Читать книгу "Баллада о королеве драконов"

Глава 18. Настурция Джармуш

«Сострадание, гордость, страсть, доверие, жертвенность, любовь, свобода… Семь было, стало пять…» – звучали слова у меня в голове. Золотой свет разливался вокруг. Он был ближе и ярче, чем прежде. Я чувствовала почти осязаемое тепло.

«Один шаг – один барьер…»

Я проснулась в холодном поту. Слишком часто мне стал сниться этот сон. Его уже нельзя было принять за простое совпадение.

Какие-то шаги, барьеры… Мне это не слишком-то нравилось, но опасности внутреннее чутье не испытывало. А значит, здесь что-то другое. Если бы можно было кого-то спросить!

Кроме того, опять появилось ощущение неоконченного дела. Я что-то явно упустила из виду, но, к сожалению, не знала что.

Комендант Чертога вновь вел себя так, словно ничего не произошло. Днем, когда я увидела его вновь, он пришел вместе со своей помощницей. Эта высокая, стройная и действительно весьма привлекательная женщина начинала вызывать у меня неконтролируемое чувство ревности.

Зайдя в спальню, она окинула меня довольно неприветливым взглядом, отбросив за спину толстую каштановую косу, заплетенную от самого затылка. От этого прическа становилась похожа на гребень, что женщине очень шло.

– Амелия, сегодня госпожа Джармуш будет следить за твоим состоянием. Она утвердит твое выздоровление, и ты вернешься к себе, – сказал Вайлар буднично, словно ничего необычного нет в том, что на его постели одна из заключенных! И по имени меня назвал, значит, скрывать ему от нее нечего.

Стыд залил щеки.

Женщина хмуро посмотрела на начальника, очевидно проверяя, можно ли поставить меня на место. Вайлар выглядел… странно. Он был хмур, как северное небо, но молчал.

Помощница вздохнула.

– Фати, ты ведешь себя, как сопливая малолетка, – раздраженно сказала она, видя, что комендант ее не поддерживает. И двумя быстрыми шагами подошла к моей кровати.

– А вы – как замшелая старуха! – огрызнулась в ответ, отталкивая руку, протянутую к моей шее. – Не трогайте меня! И что это за имя такое: Настурция? Как у старухи!

Я хотела встать с кровати и убежать прочь отсюда, чтобы никогда не видеть больше их обоих. Жаль, что это было невозможно.

Комендант быстро подошел ко мне, заставив лечь обратно. На этот раз на его лице не было льда безразличия. Но был гнев, смешанный с… усталостью?

Женщина же, напротив, вдруг перестала злиться, вопросительно посмотрев на Вайлара. Тот перехватил взгляд и безразлично пожал плечами.

– Да, имя действительно старушечье, – ответила она с полуулыбкой. – Наверно, это потому, что мне четыреста тридцать девять лет.

– Что? – выдохнула я, не веря своим ушам.

– Настурция – вампир, – объяснил комендант.

А я переводила взгляд с него на женщину и обратно, не понимая, как это возможно.

– Вы же… монстры, – выдавила я, глядя теперь только на помощницу. – Вы запрещены законом всех княжеств… И за голову каждого из вас назначена награда!

– Так и есть, – спокойно кивнула она.

– Настя, выйди, пожалуйста, я должен поговорить с Амелией, – попросил комендант. А я впервые услышала из его уст просьбу, а не приказ.

– Да, господин, – поклонилась женщина и пошла к двери.

– Стойте! – окликнула я ее. – Вы не можете быть кровопийцей! У вас глаза не красные! У всех вампиров они…

Настурция улыбнулась во весь рот, и неестественно белые клыки на моих глазах удлинились, превратив лицо женщины в хищную маску. Я потеряла дар речи.

Когда она скрылась за дверью, Вайлар придвинулся ко мне ближе, впрочем, не предпринимая никаких дальнейших шагов.

– Когда возраст вампира приближается к пятистам годам, его глаза чернеют, – объяснил комендант, ожидая, когда же я приду в себя от потрясения.

Я встретила темный, как ночь, взгляд мужчины, и вопрос застрял в горле. Но Вайлар будто видел меня насквозь. Он слегка усмехнулся, и мягкая улыбка осветила красивое лицо. Это так редко бывало!

