Читать книгу "Весна с детективом"

Глава 2

Все, что он хотел: отдохнуть и покататься на лыжах. Все! Не хотелось ничего вообще, кроме снега, лыж и скоростного спуска с горы.

Про ветер в ушах – это, конечно, лишнее. Он не мог свистеть в ушах на спуске в принципе. Во-первых, скорость не та. Во-вторых, он был в шапке. И тот, кто говорил про ветер, тоже был в шапке. А про свист в ушах – это лишнее.

Лишнего на отдыхе оказалось много. Толпы народу. Кататься приходилось уходить на дальний склон. Канатки там не было, добираться хлопотно. Он уставал. Удовольствие скрадывалось, но он терпел.

Поначалу было ничего, нормально. Он катался на лыжах, ходил в спортивный зал вечерами. Быстро перекусывал в местном кафе, пил кофе по соседству в милой кофейне. И едва ложился в кровать, засыпал. Все было супер.

Но потом появилась она!

Они всегда появлялись, где бы он ни очутился: на снежном склоне или на песчаном берегу. Они словно пиявки впивались в его жизнь, мешали планам, меняли настроение. Женщины!

– Господи, какой пригожий мальчик… – слышал он, когда ему было семь-восемь лет.

– О, растет настоящий красавчик! – восклицали мамины знакомые, когда ему исполнилось двенадцать.

– Боже, Игоречек, ты вырос настоящим мачо! – облизывали бледные губы заметно постаревшие мамины подруги. – Ну, девушки, держитесь!

Держаться приходилось ему. Изо всех сил держаться, чтобы не спать со всеми подряд, потому что почти все хотели очутиться в его койке. Его внешность была входным билетом во многие двери. И если поначалу это восхищало, где-то после двадцати пяти он счел, что это его проклятие.

Никто не интересовался, чего он хочет на самом деле. Всем было плевать на его внутренний мир и желания. С ним даже говорить никто особо не собирался.

– Почему? – удивлялся его дед, когда он как-то ему пожаловался.

– Они сразу начинают раздеваться, – пошутил он и поправился: – Почти сразу.

– Ты просто не тех женщин выбираешь, внук, – сводил сурово брови тот. – Или тебя выбирают не те женщины.

Его слова были недалеки от истины. Игорь словно магнитом притягивал к себе женщин, которые не могли ему нравиться в принципе. Нет, они были красавицами – ухоженными, нарядными, обеспеченными. Ездили на сверкающих дорогих машинах, имели хорошее образование, знали по несколько языков, были вхожи во многие дома высшего света. Но…

Но пусто ему было с ними. Пусто и неинтересно.

И он тайком ото всех сорвался в это путешествие. Снег, горы, лыжи. Это было все, что он хотел! И еще приятная усталость, от которой быстро засыпаешь и не мучаешься кошмарами. Еще правильная еда: супы, салаты, мясо и рыба на пару. А по утрам непременно каши. Он отдыхал телом и душой. Ни одна тревожная мысль и уж тем более предчувствие ему не докучали.

Так прошли три дня. Ему даже поверилось, что оставшееся время отдыха будет таким же: правильным, безоблачным. И когда он услышал ее голос, то поначалу даже не хотел верить. Ему показалось.

– Игореша, ну что же ты не отвечаешь? Я зову тебя, зову.

Не показалось!

За его столик, на стул напротив, без приглашения опустилась она – та, от которой он сюда и сбежал.

– Инга? Что ты тут делаешь? – Он поболтал ложкой в тарелке с горячим супом. – Должна быть на Мальдивах, разве нет?

– Да, должна была. – Ее нежная ручка невозможно красивым движением откинула за спину ухоженные локоны белокурых волос. – Но потом подумала-подумала и не полетела. Что мне там делать без тебя, милый?

Ее глаза – удивительного цвета, которого не существовало в природе, но она добилась благодаря линзам – смотрели на него требовательно. Игорь должен был отреагировать. Хоть как-то.

– Понятно, – пробубнил он, начав есть суп.

Конечно, его реакция ее не устроила. Она начала жеманиться, обиженно надувать губы, в шутку называть его мерзавцем. Он все это молча проглатывал вместе с обжигающе наперченным супом. А закончив есть, спросил:

– Чего ты хочешь, Инга?

– А ты не догадываешься? – распахнула она глаза ненатурального цвета, обрамленные ненатуральными ресницами. – Я хочу быть с тобой.

– Исключено. Я здесь не один, – соврал он. – В моем доме нет места.

