Текст книги "От Кубани до Севастополя. Зенитная артиллерия вермахта в сражениях на Юге России. 1943—1944"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ot-kubani-do-sevastopolya-zenitnaya-artilleriya-vermahta-v-srazheniyah-na-yuge-rossii-19431944-108199.jpg)
Автор книги: Вольфганг Пиккерт
Жанр: Биографии и Мемуары, Публицистика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Перед 9-й дивизией стояли очень разные задачи, которые она должна была решать имеющимися у нее силами: зенитное прикрытие поля боя, защита портов и важного моста через Кубань у города Темрюк, противовоздушная оборона Керченской паромной переправы и судоходства в Керченском проливе, противовоздушная оборона военно-морских баз в Крыму и мест стоянки пароходов служб снабжения и быстроходных десантных барж и, не в последнюю очередь, зенитное прикрытие аэродромов на Кубанском плацдарме и в Крыму, на которых базировались разные по численности авиационные соединения и части люфтваффе. В такой ситуации командование зенитной артиллерией старалось путем постоянной передислокации имевшихся в его распоряжении слишком слабых зенитных сил отражать воздушные налеты и наземные атаки противника на Кубанском плацдарме, а также поддерживать контратаки немецких войск в наземном бою.
Поскольку прибывшие с территории рейха зенитные подразделения были в основном стационарными или лишь частично моторизованными, то для каждой такой передислокации приходилось просить командование армии выделить транспортные части, предназначенные для транспортировки зенитных батарей. Такие транспортные части были оснащены главным образом автомобилями повышенной проходимости и обычными армейскими грузовиками, с помощью которых можно было шаг за шагом осуществлять передислокацию зенитных батарей. Однако при острой нехватке средств тяги одновременная передислокация всех зенитных батарей была невозможна. Следовательно, если бы обстановка на фронте сложилась таким образом, что нужно было бы срочно отступать, то большая часть стационарных зенитных батарей неизбежно оказалась бы в критическом положении. Эта забота постоянно угнетала командование 9-й зенитной дивизии во время всего периода боевых действий на Кубанском плацдарме, а позднее и в Крыму.
Глава 4
Военная обстановка на Черном море
Черноморский флот противника, имевший на море подавляющее преимущество над малочисленными соединениями немецких торпедных катеров, за все время боев на Кубанском плацдарме и позднее, осенью 1943 года, во время продолжавшегося несколько недель отхода немецких войск с Кубанского плацдарма в Крым через Керченский пролив, так ни разу и не предпринял ни одной крупномасштабной атаки на наши позиции со стороны моря. Несколько попыток вражеских торпедных катеров подойти к нашим позициям были вовремя обнаружены, торпедные катера попали под плотный артиллерийский огонь, и эти атаки не принесли противнику ожидаемого результата.
Поскольку у советского Черноморского флота не было авианосцев, соединения его тяжелых кораблей обычно держались только в районе действия советских истребителей, стартующих с сухопутных аэродромов. Противник понимал, что при приближении советских военно-морских сил к побережью Крыма без истребительного прикрытия его корабли могут подвергнуться атакам немецких пикирующих бомбардировщиков, которым его тяжелые корабли мало что могли противопоставить.
С другой стороны, немецкому командованию приходилось считаться с постоянной угрозой атак вражеских торпедных катеров и эскадренных миноносцев. К тому же такие атаки часто проводились в сочетании с десантными операциями.
Глава 5
Бои под Новороссийском и немецкое контрнаступление у горы Мысхако[11]11
См. карту 3.
[Закрыть]
В то время как в тыловой район Кубанского плацдарма в зенитные части начали поступать значительные подкрепления, о чем уже говорилось выше, положение на вражеском плацдарме[12]12
Так называемая Малая Земля, существовавший с 4 февраля по 16 сентября 1943 года. Связана, в частности, с именем будущего Генерального секретаря ЦК КПСС Л.И. Брежнева, тогда начальника политотдела 18-й армии, который здесь бывал, сражался и был ранен; с 1964 по 1982 год Брежнев был фактическим руководителем СССР, при нем страна достигла наивысшего военного и экономического могущества. (Примеч. ред.)
