Текст книги "Еврей, Цыган и Эль Ислам"
![](/books_files/covers/thumbs_240/evrey-cygan-iel-islam-267052.jpg)
Автор книги: Сэр Ричард Ф. Бертон
Жанр: Историческая литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
В трактате «Керитот» (или «Изгнание», седьмая часть пятого порядка «Кодашим») ученый р. Моше Меймунах, описав бой двух быков7070
Наши современные версии, использующие слово «бык»в таких местах, приводят к ошибке. Евреи не кастрировали свой скот, точно так же их мулы и их евнухи были привезены из Египта и других мест. Ничего из этого не упоминается о быке в самых популярных современных книгах; так, например, статья «Бык»в Кратком словаре Библии Смита. И здесь можно заметить, что если бык убивал раба, то владелец быка платил владельцу раба штраф в тридцать сиклей (Иосиф, Ant. Jud., IV. VIII, 36); отсюда, возможно, и сумма, предложенная и принятая Иудой в качестве стоимости купленного слуги.
[Закрыть], один из которых принадлежал еврею, а другой египтянину, заявляет (стр. 36), что в случае спора между людьми этих разных рас, еврей, если он прав, должен пойти к местным властям и сказать: «Смотрите, таков закон!». Но он не должен этого делать, если он предпочитает еврейский суд.
Раввин добавляет, что никого не должно удивлять такое положение вещей, ибо все, кто не соблюдает богооткровенные заповеди, не люди, а существа, единственная цель которых на земле – служить людям. Трактат «Муад Катон» («Малый праздник», одиннадцатый из второго порядка) запрещает евреям приветствовать неевреев, кроме как из страха перед ними, и даже в этом случае никогда дважды. Когда автору было замечено, что многие книжники поступали так, он ответил, что, несомненно, это было сделано с такой мысленной оговоркой, как эта: «Я приветствую тебя, А., сын Б.», имея в виду раввина, который учил говорящего читать Писание (стр. 62). Эль Рузич в своих комментариях к талмудическому трактату «Абода Зара», говоря о еврейских обвинителях евреев и пожирателей плоти, не умерщвленной церемониально, объявляет их смерть необходимой.
На этом этапе будет целесообразно дать краткое представление о двух великих школах Святой Земли, которые оказали влияние на еврейскую мысль в христианские времена. Это, во-первых, Тивериадская школа, откуда появился «Иерусалимский Талмуд», а затем «Вавилонский Талмуд»; и, во-вторых, Цфатская школа, примечательная крайними мнениями своих комментариев и глоссариев7171
О других крупных центрах обучения см. «Иерусалим и Тивериада, Сора и Кордова: обзор религиозного и школьного образования евреев». Разработано как введение в изучение литературы на иврите. Автор J.W. Longmans, M.A. (Лондон: Longmans). Любопытно видеть, как пренебрегли Цфатской школой, которую ошибочно включили в Тивериадскую.
[Закрыть]. Мы читаем у еврейского писателя (Г-н Дж. Коэн об авторитете «Талмуда», «Архивы израильтян», 1841)7272
Большинство этих замечаний взяты из Введения к «Traité des Berakhoth (Benedictions) du „Talmud de Jérusalem»et du „Talmud de Babylone““, traduit pour la première fois en Français par Moïse Schwab, attaché à la Bibliothèque Nationale» («Трактат о берахот (благословениях) „Иерусалимского Талмуда»и Вавилонского Талмуда“, впервые переведенный на французский язык Моисеем Швабом, хранящийся в Национальной библиотеке») (Париж: Imprimerie Nationale, mdccclxxi).
[Закрыть]: «Когда после двухсот лет энергичной борьбы против Империи, которой суждено было стать всемирной, еврейская раса обнаружила, что ее национальное государство в опасности, первым желанием было облегчить, насколько это возможно, узы личности, чтобы нравственно сохранить посредством тождества веры то единство, которое должно было разрушиться рассеянием; и план, который тотчас же напрашивался, состоял в том, чтобы определить при помощи неизменного метода принципы Моисеева Закона, развить их смысл и зафиксировать их интерпретацию».
«Но в те времена, если я могу так сказать, затмились огни Израиля; минули века с тех пор, как голоса пророков передавали этому народу Оракулы Божьи; и божественное вдохновение, возвышавшее национальные способности сверхъестественными средствами, казалось, вернулось в свой дом на небесах. Более того, после разрушения Иерусалима и изгнания евреев вся власть исчезла вместе с национальной властью, и, поскольку социальной организации больше не существовало, человек не мог властно навязывать свое мнение другим. Единственным рациональным шагом при таком положении вещей было собрать всех израильтян или тех, кто их представлял, и сформировать суверенный синод».
