Читать книгу "Экономика без догм. Как США создают новый экономический порядок"

Коронакризис 2020 г. на этом фоне выступает уникальным испытанием для почти уже сформировавшейся новой финансовой системы. 2021‒2022 гг. станут критически важными для превращения ее из потенциального в реальный краеугольный камень экономики XXI в. со всеми ее достоинствами и недостатками. Уже сегодня можно быть уверенным в том, что это будет экономика растущего глобального неравенства и усиливающихся противоречий «центра» и периферии. Однако, прежде чем перейти к прогнозу, стоит немного вернуться назад и оценить глубинные процессы, стоящие за теми тенденциями, которые мы рассмотрели в первых двух главах этой книги.

Глава третья
Причины финансовой революции

Фундаментальные основания описанных перемен формировались одновременно с кристаллизацией черт новой финансовой системы; не будет преувеличением сказать, что реальный сектор экономики и сфера финансов развивались в унисон – иного, собственно, невозможно себе представить. Именно новые потребности экономики, а не социальные или геополитические соображения подталкивали глобальную финансовую систему к изменениям; именно поэтому она наиболее сильно модифицировалась в последние несколько десятков лет не в тех странах, которые стали заявлять о своих великодержавных претензиях, а именно там, где ростки новой экономики возникли раньше и развились более всего.

Если обратиться к самому общему сдвигу, который запустил нынешние перемены, это, разумеется, был переход от традиционного «индустриального» общества к «постиндустриальному»[398]398
  См.: Fourastié, Jean. Le grand espoir du XXe siècle, Paris: Editions Gallimard, 1949, pp. 80–83.


[Закрыть]. Сам последний термин появился как раз накануне первой фазы финансовой трансформации, будучи введенным в оборот несколькими авторами в 1968–1971 гг.[399]399
  См., напр.: Touraine, Alain. La société post-industrielle, Paris: Editions Denoёl, 1969, p. 1; Rostow, Walt. Politics and the Stages of Growth, Cambridge: Cambridge Univ. Press, 1971, pp. 378–379; подробнее о становлении терминологии см.: Rose, Margaret A. The Post-Modern and the Post-Industrial: A Critical Analysis, Cambridge: Cambridge Univ. Press, 1991, pp. 22–24.


[Закрыть] При этом следует заметить, что экономический сдвиг того времени не сводился к переходу от производства традиционных товаров к производству услуг[400]400
  См.: Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество: Опыт социального прогнозирования. – М.: Academia. – 1999. – С. 163–222; Bell, Daniel. ‘The World and the United States in 2013’ в: Daedalus, Vol. 116, No. 3, Summer 1987, p. 8.


[Закрыть] и даже информации[401]401
  См.: Stonier, Tom. The Wealth of Information: A Profile of the Post-Industrial Economy, London: Thames Methuen, 1983, pp. 21–24.


[Закрыть]; в куда большей мере он указывал на отход от «общества массового производства»[402]402
  См.: Bell, Daniel. The Cultural Contradictions of Capitalism, New York: Basic Books, 1978, рр. 194–198.


[Закрыть] в сторону «индивидуализированного общества»[403]403
  См.: Beck, Ulrich, Giddens, Anthony and Lash, Scott. Reflexive Modernisation. Politics, Tradition and Aesthetics in the Modern Social Order, Cambridge: Polity, 1994 и Beck, Ulrich. Risikogesellshaft. Auf dem Weg in eine andere Moderne, Frankfurt am Main: Suhrkamp Verlag, 1986.


[Закрыть] (хотя, надо признать, сам этот факт был осмыслен намного позже, в ходе ретроспективного взгляда на 1970-е гг. уже из XXI в.[404]404
  См., напр.: Бауман З. Индивидуализированное общество. – М.: Логос, 2002.


[Закрыть] Снижение роли традиционных индустриальных отраслей стало реальностью последнего полувека: доля промышленности в ВВП США уменьшилась с 25,2 % в 1967 г. до 17,1 % в 1987 г. и 11,4 % в 2019-м[405]405
  По данным Бюро экономического анализа: https://apps.bea.gov/scb/pdf/2005/12December/1205_GDP-NAICS.pdf и https://apps.bea.gov/iTable/iTable.cfm?ReqID=51&step=1 (сайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть]; в Германии этот показатель составлял 40,4 % в 1966 г., 33,5 % в 1991-м и 26,8 % в 2019-м; во Франции – 29,7 % в 1967-м, 24,4 % в 1989-м и 17,1 % в 2019-м[406]406
  По базе данных Всемирного банка для Германии: https://data.worldbank.org/indicator/NV.IND.TOTL.ZS?locations=DE для Франции: https://data.worldbank.org/indicator/NV.IND.TOTL.ZS?locations=FR (сайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть], подготавливая подъем новой экономики, ориентированной на максимальное разнообразие потребления и сегментирование рынков (реальностью это новое состояние стало лишь в 2000-е гг.). Однако важнейший пункт, который стоит тут отметить, – это то, что именно уход в прошлое традиционных стандартов, примитивных сопоставлений и прежних пропорций воспроизводства стал основной причиной современной финансовой революции.

Индустриальное общество предполагало повторяемость и соизмеримость всех экономических процессов. Нельзя не согласиться с тем, что его главной особенностью были не столько капиталистические отношения, а превращение инноваций в основной элемент повседневной жизни[407]407
  См.: McCloskey, Deirdre. Bourgeois Equality: How Ideas, Not Capital or Institutions, Enriched the World, Chicago, London: Univ. of Chicago Press, 2016.


[Закрыть] – однако даже это не отменяло того факта, что в традиционных индустриальных отраслях для производства каждой новой единицы товара требовалось приблизительно такое же (а во многих случаях даже большее) количество материалов, энергии и труда. В 1929 г. средний американский автомобиль (возьмем Chrysler 75) весил 1,4 тонны, имел двигатель 84 л. с., потреблял на 100 км пробега 12 литров бензина и стоил около $1550; в 1970 г. он (скажем, Chrysler Newport) весил 1,84 тонны, имел двигатель мощностью 290 л. с., расходовал на 100 км пробега 21 литр бензина и стоил $3860[408]408
  Характеристики и цены автомобилей см. на сайтах: http://www.thepeoplehistory.com/20scars.html, https://www.conceptcarz.com/s15393/chrysler-series-75.aspx, http://www.thepeoplehistory.com/70scars.html, https://www.automobile-catalog.com/make/chrysler/full-size_chrysler_6gen/full-size_6gen_newport_hardtop_sedan/1972.html и https://en.wikipedia.org/wiki/Chrysler_Newport#1969%E2%80%931973 (сайты посещены 15 августа 2020 г.).