[Закрыть] южнее Новороссийска развивалось для немецких войск крайне неблагоприятно. Местным малочисленным резервам так и не удалось сбросить противника в море и ликвидировать плацдарм. До тех пор пока здесь не удалось провести запланированное в ближайшем будущем контрнаступление, задача заключалась в том, чтобы помешать высадившемуся на берег противнику получать подкрепление. Однако упорно сражавшемуся неприятелю удавалось перебрасывать на свой плацдарм через Цемесскую бухту, ширина которой составляла здесь около 4 километров, необходимое подкрепление и боеприпасы, а также поддерживать свой десант артиллерийским огнем. Поскольку днем переправа войск и боевой техники через Цемесскую бухту могла быть легко обнаружена и подвергнута обстрелу, противник занимался этим в основном по ночам, которые в феврале и марте были еще достаточно длинными.
На этом участке фронта под Новороссийском был задействован V армейский корпус вермахта, артиллерия которого держала под обстрелом вражеский плацдарм, разумеется, только в той мере, насколько ей позволял делать это ограниченный запас боеприпасов. Следует отметить, что в этот период подвоз боеприпасов был сильно ограничен из-за весенней распутицы и из-за ледохода в Керченском проливе. И здесь зенитная артиллерия смогла оказать сухопутным частям существенную помощь своими средствами: в порту Новороссийска были задействованы несколько тяжелых 8 8-мм зенитных орудий и мощных прожекторов. Их задача заключалась в том, чтобы помешать русским расширить свой плацдарм и захватить порт внезапной атакой со стороны моря. С помощью этих мощных зениток были отражены все атаки вражеских торпедных катеров.
Кроме того, здесь речь шла о том, чтобы и ночью держать под наблюдаемым артиллерийским огнем переправу вражеских войск и боевой техники на плацдарм. Однако сначала остро ощущалась нехватка средств, необходимых для освещения бухты. Сбрасываемые с самолетов осветительные авиационные бомбы могли освещать бухту только короткое время. Теперь же во время все еще длинных весенних ночей задействованная здесь специально для этого 8 8-мм зенитка через неравномерные промежутки времени выпускала в небо над бухтой сотни осветительных снарядов, свет которых позволял артиллерии сухопутных войск вести огонь по вражеским кораблям, пытавшимся пересечь бухту. Эти осветительные снаряды были специально предназначены для обороны побережья. На определенной, заранее установленной высоте раскрывался парашют, загорался осветительный состав, и осветительный снаряд медленно опускался к земле, озаряя все вокруг ярким светом. Зенитная артиллерия находилась в выгодном положении, так как только она обладала достаточным запасом таких осветительных снарядов и тем самым могла оказать сухопутным войскам существенную поддержку.
Наконец, 6 апреля 1943 года после тщательной подготовки и значительного артиллерийского огня силами 125-й и 73-й пехотных дивизий и 4-й горнострелковой дивизии (а также частей 101-й пехотной дивизии и 4-й румынской горнострелковой дивизии) началось немецкое контрнаступление на район Мысхако.
Находившиеся в районе Новороссийска усиленные зенитные батареи принимали активное участие в обстреле русского плацдарма и при этом не жалели боеприпасов. Кроме того, они получили довольно необычное задание подавить находящиеся на плацдарме вражеские зенитные батареи, которые доставляли много хлопот нашим авиационным соединениям, особенно пикирующим бомбардировщикам. Подавлению вражеских зенитных батарей в значительной мере способствовала возможность вести наблюдение с высот севернее Новороссийска, откуда открывался отличный обзор почти всей территории вражеского плацдарма.
Для поддержки немецкого контрнаступления были временно сосредоточены крупные авиационные соединения: две немецкие истребительные авиационные группы, усиленные румынскими и словацкими эскадрильями истребителей, две авиационные группы пикирующих бомбардировщиков и одна бомбардировочная эскадра, состоявшая из двух авиационных групп[13]13
Всего немцы сосредоточили здесь для поддержки наступавших на плацдарм 27 тысяч солдат и офицеров, 500 орудий и минометов, 450 бомбардировщиков и 200 истребителей 4-го воздушного флота. Советское командование привлекло для поддержки десантников до 500 самолетов. (Примеч. ред.)
