Читать книгу "Баллада о королеве драконов"

Глава 22. Похищение

Когда я открыла глаза, рядом со мной уже никого не было. Мрачно потянулась, проведя рукой по мягкой пустой шкуре рядом, и глубоко вздохнула.

Ушел. Без разговоров, объятий и прочей чепухи, которой моему глупому сердцу так не хватало.

– И на что я рассчитывала? – спросила в пустоту шатра и услышала в ответ:

– А на что ты рассчитывала? – И со спины меня взяли в плен сильные теплые руки, укутав туманом лесной хвои и дикого меда.

Я повернула голову и улыбнулась. Это было слишком невероятно. Слишком приятно. Вот он, рядом со мной, мужчина моей мечты. И его лицо больше не скрывает ледяная маска, а в серебряных глазах светится улыбка.

– Я боялась… Не важно. А что это так вкусно пахнет?

– Завтрак для элитной заключенной Чертога Ночи и по совместительству – возлюбленной его главы.

Вайлар поставил передо мной поднос. Поджаренные хлебцы с креветками и чесночным маслом, помидоры, запеченные в травах, сыр, сок, чайник с настоем марьян-травы, которая так бодрит по утрам. Но поразили меня вовсе не чудесные блюда, столь невероятные в охотничьем походе, а всего одно слово:

– Возлюбленная?

Я посмотрела на своего тюремщика и искусителя, встретившись с теплым взглядом вечернего мрака. Вайлар сел рядом, облокотившись на руку. Он был по пояс обнажен, и я могла наслаждаться рельефом его напряженных мышц, бархатом загорелой кожи, небольшими завитками растительности на груди. И длинной полосой шрама от плеча до живота.

– Тебе не нравится? – немного самоуверенно спросил он, приподняв бровь.

Я покачала головой.

– Просто это так… неожиданно, – ответила я, опустив голову.

Пожалуй, я действительно слегка стеснялась. Мне еще не было и двадцати лет, а я уже успела попасть в тюрьму, из которой не выходят на свободу, влюбиться во вполне взрослого, зрелого мужчину, коменданта этой тюрьмы, и даже отдать ему свою невинность. Да, мне было слегка неловко, и я не знала, как вести себя дальше.

– Не думай ни о чем, – прошептал он, словно чувствуя мое смятение. – Со временем все придет само…

И мягко обнял, положив мою голову на свое плечо. Было так тепло и уютно в крепких сильных объятьях, что хотелось верить во все, что бы он ни говорил.

И тут перед моим лицом снова всплыл образ Шейны. Я много думала с тех пор, как на меня произошло аж целых три нападения с попыткой убийства. Самое первое, конечно, было самым странным. Но вот второе, когда меня пытались отравить, все четче и детальней прорисовывалось перед глазами: сперва комендант наказывает Шейну за нападение на меня в Мертвых топях, а затем я оказываюсь отравлена редким органическим ядом.

– Вайлар, – позвала я и услышала в ответ тихое грудное:

– Мм? – Мужчина задумчиво перебирал мои волосы, а я млела от удовольствия. Как было бы здорово, если бы это мгновение продолжалось вечно!

– А не могла я быть отравлена ядом тех самых пятнистых лягушек, что выскочили перед гидрами в тот день?

Рука мужчины застыла.

– Могла, – низким голосом ответил он.

– Значит, – продолжала я свою мысль, – с большой долей вероятности можно говорить, что отравил меня кто-то, кто был с нами в Топях?

Вайлар секунду молчал.

– Кого ты подозреваешь?

Сейчас я либо промолчу, боясь, что ошиблась, либо закопаю собственными руками девушку, которая может быть невиновна.

– Шейну Валори, – ответила я, приняв решение. – Именно она в тот день обратила внимание, что я взяла в руки ядовитую лягушку.

– Понятно, – низко рыкнув, ответил мужчина и резко встал. Секунда – и на его плечах уже черная рубашка. Другая – пояс с тиснеными драконьими крыльями вдет в штаны. Тот самый пояс, что так понравился мне на приеме господаря.

– Куда ты? Вдруг я ошиблась? – забеспокоилась я.

– Не бойся, – спокойно сказал он уже на выходе, – я все проверю. Не выходи из палатки.