[Закрыть], то есть на 10 % дороже с учетом инфляции[409]409
  Инфляция доллара с 1925 по 1970 г. см.: https://www.in2013dollars.com/us/inflation/1925 (сайт посещен 15 августа 2020 г.).


[Закрыть]. В развитом индустриальном обществе относительной стабильности и растущего равенства вещи становились bigger & better, а труд оставался важнейшим ресурсом и оценивался по понятным канонам, как и остальные производственные факторы. Финансовая система, основанная на жестком стандарте (либо на использовании золота в качестве платежного материала, либо на привязке к нему через доллар), полностью соответствовала нуждам экономик индустриального типа – но с 1970-х гг. начались сдвиги, изменяющие саму суть воспроизводственного процесса.

Первым среди них стала индивидуализация – и производителя, и продукции, и потребителя.

Прежде всего следует отметить рост индивидуальности производителей, который сопровождался (пусть и не идеальными) изменениями в структуре образования. За предшествующие великой финансовой революции полвека (опять-таки с 1925 по 1970 г.) средний уровень образования представителей низшей квинтили в США вырос с менее чем 7 до 12,5 года и достиг наиболее приближенного к медианному значения за всю историю[410]410
  Увеличение продолжительности образования см. на сайте Russel Sage Foundation: https://www.russellsage.org/sites/default/files/Fischer_Hout_Tables%20Figures.pdf (сайт посещен 15 августа 2020 г.).


[Закрыть]. При этом индустриальная занятость вознаграждалась весьма достойно: за тот же период зарплаты в промышленности выросли в 4,8 раза (или в 2,1 раза с учетом инфляции)[411]411
  Данные по номинальной зарплате за 1929 г. на сайте ФРС: https://fraser.stlouisfed.org/title/employment-earnings-60/august-1960-20153/gross-hours-earnings-production-workers-manufacturing-340949 (сайт посещен 15 августа 2020 г.), за 1970 г. см.: Statistical Abstract of the United States 1976, Washington (DC): U.S. Census Bureau, 1976, table 607, p. 378.


[Закрыть] – значительнее, чем медианная квалификация (что объяснялось прежде всего развитием производственных технологий). Между тем вскоре эксперты начали отмечать, что если в течение нескольких десятилетий после завершения Великой депрессии разрыв в оплате высоко– и низкоквалифицированных работников снижался, то с середины 1970-х он стал расти[412]412
  См.: Judy, Richard and D’Amico, Carol. Workforce 2020. Work and Workers in the 21st Century, Indianapolis (In.): Hudson Institute, 1997, p. 63; Lind, Michael. The Next American Nation. The New Nationalism and the Fourth American Revolution, New York: The Free Press, 1996, p. 75 и др.


[Закрыть]. П. Друкер писал в те годы, что инвестиции в высшее образование оказались самыми доходными, если основываться на повышении доходов выпускника в течение 30 лет с момента окончания им вуза[413]413
  Cм.: Drucker, Peter. Landmarks of Tomorrow: A Report on the New “Post-Modern” World, New Brunswick (NJ), London: Transaction Publishers, 1996, pp. 127–128.


[Закрыть] (и остаются таковыми, несмотря на стремительный рост стоимости обучения в колледжах). К концу 1980-х сложилась ситуация, в которой работник без вузовского диплома практически не мог рассчитывать на заметное повышение дохода на своем основном рабочем месте[414]414
  См., напр.: Lind, Michael. The Next American Nation, p. 75 и Madrick, Jeffrey. The End of Affluence. The Causes and Consequences of America’s Economic Dilemma, New York: Random House, 1995, p. 135.


[Закрыть]. В начале 1990-х Ф. Фукуяма отметился жесткой формулировкой о том, что «почти все классовые различия в Соединенных Штатах обусловлены [сегодня] разницей в качестве полученного образования»[415]415
  Fukuyama, Francis. The End of History and the Last Man, London, New York: Penguin, 1992, p. 116.


[Закрыть], а О. Тоффлер ввел понятие «когнитариата» как нового наиболее производительного класса[416]416
  См.: Toffler, Alvin and Toffler, Heidi. Creating a New Civilization: The Politics of the Third Wave, Atlanta (Ga.): Turner Publishing, 1995, p. 55.


[Закрыть].

При этом важно иметь в виду не только то, что изменялась модель оплаты в индустриальном секторе на фоне новых требований к квалификации работников, но и то, что в сфере услуг происходила настоящая революция. Здесь ускорилось развитие новых форм занятости, соответствующих новым потребностям рынка, и прежде всего – индивидуальной занятости (в 1973 г. в США было зарегистрировано 6,4 млн предприятий с одним работником[417]417
  См.: Steinmetz, George and Wright, Erik Olin. ‘The Fall and Rise of the Petty Bourgeoisie: Changing Patterns of Self-Employment in the Postwar United States’ в: American Journal of Sociology, 1989, Vol. 94, No. 5 (Mar., 1989), р. 977.


[Закрыть], а в 2018 г., согласно последним опубликованным сведениям, их число приблизилось к 26,5 млн, а объем выручки – к $1,3 трлн[418]418
  СмCBP and NES Combined Report’ на сайте Бюро переписи населения США: https://www.census.gov/data/tables/2018/econ/nonemployer-statistics/2018-combined-report.html (cайт посещен 15 августа 2020 г.).


[Закрыть], или 6 % ВВП; более 36 000 таких компаний имеют объем продаж более $1 млн в год[419]419
  См.: Pofeldt, Elaine. ’Why More Americans Are Breaking $1 Million As One-Person Businesses’ на сайте журнала Forbes: https://www.forbes.com/sites/elainepofeldt/2018/06/21/why-more-americans-are-breaking-1-million-in-one-person-businesses/#49a28649616b (cайт посещен 15 августа 2020 г.).


[Закрыть]). Развитие таких фирм обеспечило с 1981 г. около четверти общего прироста производительности в американской экономике[420]420
  См.: Bento, Pedro and Restuccia, Diego. The Role of Nonemployers in Business Dynamism and Aggregate Productivity: NBER Working Paper No. 25998, 2019, p. 29 на сайте Национального бюро экономических исследований: https://www.nber.org/papers/w25998.pdf (cайт посещен 15 августа 2020 г.).


[Закрыть]. Деятельность значительного количества врачей, адвокатов, архитекторов, программистов и других людей высшей квалификации стала индивидуальной (в некоторых случаях вокруг них образуются коллективы помощников, но сами они уже не работают по найму); если бизнес оказывается очень успешным, он выстраивается в виде компаний, носящих крайне индивидуализированный характер (еще в конце 1990-х гг. я назвал этот феномен «креативная корпорация»[421]421
  См.: Иноземцев В. Творческие начала современной корпорации // Мировая экономика и международные отношения. 1997. № 11.


