Читать книгу "Эридон. На весах судьбы"

Ка́йрит Шаорнэ́л

Тридцать два дня назад

Боль – вот единственное, что было моим верным спутником все эти годы. Она сидела в рубцах на коже, в костях, в каждом вдохе, будто внутрь меня вбили раскалённые гвозди. Сейчас, когда я мчался по катакомбам, она разрасталась, взрываясь в каждом шаге. Но я знал этот трюк: боль любит внимание. Стоит на ней сконцентрироваться – и она утопит в себе. Поэтому я всё внимание направил на движение и поиск выхода. Если снова врежусь в тупик – конец.

Но живым я им не дамся: лучше обрушить на себя эти каменные своды, чем ещё раз попасть на их стол.

Сырость забивала лёгкие затхлой плесенью, но привкус ржавого металла на языке подгонял вперёд, напоминая о камере. Каменные стены с синтаритом внутри давно сожрали мою магию. Я уже и не помнил, когда в последний раз чувствовал огонь в жилах – он стал для меня призраком, без которого я привык обходиться.

Но удача всё-таки решила поиграть в щедрость. Все стражи сорвались куда-то, будто прозвенел общий колокол. Один из этих идиотов забыл проверить мою клетку, оставив выход открытым. Ха. Я шёл к свободе не по доброй воле богов, а по чужой халатности. Смешно, но факт.

Позади раздался шум шагов, голоса, железо по камню. Погоня?

Ну, нет! Не для того я тринадцать лет глотал собственные крики и кровь, чтобы сдохнуть в руках этих уродов. Я выберусь!

А потом вернусь. И каждую мразь из этих катакомб выпотрошу сам: медленно и с наслаждением.

Боль снова попыталась прорваться, но я знал, как с ней говорить. Представил её красным пятном под рёбрами и погасил: стёр в теле и в сознании, как делал годами, чтобы пережить минуту, час, день, месяц. Разум послушно выполнил приказ, активируя все процессы на одну цель – выбраться.

Я перешёл на шаг, стараясь быть бесшумным. Но тело после экспериментов было измученным и плохо подчинялось. Поскользнувшись на чём-то, я рухнул. Острый камень новой болью полоснул кожу на боку, в нос ударил тошнотворно-сладкий запах свежей крови. Чужой. Много.

Дрянной знак.

– Ха, – процедил я, зажав бок и поднимаясь. – Неужели зверинец?

Ответ пришёл низким рыком, от которого кожа покрылась холодным потом. Тварь была рядом, но я ничего не видел в густой тьме без крохи света.

Слава Хаосу, слух остался при мне, он стал основным чувством: справа. Я присел, приложил ладонь к полу – камень дрожал от движений твари. Размером примерно с небольшую лошадь. И эта жертва экспериментов уверена, что здесь она хозяйка. У неё когти и клыки – у меня тело, навыки и тринадцать лет ненависти. Этого хватит.

Кровь под сапогом липко чавкнула, подсказывая, что тварь сыта. Значит, сразу убивать не будет, сначала поиграет. Что ж, я тоже люблю игры.

Воздух дрогнул – прыжок. Я быстро отступил в сторону, когти твари полоснули по пустоте. Но камень едва не выскользнул у меня из-под ноги, я ударился плечом о стену, посыпалась крошка. Тварина тут же ринулась на меня, но снова успел увернуться, ощутив, как горячее дыхание прошлось по волосам, завоняло тухлым мясом.

– Быстрая, дрянь магическая, – прошипел я, скользя вдоль стены. – Но не умная.

Пальцы нащупали камень с острыми краями. Я сжал его и выжидал. Тварь снова метнулась. На этот раз я не ушёл полностью, дал ей пролететь ближе. С размаху вогнал камень в её морду.

Хруст, визг, рёв.

– Нравится? Попробуй ещё раз.

Тварь не заставила ждать. Прыжок, удар – и на этот раз когти всё же полоснули по боку, разорвали ткань, кожу. Боль вернулась, но я удержал её, не позволив мозгу закричать. Пошатнулся, но устоял.

