Читать книгу "Ломая тишину"

Глава 33

Мне казалось, что я ещё никогда в своей жизни не была так спокойна. Даже после употребления нужных препаратов голоса не всегда исчезали, некоторые таблетки вызывали жуткие побочки, их отменил врач, остальное я сама перестала принимать. Зачем тратиться на то, что практически не даёт эффекта?

Я несколько лет жила в собственном аду, плохо спала, питалась кое-как, через силу ходила на работу. Сегодня всё было по-другому, казалось, что жить стало чуточку легче.

Мы вместе с Ратхором готовили обед, я помогала чистить картошку, нарезала овощи. Мастер сделал для салата нереально вкусный соус, при этом он улыбался и шутил.

Я удивлялась, что этот с виду властный человек может быть беспечным и весёлым. В то же время Ратхор проявлял заботу: стёр пальцами муку с моей щеки, когда мы вместе лепили роти. Бережно обработал и перевязал палец, когда я нечаянно уронила чашку и порезалась.

– Не переживай, это просто досадная случайность, которая может быть с каждым, – сказал Ратхор, едва я принялась извиняться. – Ты знаешь, сколько я в детстве посуды перебил? Мама называла меня маленьким неуклюжим слонёнком. Папа ворчал, что на одних кружках для чая разориться можно. Я до сих пор иногда что-то роняю, а Дивье приходится за мной убирать.

Такие слова добавили тепла и света на сердце. Я поняла, что не одна я могу быть неуклюжей, а даже такой человек, как Ратхор.

Потом мы сидели на улице, и мастер учил меня играть в нарды. Первые несколько партий я проиграла, но потом у меня получилось победить, и это было здорово.

После ужина Ратхор открыл ещё один секрет. Оказалось, у него в подвале есть собственный кинотеатр.

Я увидела стены, задрапированные плотной тканью, был натянут экран, на который с цифрового проектора транслировалось кино. Под ногами – толстый ковёр с мягким длинным ворсом. В комнате было не сыро, ещё и пол с подогревом. Валялись специальные подушки, можно было полежать или посидеть, прислонившись к стене.

– Что хочешь посмотреть? – спросил Ратхор.

– Я в последнее время сериалы смотрю.

– Сериал смотреть долго, но у меня есть парочка комедий в этом жанре. Я сам хотел посмотреть, но не было времени. Садись куда хочешь, можешь прилечь.

Я расположилась поудобнее, прислонившись спиной к подушке. На потолке была прикреплена светодиодная лента, но так, чтобы она светила вверх, таким образом, в комнате создавался полумрак. Ратхор включил фильм, а потом сел на ковёр на расстоянии вытянутой руки от меня.

Я уставилась в экран, стараясь не смотреть на мастера, но временами не выдерживала и украдкой подглядывала за ним. Ратхор смеялся искренне и так задорно, что невозможно было не подхватить этот смех. Я веселилась вместе с ним, иногда мне хотелось дотянуться до мастера и взять его руку в свою.

***

Когда я засыпала, думала об очередном дне, который провела в доме Ратхора. Раньше голоса в голове заставляло замолчать рисование, теперь не только оно. И всё же скоро придётся уехать отсюда и снова окунуться в одиночество своей квартиры. Да, есть Вася, которого сейчас подкармливает Юра, но всё же это не тепло человеческого общения.

Ночью мне приснился сон: я снова лежу в объятиях мужчины, но на этот раз образ чёткий, надо мной склонился Ратхор, а потом стал целовать. Я застонала ему в губы, но когда рука мастера коснулась моего тела, начала кричать: «Я не такая! Это неправильно! Это грязно!»

Я тяжело дышала и отбивалась во сне от Ратхора, потом вскрикнула и проснулась в холодном поту.

Неожиданно дверь распахнулась, и в спальню влетел Ратхор. Комната немного освещалась от уличного фонаря, и я смогла сразу понять, что это именно он. Хотя кто ещё, ведь мы в доме одни.

– Что случилось? Ты так громко кричала.

Мастер подошёл к кровати, и я выпучила глаза, разглядывая его и краснея до кончиков ушей.

– Вы голый, – шёпотом сказала я, прикрываясь одеялом до самого подбородка.

