Читать книгу "Баллада о королеве драконов"

Возможно. Ведь та, прежняя я никогда не позволила бы себе даже подобной мысли.

– О чем задумалась, дорогуша? – раздался справа знакомый женский голос, и все внутри у меня обмерло. Кровь отлила от лица, и руки похолодели.

– Селина, – прошептала я и уже после повернула голову.

– А ты ждала кого-то другого? – произнесли неровные сухие губы.

Из-за ее спины показался Арабис, на соседнем дереве свистнул и помахал рукой Змей, сливаясь с зеленью листвы.

– Может быть, ты ждала его? – Девушка, что была на полголовы ниже меня, щелкнула пальцами, и ближайшие кусты раздвинулись, продемонстрировав мне оборотня с разбитой губой и связанными руками. Рот его тоже был закрыт веревками.

Он посмотрел на меня напряженными желтыми глазами, словно пытаясь что-то сказать.

Я попятилась назад, неожиданно уперевшись спиной в Шанию.

– Здравствуй, детка, – сказала вампирша, взяв меня за плечи. – Ты уж прости нас…

В этот момент, как молния, в голове мелькнула лишь одна мысль: «Я не должна позволить Селине вновь забрать мою тиаре. Иначе мне конец».

Да. Именно эта мысль. Меня не обуял ужас, не сковал страх. Потому что «страх – для слабаков».

Предполагала ли я, когда пересекала периметр, что могу быть обнаруженной нелюдями? Естественно. Пугало ли меня это? Нет.

Я не знаю почему. Возможно, мое собственное чувство самосохранения сильно пострадало от вторжения души Аллегрион. А возможно, оно стало именно той чертой, которая навсегда исчезла, заменившись какой-то частью характера драконицы. Но итог был один: меня тянуло на приключения. И я их нашла. Это целиком и полностью моя вина.

Только Вайлара немного жаль. Если меня убьют, наверно, он расстроится…

Отпрыгнула в сторону, ловко вырвавшись из захвата и бросив в кровососку огненный шар. Шания поймала его ладонью с неизвестной мне печатью в центре. Огонь рассыпался на искры, когда женщина сдавила его пальцами.

– Ай, жжется, – с усмешкой сказала она, легонько подув на руку.

– Как вы узнали? – спросила я, быстро продумывая путь к отступлению. И пока я видела только один шанс.

«Браслеты, быстро поднимайте тревогу!» – мысленно шептала я, надеясь, что они слышат не только голос. В обратном случае мои шансы спастись стремились к нулю.

Да даже если браслеты передадут сигнал, коменданту потребуется время, чтобы понять, в каком именно месте я нахожусь. Этого времени у меня может не быть.

– А обо мне ты забыла, дурочка? – раздался из-за спины злой женский голос.

Я повернула голову и увидела на самом верху крепостной стены маленькую женскую фигурку. Длинная темная коса спускалась к широким бедрам, пухлая ладошка поправляла очки. Эмира! Проклятая Эмира! А я – проклятая склеротичка. Ведь я и вправду за эти полтора дня так и не удосужилась сообщить коменданту, кто именно помог нелюдям украсть меня!

– Знаешь, когда ты вернулась, я полдня пряталась по кустам вдоль стены, нарисовав полтора десятка боевых печатей. Готовилась сражаться с Тарконом. Со своим учителем. Великим магом!

Голос девушки звучал горько, одновременно сочась ядом. Она болтала одной ногой, свесив ее вниз.

– И тут увидела тебя, перелезающей через стену и обратно. Меня давно должны уже были найти, и в этот момент я поняла, что ты не рассказала обо мне.

Даже в темноте я смогла разглядеть ее неприятную улыбку.

– А ты – та еще шлюха, да, Амелия Фати? – усмехнулась она.

Ее слова больно задевали мое самолюбие. Но я молчала. Эта самоуверенная дрянь давала мне прекрасную возможность оттянуть время.

– Хватит болтать! – крикнула Селина.

– Мне нужно договорить, – спокойно ответила Эмира и вновь повернулась ко мне. – Я не могла поверить своим глазам. Ты сама выкопала себе могилу, как и говорила бедная Шейна, которая до сих пор вместо меня выдерживает все пытки Таркона.

