Текст книги "Секундарные права в гражданском праве Российской Федерации: общие вопросы теории, секундарные права в Гражданском кодексе РФ"
![](/books_files/covers/thumbs_240/sekundarnye-prava-v-grazhdanskom-prave-rossiyskoy-federacii-obschie-voprosy-teorii-sekundarnye-prava-v-grazhdanskom-kodekse-rf-164113.jpg)
Автор книги: Вячеслав Карнушин
Жанр: Юриспруденция и право, Наука и Образование
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 5. Закрепление секундарных прав в нормах права
Традиционный подход к структуре правовой нормы повествует о том, что она состоит из трех обязательных элементов: гипотезы, диспозиции и санкции[92]92
Матузов Н.И., Малько А.В. Указ. соч. С. 272.
[Закрыть].
Регулирование общественных отношений и соответственно воздействие на психику осуществляются диспозицией правовой нормы. Диспозиция правовой нормы устанавливает модель должного или возможного поведения сторон.
Два остальных элемента получают свою связь с диспозицией правовой нормы. Первый элемент – гипотеза предшествует диспозиции, второй логически следует за диспозицией.
В области поведения это означает, что норма будет регулировать то, что указано в диспозиции, лишь в том случае, если свершится то, что указано в гипотезе. Соответственно санкция предусматривает последствия совершения поведения, указанного в диспозиции.
А.В. Астанин в своем диссертационном исследовании пришел к выводу о том, что только система из этих трех элементов может образовать правовую норму[93]93
Астанин А.В. Гипотеза как элемент правовой нормы: Дис…. канд. юрид. наук. Саратов, 2004.
[Закрыть].
Гипотеза правовой нормы закрепляет то, что в науке со времен Ф.К. фон Савиньи именуется юридическим фактом[94]94
Савиньи Ф.К. фон. Система современного римского права. Т. II. С. 212.
[Закрыть]. Закрепление получает идеальная модель юридического факта[95]95
Исаков В.Б. Юридические факты в советском праве. М.: Юрид. лит., 1984. С. 6.
[Закрыть].
По своей логике ни правоотношение не может возникнуть (измениться, прекратиться) без юридического факта, ни сам юридический факт не может выступить в виде отношения, которое бы получило правовое регулирование через психику субъекта.
Именно здесь и возникает сложность нормативного закрепления секундарных прав. По своему назначению они должны запускать правоотношение, т. е. приводить в действие диспозицию правовой нормы. В то же время они не являются тождественными юридическим фактам, потому что в законодательстве они именуются «правами» и реализуются только из-за волеизъявления субъекта. По этой причине ранее указывалось, что секундарные права закрепляются в диспозициях правовой нормы с учетом того, что содержанием секундарного права являются только воля и поведение, свидетельствующее о наличии такой воли.
Однако секундарное право, как и юридический факт, направлено на правоотношение. Правоотношение выступает целью секундарного права. Применительно к правовым нормам это означает, что секундарное право направлено на реализацию диспозиции регулятивной или охранительной правовой нормы, т. е. по своей логике должно закрепляться гипотезой правовой нормы.
В отличие от правоотношения, которое в социальной действительности представлено как общественное отношение, секундарное право лишено какого-либо действительного социального содержания. Их закрепление в праве сообразно с юридическими фактами, однако в отличие от юридических фактов, где первоочередное значение принадлежит именно самому событию, действию в действительности, секундарное право имеет обратный эффект – внешние события лишь свидетельствуют о воле, которая выступает единственным содержанием секундарного права.
Из изложенного видно, что секундарное право закрепляется в правовых нормах в виде гипотезы, сформулированной как диспозиция.
Иными словами, структурно-логически модель секундарного права является гипотезой правовой нормы, но содержательно модель формулируется как диспозиция.
Многим секундарным правам предшествуют собственные юридические факты: для состояния секундарной управомоченности не всегда достаточно лишь веления законодателя, зачастую требуется определенное поведение субъектов или свершение определенных событий. Иначе говоря, у диспозиции должна быть своя гипотеза.
В связи с этим выделяется довольно сложная причинно-следственная цепочка: юридический факт – секундарное право – субъективное право – последствия реализации правоотношения.