[Закрыть], носящей отпечаток индивидуальности ее владельца и фактически никогда его не меняющего). В этой сфере индивидуальность выражается квалификацией и компетенцией в относительно известных секторах экономики – но развиваются и другие формы появления того же тренда, когда основную роль играет даже не столько компетентность, сколько особые качества и свойства человека. В новой экономике самое катастрофическое – это быть средним (что как раз давало определенные гарантии в индустриальном обществе). Никакие заработки не росли так быстро в последние десятилетия, как доходы наиболее востребованных актеров, исполнителей и спортсменов. В 1997 г. Леонардо ди Каприо получил $40 млн за роль в «Титанике»; в 2018-м Джордж Клуни заработал $239 млн[422]422
  См.: Sara, Nissi. ‘Leonardo DiCaprio: The ‘Titanic’ Actor’s Net Worth Will Blow Your Mind’ на сайте журнала Republic: https://www.republicworld.com/entertainment-news/hollywood-news/leonardo-dicaprio-the-titanic-actors-net-worth-will-shock-you.html и Robehmed, Natalie. ‘The World’s Highest-Paid Actors 2018: George Clooney Tops List With $239 Million’ на сайте журнала Forbes: https://www.forbes.com/sites/natalierobehmed/2018/08/22/the-worlds-highest-paid-actors-2018-george-clooney-tops-list-with-239-million/#618650ec7dfd (cайты посещены 16 августа 2020 г.).


[Закрыть]. Доходы Элвиса Пресли за всю его жизнь составили около $100 млн[423]423
  См.: Poisuo, Pauli. ‘Here’s How Much Elvis Presley Was Worth When He Died’ на сайте журнала Grunge: https://www.grunge.com/192606/heres-how-much-elvis-presley-was-worth-when-he-died/ (cайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть], Тейлор Свифт и Бейонсе за последние 10 лет заработали $825 и $685 млн соответственно[424]424
  См.: O’Malley Greenburg, Zack. ‘From Taylor Swift To Dr. Dre: The 10 Top-Earning Musicians Of The Decade’ на сайте журнала Forbes: https://www.forbes.com/sites/zackomalleygreenburg/2019/12/23/from-beyonc-to-paul-mccartney-the-10-top-earning-musicians-of-the-decade/#2f86a5f-37fe5 (cайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть] (36 самых высокооплачиваемых исполнителей, возглавляющих список Forbes Celebrity 100, получают около $2 млрд ежегодно[425]425
  См.: Hu, Cherie. ‘The Steady Rise Of Pop: Tracking Musician Earnings By Genre’ на сайте журнала Forbes: https://www.forbes.com/sites/cheriehu/2016/07/14/steady-rise-pop-musician-earnings-by-genre/#1a3e4d6e4fad (cайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть]). В 1975 г. один из величайших теннисистов всех времен Бьёрн Борг за победу в финале Открытого чемпионата Франции («Ролан Гаррос») был вознагражден 120 000 французских франков; Рафаэль Надаль, победитель турнира 2019 г., увез с собой чек на €2,3 млн[426]426
  См. данные по призовым на сайте ресурса Wikipedia: https://en.wikipedia.org/wiki/1975_French_Open и https://en.wikipedia.org/wiki/2019_French_Open (cайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть] (€1 в 1999 г. был приравнен к 6,56 франка). В 1974 г. легендарный Мухаммед Али за $5,45 млн вышел на бой против Джорджа Формана[427]427
  См.: ’Boxing Timeline’ на сайте газеты The New York Times: https://www.nytimes.com/interactive/2015/04/29/sports/web-boxing-purses.html (cайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть]; в 2017-м Флойд Мейвезер победил Конора Макгрегора за $275 млн[428]428
  См.: Badenhausen, Kurt. ‘How Floyd Mayweather Made A Record $275 Million For One Night Of Work’ на сайте журнала Forbes: https://www.forbes.com/sites/kurtbadenhausen/2018/06/05/how-floyd-mayweather-earned-275-million-for-one-night-of-work/#289ca4d16e4d (cайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть]. В футболе с 1985 по 2019 г. средняя цена трансферов футболистов для 10 ведущих клубов выросла с €3,2 до €91,6 млн за сезон, или в 28,6 раза[429]429
  См.: ’Most Expensive Football Transfers: 1980–2020’, хронологическая визуализация на сайте YouTube: https://www.youtube.com/watch?v=t64IZ913A1o (cайт посещен 8 августа 2020 г.).


[Закрыть]; самый дорогой индивидуальный трансфер подорожал с €2,9 млн в 1985 г. до €222 млн в 2017-м[430]430
  По данным caйта Goal.com: https://www.goal.com/en-us/news/the-100-most-expensive-football-transfers-of-all-time/ikr3oojohla51fh9adq3qkwpu (сайт посещен 13 августа 2020 г.).


[Закрыть] (уверен, что мы еще увидим миллиардные цифры в контрактах боксеров и футболистов). И что особенно важно: сам рынок подобных услуг стремительно структурируется: для почитателей американского футбола могут быть безразличны боксеры, для фанатов рэпа – кумиры любителей классической музыки. Все отмеченные моменты радикально меняют основу экономики: относительную сводимость затрат к единому измерителю (ранее я называл это «деструкция стоимости», если принимать ее марксистское определение[431]431
  См.: Иноземцев В. За пределами экономического общества: Постиндустриальные теории и постэкономические тенденции в современном мире. – М.: Academia, Наука, 1998. – С. 311–349.


[Закрыть]).

Все сказанное проявляется и в индивидуализации производимых товаров и услуг. В последнее время все большее число товаров начинает производиться на заказ с использованием гибких производственных процессов; разнообразие продукции стремительно растет практически во всех товарных группах; специальной ценностью начинают пользоваться бренды. Если еще в 2007 г. суммарная стоимость брендов 50 самых известных в мире фирм, производящих товары и услуги, ориентированные на конечного потребителя, составляла $1,03 трлн[432]432
  Рaссчитано по данным caйта Branddirectory на 2007 г.: https://brandirectory.com/rankings/global/2007/table (сайт посещен 13 августа 2020 г.).


[Закрыть], то, по последним оценкам, она превышает $2,83 трлн[433]433
  Рaссчитано по данным caйта Branddirectory на 2020 г.: https://brandirectory.com/rankings/global/table (сайт посещен 13 августа 2020 г.).