И я осталась одна. Проклятье. Зачем сказала? Могли еще посидеть немного вместе…

Я доела завтрак и поняла, что скучаю. Как быстро я привыкла к теплу и ощущению уверенности, что появлялись каждый раз, стоило ему обнять меня!

Взяв себя в руки, я встала и решила осмотреться. Выходить за пределы палатки мне не особенно хотелось, учитывая, что мы находимся в Мертвых топях. Да, когда-то я планировала стать Черной ловчей. Да, я не должна бояться тварей леса. Но раз появился другой шанс на спасение, зачем снова рисковать собой?..

Осматривать здесь было совершенно нечего. Поэтому очень скоро я стала подбираться ближе к выходу, намереваясь высунуть наружу для начала хотя бы нос. Погоду проверить, например.

Но скоро у меня появился совершенно определенный повод, чтобы выйти: полог палатки отогнулся, и внутрь заглянула темная головка Эмиры. Безразличные глаза окинули меня прохладным величием сквозь тонкие стекла очков, и девушка бросила:

– Его Высокоблагородие зовет тебя. Пошли.

И презрительно отвернулась. Но голову не убрала.

– Куда? – спросила я.

Голова снова повернулась, и девушка недовольно ответила:

– К себе, очевидно! Пошли, я провожу.

Пришлось выходить. Солнце светило высоко и ярко, но сквозь густые кроны пробивалось мало. Однако и этого хватало, чтобы здесь стоял белый день. Никого из «костей» видно не было, но в воздухе висел сильный остаточный флер. Вероятно, заклятия невидимости.

Эмира молча пошла вперед, не глядя на меня.

Мы прошли шагов тридцать, петляя между деревьями, впереди забрезжило тиаре защитного контура. Сквозь него твари Топей не могли пробраться. И я уже начала испытывать некоторые опасения, как Эмира остановилась. Ну что ж, по крайней мере за пределы нашего лагеря она меня выводить не собирается. Значит, все в порядке. Здесь ни один монстр не достанет меня. Зря я беспокоилась.

Девушка развернулась и, поправив очки, бросила:

– Пришли.

Она была почти такой же невысокой, как я, немного пухлой и белокожей. Большие очки и коса за спиной придавали ей вид семинаристки-заучки. Или синего чулка. Но не мне судить о внешности. Сама я долгое время выглядела как облезлый котенок в старом мешке. Все мои вещи были на несколько размеров больше и очень старые. Одежда нашей кухарки – это все, что мне позволили взять из дома, когда отчим меня подставил.

– Куда пришли? Здесь нет никого, – ответила я, оглядываясь.

В этот момент над Эмирой одновременно вспыхнули две печати. Как я сразу не заметила, что она их готовила?

Ответ был прост: она их не готовила. Четвертый уровень и навыки ловчей позволяли ей рисовать и активировать некоторые печати почти мгновенно.

Звуки Мертвых топей стихли, словно на меня надели ватные наушники. А затем мерцающий полупрозрачный купол отделил нас обеих от окружающего леса.

– Вуаль невидимости и тишины, – прокомментировала Эмира, видя мой удивленный взгляд.

– Зачем? – нахмурилась я. И вот теперь подозрения с удвоенной силой начали терзать меня. Но только что толку? Уже было поздно.

– Чтобы нас не видели и не слышали, глупая гусыня, – усмехнулась Эмира.

– Какой очаровательный сленг, – пробурчала я, сложив руки на груди и ожидая развязки, – дай угадаю: ты – дочь поварихи?

Ухмылка мгновенно слетела с надменного лица.

– Правильно я все сделала. Такие, как ты, не должны порочить имя Черных ловчих.

– О чем ты говоришь? – прищурилась я, осененная внезапной догадкой. – Где комендант?

– В Чертоге, – припечатала она, злобно оскалившись. Вот уж никогда не подумала бы, что на этом простоватом лице может появиться такое звериное выражение. – Он слегка занят…

– И пока его нет, ты решила меня убить?

– Долго ты соображала, – прошипела Эмира, глянув себе под ноги, а затем приближаясь ко мне.

Я проследила за ее взглядом и поняла: земля возле защитного контура медленно превращается в болото, словно наливаясь водой.