Несмотря на слова, жалости в голосе Эмиры не было ни грана. Я вздрогнула, осознав, что уже столько дней по моей вине мучается ни в чем не повинный человек.

– А ты знаешь, – продолжала девушка, – что, несмотря на все презрение, которое она к тебе испытывала, Шейна все же отказалась убивать тебя, когда Арабис предложил ей свою помощь?

Сердце болезненно сжалось. Как я могла так ошибиться? Почему я указала Вайлару на блондинку, когда настоящим предателем была Эмира? И вдруг мне стало ясно почему. А девушка на стене тем временем продолжала:

– Она влюбилась в этого зубастого сирена, который только и думал, как уничтожить тебя. Как подобраться к тебе изнутри.

Она посмотрела на Арабиса, прижавшегося к древесному стволу. Он отвернулся, глядя куда-то в сторону, словно не желал соглашаться с этими словами.

– Услышав его предложение, она сбежала. Но в этот момент появилась главная героиня. Я следила за подругой, желая раскрыть секрет ее ночных гуляний. И мне идея Арабиса показалась весьма заманчивой…

Глаза Эмиры горели победным светом. А я чувствовала себя совершенно раздавленной.

– Все, хватит! – в который раз зашипела Селина. – У нас тут не встреча старых друзей… Змей!

Я была готова защищаться. Эту полуживую тварь я больше не подпущу и близко, дала себе слово. И мужчине с зеленоватой кожей, что сейчас отделился от древесного ствола, направившись ко мне, тоже придется постараться, чтобы достать Амелию Фати. Бывший член племени Ядозубых игуан? Резцы у него треугольные и слюна ядовита? Ничего, магия и не таких берет. Чай, не живоглот.

Я быстро связала три одинаковых руна с шаровой молнией. Размениваться на простой лед и огонь не стоило. Влила тиаре и отскочила, выплетая печать защиты Настурции Джармуш. Она была не самой простой и требовала времени.

Не очень быстрые, но очень приставучие молнии направились за Змеем, Селиной и Шанией. Арабис воспользовался своей свободой и раскинул руки в стороны. Его глаза опасно сузились, а из приоткрытого рта донеслось горловое бульканье.

Мне это совсем не нравилось.

– Не думаешь же ты, что тебе удастся спастись? – выкрикнула, словно выплюнула, со стены Эмира. – Я этого не позволю!

И пусть она не могла пересечь границу периметра, вынужденная обозревать схватку со своей жердочки, ее магия действовала и оттуда.

Краем глаза уловила магический блеск с ее стороны и поспешила убраться в сторону. На том месте, где я только что стояла, зашевелилась трава, обратившись в живые путы. Они вытянулись вверх, норовя схватить все, что есть вокруг.

Мне повезло: в эту ловушку угодила Селина. Девушка была сильной ведьмой. Она разделалась с шаровой стихией почти мгновенно, метнувшись через поляну, чтобы схватить меня. Травяные веревки впились в тонкие запястья, лодыжки и горло.

– Ах ты, отродье лешачихи! Какого демона ты творишь?! – прохрипела она, лишаясь дыхания.

– Мои прискорбные извинения, – хохотнула Эмира, покачивая ногой. – Это вышло случайно.

Она повернула в воздухе двумя пальцами, и светящаяся монета перед ней треснула, распадаясь. В тот же миг трава вновь стала обычной травой.

Я же за это время успела подбежать к связанному Астеру и вынуть ему веревки изо рта. Развязать те, что были на руках, не было времени. Я должна была спросить:

– Маву и Тарка мне тоже ждать?

Оборотень поднял на меня горящие желтые глаза.

– Нет, они отказались идти против меня. И тебя, – добавил он, странно посмотрев на меня. А потом быстрое: – Ты знаешь, как рисуется тайное имя коменданта?

– Тайное имя?.. – повторила я, не веря своим ушам.

– Да. Быстрее, Амелия, – подгонял он.

– Знаю, – неуверенно пробубнила я, вспоминая ту самую печать, которой меня проверяла Ее Благородие госпожа Джармуш. Так много дней назад.

– А печать вызова? – спросил он.

Покачала головой.

В прошлый раз я ошиблась. И даже не представляю где. С тех пор прошло много времени, я забыла. И теперь рискую сплести какую-нибудь пакость.

