, бились в каждую щель его доводов. Повелитель твердил своё: морок и печать укрыли её достаточно надёжно: будь хоть малейшее предупреждение, что охотники не сбились со следа, он вернул бы дочь немедленно. По-своему он прав, но прятки – не единственный способ уберечь. А в случае с Астрой этот план полностью провальный. Я это видел.

Чтобы Астра как можно дольше верила в историю про перевод мрачного, я делал для Андраса «маленькие двери»: ненадолго выпускал из клетки тончайшую нить его тьмы. Хватало всего на несколько минут, но этого было достаточно, чтобы она где-то в коридоре, на лестнице, в тени колонны ловила знакомый след и успокаивалась: он рядом.

Забавно, как эти двое успели сблизиться, если она научилась узнавать его тьму среди сотни иных.

Замки на двери отстучали свои ноты один за другим, и полотно двери нехотя отступило. Андрас, увидев меня, рывком поднялся с деревянного топчана и склонил голову в коротком этикетном приветствии.

– Ваше высочество! Неужели повелитель согласился? – с недоверием спросил он, вглядываясь в меня.

– Андрас, давай без церемоний! Разве ты усомнился в моих способностях? – лукаво улыбнулся я.

– В твоих способностях не сомневался никогда, – Андрас вышел из камеры, пожимая мою протянутую руку. – Но в непреклонности Аббадона сомнений тоже не было. Как тебе удалось?

– На определённых условиях. Отец закрывает глаза на нарушение протоколов, если результат нашей миссии будет успешным. И ещё… ты будешь подчиняться Зарену.

На скуле у Андраса заметно дрогнула мышца, глаза потемнели. Когда-то он отдавал Зарену приказы, теперь оказался ступенью ниже на иерархической лестнице. Спустя миг взгляд прояснился.

– Понимаю. Справедливо.

– Хорошо.

Я собирался развернуться, чтобы выйти из подземелья, но что-то внутри всё же заставило добавить:

– И никаких самовольных ходов, всё через меня или через Зарена. Ты знаешь, почему.

– Знаю, – он скользнул взглядом по синтаритовым прожилкам.

– Тебя выведут как «переведённого под надзор». Официальная формулировка отца, не моя. Потерпишь, – я протянул ему тёмный плащ.

Андрас благодарно кивнул.

– Где Астарта?

– Если я достаточно хорошо знаю свою сестру, то она уже в зимнем саду, – ответил я, направляясь к выходу. – Ей предстоит познакомиться с пятой участницей.

– Хел?

– Хел, – подтвердил я. – Рианс передал, что в отряд войдут двое от Совета Драконов. Один из них Дамиан. Думаю, ты о нём помнишь по рассказам Рианса. Я предпочёл бы иного союзника, но, увы… Нам нужно построить мост, а не очередную стену.

– Справимся, – откликнулся мрачный.

Мы поднялись к двери, ведущей в коридор. Страж у выхода посторонился, не задавая вопросов. Я шевельнул пальцами, и цепь на косяке сама легла на крюк.

Стоило нам выйти, как Андрас тихо произнёс:

– Арс, спасибо.

– Скажешь потом, когда вернёмся, – я не обернулся, продолжая идти вперёд.

Когда мы вошли в сад, Асти и Хел уже были там. Начало разговора я не слышал, зато успел ответить на вопрос сестры:

– Согласилась.

Астра резко обернулась, в глазах горело ничем не прикрытое изумление.

– Ты с ума сошёл? – вырвалось у неё, но тут она увидела, что я пришёл не один.

– Андрас! – удивление сменилось радостью: плечи и корпус подались вперёд, будто она собиралась обнять его, но рука остановилась в воздухе и аккуратно превратилась в приветственный жест. – Отец всё же разрешил?

– Похоже, в Лаэрисе все дружно перестали верить в мой талант убеждения, – наигранно недовольно высказался я.

Астра оглядела Андраса с ног до головы и нахмурилась:

– Андрас, а где ты был? Выглядишь так, словно не в охране стоял, а в подземельях сидел.

Я мысленно себя обругал за то, что не подумал об этом, поспешив прийти. Нужно было сперва дать Андрасу привести себя в форму. Но мрачный не растерялся:

– Три караула подряд плюс сутки «в полях», не успел переодеться. Арес просил не опаздывать.

Астра ещё какое-то время на него смотрела с сомнением, но всё же кивнула, принимая ответ.