– Но зачем ты все это задумала? – не понимала я.

– Потому что он с тобой, – выплюнула с ненавистью она.

И мои глаза широко раскрылись.

– Он? Вайлар? – не поверила я своим ушам.

– Не смей произносить его имя, – процедила она сквозь зубы. – Хотя бы при мне.

Маленькие блеклые глаза за очками сузились от отвращения.

– Ты влюблена в коменданта? – все еще не понимала я.

Эмира отвернулась, словно не желая больше глядеть на меня.

– Это не твое дело. Такая, как ты, не достойна нашего командира.

– Надзирателя, ты хотела сказать. И что же во мне не так? Шейна кажется тебе более удачной партией для твоего возлюбленного? – Я вдруг начала заводиться.

Маленькие глаза Эмиры ядовито блеснули.

– Ты – выскочка. Серая мышь, которая возомнила себя магичкой. Шейна, по крайней мере, красивая. Она – княжеская дочь. Ее я могла бы стерпеть… рядом с ним. Но ты! Это уж слишком.

– Низкая же у тебя самооценка, раз себя в качестве пары ты даже не представляешь, – покачала головой я, решив наконец действовать. Эта девочка явно не просто поболтать меня сюда привела. Я чувствовала опасность ноздрями, она будто разливалась в самом воздухе. Мгновенно связала три одинаковых руна печатей, приготовившись влить тиаре.

Эмира удрученно хмыкнула.

– Я никогда не была красавицей. И знаю это. Знаю себе цену. Он никогда не посмотрит на такую, как я. Но и с такой, как ты, ему не быть.

В этот момент я ударила. Печати загорелись, выпустив три сцепившихся шаровых молнии. Самое сильное заклятье из известных мне. Но совершенно неожиданно Эмира хмыкнула и развеяла их на серебряные искры.

– Ты забыла, что я – маг четвертого уровня? – Она злобно смеялась, не предпринимая никаких действий. – Мне неплохо видны твои печати. А уж энергетические сферы госпожи Джармуш я ни с чем не перепутаю.

О Солнцеликая! Я – полная дура! Эмира – одна из сильнейших магов. И не только в Чертоге, но и во всем княжестве. Четвертый уровень – страшная редкость. И что же делать?..

– Я тебя проверяла, – пробурчала я.

А девушка тем временем сделала еще один шаг в сторону. Вода под ее ногами все прибывала.

– Твоя магия не поможет, – сказала она спокойно.

– Чего же ты хочешь? Почему не убьешь меня прямо сейчас? – спросила я напряженно.

– Я? – переспросила девушка удивленно. – Да ты никак полная идиотка! Зачем мне собственными руками рыть себе могилу? Ты представляешь, что сделает со мной комендант за убийство заключенной? Да еще и своей подстилки…

Я зарычала. Не думала, что умею издавать подобные звуки, но после ее слов мне хотелось собственноручно придушить нахалку.

– Ну-ну, не надо так нервничать, – хохотнула девушка.

И у меня сорвало крышу.

Наверное, та, прежняя Амелия Фати, что позволила упрятать себя за решетку, никогда не оскорбилась бы на эти слова. Но теперь во мне будто вспыхнул огонь. Гордость, человеческая, женская, магическая наконец, не позволяла мне спустить обиду.

Не закрывая глаз, я начала плести руно. Кольцо с вписанными внутрь треугольниками, завитками и странными символами. Все подряд, что всплывало в моей памяти. Все, что я когда-либо видела. А особенно я старалась повторить ту печать, что увидела в свой первый тренировочный бой с Вайларом. Печать земляного змея.

– Ты что творишь? – вдруг нахмурилась Эмира, делая пассы, чтоб развеять мои плетения.

Но я действовала быстро, не обращая на нее внимания. Я не задавалась целью идеально повторить что-то. Я просто рисовала. Вот так вот – без навыков и опыта создавая новое заклятье.

– Нельзя активировать непроверенные… – начала она в ужасе.

Но я не дала закончить. И, пока гадкая девчонка не попортила мое творение, я вдохнула в печать тиаре.

Эмира только и успела, что заслониться щитом, вытаращившись на меня, как на сумасшедшую.