Астер сжал челюсти, смотря мне за спину.

– Сейчас ты рискуешь не выбраться отсюда живой.

Он закрыл глаза, и перед его лицом медленно начала проступать печать без сердцевины. И я узнала ее – печать вызова. А пустое место предполагало символ тайного имени.

Но Настурция рисовала печать несколько иначе, это точно. Правда, сейчас разобраться в деталях совершенно не представлялось возможности.

– Осторожно! – воскликнул Астер, вдруг открыв глаза и зарычав. За моей спиной оказалась вампирша. Со всего размаху она ударила меня по голове, отчего я упала на колени, чуть не потеряв сознание.

В ту же секунду она подняла меня на ноги, упираясь ладонью в мой лоб. И мне тут же захотелось подчиниться, сделать все, что она скажет.

– Отпусти ее, Шания, – рявкнул оборотень.

И я сквозь пелену тумана услышала звериный вой и треск веревок.

– Астер, прости, но твои желания тут больше никого не интересуют, Селина отныне наш командир.

– Шания! – раздалось скорее рычание.

– Тебе будет больно, Астер, не стоит.

Я повернула голову и увидела, как в путах, не подходящих ему по размеру, бьется огромный волк, скуля от боли и рыча от ярости. Но освободиться ему не удавалось.

Мне стало так жаль его, словно это мои кости практически ломались, связанные туго, не для звериной грудной клетки. И тогда мое сознание неожиданно вынырнуло из вязкого полузабытья. Я дернула головой, отрываясь от ладони вампирши.

– Что за ерунда? – воскликнула она и закричала от боли. Я взяла ее лицо в обе руки, нарисовав на ладонях печать, которой обожгла Сида и грела суп. Только на этот раз магии я влила с лихвой.

Пар поднялся от ее лица, и, когда я отняла руки, страшные красные ожоги украшали бледную кожу. Но ведь она – вампирша, раны заживут быстро.

И почему даже сейчас я думала об этом? О благополучии женщины, которая пытается меня убить?

Вывернувшись, побежала прочь. На этот раз мне удалось дорисовать щит, и я не так боялась удара в спину.

Но тут из кустов появилась зубастая голова. А за ней – следующая, и следующая. Гидры Арабиса наконец пришли на зов.

Я слишком хорошо помнила, как легко их ядовитое дыхание растворяет мое защитное заклятие. И потому оставалось только уворачиваться и бить.

Одну голову мне удалось отсечь, вспомнив половину печати блондинки Шейны. Именно этой магией она собиралась меня приложить после битвы в Топях, когда ее наказал Вайлар. Хоть я и не вспомнила ее всю целиком, даже этой части мне хватило на удар.

И как же здесь не хватало Лотоса с его феноменальной памятью на руна!

Враги наступали со всех сторон. Гидры, обозленная вампирша, Селина, которая уже выпуталась из травы, и Арабис со Змеем. Все они оказались вокруг меня, обступая и смыкая кольцо. И только тонкая ткань одного-единственного щита прикрывала меня.

Сердце бешено стучало в груди. Мысли мчались быстрее ветра, но слишком путались от нервов. Я не могла придумать ровным счетом ничего.

– Амелия! – прорычал Астер.

Я вспомнила об оборотне и, что важнее, о печати вызова! Не вдаваясь в детали и качество вязи, я вписала в неактивированную печать нужный символ. Когда-то давно я вычленила его из заклятья призыва госпожи Джармуш. Имя Вайлара, начерченное таинственными знаками.

Усилила нажим, делая рисунок ярче, глубже. Вдруг сработает?.. И влила тиаре.

Монета загорелась огнем и исчезла. Ничего не произошло. Не может быть… Значит, это конец! Все пропало.

Злые глаза Селины были все ближе. Я кинула вперед три атакующих руна, но все они были отбиты полуживой колдуньей.

– Обещаю, ты умрешь быстро, – сказала она, улыбаясь.

В этот момент Змей прислонил к губам какую-то трубочку и дунул. Тонкий дротик вошел мне в ногу, и в глазах потемнело. Руки стали словно чужие, ноги подкосились. Я упала на мягкую траву, глядя в темно-синее небо над головой. Оно было точно такое же, как вчера. И я лежала точно там же. Декорации не изменились, только сюжет.