– Нет, Амелия, я не вампир, не беспокойся.

Я никогда бы не призналась, что эта мысль пришла мне в голову, но после его слов стало ощутимо легче.

– Я хочу, чтоб ты доверяла мне, – неожиданно добавил он. – Поэтому ты узнала о Настурции. Но помни, что никто больше не должен об этом догадаться.

Тон Вайлара был предельно серьезен. И я могла понять почему. Мне было неясно другое:

– Зачем?.. Она же убийца!

Вайлар удивленно приподнял бровь.

– Ты замечала за ней кровожадность? Жестокость? Желание убивать?

Я задумалась. Честно говоря, помощница коменданта была не слишком мягкой женщиной. Строгая, властная, сильная. Какой и должна быть правая рука коменданта тюрьмы. Но я никогда даже шутки ради не смогла бы предположить, что она – монстр, питающийся человеческой кровью.

– Нет, – покачала головой.

– Так почему же я должен относиться к ней, как к чудовищу, только за то, что однажды она имела несчастье быть укушенной другим вампиром?

Я смотрела в темные глаза напротив, неожиданно осознав, что впервые комендант тюрьмы разговаривает со мной, своей заключенной, как с равной. Как с другом… Это было странное и приятное ощущение.

– Но она пьет кровь, – ответила я неуверенно.

– Только кровь животных, – ответил мужчина. – Я запрещаю ей иные… блюда.

На последнем слове он многозначительно улыбнулся. Улыбка оказалась заразной.

– Хорошо, – кивнула я. – Раз так, от меня никто не узнает о природе госпожи Джармуш. Я обещаю. Но зачем вы вообще рассказали мне о ней?

– Я же сказал, – он взял мою ладонь в свою руку, обжигая серебром глаз, – я хочу, чтобы ты доверяла мне.

– Зачем? – Мне нужно было это спросить. Нужно было расставить все точки. – Зачем вам, главе крепости, коменданту тюрьмы, Первому ловчему княжества доверие преступницы? Убийцы…

Последнее слово вышло сиплым. Голос сорвался, горло сдавило. Обида за незаслуженное наказание все еще душила меня.

Вайлар молча приподнял мое лицо, взявшись за подбородок, и заглянул словно за черту глаз. Глубоко-глубоко внутрь.

– А разве ты – убийца? – спросил он тихо.

– Нет, – ответила я, сдерживая всхлип. Мне так хотелось, чтобы он поверил.

– Я никогда и не считал тебя таковой, – сказал он. – В твоем личном деле слишком много подозрительного, Амелия Фати. Отчим подставил тебя, да?

Старые воспоминания нахлынули с новой силой. Я больше не была той неуверенной в себе запуганной девчонкой, которая не могла и слова сказать в свою защиту.

И я все рассказала ему. Вайлар молча слушал, не прерывая и не останавливая. По его темнеющим глазам я понимала, что он первый, кто поверил мне, а не уликам и словам свидетелей. А история моя была и банальна, и невероятна одновременно.

Однажды ночью за пару дней до моего совершеннолетия в мои покои зашел отчим. Я спала на своей постели, не предполагая, что может произойти беда. По какой-то непонятной мне причине, мой дражайший родственник решил меня убить, свалив вину на слуг.

Когда он начал меня душить, я сумела вырваться. Ударила его по голове канделябром и сбежала вниз. Где меня поймали подкупленные слуги.

На следующий день я уже сидела в остроге по обвинению в покушении на «немощного старика», неспособного дать отпор молодой преступнице. Слуги дали ложные показания, а разбитая голова отчима послужила уликой. На мне же не было ни следа нападения. Кроме того, княжеская служба моего родственника оказалась ему весьма кстати: дело мгновенно решили в его пользу.

– Ты принадлежишь к древнему роду, не так ли? Фати – очень старая фамилия, – задумчиво произнес Вайлар, выслушав меня.

– Да, но наш род обеднел еще несколько столетий назад. Особняк и голая, неплодородная земля – вот и все, что осталось. А все деньги, которые у нас есть, приносила служба отчима.

– И ты, конечно же, даже не предполагаешь, почему вдруг отчиму вздумалось тебя убивать? – спросил Вайлар.