А передо мной земля задрожала, вспучившись вверх, словно диковинный гриб. Темный вихрь поднимался из самых недр почвы, закручивая в спирали траву, кусты и камни. А в самой середине появились глаза. Огромные черные провалы глядели на меня из магического кургана. И в этих глазах читался вопрос. По крайней мере, так показалось мне.

– Убери ее от меня, – ткнула я пальцем в Эмиру, упавшую на свою пятую точку и отползающую назад. Она испуганно бросала в моего земляного монстра нейтрализующие печати, но все они гасли, словно поглощаемые вихрем.

– Что ты натворила? – закричала она, пытаясь взорвать холм с глазами, который начал расти. Вот у него уже появились руки, которые он жадно протягивал к девушке. И черный провал рта.

А я подумала, что сейчас самое время бежать. Чудище занято Эмирой, она – чудищем, а я могу найти хотя бы Лота. Пока мое собственное заклятье не переключилось на меня.

У земляного монстра, к слову, уже образовался рот, а сам он засверкал синими молниями. И под его грозный рык я поползла в сторону.

Но не тут-то было.

– Боюсь, прогулку пора заканчивать, – раздался голос, и прямо передо мной выросла полуголая фигура Арабиса. На его груди зияли прорези жабр, а сам он широко улыбался.

Под моими ногами было болото. То самое, что еще совсем недавно здесь отсутствовало.

– Заканчивать? – пискнула я, и он резко обнял меня, затащив под воду.

Мокрая жижа сомкнулась над головой, дыхание оборвалось, а сознание уплыло под треск разрываемого пространства.

Глава 23. Лагерь нелюдей

Я стояла, согнувшись пополам, и лихорадочно отплевывалась водой. В груди жгло, дыхания не хватало. Когда мое тело понемногу пришло в себя, я распрямилась, увидев перед собой группу людей. Точнее нелюдей.

«Лучше бы я захлебнулась», – проскочила шальная мысль.

Передо мной стояли шесть нелюдей, с любопытством и каким-то ожиданием рассматривая. Арабиса я уже знала. Он сложил руки на голой груди, по которой стекала вода, и улыбался. Рядом с ним была девушка, которую мозг мгновенно вспомнил. На вид – моя ровесница, только глаза на пятнистом, подгнившем лице выглядят намного старше. Темноволосая и бледная, как смерть. Это она пыталась убить меня в мой первый день в тюрьме.

Я отшатнулась назад, впрочем, продолжая осматривать странную группу.

Следующим стоял мужчина. Худой и гибкий, как лиана. Или змея. У него были зеленоватый цвет кожи и красная татуировка на щеке, благодаря которой его лицо приобретало еще более кровожадный вид. Его губы тоже растянулись в полуулыбке, и глаза с вертикальными зрачками совсем не моргали.

– Здравствуй, милая, – протянул он тихо. – Я – Змей.

Я сделала еще шаг назад. Вот уж точно: прозвище подходило ему на все сто процентов. Или это имя?

Следующей стояла женщина. Молодая и красивая, как госпожа Джармуш. И, судя по кровавым глазам, такая же мертвая. Еще одна вампирша.

– Шания, – представилась она, мило улыбнувшись. Белые клыки показались из-под верхней губы.

Интересно, она это специально? Не помню, чтобы помощница коменданта когда-нибудь выглядела вот так. Настурцию нельзя было отличить от человека. А бледная особа передо мной была очевидным монстром.

– Мава, – немного скрипуче представилась следующая женщина. С тинистыми зелеными волосами и излишне морщинистым лицом женщины лет сорока.

– Зачем вы представляетесь ей? – спросила девушка с подгнившей физиономией. – Сегодня она умрет.

Я вздрогнула.

– Закрой рот, Селина, – раздалось рычание одного из мужчин. Он сделал шаг в мою сторону. Обнаженный торс, лишенный растительности, заканчивался легкими замшевыми бриджами. Широкие плечи, красивые руки были увиты канатами небольших, но очень рельефных мышц. Он весь был словно натянутая тетива, без капли мягкости и тяжести. Даже походка его слегка пружинила. – Твоего мнения никто не спрашивал, – он тряхнул серо-стальными волосами, и было в этом жесте что-то дикое. – Меня зовут Астер, – сказал он. – И мне жаль, что нам пришлось похитить тебя.