Снова нападение. Мы столкнулись, челюсти твари сомкнулись на моём плече. Клыки вонзились в кожу и мышцы, но она не давила до конца, чтобы перекусить, просто удерживала. Тошнота, звон в ушах, дыхание сорвалось.

Не дождёшься.

Я усмехнулся прямо в пасть твари, чувствуя горячий смрадный выдох:

– Ну, давай, дави сильнее. Посмотрим, кто кого сожрёт.

Согнул ноги, упёрся в её брюхо и толкнул всем корпусом, не обращая внимания на боль. Тварь рыкнула от неожиданности и, не разжимая челюсть, отлетела в сторону, увлекая меня за собой. Её когти прошлись по моей ноге. Клыки погрузились до кости, на этот раз в стремлении перекусить руку пополам. Боль уже не позволяла себя игнорировать, поэтому я направил её в свою ненависть.

Засмеялся, поперхнувшись собственной кровью во рту:

– Ну, давай, ещё чуть-чуть.

Ненависть, подпитываемая болью, стала рычагом. Всё, что было за эти годы: ярость, сопротивление, унижение, желание прикончить этих мразей, – я вложил в призыв ипостаси. Разжал кулак внутри пасти, выпуская свои когти, – это всё, на что хватило сил. Последним усилием вогнал пожёванную руку глубже в глотку твари и рванул. Вибрация рыка прошла по костям, пока я вспарывал тварь изнутри. Горячая кровь залила меня целиком, а тварь, разжав пасть, безвольно рухнула.

Я выдернул руку, падая спиной на пол. Собственная кровь смешалась с кровью этой жертвы экспериментов. Раны горели, каждый вдох был вспышкой боли, будто всё тело пронзали зубья железного капкана. Правая рука держалась на соплях.

В таком состоянии далеко не уйдёшь. Значит, выход только один, без вариантов.

Я наощупь пополз к луже, в которую свалился раньше. Рука наткнулась на густую, ещё не успевшую остыть жидкость. Мазнул пальцами по кровавой жиже и поднёс к носу: человеческая, магическая. Наверное, какой-то неудачливый маг решил покормить эту тварюшку… или же загнать беглянку обратно в клетку. Всё вышло наоборот.

Закрыл глаза.

Глупо, ведь я всё равно в кромешной тьме.

Но так легче сделать вид, что это не моя реальность. Облизал пальцы. Солёный вкус с металлической горечью и какой-то приторной примесью магии. Желудок скрутило, рвотный позыв стал колоть горло, но я заставил себя проглотить.

Снова макнул пальцы. Снова облизал. И ещё раз. И ещё. Каждый раз тело протестовало сильнее, но я продолжал. Если выжить можно только так – значит, так.

Кровь налипала на губы, на язык, горло горело. Я тихо рассмеялся, кашляя:

– Шикарный ужин, Хаос меня побери…

И только тогда обратил внимание: вокруг тишина. Ни шагов, ни голосов. Погони больше нет.

А была ли она вообще?

Может, тварь умела влиять на сознание, завлекая к себе добычу? Втянула меня в ловушку иллюзией преследования? Улыбка сама скривила губы. Надо же, попался как безмозглый юнец.

В любом случае у меня есть несколько минут, чтобы дождаться, пока эта мерзость начнёт действовать. И нужно успеть выбраться отсюда до отката.

***

Регенерация прошла быстрее, чем я ожидал. Силы вернулись, и я готов был поклясться, что, если бы не синтарит, магия билась бы под кожей.

После того, как меня сюда засунули, пламя внутри держалось долго, упрямо. Даже когда превратилось в тлеющий уголёк, оно сопротивлялось. Но спустя год я перестал чувствовать даже искру.

Ладно, сначала нужно выбраться, откат близко.

Ещё несколько минут движения в тишине и мраке, лестница, ведущая наверх. Подниматься наощупь не самое безопасное занятие, но другой дороги нет. Поднялся.

И вдруг… стены.

Я их увидел.