[Закрыть]. Эти авиационные соединения попытались разгромить противника, засевшего на плацдарме, сбросив на него необычно много для Восточного фронта мощных бомб. Однако в этой совершенно непросматриваемой горной местности с множеством расщелин и заросшей густым кустарником было очень трудно обнаружить цели бомбометания. Именно сложностью горного рельефа можно было объяснить и неудачную бомбардировку собственной передовой, повлекшую много жертв среди наших пехотинцев. Все это время противник продолжал ожесточенно сопротивляться. При этом эффективную поддержку ему оказывала советская артиллерия, занимавшая хорошо замаскированные позиции на другом берегу Цемесской бухты, которую никак не удавалось заставить замолчать даже массированными бомбардировками.
В ходе многодневных, тяжелых боев у горы Мысхако наши войска смогли осуществить лишь несколько неглубоких вклинений. Однако им так и не удалось выбить противника из хорошо укрепленных позиций и окопов на горных склонах[14]14
В отдельные дни массированных бомбардировок немецкой авиацией склонов горы Мысхако наблюдалось необычное природное явление, исключительность которого заслуживает упоминания: на безоблачном, покрытом легкой дымкой небе через 15–20 минут после очередной бомбардировки появлялись кругообразные, быстро бегущие друг за другом по небу, мерцающие волны, которые, казалось, исходили из одного центра. Это явление четко видел собственными глазами автор данного произведения и сопровождавшие его офицеры. Но найти ему объяснение так и не удалось. Тогда мы назвали это явление: «Звуковые волны, ставшие видимыми». (Примеч. авт.)
[Закрыть].
21 апреля 1943 года приказом сверху немецкое контрнаступление было остановлено. Эта неудача оказалась далеко не местного значения. Сложилось впечатление, что наступательной мощи немецкой армии было уже недостаточно, чтобы сломить такое невероятно упорное сопротивление противника. Кроме того, контрнаступление на гору Мысхако, находящуюся в самой южной точке Восточного фронта, должно было положить начало целому ряду других контрударов на Восточном фронте. Так, например, в качестве следующего контрнаступления вермахта планировалось нанести контрудар на Курской дуге в рамках операции «Цитадель». И вот этот ряд запланированных контрударов начался с провала, который заставил многих задуматься.
Направленные в этот район для поддержки запланированного контрнаступления авиационные соединения были в основном вновь отозваны[15]15
Крупное воздушное сражение, развернувшееся над Кубанским плацдармом 17–24 апреля, было немцами проиграно. Немцы понесли большие потери также от ударов советских самолетов по их аэродромам, где с 17 по 29 апреля было уничтожено и повреждено около 260 самолетов врага. Немцы выдохлись – если 17–24 апреля отмечалось 1000–1250 самолето-пролетов ежедневно, то 21–22 апреля вдвое меньше. Слово «отозваны» здесь следует понимать как «превратились в металлолом». (Примеч. ред.)
[Закрыть]. Для поддержки обороны Кубанского плацдарма в полосе 17-й армии остались только две авиационные группы истребителей и одна группа пикирующих бомбардировщиков.
Глава 6
Оборонительные сражения на Кубанском плацдарме в апреле и мае 1943 года
Как уже кратко упоминалось выше, немецкие войска на северном фланге Кубанского плацдарма, севернее реки Кубань, заняли предусмотренную для них окончательную позицию только 5 апреля 1943 года. Противник преследовал отходившие войска буквально по пятам и сразу же пошел в атаку по обе стороны от крупной автомагистрали Краснодар – Темрюк восточнее станицы Курчанская, надеясь с ходу прорвать нашу оборону. Однако это наступление поначалу удалось повсюду отбить.
Но 14 апреля противник снова атаковал наши позиции на этом участке фронта, и теперь уже более крупными силами, чем прежде. В ходе кровопролитных боев, продолжавшихся четыре дня, нашим войскам снова удалось успешно отразить все атаки. На поле боя остались сорок подбитых вражеских танков[16]16
Из публикации Акселя Бухнера «Кубанский плацдарм – несокрушимая скала в бушующем прибое». Газета «Дойче зольдатен-цайтунг». 1953. № 23–27. (Примеч. авт.)