Коттедж запросто мог вместить и Ингу, и трех ее подруг с их объемными чемоданами. Они даже на трехдневный отдых всегда летали с дюжиной комплектов одежды. Девушки, в принципе, были неплохие: не капризные, могли бы наполнить пустые комнаты смехом и веселой суетой. Но он выбрал одиночество.

– А с кем?! – Инга сузила красивые глаза неестественного оттенка.

– Это не важно.

Игорь доел суп, расплатился и ушел, оставив ее в ошалелом состоянии. Он предполагал, что она не оставит его в покое. Будет подкарауливать, как сегодня, стучаться в его дом, мешать на лыжне. Но…

Он научился с ней справляться. Знал, что и теперь так получится.

Три дня она не давала ему покоя. Без конца скреблась в дверь коттеджа. Ждала в кафе. Мешалась на лыжне. Он не реагировал, и все. Она для него была пустым местом.

– Я тебе отомщу, – пообещала она, съехав вместе с ним с крутого спуска и упав прямо у его ног. – Я тебе так отомщу, что мало не покажется…

Пообещала – сделала. Через день она пропала. Исчезла! Видели, как она шла по курортному поселку в сторону лыжной трассы. И все. После этого – никто, нигде, ни разу.

Он добросовестно искал ее вместе со всеми неделю, а потом улетел. Этого требовали дела дома. В Москве он имел неприятный телефонный разговор с отцом Инги. Тот все пытался выяснить: с какой блажи Инга не пришлась ему по вкусу.

– Я не люблю ее, – честно ответил Игорь взволнованному родителю.

– Ну почему? Что с ней не так?! – не понимал возмущенный папа. – Она же умница, красавица, а ты нос воротишь! Да завтра к ней очередь выстроится, если она захочет…

Инга предпочла исчезнуть. Отгуляв с подругами в кафе, она надела шубку, шапку и ушла в неизвестном направлении. След ее затерялся.

Ему звонил какой-то майор из отдела полиции, который курировал курортный поселок. Игорь даже имени и фамилии его не запомнил, только как тот очень вкрадчивым голосом пытался подвести подозрения под него.

– Не выйдет, товарищ майор, – прервал Игорь его старания. – В тот вечер, когда Инга пропала, я уезжал из курортной деревни в город. Вернулся на следующий день к обеду. Ее уже искали.

– Алиби?

– Стопроцентное.

– И какое же?

– Я провел почти сутки в больнице. Вывихнул лодыжку на спуске, позвонил доктору. Он рекомендовал приехать в отделение.

– Как же вы сами добрались?

– Не сам. Меня возил местный бармен Олег. Отвез туда, а на следующий день обратно.

– Как хлопотно, – фыркнул недоверчивый майор.

– Эта услуга оговаривается заранее, еще до того, как отдыхающие заселяются. Дело в том, что таксисты не очень охотно ездят в курортную деревню.

– Я понял, – вяло отреагировал майор. – Но если что, я позвоню…

Видимо, алиби Игоря он проверил, удостоверился в его непричастности и не позвонил более ни разу. Но Инга не нашлась. Ее исправно искали около двух недель. Привлекали и волонтеров, и полицию. Бесполезно. Снова звонил отец Инги. Плакал, невнятно озвучивал какие-то просьбы.

– Извините, я вас не понимаю, – ответил Игорь.

– Может, ты ее поищешь? Вдруг найдешь? Ты же неплохо знал ее, все привычки. На месте ты бы…

Игорь не стал ничего ему говорить, но в аэропорт отправился уже на следующий день и прилетел как раз до начала снежной бури. Очень подробно расспросил подруг Инги. Они все еще не отправились домой, надеясь, что их подруга вернется. Тревога за нее сделала их симпатичные личики бледными, а глаза заплаканными.

– Тут знаешь, что говорят, Игорек? – воскликнула одна из девушек, угощая его горячим молоком с корицей. – Если три дня прошло, а результата нет, то все… Бесполезно!

– Не верь никому, – буркнул он в ответ, хлебнув молока. – Инга могла загулять. Но не в сторону леса, а какого-нибудь мужика. Разве нет?

Подруги стремительно переглянулись. Та, что его угощала, уселась с ним рядом на диван и прошептала:

– Кое-что есть, Игореша… Мы не рассказали ни в полиции, ни отцу Ингули. Но теперь, когда все так… Думаю, молчать не имеет смысла.

Чем больше она рассказывала – глаза у него все шире раскрывались.

– Вы дуры?! – ахнул он, обводя взглядом печальную троицу. – Почему промолчали?!