[Закрыть]. В качестве совершенно особой сферы оформилось статусное, или престижное, потребление, ценность продуктов которого растет непропорционально их себестоимости, опережая показатели инфляции в несколько раз. Между 1995 и 2019 гг. оборот мировой сферы luxury вырос в 3,65 раза[434]434
  Рассчитано по данным ‘Luxury Goods Worldwide Market Study’ caйта Bain.com (не включая автомобилей, яхт и частных самолетов): https://www.bain.com/contentassets/5cf5c5b034724c629f74b6d286c6fe48/bain20studie_trends20und20entwicklungen20im20luxusgc3bctermarktt_2009.pdf и https://www.bain.com/about/media-center/press-releases/2019/fall-luxury-report/ (сайт посещен 13 августа 2020 г.).


[Закрыть], и рост продолжается, несмотря на любые экономические кризисы. То же самое касается и стоимости услуг экстра-класса: путешествий, гостиниц, ресторанов и т. д. Данная сфера оказывается «золотым дном» для развитых экономик, прежде всего для Европы: ввиду растущей индивидуализации потребителей рынок становится практически безграничным, так как отдельные компании не столько конкурируют друг с другом, как это обычно происходит в масс-секторе, сколько занимают определенные ниши и оперируют в них. Потребление товаров индивидуализированного стиля становится знаком принадлежности к глобальному «высшему классу», что формирует рынок символических ценностей, по неким причинам тотально занятый производителями из самых успешных стран (всем хорошо известно, что ничем не примечательные минеральные воды из Франции и Италии представлены в топовых гостиницах и ресторанах по всему миру, равно как шотландский виски и французский коньяк; в лучших магазинах продаются итальянская обувь и французская парфюмерия, британские аксессуары и испанский хамон, немецкие автомобили и швейцарские часы). Ценовая конкуренция в этом секторе становится невозможной, а даже суперкачественная подделка – бессмысленной, так как подлинным объектом потребления является не сам товар, а демонстрируемый им статус[435]435
  См.: Иноземцев В. Модели постиндустриализма: сходство и различия // Общество и экономика. 2003. № 4–5.


[Закрыть]. Этот сектор, появившийся в сколь-либо заметном масштабе после Второй мировой войны, становится сегодня лицом успешных экономик и будет расти и впредь.

Наконец, нельзя не замечать, что новая экономика отличается от прежней и существенно изменившейся кастомизацией потребления. Здесь стоит отметить хотя бы то, что за последние полвека возникли и, по сути, завершили свое существование главные образцы индустриального типа торговли – супермаркеты и моллы. Возможность прямого диалога производителя товара и его покупателя создала предпосылки для того, что сейчас называют интернет-торговлей и чему сегодня подчинена вся система транспорта и доставки. Появившись на излете первого этапа современной глобализации, пионеры интернет-торговли превратились в крупнейшие корпорации, главные из которых – американская Amazon и китайская Alibaba – по состоянию на 1 декабря 2020 г. оценивались, соответственно, в $1,62 трлн и $712 млрд[436]436
  По данным Ycharts: https://ycharts.com/companies/AMZN/market_cap и https://ycharts.com/companies/BABA/market_cap (сайт посещен 13 августа 2020 г.).


[Закрыть]. Их развитие оказалось тесно связано с новыми технологиями доставки – сейчас практически все заказы могут быть исполнены в течение суток, – полностью «подстраивающимися» под потребителя[437]437
  Согласно статистике сайта Amazon.com для заказов дороже $35 по статусу Amazon Prime: www.amazon.com/Prime-FREE-Same-Day-Delivery/b?ie=UTF8&node=8729023011 (сайт посещен 13 августа 2020 г.).


[Закрыть]. Это открывает дополнительные возможности развития прежде всего для тех производителей, которые ориентируются на узкие группы потребителей: ценителей «органической» продукции, вегетарианцев и веганов, людей, не переносящих глютен и лактозу и т. д. Сегодня в тех же США на такие «особые» категории приходится до 12,3 % (в стоимостном выражении) продаж продуктов питания[438]438
  В 2019 г. объем розничных продаж органических продуктов составил около $55,1 млрд (см.: https://ota.com/resources/market-analysis), безглютеновой продукции – $21,6 млрд (см.: https://www.grandviewresearch.com/industry-analysis/gluten-free-products-market), безлактозной – $12,1 млрд (см.: https://www.marketsandmarkets.com/Market-Reports/lactose-free-products-market-4457397.html), и товаров для веганов – не менее $5 млрд (cм.: https://www.livekindly.co/sales-vegan-food-skyrocket-5-billion/) при общем объеме рынка в $765 млрд (см.: https://www.statista.com/statistics/197619/annual-food-and-beverage-store-sales-in-the-us-since-1992/) (сайты посещены 13 августа 2020 г.).


[Закрыть]. Поставленные в условия жесткой конкуренции, традиционные компании также вынуждены были в максимальной степени учитывать потребности и предпочтения потребителей. Этот процесс на протяжении последних двух десятилетий серьезно изменил стереотипы поведения людей: привлекательность городской жизни стала снижаться, а последствия глобальной коронавирусной пандемии могут привести к еще одному результату: к резкому снижению массового офисного труда, который, казалось бы, в 1980–2000-е гг. заменил столь же массовый труд промышленного типа. Если это случится, предельно индивидуализированным окажется не только потребление конечного продукта, но и тех товаров, которые обычно используются в производстве. Я даже не буду говорить о том, насколько сложными стали сегодня системы формирования лояльности тем или иным продуктам или компаниям: от купонов и скидок до клубов часто летающих авиапассажиров (к августу 2012 г. в качестве бонусов путешественникам накоплено более 23,5 трлн «миль»[439]439
  По данным сайта International Travel News: https://www.intltravelnews.com/2013/01/the-value-of-frequent-flyer-miles#2 (сайт посещен 13 августа 2020 г.).


[Закрыть], которые оцениваются в сотни миллиардов долларов[440]440
  См.: ‘In Terminal Decline?’ на сайте журнала The Economist: https://www.economist.com/leaders/2005/01/06/in-terminal-decline (сайт посещен 13 августа 2020 г.).


[Закрыть], а стоимость скидок или прав на бесплатное обслуживание в различных гостиницах или сервисах не поддается учету). Все это, если подвести итог этой части, означает, что в современных условиях, где производство и потребление становятся индивидуализированными и во все большей мере престижными и символическими, формируются фундаментальные предпосылки для отказа от тех твердых и незыблемых финансовых стандартов и «мерил», которые считались исключительно важными еще 100 лет назад.

Второе отличие «новой» экономики от «старой» заключается в самом механизме воспроизводственного процесса.

Как я уже отмечал, в традиционной индустриальной экономике производство готового продукта представляло собой переработку сырья с применением определенного количества энергии и человеческого труда в конечный вещный продукт. Технический прогресс мотивировал производителей применять инновации, снижающие стоимость и количество используемых факторов производства, но в целом процесс оставался прежним: каждый новый экземпляр товара воплощал в себе приблизительно такое же количество сырья, энергии и труда, что и прежний. Продавая его, предприниматель получал средства, позволявшие ему закупить все необходимое для повторения процесса и некую прибыль. Стоит также напомнить, что реализация готовой продукции была направлена на удовлетворение относительно локального спроса, и именно потому развитие индустриального общества, будучи предсказуемым с точки зрения воспроизводственных пропорций, порождало растущее богатство и снижающееся неравенство.