[Закрыть].
Налетавшие волнами крупные соединения штурмовой авиации Советов активно поддерживали эти атаки. Тем не менее немецкие истребители и зенитные батареи сумели нанести противнику чувствительные потери, подбив немало советских штурмовиков.
В конце апреля, после провала немецкого контрнаступления у горы Мысхако, противник предпринял первую попытку прорыва на центральном участке фронта Кубанского плацдарма, в районе станицы Крымская. При этом зенитные батареи, подбившие в наземном бою 1 мая 1943 года около 15 советских танков и сбившие несколько самолетов противника, внесли существенный вклад в успешное завершение этого оборонительного боя. Но на этом сражение не закончилось, с короткими перерывами оно продолжалось до 18 мая.
2 мая в районе севернее станицы Крымская, у села Киевское, сложилось критическое положение, когда противнику неожиданно удалось преодолеть заболоченную местность между реками Кубань и Адагум, считавшуюся непроходимой. Малочисленные немецкие посты боевого охранения, занимавшие позиции на этом участке фронта, были смяты, и только брошенные в бой ударные резервы сумели оттеснить назад противника, который, к нашему удивлению, смог перебросить через болото даже свои танки. Однако, как выяснилось позже, это был только отвлекающий маневр: главный удар наносился в районе станицы Крымская. 4 мая немецкие войска отступили из этого выступающего на восток изгиба фронта и оставили станицу Крымская.
Когда 18 мая бои временно стихли, выяснилось, что в общем и целом противник лишь незначительно продвинулся вперед, понеся при этом очень большие безвозвратные потери. Было подбито 159 танков; кроме того, Советы потеряли 173 самолета, которые были сбиты немецкими истребителями и зенитчиками[17]17
Аксель Бухнер, там же. (Примеч. авт.)
[Закрыть]’[18]18
В этом регионе над сравнительно узким участком фронта развернулись ожесточенные воздушные бои, в день происходило до 40 воздушных боев, в каждом из которых участвовало 50–80 самолетов с обеих сторон. Только 29 апреля немцы потеряли 74 самолета в воздушных боях и 7 самолетов от огня зенитной артиллерии, а за 12 дней (29 апреля – 10 мая) только в результате воздушных боев немецкие потери составили 368 самолетов. (Примеч. ред.)
[Закрыть].
14 мая во время немецкой контратаки в плен попали 650 красноармейцев.
Укрепление фронта обороны зенитной артиллериейЗенитная артиллерия внесла в этот успех в обороне свой существенный вклад. Она не только сбила немало самолетов противника над полем боя или отогнала их своим заградительным огнем, но и активно вмешивалась в наземный бой, поддерживая своим прицельным огнем сухопутные войска. Для укрепления фронта обороны за предшествующие недели на Кубанский плацдарм были переброшены несколько тяжелых и легких зенитных батарей. Кроме того, положение с боеприпасами для зенитной артиллерии улучшилось настолько, что во время сражений смогла полностью проявиться огневая мощь тяжелых и легких зениток. К тому же во время этих оборонительных сражений хорошо зарекомендовала себя еще одна мера, предпринятая командованием зенитной дивизии, которая означала значительное артиллерийское усиление фронта, испытывавшего большое напряжение.
Часть тяжелых зенитных батарей, прибывших в феврале в 9-ю зенитную дивизию с территории рейха, имела шесть 88-мм зенитных орудий вместо общепринятых четырех. Благодаря изъятию из таких батарей двух лишних орудий было сформировано одиннадцать так называемых «зенитных батарей особого назначения», которые и были переброшены на Кубанский плацдарм для укрепления обороны. По согласованию с начальниками артиллерии армейских корпусов эти зенитные батареи особого назначения были задействованы на основных участках фронта обороны. Они получили следующее задание: по указаниям начальников артиллерии усиливать общую мощь артиллерийского огня при полном использовании своей максимальной дальности действия (13,5 километра) и боевой скорострельности (около 15 выстрелов в минуту).