– Тебя это смущает? Прости, привык так спать. Услышал твои крики и не подумал одеться, – Ратхор сел на край кровати и прикрыл себя одеялом.

– Простите, я вас разбудила. Иногда кричу во сне, мне это ещё в детдоме говорили.

– Ничего страшного, если я рядом, то готов прийти на помощь в считаные секунды. Ты покраснела. Это так мило.

Ратхор протянул руку и погладил меня по щеке, потом взъерошил волосы. Я почувствовала приятные мурашки, которые пробежали по всему телу, и снова начала проклинать себя за то, что мне это нравится.

– Ты можешь рассказать мне, что тебе снилось, но это не обязательно, только если ты сама хочешь.

– Если у меня есть право выбора, то я не буду говорить, – насупилась я.

– Олеся, запомни раз и навсегда. Рядом со мной у тебя всегда есть право выбора. То, что я играю тут в крутого доминанта, вовсе не означает, что ты обязана выполнять все мои прихоти. В рамках сессии у тебя есть стоп-слово. А в обычной жизни ты имеешь возможность всегда сказать мне «нет», если тебе что-то не нравится. Отношения двоих строятся на доверии и взаимном понимании. Поэтому ты всегда можешь прийти ко мне со своими проблемами, рассказать, что тебя тревожит.

– Отношения? – я выпучила глаза от шока. – Какие у нас отношения, кроме мастер и его подопечная?

– А ты бы хотела, что бы было что-то большее?

– Зачем вы это спрашиваете?

– Позволь, я тоже воспользуюсь правом не отвечать на вопрос. Засыпай, – Ратхор улыбнулся и хотел встать, но я, сама не осознавая, что творю, схватила его за руку и остановила.

– Посидите со мной ещё немного, пожалуйста. Это прозвучит странно, но голоса в моей голове исчезают, когда вы рядом.

– Хорошо, я буду рядом.

Наши пальцы переплелись в замок, я поняла, что на душе становится чуточку спокойнее. Я прикрыла глаза и почувствовала, как под закрытыми веками скапливается влага. «А ты бы хотела, что бы было что-то большее?» – прозвучало в голове. Я знала, что запуталась. Мне начал нравиться этот человек, и в то же время мы из разных миров? Хочу ли я большего? Что в понимании Ратхора это большее? Последний вопрос хотелось задать вслух, но я не решилась.

– Всё хорошо, не надо плакать, – Ратхор нежно стёр слезинки с моих щёк. – Всем иногда снятся кошмары или такие сны, которые ими не являются, но мы так думаем. Все иногда сомневаются и не знают, что делать.

Я замерла: то, что сейчас делал Ратхор, не было похоже на обычное утешение. В пальцах мастера было столько нежности и теплоты, что не оставалось сомнения, тут что-то не так.

– Хочешь, я спою тебе колыбельную? Мне её мама в детстве пела.

– Хочу, – смущённо сказала я, не открывая глаз.

Ратхор начал петь, у него был чудесный бархатный тембр. Я почувствовала, как расслабляюсь, мама раньше тоже пела колыбельную на ломаном языке, здесь звучала индийская речь, и это странным образом приносило облегчение.

«Для меня поёт мужчина, это так странно, но в то же время…» – я не успела додумать, проваливаясь в глубокий сон.

Глава 34

среду я смогла вернуться домой. Васька бросился встречать, тёрся о ноги. Любимец соскучился по мне, было видно сразу.

Когда я зашла на кухню, из питьевого фонтанчика текла вода, а в миске лежали остатки сухого корма. У Юры были ключи от квартиры на всякий случай, и он, как преданный друг, заходил накормить Васю.

«Привет. Я дома. Спасибо, что присмотрел за Василием», – написала я в мессенджере.

«Сейчас приду», – ответил Юра.

Через пару минут друг уже примчался. Юре ещё год учиться в институте, но летом он подрабатывал курьером в доставке продуктов, ездил на своём велосипеде. Сегодня взял выходной.

Мы поздоровались, я позвала пить чай с индийскими конфетами, которые Ратхор получил посылкой от друга.

– Как провела время? – спросил Юра, когда мы расположились за столом.

Мастер разрешил рассказать о том, что не касалось сессии и личного, адрес тоже запретил называть. Я улыбнулась, отпила чаю из любимой кружки с изображением зайчика и только потом ответила.