Поверила или нет?

Неприятный укол под рёбрами снова напомнил о существовании у меня совести: я не хотел обманывать сестру, но, учитывая мои видения и её изменения за прошедшие годы, я счёл это верным решением. Всё же рассудительность не самая сильная её сторона, а ссора с повелителем может всё испортить.

Астра вернулась к начатому:

– Арс, как ты мог позвать Хелену?

– Как и Андраса, словами, – не удержался я от поддразнивания. – Хел лучший стрелок Долины, стихию держит так, как другим и не снилось, в строю не теряется, работает тихо, – перечислял я, недоумевая о причинах такой реакции.

Они что, успели поссориться?

– При чём здесь перечень заслуг?! – воскликнула Астра. – Ты же понимаешь, что миссия опасна, как можно тащить туда девушку, которую…

Тут я уже уловил ход её мыслей, поспешив прервать:

– Обязательно спрошу у Рианса при встрече, как он решился тащить в такое пекло свою истинную.

– Это другое, – тут же возразила Астра.

– Безусловно, – иронично протянул я. – Но начни всё же с себя, Асти.

– Меня не тащат, – невозмутимо вмешалась Хелена. – Я иду по собственной воле и прекрасно понимаю, куда и ради чего.

Кхарн вздохнул, опустил уши и, не сводя глаз с сестры, сел между нами и дорожкой к фонтану.

– Я не сомневаюсь в твоих навыках, – не сдавалась Асти, – я сомневаюсь в необходимости твоего личного участия. Для него, – взгляд скользнул ко мне, и я поймал в нём всё то, о чём теперь она предпочла не говорить вслух.

– Необходимость простая, – Хелена кивком указала в сторону дальних зарослей лунолиста, где звенела трава. – Там, где нужно будет стрелять на слух, я попаду. Там, где придётся исчезнуть – исчезну. А там, где понадобится второй голос здравого смысла, – девушка посмотрела на Астру, – он у меня есть.

– И ещё одна причина, – добавил я, перехватывая у сестры готовую вылететь реплику. – Нам нужно действовать быстро и тихо. Хелена это умеет в совершенстве. Как и Андрас.

Астарта провела ладонью по цепи на поясе, посмотрела на воду в фонтане.

– Прекрасно! Значит, у нас будет Хелена, которая всегда будет поддерживать твой план, Андрас, который будет поддерживать твой план, и Рианс, который тоже будет поддерживать твой план.

– И Астарта, которая никогда не была против моих планов, – я подошёл к сестрёнке и мягко тронул кончик её носа. – Или что-то изменилось, и ты больше не доверяешь моим решениям?

В зелёных глазах Асти отразились боль и страх, которые она не скрыла в голосе:

– После одного из своих решений ты не вернулся домой.

Ответ стал для меня неожиданностью.

Астра не говорила, что знает о моём видении последствий выхода к Риансу в Драэль-Море.

Что ж, рано или поздно, она бы узнала, только есть одно «но».

– Нет, демонёнок, я вернулся, как и обещал.

Винфорд Салтон

Академия МАМ

Тренировочное поле академии порадовало утренним холодком. Я провёл чёрным клинком по диагонали, и тень послушно преобразилась в первого противника: выше ростом, тяжёлый центр, открытая правая часть – соблазн для неопытных.

Я не спешил: шаг, плоскость, движение запястья, короткая отдача в плечо – и силуэт, распоротый от ключицы до пояса, оседает кучной копотью. Тренировка великолепно помогает разложить мысли по местам: тело и ум заняты делом, каждый удар помогает собирать разрозненные данные в единое целое.

Итак, наследник Долины «воскрес», я лично его видел. Но спустя месяц после его возвращения официального объявления нет. Причину определить легко: отношения между демонами и драконами. Есть два варианта развития событий, которые лежат на поверхности: первый – взаимные обвинения, цепная реакция заседаний, локальные стычки, продолжение войны.

Второй более законный снаружи, но опаснее внутри: драконы требуют возмездия. Если Аббадон откажет, от него отвернутся народы Эридона. Если согласится, то кого выберут драконы в качестве жертвы? Поскольку кровь с обеих сторон лилась потоком, то сверять погибших по колонкам «ваши/наши» они не будут. Значит, драконы потребуют символическую фигуру, чтобы устроить показательный суд.

Ход, который накормит их ярость, но не будет служить справедливости.