При этом важной чертой индустриальной экономики, отличавшей ее от сырьевой (или аграрной) выступала возможность бесконечного развития: процесс не был ограничен количеством имеющегося сырья или земли – все факторы производства можно было приобрести в необходимом количестве – и именно поэтому индустриальная эпоха позволяла одним странам, которым удавалось оптимизировать производственный процесс, догонять других и добиваться смены лидеров. Индустриальная экономика порождала относительно свободную конкуренцию не только между компаниями, но и между народами и государствами: если оценить индустриальную эпоху именно с этой точки зрения, окажется, что именно на нее приходится максимальное количество случаев «догоняющего» развития (более того, я бы даже сказал, что этот метод стал базовой стратегией достижения успеха в XIX и ХХ вв.)[441]441
  См.: Иноземцев В. Пределы «догоняющего» развития. – М.: Экономика, 2000. – С. 13–45.


[Закрыть]. Однако переход к новой экономике существенно изменил положение вещей.

Основой индустриального воспроизводства являлось создание очередной единицы товара, потребительские свойства которой были схожи либо идентичны предшествующей (ее можно считать оригиналом), причем издержки производства отличались не слишком значительно. Становление «экономики знаний» на рубеже XX и XXI вв. скорректировало ситуацию. По мере роста доли интеллекта в стоимости продукта, воспроизводственный процесс менялся: издержки на производство оригинала оказывались несопоставимыми с ценой производства продукта, применявшегося потребителем. Это можно видеть сегодня на самых разнообразных примерах. Фильтрат плесени Penicillium notatum, способный убивать стафилококки, был получен еще в конце 1920-х гг.[442]442
  Подробнее см.: Markel, Howard. ‘The Real Story Behind Penicillin’ на сайте телекомпании PBS: https://www.pbs.org/newshour/health/the-real-story-behind-the-worlds-first-antibiotic (cайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть], но пенициллин из него был выделен лишь в 1940 г., а при начале его массового производства в США в 1943 г. стоимость одной дозы доходила до $20[443]443
  См.: ‘How Penicillin Was Discovered, and Why Word War II Let This Miracle Grug Reach Millions’ на сайте Clickamericana: https://clickamericana.com/topics/health-medicine/how-penicillin-was-discovered (cайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть], и потому лекарство в основном закупалось по линии военного ведомства. В последние 20 лет Pfizer, компания, зарабатывавшая в 2003–2016 гг. $1,5–2 млрд в год на продажах одной лишь виагры[444]444
  См.: Mukherjee, Sy. ‘Viagra Just Turned 20. Here’s How Much Money the ED Drug Makes’ на сайте журнала Fortune: https://fortune.com/2018/03/27/viagra-anniversary-pfizer/ (сайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть], тратит на исследования и разработки от $7 млрд до $9 млрд ежегодно[445]445
  См.: ’ Pfizer’s expenditure on research and development from 2006 to 2019’ на сайте Statista: https://www.statista.com/statistics/267810/expenditure-on-research-and-development-at-pfizer-since-2006/ (сайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть], в то время как себестоимость выпуска одной таблетки виагры не превышает 60 центов[446]446
  См.: Gorenstein, Dan. ‘Generic Viagra floods the market. Here’s how Pfizer is reacting’ на сайте Marketplace: https://www.marketplace.org/2018/07/13/generic-viagra-floods-market-here-s-how-pfizer-reacting/ (cайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть]. Это соотношение становится еще более очевидным в случае с компьютерной индустрией: разработка процессора начального уровня Intel Atom обошлась в 2008 г. более чем в $3 млрд, тогда как его массовое производство обходится менее чем в $4 за штуку[447]447
  См.: Wasson, Scott. ‘Intel’s Atom processor unveiled’ на сайте Techreport: https://techreport.com/review/14458/intels-atom-processor-unveiled/ и Shilov, Anton. ‘Intel Sells Quad-Core Atom for Tablets for $5 Per Chip’ на сайте Kit Guru: https://www.kitguru.net/components/cpu/anton-shilov/intel-sells-quad-core-atom-for-tablets-for-5-per-chip-report/ (cайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть]. Если в 2019 финансовом году компания Microsoft потратила на разработку программного обеспечения $16,876 млрд[448]448
  Согласно отчету компании за 2019 г. https://www.microsoft.com/investor/reports/ar19/index.html (cайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть], то запись любого количества копий софта на компакт-диск для последующей продажи (не говоря о том, что загрузки в основном осуществляются онлайн) не стоит практически ничего. По мере распространения интернет-торговли и появления возможности загрузки тех же программных продуктов в серверов компаний-производителей вопрос издержек воспроизводства становится риторическим.

Это обстоятельно меняет весь воспроизводственный процесс, так как возникает разделение собственно продукта (оригинала, защищенного авторским правом) и копии, совершенно идентичной продукту по своим потребительским свойствам (чего по определению не существует в индустриальном секторе). Копии, которые не требуют для своего создания даже малой толики того труда и издержек, которые нужны для производства продукта, тем не менее становятся ходовым и массовым товаром, приносящим компаниям-производителям огромные доходы. В 2019 г. выручка того же Microsoft составила $125,8 млрд, а чистая прибыль – $39,2 млрд; для Intel показатели достигли $72 и $21 млрд[449]449
  См. по Microsoft: https://www.microsoft.com/en-us/Investor/earnings/FY-2019-Q4/press-release-webcast, по Intel: https://annualreport.intc.com/Y2019/default.aspx (сайты посещены 13 августа 2020 г.).


[Закрыть]. Для сравнения: у вполне успешных индустриальных или добывающих компаний ситуация была совсем иной – Ford показал выручку $155,9 млрд и прибыль $47 млн, а, например, Shell – $352,1 млрд и $16,4 млрд[450]450
  См.: по Ford Motor Co.: https://annualreport.ford.com/Y2019/default.aspx, по Shell: https://reports.shell.com/annual-report/2019/consolidated-financial-statements/statement-of-income.php (сайты посещены 13 августа 2020 г.).


[Закрыть]. Меняющаяся ситуация была отмечена еще в конце 1980-х гг., когда в США сектор высоких технологий стал показывать быстрый рост. В своей книге 1990 г. П. Пильцер прямо заявил о том, что развитые страны, обеспечив себе лидерство в сфере технологий, получают ключ к «неограниченному богатству»[451]451
  Подробнее см.: Pilzer, Paul. Unlimited Wealth. The Theory and Practice of Economic Alchemy, New York: Crown Business, 1990.