Кроме того, будучи задействованными на соответствующих участках фронта, они должны были стать главной сдерживающей силой при танковых прорывах противника. Следовательно, здесь речь шла не об известных зенитных боевых группах, которые в 1941 и 1942 годах с успехом действовали против вражеских танков на Восточном фронте, а о зенитных батареях, имевших в своем составе по два тяжелых 88-мм орудия и задействованных главным образом в наземных боях[19]19
Зенитные боевые группы представляли собой боевые подразделения под командованием офицера или испытанного в боях вахмистра и состояли главным образом из двух 8 8-мм зенитных орудий и нескольких выделенных 20-мм зениток. Их задача заключалась в том, чтобы во время наступления немецких войск с тщательно разведанной, закрытой позиции, которую они обычно занимали ночью, своим огнем подавлять вражеские опорные пункты, железобетонные ДОТы и бронированные группы зданий и т. и. и тем самым прокладывать путь своим наступавшим войскам. Отменная точность стрельбы в сочетании с высокой эффективностью каждого отдельного выстрела, особенно бронебойными снарядами по амбразурам железобетонных бункеров и долговременных оборонительных сооружений, значительно облегчала таким зенитным боевым группам ведение боевых действий. Часто было достаточно только нескольких метких выстрелов, чтобы окончательно сломить сопротивление деморализованного противника. После успешных вклинений во вражеские позиции такие зенитные боевые группы обычно использовались в обороне только для отражения вражеских танковых контратак, если у немецких сухопутных войск не было бронебойного оружия.
Несмотря на высокую мобильность зенитных боевых групп, их участие в наземных боях часто оплачивалось трудновосполнимыми высокими потерями среди личного состава и боевой техники, так что нередко понесенные потери не соответствовали достигнутому успеху. Применение довольно неповоротливых на местности 88-мм зенитных орудий осложнялось также потребностью во времени, которое было необходимо для приведения орудия в боевую готовность, сложностью выбора позиции из-за слишком высокого подъема орудия и яркостью дульного пламени, которое быстро вызывало на себя ответный огонь вражеской артиллерии.
Каким бы важным ни было задействование зенитных боевых групп осенью 1941 года на Восточном фронте при снижающейся огневой мощи сухопутных войск, и особенно наступившей затем зимой 1941/42 года, уже в течение 1942 года все чаще стали отказываться от использования таких зенитных групп. Теперь подобные задачи старались решать, ведя огонь с закрытых позиций с использованием соответствующего наблюдения. Несомненно, упомянутую вьтттте двойную задачу, стоящую перед зенитными войсками, было невозможно выполнить с помощью зенитных боевых групп. Это можно было сделать только благодаря умело выбранным позициям, пригодным для выполнения обеих задач, и наличию опытных наблюдателей. Тяжелые зенитные орудия – это далеко не «штурмовые орудия»!
В дальнейшем будет подробно рассказано о применении в наземных боях значительно более мобильных и разнообразных легких зенитных орудий, и прежде всего тех, которые были установлены на самоходные лафеты. (Примеч. авт.)
[Закрыть].
Небольшое число орудий в таких зенитных батареях особого назначения полностью компенсировалось их высокой скорострельностью и большим расходом боеприпасов.
Начальники артиллерии армейских корпусов были очень рады такому усилению и со своей стороны оказывали зенитным батареям особого назначения всестороннюю поддержку. Обучение ведению наземного боя, начавшееся еще в феврале 1943 года сразу же после прибытия пополнения, и здесь принесло свои плоды. Зенитные батареи особого назначения были задействованы на передовой вплоть до начала июля 1943 года и произвели в этот период около 55 000 выстрелов почти исключительно по наземным целям[20]20
Из боевой сводки 9-й зенитной дивизии от 23 июля 1943 года. (Примеч. авт.)
[Закрыть].
Огневая поддержка столь метко стрелявших с расстояния более 13 километров 88-мм зенитных орудий нашла высокую оценку командования воинских соединений сухопутных войск. Этим мощным зениткам удалось подбить и целый ряд вражеских танков.