Решив вернуться к этой версии позже, я щёлкнул пальцами, и тьма накрыла меня, как холодный плед, выполняя задание. Сделала замеры дыхания, длины шага, привычного разворота корпуса, куда уходит вес при уклоне. Спустя пару секунд послушно подняла из песка моего двойника: тот же рост, тот же клинок, та же выучка, только хват левой, чтобы атаковать мой слабый сектор. Бой с самим собой – это лучшие условия для тренировки нестандартного мышления.

Сближение, связка по второй линии, обманный укол в плечо, перевод на бедро. Противник видит намерение, встречает гарду гардой – сталь коротко поёт; резко назад, сальто, выпад, и сталь клинка противника всего лишь касается моего рукава кончиком, оставляя разрез. Хорошо, но можно лучше. Боковое зрение фиксирует деталь, на которую редко обращают внимание адепты: собственная тень. Её движение даёт подсказку о синхронизации мыслей и тела. Если тень дёргается – значит, мысли ушли в сторону и нужно вернуть фокус внимания. С учётом уровня подготовки моего противника.

Делаю вдохи чаще, будто устаю, провоцирую атаку противника. Он поверил: нападает, атакует правый сектор. Я намеренно «запаздываю», позволяю накрыть своё лезвие и начать давить, а затем быстрым движением запястья спускаю его клинок по дуге вниз. Дальше действую стремительно: перехватываю меч левой рукой, цепляю его гарду крестовиной, проворачиваю, поднимаю – и лезвие моего меча становится поперёк его горла. Приём неожиданный, и в этом весь смысл: зеркальный противник скопировал знания и приёмы, которые есть, но предвидеть новые импровизации не может. Тьма признаёт поражение и оседает в пыль.

Пульс выровнялся, мысли под контролем.

Идём дальше: участники. Астарта Ш’эрен покинула академию вместе с Андрасом Калести, и, судя по письму, которое пришло через два дня после бала, возвращаться не собирается. Либери и Харсон так же подали заявления об исключении. И вот если с первыми у меня не возникло вопросов (всё же брат вернулся), то в чём причина у парочки третьекурсников?

Ответа пока не было. По Риансу нитей много, но половина обрывается почти сразу, а другая уводит в новые вопросы.

Информация любит молчаливых, а Либери именно такой.

Придётся искать обходы.

Тьма создаёт очередную тройку силуэтов: теперь добавляю им преимущества, а себе – ограничения. Скольжение в песке запрещаю, оставляю только шаги, клинок утяжеляю на треть. Тело принимает правила и адаптируется к новым условиям, начинает действовать на уровне рефлексов, а мысли перестраиваются.

Итак, император ждёт сводку, а у меня куча трупов есть, а ответов нет.

После первой находки на пустыре мне стоило усилий убедить ректора не раздувать костёр: оформили так, будто адепты отправлены на продолжительную практику. К родным убитых поехали мои люди: объяснили, настоятельно порекомендовали молчать и пообещали то, что сможем выполнить: найти виновных. Панику подпитывать нельзя.

Надо же, кучка адептов владеет большей информацией, чем я.

Конечно, я рассчитывал на другое развитие событий, отправляя их группу «по делу»: кто-то оступится и заговорит, я получу донесение агента и пойму, насколько это важные фигуры в игре. В итоге потерял след, который считал основным.

Не помню таких провалов со времён своей прошлой жизни…

Если Астарта и Рианс действительно были теми, кто мне нужен, то я потратил в академии впустую целый месяц.

С другой стороны, моя интуиция подсказывает, что тот, кого я ищу, все ещё находится в МАМ.

Сегодня Сокол принесёт накопители: сопоставлю маршруты, уберу различия и оставлю совпадения. Ответы часто находятся именно там.

С разворота добиваю третьего противника ударом в шею. Встряхиваю клинок, наблюдая, как с него сходит чёрный налёт, и убираю обратно в подпространство. Голова стала яснее. Вечером, когда Сокол положит на стол кристаллы, я получу ответы.

И продолжу охоту.

На краю поля дежурный адепт делает вид, что чинит ремни щита и не смотрит в мою сторону; через секунду всё же искоса взглядывает и снова утыкается в пряжку. Если что-то запомнил, ему пригодится.

Звон колокола возвестил о начале учебного дня. Через час начнётся рутина лекций.

По этой работе я скучать точно не буду.