– Честно говоря, нет. Деньги тут ни при чем. Все мое наследство, которое я должна была получить, не стоит и десятой части его состояния.

Я задумчиво развела руками. Да, отчим никогда особенно меня не любил. Но мне бы и в голову не пришло, что он решит убить. Хорошо, что его предательство больше не ранит мое сердце. Я вообще последнее время испытываю слишком мало эмоций по отношению к своей прошлой жизни.

– Я боюсь, что тебе не все известно, – покачал головой Вайлар. – Но я все разузнаю, и, думаю, эту партию ты сможешь переиграть, Амелия Фати.

– Что вы имеете в виду? – нахмурилась я, не понимая.

– У меня есть определенные рычаги давления, – с легкой улыбкой ответил мужчина. – Думаю, мы сможем доказать твою невиновность.

Сердце пропустило удар. Неужели это возможно?

– Почему вы мне верите? – вдруг спросила я, осторожно заглядывая в загадочную тьму его глаз.

– Потому что так должно быть, – тихо ответил Вайлар, неожиданно склоняясь ко мне. Его руки легли по обеим сторонам от подушки, словно захватывая меня в кольцо. Лицо опустилось к моему, и он прошептал в самые губы: – И ты должна верить мне…

Я вздрогнула, положив руки ему на грудь, желая оттолкнуть этого мужчину, пока желание вновь не уволокло меня в бездну. Но он пересилил неуверенное сопротивление и осторожно коснулся меня тонким, как лепестки тиаре, поцелуем. Он был настолько нежен и ласков, щекоча трепетными движениями языка, бережно захватывая в плен мои губы, что очень быстро я перестала сопротивляться, полностью отдаваясь моменту. Однако из последних сил я собрала рассыпавшиеся осколки разума воедино и прошептала:

– Нет, я не хочу…

– Хочешь, – ответил он так же шепотом, оторвавшись от меня. А я еле сдержала стон разочарования. – Я скоро вернусь.

И исчез в черном вихре, оставив на моих губах обжигающий привкус поцелуя.

Настурция Джармуш заняла его место у кровати. Это соседство нравилось мне куда меньше. Она не прикасалась ко мне и вообще большую часть времени молчала, изредка кидая любопытные взгляды.

– Вам хочется есть? – вдруг спросила я, а женщина остолбенела от такого вопроса, чтобы через мгновение заливисто рассмеяться.

– Да, Амелия, очень, – ответила она, доверительно наклоняясь ко мне.

Возникло непреодолимое желание убежать. Но не станет же она меня есть прямо здесь? В спальне босса?

– Но я предпочитаю кровь мужчин…

Немного отлегло. Хотя я вдруг поняла, что совсем не боюсь. Несмотря на все страшные истории, что были мне известны об упырях, Настурция не пугала. Напротив – вызвала живой интерес.

– И как часто… вы их предпочитаете? – непринужденно поинтересовалась я.

– К сожалению, не так часто, как хотелось бы, – сказала госпожа Джармуш, поведя плечами. – Комендант в этом плане строг. А ведь я умею делать это, не убивая жертву. Мне достаточно нескольких глотков. И даже ран после меня не остается.

Она наклонилась поближе, глядя прямо мне в глаза. И внезапно ее темный взгляд полыхнул алым. Словно кровь налилась в радужки, поглотив даже зрачок. Но всего на мгновение, и снова все вернулось на свои места. А я поняла, что женщина просто играет со мной.

– Хочешь продемонстрирую? – тихо спросила она, продолжая роль страшной вампирши. А я совсем не боялась. Кто бы мог подумать?

– Вы же любите мужчин, разве нет? – спокойно переспросила я.

– Да, – Настурция откинулась назад, видя, что на меня не действует ее спектакль. – Когда пьешь кровь женщины, самой себе кажешься любительницей собственного пола. Это немного неприятно.

– Тяжко у вас с пропитанием, – сочувственно покачала головой я.

Настурция вдруг улыбнулась.

– Теперь да. А раньше мои мужчины сами предлагали свою кровь.

– Сами? – удивилась я.

– Сами, – подтвердила она.

– Но зачем?

– А ты разве не сделала бы все возможное ради человека, которого любишь? Или думаешь, что любишь? – спросила она, не глядя на меня.