Иудейский сенат, Синедрион (Συνέδριον)7373
Это слово ясно показывает огромное влияние эллинского завоевания. Существовало две формы Синедриона – Большой, насчитывавший семьдесят одну душу; и Малый, состоящий из двадцати трех душ. Оба включали по три чина: священников, левитов и простых израильтян. Высший совет претендовал и впредь будет претендовать на верховную юрисдикцию над царем, первосвященником, пророками и народом, и «удушение было способом казни для любого ученого человека, восставшего против их слов» («Хилхот Мамрун», I, 2). Антиталмудические писатели категорически возражают против этой начинающей аристократии; когда Моисей (Второзаконие, XVII) учредил высший совет, состоящий из «священников-левитов» (не священников и левитов) вместе с судьей или главным гражданским правителем, церковный элемент остался в семье Аарона, в то время как управление выпало на долю Иисуса Навина. Но когда они утверждают: «Совершенно абсурдно, и если бы эта тема не была столь серьезной, было бы смешно слышать, как раввинисты восклицают, что Закон Моисея неизменен, в то время как они сами изменили все его основные положения и создали совершенно новую религию», иудей может справедливо возразить, что модификации апостола Павла, доходящие до радикальных изменений, оказали такое же влияние на Христианство.
[Закрыть], или национальный совет, сначала был перенесен из руин Священного Города в Явне, а после многих перемещений – в Саффурию7474
Согласно системе сэра Уильяма Джонса, это имя должно быть написано Saffuriyeh, а не Saffúreh или Saffuriyyeh, как его обычно пишут путешественники.
[Закрыть], в Сепфору, которая в дни Иосифа Флавия всегда была верна римлянам. Наконец, примерно в середине второго века, во время правления Антонина Пия (138—161 гг. по Р.Х.), он был перенесен в Тивериаду, другой галилейский город. Рабби Яхуда, широко известный как ха-Кодеш, или святой, был Наши (Принцем) своего народа и председателем Синедриона.
Он жил в Саффурии, где есть пещера, через которую римский император, чье царствование в истории почти не оставило следа, посещал его из Тивериады; этот туннель теперь завален. Современные евреи, живущие в Галилее, не могут прийти к согласию в том, где умер главный раввин – в Саффурии или в Туреане, соседней деревне, где есть две большие пещеры; но ни в одной из них нет следов гробницы. Когда умер этот Принц Израилев, был вечер пятницы, и солнце остановилось, пока его труп несли в дальнюю могилу, чтобы даже тело не нарушило Шабат7575
Солнце в истории часто останавливалось; но как часто историки понимали, что на самом деле означает стоящее неподвижно Солнце? Как заметил Спиноза, «даже во сне они никогда не думали о паргелии»; и один из его редакторов цитирует французского мальчика-барабанщика из Швейцарии: «Nous sommes ici au bout du monde! Ici on touche le soleil de la main!«t (франц., «Мы здесь, на краю света! Здесь мы прикасаемся к Солнцу руками»). В двенадцатом веке рабби Беньямин из Туделы нашел могилу рабену Хаккадоша (рабби Яхуда) недалеко от «Суффурии, Циппори древности», и, по-видимому, никогда не слышал легенду: «Они похоронены в горе, которая также содержит множество других гробниц». В его дни в Тивериаде было всего пятьдесят евреев.
[Закрыть].
«Работа этого Синедриона состояла в том, чтобы запечатлеть на бумаге то, что прежде было доверено памяти и увековечено традицией, – юриспруденцию иудеев, различные толкования Закона главными докторами и правила человеческого долга, другими словами, все, что называлось Устным Законом. Таким образом, Синод начал с нарушения принципа израилизма, который до тех пор предписывал, что дополнительный кодекс никогда не должен быть написан, отсюда и его вульгарное название. В этом вопросе Вселенский Собор последовал примеру Адриана (117—138 гг. н.э.), приемного отца Антонина Пия, который также повелел юристу Сальвию Юлиану составить «Edictum Perpetuum» («Вечный Эдикт»), или фиксированный кодекс, и «Responsa Prudentium», («Поиск Ответов») которые до его времени составляли неписаный свод доктрин, воплощавших правовые решения и прецеденты.
Книга, составленная р. Яхудой при поддержке большинства евреев, получила название «Мишна», «удвоение» или повторение Закона, а ее принципы стали обязательными для всех людей». Великий труд был завершен, по мнению одних, около 119 г. н.э.; Давид Ганц предпочитает 219 г. н.э., или незадолго до смерти составителя; другие утверждают, что р. Яхуда собрал принципы кодекса, и что народ принял его по приказу Гамалиэля, его сына и преемника в княжеском сане Наси и председательстве в Синедрионе7676
См. Сернах Дэвид, Первое издание (Прага, 1592 г.), Т. 43.
[Закрыть]; «а третьи снова относят его к еще более позднему времени. В любом случае, это древнейшее сочинение, известное евреям после Закона и Пророков».