Из-за отсутствия измерительных приборов и приборов управления артиллерийским зенитным огнем эти зенитные батареи особого назначения, как правило, не использовались против воздушных целей, то есть эти батареи не могли решать двойную задачу, как прочие зенитные батареи в прифронтовой полосе, работавшие как по воздушным, так и по наземным целям.
Примечательно, что эти зенитные батареи особого назначения при ведении так называемого «огня с ближней дистанции» по вражеским самолетам также не раз добивались успеха. Такой огонь с ближней дистанции предусмотрен только по вражеским штурмовикам, атакующим непосредственно саму зенитную батарею на бреющем полете. При этом каждое зенитное орудие самостоятельно, без измерительных приборов и приборов управления огнем, наводится на вражеский самолет и начинает стрелять в режиме непрерывного огня заранее подготовленными снарядами, дистанционные взрыватели которых установлены примерно на 600 метров. При этом случаи многократного поражения воздушных целей доказали, что такой огонь может оказывать на самолеты противника не только отпугивающее воздействие. Огонь с ближней дистанции хорошо зарекомендовал себя и при отражении воздушных налетов на тяжелые зенитные батареи. Но его всегда нужно тщательно готовить заранее, чтобы он мог начаться внезапно.
Глава 7
Оборонительные сражения в конце мая и в июне 1943 года
Уже через несколько дней мнимого затишья после кровопролитных боев у станицы Крымская 26 мая на Кубанском плацдарме разгорелась новая ожесточенная битва. Как и прежде, главный удар противник наносил западнее станицы Крымская, в районе большого села Молдаванское и к югу от него. Очевидно, что в случае прорыва противник надеялся расколоть немецкий фронт обороны, оттеснить немецкие войска на севере и юге к морю и уничтожить их. С помощью отвлекающих маневров на юге у станицы Неберджаевская и на севере в районе, испещренном лагунами, а также у села Киевское, которое находилось примерно в 10 километрах севернее села Молдаванское, противник тщетно пытался вовлечь в бой немецкие резервы и таким образом распылить их.
Уже в первые дни нового сражения силами артиллерийских подразделений сухопутных войск и зенитной артиллерии удалось подбить 61 вражеский танк, а во взаимодействии с истребительными соединениями люфтваффе было сбито 63 самолета противника. И хотя на отдельных участках фронта неприятель смог немного продвинуться вперед, однако при этом он понес тяжелые потери. Это ожесточенное сражение продолжалось вплоть до 5 июня.
Когда битва закончилась, выяснилось, что противник потерял около 100 танков и более 350 самолетов, а также понес исключительно высокие потери в живой силе[21]21
С 26 мая по 7 июня советское командование предпринимало попытки прорвать оборону врага у станиц Киевское и Молдаванское, которые, однако, успеха не имели. Немцы сосредоточили против войск Северо-Кавказского фронта около 1400 самолетов, в том числе с юга Украины, и поначалу снова захватили господство в воздухе. Но советская авиация сумела вырвать у противника инициативу в воздухе. Потеряв с 26 мая по 7 июня 315 самолетов, немцы резко сократили налеты. Всего в воздушных сражениях на Кубани, которые длились с перерывами около 2 месяцев и являлись крупнейшими из всех предшествовавших по числу воздушных боев и участвовавших в них самолетов, с 17 апреля по 7 июня 1943 года немцы потеряли 1100 самолетов, из них 800 в воздушных боях. Советская авиация в ходе этих боев завоевала оперативное господство в воздухе на южном крыле советско-германского фронта. (Примеч. ред.)
[Закрыть].
Хорошо зарекомендовавший себя в предыдущих боях 89-й легкий зенитный артиллерийский дивизион также внес значительный вклад в этот успех. Зенитчики только одного этого дивизиона, действовавшего на направлении главного удара противника у села Молдаванское, который активно поддерживала советская штурмовая авиация, за период с 30 мая по 2 июня сумели сбить 25 вражеских самолетов. При этом стоит отметить, что этот легкий зенитный дивизион, оснащенный исключительно 37-мм зенитными орудиями (вместо более распространенных 20-мм пушек), доказал преимущество этого калибра, особенно в бою против бронированных советских штурмовиков типа Ил-2, которые благодаря своей мощной броне не зря получили у немецких пехотинцев прозвище «летающий танк».