А я не знала, что ответить. Десяток минут назад в моей жизни появился вампир, монстр. И теперь я начинала понимать, что он мало чем отличается от людей. Это было странно.

– Можешь не отвечать. Кстати, яд почти полностью вышел, – сказала она вдруг, глубоко втянув воздух. – Ты можешь собираться, я верну тебя в камеру.

– Нашли того, кто пытался меня отравить? – спросила я в ответ.

– К сожалению, нет, и яд все еще не могут идентифицировать наши лекари, – женщина хмуро покачала головой. – Очень малое количество было использовано.

– Значит, средство было сильное… – задумчиво сказала я. – И больше никто не отравился?

– Нет, – покачала головой она. Нам обеим стало ясно, что целью отравления была именно я. – Но Таркон найдет крысу, можешь быть уверена. От первого мага княжества не укроется банальный убийца.

Я пожала плечами.

– А почему первый маг княжества избрал себе участь надзирателя тюрьмы? – спросила я, не заметив, как простой разговор стал походить на дружеский.

Настурция глубоко вздохнула, словно думая, что ответить.

– Эта тюрьма – граница между миром людей и миром монстров. И, если она исчезнет, рано или поздно вслед за ней исчезнет либо первый мир, либо второй… – осторожно ответила она.

– Но ведь если исчезнут монстры, станет только лучше? – не поняла я.

Глаза Настурции опасно блеснули.

– Я понимаю, что эта мысль нова для тебя, Амелия. И надеюсь, что Таркон не ошибся, рассказав больше, чем нужно. Но сегодня ты должна была понять, что не все монстры – действительно монстры.

Я взглянула на помощницу коменданта и поняла, что она говорит про себя.

– Значит, есть и другие… разумные… – проговорила я. А женщина ничего не ответила, предпочитая, чтобы эта мысль сама уложилась у меня в голове. Без посторонней помощи.

А ведь именно об этом мне говорил странный мужчина в лесу. Перед тем, как напали гидры.

– Вот и Арабис сказал то же самое, – прошептала я.

– Кто? – хмуро спросила она.

И я рассказала все, что случилось в Мертвых топях.

– Почему ты не рассказала раньше? – задала вопрос Настурция, снова становясь похожей на одного из надзирателей тюрьмы.

– Не знаю. Не успела…

Женщина поднялась с кровати, намереваясь уйти.

– Вернешься к себе сама. Тебе с некоторых пор дали много свободы, вот и воспользуешься привилегией. Прогуляешься.

– А что случилось? – не поняла я вдруг переменившегося настроения женщины.

Она остановилась у дверей, нехотя бросив:

– То, что ты рассказала, означает одно: монстры Топей перестали быть дикими. Случилось то, чего мы опасались, – появился предводитель. Будем надеяться, что он всего один и не планирует массовое нападение. Хотя я в этом сомневаюсь.

И она ушла, хлопнув дверью.

А я тихонько оделась в черную робу, которая, кстати, нравилась мне значительно больше прежней, и вышла из спальни.

Долго блуждала по лестницам и этажам, пока не вышла наконец на крепостной двор. Он был пуст, время прогулки еще не наступило. Полуденное солнце рассыпало желтые лучи по стенам Чертога, и те послушно впитывались в темный камень, оставляя после себя обжигающее тепло.

Рядом с одной из башен я встретила Лота. Он тоже наслаждался новой свободой перемещения, тренируя возросшие магические навыки. Лот был по пояс обнажен, и грудь его блестела от пота. Он явно старался на совесть.

– Привет, – помахал он мне обрадованно.

– Привет, Лот, – кивнула я.

– Как ты? Я так испугался там, в столовой. Думал, конец…

– Все хорошо, – поспешила ответить я. – Яд вышел из тела. А ты, я смотрю, время зря не теряешь?

Его светлые волосы рассыпались по плечам и тоже слегка взмокли.

– Я и так потерял его уже слишком много, – ответил он. – Ты открыла мне целый мир.

– Брось, я ничего не сделала, – я махнула рукой.

– Ты можешь думать, как хочешь, – покачал головой Лот, – но я-то помню, как у меня внутри что-то оборвалась, когда… ты поцеловала меня.