[Закрыть], так как обретают возможность продавать копии продукта, тогда как для всех остальных стран ситуация остается прежней и для реализации того или иного товара необходимо затратить серьезные средства для его производства.

Однако масштаб перемен не может быть объяснен лишь снижением стоимости массово производимой технологической продукции. Основой «неограниченного богатства» западного мира становится то, что продажа копий не предполагает отчуждения самогó исходного продукта. Иначе говоря, отличие «новой» экономики от «старой» состоит прежде всего в том, что в старой объектом купли-продажи становится собственно товар, в новой – право на его (обычно временное) использование. В какой-то мере можно сказать, что речь идет даже не о торговле, а об аренде или лизинге; вероятно, было бы правильно говорить даже не о приобретении собственности, а скорее о владении тем или иным активом, так как может оказаться, что его использование обусловлено или ограничено определенными обстоятельствами (например, в ходе продолжающегося ныне спора США с китайской компанией Huawei американские корпорации [в частности, Google и Microsoft] временно ограничивали доступ владельцев планшетов и телефонов Huawei, выпущенных после 15 мая 2019 г., к своему программному обеспечению[452]452
  Подробное описание кейса см. на сайте Androidauthority: https://www.androidauthority.com/huawei-google-android-ban-988382/ (сайт посещен 13 августа 2020 г.).


[Закрыть]. Конечно, подобная новая реальность рождает и противодействие – так, в мире нарастают масштабы воровства интеллектуальной собственности (власти США оценивают ущерб, ежегодно наносимый им американской экономике одним только Китаем, в cумму от $225 млрд до $600 млрд ежегодно[453]453
  См.: ’How Much Has the US Lost from China’s IP Theft?’ на сайте CNN: https://money.cnn.com/2018/03/23/technology/china-us-trump-tariffs-ip-theft/index.html (сайт посещен 13 августа 2020 г.).


[Закрыть]), и борьба с ним, хотя уже и стала одним из важных приоритетов как для развитых стран, так и для международных экономических организаций[454]454
  См., напр., позицию ВТО по данному вопросу: https://www.wto.org/english/thewto_e/whatis_e/tif_e/agrm7_e.htm (сайт посещен 13 августа 2020 г.).


[Закрыть], не приносит пока явных успехов[455]455
  См.: Wolf, Martin. ’The Fight to Halt the Theft of Ideas is Hopeless’ на сайте газеты Financial Times: https://www.ft.com/content/d592af00-0a29-11ea-b2d6-9bf4d1957a67 (сайт посещен 13 августа 2020 г.).


[Закрыть]. При этом факт остается фактом: возникает новая экономическая модель, основанная на торговле копиями с неотчуждаемого исходного продукта, остающегося в собственности производителя.

Оценивая этот процесс, следует дополнительно подчеркнуть еще одно важное обстоятельство: развитие «экономики знаний» приводит к стремительной концентрации интеллектуального потенциала, чего в индустриальной экономике в подобных масштабах не происходило. В основе данного феномена лежит то, что мало уметь пользоваться копией интеллектуального продукта и мало даже получить доступ к исходному коду – нужно обладать способностями тех, кто его создал. В традиционной экономике можно было захватить или купить некоторые производственные активы; можно было украсть секрет создания того или иного продукта (даже, например, ракетного двигателя или атомной бомбы), что в итоге приводило к довольно быстрому воспроизведению технологии; сегодня можно купить компанию по производству программного обеспечения, но такая покупка окажется бесполезной при потере десятка ключевых специалистов, ответственных за разработку новых программ. Знание и интеллект, общение их носителей между собой, повторю, приводят к невиданной концентрации «нового богатства» в развитых странах и возникновению масштабных очагов наукоемкого производства. Что бы ни рассказывал П. Дуров о несовершенном инвестиционном климате в Калифорнии[456]456
  См.: Дуров назвал семь причин не переезжать в Кремниевую долину // Коммерсантъ: https://www.kommersant.ru/doc/4340602 (сайт посещен 13 августа 2020 г.).


[Закрыть], Кремниевая долина остается домом для более чем 2000 компаний, из них 357 публичных с суммарной капитализацией $7,63 трлн на 20 февраля 2020 г.[457]457
  См.: ’Silicon Valley, America’s Innovative Advantage’ на сайте проекта The Balance: и ‘Silicon Valley and San Francisco stock trends amid COVID-19’ https://jointventure.org/news-and-media/news-releases/1964-silicon-valley-and-san-francisco-stock-trends-amid-covid-19 (сайты посещены 13 августа 2020 г.).


[Закрыть], где живут и работают более 835 000 специалистов[458]458
  См.: Avalos, George. ‘Tech Jobs Soar to All-Time Record in Bay Area’ на сайте газеты The Mercury News: https://www.mercurynews.com/2019/07/05/tech-jobs-soar-all-time-record-heights-bay-area-apple-adobe-facebook-google/ (сайт посещен 13 августа 2020 г.).


[Закрыть], создающих прорывные технологии завтрашнего дня, – домом, который больше никому не удалось построить. Формирование на одном полюсе «неограниченного богатства», а на другом – центров индустриального производства и является одной из важнейших причин раскола мира на ту его часть, где проводятся все более смелые финансовые эксперименты, и на ту, где приходится довольствоваться собиранием долларовых резервов на случай непредвиденных кризисных обстоятельств.

Третий принципиальный сдвиг касается соотношения потребительской стоимости и цены индустриальных и «постиндустриальных» товаров.

Я уже приводил пример с автомобилями, вес, мощность двигателя и цена которых заметно росли на протяжении индустриальной эпохи. Не будет большим преувеличением сказать, что данный тренд распространялся на большую часть предметов потребления и индустриально производимых услуг. В текущих ценах (то есть без учета инфляции и роста доходов) цена среднего продававшегося в США холодильника с механизмом для производства льда выросла с $1060 в 1989 г. до $1700 в 2020-м[459]459
  См. для 1989 г. на сайте: People’s History: http://www.thepeoplehistory.com/80selectrical.html; для наших дней – на сайте American Freight: https://www.americanfreight.com/br/pdp/samsung-rf28hfedbsr-28-cu-ft-french-door-refrigerator-stainless-steel/122719 (сайты посещены 15 августа 2020 г.).


[Закрыть]; цена одной ночевки в отеле – с $45,4 в 1980 г. до $131,2 в 2019 г.[460]460
  См.: для 1990 г. на сайте Choice Hotels: https://www.choicehotels.com/about/corporate-history#1980; для наших дней – на сайте Statista: https://www.statista.com/statistics/195704/average-hotel-room-rate-in-the-us-since-2005/ (сайты посещены 15 августа 2020 г.).