Этот зенитный дивизион постоянно находился в самых горячих точках основного района боевых действий наземных войск, обеспечивая зенитное прикрытие поля боя. О его своевременном и правильном задействовании постоянно хлопотали командиры многих соединений сухопутных войск, в том числе и сам главнокомандующий 17-й армией генерал-полковник Енеке.
Остается только сожалеть, что по различным причинам это значительно более мощное зенитное оружие калибра 37 мм не получило более широкого распространения и не заменило 20-мм автоматические зенитные пушки. В то время только 20-мм четырехствольные зенитные установки могли сравняться по своей эффективности с 37-мм зенитками. Правда, справедливости ради стоит отметить, что 37-мм зенитным пушкам не помешала бы большая скорострельность. С технической точки зрения это не представило бы большой трудности, что и показало развитие зенитного вооружения за границей в послевоенные годы.
В эти дни одна из зенитных батарей особого назначения сбила огнем с ближней дистанции вражеский штурмовик. Наряду с этим достоин упоминания эпизод из оборонительных боев, которые проходили на северном фланге Кубанского плацдарма среди похожих на джунгли зарослей кустарника и камыша вокруг лагун. В этой совершенно непросматриваемой местности, поросшей высоким камышом, проходили ожесточенные локальные стычки и шла непрерывная борьба за мелкие опорные пункты, сооруженные обеими противоборствующими сторонами в высоких камышах.
Одна из наших тяжелых 88-мм зенитных батарей, занимавшая позицию на краю этого «царства лагун», очень эффективно вмешивалась в эти бои местного значения благодаря своему энергичному передовому наблюдателю, вахмистру Нюрмбергеру. Однажды, прихватив с собой радиотелефон, этот вахмистр подобрался вплавь и вброд поближе к вражескому опорному пункту и отсюда направлял огонь своей батареи, находившейся примерно в 7 километрах от него. От этих смертоносных снарядов, посылаемых точно в цель и летящих над самой водой, в камышах и трясине не было никакого спасения!
Похожим образом действовала и единственная в этой прифронтовой полосе тяжелая 128-мм зенитная батарея. Ее еще более мощные снаряды, взрывавшиеся над самыми верхушками камышей, значительно облегчали оборону немецких опорных пунктов с их малочисленными гарнизонами. Эта учебно-тренировочная 128-мм зенитная батарея с орудиями такого большого калибра, которые можно было встретить только на территории рейха, сначала была задействована на берегу Керченского пролива для борьбы с морскими целями. При обострении боевой обстановки на Кубанском плацдарме и эта батарея была перебазирована на плацдарм. Это означало не только значительное укрепление противовоздушной обороны плацдарма, но и позволяло использовать ее в наземных боях. Сначала она дислоцировалась восточнее Темрюка и использовалась только для усиления зенитного прикрытия находившегося там важного моста через Кубань. Но благодаря своей дальнобойности, составлявшей около 20 километров, она смогла вскоре оказывать эффективную огневую поддержку и нашим войскам, сражавшимся на участке фронта восточнее станицы Курчанская, а также была в состоянии поражать прицельным огнем наземные цели в районе лагун.
После обострения обстановки в районе села Молдаванское эта тяжелая 128-мм зенитная батарея была передислоцирована в окрестности этого селения и смогла успешно действовать там как против воздушных, так и наземных целей. Прежде чем в августе 1943 года эту батарею передислоцировали в Италию, нам удалось еще раз использовать ее исключительную дальнобойность для огневого налета на восточную часть станицы Крымская, которая была недосягаема для других орудий сухопутных воинских частей. Во время этого скоротечного огневого налета батарея смогла израсходовать весь запас снарядов с ударными взрывателями, еще остававшийся у нее. Автор навсегда запомнил, что пленные красноармейцы описывали этот огневой налет как совершенно неожиданный и сокрушительный. К сожалению, во время перебазирования в район западнее села Молдаванское эта батарея попала под обстрел русской артиллерии и понесла досадные потери.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?