Его голос стал хриплым, когда он подошел ближе и осторожно коснулся ладонью моей щеки. Светлые глаза ярко блеснули.

– Я так и не поблагодарил тебя, – прошептал он вдруг, наклоняясь к моим губам.

– Лот, что ты делаешь? – Я отошла на шаг назад. – Тебе не за что меня благодарить.

В этот момент сбоку раздался голос помощницы коменданта. Оказывается, она все это время стояла неподалеку.

– Его Высокоблагородие сообщил, что сегодня вечером состоится важное событие. Оно планируется на всю ночь, – женщина рассказывала безразличным стальным голосом, к которому мы уже привыкли. Но при этом взгляд ее остановился на моем товарище. Она не сводила с него глаз, изредка рассматривая с каким-то странным любопытством. – Вы, как члены группы «костей», будете присутствовать в качестве охраны и демонстрации будущих потенциальных Черных ловчих княжества. Как только солнце пересечет башню Сокола, – Настурция показала на один из дальних низких шпилей замка, – явиться к воротам замка. Построение в ленту. Когда створки откроются – склонить головы в поклоне. Дальше будете проинструктированы отдельно. Это ясно?

– Да, госпожа Джармуш, – ответили мы хором.

– А разрешите вопрос, – добавил Лот. И, когда женщина кивнула, спросил: – Кто приедет в Чертог?

– Господарь со свитой, – ответила Настурция.

И, развернувшись, ушла, чеканным шагом ступая по мостовой.

– Вот это женщина, – пробормотал Лот, а я не поверила своим ушам. Впрочем, тут же ответила:

– Ты лучше с ней не связывайся…

– Ревнуешь? – улыбнулся он.

– Что? – открыла рот от изумления. – Да хоть женись на ней, мне-то что?

– Да ладно, я пошутил, – махнул он рукой. – Слышала, что делается-то? Сам господарь приедет. Что он забыл в тюрьме?

– Не знаю, Лот, но мне это не нравится.

– Да, с твоей везучестью приключений лучше избегать, я согласен.

Лот похлопал меня по плечу, а я скривилась. И ведь правду говорит! Я здесь еще и месяца не провела, а со мной уже столько всего произошло.

Минуло нескольких часов, как мы все, весь отряд «костей», уже стояли в одну линию возле входа в крепость. Вайлар стоял напротив, переговариваясь о чем-то с помощницей. Он снова совершенно не обращал на меня внимания, а я не могла отвести от него взгляда. Он был так красив в замшевых брюках и темно-лиловой рубашке, поверх которой был повязан легкий черный плащ с серебряными вставками.

Проклятый мужчина моей мечты!..

Время пришло, и створки ворот отворились, пропуская внутрь высокого узкоплечего Великого князя, в несколько пыльном дорожном одеянии. За ним шли придворные, вымотанные, как после бега через Мертвые топи. Их было не так много, от силы человек двадцать. И около десяти охранников.

«Дворцовая свита намного больше, – подумала я. – Значит визит неофициальный… И что они здесь забыли?»

«Кости» дружно склонили головы.

– Приветствую моего господаря, – поклонился Вайлар. Рядом в поклоне склонилась Настурция.

– Брось свои приветствия, – ответил мужчина, что шел впереди всех. – Я устал с дороги.

– Ваши покои готовы, свита также будет размещена со всеми удобствами, – ответила помощница коменданта, все еще не поднимая головы. – В приемном зале вас и ваших людей ожидает ужин.

Мужчина, перед которым мы все не разгибали спин, всплеснул руками.

– Вайлар, ты опять подготовил торжественный прием? Я же просил не делать этого!

Он подал знак поднять головы, затем повернулся к нам и повторил знак.

– Хочешь показать мне своих птенцов? – Бледные глаза князя с долей любопытства проскользнули по нам. – Ладно. Но сперва – ванна!

И он быстро зашагал к башне.

Настурция махнула нам идти за ней. Через несколько десятков минут мы ожидали господаря в обширной зале, украшенной сотнями свечей. Не магических, настоящих! Оказалось, князь не только не обладал магией, но и ненавидел ее всем сердцем. Вдоль стен расположились длинные столы, уставленные яствами, вкус которых был слишком далек от тюремной пищи. Голод скрутил живот.