– Ратхор живёт один в большом особняке. Вернее, не один, а со слугами, но они в гостевом домике. Это тоже индийцы, супружеская пара. Везде смешение нашего и индийского стилей, это так круто смотрится. У меня была комната с видом на бассейн.

– Хорошо, что он разрешил тебе остаться. Тут было столпотворение. Бочки с водой подъезжали, но её быстро разбирали. Люди ведь не только еду варили, нужно ещё умываться, в туалете смывать. Вика к родителям на время уехала, а мне никак вместе с ней, я своего кота оставить не мог, ещё и твоего кормил.

– Спасибо большое, Юра, – искренне поблагодарила я.

– Не за что. Я надеюсь, этот человек тебя не обидел, пока ты жила у него? Знаешь же, что я не привык доверять богатеньким. С Артёмом расстался, понял в какой-то момент, какая он гниль. Мне такие друзья не нужны, и помогать я ему больше не хочу. Это ещё раз укрепило меня в мысли, что не стоит доверять тем, у кого много бабла, – с волнением в голосе произнёс Юра.

– На самом деле я рада, что вы больше не друзья. Я не говорила, но в тот день Артём меня обидел, именно поэтому я уехала с вечеринки. Только не нужно идти ему мстить за меня, ты же потом ещё и виноватым будешь. Всё в прошлом, я уже забыла о том инциденте, – затараторила я.

– Хорошо, я не буду бить ему рожу, хотя очень хочется, если честно. Ты ушла от ответа, Олеся. Опять заявишь, что тебе запретили рассказывать?

Я замялась, не знала, как ответить на вопрос. Со мной не происходило ничего такого, что можно было назвать неправильным, и всё же в какой-то момент одна ситуация была, о которой я до сих пор вспоминала со смешанным чувством вины.

– С чего бы мастеру меня обижать? Он подарил мне одежду, которую заказал у друга в Индии. Я же говорю, ему пришла посылка. Эти конфеты он дал мне с собой и попросил угостить тебя. К сожалению, не могу похвастать новыми вещами, они остались в доме Ратхора для того, чтобы я носила их там. Мы проводили сессии, играли в нарды, я рисовала. Знаешь, впервые за много лет я нормально спала, – поведала я всё, что могла рассказать.

– Хорошо, что тебе становится лучше. Ратхор обещал, что постарается помочь тебе, но если честно, я ему не верил. Теперь знаю, что ему можно больше доверять. Конфеты вкусные, – улыбнулся Юра.

На столе пикнул телефон, я поспешила прочитать сообщение.

– Ну вот, Ратхор пишет, что ему срочно придётся вылетать на Алтай. Там стройка туристической базы возле какой-то глухой деревни, это почти в тайге. Связи там нет, но Ратхор сказал, что вернётся через два дня и сразу напишет, – с грустью сказала я.

– Ты расстроилась, что он уезжает по работе? – удивился Юра.

– Нет, но… У него тоже отпуск сейчас и вдруг командировка. Не бери в голову, Юр, улетает и улетает.

***

Прошёл день, второй, наступил третий. Я поняла, что всё больше скучаю по Ратхору и не просто скучаю. Пришло осознание, что я не могу без мастера, без его властного голоса во время сессии, без его нежности и поддержки вне её.

Я лежала на кровати и вспоминала, как мы готовили вместе, как нежно Ратхор стирал муку с моей щеки. После первого сеанса шибари я впервые уснула без тревоги в голове. В какой-то день мне приснился, как я думала, кошмар, и Ратхор пел мне колыбельную на хинди, чтобы успокоить.

Это было удивительно: богатый человек, который должен был пройти мимо меня с брезгливым выражением лица, принял в своём доме, заботился и даже пел эту колыбельную.

Я вспоминала, как в разное время Ратхор прикасался ко мне, чтобы утешить, чтобы дать напитаться своим теплом и силой. Тогда я думала, что это проявление заботы мастера к своей подопечной, но теперь понимала: в этом была особенная нежность.