К моему удивлению, сознания я не теряла. Лишь способность сопротивляться. Мое тело двигалось, но так медленно и слабо, что две тонкие ладони Селины легко приковали меня к земле.

– Пей, – проговорила она, поднося к моим губам какой-то сосуд.

Я хотела отвернуться, но все без толку. Холодная вязкая дрянь потекла в горло, заставив закашляться. Но Селина продолжала свое дело, и жидкость успешно затекла полностью.

– Отлично, – улыбнулась она, когда кувшин опустел. – А теперь прощай…

Я поняла, что это конец. Глаза подернулись влажной дымкой. Зубы стиснулись в злой обиде. Неужели все закончится вот так?..

В этот момент голова вдруг слетела с плеч Селины. Кровь полилась ручьем из разрубленного тела, а Шания рядом пронзительно закричала. Черты лица вампирши заострились, хищно выдвинулись клыки.

Над поверженным телом колдуньи возвышался Вайлар Таркон. Его серо-стальные глаза полыхали черным пламенем, как и странный призрачный меч в опущенной руке.

Как сильно затрепетало мое сердце, знают только боги. Одинокая слеза впервые за все это сумасшедшее время скатилась по щеке. И это была слеза радости.

– Ты убил ее! – крикнула Шания, пятясь назад. С каждым шагом женщина все меньше походила на человека.

В этот миг из-за деревьев появилась Мава. Она грустно посмотрела на меня, пробормотав:

– Прости, Амелюшка, но своих мы не бросаем…

И рядом нарисовалась мощная фигура Тарка. Он по-медвежьи взревел, и показалось, будто шерсти на его теле стало больше. Она заблестела туманной синевой, и легкий флер тиаре разлился в воздухе вокруг него.

– Антимагическая аура, – предупредил меня Вайлар, поднимая меч. А левая его рука выводила в воздухе короткие завитки, рисуя руно. – Отходи назад, – сказал он опасно тихим голосом, не поворачивая головы.

– Но там… гидры, – пробубнила я, оглянувшись. Тело все еще не слушалось, и, кажется, мой спаситель об этом не догадывался.

А те уже подступали, злобно шипя.

В следующий миг произошло два события одновременно. Вайлар бросил разрывные печати в чудовищ, а Мава начала свое колдовство.

Магия нелюдей сильно отличалась от человеческой. Они редко использовали печати, поскольку им и узнать-то их было неоткуда. Но природа наделяла их собственной, частенько страшной силой.

И сейчас лицо Мавы изменилось. Она вообще перестала походить на человека. Челюсть сильно вытянулась вниз, глаза оплыли и потемнели. Она выставила вперед руки, уродливо скрючив пальцы, и издала дикий гортанный крик.

Огромный выплеск тиаре не заставил себя ждать. Да только он выплеснулся не из кикиморы, а из самой земли, которая, чавкнув, превратилась в болото. Большое болото, не меньше двадцати метров в диаметре. И все мы пошли ко дну.

Только вампирша обратилась в летучую мышь, Змей прыгнул на дерево, Арабис, хохотнув, скрылся в высокой траве.

Вайлар легко удержался на воде, а вот я, неспособная нормально шевелиться, барахталась, как котенок, брошенный в реку.

Вода сомкнулась над головой, легкие обожгло. Несколько долгих, как вся моя жизнь, секунд ничего не происходило. А затем сквозь мутную толщу я услышала громкий звук, который быстро превратился в ругательства, когда мое лицо оказалось над водой.

Открыла глаза, отплевываясь, и увидела, как комендант дерется врукопашную с Тарком прямо в воде, одновременно убивая магией гидр. Его призрачный меч исчез.

А я держалась над водой каким-то заклятием.

«Двигаться можешь?» – услышала я голос у себя в голове. Оглянулась по сторонам – шум битвы оглушал. Взрывы и крики, вой и стоны. Но я поняла, что этот тихий властный тембр принадлежит Вайлару.

«Нет», – ответила тяжело кашляя.

Некоторое время он вновь ничего не говорил, а затем я увидела ловко и незаметно плывущего ко мне оборотня.

– Астер! – воскликнула я, обрадовавшись. Но тут же помрачнела. Вайлару это не понравится.