Почти незаметно и постепенно примечания и комментарии к этому тексту разрослись до огромных размеров и превратились в особую науку, чье техническое название, найденное в Книге Паралипоменон (2 XIII, 22 и XXIV, 27)7777
t Слово мидраш встречается два раза в Еврейской Библии: 2 Паралипоменон 13:22 (мидраш пророка Иддо (Адды)) и 24:27 (мидраш книги царей); мидраш переводится как рассказ в обоих случаях, в Септуагинте переводится как книга и письмо).
[Закрыть], – «Мидраш», от дараш, по-арабски дарс – урок. Из бесчисленных методов изучения Священных Писаний три основных воплощены в персидском «Парадиз», арабском «Фирдаус» и греческом «Παράδεισος», написанных семитически без гласных «PADS», причем загадочные буквы мнемонически принимались за начальные буквы технического слова. Так, P (peshat, простое толкование слов) зафиксировал элементарный закон талмудической экзегезы: «Ни один стих Писания практически не допускает никакого другого смысла, кроме буквального»7878
Точно так же мормоны «подчеркнуто осуждают тех, кто делает содержание Библии условным, метафизическим или символическим, «как будто Бог нечестен, когда говорит с человеком, или использует слова не в их истинном значении»или мог бы «лукавить в двойном смысле»». Это возвращение к древнееврейским направлениям мысли довольно любопытно, и можно заметить, что каждая новая ветвь, появляющаяся на дереве так называемого «Протестантизма», неизменно все больше и больше возвращается к старому типу. В самом деле, всякий раз, когда в наши дни мы слышим о рождении в мире новой «религии», мы можем определить априори, что она более еврейская, чем ее предшественники. И следы той же операции можно найти среди индуистских сикхов и мусульманских бабов.
[Закрыть], хотя в другом или привычном значении он может быть объяснен множеством способов. R (remiz, арабское ramz – секрет, намек, инсинуация или предположение о смысле) иллюстрирует некоторые буквы и знаки, очевидно, лишние и объясняемые только традицией; в более общем смысле, это породило memoria technica7979
t Лат., техническая память.
[Закрыть] и стенографию, напоминающую римский Нотарикон. Точки и заметки добавлялись на полях рукописей, и таким образом была основана Массора (традиция), или дипломатическая консервация текста, призванная сохранить его чистоту. D (derush, иллюстрация) – это привычное применение исторических, традиционных, анекдотических, аллегорических и пророческих изречений к реальному положению дел; это была проповедь, которой помогали этика, логика, поэзия, притча, пословица, апология и огромная масса легендарных изречений, известных как «Агада» (множественное число агадот). В отличие от «Галахи»8080
«Агада», от слова ага, заявить или описать, придумать или представить, применяется для какой-либо иллюстрации, исторической или сказочной. Халака, от слова халак, ходить, – это правило поведения, предписывающее какие-либо особенности еврейской жизни.
[Закрыть], или догматической части, возможно, она была внушена Новым Заветом. Наконец, четвертая и последняя, S (Sod, секрет, тайна), включала мистические и эзотерические науки: теософию, метафизику, ангелологию, и множество сверхъестественных видений, блестящих и фантастических. Она беспристрастно заимствовала из магии Египта, мифов Гермеса Трисмегиста, работ платоников и неоплатоников, а также трудов христианских гностиков. Немногие были посвящены в «Сотворение», или «Колесницу», как ее называли, ссылаясь на видение Иезекииля; но ее привлекательность была такова, что, в конце концов, «Рай» был отнесен к этой особой ветви эзотерической науки, так же как позднее в гностицизме он стал обозначать Духовного Христа.
Однако, авторы «Талмуда» установили принцип, что их решения ни в коем случае не являются абсолютными, но всегда могут быть изменены властью, равной той, которая их установила8181
См. «Мишна», часть пятая, трактат «Эдониот». I., §§5 и последующие стихи. Это справедливый ответ на множество противоречий и общее обвинение в непоследовательности, выдвинутое антиталмудистами против Устного Закона, который позволяет современному раввину делать почти любое заявление, которое ему угодно, относительно спорных моментов. Таким образом, один найдет в «Талмуде», что христиан следует предать смерти, другой – что с ними следует обращаться как с братьями. Это, конечно, очень удобно.
[Закрыть]. Их единственной целью было установить смысл и правила письменного закона; ибо, как говорит Моисей де Куси в своем труде «Семаг, или Великий свод заповедей»: «Если бы толкование Устного Закона не было добавлено к Письменному Закону, весь кодекс был бы неясным и непонятным, потому что Священное Писание полно отрывков, которые кажутся противоположными и противоречащими друг другу». Рамбани Маймонид из Кордовы заявляет (введение в его «Путеводитель для заблудших», том I., стр. 29): «Так, в «Талмуде» постоянно говорится: «Начало главы отличается от конца», и дается объяснение: «Потому что первая часть исходит от такого-то и такого-то доктора, а последняя – от иных докторов». Далее мы читаем: «Рабби Яхуда святой одобрил мнение такого-то доктора в таком-то случае» и просто записывается мнение этого доктора в данном случае, даже не называя его имени». Часто встречаются и следующие формулы: «Кому принадлежит это анонимное утверждение?», р.: «А. Б., доктору!», и «Кому принадлежит наш параграф «Мишны»?», р.: «Такому-то и такому-то человеку!»»