Мне было непонятно, как ко мне, некрасивой и никчёмной девушке, можно относиться вот так. Возможно, Ратхор очень добрый и это действительно дружеская поддержка, но как же хотелось большего, поверить в то, что ко мне действительно можно относиться с нежностью. Да, мой мастер – очень богат, и от этого становилось тревожно. Вдруг он узнает о моих чувствах и отвергнет, обзовёт, выгонит из своей жизни? Что, если у него есть девушка из его круга или будет со временем?

К вечеру тоска по Ратхору усилилась, и я проклинала себя за это. Я не могла нормально спать, думала, всё ли хорошо у мастера. Неужели я действительно влюбилась? Осознание этого выжигало душу в пепел, ведь Ратхор мог прямо сказать, что ему не нужны отношения. Но зачем был его вопрос: «А ты хотела бы, что бы было что-то большее?»

Мастер тогда не ответил, что он имел в виду, я подозревала, что он прощупывал почву. Если подопечная испытывает чувства, надо её выгнать из своей жизни.

Прошёл четвёртый день отсутствия Ратхора, я осунулась из-за того, что спала урывками. Мастер должен был уже приехать, но не позвонил и не написал. Он сам сказал, чтобы я не тратила нервы на звонки: как только он будет дома, сразу выйдет на связь. Не вышел, даже СМС не написал.

«Здравствуйте, мастер, я…»

«Здравствуйте, господин Ратхор, вы так и не написали…»

Я набирала сообщения и тут же стирала их. Что я могла сказать? Как тосковала по мужчине? Как влюбилась, словно дурочка? Что мне надо в психушку со своими чувствами? Смею ли я навязываться? Не будет ли это расценено как грязная и ненужная прилипчивость?

Я так и не отправила ничего, не смела позвонить. На пятый день я поняла, что ни разу за эти дни не ходила в душ, но мне было лень вставать с кровати. На столе остались засохшие бутерброды, есть ничего не хотелось. В раковине – пара немытых тарелок, но силы вставать не осталось, кроме как в туалет и попить.

Ратхор так и не объявился, и я поняла, что меня тупо бросили, словно ненужную игрушку. Сначала было весело, а потом игрушка сломалась и уже не нужна.

Я вспомнила, как во вторник мы провели последнюю сессию. Снова было шибари, на этот раз Ратхор попросил раздеться до трусов. Было стыдно, но я подчинилась. Меня усадили на пуфик, обвязали руки за спиной, потом торс. Дальше Ратхор сам помог встать на ноги и стал обвязывать в районе ягодиц. Потом его руки нежно касались возле паха, протягивая верёвки между ног, следом были бёдра.

Внезапно я почувствовала возбуждение, и это дало толчок панике. Мастер увидит, поймёт, какая я извращенка, начнёт ненавидеть.

– Красный! Красный! – заорала я во всю глотку.

Ратхор не стал меня развязывать, он, не жалея верёвок, быстро расстриг их ножницами, затем поднял меня на руки, усадил на диван, укрыл пледом, дал стакан воды.

– Что случилось?

– Можно я не буду об этом говорить? – промямлила я.

– На этот раз нельзя. Я должен знать, что произошло, чтобы в следующий раз не повторить своей ошибки. Тебе стало больно? – голос Ратхора был спокойный.

– Нет, ничего такого, – я виновато опустила голову и промямлила тихо. – Я начала возбуждаться, поэтому испугалась.

– В этом нет ничего страшного, такое тоже бывает. Иди сюда, – Ратхор притянул меня к себе и обнял. – Всё хорошо, я вовсе не сержусь, что сессия прервалась. Всё хорошо.

Теперь я понимала, что ничего не хорошо. Мастер просто сказал так в утешение, а сам потом бросил. Ему не нужна девушка, которая не может выдержать простых воздействий, которая кричит «красный» по пустяковому поводу. Конечно, для Ратхора это пустяк, а вот для меня…

«Он бросил меня. Я ему не нужна. Как же я буду без него? Я только поняла, что жить нормальной жизнью – это реально, как пришёл конец всему», – мысли в голове не давали покоя.

Юра в последнее время заходил сам, открывая дверь своим ключом. Я услышала шаги, но даже не обернулась, продолжила смотреть в одну точку на рисунке голубых обоев.

– Привет. Ты так и не вставала? Олеся, что происходит? – Юра сел на край кровати и тронул моё плечо.

– Он так и не позвонил. Он меня бросил, понимаешь? Я ему больше не нужна. Не нужна, Юра, – всхлипнула я.