Глаза, привыкшие к непроглядной черноте, не сразу поверили. Сначала был тонкий отсвет, полоска, потом всё больше и больше – камень проявлялся из тьмы, как лицо, проступающее сквозь воду. Я остановился, боясь моргнуть: тринадцать лет мои глаза видели либо мрак, либо магические огни.

Но это был настоящий свет дня. Я ускорил шаг, почти побежал вперёд, как зверь, почуявший свободу. Мрак отступал. Коридор медленно превращался из безликой чёрной ямы в проход, где каждый выступ, каждая трещина становились видимыми. Камень сверкал влажной поверхностью, мелькали редкие вкрапления блестящей соли, – и всё это казалось невыносимо прекрасным, потому что было видимым.

Повернул – и вдруг в глаза ударил яркий свет. Зажмурился, перед глазами поплыли багровые пятна. Резкая боль пронзила виски, заставив стиснуть зубы. Дал себе время привыкнуть к дневному сиянию. В ушах шумело. Глаза слезились, веки дрожали. Постепенно зрение прояснялось, я вдохнул – грудь взорвалась от запахов леса: влажная хвоя, сырая земля, листва, цветы…

Двинулся дальше на свет, на запах, на звук – и за новым поворотом передо мной открылась небесная высь.

Я оказался на выступе в горе, глядя на бескрайнее полотно неба вместо каменных сводов. Чистое, бездонное, голубое, с лёгкой россыпью облаков. Оно оказалось таким прекрасным, что хотелось смеяться. Ветер бил в лицо, обнимал, тянул за волосы, щекотал кожу. Подо мной раскинулся лес – море зелени, которое колыхалось и пело на своём языке.

Я выжил. Я выбрался. Я свободен!

И, словно в подтверждение мыслей, прямо над головой пронеслась стая птиц. Их крылья сверкнули на солнце, резанув воздух. Я засмеялся, глядя им вслед.

– Ну что, мир, скучал по мне?

Глава 4

Астарта Ш’эрен

– Мне не нравится, что с нами пойдёт Зарен, – сказала я, глядя в серое небо над портальной площадью, где мы ждали остальных участников миссии. – Он будет докладывать обо всём, донесёт каждую мелочь.

– Это устав, Астарта, которому обязаны следовать все мрачные, – ответил Андрас, стоявший рядом. – Тебе ли не знать?

– Хм, но ты же так не делал? – я повернулась к нему.

По лицу Андраса прошла тень.

– Изгнанный демон не лучший пример для подражания, ваше высочество. И это не те поступки, которыми можно гордиться. Кроме того, сейчас иные обстоятельства. Это официальная миссия, в отряд которой входят представители двух государств. Доклады правителям обязательны и необходимы. Ради безопасности всех нас.

Я вздохнула.

– Понимаю. Но такое чувство, – передёрнула плечами, чтобы сбросить неприятное ощущение, – будто в какой-то момент Зарен станет помехой. Порой то, что ведёт к успеху, противоречит законам и уставу.

Андрас собирался ответить, но тут его взгляд, до этого направленный на меня, ушёл куда-то в сторону, глаза закрылись, словно он прислушивался к чему-то. Через мгновение демон открыл затянутые тьмой глаза, а потом одними губами сказал: «Он здесь».

Я быстро осмотрелась: меж деревьев, где тени переплетались с утренним туманом, мелькнуло движение. Из белесого марева выступила высокая фигура Зарена. Остатки тьмы втягивались в его тело, пока он подходил ближе.

– Ваше высочество, – телохранитель склонил голову в официальном приветствии. – Готов сопровождать вас.

Затем он так же безэмоционально обернулся к Андрасу:

– Согласно указу его величества Аббадона, на время миссии ты подчиняешься моим приказам.

На это Андрас согласно кивнул. Я же почувствовала горечь несправедливости. Андрас долгие годы был тенью моего брата, знал каждое его движение ещё до того, как оно случалось. А теперь его ставят ниже Зарена. Отстранённого, равнодушного, всегда стоящего в стороне.