На ходу открыл переход в кабинет. В нём темно. Дёрнул занавеси, открыл окно, и тут же зашторил, не впуская утренний свет. Стянул перчатки, коснулся руны на лампе – в стеклянной сфере загорелся зелёный огонь.

Блокираторы пространственной магии.

Тогда решение казалось верным: зафиксировали колебания – перекрыли все «двери». Только противник их обошёл, а мы лишь усложнили себе задачу. И хотя активацию сняли сразу после возвращения адептов, время было упущено.

Это мой просчёт.

Выдвинул третий ящик, достал верхнюю папку. Ещё раз пробежался глазами по тексту:

«Недалеко от О́сфэра, в лесу на границе с То́пями, найдено тринадцать тел. Признаков насильственной смерти не обнаружено, следы сопротивления и повреждения ауры отсутствуют. Симптомы идентичны трупам адептов академии, причина смерти и источник воздействия неизвестны. Недалеко от места нахождения обнаружены следы боя: земля выжжена, трава примята, следы ног (семь пар). Магические узоры зафиксировать не удалось, прошло много времени.

Опрос местных жителей показал, что их расспрашивали две девушки и трое молодых мужчин, по описаниям похожи на ваших адептов. До их приезда жители испытывали бесконтрольные приступы ярости, во время которых одними криками дело не обходилось, были жертвы. После ухода путников всё прекратилось. Фактов прямой связи между вспышками ярости у жителей и их присутствием не выявлено. Вспышки были и ранее. Проверили лавки, травниц, воду, еду, следы магического вмешательства — ничего из этого не могло воздействовать на жителей.

Стоит отметить, что лошадей путники оставили в городе, вероятно, уходили в спешке».

Я несколько раз перечитывал этот отчёт, надеясь найти в нём какую-то важную деталь, не замеченную ранее. Но не видел.

Куда и как они могли направиться?

Демонические ходы? Тьма может обходить блокираторы, но для перехода по тёмному узлу нужен проводник и точное место выхода, иначе тьма уничтожит незваных посетителей. А проводник у них был – мрачный демон из охраны наследницы. Вывод: либо он, либо кто-то с сопоставимыми навыками «переносил» группу. Записываю на краю: «Запросить отчёты о теневых провалах в радиусе десяти вёрст от Осфэра и по дороге к Топям; сверить с ночными отметками теневого караула».

Вариант второй: наземный уход по укрытому следу. Тогда почему не забрали лошадей? Что их заставило оставить такой явный след? Чего-то испугались и бежали в спешке? В этом случае напрашиваются два вывода: с одной стороны, два сильнейших демона встретились с тем, что заставило их бежать, с другой – на меня работают идиоты, которые не смогли отследить путь пяти адептов.

Гоблинова бездна 20 20
  Гоблинова бездна – идентично выражению «Чёрт возьми!»


[Закрыть] , мне нужна конкретика!

Магические колебания не прекратились, трупы множатся. За последний месяц – тридцать девять тел, и снова по тринадцать: у Монта́рских гор, в Ро́творде и Гаме́е. Разница только во вспышках эмоций у жителей: отчаяние, страх, вина. И снова ни следов, ни свидетелей, ни повреждений. Некроманты недоумённо разводят руками: «Погибшие не идут на контакт».

Кто за этим стоит, мне гадать не нужно, но доказательства… Я понимаю, что безликие намеренно оставляют трупы там, где мы их обязательно найдём. Они могли бы сжечь, утопить, закопать, но им нужна паника, страх, разобщённость. Если не помешать, то вскоре их цель будет достигнута.

Переложил папку в стопку «Сегодня», взял чистый лист, набросал основные задачи на день: Некроманты: повторный вызов на два тела из Ротворда с моими рунами удержания. Милдэвэй: узнать, были ли смерти среди гостей, проверить Сад Камней2121
  Сад Камней – некрополь Милдэвэя; эльфы сжигают тела, а в аллеях оставляют поминальные камни с именем и датой ухода.


[Закрыть] на наличие новых «постояльцев».

Активировал связующий артефакт, отправил по нему задачи: лист медленно становился прозрачным, пока полностью не исчез. Погасил лампу, задержал ладонь на холодном стекле. Что ж, работу над ошибками я выполню.

Как обычно, никаких эмоций, только действие-результат-анализ-новое действие.

Сейчас тренировки у второго и третьего курсов, вечером – накопители. И у меня появится нить, за которую я потяну, чтобы размотать этот невидимый клубок.