– Ты говорила, что между вами ничего такого нет, – напомнил друг.

Я резко развернулась и выпучила глаза, глядя на Юру. Неужели он догадался о моих чувствах к Ратхору?

– Не говори ему ничего, пожалуйста. Ратхор ничего не знает. Я не хочу навязываться, это будет выглядеть жалко. Он такой сильный, волевой, а я тряпка! – неожиданно даже для себя выкрикнула я.

– Сестрёнка, я знаю тебя лучше, чем ты сама. Мы с самого детства дружим и побратались клятвой, что будем поддерживать друг друга всегда. Я понимаю, тебе сейчас тяжело, Ратхор не объявился, ты испытываешь к нему нечто большее. Я не виню тебя за это. Запомни, ты есть и будешь моей названой сестрой, что бы ни произошло в твоей жизни.

– Спасибо, Юра, ты лучший. Не надо говорить Ратхору об этом, пусть останется как есть. Если я ему надоела, пусть будет так.

– Я не скажу, не волнуйся. Пойду на кухню и поставлю чайник на плиту. Тебе нужно поесть, Олеся.

Друг ушёл, я вздохнула с облегчением. Юра принял меня такой, какая я есть, в очередной раз принял и не бросил.

Глава 35

Я прилетел в Горно-Алтайск, двадцать минут, и я уже сидел в вертолёте, рядом владелец базы, которую мы строили. Сразу пошли деловые разговоры, и по прилёте на место было много работы. Мы обходили стройку, смотрели качество материалов. Одна фирма подвела, поставила практически брак, из-за чего меня и вызвали, чтобы я своими глазами убедился.

– Хорошо, мы всё заменим, если нужно, разорвём с этим поставщиком контракт и купим у других, – заверил я.

Спали мы в деревне, которая была рядом. Все рабочие за небольшую плату арендовали у местных койку, а те были рады подзаработать.

Предполагалось, что на второй день я уже вылечу домой, обговорив все проблемы с заказчиком, но не получилось. Внезапно ухудшилась погода, два дня была гроза, ливень стоял стеной, из дома не выйти. Понятно, что в такую погоду вертолёт не прилетит, а дорогу сейчас размывало, и на транспорте ехать было опасно. Ещё и спутниковые телефоны не работали.

После грозы над местностью сгустился туман, кто-то из местных пытался прорваться на внедорожнике в город, но быстро вернулся.

– Там дорогу завалило, горы же рядом. Я кое-как смог сообщить об этом. Спутник плохо работает, густые облака сигнал перекрывают. Дорожная служба сказала, что выезжает на расчистку. Ещё день-два вам тут торчать, – сообщил Михалыч.

Я поблагодарил и пообещал ему заплатить и за кров, и за еду. Пришлось ждать, пока можно будет выбраться отсюда.

Сердце было не на месте. Как там Олеся? Если бы спутниковый телефон работал, я бы позвонил ей, сказал, что задерживаюсь, но в трубке были слышны только помехи.

Наконец, прилетел вертолёт. Повезло ещё и тем, что на вечерний рейс самолёта было место. Я улетел домой в тревоге за любимую, как будто что-то случилось, и не ошибся.

Когда вышел в зону прилёта и получил свой багаж, направился на платную стоянку, где оставил автомобиль. Только забравшись в салон, я вывел телефон из режима полёта.

«Здравствуйте, господин Ратхор. Я не мог до вас дозвониться. Олесе совсем плохо, она почти не ест и не спит, лежит в кровати и смотрит всё время в одну точку. Если можете, приезжайте», – пришло сообщение.

Не зря я попросил Юру приглядывать за Олесей, пока меня не будет, как чувствовал. Прав был Костя: я затеял опасную игру с девушкой. Стоило не появиться пять дней – вот результат. Возможно, это был синдром отмены: некоторые сабы проваливаются в жуткую депрессию, если их бросает постоянный доминант, которому они сильно доверились.

«Здравствуйте. Только прилетел. Выезжаю к вам», – коротко написал я и завёл мотор.

Глава 36

Вирадж

Я припарковал машину на свободное место у дома Олеси, забрал сумку из салона и пошёл к подъезду. Выходила какая-то бабушка, я придержал дверь, чтобы не захлопнулась, и написал Юре, что поднимаюсь.

