Текст книги "Секундарные права в гражданском праве Российской Федерации: общие вопросы теории, секундарные права в Гражданском кодексе РФ"
![](/books_files/covers/thumbs_240/sekundarnye-prava-v-grazhdanskom-prave-rossiyskoy-federacii-obschie-voprosy-teorii-sekundarnye-prava-v-grazhdanskom-kodekse-rf-164113.jpg)
Автор книги: Вячеслав Карнушин
Жанр: Юриспруденция и право, Наука и Образование
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 3. Осуществление секундарных прав и исполнение секундарных обязанностей. Соотношение с юридической сделкой
В ходе рассмотрения секундарных прав и обязанностей было показано, что различия состоят в модальности воздействия на правоотношение, в то время как содержательная часть секундарного права и обязанности зависит от того, что указано в нормах права. Содержание обоих правовых феноменов указывает на то, каким образом осуществляется секундарное право или исполняется секундарная обязанность. Отсюда методологически неверным будет рассматривать исполнение секундарной обязанности и осуществление секундарного права в отдельности, поэтому сказанное ниже в отношении секундарных прав должно равным образом распространяться на секундарные обязанности.
Воздействие на правоотношение приводит к его динамике, т. е. к возникновению, изменению или прекращению правоотношения.
В связи с этим родоначальник теории секундарных прав Э. Зеккель указал, что секундарные права осуществляются при помощи односторонней сделки[55]55
Зеккель Э. Указ. соч.
[Закрыть].
Общеизвестно, что сделка является основанием возникновения, изменения и прекращения гражданских правоотношений.
Поэтому неразрешенным остается вопрос о соотношении сделки как юридического факта, признанного гражданским правом, и содержания секундарного права (его осуществления).
Рассмотрение соотношения осуществления секундарного права с другими юридическими фактами не должно иметь места, поскольку рассматривается направленное на юридические последствия волеизъявление в рамках осуществления секундарного права. События и юридические поступки не имеют отношения к осуществлению секундарного права.
При рассмотрении сделки рассматриваться должна психологическая (идеальная) составляющая сделки. Внешнее проявление сделки (поведение стороны) имеет меньше значения (в том числе форма сделки), поскольку правоотношение понимается как идеальная связь. Воздействие на идеальную связь может быть только со стороны идеальной сделки.
Западная юриспруденция полностью акцентировала внимание на волевой составляющей сделки.
Ф.К. фон Савиньи исходил из того, что правоотношение в целом – это господство личностной воли[56]56
Савиньи Ф.К. фон. Система современного римского права. Т. I. С. 278.
[Закрыть]. В связи с этим сделками он признавал направленное на возникновение, изменение или прекращение правоотношения волеизъявление[57]57
Савиньи Ф.К. фон. Система современного римского права. Т. II / Пер. с нем. Г. Жигулина; под ред. О. Кутателадзе, В. Зубаря. М.: Статут, 2012. С. 213.
[Закрыть].
Несмотря на то что это воззрение имело множество последователей, в скором времени теория была раскритикована Цительманом. Цительман исходил из того, что сделка как действие является психическим волевым актом, зависящим от направленного на достижение правового эффекта намерения действующего лица. Волевой акт признавался причиной телесных движений (действий)[58]58
Гримм Д.Д. Основы учения о юридической сделке. Пролегомены к общей теории гражданского права. Т. 1. СПб., 1900. С. 102–108.
[Закрыть]. Далее Цительманом произведено разделение волевых актов на те, которые порождают мотивы, затем волевые акты, порождающие действия (как средства), и волевые акты как намерения (как цели), причем лишь последнее действие в цепочке средств и целей признается юридически значимым.
Теория Цительмана получила критику в связи с тем, что не объясняла социальное значение намерений лица, а также указывала на технический смысл волевых актов как причин телесных действий (что естественным образом исключило юридических лиц из действующих лиц, а также действий, признаваемых действиями лица, но телесно ими не совершаемых), невзирая на вопрос о социальной значимости этих действий[59]59
Там же. С. 111–112.
[Закрыть].
Хронологически и ответной реакцией на теорию Цительмана явились многочисленные теории материальности сделки и значимости сделки как проявления в действительности, что по сути является реакцией на психологическую школу юристов (Беккер).
