Текст книги "Арт-терапия: своим голосом"
![](/books_files/covers/thumbs_240/art-terapiya-svoim-golosom-187125.jpg)
Автор книги: Виктория Кокоренко
Жанр: Личностный рост, Книги по психологии
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Комментарий автора: «Коллаж на тему “Ритмы бытия” представляет собой то ли калейдоскоп (помните такую завораживающую детскую забаву? Труба, в которую цветные стеклышки насыпаны. Поворачиваешь – они пересыпаются, и картинка совсем другая получается, красиво и не повторяется), то ли такой своеобразный кубик Рубика. Много разных людей, процессов, событий – кажется, таких похожих между собой, но в какие разные и сложные конфигурации все это складывается… Время – для чего-то и для кого-то; время прошло, или ты проскочил, не заметил, некогда было, или казалось не важным тогда – и уже в нужную фигуру не складывается. Случайности, закономерности, получаешь разный опыт, чему-то научаешься и думаешь, что это даст тебе возможность делать меньше ошибок, пытаешься спрогнозировать, учесть, просчитать, но… Может, на те же грабли и не наступаешь, но наступаешь на другие. “Век живи – век учись, а дураком умрешь”. Есть вещи, которые непостижимы, всей жизни не хватит…»
Пример 4. На листе наклеены три кольца, вложенные друг в друга, как матрешки (маленькое, среднее, большое). Каждое кольцо собрано из округлых полосок (шириной около 1,5 см) разной длины и цвета. В каждом кольце цветные полоски соединены между собой внахлест (полоска на одном конце прикрыта полосой другого цвета, а другой конец сам сверху наклеен на следующий фрагмент). Цвета выбраны светлые, яркие (розовый, красный, оранжевый, голубой, желтый, сиреневый, зеленый), в каждом из трех колец есть по одному небольшому фрагменту темного – темно-синий, коричневый, серый. Кольца по окружности неровные, расположение цветовых фрагментов несимметрично. Впечатление: то ли яркого цветка, то ли дети широкой кистью и разными красками нарисовали три круга – весело, каждый по кусочку, по очереди, не заботясь о том, что круги не очень ровные… Комментарий автора: «“Ритмы бытия” – у меня какие-то ассоциации с тем, как дерево растет; по количеству колец можно определить, сколько десятков лет оно живет. Или вот еще как камень в воду бросаешь и круги по воде расходятся – шире, шире, шире… Такая общая и важная для меня идея развития – все проживается циклами, имеет начало и конец (только не всегда можно уловить, понять, где именно начало и какому началу даст жизнь наступающий конец, “у кольца – нет ни начала, ни конца”), переходит одно в другое, догоняет, наслаивается… Разные процессы, разные ритмы. Иногда хочется, чтобы периоды или события проходили быстрее или, наоборот, медленнее, но у всего есть какие-то свои, заложенные природой или жизнью ритмы. Вот если взять развитие ребенка: как он осваивает окружающий мир, как в детстве течет время… Сначала это небольшой мир вокруг (семья), потом шире (друзья, коллектив), потом еще шире (вон сколько всего в жизни взрослого человека!). Шире мир, больше событий, работы, проблем, задач, время ускоряется, его так не хватает, все быстрее и быстрее… Но можно рассмотреть процессы и в обратную сторону: как в своем развитии, в жизни человек с возрастом все больше от внешних событий и процессов проходит путь к себе, внутрь, к понимаю своей сущности, к поиску смыслов, к духовности… Как в жизни каждый круг (этап развития) наполнен цветом, чувствами, движением, все меняется и все равно движется по своей колее, многие проблемы, радости и смыслы проживаются одни и те же, но по-разному в разном возрасте, в разных периодах… “Все возвращается на круги своя”».