Селина закатила глаза.

– А я – Тарк, – громыхнул огромный мужчина, выходя из-за спины Астера. Он был, в отличие от товарищей, крайне волосат. Темные завитки покрывали его руки, плечи, спину, живот, ноги и даже кадык. На голове была короткая, но очень пушистая шевелюра.

Тарк в два шага подскочил ко мне, взял мою руку в свои огромные ладони и затряс. Я с ужасом попыталась вырваться, но мужчина этого будто не замечал.

– Рад! Тарк очень рад! – басил он, довольно улыбаясь.

В этот момент к нам подошел Астер и оттеснил своего друга назад. Я неожиданно испытала к нему прилив благодарности.

– Тарк, ты пугаешь ее.

– Я?! – проревел мужчина и тут же изменился в лице. – Я же только!..

– Отойди назад, Тарк, – мягко, но требовательно сказал Астер.

И мужчина, что был в два раза больше его, молча послушался, что-то бубня себе под нос.

– Не бойся, Амелия, – мягко сказал этот парень, очевидно, приняв на себя роль парламентера.

– Кто вы такие и зачем я вам? – задала вопрос, делая еще шаг назад.

– Это долго объяснять, – спокойно ответил Астер. – Тебя никто не тронет.

Селина фыркнула. Мужчина бросил на нее гневный взгляд.

– Пойдем, я покажу тебе комнату.

– Какую комнату? – прищурилась я. – Я здесь не останусь.

И, отшатнувшись, быстро сплела в воздухе свое последнее творение, которое всего десять минут назад спасло меня от Эмиры.

Но наполнить его силой, к сожалению, не успела. Возникло движение, которого я даже не успела заметить, и вампирша оказалась рядом. Она схватила меня за шею, заставив замереть неподвижно. А полупрозрачная печать неожиданно сама рассыпалась.

– Она колдует, – бросила Шания, ощерив клыки.

Тогда, выдавив злобный смешок, ко мне подошла Селина. От нее пахло смертью.

Большие серые глаза смотрели не отрываясь, а изъеденное трупными язвами лицо приближалось к моему.

Я начала отчаянно вырываться, но руки вампирши держали крепко.

Астер рядом сжал челюсти и напряг кулаки. А через мгновение холодные губы Селины коснулись моего рта, втягивая мое дыхание.

Это было настолько отвратительно, что показалось, будто я умираю. Холод сковал сердце, тошнота подступила к горлу. А во рту появился привкус тлена.

Я закашлялась, и Шания отпустила меня.

– Что случилось? – рухнула я на колени, держась за грудь. Холодно. Вдруг стало очень холодно.

– Я высосала твой ключ, – плотоядно улыбнулась Селина. – И заморозила каналы связи. Ты не сможешь пользоваться магией.

– Никогда? – ахнула я в ужасе.

Наполовину гниющее лицо исказилось в усмешке. Она хотела что-то ответить, но Астер странно, по-звериному зарычал, и она тут же замолчала.

– Нет, – ответил этот мужчина. – Всего пара дней.

И вот теперь мне пришлось идти с ним. Я попробовала наполнить тиаре простейшую печать – без толку. Даже маленького флера не вырвалось с кончиков моих пальцев.

– Не бойся, – сказал Астер, мягко беря меня за руку.

Я не вырывалась. Смысла уже не было. Вокруг были только монстры, а я ничем не могла защитить себя.

– Зачем я вам? – устало спросила. Страх пока еще не овладел мной в полной мере. Я не успела понять всего ужаса своего положения.

– Потом. Я расскажу тебе потом, – ответил он немного хмуро. – Когда сам до конца пойму. Вот здесь ты можешь располагаться, – указал он на большую комнату в довольно обширной разветвленной пещере, куда мы очень быстро пришли. Вход в нее располагался в высоких зарослях, что росли прямо на скале.

Все здесь было устроено для жизни. И мебель, и утварь, и даже довольно необычные картины. Что-то было из камня, что-то оказалось сплетенным из веток.

– Это моя комната, но ты можешь чувствовать здесь себя свободно.

Желто-карие глаза смотрели на меня, будто немного извиняясь.

– Как можно чувствовать себя свободно в плену у монстров? – воскликнула я.