Между тем привлекательной выглядит именно психологическая концепция правоотношения, и в связи с этим такое же первоочередное значение должно придаваться роли психологии при рассмотрении вопросов совершения сделок и осуществления секундарных прав.
Теория волеизъявления и сделки, в частности, в настоящее время должна основываться на достижениях современной психологии и философии, а также на принятой концепции правоотношения как идеального явления.
В свете понимания правоотношения как психического феномена неправильным полагать было бы то, что причиной правоотношения явилось бы само по себе действие в действительности. Иначе говоря, концепцию сделки-волеизъявления следует признать неполной для понимания причин динамики правоотношения. Недостаточность состоит в том, что из этой концепции не прослеживается связь между волеизъявлением и психической сферой, где и находится правоотношение.
Поэтому исследованию подлежат именно психические процессы, а также сама воля, которая исследовалась германскими цивилистами и теоретиками права.
В одном из современных учебников психологии воля определена как сознательная саморегуляция поведения, преднамеренная мобилизация поведенческой активности для достижения целей, осознаваемых субъектом как необходимость и возможность[60]60
Еникеев М.И. Общая и социальная психология: Учебник для вузов. М.: Норма; Инфра-М, 1999. С. 246.
[Закрыть].
Определение воли носит общий характер и является свойством психики. Психика представляет собой сложную систему связей, исследованием которой занимается наука психология и, в частности, направление аналитической психологии.
К.Г. Юнг является родоначальником аналитической психологии. Аналитическая психология использовала аналитический метод при рассмотрении тех или иных свойств психики, психических процессов и прочих психических явлений. Юнг специальным образом не посвящал свои работы исследованию воли, однако достижения аналитической психологии могут оказаться полезными в юриспруденции, в частности в понимании волеизъявления и воли. В связи с этим выглядит небезынтересным анализ функций психики человека.
Выделялись эктопсихические функции и эндопсихические функции в зависимости от того, какой части психики данные функции присущи. Под эндопсихикой понималась система связей между содержанием сознания и фактами из внешней среды.
С другой стороны, эктопсихика представляет собой систему связей между содержанием сознания и постулируемыми процессами в бессознательном[61]61
См.: Юнг К.Г. Аналитическая психология. Тавистокские лекции. Лондон, 1935.
[Закрыть].
Юнг выделил четыре эктопсихические функции: ощущение, мышление, чувства, интуиция. Далее он указал, что данные функции, находясь в сфере сознания, контролируются волей. Функциям психики сообразны и одноименные психические процессы.
Иначе говоря, воля сама по себе не является функцией психики, но видно то, что она является движущей силой этих функций.
Поскольку эктопсихика имеет связь с внешним миром и связь осуществляется с помощью указанных четырех функций, можно сделать вывод, что воля непосредственной связью с действительностью не обладает, т. е. поведение может признаваться результатом воли только через посредство психических функций. Иными словами, воля получает оформление с помощью психических функций.
Далее можно прибегнуть к логическому приему синтеза и сделать вывод о том, что функции интуиции и ощущения следует условно отнести к функциям, воспринимающим действительность, а функции чувств и мышления – к функциям, выдающим поведение. Стимулирующим фактором всех этих функций может являться воля: воля познать (принять) действительность в случае с функциями ощущения и интуиции и воля выдать какое-либо поведение в действительность через функции чувств и мышления.
Из изложенного выше нужно определить то, что имеет значение для науки права.
Так, воспринимающие функции ощущения и интуиции познают право при помощи прочтения источников правовых норм, их прослушивания или интуитивного познания правовых норм.
После такого восприятия происходит психический процесс мышления (осмысления воспринятых правовых норм). Далее после осмысления происходит приведение к действию, к такому действию, которое имеет юридическое значение, т. е. к совершению действия, которое будет признаваться юридическим фактом. Приведение к действию осуществляется с помощью конкретизированной через психические процессы воли.
Как указывалось ранее, материальное действие не имеет высокой значимости, однако исходя из ретроспективного анализа действия можно судить о предшествующей этому действию воле. А. Шопенгауэр указывал, что каждый акт воли тождественен волевому акту, а также что «воля – это априорное познание тела, а тело – апостериорное познание воли»[62]62
См.: Шопенгауэр А. Мир как воля и представление / Пер. Ю.И. Айхенвальда / Шопенгауэр А. Собрание сочинений. В 5 т. Т. I. М.: Московский Клуб, 1992.
[Закрыть].