Последствием реализации секундарного права является измененное, прекращенное или возникшее правоотношение, т. е. по этой логике правоотношение выступает как санкция «правовой нормы, устанавливающей секундарное право», что применительно к традиционной структуре нормы права является немыслимым, поскольку санкция понимается как результат поведения, смоделированного в диспозиции (в конечном счете правоотношения).
Отсюда видно, что традиционная структура правовой нормы не может быть технически наложена на секундарные права. Модели секундарных прав лишь формально закрепляются гипотезами правовых норм. По своему содержанию модель секундарного права ближе всего подходит к традиционному пониманию диспозиции правовой нормы.
В монографическом исследовании используется понятие «нормы, закрепляющие секундарные права», однако из приведенного анализа видно, что указанная терминология довольно условна и правильнее говорить лишь об элементах правовых норм, закрепляющих секундарные права.
Раздел 2
Разновидности секундарных прав в гражданских правоотношениях
Глава 1. Секундарные права и обязанности в абсолютных правоотношениях
Абсолютные правоотношения в гражданском праве являются результатом нормирования как имущественных, так и неимущественных отношений. Выделение в рамках абсолютных правоотношений имущественных и неимущественных правоотношений в некоторой мере условно и используется в целях удобства классификации. Правоотношение носит неимущественный характер, поскольку оно идеально и существует лишь в психике человека. Следуя позитивному гражданскому законодательству, имущественными правоотношениями можно признать такие правоотношения, которые связаны с представлениями об имуществе, а неимущественными правоотношениями – те, которые не связаны с представлениями об имуществе.
Абсолютный характер правоотношений заключается в наличии лишь одного определенного субъекта, которому противостоит постоянно меняющийся неопределенный круг лиц. Неопределенность круга лиц следует понимать как юридическое безразличие определенности. Сам неопределенный круг лиц можно понимать в качестве особого субъекта, который никогда не определяется в правовых нормах, но в области действительности представлен постоянно меняющимся кругом определенных участников.
Модальные средства правового опосредования (субъективное право или субъективная обязанность) могут быть представлены в двух вариациях: определенный субъект будет управомоченным или обязанным. Соответствующим образом неопределенный круг лиц будет обязанным или управомоченным.
Абсолютные правоотношения, в которых определенный субъект является обязанным, являются крайне редким явлением. Сама по себе постановка задачи поиска таких правоотношений в гражданском праве наталкивается на доктринальные противоречия с предметом и методом гражданского права. Управомоченность неопределенного круга лиц означает наделение правами такого неопределенного субъекта. Предпосылкой таких прав является интерес неопределенного круга лиц. Интерес неопределенного круга лиц является ничем иным, как публичным интересом. В связи с этим такие отношения не следует рассматривать в рамках доктрины гражданского права. Примером служат правоотношения, связанные с публичными сервитутами, в том числе земельными. В частности, ст. 23 ЗК РФ определяет порядок и цели установления публичных сервитутов. Из анализа целей установления публичных сервитутов видно, что публичный сервитут предоставляет возможность определенного активного поведения неопределенному кругу лиц – пользование земельным участком. С долей условности из норм гражданского права видно, что нормирование направлено на регулирование активного поведения и в этом смысле публичный сервитут представляет собой гражданско-правовой институт. С другой стороны, однозначно то, что удовлетворяемый публичным сервитутом интерес является публичным. Поэтому более верным все же следует признать то, что публичные сервитуты, равно как и другие абсолютные правоотношения с определенным обязанным субъектом, в науке гражданского права не должны рассматриваться.
Правоотношения с определенным управомоченным субъектом и неопределенным кругом обязанных лиц широко представлены в гражданском праве (право собственности, исключительное право, личные неимущественные правоотношения и некоторые другие).