Но я не проронила ни слова, хоть и далось мне это нелегко.

Впрочем, когда я впервые услышала эту новость от Ареса, сорвалась сразу и высказала всё, что думаю, громко, яростно, со всеми оборотами, какие только знала.

Мне не нравилось наказание, которому Аббадон подверг телохранителя наследника, не нравилось, что теперь Андрас обязан склонять голову перед Зареном. Но моё возмущение вдребезги разбилось о волю повелителя.

Андраса я уже давно воспринимала как своего, в то время как присутствие Зарена ощущалось холодом на пальцах. Хотя… Может, дело не только в Зарене. Всех мрачных я ощущала именно так.

Всех, кроме Андраса.

Я подошла к краю площадки, где каменные плиты обрывались над пейзажем Долины. Ветер с ароматом цветущей сирени сразу подхватил локоны волос, унося из груди остатки раздражения. Оперевшись ладонью на прохладный камень балюстрады, всмотрелась вдаль.

Долина лежала передо мной, словно развёрнутая книга, каждая страница которой написана стихией: зелёные склоны, прорезанные лентами рек, радужные пятна садов, водопады, обрушивающиеся с гор сияющими потоками. Их шум доносился даже сюда – шипящий, грохочущий.

И над всем этим возвышался багряный дворец рода Ш’эрен с уходящими в небо каменными пламенеющими башнями. Лаэрис не был мрачной цитаделью, как его любили описывать в историях. От него веяло тем, что не стареет: древней властью и памятью поколений. Я видела его величественным и красивым. И этот дворец был моим родным домом, какой бы тяжестью ни ложилось на плечи его наследие.

В разные стороны по склонам и равнинам рассыпались владения других доменов. Каждый отражал свою главную стихию. Высокие лиловые галереи на склонах, соединённые мостами, принадлежали Вентарису2222
  Домен Вента́рис – владения демонов стихии воздуха. Они способны менять давление вокруг себя, сбивать противника невидимой волной и лишать его дыхания. Некоторые владеют магией звука, усиливая или полностью глуша его. Символ домена – спираль вихря, пересечённая тремя линиями потоков.


[Закрыть]. В камне У́мбракса2323
  Домен У́мбракс – владения мрачных демонов, чья стихия – чистая тьма. В отличие от других народов Долины, мрачные не рождаются: их создаёт богиня тьмы Калире́т, и появляются они уже сформированными взрослыми, готовыми к служению. У них нет семей, родов или линий наследования. Домен выполняет стратегическую функцию защиты Долины и рода Ш’эрен, которому они принесли клятву. Символ домена – чёрный круг, рассечённый вертикальной тенью.


[Закрыть] звучал голос их силы: огромные тёмные монолиты, не пропускающие любопытные взгляды…

Вибрация перехода заставила меня отвлечься от созерцания. Свет полоснул по камням, и из огненного обруча шагнули Арес и Хелена. Оба в походном облачении. Брат с неизменной доброй улыбкой, при виде которой даже стражники невольно улыбались в ответ.

– Через три минуты прибудет вторая половина отряда, – обратился он к Зарену.

Сердце сильней ударило в груди: сейчас появится Рианс. Мы не виделись два дня после того, как… Тело моментально среагировало на воспоминания жаром по коже и тянущей истомой внизу живота, желая повторения.

Да уж, Астра, а ещё Никласа озабоченным называла…

И это при условии, что мы разговаривали. Правда, по зеркалу, без возможности прикоснуться, ощутить его тепло, запах, украсть поцелуй. При мысли об этом я прикусила губу.

– Почему встреча не на нейтральной территории? – с лёгким удивлением спросила Хелена, осматривая площадь.

Арес щёлкнул пальцами, как делал всегда, когда что-то внезапно вспоминал.

– Так вот что я забыл тебе рассказать!

То ли злость на собственную реакцию на Рианса повлияла, то ли врождённая вредность, но мне захотелось поддеть брата (чтобы не только я сейчас была выведена из равновесия чувственными мыслями):

– И чем же вы тогда занимались два дня подготовки?