Пример 5. Этот коллаж на тему «Ритмы бытия» я словами описать не могу. Могу только использовать ассоциацию, которая возникает практически у всех, кто смотрит на эту работу: очень напоминает одну из абстрактных композиций Василия Кандинского. Впечатляюще, глубоко, красиво, притягивает и держит. Коллаж этот примечателен еще двумя особенностями: 1) способом воплощения идеи: автор вообще не брал ножницы в руки и ничего не вырезал сам. Для коллажа были использованы многочисленные обрезки пленки, которые после разных занятий складывались в пакет; 2) самым лаконичным комментарием к своей работе: «Мой коллаж на эту тему называется “Гармония хаоса”».
Пример 6. Проводя в Москве свой авторский обучающий семинар по арт-терапии, после того как были сделаны индивидуальные коллажи на эту тему, отработаны рефлексивная и теоретико-методическая часть, я попросила участников из всех работ выложить на полу общий коллаж на тему «Ритм Москвы». Мне, приехавшей из Санкт-Петербурга, ритм Москвы, города и людей в нем чувствовался иным, нежели в других местах страны. Как ощущали себя люди, здесь живущие, каждый день сопрягающие свои ритмы бытия с теми, которые диктовал этот город? Группа была большой, и участники буквально собой выкладывали этот пазл (своими движениями, телом: ходили, переступали, усаживались на колени, как-то группировали, выстраивали, соединяли, становились на стулья, чтобы видеть всю картину целиком сверху, с высоты птичьего полета). И сама эта работа (почувствовать, вспомнить, понять и собрать воедино), и разговор о том, каков он, ритм Москвы, – были очень глубокими и продуктивными.
Как любые художественные материалы, самоклеящаяся пленка и работа с ней имеет не только возможности, но и ограничения. Среди них можно назвать:
• ограниченный цветовой диапазон (цвета для работы только те, что есть в наличии, и хотя их может быть около 10–15 одновременно, все равно находится кто-то, кому этого недостаточно). По сравнению с красками для рисования невозможно в пленке смешать цвета и получить оттенки, а также невозможно сделать «мягкие, размытые» границы при соединении элементов разного цвета. Отсюда столь часто возникающее впечатление кубизма, для кого-то избыточной графичности, рублености, резкости, геометрической конкретности до примитивизма;
• необходимость повозиться с мелкими деталями (если они нужны автору для реализации некой идеи) требует не только времени, но и хорошо развитий мелкой моторики (точных дифференцированных движений пальцев рук); защитная сторона пленки не всегда легко и просто отклеивается, испытывает меру терпения автора и его готовности потрудиться для воплощения именно той идеи, которая была задумана. Однако в арт-терапии все как жизни. Собственно, что делает арт-терапия? Создает условия для проявления типичных для человека способов деятельности, поведения и взаимодействия с окружающими, моделирует ситуацию. И не только для проявления свойственного индивидуального, типического. Она дает возможность для спонтанного научения, экспериментирования, апробирования и осмысления чего-то нового, чем прирастаешь и двигаешься вперед. Любое ограничение может становиться ресурсом. Возможности и ограничения художественных материалов в арт-терапии учат клиента прежде всего пользоваться тем, что есть (а для этого надо познакомиться с материалом, исследовать его, понять, какие идеи будут хороши именно для этих творческих средств), и получать удовольствие от процесса и результата. Увы, как и в жизни, для многих большой проблемой становится несоответствие желаний, идей и планов имеющимся у человека возможностям и ресурсам.
Таким образом, глубину проживания и осмысления проблематики усиливают свойства предлагаемого художественного материала (цвет и форма) в сочетании с формулировкой темы, что расширяет возможности и стимулирует активность клиента в изменении себя и своих жизненных обстоятельств.