§ 1. Секундарные права в абсолютных имущественных правоотношенияхИмущественное абсолютное правоотношение представлено прежде всего правом собственности. Право собственности является правоотношением, которое отличается полнотой и большим объемом своего содержания. Содержание права собственности раскрыто в ст. 209 ГК РФ и состоит из прав владения, пользования и распоряжения имуществом – собственнических правомочий. Будучи составляющими целого субъективного права, правомочия собственника существуют как бы «внутри» права собственности, они его части, именно поэтому правомочия права собственности нельзя относить к секундарным правам. Часть подчиняется тем же самым законам, что и целое, т. е. правомочие сообразно с самим субъективным правом, в которое оно входит. Секундарное право, как ранее было показано, обладает спецификой, отличной от субъективного права и, стало быть, отличной от правомочия (составной части субъективного права). Основным догматическим постулатом следует признать то, что секундарное право должно существовать вне самого правоотношения и вытекать из закона.
Исходя из того, что секундарные права всегда влияют на динамику правоотношения, законодательное построение материала в ГК РФ предопределяет возможное расположение секундарных прав среди юридических фактов. В этом смысле стройностью построения отличаются положения о праве собственности и других вещных правах (разд. II ГК РФ). В разд. II ГК РФ гл. 14 и 15 посвящены именно основаниям возникновения и прекращения права собственности. Правовые последствия юридического факта и осуществленного секундарного права, как известно, схожие – динамика правоотношения.
Прежде чем переходить к поиску и последующему анализу секундарных прав в правоотношении собственности, следует вкратце остановиться на понятии права собственности. Подробное его освещение невозможно в рамках исследования, посвященного секундарным правам.
Право собственности является самым первым из субъективных прав. Именно оно служит основой построения теорий о субъективных правах, в частности теории субъективных прав, провозглашающей субъективное право мерой возможного поведения[96]96
См., к примеру: Скловский К.И. Собственность в гражданском праве. 5-е изд., перераб. М.: Статут, 2010.
[Закрыть]. Право собственности и экономически, и хронологически, и логически предшествует всяким правам. Абсолютный характер собственности выкладывает основу для всех вообще правоотношений. Именно абсолютный характер права собственности служит почвой для теорий, которые предполагают возможность существования субъективных прав вне правоотношений, что в общем-то не является неверным в свете принимаемых в соответствующих исследованиях методологических установок[97]97
Щенникова Л.В. Вещное право: Учебное пособие. Пермь: Изд-во Пермского университета, 2001. С. 65, 66.
[Закрыть]. Такие теории, конечно, неуместны в случае понимания правоотношения как идеальной правовой конструкции (принятый в исследовании подход). В свете принятого подхода абсолютность права собственности не является такой абсолютной хотя бы в силу наличия законодательно установленных пределов у права собственности[98]98
Камышанский В.П. Пределы и ограничения права собственности: Монография. Волгоград: Волгогр. акад. МВД России, 2000. С. 9, 10.
[Закрыть]. Более того, особенности человеческой психики не позволяют мыслить бесконечность, абсолютность, безграничность. Право собственности не является исключением: абсолютность права собственности наблюдается только в сравнении с другими субъективными правами[99]99
Маттеи У., Суханов Е.А. Основные положения права собственности. М.: Юристъ, 1999. С. 116–117.
[Закрыть]. С философских позиций право собственности далеко не абсолютно. Тем не менее в правовой науке абсолютность права собственности накладывает свой отпечаток и позволяет рассматривать право собственности как первое, основное, независимое и исключительное. Абсолютный характер права собственности проявляется прежде всего в сравнении его с другими субъективными правами.
Секундарные права при возникновении права собственности. Первоочередность, исключительность и абсолютность права собственности делает на первый взгляд немыслимыми доводы о возможности возникновения правоотношения (права) собственности в силу некоего секундарного права. Например, такое основание возникновения права собственности, как римское occupatio (завладение), по своей сути является юридическим фактом, но не является действием по осуществлению секундарного права[100]100
Римское частное право: Учебник / В.А. Краснокутский, И.Б. Новицкий, И.С. Перетерский и др.; под ред. И.Б. Новицкого, И.С. Перетерского. М.: Юристъ, 2004. С. 198.
[Закрыть]. Завладение безусловно приводит к возникновению права собственности, но это не осуществление секундарного права. В случае с завладением совершенно безразлично одностороннее волеизъявление оккупанта, не может идти речь о том, что это являлось бы осуществлением секундарного права.