[Закрыть], а фунта говядины в розничной продаже – с $0,89 до более чем $5 в феврале 2021 г.[461]461
  См. для 1990 г. на сайте: People’s History: http://www.thepeoplehistory.com/70yearsofpricechange.html; для наших дней – на сайте Amazon.com: https://www.amazon.com/Pat-LaFrieda-Lean-Ground-Beef/dp/B072LTD7CZ/ (сайты посещены 15 августа 2020 г.).


[Закрыть] Если же обратиться к основным продуктам «новой экономики», можно увидеть совершенно иной тренд. В 1985 г. компьютер IBM PC XT c 10-мегабайтным жестким диском стоил $4395[462]462
  См.: Waggoner, John. ‘What 13 Things Cost in the 1980s vs. Today’ на сайте Американскoй ассоциации пенсионеров: https://www.aarp.org/money/budgeting-saving/info-2020/1980s-vs-now.html (сайт посещен 13 августа 2020 г.).


[Закрыть]; первые лэптопы с цветными экранами, например появившийся в 1993 г. PowerBook 180C от Apple, оценивались в $3719–4079[463]463
  См.: Dormehl, Luke. ‘Today in Apple History: The First Great Color PowerBook Arrives’ на сайте cообщества Cult of Mac: https://www.cultofmac.com/485284/today-in-apple-history-the-first-great-color-powerbook/ (сайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть]. Сегодня качественные ноутбуки в США продаются за $700[464]464
  См.: Gilbertson, Scott. ‘Need a Cheap Laptop? These Are Our Favorites’ на сайте журнала Wired: https://www.wired.com/gallery/best-cheap-laptops/ (сайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть], то есть в шесть раз дешевле номинально и в 12–15 раз с учетом инфляции. В 1985 г. мобильный телефон Motorola DynaTAC стоил $4000[465]465
  См.: ‘History of Cellphones Prices’ на сайте проекта Time Toast: https://www.timetoast.com/timelines/history-of-cellphones-prices (сайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть], а звонки обходились от 24 до 40 центов за минуту при абонентской плате $50/месяц[466]466
  См.: ‘The First Cellphone Went on Sale 30 Years Ago for $4,000’ на сайте https://mashable.com/2014/03/13/first-cellphone-on-sale/ (сайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть]; сегодня средний продаваемый в Соединенных Штатах в рознице новый смартфон уходит приблизительно за $500[467]467
  См.: ’Average price of smartphones in the United States from 2014 to 2023’ на сайте Statista: https://www.statista.com/statistics/619830/smartphone-average-price-in-the-us/ (сайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть], а за $35–50/месяц большинство компаний предлагают безлимитные тарифы для услуг голосовой связи и интернета. Микропроцессор Intel i486 в 1990 г. стоил в среднем $590[468]468
  См.: Lewis, Peter. ‘Intel Introduces Fastest Version Yet of i486 Chip’ на сайте газеты The Baltimore Sun: https://www.baltimoresun.com/news/bs-xpm-1992-08-24-1992237096-story.html (сайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть], тогда как вышедший в 2020 г. процессор Intel Core i7-7700K стоит $400[469]469
  См.: цена процессоров по данным сайта Amazon https://www.amazon.com/Intel-i7-7700K-Desktop-Processor-unlocked/dp/B01MXSI216 (сайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть]. При этом самым важным является радикальное изменение потребительских свойств всех этих девайсов: мобильные телефоны сегодня совмещают функции переговорных устройств, телевизоров, пунктов выхода в интернет, фото– и видеокамер, измерителей пульса, ежедневников и десятка других устройств; компьютеры и микрочипы стали в сотни раз мощнее и действуют намного быстрее. Согласно знаменитому закону Мура, число транзисторов в микрочипе определенного размера удваивается каждые два года (а с недавних пор даже каждые полтора)[470]470
  См.: Tardi, Carla. ‘Moore’s Law’ на сайте Investopedia: https://www.investopedia.com/terms/m/mooreslaw.asp (сайт посещен 13 августа 2020 г.).


[Закрыть], чего никогда не происходило в индустриальную эпоху. В целом можно утверждать, что в пересчете на 1 мегабайт емкости массовые жесткие диски за последние 40 лет подешевели (опять-таки без поправки на инфляцию, то есть в текущих ценах) более чем в 10 млн раз[471]471
  При сравнении жесткого диска Seagate ST-506 1980 г. выпуска https://en.wikipedia.org/wiki/ST506/ST412 и жесткого диска Seagate IronWolf 6TB на сайте https://www.amazon.com/Seagate-IronWolf-Internal-Hard-Drive/dp/B085Z4P89R/ (сайты посещены 13 августа 2020 г.).


[Закрыть]. Эпоха стремительного роста потребительской стоимости товара на фоне обрушения его цены, как это ни странно, хронологически идеально накладывается на период становления финансовой системы современного типа.

Однако даже этот довольно досконально описанный многими авторами феномен не поражает воображение так, как другая характерная черта новой «информационной» экономики. Начиная с конца 1990-х гг. стали появляться компании и сервисы, оказывающие целый ряд услуг на бесплатной основе. Конечно, всем сегодня хорошо известно, что бизнес-модели Google или Facebook основываются на значительных доходах от рекламы (по итогам 2019 г. они составили соответственно $134,8 млрд и $69,7 млрд[472]472
  См.: доходы Google и Facebook от рекламы согласно данным сайта Statista: https://www.statista.com/statistics/266249/advertising-revenue-of-google/ и https://www.statista.com/statistics/271258/facebooks-advertising-revenue-worldwide/ (сайт посещен 13 августа 2020 г.).


[Закрыть]), однако это не отменяет главного момента: частные потребители услуг этих корпораций, пользующиеся электронной почтой или поисковыми сервисами, ничего за это не платят. Если вспомнить историю, еще в 1997–1999 гг. расширенный «почтовый ящик» на сайте Hotmail объемом 100 мегабайт стоил $99 в год, тогда как с начала 2000-х большинство сервисов перешло на бесплатное обслуживание, а объемы «ящиков» выросли до 1 терабайта[473]473
  См.: Mangur, Victor. ’Popular E-Mail Service Providers Review’ на сайте проекта Thinkmobiles: https://thinkmobiles.com/blog/best-email-providers/ (сайт посещен 16 августа 2020 г.).