Именно такая воля – объективированная – и должна признаваться юридически значимой – юридическим фактом, сделкой.
При этом волевым актом не будут являться размышления о возможных будущих событиях. О наличности воли можно говорить только в том случае, если имеется представление о такой воле, полученное из действительности. Это касается и юридических фактов. Они должны получать проявление в действительности.
При всем при этом юридический факт только в том случае приводит к правовым последствиям, если об этом прямо указано в гипотезах правовых норм. Гипотеза правовой нормы совершенно необязательно располагается в одной и той же статье нормативного акта, поэтому зачастую психическое восприятие отдельных элементов правовых норм испытывает трудности.
После совершения действия и восприятия представления о действии психический процесс повторяется в своем диалектическом развитии уже применительно к правоотношению. Вначале воспринимается уже не гипотеза, а диспозиция правовой нормы, которая определяет рамки возможного или должного поведения. В рамках диспозиции правовой нормы, т. е. при существовании правоотношения, воля уже ограничена рамками воспринятой диспозиции правовой нормы. Воля здесь направлена уже лишь на соблюдение и следование модели поведения, содержащейся в диспозиции правовой нормы. Воля ограничена и противостоящим в правоотношении субъектом, а также объектом.
Воля в данном случае сдерживает психические процессы при реализации психических функций. В случае, если воля направляет психические процессы для реализации поведения, не предусмотренного диспозицией правовой нормы, данное поведение должно иметь иные правовые последствия. Зачастую речь идет о правонарушении.
Этот психологический анализ позволяет разграничить поведение в рамках диспозиции правовой нормы и поведение (действие) в рамках гипотезы правовой нормы.
Сделка как поведение, предусмотренное гипотезой, всегда носит волевой характер. Конкретизированная воля необходима прежде всего для того, чтобы направить психический процесс на совершение сделки. Сделка выступает конечным элементом в психическом процессе, позволяющим утверждать после ее восприятия о волевом воздействии на правоотношение (возникновение, изменение, прекращение правоотношения).
Произведенное выше рассмотрение сделки как элемента психического процесса, приводящего к динамике правоотношения, не позволяет относить сделку к содержанию правоотношения, т. е. выводом является то, что сделка не должна признаваться действием, совершенным в рамках исполнения обязанности или осуществления субъективного права.
Несомненно, волевые акты в рамках существующих правоотношений при осуществлении субъективных прав и обязанностей будут более ограниченными по сравнению с возможным количеством сделок, которые свидетельствуют о волевых актах.
Между тем основным видится прежде всего отличный способ нормирования содержания правоотношения и сделок как оснований возникновения правоотношения.
Выделенные отличия позволяют прийти к выводу об особенностях осуществления секундарных прав. Осуществление этих прав не может признаваться сделкой, потому что в таком случае каждую сделку можно будет признать секундарным правом.
Секундарное право имеет свое содержание, закрепленное диспозицией правовой нормы, иначе говоря, осуществление секундарного права закрепляется в диспозиции правовой нормы, при том что гипотезы правовой нормы как таковой не имеется и секундарные права существуют лишь постольку, поскольку закреплены в законодательстве.
Далее следует рассмотреть еще одно возможное отличие сделки от осуществления секундарного права. Б. Виндшейд указывал, что сделка по общему правилу распространяет свое действие на будущее время, между тем встречаются случаи, когда сделка распространяет свое действие на прошлое время[63]63
Виндшейд Б. Указ. соч. С. 149.
[Закрыть]. В российском гражданском законодательстве таким случаем можно признать п. 2 ст. 425 ГК РФ, когда действие договора распространяется сторонами на отношения, возникшие до его заключения. Хотя признать такой договор сделкой и юридическим фактом вряд ли можно. Договор в данном случае выполняет лишь функцию оформления возникших до его заключения отношений, что подтверждается правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ, изложенной в п. 6 Информационного письма от 11 января 2002 г. № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой» («Соглашение сторон о том, что условия договора аренды применяются к их фактически сложившимся до его заключения отношениям, не означает, что непосредственная обязанность сторон по исполнению условий договора аренды возникла ранее заключения договора»)[64]64
Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 11 января 2002 г. № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой» // Вестник ВАС РФ. 2002. № 3. Специальное приложение к «Вестнику ВАС РФ». 2003. № 11 (ч. 2).