То же самое касается и многих других оснований возникновения права собственности – большинство из этих оснований безусловны и представляют собой простую связь неюридической действительности с правоотношением собственности, хронологически разделяемых юридическим фактом. В ГК РФ, в частности в гл. 14, нет ни одной нормы права, прямо закрепляющей секундарное право. Было бы странным увидеть статью, буквально содержащую следующие положения: «Лицо, изготовившее или создавшее для себя вещь с соблюдением закона и иных правовых актов, вправе приобрести право собственности на нее». Такое право можно было бы квалифицировать как секундарное право, однако п. 1 ст. 218 ГК РФ не содержит указаний ни на какие права, кроме самого права собственности.
Интерес, однако, представляет ст. 222 ГК РФ. Пункт 1 названной статьи устанавливает понятие самовольной постройки, п. 2 указывает на то, что право собственности на самовольную постройку с момента возведения не возникает.
Пункт 3 ст. 222 ГК РФ (в ред. Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 258-ФЗ[101]101
Федеральный закон от 13 июля 2015 г. № 258-ФЗ «О внесении изменений в статью 222 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и Федеральный закон «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»» // Российская газета. 2015. 16 июля. № 154.
[Закрыть]) устанавливает условия, при которых на самовольную постройку может быть признано право собственности судом. Для исследования, посвященного секундарным правам, первоочередную важность приобретают не условия признания права собственности на самовольную постройку, а сам факт признания и момент возникновения права собственности на самовольную постройку. Таким фактом служит иск о признании права собственности на самовольную постройку, вернее, решение суда об удовлетворении такого иска.
В начале XX в. было доказано, что иски о признании выполняют функцию подтверждения правоотношения[102]102
Гордон В.М. Иски о признании (часть первая) // Вестник гражданского права. 2013. № 6. С. 190–246.
[Закрыть]. Относительно самовольной постройки это могло бы означать, что право собственности на нее существует и без признания судом в силу наличия условий, указанных в п. 3 ст. 222 ГК РФ. Между тем из норм закона это не вытекает.
Всякий иск имеет как материально-правовую, так и процессуально-правовую природу. Процессуальная природа иска здесь не рассматривается, потому что это предмет ведения другой юридической дисциплины.
Право на иск в материальном смысле, по указанию М.А. Гурвича, является самим субъективным правом в состоянии боевой готовности[103]103
Гурвич М.А. Право на иск. М.; Л., 1949. С. 142.
[Закрыть]. Без иска у этого права (собственности на самовольную постройку) нет сущностной черты – возможности осуществления.
М.А. Гурвич дал весьма примечательное определение права на иск в материальном смысле как гражданского субъективного права в том состоянии, в котором оно способно к принудительному в отношении обязанного лица осуществлению. Далее добавлено, что способность права приходить в это состояние присуща всякому гражданскому субъективному праву[104]104
Там же. С. 145.
[Закрыть]. Эта способность прежде всего обусловлена пассивным основанием на иск – фактами, вызывающими переход «слабого» права в «боевое» состояние, в состояние права на иск.
Представляется верным, что это не просто факты. Для такого преобразования материального права требуется властное волеизъявление и совершается оно исключительно по желанию лица – обладателя субъективного права (в слабом состоянии). Такое волеизъявление является проявлением ничего иного, как секундарного права.
В этой части виден преобразовательный характер секундарного права – оно качественным образом меняет правоотношение, превращает его из «слабого» в «сильное», обеспеченное поддержкой государства.
Такое преобразование теснейшим образом связано с понятием права на защиту, потому что право на защиту права по своему существу есть право принудительной реализации существующего субъективного права. В.П. Грибанов указал, что правомочие на защиту субъективного права является составной частью всякого субъективного права и включает в себя три возможности: возможность самозащиты (использования средств принудительного воздействия на правонарушителя собственными фактическими действиями), возможность самостоятельного использования мер юридического характера (мер оперативного воздействия) и возможность обратиться к компетентным органам за защитой своего права[105]105
См.: Грибанов В.П. Указ. соч.
[Закрыть].