Вернемся к истории «Талмуда».
Через несколько лет после публикации «Мишны» в третьем веке (230 – 270 гг. н.э.) рабби Йоханан, который в течение восьмидесяти лет был председателем Синедриона, сделал комментарий к тексту, подобный Шарху, который сопровождает арабский Мату. При содействии, как говорят, Рава и Шмуэля, учеников Гамалиэля, сына рабби Яхуды, он создал около 390 г. н.э. книгу, которая, объединившись с «Мишной», получила название «Талмуд» (учение или обучение) Иерусалима, хотя была написана в Тиберии. Продукт палестинских школ, «Талмуд» был составлен на западно-арамейском языке; текст «Мишны» в нем назван простым именем «Галаха» (правило) или догматическая часть. Тивериадская школа процветала, по-видимому, во времена святого Иеронима, и канула в Лету в течение четвертого и начала пятого веков.
В 367 г. н. э. Асхи, председатель вавилонского Синедриона, преподавая «Мишну», ежегодно комментировал два трактата этого труда, которые, будучи краткими и как бы аксиоматическими, как и все книги, в которых излагаются законодательные принципы, требовали объяснения точного намерения автора. Ему помогали мнения многих докторов, не упомянутых в «Мишне», либо тех, кто умер до того, как рабби Яхуда святой закончил свои труды, либо многих, кто пошел по его стопам в последующие годы. Чтобы его знания не были потеряны для мира, он составил и переписал тридцать пять трактатов и умер в 427 году. Его сын Мар и ученик Маримон продолжили работу, и через семьдесят три года появилась «Гемара», дополнение или заключение. Она была написана на восточно-арамейском языке и соответствует «Хашии» арабских стандартных трудов.
«Мишна» и «Гемара», ныне составляющие единый кодекс, стали известны в истории как «Талмуд Бабли» (Вавилонский); и когда упоминается «Талмуд», всегда упоминается и вторая работа, более полная и подробная8282
До сих пор остается спорным вопрос, были ли два таргума (версии или переводы Пятикнижия) на Пятикнижие, приписываемые прозелиту Онкелосу или Анкелосу и еврею Ионафану бен Уззулу, написаны учениками в раввинских школах Иерусалима в течение полувека до Христа, или же они были разработаны, как и Септуагинта, вавилонскими матургеманинами (толкователями) четвертого века. Чем позже дата, тем лучше можно объяснить такие грецизмы и латинизмы, как ardiphene (родафна, олеандр), polimarkín (пολέµαρχος), sapuklatoria (разведчики) и oktaraia (октарионы, служители). В Иерусалимском таргуме мы читаем: «отряд сарацин».
[Закрыть]. С дохристианских времен существовали две великие соперничающие школы, которые затем и создали «Талмуд»: школа Гиллеля8383
«Vie de Hillel», par M. le Grand Rabbin Trinel t (франц. «Жизнь Гиллеля»г-н главный раввин Тринель), 1867.
[Закрыть], замечательная своей ученостью, смирением и милосердием вплоть до запрета ростовщичества (трактат «Бава Мецин», лист 17б); и школа Шаммая, непреклонная в принципах и часто склонная к суровости.
Оба этих объемных сочинения по сути представляют собой свод законов, сравнимый с Edictum Perpetuum8484
«Вечный эдикт».
[Закрыть] и Responsa Prudentium8585
«Поиск ответов».
[Закрыть], с Пандектами, Новеллами*8686
[* Новеллы или Новые конституции были названы так потому, что они предшествовали по времени Институтам и другим сборникам римских императоров, особенно Юстиниана].
[Закрыть] и Институтами. Они представляют собой энциклопедию иудейского права, божественного и человеческого, национального и международного, мирского и церковного, гражданского и уголовного; доктринальный, судебный и смысловой сборник, посвященный экзегезе и герменевтике; огромный свод того, что мусульманские богословы называют фетвой, или решениями по юридическим вопросам, и тезаурус церемониальных предписаний, заимствованных из Устного Закона и традиций глав школ от рабби Гамалиила и ниже8787
Рабби Гамалиэль Старший жил примерно в конце первого века. Некоторые полагают, что он добавил девятнадцатую молитву t (еще одно благословение, в котором просят об истреблении предателей и всех врагов евреев) к Шмонэ-Эсрэ t (Молитва «Шмонэ-Эсрэ», т.е. «18 благословений»является вторым после «Шма»центральным элементом Богослужения.), «восемнадцати», составленным Ездрой и мужами Великого Собрания, которая до сих пор используется британскими и другими евреями. Другие приписывают ее рабби Шмуэлю Младшему, ученику Гамалиэля, а третьи относят его к еще более позднему времени.