Вопреки моим предположениям голос в голове вдруг сказал:

«Астер уведет тебя отсюда. Иди за ним…»

И это совершенно точно был голос моего коменданта. Чтобы развеять все сомнения, он на мгновение отвлекся от боя и посмотрел на меня. Стальные глаза потеплели, и он уверенно кивнул.

Мне ничего не оставалось, как послушаться.

– Я понесу, – сказал оборотень, хватая меня и приноравливая себе на плечи.

Возражать не было и в мыслях. Я сейчас как нельзя лучше походила на мешок с картошкой. А если ты выглядишь, как картошка, то и веди себя соответственно!

Кажется, на наше исчезновение никто не обратил внимания. Мы довольно легко выбрались из болота, и оборотень побежал по лесу, таща меня на спине. Я в это время могла наслаждаться зрелищем его весьма привлекательной задницы. Жаль, что мне было совсем не до нее. А может и не жаль, а «хвала богам».

Проклятье! Что это опять за мысли?! Хватит с меня уже этих игр. Единственный мужчина, которого я хотела видеть рядом, сейчас сражался один по пояс в болоте против четверых нелюдей.

Я не знала, каков будет итог схватки. Да, я ужасно боялась, что он будет ранен. И нет, я ни на секунду не предполагала, что они убьют его. Моя вера в коменданта Чертога Ночи была почти безграничной.

Интересно, видел ли он Эмиру? Понял ли, что она – предатель? И как я умудрилась не рассказать о ней раньше?

В это мгновение у меня в голове мелькнула шальная мысль: «А вдруг она ударит со спины, прикинувшись, что пришла с подмогой? А он доверится ей и не заметит удара…»

Руки похолодели от ужаса. Страх для слабых, да?.. В этот момент я отчетливо поняла, что готова быть какой угодно. Слабой, ветреной, самоуверенной, глупой. Но, как бы ни искажалась под влиянием Аллегрион моя душа, я не переживу смерть Таркона.

Я неловко заелозила на спине оборотня, пытаясь сказать, что возвращаюсь обратно.

– Мы еще недалеко ушли, – бросил на ходу Астер, не понимая, что я пытаюсь его развернуть.

Шлепнула его по тому самому месту, напротив которого висела.

– Ай, детка, может не сейчас? – усмехнулся он и вдруг поставил меня на ноги.

Я хотела влепить ему оплеуху за наглость, но рука плохо поднималась, а сама я вдруг свалилась ему на грудь.

Желтые глаза опасно блеснули. Проклятье! Ну как не вовремя все происходит! Я шла сюда, чтобы спросить его, стоит ли мне «будить королеву». А в итоге напоролась на мужчину, чья страсть с прошлого раза лишь сильнее разгорелась. Но, увы, мне было нечем ответить на нее. Разум ко мне давно вернулся, и мстить Вайлару больше не хотелось.

Но и Астер в этот раз не сделал даже попытки меня поцеловать, несмотря на дикий волчий взгляд.

– Что ты хотела? – спросил он грудным голосом, вибрирующим, словно звериный рык.

– Вайлар, ему… помочь, – я сложила брови домиком, бестолково вырываясь из его крепких рук.

Астер горько усмехнулся.

– Да, несомненно, Арабис, Мава, Тарк и Шания дорого продадут свои жизни. По отдельности они очень сильные маги. А вместе – просто страшны. Но Таркон – маг пятого уровня, Амелия. У них нет шансов.

Я подняла глаза, пытаясь разглядеть в спутнике тоску или сожаление.

– Тебе их не жаль? – получилось у меня довольно внятное.

И, когда он поднял голову, я уже не нуждалась в ответе. Боль огнем танцевала в желтых глазах, как зарево пожара.

– Мне бы тоже хотелось услышать ответ, – раздался немного булькающий голос.

Я повернула голову, падая на колени, и увидела Арабиса. Он вынырнул из какой-то маленькой лужи, затопившей соседнее дерево. Острые зубы проглядывали из-под губ, от дыхания на голом торсе шевелились жабры.

– Уходи, Арабис, – зарычал Астер, прикрывая меня своим телом. На котором вдруг стало больше волос. Удлинились когти. Оборотень был готов перекинуться.