Парень вышел на площадку, и мы поздоровались.

– Я ей не говорил, что вы едете, она была бы против. Олеся выглядит не лучшим образом и постеснялась бы показаться вам такой, – сказал Юра.

– Это в духе Олеси. Я не смог вовремя вернуться, непогода была жуткая, вертолёты и самолёты не летали. Ещё и спутниковая связь в горах пропала. Я разберусь тут сам. Спасибо за помощь, Юра, – ответил я.

– Хорошо, попрощаюсь с Олесей и уйду. Удачи вам.

– Олесю, скорее всего, нельзя будет оставлять одну. Я заберу её завтра вечером к себе, а сегодня останусь тут.

Юра кивнул и запустил меня в квартиру. Пока я снимал ботинки и ходил мыть руки, парень попрощался с Олесей.

– До свидания всем, – Юра надел туфли и вышел из квартиры.

Я закрыл дверь на замок и только потом направился в комнату. Мои худшие опасения оправдались: Олеся лежала лицом к стене и смотрела в одну точку. От неё не пахло чем-то неприятным, но было видно по сальным волосам, что она давно не мылась.

– Здравствуй, Олеся.

– Господин Ратхор? – Олеся повернулась и посмотрела так, будто не верила собственным глазам. – Здравствуйте. Юра позвал?

– Юра, но ты на него не обижайся, он всё сделал правильно, – я сел на край кровати. – Прости, я не мог объявиться раньше. Из-за непогоды вертолёт не вылетел к тому месту, где моя фирма строит туристическую базу. Там ещё горы, в грозу и туман спутниковые телефоны не работают. Как только сошёл с трапа самолёта, прочитал сообщение Юры и приехал к тебе.

– Вы с дороги, а из-за меня пришлось примчаться сюда, – с грустью сказала Олеся.

– Всё хорошо. Я же обещал помогать тебе и заботиться. Олеся, не пойми меня неправильно, но сейчас тебе нужно в душ. Приведи себя в порядок, пожалуйста. Это не потому, что от тебя плохо пахнет, а чтобы смыть тревоги. Иногда вода в этом помогает. Помочь тебе?

– Я справлюсь. Спасибо, что приехали.

Я встал, позволяя Олесе подняться. Девушка слегка покачнулась, но устояла на ногах.

– Дверь не закрывай, чтобы я слышал тебя. Я пока буду на кухне.

Олеся взяла чистую одежду в шкафу и направилась мыться. Я шёл следом, проследил, чтобы она оставила дверь открытой. На кухне я огляделся. Раковина была ещё мокрой, видимо, Юра мыл посуду. В холодильнике оказалось немного продуктов.

Олеся

Я мылась, тщательно проводя по телу мочалкой. Мне было стыдно, что Ратхор приехал и застал меня в таком жалком состоянии. Потом пришла радость, что обо мне не забыли и не бросили. Третья стадия появилась неизбежно: мозг снова начал паниковать. А вдруг он приехал только потому, что Юра написал? Вдруг в нём просто проснулась жалость, а так бы Ратхор и не вспомнил обо мне, поехал бы отдыхать домой.

Я попыталась успокоиться, смыла гель для душа и выключила воду. Пришлось быстро одеваться, ведь я и без того заставила мастера ждать.

Когда я зашла на кухню, то поняла, что мылась долго: Ратхор уже успел приготовить омлет и поесть, сейчас он допивал чай.

– Прости, я тут похозяйничал немного. Садись ужинать, тебе это сейчас нужно. Я схожу быстро в душ, если позволишь. У меня остался один комплект чистой домашней одежды в сумке, – произнёс Ратхор совершенно спокойно.

– Конечно, ванная в вашем распоряжении. Вместо мочалки могу дать чистую губку для посуды.

– Не нужно, потру себя руками, – улыбнулся мужчина, вставая из-за стола.

Я действительно села за стол и впервые за несколько дней ощутила сильный голод. Сейчас в голове был полный хаос: одна его половина кричала, что Ратхор приготовил еду, значит, действительно не бросил. Другая вопила, что всё ерунда, на самом деле я настолько жалкая, что Ратхор объявит о нашем расставании.