– Похоже, ты слишком много времени провела в компании небезызвестного оборотня, – заметил Арес, возвращая мне многозначительную интонацию. – Очень узнаваемые звериные замашки.

Потом обернулся к Хелене:

– В связи с тем, что последние следы новой силы были зафиксированы в Топях, лучше всего открыть прямой портал отсюда. В других местах так близко точку выхода не построить: Аресовы горы на их границе защищены чарами, и повелитель отказался снимать их даже на час.

Хелена недоверчиво сузила глаза:

– И драконы согласились?

– У их командира, как и у меня, хорошо развит навык убеждения. Да, Асти? – отозвался Арес, выразительно глянув на меня.

Поддеть брата всё же было ошибкой: теперь он воздаст мне сполна.

Что ж, сама виновата – не первый день Ареса знаю.

Он отошёл в сторону, обсуждая что-то с Зареном, а мы втроём остались рассматривать узор на плитке под ногами.

– Я рада, что ты идёшь с нами, – неожиданно мягко сказала Хелена, обращаясь к Андрасу.

– Рад, что и ты приняла приглашение, – вежливо ответил мрачный.

Хелена на это улыбнулась краешком губ.

– Будто у меня был выбор. Когда предложение звучит от наследника повелителя, сказать «нет» рискнёт разве что безумец.

Я удивлённо приподняла брови, повернувшись к ней:

– Ты серьёзно так думаешь?

Для меня сама мысль о том, что кто-то может думать об Аресе в таком ключе, была абсурдной. Обо мне могли шептать всякое: гордая, вспыльчивая, слишком похожа на отца.

Но Арес?.. Он всегда был мягким там, где я рубила сплеча. Он не ломал, не принуждал, не давил и никогда не проявлял жестокость по отношению к другим.

Поймав взгляд Хелены, заметила в нём что-то странное: словно мысль застряла в глубине и не прорвалась наружу.

Но разбираться уже не было времени. Воздух над плитами площади завибрировал, в центре развернулся круг света, из которого вышли пятеро.

Первым был Рианс.

Едва он появился, внутри меня что-то встрепенулось так сильно, что я едва удержала дыхание. Как только он нашёл меня взглядом, я опустила свой заслон, тут же окунувшись в волну нежности, пришедшую с другой стороны связи.

Следом вышел Никлас с его фирменной ухмылкой и растрёпанными волосами, будто он только что подрался с ветром и остался в восторге от результата. За оборотнем вышла Тиана и первым делом склонила голову в почтительном поклоне перед Аресом, а потом незаметно для других отправила мне приветливый жест.

Последними вышли двое незнакомцев.

В мужчине с русыми волосами не чувствовалось ни гибкости, ни лёгкости – только неподатливая тяжесть, как у утёса, противостоящего буре. Его взгляд говорил о том, что, даже если мир двинется против него, он, скорее, сдвинет мир, но не отступит сам. Эти глаза показались мне знакомыми, хоть я и была уверена, что не встречалась с этим драконом раньше.

Девушка рядом с ним была совсем иной. Её движения были быстрыми и одновременно текучими, даже величественными. Она показалась мне похожей на озеро, под безмятежной поверхностью которого скрывается глубина, готовая утянуть, если потеряешь равновесие.

Рианс и Арес шагнули навстречу друг другу, как и полагается по этикету. Обменялись рукопожатием, не скрывая улыбок. Синеглазый обернулся к остальным, молча кивнув в ответ на поклоны Андраса, Зарена и Хелены. Со стороны драконов все, кроме него, тоже склонились перед моим братом. На миг показалось, будто на шахматной доске фигуры заняли свои места.

– Никлас Харсон, Тиана Лорей, Дамиан и Фрея Ксар’Андэйн, – представил Рианс членов своего отряда.

Хм, одна фамилия… Родня, получается. Брат с сестрой или… Нет, всё же брат с сестрой, судя по их переглядкам.

– Астарта Ш’эрен, Андрас Калести, Зарен Нэ́рвиш, Хелена Трэсс, – ответно представил нас брат.