[Закрыть]. Составленные на Востоке, этой классической стране сверхъестественного, они изобилуют агадистской материей, дикими и живописными легендами, иногда преподносящими моральные уроки, как четыре ночных призрака Лилит, Наама, Агерит и Махала8888
Высмеиваемый миф был убедительно доказан преподобным Джоном Миллсом («Британские евреи», с. 409) и Н. М. Швабом (Введение, с. 28). Последний автор был бы полезен, если бы только он мог быть беспристрастным. К сожалению, он пишет со всей враждебностью еврея (с. 38 и 39) и с некоторыми предрассудками француза (с. 27). Это тем более прискорбно, что читающая публика будет полностью в его руках, и он сможет заставить «Талмуд» утверждать то, что ему заблагорассудится.
[Закрыть], а иногда и ребяческими рассказами о великих ангелах Пацпатсии, Ташбахе, Адарниэле, Энкатаме, Пастаме, Сандалфоне, Шамсиэле и Прасте. К историческим, топографическим, этнографическим и географическим сведениям следует относиться с большой осторожностью: они исходят от авторов разных эпох и разных достоинств. Например, «Гемара» (Синедрион, VI. 2) сообщает нам, что наш Господь, тщетно пытавшийся в течение сорока дней найти защитника, был осужден и 14-го Нисана побит камнями, а затем повешен. Это кладезь любопытных историй о товарах разных стран, занятиях народов, сельском хозяйстве, садоводстве, профессиях и ремеслах, искусствах и науках, супружеских отношениях, нравах и обычаях, интерьерах домов и даже об одежде. Она изображает космополитизм и роскошь Рима в его последние дни, восполняя, тем самым, скудные зарисовки постклассической школы. В «Мишне» мы находим упоминания о рыбе Испании, яблоках Крита, сыре Вифании, зите*8989
[* Это ζΰθος или египетское пиво, упоминаемое Геродотом, II. 77. Позже термин был распространен на церевизию и другие сорта пива европейских народов; отсюда устаревшее слово цитепсарий (греч., ςΰθος или έψω, варить), пивоварня).
[Закрыть], чечевице и бобах Египта, цитронах Греции, винах Италии, пиве Медии, одежде Индии и Пелусии, рубашках Киликии и покрывалах Аравии.
«В пять лет, – говорится в „Мишне“, – пусть ребенок начинает изучать Писание; пусть он продолжает это делать до десяти лет, когда он уже может начать изучать „Мишну“; в пятнадцать лет пусть начинает изучать „Гемару“» (Т. Абот, гл. V). Этот отрывок из «огромного труда или океана знаний», как его называют некоторые, не может не иметь противоречий с Христианством. Тон, принятый в разговоре о Всемогущем, в высшей степени антропоморфен и антропоцентричен9090
Здесь, однако, вряд ли можно считать виновным только «Талмуд». Его антропопатизмы – это всего лишь преувеличения того, что встречается в книгах Моисея, когда Творец подвержен гневу, печали, раскаянию, ревности и другим человеческим страстям низшего порядка. На самом деле, трудно обнаружить в раввинских постановлениях что-либо, не основанное на Моисеевом тексте, но они значительно дополнили Закон, что, как мне кажется, является их большим грехом в глазах христиан, и во многих случаях они довели его до абсурда – corruptio optim’i fit passima t (лат., искажение становится главным).
[Закрыть]. Бог проводит четвертую часть дня за изучением Закона. В каждую ночную стражу Он садится и рычит, как лев, говоря: «Горе Мне, что Я опустошил дом Мой и сжег святилище Мое, и послал детей Моих в плен к народам мира» («Берахот»). Каждый день он по три часа играет с левиафаном. И не забывайте, что в писаниях раввинов есть гораздо более предосудительные представления, чем эти. Больше, чем любая известная вера, эта вера упивается унижением женщин; раввинский суд объявляет женщин «лишенными права по Закону давать показания»; «Талмуд» исключает их из публичного поклонения Богу и учит, что они не обязаны узнавать явленную волю своего Творца, – это особенно антипатичные доктрины для тех, кто верит в Непорочную Деву и в святую Марию Магдалину. Кроме того, большое место отведено проклятию евреев и неевреев, а также нечестивым практикам магии и некромантии, вызыванию демонов и духов и общению с ними, пропаганде астрологии, чар и зелий, что послужило поводом для нападок Папы и инквизиции. В 553 г. н. э. Юстиниан запретил «Талмуд» в Новелле 146 как «ткань неразумия, басен, беззаконий, оскорблений, поношений, ересей и богохульств»; он был уничтожен Григорием IX в 1230 г.; он был сожжен в Париже Иннокентием IV (1244 г.); он был запрещен Климентом IV, Гонорием IV9191
Этот Папа в н.э. 1286 г. написал архиепископу Кентерберийскому, предписывая ему позаботиться о том, чтобы кто-нибудь не прочитал книгу, из которой проистекает все зло. Папа Пий IV, санкционируя новое издание, прямо указал, что оно должно быть опубликовано без наименования «Талмуд», которое, по-видимому, было своего рода шибболетом t (шибболет – это библейское выражение, в переносном смысле обозначающее характерную речевую особенность, по которой можно опознать группу людей (в частности, этническую), своеобразный «речевой пароль», который неосознанно выдаёт человека, для которого язык – неродной), «Si tamen prodierit sine nomine Talmud, tolerari deberet» («Однако, если „Талмуд“ утверждает без имени, с этим следует мириться»). Таков был ужас, который он внушал церковному уму.