Арт-технология для работы с семейным опытом (коллаж с использованием льняной нити и картона)
Для работы с семьей или семейной проблематикой в масштабе индивидуально-личностной истории я использую различные техники, художественные материалы и темы, например льняную нить (шпагат) и одноразовые тарелки из плотной бумаги (картона). Это натуральные материалы, они доступны и финансово экономичны, количество тарелок и длину нити клиент может регулировать в зависимости от идеи и выбранного способа творческой работы. Взаимодействие с этими материалами дает интересные тактильные ощущения, что погружает в творческий процесс и определенные психические состояния, усиливает осмысление и проективность в работе над заданной темой. А. Ефимкина определяет проективность как универсальное и неотъемлемое свойство психики наделять воспринимаемую человеком действительность его устойчивыми личностными качествами и текущим эмоциональным состоянием [2]. Примечательно, что осмысление здесь идет вместе с руками (за руками… впереди рук… параллельно…).
Важно отметить, что представленный далее опыт моей арт-терапевтической работы по технике творческого процесса на первый взгляд – все та же техника коллажа. Мною разработана арт-технология, которая представляет собой сочетание техники творческого процесса (коллаж + техника орнамента) с конкретными материалами (льняная нить + картонная тарелка для основы), темой для работы с проблематикой клиента и соответствующим теоретико-методическим обоснованием.
Я предлагаю клиенту поразмышлять о семье в целом (что такое семья для человека) или о собственном семейном опыте (вынесенном из родительской семьи, из детства; актуальном опыте своей семьи) и создать из льняной нити в технике орнамента некий образ, используя в качестве основы бумажную тарелку. Способы закрепления нити могут быть разные: нить приклеивается (клеевой карандаш или клей ПВА), подвязывается через отверстия, сделанные ножницами, образ-рисунок из нити может даже просто выкладываться на тарелке. После того как творческий процесс завершен, происходит традиционное для арт-терапии обсуждение, рефлексивный анализ, в котором разговор идет о том, какие мысли, чувства, состояния сопровождали работу над этой темой (по Юнгу – внутренний план художественной работы); как появилась идея, образ и как удалось его воплотить данными художественными средствами; как созданный образ связан с семейным опытом автора, в какой мере в нем отражаются жизненные реалии и желаемое (род, женская и мужская линия рода, семейное наследование; семейная история, поколенческие различия, традиции, ценности и мировоззрение, образ жизни; ролевая структура, функции, периоды жизненного цикла и кризисы семейной системы; потребности; дом – совместное жизненное пространство семьи, границы и особенности взаимодействия и т. д.).
Работы, которые появляются в творческом осмыслении темы семьи, и интерпретации очень разные, как и сами представления авторов: наполненные разным опытом и значимыми эмоциональными переживаниями. Большинство участников говорят о том, как предложенные для творческого процесса материалы и техники ведут авторов. Льняная нить (грубая, неровная, шершавая, колючая, некрашеная) мгновенно погружает в архаику и соответствующие ассоциации: «натуральное – естественное – природное – родное – родство – род», «женщины, прядущие пряжу натруженными руками», «нить – то, что связывает (людей, семью, поколения)», «нить – как разные бесконечные пути конечной жизни», «узлы, петли», «отрезать – завязать», «начало – конец – начало», «сплести прочно (коса, канат)», «спасительная нить Ариадны». Бумажная тарелка как материал и форма для основы: «круг, бесконечность, мандала»; сторона, крашеная белая (лицевая) и некрашеная цвета льна (изнаночная) – «…как это всегда бывает в любой семье: то, что показывается людям и миру, и то, что не показывается, а знают только свои, семья, близкие»; тарелка – что может быть более символично для семейного быта? – «еда» (ежедневная потребность, забота, проявление любви и власти…), «посуда» (хозяйственно-бытовая функция семьи, будни и праздники, уровень материального достатка семьи и социальный статус, передача по наследству, любимая вещь, память…), «разбитая тарелка» (несогласие, конфликт, протест, эмоции, разрушительная активность…), «склеенная разбитая тарелка» (было, прошло, осталось напоминанием…). Техника орнамента задает ритм и повторение (частей, фигур, узлов, петель, линий), направление движения, центр и периферию, симметрию, символически отражая закономерности, жизненные события и ситуации, судьбоносные решения, сделанный выбор, границы и дистанцию, стабильное и изменчивое, периодичность и хронический характер проблем семейного функционирования, синхронизацию фаз, интервалов, циклов жизни личности и семьи.