– Ты предал свою семью, Ас, – с горечью выплюнул сирен. И мне показалось, что Астер на миг закрыл глаза. Так, как будто ему дали пощечину.

– Я должен был так поступить, – сказал он, сжимая кулаки.

– А я должен поступить вот так, – Арабис приподнял верхнюю губу и издал гортанный звук, одновременно прикрывая глаза и запрокидывая голову. Все его тело завибрировало, передавая собственную дрожь земле. И вот уже через мгновение вокруг нас начали раздаваться чавкающие завывания.

Поляну окружила толпа живоглотов, набежавших неизвестно откуда. Они стучали острыми зубами в широких пастях и потирали маленькие ладошки.

Оборотень ощерил клыки, мгновенно превращаясь в огромного волка.

Но это было еще не все. Я заметила, как на поляне начали появляться пятнистые лягушки. Значит, скоро к живоглотам придет подмога.

– Астер, он позвал гидр, – еле шевеля языком, предупредила я, отползая назад.

И волк бросился в бой. На этих мелких большеротых тварей не действовала магия. Но на них хорошо действовали волчьи клыки. Астер рвал их зубами, отгрызая руки и ноги. Но кожа недомерков была очень прочной. И пока волк убивал двух, третий вгрызался в его плоть.

И в этот момент сквозь изумрудную зелень просунулась первая голова гидры. Сидя, прижавшись к древесному стволу, я готовилась к атаке. Мне было сложно двигаться, но для плетения печатей это и не нужно. Первая огненная монета разметала голову гидры на кровавые ошметки. Но вторая голова от этого лишь сильнее разозлилась.

Астер повернул свой волчий взгляд, чтобы понять, что происходит. И в этот момент Арабис, все это время наблюдавший со стороны, прыгнул на оборотня, воткнув тому костяной кинжал в живот.

Волк завыл, хватая зубами русала и отбрасывая того в кусты. Я хотела броситься к нему, помочь хоть чем-то. Но огромная одноголовая гидра не давала мне отвлечься. А с другой стороны поляны появилась ее товарка.

Краем глаза я видела, что движения Астера опасно замедлились. Весь его бок был покрыт липкой кровью. Все чаще зубы живоглотов достигали цели, хорошо, что в живых их осталось мало.

Моя гидра тем временем пробовала на вкус щит вокруг меня. Я вложила в него столько тиаре, что он стал плотным, как кокон. Это меня и спасло. Как ни пыталась тварь его прогрызть, только зубы ломала.

В итоге случилось страшное – она решила сменить жертву. А Астер еле справлялся со своими соперниками. Теперь же против него было уже две гидры.

Я закричала, махая руками и пытаясь привлечь внимание тварей к себе. Но без толку. Превозмогая слабость, встала на колени и вывела печати шаровых молний. Не помогло. Гидры, готовые к нападению, поглотили магию.

Астер вцепился в шею одноголовой противнице, резко переломив той хребет. Но здесь ему повезло: она потеряла много крови. Вторая тварь была быстрей, сильней и опасней.

Она выплеснула облако яда, и Астер не успел увернуться. Ноги огромного волка подкосились, а горло сдавило спазмом кашля.

Все внутри у меня похолодело. Руки затряслись, а глаза заволокло пеленой. Я начала лихорадочно плести руно защиты, чтобы накинуть его на оборотня. Какого лешего я раньше не сообразила этого сделать?! Меня оправдывало лишь то, что это заклятье долго создавать.

И пока я это делала, не могла сплести ни одно атакующее: концентрации не хватало. В итоге я просто сидела и смотрела под защитным пузырем, как убивают моего… друга.

И я не успела. Огромная гидра вскинула пасть, накрывая живот волка. Хищник протяжно завыл и повалился на землю, больше не пытаясь встать.

Я ахнула, в ужасе дорисовывая руно и накидывая на мужчину. Гидра, осознав, что больше не сможет добраться до нас обоих, гневно рыча, поплелась в кусты. Арабис же пропал с самого начала схватки.

Я подползла к раненому телу товарища, объединяя наши щиты. И поняла, что он умирает.

На теле виднелись многочисленные раны от зубов, проглядывающие сквозь шерсть. Дыхание волка было слабым и хриплым.

Я закрыла глаза, вливая в его тело магию. Он дернулся, и кровь пошла сильнее.