[Закрыть] и Иоанном XXII. Первое печатное издание (Венеция, 1520) спасло его, и только после появления третьего издания (Базель, 1578) он попал в поле зрения цензора.
В 1553 и 1555 годах Юлий III обнародовал прокламацию против того, что он гротескно назвал «Талмуд Гулнарот»; и этот процесс был повторен Павлом IV в 1559 г., Пием V в 1566 г. и Климентом VIII в 1592 и 1599 гг.
Известный антиталмудистский писатель заметил в 1836 году: «Обещанный перевод „Талмуда“ на немецкий язык, если он когда-либо будет завершен, должен без всякого обсуждения свергнуть талмудизм. Его представление на любом европейском языке – самая смертельная атака, которую можно нанести его авторитету». Это совершенно не по-философски; «Книга Мормона», со всеми ее американизмами и внутренними свидетельствами бесполезной подделки, подтвердила, а не уничтожила Мормонство. «Мишна» была переведена на латынь Суренхузием (Амстердам, три тома, 4°) еще в 1698—1703 годах, а на немецкий язык – капелланом Й. Й. Раби (Онольцбах и Ансбах, с первой по шестую часть, 4°) в 1760—1763 годах. Не зная ни иврита, ни арамейского языка, те, кто читает на латыни, французском и итальянском, немецком и английском, найдут в любой большой библиотеке, например, в Британском музее, перевод почти всех частей, и они могут быть уверены, что тот небольшой остаток, который до сих пор не переведен, не содержит ничего важного. Современный вердикт гласит, что «Талмуды» – это «запятнанная сфера», и что они содержат два различных элемента – священный свет в истинном толковании Слова Божьего и чисто человеческую тьму в ее глупости и немощи. Но они не подтверждают следующее утверждение «Посвящения молодых» (рабби Ашер): «Сочинители „Талмуда“ предписывают нам относиться к христианам как к своим братьям во всех социальных вопросах»9292
An ad captandum, vulgus verdict t (лат., приказ о получении народного вердикта). Он модифицирован следующим предложением: «Все последние Гавним [светила еврейского закона] согласны с тем, что христиане считаются нашими братьями и не входят в понятие нахрим [чужаки]».
[Закрыть].
Вторая великая раввинская школа возникла в Цфате, тоже галилейском городе, расположенном недалеко от Тивериады. Беньямин из Туделы (1163 г. н.э.) посетил гробницы Гиллеля и Шаммая «близ Менина, который есть Марон», предположительно Бет-Марон «Талмуда»; но он ничего не говорит о пребывании евреев в Цфате, тогдашней крепости тамплиеров. «Город, расположенный на холме» также игнорируется путешественниками последующих трехсот лет и появляется в истории только в шестнадцатом веке9393
Доктор Робинсон, «Библейские исследования в Палестине», III. 331.
[Закрыть]. Тогда он стал великим центром еврейского образования, фактически, еще одним Иерусалимом. Сыны Израиля жили там в большом количестве, и у них был огромный Хан, квадратная крепость со свинцовой крышей, где многие из них жили, и где находилась прекрасная синагога. Кроме школ, в которых преподавались науки, они насчитали восемнадцать синагог, различавшихся по названиям народов, владевших ими, португальские, испанские, итальянские и другие. Типография, остатки которой сохранились в северо-восточной деревне Эйн-эль-Зейтин, выпустила множество томов, которые теперь становятся большой редкостью, так как пользуются большим спросом у европейских библиофилов. Колледж (мадраш) раввинов до сих пор сохранился, это двухарочный зал, от которого не осталось ничего древнего, кроме восточной стороны. Все остальное было разрушено землетрясениями, которые, как предполагается, разрушают город с наступлением каждого субботнего года. На кладбище под поселением находятся выбеленные могилы Иосифа Каро, Шломо Алькабеца и других известных людей.
Особая свирепость школы Цфата, отчасти, объясняется господством сыновей Измаила, которые, какими бы мягкими они ни были, везде вызывали отвращение у сынов Израиля9494
После второго изгнания тамплиеров султан Бибарс вновь заселил Сафед колонией из Дамаска, и местная традиция утверждает, что многие из них были курдами.