На эти и многие другие ассоциации наслаиваются индивидуальные смыслы и значения; дальнейший анализ может идти на разных уровнях обобщения: от конкретно-ситуативного до трансгенерационного и этнокультурного, опираясь на созданный творческий продукт и контекстуальное поле участников. Всегда продуктивен диалог с автором, фокусировка внимания на процессе, объективизированном (деятельностном, творческом) и субъективном (чувствую, думаю, хочу, могу, надо…), деталях и особенностях пространственно-ритмической организации образа. Крайне важны направляющие и уточняющие вопросы, высокая сензитивность к формулировкам, с помощью которых автор выражает свои представления, к самостоятельному и/ или совместному поиску слова как формы, в которой наиболее точно и полно воплощено главное.
Пример 1. На лицевой (белой) стороне в центре тарелки приклеено объемное гнездо, выложенное из плотно накрученной нити. Поверху гнезда приклеены пять человечков, связанных из петель и узелков (две фигуры большего размера, три – поменьше). Вокруг гнезда несложный орнамент (отрезки и петли), по краю тарелки приклеена нить – ободок.
Комментарий автора: «Здесь все очень просто: я сделала свою семью. Мы с мужем и трое наших деток. Гнездо – это наш дом: уютный, теплый, надежный, в достатке. Мы тут все вместе, близко друг к другу. Вокруг гнезда (вот этот орнамент) – это такой социум, ближайшее окружение нашей семьи, друзья, родственники, соседи. А вот эта линия по краю – это такая граница между маленьким миром и большим. Дети, подрастая, сначала выходят в маленький мир, который к ним бережен и добр, а потом, взрослея, будут выходить и в большой мир, который может быть разным. И надо, чтобы дети многому научились, чтобы были готовыми к самостоятельной жизни и трудностям большого мира. Для того и граница, чтобы раньше времени не подходили к краю и не упали».
Пример 2. На белой стороне тарелки в центре нитью выложен и приклеен символ инь и ян, от которого, соединяясь концами нити (хвостиками), симметрично вверх и вниз отходят два плотно скрученных круглых завитка. Справа и слева от вертикали – «завиток – инь/ян – завиток», еще по два завитка меньшего размера. Вообще, вся работа предельно лаконична (в стиле минимализма). Автор использует прием контраста: небольшая тарелка (диаметр 17 см) выглядит огромной по сравнению с крошечными элементами орнамента (завитками на периферии и символом в центре) и многократно повторяемой круглой формой разной величины.
Комментарий автора: «Семья – это такая вселенная, в которой зарождается жизнь из слияния мужского и женского начала. Видите, у меня тут инь и ян? Тут вообще много всяких смыслов отразилось. Вот две спирали, связанные с мужским и женским началом, – это дети, а вот эти совсем маленькие, которые отдельно и дальше, – это такой образ будущих поколений. И у всех один механизм, одно и то же – слияние противоположного как начало жизни. Очень важен образ спирали, туго закрученной (когда я делала, то подумала: “Как хорошо, что есть клей: я без клея так туго бы не закрутила, и спираль бы не держалась”), – такая идея бесконечного развития, и начало этой спирали где-то глубоко внутри спрятано, природой заложено. Как и в семье: не всегда даже понятно, как все начинается (встреча, симпатия, взгляд, слово, случайность, притяжение, любовь…), но из этого вот что-то раскручивается, развивается, отношения, близость, родство… Ну, здесь есть и смыслы не только духовные. Явно же видно, что напоминают эти маленькие завитки с хвостиками в телесном смысле при слиянии мужского и женского начала…»
Пример 3. Нить держится на тарелке без клея: связана, переплетена через отверстия в центре, по окружности и через края. На белой стороне в центре тарелки – узел, вокруг которого плотными кольцами уложена и закреплена нить (как центр мишени). От узла – орнамент: восемь ромбов, вплетенных в кольца мишени, одним углом расположенных к узлу, а другим – к краю тарелки (образ, очень напоминающий нулевой километр или розу ветров). К одному из ромбов прикреплена петелька, выходящая за край (явно предназначенная для того, чтобы тарелку куда-то повесить). На обратной (серой, некрашеной) стороне – точно такой же рисунок нитью, но центр-мишень меньше размером (меньше колец, и они не так плотно уложены друг к другу), в нескольких местах нить соединена узлами (на видном месте) с неподрезанными концами, ромбы выполнены неровно (небрежно) – то у́же, то шире.