Рианс улыбнулся, обратившись к Аресу:

– Ну что ж, все условности соблюдены?

– Кажется, да, – Арс тоже улыбнулся. – Но всё же лучше не задерживаться здесь. Откроем портал прямо к Топям. Там и обсудим остальное.

Рианс кивнул в знак согласия, остальные молча ожидали приказа командиров. Вроде бы всё шло гладко. Однако я отчётливо почувствовала на себе чей-то тяжёлый взгляд. Дамиан. Его медного цвета глаза смотрели так, словно хотели стереть меня с лица Эридона.

Что ж, посмотрим, кто кого.

Вздёрнув правую бровь, я ответила ему тем же, старательно прогоняя навязчивое ощущение того, что я уже видела эти глаза…

Точнее, ненависть в этих глазах.

В эту секунду Андрас изменил положение так, что его широкая спина оказалась на линии между мной и злобным драконом, полностью закрыв меня от него. Казалось, Андрас сделал это без тени умысла, но я хорошо знала этого мрачного, чтобы поверить в случайность.

Значит, он тоже это увидел.

Арес тем временем очертил в воздухе сияющий круг, воздух вспыхнул алым светом.

– Прошу, – брат распахнул ладонь в сторону открывшегося портала и первым шагнул в него.

За ним уверенно последовала Хелена, затем в алом сиянии скрылся Никлас и остальные. Я заметила, как Рианс перед входом задержал взгляд на мне, и сердце снова ускорило свой бег. За мной шёл Зарен, а замыкал шествие Андрас: за его спиной сияние сразу схлопнулось.

Мы оказались на границе между Топями и Аре́совыми горами2424
  Аре́совы горы – естественная горная граница Долины, названная в честь Аре́са Ш’эрена, отца Аббадона и деда Астарты, Ареса и Ламилии.


[Закрыть].. Сырость мгновенно легла на одежду и открытые участки кожи мокрой вуалью. В белёсом тумане впереди угадывались чёрные провалы болот. За спиной поднимались мрачные склоны гор, как стены, воздвигнутые самими богами.

Арес переглянулся с Риансом. Тот, не сказав ни слова, решительно подошёл ко мне так быстро, что я не успела сориентироваться. В одно мгновение всё вокруг исчезло, остался только его взгляд, разогнавший все мысли из моей головы. Горячие губы накрыли мои – жадно, властно, как ураган, ворвавшийся в грудь. Стоило мне сделать ответное движение языком, как наши заслоны рухнули одновременно: я ощутила не только его желание, но и тоску двух дней, что мы были порознь.

Ладонь Рианса крепче сжала мою талию, притягивая ближе, и мышцы рефлекторно напряглись в сопротивлении – будто тело вспомнило те годы, когда драконы для меня были воплощением угрозы. Но в следующее мгновение оно уступило, растворившись в его тепле. Зубы на миг скользнули по нижней губе, оставив лёгкое жжение, и у меня едва не сорвался стон. По венам разлился жар, уходящий ниже, до дрожи в коленях, и казалось, если он отпустит хоть на миг, я не удержусь на ногах.

Сквозь шум в голове до меня донёсся голос Никласа:

– Ну, я так понял, это сигнал к тому, что официальная часть завершена и наконец-то можно вести себя как нормальные не́люди.

Я едва не рассмеялась прямо в поцелуе, осознав, как мы выглядим со стороны. Рианс всё же оторвался и шепнул, обжигая дыханием ухо:

– Я скучал.

Губы коснулись моей макушки, и это оказалось нежнее любого признания. После чего он отошёл на пару шагов и объявил:

– Мы с Аресом приняли решение: с этого момента миссию выполняет единый отряд. Один командир отвечает за стратегию, – он кивнул в сторону моего брата, и тот подхватил:

– А второй за тактику, – представляющий жест в сторону Рианса. – Наследники и обращение «ваше высочество» остались на той стороне портала. Здесь мы идём единой командой. С этого момента только имена.

Рианс утвердительно кивнул и обежал глазами каждого из присутствующих.