[Закрыть]. Если «Исав ненавидит Иакова за благословение, которым благословил его отец его», Иаков возвращает ему ненависть, по меньшей мере, с таким же пылом, добавляя страх и презрение? он охотно, говоря словами Раши, «изгладит Исава и семя его». Но, несомненно, суровость и жестокость, отличавшие его докторов, объясняются характером места и его окружением. Расположенный в безрадостных и продуваемых ветрами, каменистых и бесплодных горах Верхней Галилеи, сотрясаемый землетрясениями и подверженный ужасным бурям, Цфат является одним из наименее благоприятных мест во всей Сирии. Климат здесь постоянно подвержен крайностям, вода жесткая и полна извести, земля холодная и бесплодная, а люди хитры и жестоки, как Симеон и Левий. После нескольких дней пребывания чужестранцы жалуются на дискомфорт, судороги и недомогания, и единственное их желание – сбежать из мрака и уединения этого города на склоне холма. Даже мусульмане противопоставляют легкомысленные манеры своих женщин в мягкой и низменной Тивериаде грубости и жестокости тех, кто населяет горные поселения. «Safad fasad» (Цфат всегда приносит неприятности) – это звенящая пила окрестностей, и в этом много правды. Количество интриг и заговоров чрезмерно даже для сирийского поселения, обвинения, выдвигаемые людьми друг против друга, ужасны: этот доктор – убийца, тот книжник – прелюбодей, а третий – мошенник и вор. Если бы посетитель поверил хотя бы половине того, что он услышал, он оказался бы в логове разбойников. О том, что некоторые из этих обвинений основаны на фактах, можно судить по тому, что путешественники печатают об определенных сыновьях этого Священного Города, некоторые из которых слишком отвратительны для публикаций о них. Богатых богословов обвиняют в бесстыдном присвоении Халуки, крупных сумм, присылаемых из Европы на содержание общины; а бедняки готовы жаловаться по самым пустяковым поводам, сломанная куриная лапка посылает их на спешный официальный визит к вице-консулам. Не лишним будет сказать, что если в Цфате снова появится богословская школа, то по своему узкому фанатизму и особой свирепости она будет соперничать с той, что опозорила шестнадцатый век.
«Талмуд» сказал свое последнее слово в толковании Торы, он закрыл дискуссии, возникшие на основе священного текста, и исчерпал традиционные предания и правила, установленные раввинами Палестины и Вавилона до пятого века после начала христианской эры. Тем не менее, сам «Талмуд» с течением веков нуждался в толковании, что породило множество средневековых сокращений и обширную серию толкований и комментариев. Более современные раввины решили, что в «Галахе», или доктринальной части работы, не должно быть никаких неясностей, и строго взялись за кодификацию всего «Талмуда».
Приведем лишь самые известные имена. Мы должны начать с рабби Ишаза аль-Фаси, который первым возобновил работу над «Талмудом» и имел смелость исключить из текста все, что не имело отношения к обсуждению. Затем появился знаменитый Маймонид из Кордовы (1150 г. н.э.), чья «Яд ха-Хазака» («Рука власти») является сборником талмудических знаний, который ценится почти так же высоко, как и первоисточник. За ним последовал Ашер, сильный диалектик, который cумел примирить с талмудической аргументацией наблюдения тосафистов, или глоссаторов, представленных до и после него Раши, рабану Тамом, Куси и многими другими. Его сын сменил его и предпринял новую попытку кодификации, в которой почетное место, естественно, заняли мнения Ашер (Ашер Бен-Иехиель, Рош).
Примерно в это время возникла Цфатская школа. Первым и величайшим комментатором ее был раввин, которого некоторые называют рабану Иаков Бе-Рав (Яаков Бен-Ашер), изгнанник из Испании, впоследствии главный раввин Феса и Цфата, где после долгого преподавания он умер в 1541 году9595
t Дата его жизни и смерти, равно как и некоторые факты его биографии и ныне остаются под вопросом.
[Закрыть]. Этот Баал ха-Турим (владыка книг), как его называют, написал четыре труда, которые, будучи рассмотрены в свете «религиозных законов», были известны как Диним. Первый из «Арба Турим», «Орах Шатин» («Ура ха-Йиим», путь жизни), посвящен соблюдению предписаний, данных евреям. Второй – «Йоре Деах» («Иоре Деа», учитель знаний) – описывает церемониальные обряды, такие как скотозабой, прием пищи, обеты, обрезание и т. д. Третий – «Эбен ха-Эзер», камень помощи (человечеству). А в четвертом, «Хошен Мишпат» (нагрудник суда), рассматриваются законы, гражданские и уголовные.
Школу этого комментатора продолжил Моше из Трани в Апулии, который читал лекции в течение пятидесяти четырех лет до 1580 года, года своей смерти. Следующим известным именем был рабби Иосиф Каро, или Каро, еврей испанского происхождения, родившийся в Константинополе и умерший в 1575 году. Он был плодовитым писателем. В «Шулхан Арух», религиозном кодексе, принятом израильтянами повсеместно, он проанализировал и подтвердил мнения своих предшественников. Его magnum opus9696
t Лат., главное произведение.