– У нас не было никаких доказательств. Мы наблюдали, даже следили. Бесполезно. Улик нет. А просто оговорить кого-то только потому, что Инга такое себе позволила… Ты же ее знаешь! Тем более она так хотела отомстить тебе!

Вот-вот! Как он мог забыть?

– А что, если она где-то прячется? Валяется в койке с кем-нибудь, мстя мне, и потешается над всеми, кто ее ищет? – У него даже левое веко задергалось. – Это так на нее похоже. Она же эгоистка и…

– Не могла она без косметики две с половиной недели, – неожиданно возразила одна из подруг. – Без лишних тряпок – могла. Но без своих кремов – нет. И таблетки. Она оставила в коттедже противозачаточные таблетки. А без них она не станет спать ни с кем. Это точно!

Они синхронно закивали.

Игорь задумчиво пил молоко глоток за глотком. История выходила нехорошая. Подруги, дурочки, скрыли от майора, занимавшегося поисками Инги, важную информацию. Прошло две недели. Имеет ли смысл говорить ему об этом сейчас?

– Ваша слежка что-нибудь дала? – вскинул он осуждающий взгляд.

– Нет, но… – Девушки переглянулись.

Одна из них заговорила:

– Кое-что показалось нам странным. Сейчас я тебе расскажу.

Пока он их слушал, поднялся ветер, пошел снег. До своего коттеджа, оказавшегося свободным к моменту его возвращения в курортную деревню, Игорь добрался с большим трудом, все время сбиваясь с дороги. Тревожные мысли об Инге, шансы на благополучное возвращение которой таяли с каждым часом, не давали ему покоя. И он, укладываясь спать, решил для себя продолжить с утра то, что начали ее подруги.

Но снегопад помешал его планам. Он без конца плутал между корпусами, не в силах найти нужный. Никогда не думал, что снег может так ослеплять. В туман тоже ничего не видно, но хотя бы не сечет в лицо острыми снеговыми крупинками. И руки с ногами не мерзнут.

Он, наконец, нашел нужный коттедж и простоял возле него полчаса, но ничего особенного не заметил. Окна светились мягким желтым светом, но в комнатах не наблюдалось никакого движения. Обстановка – такая же, как и в других домах, недорогая и удобная, все на своих местах. Никаких следов или намеков, способных натолкнуть на подозрение.

Через полчаса в гостиную вышла девушка: невысокая, хрупкая, короткие черные волосы, тесный трикотажный костюм синего цвета. Она медленно обошла комнату по периметру, постояла у окна и вдруг позвала кого-то.

Игорь понял это по тому, что она повернула голову и зашевелила губами. Жилы у нее на шее вздулись, значит, звала громко.

Он не ошибся. В гостиную вошел парень в кофте с длинными рукавами, застегивающий плотные лыжные штаны. Он улыбнулся девушке и тут же полез к ней целоваться. Она не отталкивала его.

А должна бы! У Игоря от неприязни свело зубы. Этот парень совершенно точно не принадлежал этой брюнетке, а приехал сюда с другой. Игорь летел с ними в одном самолете, и они точно были парой. Он целовал ее точно так же, как эту – черноволосую.

У него мелькнула шальная, непутевая мысль, что та – другая девушка – может сейчас тоже выйти из соседней комнаты, и они начнут целоваться уже втроем.

Эту мысль он тут же отогнал.

Во-первых, та девушка показалась ему очень строгой и серьезной. Во-вторых, хлыщ, одевшись, вышел из коттеджа спустя пять минут и пошел к своему, где у окна его ждала уже другая.

– Отвратительно! – прошептал Игорь, поняв, что к чему.

Он подумал: а что мешает этому ловеласу ходить на свидания к Инге еще в какой-нибудь коттедж? Она его там ждет. Он приходит. И…

Нет, не клеится. Ловелас летел с Игорем одним самолетом, а Инга пропала две с лишним недели назад. Если только… этот ходок не бывал здесь ранее.

И опять не клеится. Ее искали всем поселком. Были привлечены волонтеры, персонал курорта. Кто-то мог увидеть, если она пряталась. Ей же надо было есть! Как вообще она могла снять коттедж? Ее документы остались у подруг.

Нет. Этот вариант исключался.

Глава 3

– Ваше имя?

– Анна, – представилась она, слегка наклонив голову. – Анна Ульянова.

– Майор Пирогов, – ответил он, подняв на нее взгляд от тарелки спагетти с мясом. – Итак, по порядку…

Майор приехал на снегоходе час назад в толстом летном комбинезоне, не продуваемом никаким ветром, и шлеме. Стащив с себя все это у двери, он остался в черном спортивном костюме и оказался не таким большим и внушительным. Среднего роста, худощавый, коротко стриженный, с бледным морщинистым лицом и серыми глазами, которые он без конца прикрывал веками, словно дремал.