«Кости» стояли чуть в стороне на высоком помосте. Прямо за широкой спиной коменданта Чертога Ночи. Мы были диковинкой этой тюрьмы, заключенными, обучаемыми для защиты государства. Магами, готовыми к охоте на монстров всех мастей. Ну, по крайней мере большинство из нас. Мы были лицом этого места. А Вайлар был его сердцем. Таким же мрачным и опасно-притягательным, как сами стены многовековой крепости.

Глава 19. Бал

Его Светлейшество господарь Великого княжества Златоцветного устало махал перед лицом коменданта крепости то белым платком, то августейшей рукой, затянутой в шелк перчатки, то вообще креветкой, нанизанной на двузубую вилку. Князь Исидор Вальдошьяр явно пытался что-то доказать своему оппоненту. Я осторожно сделала шажок в их сторону и незаметно пригрела ушко к чужому разговору.

– Мой повелитель, эта ночь бывает раз в году, ее просто нельзя не отпраздновать, – увещевал Вайлар, слегка склонившись к чуть более низкому князю.

– А то я не в курсе, Таркон! – возмутился правитель. – Я каждый год приезжаю к тебе в ночь Кровавой луны, несмотря на протесты Лилон. А как она упрашивает меня взять ее с собой! Ты бы слышал!

Князь удрученно покачал головой. Насколько мне известно, именем Лилон звали Великую княгиню.

– Ну и взяли бы, Ваше Светлейшество.

– Ты смеешься? – воскликнул правитель возмущенно.

– Поверьте, я нашел бы чем занять княгиню в ваше отсутствие.

Господарь окинул коменданта недовольным взглядом, но промолчал.

– И все равно, в этом году никаких гуляний. Со мной всего двадцать дворян, и среди них восемь дам. Мы умрем со скуки.

– А что, если мы организуем маскарад, и никто не будет знать, кто с кем танцует? – предложил глава крепости.

– Фи, как избито! Скучно, Таркон, скучно!

– А что, если я не только изменю вашу внешность, но и на одну ночь сделаю вас магом? – заговорщически предложил комендант.

– Но как это возможно?

– В эту ночь возможно все, Ваше Светлейшество, – ответил Вайлар и улыбнулся.

И в этот момент в конце зала появилась госпожа Джармуш. На ней было совершенно обворожительное платье с глубоким вырезом, а прическа уложена в романтичные завитки. И когда только успела?

Губы горели алым, благородная бледность придавала изящества, а подкрашенные сурьмой глаза – таинственности. Князь многозначительно посмотрел на даму и потерял нить разговора. Я могла его понять. Ведь теперь я знала один из источников этой красоты.

– И Настурция не будет знать, с кем разговаривает, когда я наложу личины. Никто не догадается, кто вы. А вы ненавязчиво сможете узнать, что о вас думают, – тихо проговорил Вайлар.

– И я смогу колдовать? – К князю вернулся дар речи.

– Самые простые заклинания: зажечь огонь, ветром задрать даме юбку, вызвать желание…

– Как? – резко спросил князь, а я не поверила своим ушам. У него ведь есть жена! Да и вообще, он же правитель!

Вайлар улыбнулся, тихо проговорив:

– В вашем случае просто чистая сила в область нижней части живота или в крестец.

Я вздрогнула. Так просто? И со мной он тоже это проворачивал? Хотя… я бы почувствовала флер тиаре. Но спросить при случае нужно будет. Может, Изарель была права, и все мое наваждение, желание, страсть – лишь плод магии?

Князь кивнул, и Вайлар хлопнул в ладоши. Тут же маленький оркестр в углу, которого я прежде не замечала, заиграл тихую мелодию. А комендант начал говорить:

– Во имя Кровавой луны и Проклятых богов празднуйте эту ночь, дети Светлых! Сегодня вы станете теми, кем никогда не могли бы быть. Пусть вино из вереска и ягод смоет ваши воспоминания, подарив новые. И даже имена ваши пусть унесет весенним ураганом!