Комментарий автора: «Очень не хотелось пользоваться клеем: не нравится ощущение липкости в руках, и все эти ворсинки от льна прилипают… Вот сидела и вязала. Здесь у меня принципиально две стороны. Все как в семье: вроде бы одно и то же в жизни: и для своих (для членов семьи), и для других людей. А все равно есть разница. На белой стороне, лицевой, наружу, то, что другие видят, и каждая семья старается как-то получше, поприличнее показать. А просто для себя, для своих – все то же самое, но можно уже не так напрягаться, где-то сэкономить силы, на что-то махнуть рукой: как есть, так и сгодится. Поэтому я специально делала белую сторону красивой, ровной и гладкой, а на обратной стороне тоже специально – неровно, не очень красиво, узелки вот специально навязала (нитку разрезала и завязывала и концы длинные оставила, только заправила под нитку, чтобы сильно не болтались). Еще тут идея том, что в семье все начинается, от нее идет отсчет и направление в жизни.
Направления могут быть в разные стороны, но начинаются отсюда, из семьи. Вот только мне как-то не очень понятно, зачем я эту петельку сделала… Понятно, что тарелочка красивая, бывают такие декоративные тарелки, чтобы на стену вешать. Эту тоже можно куда-нибудь повесить. Сейчас вот смотрю на готовую, в руках держу… Если за петельку держать – она качается. Что-то похожее на часы… рисунок, сам образ… центр, направление стрелок… Понятно, что тут не 12 ч, но все равно похоже… И качается – влево-вправо, как маятник. Да, время важно, ведь если семья, то это надолго: на годы, на всю жизнь. Конечно, не всегда так, но ведь всем так этого бы хотелось – на всю жизнь, по-настоящему…»
Пример 4. На тарелке в нескольких местах проделаны отверстия, из которых по одной вытянуты разные по длине нити с обратной (некрашеной) стороны на белую (лицевую). На обратной стороне нити завязаны между собой в разные связки с короткими концами, создавая плотно прилегающие к основе стежки-отрезки. На белой стороне большинство нитей неравные, но длинные. Из них то две нити завязаны узлами в нескольких местах; то три сплетены косичкой, и в середине через эту косу насквозь протянута отдельная нить из другого отверстия, которая связана узлом с еще одной отдельной; то три нити из разных отверстий идут свободно рядом, через какое-то расстояние сплетаются в косу, и дальше две завязаны узлом и коротко обрезаны, а третья длинным концом идет дальше. Есть одна длинная нить, ни с чем не соединенная; есть одна совсем короткая, почти торчащая из отверстия; есть несколько коротких, запутанных и завязанных в петлю с одним концом. Общее впечатление неких прорастающих стеблей растения, хаотичных, двигающихся, очень живых. Возникает желание эти нити-стебли как-то упорядочить, распутать, понять, что и как должно лежать (висеть), каждую нить (косу, связку) разгладить руками.