[Закрыть]. При этом правильно распространить данную позицию на все договоры, а не только на договоры аренды[65]65
Степанченко А.В. О пределах ретроактивного действия договора // Бизнес, Менеджмент и Право. 2014. № 2. С. 100–105.
[Закрыть].
Независимо от признания договора, распространяющего свои действия на отношения, возникшие до его заключения, сделкой в отношении секундарного права нужно однозначно отметить, что его осуществление всегда оказывает влияние только на будущее.
Правоотношение не имеет пространственного выражения (за исключением того, что субъекты правоотношения находятся в определенных местах пространства), но, находясь в психике субъектов, всегда проистекает во времени. Рассматривая правоотношение как промежуток времени, можно заключить то, что на истекший промежуток времени не может уже оказывать влияние никакое секундарное право. Нельзя отменить или возобновить то, что уже прошло во времени, между тем то, что еще проистекает во времени, можно отменить или изменить на будущее (будущие промежутки времени). Секундарные права, служащие основанием возникновения правоотношения, могут породить правоотношение на будущее.
Ранее было указано, что при осуществлении субъективных прав воля лица ограничена нормативными пределами субъективного права. Такое же указание следует распространить и на секундарные права, но не в полном объеме.
О.А. Поротикова разделила пределы осуществления прав на универсальные и специальные. Универсальные пределы подлежат применению к любому правоотношению и любому субъекту права. В эту категорию были отнесены такие пределы, как права третьих лиц, интересы третьих лиц, средства защиты принадлежащего лицу права.
Специальные пределы, напротив, зависят от правоотношения и его содержания, и в эту группу были отнесены добросовестность и разумность при осуществлении прав; назначение права; средства и способы осуществления[66]66
Поротикова О.А. Проблема злоупотребления субъективным гражданским правом. М.: Волтерс Клувер, 2007. С. 78.
[Закрыть].
Даже универсальные пределы не вполне укладываются в правовую сущность осуществления секундарных прав.
Находясь вне правоотношения, секундарное право, принадлежащее тому или иному субъекту, при осуществлении затрагивает права и обязанности участников правоотношения. Такое воздействие на права участника правоотношения можно признать воздействием на права третьих лиц, потому что по отношению к субъекту секундарного права все лица, в том числе участники правоотношения, должны признаваться третьими лицами.
Относительно такого предела, как средства защиты права, также нельзя утверждать, что этот предел распространяется на секундарные права. Секундарные права вообще не могут быть нарушены, поэтому нельзя говорить об их нарушении.
Специальные пределы, выделенные О.А. Поротиковой, на секундарные права также не могут распространяться, за исключением единственного предела, обозначенного как назначение права. Назначение секундарного права – динамика правоотношения.
Правильным будет признать, что предел секундарного права – это его нормативная определенность. Но добавить какие-либо еще пределы осуществления секундарного права сложно.
Осуществлением секундарного права всегда является волевой акт. Применительно к воле и ее пределам в связи с тем, что на секундарные права не распространяются обычно выделяемые пределы субъективных прав, нужно отметить, что воля в данном случае менее ограничена, чем воля при осуществлении субъективных прав. В то же время воля при осуществлении секундарного права более ограничена, чем воля на совершение сделок[67]67
Учитывая понимание воли как предпосылки мыслительных процессов, об ограничениях воли непосредственно нормами права упоминается с условностью, потому что нормы права воздействуют на психику субъекта. Психика (рассудок) ограничивает волю. Проще говоря, происходит самоограничение воли.
[Закрыть].
Степень ограниченности воли в праве означает бо́льшую или меньшую степень определенности воли в праве. Чем более детально дано понятие субъективного права или секундарного права, тем более ограничена будет воля, которая является содержанием субъективного или секундарного права.
В соотношении с субъективным правом определенность секундарного права будет выше, чем определенность субъективного права, но лишь в части содержания секундарного права. Применительно к секундарному праву это означает, что будут описаны как правовые последствия осуществления секундарного права, так и конкретное правоотношение, на которое воздействует секундарное право.
Определенность содержания определяет волю и тем самым усиливает ее, иначе говоря, степень определенности влияет на ту самую императивность секундарного права. Психическое переживание власти (управомоченности) в секундарных правах достигает наивысшего предела.
Императивность в рамках секундарных прав коренным образом отличается от императивности административного права: властью снабжается частный субъект, вмешательства публичной власти не требуется.