Быстро сполоснула тарелки, потом решила поменять постельное бельё на кровати, за этим занятием меня и застал Ратхор. Он зашёл в своей привычной индийской одежде бежевого цвета и улыбнулся.

– Это хорошо, что ты всё перестилаешь. Олеся, я не могу тебя оставить сегодня одну, но мне негде будет спать. Давай сделаем так: ты ляжешь под плед, а я поверх него, чтобы тебя не смущать. У тебя не односпальная кровать, мы должны поместиться.

Я даже икнула от таких слов. Спать на одной кровати?

– Если ты против, постели мне что-то на пол, старое одеяло, например, – добавил к своим словам Ратхор, будто всю жизнь спал на полу и привык.

Я замялась на минуту, но потом решила отодвинуть все страхи, ведь я не могу положить мастера спать на полу.

– Хорошо, если вы хотите остаться, я не против. Сейчас приготовлю всё, осталось наволочки сменить.

Ратхор даже помог мне, а потом попросил сесть в кресло. Я догадывалась, что разговор обязательно будет. Я подчинилась и уставилась на свои руки, лежащие на коленях.

– Расскажи мне, что случилось? От Юры я уже понял, что ты плохо спала и ничего не ела. Мне нужно знать, почему ты так поступила. Не бойся, никакого осуждения с моей стороны не будет, я просто хочу знать правду, – попросил Ратхор.

Я побоялась поднять голову и посмотреть на своего мастера, но поняла, что хочу выговориться. Стала доверять Ратхору, как никому другому, разве что Юре ещё.

– Вы сказали, что через два дня объявитесь сами, чтобы я ждала. Я ждала, честно, но вы не звонили, и я запаниковала. Мне казалось, что вы меня бросили, что я вам не нужна. Когда была последняя сессия, я напортачила и крикнула стоп-слово. Хотела написать или позвонить, но потом подумала, что навязываться нехорошо, раз вы меня уже не хотите как подопечную. Я скучала по нашим сессиям и… – я недоговорила и покраснела.

– Я понял, дальше можешь не продолжать, – Ратхор взял мои ладони в свои. – У тебя пальцы холодные. Перестань нервничать. Я рядом и никуда не уйду. Не собираюсь тебя бросать. Как уже говорил: непогода заставила задержаться, и связи не было. Я волновался за тебя и приехал бы в любом случае завтра. Так как Юра сообщил о проблеме, то не стал звонить тебе, а примчался. Олеся, запомни, я о тебе забочусь, поэтому выкинь все страшные мысли из головы. Ты правильно сделала, что сказала тогда стоп-слово, я уже объяснял почему. Завтра мне надо в офис с утра, уладить срочные дела, но вечером я за тобой приеду. Собери, пожалуйста, вещи, которые хочешь взять с собой. Я не намерен отпускать тебя, пока ты не восстановишься морально.

– Я не могу уезжать надолго. На кого я Васю оставлю? Опять Юру просить? Он ещё и уезжает на неделю, – я подняла голову и посмотрела на Ратхора.

– Вася едет с нами. Не забудь всё, что касается его.

– У вас мебель дорогая, а вдруг… – начала я.

– Никаких «вдруг». Вася едет с нами, так тебе будет спокойнее, – перебил Ратхор. – Будешь пререкаться, получишь ремня. Не смотри испуганно, я пошутил, – Ратхор неожиданно захохотал, а потом добавил: – Ложимся спать, я устал и хочу отдохнуть.

***

Это казалось невероятным, но рядом с мастером я быстро уснула, а когда рано утром открыла глаза, то поняла, что обнимаю Ратхора одной рукой. Мужчина спал на боку, а я прижалась к нему сзади.

«Как стыдно. Что он обо мне подумает?» – сразу же вспыхнуло в голове.

Я попыталась аккуратно убрать руку, но её перехватили пальцы мастера.

– Простите, я не хотела, я нечаянно.

– Прекрати извиняться, Олеся. Я не обижаюсь и не осуждаю. Мне было тепло, когда ты меня обнимала. Мне нужно на работу, но ты будь готова, я сразу из офиса заеду за тобой.

Ратхор отпустил мою руку, потом встал с кровати, я подскочила следом.

– Я приготовлю завтрак.