Он тут же телефонными звонками вызвал всех возможных свидетелей в кофейню. Пока ждал их, заказал себе еды: суп, спагетти, пироги с яблоками, чайник чая.

Народ подходил вяло. Первой и пока единственной явилась высокая девушка с длинными светлыми волосами. Она казалась ему такой умненькой и строгой, что применять на ней разные приемчики с запугиванием и запутыванием он остерегся.

– Расскажите, как вы нашли сумку.

– Я об нее споткнулась. Шла из кофейни – метель, ничего не видно. Почти на ощупь, и все равно споткнулась.

– Значит, сумка лежала прямо на дороге? Правильно я вас понял?

Сумку исчезнувшей две с лишним недели назад Инги Болтневой уже отправили на экспертизу. Повез бармен – а кому еще? Таксисты не поехали. В такую-то погоду! Метель прекратилась, но дороги еще только расчищали. Майор отдал ему свой снегоход и отправил в отдел полиции передать улики экспертам.

– Да, получается так. На дороге, – немного подумав, проговорила Анна. – Я шла медленно. В какой-то момент показалось, что заблудилась. Но тут я услышала голос своего парня. Он говорил по телефону, и я поняла, что иду правильно. Вернее, уже дошла.

– Голос парня услышали до того, как споткнулись, или после?

Она снова задумалась, склонив голову к плечу.

– После. Сначала я упала. Запаниковала. Потом услышала его разговор.

– Понятно…

Вилка ерзала по тарелке, пытаясь накрутить спагетти. Выходило так себе. Майор нервничал и уже жалел, что заказал именно это блюдо. Взял бы котлет с картошкой, не мучился бы теперь и не выглядел полным лохом перед этой принцессой.

А девушка действительно напоминала ему принцессу из какой-то северной сказки: высокая, стройная, кожа чистая, белая, волосы светлые, длинные, падают на плечи легкой волной. Смотрит спокойно, с достоинством.

Очень хороший человек, решил майор, отодвигая тарелку с недоеденным вторым. Не то что ее парень. Вроде и смазливый, из тех, что девушкам нравятся, а вертлявый какой-то. Все время оглядывается, словно ждет подвоха или нападения. Явился пять минут назад и даже не сделал попытки подойти к своей девушке. Сидел в стороне и ждал своей очереди, что весьма странно и даже неприятно.

Зато другой молодой человек с нее глаз не сводил. К нему у майора были особенные вопросы. Это же тот самый Игорь, которого пропавшая Инга считала своим женихом!

Он, главное, не считал ее своей девушкой, а она его своим женихом – да. Так подруги рассказали, да и ее отец.

Чудны дела Твои, Господи!

С парнем майор уже общался по телефону – сразу, как исчезла Инга. Алиби его подтвердилось. И не было ни малейшей лазейки, ни крохотной зазубринки, чтобы майор мог зацепиться. Игорь был непричастен. Игорь был безупречен.

Майор вдруг перестал жевать пирог и жестом подозвал Игоря, не сводившего взгляда с Анны. Тот подскочил и через мгновение уже выдвигал дубовый стул из-за стола. Сразу представился и даже руку Анне поцеловал. Галантный…

– Что вы можете сказать по поводу ее находки? – обратился он к парню, указав надкусанным пирожком на девушку. – Как сумка Инги могла оказаться в снегу на пешеходной дорожке?

– Кто-то ее там оставил, – ответил Игорь без запинки.

– Зачем? – мрачно глянул на него майор. – Прямо на дороге! Смысл?

– Я не знаю, – пожал тот плечами. – И блузка в крови… Я ничего не понимаю.

– Послушайте, – услышали они мягкий голос северной принцессы. – А что, если кто-то пытался от сумки избавиться? Нес ее к мусорным контейнерам – это как раз по дороге, – и вдруг кто-то вышел навстречу. Злоумышленнику не оставалось ничего более, как бросить сумку в снег.

Игорь с майором уставились на нее: один с изумлением, почти с восторгом, а второй озадаченно.

– В ваших словах есть резон, Анна Ульянова, – нехотя признал майор, запивая пирог чаем. – Но почему именно сейчас? Две с лишним недели прошло!

– Метель, – последовал ее краткий ответ. – Обычно по курортной деревне народ гуляет. Просто невозможно найти уединенное место. Я бывала здесь ранее, знаю. А в метель никого не вытащить.