Объединив первые две возможности в одну, А.П. Сергеев образовал неюрисдикционную форму защиты прав. Право на обращение к компетентным органам было выделено в юрисдикционную форму защиты прав. Таким образом, было выделено две формы защиты прав – юрисдикционная и неюрисдикционная[106]106
Гражданское право: Учебник. В 3 т. Т. 1 / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. 6-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект, 2003. С. 337.
[Закрыть]. Обе формы защиты прав являются с идеалистической точки зрения принудительной формой реализации прав. Количественных преобразований в правоотношениях не происходит, т. е. дополнительных правомочий, обязанностей не возникает, таким же образом не происходит каких-либо добавлений к другим элементам структуры правоотношения.
Между тем видно, что выделяемые формы защиты различаются между собой качественным образом. Юрисдикционная форма действительно сильнее и убедительнее для участников гражданских правоотношений. Такие убедительность и сила не могут возникнуть из ничего или просто из факта, напротив, преобразование из неюрисдикционной формы в юрисдикционную возможно только по властному волеизъявлению лица. Именно такое волеизъявление является секундарным правом.
Гражданское правоотношение, существующее в неюрисдикционной форме, лишь в том случае может получить юрисдикционную форму своего существования, если на то будет одностороннее властное волеизъявление, которое должно расцениваться как секундарное право. Такое изменение правоотношения не означает межотраслевой скачок из области гражданского права в область гражданского процесса, поскольку гражданский процесс регламентирует лишь процессуальные отношения (форму реализации гражданских прав). Это изменение правоотношения касается именно психической сферы, т. е. субъективное право уже существует в психике с дополнительной уверенностью и убежденностью в его существовании и поддержке государства. Иначе говоря, изменения происходят и в материально-правовом правоотношении за счет его усиления.
Основа всех вышеизложенных воззрений заложена в принципе диспозитивности в гражданском праве. Принцип диспозитивности в гражданском праве является связующим звеном между гражданским правом и процессом. Он является межотраслевым. По указанию процессуалистов, принцип диспозитивности в гражданском процессе предопределяется диспозитивностью в гражданском праве[107]107
См.: Гражданский процесс: Учебник / Под ред. М.К. Треушникова. М.: Городец-издат, 2003. С. 77; Гражданское процессуальное право: Учебник / Под ред. М.С. Шакарян. М.: Проспект, 2004. С. 52; Гражданский процесс: Учебник / Под ред. В.В. Яркова. 5-е изд., доп. и перераб. М.: Волтерс Клувер, 2004. С. 45; Воронов А.Ф. Гражданский процесс: эволюция диспозитивности. М.: Статут, 2007. С. 103.
[Закрыть]. Анализ диспозитивности проводится известными учеными. Принцип диспозитивности – это движущая сила осуществления гражданских прав[108]108
Вавилин Е.В. Осуществление и защита гражданских прав. М.: Волтерс Клувер, 2009. С. 291.
[Закрыть]. В последнее время верно было подчеркнуто, что принцип диспозитивности, как и всякий другой гражданско-правовой принцип, является составляющей чертой метода гражданско-правового регулирования[109]109
См.: Камышанский В.П., Карнушин В.Е. Указ. соч.
[Закрыть].
Если признать правовой принцип диспозитивности составляющей частью метода гражданского права, то предыдущий анализ убедительно и дополнительно доказывает место секундарных прав в методе гражданско-правового регулирования. Этот доказательный анализ выходит за пределы непосредственного рассмотрения признания права собственности на самовольную постройку и имеет общетеоретическое значение.
Возвращаясь к проблематике самовольной постройки и возникновению правоотношения собственности, в отношении последней следует отметить, что ранее было высказано воззрение о том, что отношения по владению самовольной постройкой являются беститульным владением[110]110
Карнушин В.Е. Беститульное владение и его защита. М.: Статут, 2015. С. 104.
[Закрыть]. В связи с этим важно то, что при помощи властного волеизъявления (права на иск в материальном смысле) происходит преобразование беститульного владения в право собственности. И это происходит при помощи секундарного права. Нагляднейшим образом это видно на примере самовольной постройки – здесь не просто происходит усиление субъективного права при помощи секундарного права, но происходит само возникновение права собственности – преобразование беститульного владения в право собственности: при помощи секундарного права происходит возникновение правоотношения.