– Вопросы?

Мгновение молчания. Затем раздался насмешливо-ядовитый голос Дамиана:

– Как трогательно, – протянул он. – Два народа, одна команда. Почти как в сказках. Только жаль, что в сказках всегда кто-то оказывается предателем.

– Дамиан! – тут же одёрнула его сестра, с неодобрением взглянув на брата.

– Я уже больше двухсот лет Дамиан, Фрея, – небрежно ответил ей дракон. – Мне что, нужно хлопать в ладоши от такого соседства?

И снова полный ненависти взгляд упёрся в меня.

А чего в меня-то? Я здесь не единственный демон!

На этот раз передо мной встал Зарен, непроницаемой стеной перекрыв Дамиану обзор.

– Дамиан, – с неприкрытым предупреждением обратился к нему Рианс. – Изволь оставить все обиды с претензиями за пределами этой миссии. От готовности каждого работать в команде зависит её успех.

– Ты это говоришь как наследник, который остался «по ту сторону портала» или…

– Я это говорю как твой командир, приказам которого ты обязан подчиняться беспрекословно, – отрезал Рианс.

На это Дамиан не нашёл, что ответить. Во всяком случае, вслух, тогда как взгляд его сказал гораздо больше, чем любые слова.

Что ж, прекрасное начало…

– И всё же, – негромко вмешался Арес, – в сказках, какими бы мрачными они ни были, важнее не предатели, а те, кто остаётся верным делу до конца. Предлагаю ориентироваться на эту стратегию. У нас есть десять минут на подготовку к выходу. Затем мы с Риансом расскажем план действий и двинемся в Топи.

С этими словами он и Рианс отошли в сторону и накрыли себя пологом тишины. Я безуспешно пыталась угадать по их жестам и губам, о чём они говорят, пока рядом не раздался знакомый мягкий голос:

– Я рада тебя видеть.

Обернулась к подошедшей Тиане, которая в этот миг потянулась меня обнять. Но прежде чем её руки коснулись меня, между нами встал холодный заслон тьмы.

Я резко обернулась к её источнику:

– Зарен, зачем?

– Моя задача защищать вас, – ровно ответил он. – Она дракон. Я не знаю её мотивов.

– Наполовину! – вскинулась Тиана, то ли с досадой, то ли с возмущением.

– Это лишнее, – постаралась я спокойно объяснить Зарену. – И выходит за рамки твоих полномочий.

Но он был непреклонен, как скала, и уверен в своей правоте:

– Я следую протоколу.

– Убери тьму, Зарен. Она друг, а не враг.

Тьма пошла рябью и рассеялась.

– Погляди, Фрея, – усмехнулся Дамиан, стоявший с сестрой под тенью дерева. – Вот тебе и дружный отряд. Командиры говорят о единстве, а их подчинённые тут же тьму выставляют, лишь бы дракона к принцессе не подпустить. Что же ты на нашего наследника не напустил мрак, а, демон?

Зарен проигнорировал выпад дракона, оставаясь неподвижной статуей за моей спиной. Тиана же бросила ему победный взгляд и всё-таки обняла меня.

Я чуть напряглась, но сдержала привычный порыв оттолкнуть и позволила себе встречное объятие. Правда, собственные руки показались какими-то деревянными, чужими, и я лишь сильнее ощутила, насколько непривычно мне это чувство близости вне моей семьи… И Рианса.

– Всё в порядке? – тихо спросила Тиана.

– Вполне, – так же тихо ответила я, – если объединение демонов и драконов можно причислить к «порядку».

– О, вот и наша язвочка вернулась, – Никлас будто вынырнул из тумана и довольно улыбнулся. – А я уже успел испугаться твоей молчаливости, даже подумал, что тебя подменили. Ан нет! И десяти минут не прошло, а ты уже успела поругаться и с драконом, и с демоном.

– А ты уже в своём дневнике галочки ставишь, с кем я успела поссориться, а с кем нет? – отозвалась я на шутку Никласа. – Могу сообщить список заранее.