– Мне даже растворимый кофе и бутерброды с сыром подойдут, я видел, у тебя есть. Пойду умоюсь, – мастер взъерошил мне волосы и ушёл.

Через какое-то время он и вовсе покинул квартиру. Я села на кровати, позвала к себе на колени Васю и начала гладить.

– Вот видишь, Василий, нас не бросили. Мы едем жить в новый дом. Временно, разумеется, но тебе там будет хорошо, ты сможешь гулять не на балконе, а на улице. Там собака, но она в вольере.

Я внезапно вспомнила, что послезавтра у меня день рождения, исполняется двадцать три года. Я хотела пригласить Юру и Вику, но они на неделю едут отдыхать в Крым. Родители Вики забронировали им место в отеле ещё зимой. Я надеялась, что когда-то накоплю денег и тоже съезжу посмотреть море, а пока нужно собрать в сумку альбом, карандаши и несколько вещей из одежды. Ближе к вечеру я положу в пакеты всё, что нужно для кота.

***

Было четыре часа дня, когда в домофон позвонили. Я подумала, что Ратхор рано, и ринулась в коридор.

– Кто? – спросила я на всякий случай.

– Курьер, вам посылка, – раздался хриплый голос.

– Я ничего не заказывала, – удивилась я.

– Мне какая разница, заказывали или нет. На коробке ваш адрес стоит. Вы же Олеся Крайнова?

– Да, это я. Подождите, я спущусь к вам на первый этаж.

Я нажала на кнопку открытия двери и поспешила выйти из квартиры. Пускать незнакомца к себе домой было страшновато, я ведь ничего не заказывала, да и Ратхор предупредил бы о посылке.

Когда лифт открылся, я хотела выйти, но меня внезапно схватили и поволокли по лестнице на площадку между двумя этажами. Не могла кричать, так как рот зажали рукой. Парней было двое, оба рослые и сильные. Я совсем не умела драться, но брыкалась как могла.

– Хорош рыпаться, – сказал один из парней.

Меня кинули на лестницу и стали лупить какими-то палками и ногами.

– Давай её отмутузим как следует, чтобы знала, кого обижать можно, а кото нет, – весело произнёс другой парень.

Я кричала, чтобы помогли, но никто не выходил из квартир.

– Тебе просили привет передать, крыса поганая. Знай своё место, нищебродка, такие как ты, достойны богатым только пятки лизать, – зло сказал один из нападавших и больно ударил палкой по руке.

Внезапно руку прострелило дикой болью, и я завыла. Скорее всего, на втором этаже никого не было сейчас, потому что крик послышался сверху.

– Что там происходит?!

– Валим! – заорал один из нападавших.

Ко мне спустился Иван Леонидович, пенсионер, живущий на третьем этаже.

– Олеся, кто тебя избил? – мужичок начал суетиться вокруг меня. – Надо скорую помощь вызвать и полицию.

– Помогите, пожалуйста, до квартиры дойти, я позвоню другу. Я не видела нападавших, они в масках были.

Старичок помог подняться, привёл в квартиру и усадил на кухне. Попыталась дотянуться до телефона, но поняла, что правая рука почти не шевелится и жутко болит.

– Я сам позвоню, скажи, кому набрать.

– Олеся, почему у тебя двери открыты?! Вася чуть не убежал! Что случилось?! – на кухню ворвался Юра.

– Здравствуйте, Юрий, хорошо, что вы здесь. Олеся звала на помощь, я вышел и спугнул хулиганов. Кто-то её сильно избил. Позаботьтесь о ней, ей скорая помощь нужна. Полагаю, у неё одна рука сломана, я немного понимаю.

– Здравствуйте, Иван Леонидович. Спасибо, что помогли ей.

Старичок попрощался и ушёл. Юра сел на соседний стул, принялся расспрашивать, параллельно тыкая пальцами в свой смартфон. Я рассказала, что кто-то представился курьером, а когда я вышла на первый этаж, на меня напали два парня.

– Они в масках были. Я не смотрела этот фильм, но видела маски в интернете. «Крик» называется.

– Вот блин, получается, ты даже цвет их волос полиции сказать не сможешь. Я написал Ратхору, он ответил, что немедленно выезжает. Обязательно нужно в полицию заявить, Олеся, не стоит это так оставлять. С чего эти парни на тебя напали?