И мой вопрос ударил мужчину не хуже пощечины. Он скривился, но промолчал.

– Прости, у нас не было другого выхода, – спустя мгновение прозвучал усталый ответ. Он опустил голову и отвернулся, чтобы уйти. И уже на пороге добавил: – По пещере можешь гулять где хочешь. Хотя я не советовал бы тебе злить Селину. Люди сделали ее жестокой, и она может навредить тебе. За пределами пещеры стоит охранный круг. Его радиус – около двадцати метров. Имей в виду, эта часть топей кишит смертоволками. Они сожрут тебя, не успеешь глазом моргнуть.

И ушел. А я осталась одна, лишь отдаленно слыша в соседних помещениях звуки разговоров моих похитителей.

Некоторое время я просто не знала, что делать. Стояла посреди каменного мешка комнаты и хлопала глазами. Даже не могла заставить себя сесть, хотя поблизости у стены стояла добротная тяжелая кровать из рубленого дерева. Она была очень низкой, словно вообще у нее не было ножек, а матрас пах свежей травой.

Голый серый пол был прикрыт вязаным шерстяным ковром, на столике в самом центре комнаты было пусто и чисто. Создавалось впечатление, что здесь проводят мало времени. Но кое-где в углах лежала собачья шерсть. Видимо, у нелюдей был домашний любимец.

Я вновь проверила свои способности – пустое дело. Магия была недоступна. Закрыла глаза, пытаясь увидеть внутренним зрением свой ключ тиаре, – и вздрогнула. Алое сердце, обычно такое живое, пульсирующее, перевитое венами связующих каналов, сейчас стало бледным, будто обескровленным. Яркое сияние тиаре практически отсутствовало. Я не могла пользоваться ни внутренней магией, ни внешней. И при этом не было видно ни одной блокирующей печати, как тогда, в эргастуле! Мне было совершенно нечего ломать!

«Она меня словно высосала», – подумала я с отвращением, вспоминая прикосновение холодных синюшных губ.

Оставалось надеяться, что Астер не обманул и магия вернется. Но не будет ли слишком поздно? По словам этой полуживой ведьмы, меня убьют сегодня вечером. А мне ой как не хотелось умирать!

Крадущимися шагами я покинула предоставленные мне «апартаменты». Благо новую узницу никто не контролировал. Интересно, на что они рассчитывали? Что я не попытаюсь сбежать?

Нет, мне не стоило недооценивать врага. Скорее всего, сбежать не даст защитный контур. Или что-нибудь еще.

Тихонько прокравшись к общей зале, я замерла за поворотом, подслушивая разговор своих очередных тюремщиков. У единственного в этой пещере большого окна, вырубленного прямо в стене рядом с дверью, стояла Селина. Она гладила на своем плече огромного пушистого паука, что-то шепча ему в многоглазую морду. За общим столом сидела вся честна́я компания. Огромный мужчина волосатыми ручищами держал жареную косточку, посасывая остатки мяса. Он выглядел так дико и опасно, что я поспешила отвернуться. Тут же были Астер, Змей и вампирша. Арабис и зеленоволосая женщина отсутствовали.

– В пещере нас невозможно найти, – тихим, вкрадчивым голосом говорил Змей. Он предпочитал не сидеть вместе со всеми, а стоять чуть поодаль, опираясь на холодный камень стены. Как ни приглядывалась, не могла понять: то ли он улыбается, то ли это у него такое лицо…

– Пока невозможно, после ритуала все изменится, – прошипела Селина. И как они ее терпят? У нее же постоянно такое лицо, словно она ненавидит всех в округе! – Как только ее кровь вновь прольется, произойдет такой выплеск силы, что все барьеры спадут.

– Мы к этому готовы, – мягко пожала плечами вампирша. Так, словно они говорили не о моей смерти, а о погоде. Монстры, одним словом. – Столько лет ожидания! А логово можно выстроить заново.

– Только успеем ли мы убежать после того, как ритуал убьет девчонку? – полушепотом поинтересовался Змей со своего места. Он сложил руки на худой груди и чуть склонил голову. Татуировка на его щеке блеснула красным.