[Закрыть] – «Бейт Йосеф» («Дом Иосифа») в четырех фолиантах, впервые напечатанный в Венеции и неоднократно переиздававшийся; он состоит из комментариев к четырем Диним рабану Иакова, к талмудическим трудам р. Ишаза аль Фаси и к трудам раббино Якиба бен Роша, которого не следует путать с глоссатором Раши. Четвертое великое имя – р. Шломо Алькабец, также из Константинополя, который писал в 1529 году н.э., а в 1561 году был еще жив. Этот богослов оставил о себе самую дурную славу среди христиан, которых он, похоже, ненавидел от всего сердца. Учеником и коллегой Каро и Алькабеца был Моше из Кордовы, самый известный каббалист со времен Шимона бен Иохая; он умер главным раввином Цфата в 1570 году. Моше Галанте, уроженец Рима, жил несколько позже, он умер в 1618 году. Но академия была обязана своей славой не только чужеземцам; Шмуэль Осейда и Моше Альшех, уроженцы Цфата, внесли свой вклад в ее известность в шестнадцатом веке. Последний умер между 1592 и 1601 годами.
О средневековых раввинах и их преемниках в целом можно заметить, что чем больше развивалась эта школа, тем более заметными становились ее фанатизм и насилие. Это легко объяснимо. Анна Комнена *9797
[*Императрица Константинополя.].
[Закрыть] описывает Крестовые походы, которыми руководили великан и гусь9898
t Коза и гусь – священные животные древнегерманской мифологии, считалось, что они якобы прониклись божественным духом и поэтому шли впереди войска в Первом крестовом походе.
[Закрыть] с истинно восточным смаком, как оставившие после себя «восхитительный курган костей, высокий, глубокий и широкий». Но они оставили нечто большее – традицию, которая позволила христианам вернуть власть в Святой Земле, а их отвращение по отношению к евреям вдохновила последних на родственные чувства. Не приходится удивляться и тому, что израильтяне предпочитают поздние и более фанатичные труды более ранним трудам школы. Религиозная исключительность и стремление быть особенным народом, отделенным от остального человечества и возвышающимся над ним, обращены к сердцу каждого человека через естественный канал его страстей. И поэтому в самой молодой вере мира мы наблюдаем то же явление, что и в одной из самых древних: в мормонском Солт-Лейк-Сити читают «Учение и Заветы», а «Книгу Мормона» игнорируют.
Р. Иаков Бе-Рав во второй части своего труда «Йоре Деах» («Иоре Деа») утверждает, что незаконно вытаскивать нееврея из колодца, в который он мог спуститься или упасть. Он также заявляет, что щепетильный еврейский врач, тщательно соблюдающий законы «Талмуда», не будет посещать нееврея без гонорара, потому что это будет его единственным вознаграждением. Он может делать это безвозмездно, если хочет таким образом изучить медицину; но обычно он должен убивать таких пациентов, делая вид, что лечит их. Однако это следует делать только тогда, когда нет шансов быть обнаруженным. Р. Иосиф Каро из Цфата, один из самых язвительных представителей этой школы, в своем наставлении «Путь знания» позволяет врачу нанести дополнительный вред, называя плату неевреев кашмадом, то есть платой за грех – термин, применяемый к цене женской чести; и, упоминая особо о христианах, он заявляет, что если еврейский врач берет плату, не отравив их, то это как подарок нечестивой женщине. С другой стороны, если лекарь не хочет получать плату, он должен обязательно отравить своего пациента. Он также запрещает врачу, не изучившему досконально искусство врачевания, посещать человека своей веры, чтобы его невежество не привело к смерти9999
Лечение еврейских больных даже в наши ухудшающиеся дни очень щепетильно. Когда больной явно нездоров, ему нельзя давать ни капли лекарства или даже воды, если он сам не попросит об этом, чтобы не ускорить процесс распада и не сделать дающего виновным в том, что он стал причиной смерти брата-еврея.
[Закрыть]; но он может практиковать среди всех остальных, потому что если он убьет их, это будет законно и не имеет значения (комментарий на «Гиттин», шестой трактат третьего раздела). Другие утверждают, что еврейский врач не должен лечить незнакомца даже за плату; но если он боится нееврея, а тот знает, что он еврей, он может делать это за деньги. Рубби аргументирует этот вопрос ссылкой на «Гиттин», в котором говорится, как р. Рихми бен Асхи приготовил дозу для чужака; он объясняет, что это лекарство могло быть дано в порядке эксперимента или с целью изучения.
Школа Цфата продолжала свою работу в семнадцатом веке, и Квазимус (писавший около 1625 года) говорит о нем [Цфате] как о населенном, в основном, евреями, у которых были свои синагоги и школы, и на содержание которых евреи из других частей света делали пожертвования. После этого Цфат постепенно опустел под гнетом мусульман, которые, вероятно, постепенно заняли это место.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?