Комментарий автора: «Я тут не использовала орнамент, была совсем другая идея. Но повторяющиеся элементы (то, что из орнамента) есть: плетение, узлы, петли. В этой теме семейного опыта я очень хотела отразить идею рода: такой семейной ветви, где все произрастает из каких-то неведомых нам корней, наследственности, многих поколений и разных судеб представителей этого рода. Поэтому здесь такие разные нити: и длинные, и короткие, как и жизнь у кого-то в одном роду может быть очень долгой, средней, обычной и совсем короткой. Они (и каждая в отдельности, и вместе)
связываются, сплетаются в разные пары, семьи, кто-то может быть в этом роду всю жизнь один; что-то запутывается безнадежно (какие-то события, перипетии судьбы), и никак не распутать – только обрезать; что-то продолжается и там, дальше – кто знает, какие нити в какие связки судьба завяжет и заплетет… Я вот сейчас говорю, и у меня перед глазами каждая нить – это какой-то мой реальный человек в роду: дядя, сестра бабушки… Кто-то погиб, кто-то прожил долгую благополучную жизнь, хотя всякое бывало: женились, выходили замуж – и появлялись какие-то другие линии в роду; кто-то кого-то любил, ссорился; кого-то с кем-то жизнь развела и раскидала по разным городам и даже странам… Я, когда делала, все это как будто руками видела, и само ощущение в этой работе такое запредельное, как будто судьбы человеческие вяжешь, перебираешь… И моя жизнь тоже здесь где-то вплетена, кем-то вплетена… И длится…»
Пример 5. В этой работе автор использовал три тарелки, которые особым образом наложены друг на друга и связаны нитью между собой. Каждая из тарелок имеет отверстие в центре, через которую продета нить, и нитью же каждая тарелка поделена на несколько сегментов – радиусов (как разрезают торт: от центра к краям треугольными кусочками). Повторяющийся элемент – треугольники на круглой форме тарелок. Две тарелки наложены друг на друга, зона пересечения – 1/3. На эти связанные, пересекающиеся тарелки наложена третья, зона пересечения – 1/2 (половина тарелки), т. е. третья тарелка находится внизу и посередине между двумя верхними. Все три тарелки очень плотно связаны между собой: это единое целое из трех элементов. В центре этой триединой композиции – треугольник из нитей, к сторонам которого закреплен длинный конец одной нити (продет, многократно уложен – такая непонятность, неопределенность, неоформленность среди четких радиусов). На обратной стороне композиции нитей меньше, узлы, концы нитей разной длины, сегменты неравные между собой, на каждой из трех тарелок их разное количество.
Комментарий автора: «Это моя семья: я, и мой муж (вот эти две тарелки), и наш сын (вот, посерединке). Если посмотреть на эти две тарелки (я и мой муж), то они немножко друг друга закрывают. И здесь так интересно получается: если смотреть с этой стороны (белой), то один из нас прикрывает другого, а если смотреть с обратной стороны, – наоборот. Так у нас и в жизни: то я, то он друг друга прикрываем. Эти две тарелки (если смотреть спереди)
одинаковые, ровные, четкие, т. е. мы взрослые люди, у нас все простроено и понятно. А вот сыночек наш, он еще растет. Поэтому у него здесь есть линии уже оформленные, четкие (как у нас, у родителей), но есть еще и свободное место на тарелке: не все определено, не все понятно, что-то еще только будет складываться. По этому вот тут, в середине, заплетен длинный конец нитки, из которого потом что-то будет, какая-то линия на каком-то своем месте появится. Мы, родители, дали направление, заложили основу, обеспечили всем необходимым. Но куда и как двигаться, какие пути прокладывать, надо будет решать ему. Я как-то сразу поняла, что мне нужны три тарелки: мы же все личности. Конечно, мы семья, по этому мы в чем-то одинаковые, у нас много общего, и мы все очень близко друг к другу, все очень тесно и прочно связаны. И еще важно, что с обратной стороны тарелок не все так красиво и ровно, как с этой, белой. Как в каждой семье. Но мы близкие люди и знаем друг друга без прикрас. Главное, что мы вместе, что семья – есть».
Пример 6. Работа, которая своей необычностью притягивала взгляды всех участников в процессе изготовления и восхищала в готовом виде. На тарелке высился утес, выложенный из бесчисленных слоев волнистых петель льняной нити, обильно пропитанной клеем. Высился – в данном примере не метафора, а 20 см высоты. Сколько было использовано метров льняной нити, никто не считал, клея ПВА – почти 2 флакона. Работа изготавливалась дольше, чем у других участников, все руки мастера были испачканы клеем, но автора это совершенно не смущало: настолько она была погружена в творческий процесс, в тему, в идею.