[Закрыть]. В 2003 г. был запущен сервис Skype, резко удешевивший телефонные разговоры и сделавший их бесплатными между абонентами сервиса; с 2010 г. действует сервис Facetime, позволяющий осуществлять бесплатные аудио– и видеозвонки между компьютерами и мобильными устройствами компании Apple; в последние годы на данном рынке наметился настоящий бум – компании, позволяющие осуществлять бесплатный обмен информацией, устраивать семинары и видеоконференции, появляются практически ежемесячно. Капитализация данного рынка огромна и постоянно растет: Facebook оценивается рынком на 1 июля 2020 г. в $677,0 млрд, Zoom – в $73,1 млрд, Pinterest – в $13,9 млрд[474]474
  По данным Ycharts: https://ycharts.com/companies/FB/market_cap, https://ycharts.com/companies/ZM/market_cap и https://ycharts.com/companies/PINS/market_cap (сайт посещен 14 августа 2020 г.).


[Закрыть], Skype и LinkedIn были приобретены Microsoft в 2011 и 2016 гг., соответственно, за $8,5 млрд и $26,2 млрд[475]475
  См.: ‘Microsoft Buys Skype for $8.5 Billion. Why, Exactly?’ на сайте Wired: https://www.wired.com/2011/05/microsoft-buys-skype-2/ и Greene, Jay. ‘Microsoft to Acquire LinkedIn for $26.2 Billion’ на сайте газеты The Wall Street Journal: https://www.wsj.com/articles/microsoft-to-acquire-linkedin-in-deal-valued-at-26-2-billion-1465821523 (сайты посещены 14 августа 2020 г.).


[Закрыть]. Сегодня эти успехи вызывают серьезное недовольство со стороны многих экономистов и политиков: по крайней мере с середины 2010-х гг. постоянно появляются статьи, авторы которых сравнивают поведение этих «монстров» с действиями картелей начала ХХ в.[476]476
  См., напр.: Foroohar, Rana. ‘Release Big Tech’s Grip on Power’ в: Financial Times, June 19, 2017, p. 9.


[Закрыть], а в последнее время их «демонополизации» и насильственного разделения на отдельные сервисы требуют даже политики[477]477
  См., напр., предложения Э. Уоррен на сайте ее предвыборной кампании: https://2020.elizabethwarren.com/toolkit/break-up-big-tech и анализ его поддержки: Stewart, Emily. ‘Two-thirds of Americans want to break up companies like Amazon and Google’ на сайте Vox: https://www.vox.com/policy-and-politics/2019/9/18/20870938/break-up-big-tech-google-facebook-amazon-poll (сайты посещены 14 августа 2020 г.).


[Закрыть] – но с такими сравнениями сложно, на мой взгляд, согласиться по фундаментальной причине: сотни миллионов потребителей (сетью Facebook сегодня активно пользуются 2,7 млрд человек, а почтовыми сервисами Google – 1,5 млрд[478]478
  См.: количество активных пользователей Facebook по данным сайта Statista: https://www.statista.com/statistics/264810/number-of-monthly-active-facebook-users-worldwide/ и число почтовых ящиков Gmail по данным сайта Wikipedia: https://en.wikipedia.org/wiki/Gmail (сайты посещены 13 августа 2020 г.).


[Закрыть]) не испытывают никакого монопольного давления на свои кошельки, так как, повторю, ничего не платят за базовые сервисы этих компаний. Последнее обстоятельство способствует формированию осторожной оппозиции подобным поползновениям[479]479
  См.: Rainey, Toria. ‘Is Breaking Up Amazon, Facebook, and Google A Good Idea?’ на сайте Бостонского университета: http://www.bu.edu/articles/2019/break-up-big-tech/ (сайты посещены 14 августа 2020 г.).


[Закрыть].

Tренд формирования целых отраслей, которые финансируют запросы потребителей из косвенных доходов, – тренд, упрочение которого в будущем лично у меня не вызывает сомнения, – ставит два важных вопроса, имеющих к формированию новой финансовой системы самое непосредственное отношение.

С одной стороны, нужно отдавать себе отчет, что сложившаяся на протяжении всего ХХ в. модель экономического роста ориентировалась на концепцию валового внутреннего продукта и национального богатства, причем оба этих показателя имели стоимостное выражение. В рамках данного подхода общество было тем благополучнее, чем больше добавленной стоимости оно производило на протяжении определенного периода и чем дороже оценивались принадлежащие его гражданам и резидентам активы. Формирование «новой экономики» создает условия для пересмотра этой концепции по двум причинам. Во-первых, возникает широкий спектр бесплатных услуг и продуктов, которые успешно конкурируют с более традиционными сервисами и оказывают на них, я бы сказал, разрушительное воздействие (с 2010 по 2019 г. число отправлений, обрабатываемых Почтовой службой США, снизилось на 16,5 %, до 142,6 млрд единиц в год[480]480
  См.: ‘A Decade of Facts and Figures’ на официальном сайте Почтовой службы США: https://facts.usps.com/table-facts/ (сайт посещен 13 августа 2020 г.).


[Закрыть], тогда как количество электронных сообщений в мире составило в 2019 г. почти 294 млрд в день[481]481
  Количество отправляемых ежедневно в мире электронных сообщений по данным сайта Statista: https://www.statista.com/statistics/456500/daily-number-of-e-mails-worldwide/ (сайт посещен 13 августа 2020 г.).


[Закрыть]; вероятно, что еще более катастрофическим станет влияние бесплатной инфраструктуры «домашних офисов» на рынок офисной недвижимости. Во-вторых, в последние годы «разворот» в сторону снижения цен и издержек намечается и во многих других отраслях (от автомобилестроения, где заметно увеличение поставок микролитражных автомобилей и электрокаров [по состоянию на 1 июля 2020 г. пионер электромобилестроения компания Tesla превысила по капитализации $208 млрд и теперь стоит дороже, чем Volkswagen, General Motors, BMW, Ford и Fiat Chrysler, Ferrari, Honda, вместе взятые[482]482
  См.: Klebnikov, Sergei. ‘Tesla Is Now The World’s Most Valuable Car Company With A $208 Billion Vаluation’ на сайте журнала Forbes: https://www.forbes.com/sites/sergeiklebnikov/2020/07/01/tesla-is-now-the-worlds-most-valuable-car-company-with-a-valuation-of-208-billion/#7f59a36f5334 (сайт посещен 14 августа 2020 г.).


[Закрыть] ] до альтернативной энергетики, где цена электричества, получаемого из устанавливаемых на крышах домов солнечных батарей снизилась в 100 раз за 40 лет[483]483
  См.: ‘Solar Panels Will Continue to Decline in Price in the 2020s’ на сайте проекта Inverse: https://www.inverse.com/article/61974-solar-prices-2020s-prediction (сайт посещен 14 августа 2020 г.).


[Закрыть], что приближает перспективы практически бесплатной энергии). Этот тренд подрывает саму идею традиционных инвестиций (о чем подробнее я скажу чуть дальше) и заставляет в целом усомниться в перспективности того типа экономического роста, который сегодня считается необходимым всеми правительствами в мире.