Тиана улыбнулась, но на этот раз улыбка не засияла в глазах. Интересно, с чем это связано? Не буду спрашивать. Иногда проще понаблюдать, чем задавать вопросы.

Никлас как раз увлёкся повествованием какой-то очередной своей истории, активно жестикулируя руками. Я не вслушивалась. Взгляд сам собой скользнул в сторону, где Хелена беседовала с Андрасом. Они стояли чуть поодаль от Рианса и Ареса, по-прежнему накрытых пологом тишины.

Странный всё же у нас отряд: будто родителей утомили ссоры их детей, и они решили запереть их в одной комнате, пока те не подружатся. Только в нашем случае не заперли, а связали общим заданием.

Допустим, к Никласу и Тиане я уже привыкла и знала, чего ожидать. А вот драконячее семейство… Дамиан излучал ту же ненависть к демонам, что и я когда-то к чешуйчатым.

Фрею я пока не поняла. Ненависти от неё не исходило. Она походила на одну из тех девушек, что всегда живут по правилам и не выходят за их рамки: волосы уложены безупречно, ни одной выбившейся пряди, лицо едва тронуто лёгким блеском пудры, образцово подогнанный походный костюм сидит безукоризненно.

Прям идеальная первая леди, которую из меня когда-то пытались вылепить.

Разговор Хелены и Андраса завершился: они двинулись к нам. Андрас что-то сказал по поводу рассказа Никласа, на что тот оживился, тут же приосанился и переключился на Хелену:

– А мы ведь ещё не знакомы, леди. Никлас Харсон, к вашим услугам.

– Вас уже представил Ардаэн, – холодно отозвалась Хелена. – Я запомнила.

– О, для меня великая честь, – с самым невинным видом продолжил Никлас, – что столь прекрасная и милая леди сразу запомнила моё имя.

Я непроизвольно приподняла бровь. Ещё месяц назад у него с Тианой явно что-то складывалось, а теперь он ведёт себя как…

Да как Никлас!

Я глянула на Тиану, и та, увидев вопрос в моих глазах, легко махнула рукой, словно говоря: «Не сейчас».

Хелена же ответила на комплимент холодным взглядом, который у многих мгновенно отбивал охоту волочиться. Андрас неожиданно наставительным тоном заметил:

– Не советую разбрасываться комплиментами. За спиной, как ты выразился, милой леди может оказаться… – Хелена метнула в него грозный взгляд, и мрачный добавил коротко: – Суровый дядя.

Тиана всё же отреагировала, причём таким тоном, который я у неё раньше не слышала:

– Видимо, инстинкты некоторых особей берут верх над разумом, который не способен контролировать низменные потребности.

Даже Андрас посмотрел на неё удивлённо. А Тиана, вскинув подбородок, развернулась:

– Прошу простить, но мне стало немного дурно.

И гордо удалилась, махнув напоследок волосами. Андрас, вычислив виновника «дурноты» полудраконицы, с укором посмотрел на Никласа:

– Если это то, о чём все сейчас подумали, то ты абсолютно точно балбес.

– Это вообще не ваше дело, – вместо привычной иронии неожиданно раздражённо бросил Никлас и отошёл в противоположную сторону.

Из-под дерева, где стояли Дамиан и Фрея, раздались хлопки. Дамиан аплодировал, явно наслаждаясь происходящим:

– Мне начинает нравиться эта «дружеская» атмосфера.

– Если ты так радеешь за атмосферу, – спокойно заметила Хелена, – может, для начала попробуешь её создать? Легко стоять в сторонке и комментировать. Куда труднее выстроить сотрудничество.

– Похвально, что ты так веришь в силу слов, Хелена, – хмыкнул дракон. – Но ещё ни один разговор не спасал от клыков болотных тварей, которыми кишат Топи.

Хелена пожала плечами, не сочтя нужным отвечать. Только воздух вокруг стал немного холоднее. В этот момент рассеялся полог тишины вокруг Ареса и Рианса, и они направились к нам.

Внимание всех тут же переключилось на них.