– Проклятье, – прошептала я, вспоминая, что это мы уже проходили. Закрыла глаза, пытаясь увидеть рваные нити каналов, и с ужасом выдохнула.

То, что предстало перед моим внутренним зрением, было похоже на котлету из фарша.

Послышался стон. Когда я открыла влажные глаза, передо мной уже лежал человек. Желтый взгляд смотрел нежно и почему-то виновато.

– Не пытайся меня лечить, Амелия, – хрипло произнес он, и струйка крови вырвалась из разбитого рта. – Уже поздно.

– Но почему?.. – выдавила я, пряча за спиной трясущиеся руки.

Он поднял одну ладонь, чудом не испачкавшуюся в крови, и дотронулся до моей щеки. Вздрогнула от прикосновения горячих пальцев, всхлип вырвался из груди.

Я понимала, что вылечить такие повреждения не смогу. Я не лекарь! Не кудесник…

Меня стало мелко трясти. Зубы стучали от накатывающего ужаса. На моих руках умирал человек, а я ничего не могла сделать!

– Пожалуйста, не умирай, – попросила я писклявым чужим голосом, чувствуя, что сдерживаться все сложнее.

Из груди оборотня вырвался горький смех, отчего он тут же закашлялся, выплевывая кровь.

– Я бы с удовольствием, Ами, – ответил он ласково, проведя ладонью по моей щеке. – Но, боюсь, боги решили, что я не заслужил жизнь.

– Это несправедливо, – сказала я. И слезы все-таки потекли по лицу.

– Перестань, прошу тебя, – прозвучало тихое, – я не хочу в последние минуты своей жизни видеть, как плачет самая прекрасная девушка в мире…

Я подняла глаза и встретилась с желтым взглядом, обжигающим, как свет в ночи.

– Я хочу, чтоб ты всегда оставалась такой, – прошептал он хрипло, – такой, как сейчас. Трогательной, чувствительной, живой…

– О чем ты говоришь? – не понимала я. Мне казалось, он бредит.

– Обещай мне одну вещь, – сказал он вдруг, твердо посмотрев на меня.

– Все, что захочешь, – кивнула я.

Астер лукаво улыбнулся.

– Жаль, что я умираю, а то воспользовался бы этим «все», – хохотнул он, закашлялся и посерьезнел. Бледность неестественно сильно заливала мужское лицо. Руки стали непривычно холодными. – Обещай никогда не будить дух королевы драконов.

– Что? Почему? – не поверила я своим ушам.

– Просто пообещай, – попросил он, слабо сжимая мою ладонь.

Я тяжело вздохнула и кивнула. Это значило для меня одно: никогда больше не идти на золотой свет. Не слушать сны и видения. Не верить золотым глазам. И я уже была готова к этому. Дурацкие желания моей новой сущности слегка пугали меня саму. Но только если я успевала обдумать свои поступки. Иначе, я просто наслаждалась жизнью, не понимая, что еще месяц назад все мои действия имели «слегка» другое направление.

– Обещаю.

Тело Астера расслабилось, будто тяжесть свалилась с его плеч.

– Спасибо, – прошептал он еле слышно.

А потом моргнул раз, другой. И больше не открывал глаз.

– Астер, – дрожащим голосом позвала я. – Астер! – сказала громче, тряся его за руку.

Но он больше не отвечал.

Слезы градом полились по моим щекам. Руки дрожали, всхлипы один за другим вырывались из груди.

– Все кончено, – тихо прозвучал голос Вайлара у меня за спиной.

Комендант появился как всегда незаметно, обняв сзади, закутывая в черные крылья своего плаща. Я плакала у него на груди, чувствуя, что теперь, рядом с биением его сердца, моя боль хоть и не становится меньше, но ее углы уже не столь острые.

– Прости, что пришел так поздно, – прошептал он, оттаскивая меня от тела оборотня.

– Нет, его нельзя…

«Оставлять», – хотела сказать я, но не смогла.

– Настя позаботится о нем. Она и Лот уже здесь.

Я не обратила внимания на это «и Лот». Мне было все равно.

– Освободи Шейну Валори, – пробормотала я, как в бреду. – Она не виновата…

Не помню, как я оказалась в постели и просто отключилась. Без снов.