– Вы же вышли, – вставил Игорь, не сводивший с нее глаз.

– Устала сидеть в четырех стенах. Захотелось общения, смеха. Пришла сюда, а тут никого. Только работники кухни, бармен Олег и я.

– То есть, когда вы шли, никого не видели? – Майор прикрыл глаза.

– Нет. Это было практически невозможно. Видимость почти нулевая.

Ее руки были нежны и прекрасны. Безупречный маникюр, длинные пальцы, изящные ладошки и узкие запястья. За одно это природное совершенство трудно заподозрить ее в причинении тяжкого вреда здоровью, повлекшему…

Пирогов задумался.

Жива ли Инга? Судя по пятнам крови на ее блузке – вещь опознали подруги, она точно принадлежала Инге, – вред ей причинили, и немалый. Крови прилично, и она достаточно свежая. Майор в этом немного смыслил и даже без экспертов мог сказать, что следам на шелковой блузе не больше двух дней. Если окажется, что кровь принадлежит исчезнувшей Инге, то…

То все время, что ее безуспешно искали в окрестностях курортной деревни, она была жива? Вопросы – где, добровольно ли она скрывалась, или ее удерживали насильно – оставались пока без ответа. Но Пирогов был уверен, что докопается до истины. Он дотошный.

– Послушайте, Анна, а могло так случиться, что, когда вы шли в кофейню, сумка уже лежала в снегу на тротуарной дорожке? Или она появилась там уже после того, как вы пришли и выпили чаю?

Вопрос на самом деле серьезный, и плохо было то, что задал его не Пирогов, а Игорь. Почему он не проявил чудеса сообразительности и не спросил ее об этом первым?

Аня задумалась. Пальцы правой руки выхватили из прически локон и принялись его накручивать между указательным и средним. Взгляд невероятно чистых голубых глаз сделался рассеянным, поплывшим.

– Хороший вопрос, – похвалила она Игоря вслух, в отличие от майора, который всех хвалил молча, про себя. – Знаете, когда я шла в кофейню, дорога еще не была так сильно заметена. Ее только прочистили.

– Дорогу перед вами чистили? – вставил майор, а то Игорь опять его опередит.

Аня снова задумалась и кивнула спустя минуту.

– Да. Точно чистили. Я потому и пошла в кофейню. Точно! Как раз прошел чистильщик с такой штукой, которая снег выдувает с дороги на обочину. Я сразу засобиралась выпить кофе. Дорогу еще не успело замести.

– Сколько времени вы провели здесь, прежде чем вернуться в коттедж?

– Не больше часа.

– То есть за это время кто-то прошел по тротуару и бросил сумку. И кто это мог быть?

Вопрос был риторическим, но Игорь неожиданно нашелся с ответом:

– Тот, кто удерживает Ингу. Она еще жива, так?

Его взгляд и вопрос были полны надежды, и майор Пирогов ему сразу все простил: и внешность киногероя, и мускулатуру, которую не скрывал даже толстый свитер, и стопроцентное алиби.

– Надеюсь, что жива. – Поляков опустил взгляд.

– Тогда почему этот злоумышленник начал избавляться от ее вещей? – прозвучал вопрос белокурой принцессы, который они сочли вполне резонным. – Может быть, ее удерживали все это время, а теперь… Когда что-то пошло не так, решили избавиться от вещей. И… – Она вдруг закрыла лицо руками и отчетливо всхлипнула. – Как страшно!

– Считаете, что она… Инга умерла?! – Совершенное лицо Игоря побледнело.

– Кто-то начал выносить из коттеджа ее вещи. Сумка, блузка – что дальше? Джинсы, ботинки, куртка? В чем она была в тот вечер?

– Подруги сказали, что в короткой шубке, – уточнил Игорь. – Я ее не видел.

Пирогов кивнул – он их опрашивал.

– Есть еще кое-что. – Игорь раздвинул губы в виноватой улыбке. – Девочки не рассказали вам.

– Что?! – Майор даже зад приподнял от стула.

– Перед тем как выйти в тот вечер из кафе, Инга поскандалила с одной девушкой. И два вечера перед этим скандалила с ней тоже. Причину они не знают. Инга сказала, это что-то личное без уточнения подробностей. Но девушку эту я нашел. И даже узнал, что она отдыхает здесь уж три недели.

– И кто она? – нахмурился Поляков и стиснул зубы в раздражении. С подружками он еще беседу проведет. Напомнит про уголовную ответственность за препятствие следствию.

– Я не знаю. Номер коттеджа восемнадцатый. А ваш парень, – он глянул на Аню исподлобья, – навещает ее…