Примечателен анализ волевого акта, проведенный А.Н. Леонтьевым[68]68
Леонтьев А.Н. Воля // Вестник Московского университета. Сер. 14. Психология. 1993. № 2. С. 3–14.
[Закрыть]. В качестве волевого акта подразумевался акт, который подчинялся определенной цели. Это применимо к секундарным правам. Далее указывалось, что волевой акт прежде всего должен происходить в условиях выбора. Применительно к секундарным правам выбор состоит в осуществлении либо неосуществлении права. В отношении секундарных обязанностей выбора не имеется. Секундарная обязанность выступает как приказ со стороны нормы объективного права. Дальнейшим признаком воли выделялось наличие препятствий, которые нужно преодолеть. Препятствием воли в секундарном праве или обязанности является наличие или отсутствие правоотношения, которое нужно либо прекратить или изменить, либо создать соответственно.
Следующей характеристикой воли выделяется ее осуществление в условиях полимотивации, т. е. при воздействии нескольких мотивов к действиям. Предпочтение мотивам к разным действиям (положительным или отрицательным) является волевым актом. Применительно к секундарным правам мотивы их не важны, между тем волевым актом будет признаваться только осуществление секундарного права. Неосуществление секундарного права не имеет никакой юридической сути, хотя бы и было мотивировано какой-либо целью.
Еще одним признаком является подкорковое происхождение воли. Воля готовит моторику движений (тоника), исток ее находится в бессознательном уровне. Между тем в праве воля всегда интеллектуализирована, т. е. проходит через сознание (происходит фазика движений)[69]69
Леонтьев А.Н. Указ. соч.
[Закрыть]. Ранее уже упоминались психические функции, выделяемые К.Г. Юнгом, и их взаимосвязь с волей. Здесь же следует отметить, что всякая норма права осмыслена и является продуктом разума всегда, поэтому только разумная воля может являться содержанием норм права и соответственно секундарных прав, субъективных прав и прочих средств правового регулирования, предоставляемых субъектам.
Учитывая формирование всех психических процессов и воли в условиях времени и признавая волю ограниченной временны́м пределом, нужно отметить особенности этого предела для секундарного права. В.П. Грибанов рассматривал срок существования субъективных прав как срок действия этого права во времени[70]70
Грибанов В.П. Осуществление и защита гражданских прав. 2-е изд., стереотип. М.: Статут, 2001. (Классика российской цивилистики.)
[Закрыть]. Но секундарные права существуют лишь применительно к правоотношению, они закреплены в нормах объективного права и не имеют срока существования. Осуществление секундарных прав носит практически мгновенный характер – достаточно лишь наличия представления о волеизъявлении (воле) в рамках осуществления секундарного права.
Также нужно отметить юридическую специфику воли. Воля при осуществлении секундарных прав имеет властный характер, предполагает подчинение этой воле одной стороны другой стороной, что по сути сближает эту волю с административно-правовым властным воздействием на субъекты со стороны государства при осуществлении властно-управленческой деятельности[71]71
Братановский С.Н. Административное право: Учебник. М.: Директ-Медиа, 2013. С. 43.
[Закрыть]. Однако здесь необходимо произвести довольно простой анализ воли во взаимодействии с субъектами. В административном праве воля имеет линейную направленность: она исходит от властного субъекта (государства) и адресуется подвластному субъекту – один субъект полностью подчиняется воле другого субъекта. При осуществлении секундарных прав воля обладателя секундарного права расщепляется и воздействует на всех субъектов правоотношения, в том числе на обладателя секундарного права. Для лица, которое не обладает секундарным правом, волеизъявление обладателя секундарного права носит властный характер и требует подчинения. Для обладателя секундарного права воля в рамках секундарного права вызывает самоподчинение. Самоподчинение происходит потому, что воля в правоотношении качественным образом отлична от воли в секундарном праве. В правоотношении воля направлена на продолжение его существования, на исполнение существующих обязанностей и осуществление прав. Воля в секундарном праве противоположна – направлена на «слом», преобразование существующего правоотношения. Оба или более двух субъектов должны подчиняться этой воле в секундарном праве. Эти воззрения показывают, что секундарные права нельзя относить к административным велениям и актам индивидуального применения административного права, что является доказательством гражданско-правовой принадлежности норм, устанавливающих секундарные права.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?