– А почему мы вообще должны ее убивать? – подал голос Астер. Он чуть склонился вперед, опираясь руками о стол, и вперил взгляд в Селину. И только в нее. Очевидно, за мою смерть отвечала именно она.

Девушка закатила мутные глаза, скривив тонкий сухой рот.

– Если ты испытываешь чувство вины, Астер, то постарайся не перекладывать его на других. Наша миссия важнее одной жизни.

Мне показалось, что я слышу скрип зубов. А глаза мужчины вдруг блеснули насыщенной желтизной.

– Отвечай на вопрос, Селина. И не забывайся…

Девушка презрительно фыркнула, но взгляд отвела. Остальные не вмешивались, молча наблюдая.

– Ее необходимо убить и закончить ритуал, – нехотя бросила она, презрительно добавив: – Хоть она больше и не дева.

Я вздрогнула от отвращения. Почему они позволяют себе так говорить обо мне? Да, я понимаю, что являюсь только жертвой для обряда, но все же? Ведь это грубо. Грязно…

– Иначе дух королевы драконов не освободится, – продолжала Селина уже спокойней. А я начала внимательнее прислушиваться. – И не вернется к своим костям.

У нее в руке появилась маленькая косточка, при виде которой что-то внутри меня задрожало. Больше всего на свете мне захотелось забрать эту косточку из проклятых бледных пальцев.

– Как только дух будет свободен, я создам дракона-лича, – вырвались слова с легким придыханием, – привязав разум королевы к ее останкам. Только тогда явится в этот мир новое существо. Мертвое, но живое. Наделенное всей магией, которой она обладала при жизни. И всей памятью, которая у нее была. Вместе мы сможем найти и возродить еще сотни драконов, которых будет нельзя убить…

Внезапно глаза девушки засветились призрачным зеленым светом. Она словно говорила сама с собой, погруженная в мечту.

– И мир перестанет быть прежним… – закончила она.

– С каждым днем этот план нравится мне все меньше, – сказал Астер, вставая.

– Ты испугался? Или тебе так хочется эту девку, что ты решил променять на нее годы, что мы мечтали о новом мире? – вдруг тихо спросил Змей из своего угла.

Все присутствующие взглянули сперва на него, затем на Астера. Лицо последнего приобрело бордовый оттенок.

– Что ты несешь? – прорычал главарь.

– По-моему, только слепой не заметил, что она тебе понравилась, – съехидничала колдунья, – вон, даже берлогу свою ей отдал!

Казалось, в этот момент мужчина ее убьет. Его глаза стали еще ярче, растекаясь диким янтарем, челюсть напряженно сжалась. Не сводя с подгнившего лица пылающего взгляда, он прочертил на столе несколько глубоких полос вдруг отросшими когтями.

Я шумно сглотнула. В этом человеке чувствовался зверь. И, стоило признать, этот зверь был мне симпатичен. Но я быстро отогнала непрошеные мысли.

Тут Тарк, вынув ненадолго изо рта мозговую косточку, невзначай поинтересовался своим низким басом:

– А кто вообще сказал, что королева обрадуется, узнав, что она теперь лич? Мертвый и трухлявый?

От стены раздался еле слышный смех Змея, Шания улыбнулась.

– Трухлявый?! – вскочила на ноги Селина. – Я, по-твоему, трухлявая? – рявкнула она, показывая на свою мертвую половину лица.

Тарк посмотрел на серую, местами рваную плоть и невозмутимо отодвинул подальше от девушки мясную кость.

– Хватит, – поднялся он из-за стола, став выше Селины на три головы. Своими маленькими, глубоко посаженными глазами он смотрел на нее без злобы, но твердо, как скала. И, сжав огромные ладони в кулаки, пробасил: – Тарк понимает вожака…

Астер в ответ хотел что-то сказать, но мужчина не дал, продолжив фразу:

– И Тарк понимает остальных. Медведи не должны бороться друг с другом. Но за самку можно и убить. Пусть Астер возьмет самку. Я готов отказаться от плана.

На лице Астера отразилось недоумение, но он промолчал, сложив руки на груди.

«Что это еще за новости? – подумала я, разглядывая вожака внимательнее. – Неужели он имеет на меня какие-то виды? Чума на все их нелюдские морды, этого мне еще не хватало!..»