Это явно была какая-то привычная формула. Но внезапно в зале поднялся ветер, туман окутал людей, а когда все вернулось на свои места, гости стали другими. Они стояли не там, где были секунду назад. И выглядели иначе. Даже сам Вайлар исчез. Только команда «костей» была вполне узнаваема в темных одеждах. Правда теперь на парнях были костюмы, а на девушках – строгие черные платья, украшенные вышивкой из серебра. Я прикоснулась к ткани и поняла: на самом деле ее нет. Это лишь видимость, обман. На ощупь – все та же роба.

Наши лица не изменились. В отличие от остальных.

Более того, в зале внезапно словно стало больше народу!

– Кто все эти люди? – спросила я у Лота.

– Приглядись внимательнее. Это иллюзии.

– Не может быть! – Я напрягла глаза и ахнула. Фигуры в платьях были наполовину прозрачны. Только реальные гости, полностью изменившие внешний вид, оставались настоящими. – А что за ночь Кровавой луны?

– Это старый языческий праздник почитателей Проклятых богов. Ты слышала легенду о Проклятых богах? – спросил Лот. Я молча кивнула.

– Ну вот, как ты знаешь, Светлые боги разделили Громтуманного Мужа и Яросветную Деву, навсегда заточив в человеческих телах, – напомнил парень. – И в ночь, когда Дева ударила себя ножом, чтобы выпустить магию и вернуть Мужа, ее кровь окрасила луну. И теперь каждый год двадцатого числа древосока луна меняет цвет на алый. А вся магия мира усиливается до предела.

– Почему я никогда не слышала о таком празднике?

– Потому что жрецы Светлых богов его отрицают, – пожал плечами Лот.

– А ты почему в курсе? – приподняла я бровь.

Парень загадочно улыбнулся.

– Я вообще много чего знаю.

И игриво подмигнул. Последнее время он стал гораздо более уверен в себе, и меня это радовало.

– Интересно, почему наши лица не изменились? – рассуждала я.

И тут на мой вопрос неожиданно ответила Шейна, стоявшая чуть позади:

– Потому что мы – преступники. Отбросы общества. И мы не можем принимать участия в празднике.

В ее голосе впервые преобладал не гнев, а обида. Похоже, ей очень хотелось быть сейчас среди гостей, в красивом платье… Может быть, даже рядом с Вайларом…

Я лично почувствовала радость от того, что ей это никогда не удастся.

– Мы можем только стоять здесь, как статуи, – добавила она с горечью.

И вдруг большинство свечей в зале погасло, оставив где-то под потолком несколько несчастных огненных точек. Люди разом ахнули. Но оркестр продолжил играть медленную приятную мелодию, и никто не возражал. Тени иллюзий мелькали между настоящих гостей, создавая некие полупрозрачные ширмы. В совокупности с мраком, опустившимся на зал, это создавало впечатление полной изолированности. Люди не видели друг друга, если не подходили на расстояние вытянутой руки.

– Я спущусь в зал, – прошептала я Лоту.

– Что? Стой здесь! Тебя накажут! А если ты наткнешься на господаря? – Мой друг был в ужасе. – Ты не просто попадешь в эргастул. Тебя казнят!

– Да брось, здесь же ничего не видно, – махнула я ему рукой и тихонько спустилась вниз с постамента.

Хватит быть трусихой. Я и так в тюрьме, чего мне еще страшиться? Смерти? Да уж, это действительно последняя грань, которая мне осталась. И я не собираюсь бояться еще и ее!

Я осторожно продвигалась между иллюзиями к дальней стене. Там на столиках вдоль окна стояли бокалы с вином и закуски. Изысканная, вкусная пища! О Солнцеликая, как давно я не питалась нормально! Мне кажется, я даже похудела. А с моим ростом и комплекцией это чревато тем, что на очередной прогулке меня унесет ветром.

Добравшись до вожделенных столов, схватила шпажку с жареной креветкой и с наслаждением положила в рот. Запила бокалом белого вина и откусила половину рулетика из баклажанов.

О Проклятые боги, это стоило того, чтобы рискнуть!

Еще некоторое время я ела все, до чего дотягивалась рука, пока наконец не вздохнула свободней, почувствовав отступивший голод. Вино самую малость вскружило голову, добавив легкости, и, в целом, я начала чувствовать себя прекрасно.

«Вот теперь пусть хоть убивают меня. На сытый желудок не страшно», – подумала и тут же услышала голос за спиной:

– Интересно у вас проходит заключение в самой опасной тюрьме княжества.