Комментарий автора: «Семью я представляю таким высоким утесом на берегу океана жизни (он ближе к одному краю расположен, а с той стороны – океан). Это и защита от стихии и непогоды, это и земля, берег, пристань для тех, кто в океане. С высоты этого утеса ты смотришь туда, за горизонт, в жизнь, – что там? И когда-то понимаешь, что тебе пора туда отправляться: в собственное плавание. Мечтаешь, размышляешь, слушаешь рассказы бывалых (своих и тех, кого ненадолго попутным ветром или бурей занесла сюда судьба), рвешься, не решаешься, пробуешь… Сначала куда-то недалеко, чтобы не терять утес из вида. Потом далеко, и он остается только в твоей памяти и сердце. Но сколько бы тебя ни носило по океану, ты знаешь, что когда-нибудь вернешься. К родному, домой».
Пример 7. Результат творческой работы на эту тему представляет собой две тарелки, наложенные одна на одну и склеенные между собой в центре. Нижняя тарелка, с которой начиналась работа, была разрезана пополам с неровным краем (имитация разбитой тарелки), и по этому краю снова соединена в целую тарелку ниткой, продернутой через отверстия (прошнурована, сшита, как сшивают два лоскута ткани). Стежки и расстояние между ними – неровные (неумелые). На верхней тарелке приклеен смайлик из нитей – глаза, нос, улыбка.
Комментарий автора: «В каждой семье есть двойное дно: обиды, ссоры, конфликты, проблемы. Мне сразу как образ семьи представилась разбитая тарелка (близкие ссорятся… эмоции… ругань… разбитая посуда… “разбитую чашку не склеишь”). Но если люди хотят, можно найти решение, мириться, жить дальше. Если хотят. Как удастся и как получится. Поэтому здесь принципиально такие неровные стежки: это как сметать, соединить, сшить на живую нитку. Не так важно, что некрасиво и неаккуратно, важно, что держится. Сверху – целая гладкая белая тарелка, рожица вот улыбающаяся. Это как если после разлада начать все заново. И будет много хорошего. И не всем это двойное дно показывается, да и самим не обязательно каждый раз переворачивать тарелку и смотреть. Но то, что было, никто не забудет, так или иначе все будут жить с этим швом, из этого исходит и зрелость, и мудрость, и понимание. Купить новую тарелку – это забыть и заменить; присоединить новое к тому, что было – это суметь жить дальше с тем, что есть».
Этот образ, рефлексия и размышления автора очень впечатлили всю группу участников, вызвали активный отклик. Кто-то сказал, что категорически терпеть не может в своем доме никакой посуды даже с малейшей трещинкой, что сразу же такая посуда выбрасывается. А кто-то вспомнил, что у японцев есть любопытная традиция: разбитые чашки, тарелки, вазы не выбрасывать, а бережно собирать все осколки, склеивать и потом золотой краской покрывать эти склеенные швы. Делают это явно не от бедности, очень сосредоточенно, не спеша, скрупулезно, кропотливо, аккуратно. Каждая такая позолоченная вещь становится не просто изумительно красивой, а абсолютно уникальной, ведь невозможно разбить одинаково две чашки. Как это похоже на семью… Такие схожие трудности и проблемы разных семей и разных людей так индивидуальны в конкретике и своеобразии. Символически перенося это на семейный опыт: бережность, терпение, труд, уважение и ценность – мастерство и искусство жить в семье, сохраняя и сохраняясь.
Все единодушно отмечают, что тема семьи – значимая и актуальная для каждого человека. Представленная авторская арт-терапевтическая технология работы с семейным опытом обладает большим ресурсом для индивидуального, семейного и группового осмысления темы семьи: сложной, противоречивой, болезненной, счастливой, жизненно важной: такой, какая она есть.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?