Я вдруг ощутила себя куском мяса, из-за которого подралась собачья свора. Одна собака хочет прибрать мясо себе, чтоб зарыть где-нибудь в уголке, приберечь на потом. А остальные мечтают разорвать кусок прямо сейчас.

– Тарк, не все из нас медведи, – прошептал Змей с вечной тонкой улыбкой.

– Так мы будем голосовать? – спросила Шания удивленно, не вмешиваясь в спор. А затем перевела взгляд на главаря. – Тогда прости, Астер, но я не откажусь от нашей миссии. Я хочу верить, что у нас все получится. Слишком близка цель… Новый мир, где у нас будет право голоса. Где с нами придется считаться.

Мужчина блеснул желтыми глазами и отвернулся.

– Мава, Арабис! – рыкнул он, начертив в воздухе две печати вызова.

«Как интересно», – подумала я, с ходу запоминая обе комбинации. Они были несложными. И, что самое главное, они были очень похожи на печать, приведшую меня в спальню коменданта. Теперь я поняла, что именно в прошлый раз напутала в символах руна.

Через минуту в помещении появилась сонная женщина с запутанной болотной косой, перекинутой через покатое плечо, и бодрый, но как всегда бледный Арабис.

– Мы голосуем за смерть девчонки, – пропела ядовитым голосом Селина. – Астер и Тарк хотят сохранить ей жизнь.

Арабис удивленно поднял бровь, глядя на вожака и его излишне волосатого хмурого товарища.

– Мы слишком многим рисковали, чтобы теперь от всего отказываться, – спокойно сказал русал. – Одна жизнь не стоит того, чтобы ставить крест на сотнях. И пусть изначально мы этого не планировали, девчонка должна умереть, раз того требует ритуал.

Астер хмуро кивнул, не глядя в холодные голубые глаза товарища, и посмотрел на Маву.

Женщина немного испуганно обвела глазами всех присутствующих и начала комкать довольно грязный передник.

– Я хотела бы оставить жизнь девочке… – тихо пробормотала она, опустив глаза в пол.

– Но почему, Мава? – вскочила на ноги Селина. Женщина чуть отшатнулась от нее, с ужасом глядя, как по тонкой бледной руке колдуньи на пол сползает паук.

– Потому что нет ничего важнее жизни, – прошептала она, и в ее влажных мутных глазах мелькнула твердая решимость. Это так странно контрастировало с подрагивающими губами и нервно сжимающимися пальцами на морщинистых руках.

Селина закатила глаза к потолку и упала обратно на стул.

– Змей, – обратился к мужчине Астер во внезапно образовавшейся тишине. – Кажется, ты еще не голосовал…

Я затаила дыхание. Сейчас их было трое на трое. Половина – за мою смерть. Половина – против. Слово этого странного лысого нелюдя было решающим.

Тонкие губы растянулись, и из-под них мелькнули треугольники подточенных зубов. Худая фигура вышла из тени к столу.

– На самом деле, – раздался его тихий и вкрадчивый голос, – мне наплевать и на ритуал, и на мертвую королеву…

Селина с громким стуком уронила свое бледное лицо, отмеченное смертью, на стол. Раздался ее сдавленный рев, когда Змей продолжил:

– Но, говорят, в замке господаря на ужин подают паштет из соловьиных язычков…

Его голос стал похож на шипение. Глаза прикрылись, словно предвкушая наслаждение.

Селина подняла голову, и на ее лице медленно расплывалась улыбка.

– А попасть в замок я смогу, только когда мы полностью захватим власть в княжестве… Боюсь, без королевы драконов у нас не хватит сил.

– Да! – воскликнула Селина, а Шания рядом с ней довольно улыбнулась.

Мое сердце словно упало в озеро с ледяной водой. Опять.

– Ты готов убить человека ради паштета?! – громко зарычал Астер, нависая над Змеем всей своей вдруг увеличившейся в размерах фигурой. Его глаза снова засияли янтарем.

– Говорят, он дивно хорош! – мягким полушепотом ответил тот и растянул тонкие губы.

– Зря я спасал твою никчемную жизнь, – прозвучал злой голос главаря.

Я больше не хотела этого слушать. Тихо развернулась и вышла из пещеры, не привлекая ничьего внимания.