Резко развернулась и столкнулась взглядом с высоким мужчиной в странной охотничьей одежде. Кожаную куртку перехватывал пояс с тиснением в виде головы дракона, из сапогов торчали кинжалы. Дыхание привычно перехватило, так, будто передо мной комендант крепости. Они и ростом были одинаковы, и фигурой. Только лицо мужчины передо мной сияло бледностью, глаза были изумрудно-зелеными, и пушистым цветом росла борода, заплетенная на северный манер.

Я глубоко вздохнула, не в силах сдержать дрожь. Хвоя и дикий мед окутали меня чарующим ароматом.

– Добрый вечер, Ваше Высокоблагородие, – поклонилась я, как принято в благородных домах, а вовсе не так, как требует устав тюрьмы. – Прошу простить мою дерзость. Вы вправе наказать меня.

Вайлар махнул рукой вдоль лица, и иллюзия исчезла молочной дымкой. Передо мной стоял прежний комендант Чертога. Только одежда оставалась все такой же странной.

– Я обязательно накажу тебя, – пообещал мужчина и улыбнулся уголками губ. – Только не так, как ты думаешь.

– Что на вас за костюм? – спросила я, переводя тему, пока жар, окрасивший щеки, не перекинулся куда-нибудь еще.

– Это костюм охотника за драконами, – безразлично ответил он. – Таким он когда-то был.

– Откуда вы знаете? – спросила я, с придыханием рассматривая оружие на ремне, кинжалы и вытравленные на коже крылья. – Драконы вымерли так давно…

– Мой род ведет свое начало от охотника, – безразлично ответил Вайлар. Но что-то на его лице подсказывало мне, что этот разговор ему не нравится.

– Это так интересно, – несмотря ни на что ответила я. Мужчина бросил на меня прохладный взгляд и продолжил:

– Пару веков назад первый мужчина в нашем роду убил дракона. Короля драконов. И за этот подвиг господарь подарил ему титул, земли и дворянство. Фамилия Таркон переводится, как «убийца драконов».

– С какого языка? – поинтересовалась я и снова получила в ответ недовольный взгляд.

– С драконьего.

– Это удивительно! – не смогла я скрыть восхищения. – Ваш предок – великий воин.

Вайлар покачал головой. Ну как я умудряюсь постоянно говорить не то, что нужно?

– Нет подвига в убийстве, Амелия. И давай не будем об этом. Лучше потанцуй со мной.

Вот и он явно считает, что убийство драконов – не больше, чем убийство. Как и рассказывал Лот. Неужели это правда, и крылатые монстры из страшных сказок лишь вымысел?

Мужчина протянул мне руку, обжигая взглядом. Я огляделась по сторонам: почти полный мрак и иллюзорные фигуры скрывали нас от зала. Никто ничего не увидит.

Я опустила голову, не решаясь принять предложение. Все это было неправильно и не нравилось мне.

Но Вайлар не дал мне времени на отказ. Он легко подхватил меня за талию, прижав к себе. Пальцы левой руки легли в его ладонь, и он медленно закружил меня под тягучую музыку поющей скрипки.

– Значит, вы тоже считаете, что драконы были разумны, как люди? – спросила я, находясь так близко к нему, что могла чувствовать кожей каждую перемену его эмоций.

И сейчас его взгляд, направленный на меня, стал странно задумчив.

– Ты знаешь, откуда взялись драконы? – спросил он вдруг.

– Нет, – ответила и поняла, что ни один миф, ни одна легенда не говорят об этом.

– Я рассказывал тебе о Проклятых богах. Ты помнишь?

– Конечно. Вы еще не пожелали говорить мне, что стало с Яросветной Девой, – с легкой обидой ответила я.

Уголки губ мужчины приподнялись.

– Когда богиня отдала свою кровь, чтобы наделить мир магией, она почти умерла. Но Громтуманный Муж на другом конце земли сразу же почувствовал, что возможность колдовать вернулась к нему. Теперь он мог брать силу не из самого себя, а вокруг. С помощью этой магии он сломал печать Светлых богов, которая удерживала его божественность, и мгновенно перенесся к своей возлюбленной, вылечив ее рану.