Преобразование «неправа» в «право» – отличительная черта исков о признании права вообще. В ст. 12 ГК РФ такой способ защиты права, как признание права, стоит на первом месте. Этот способ защиты является самым типичным для права собственности и других вещных прав, однако исключать его применение для других прав, в том числе обязательственных, не следует[111]111
Латыпов Д.Н. Особенности признания права как способа защиты гражданских прав // Журнал российского права. 2013. № 9. С. 60–71.
[Закрыть].
Правильнее полагать, что в обязательственных правах наиболее частыми являются иски о присуждении, в то время как абсолютные права защищаются с помощью исков о признании права. Процессуалистами в отношении этого указывается на неправильность использования исковой формы защиты права[112]112
Кузнецова Л.В. Некоторые вопросы признания права как способа защиты гражданских прав // Право и экономика. 2004. № 11. С. 5–15.
[Закрыть]. Для материального права совершенно безразлично, в какой процессуальной форме будет происходить защита материального права. Важен лишь преобразовательный характер любого обращения в компетентный орган (суд).
В материальном праве такое обращение является секундарным правом. При этом секундарным правом не является само право на защиту. Секундарное право стоит как бы «над» правом на защиту – оно позволяет лицу выбрать форму защиты права, меры защиты права.
Это положение в полной мере применимо и к случаю трансформации беститульного владения в право собственности. Секундарное право находится как вне правоотношения собственности, так (что очевидно) и вне фактического отношения беститульного владения. Реализация секундарного права имеет своим эффектом возникновение правоотношения собственности.
Статья 222 ГК РФ в этом плане уникальна, поскольку нигде больше в гл. 14 ГК РФ не содержится правил, подобных следующему: «Право собственности на самовольную постройку может быть признано судом».
Например, ст. 234 ГК РФ хотя бы и предполагала судебную форму защиты права (признание права собственности в силу приобретательной давности), тем не менее из буквального толкования ее текста вытекает то, что право собственности возникает в силу ряда юридических фактов, ни один из которых не является осуществлением секундарного права.
В силу неразвитости законодательства о вещных правах на современном этапе развития ГК РФ говорить о секундарных правах в ограниченных вещных правах не приходится, поскольку полноценное регулирование вещных прав в настоящее время в законодательство не введено, несмотря на принятие Концепции развития гражданского законодательства еще в 2009 г.[113]113
Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации (одобрена решением Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства от 7 октября 2009 г.) // Вестник ВАС РФ. 2009. № 11.
[Закрыть]
Некоторого внимания в свете монографии заслуживает правомочие распоряжения, входящее в состав права собственности и отдельных вещных прав. Правомочие распоряжения отличается от всех остальных правомочий, включаемых в триаду, тем, что в данном правомочии заложено больше всего юридического свойства.
Правомочие распоряжения имеет прежде всего своим объектом не саму вещь, а право, в которое оно входит. В таком понимании воззрение К.И. Скловского о том, что «владение, равно как пользование или распоряжение, – это те или иные материальные действия, факты. Скажем, отчуждение, выступающее как обычный вид распоряжения, – это один факт (точнее, состав), а уничтожение вещи (тоже распоряжение) – другой», выглядит игнорирующим юридическую сферу правоотношений[114]114
Скловский К.И. Собственность в гражданском праве. С. 204.
[Закрыть]. Правомочие распоряжения состоит в возможности воздействовать на правоотношение собственности, именно в этом его суть. В связи с этим можно признать, что оно обладает признаками секундарности. Тем не менее данная секундарность настолько глубоко укрыта в существе права собственности, что на нее не обращается внимания. В отличие от всех остальных секундарных прав, которые устанавливаются законодателем как самостоятельные и стоящие вне и над правоотношениями, правомочие распоряжения заложено в само существо права собственности. Именно оно позволяет вводить вещи в оборот, выводить их из оборота, это наиболее мягкое из секундарных прав. Правомочие распоряжения плавно вошло в состав права собственности за счет исторического развития последнего. Чем выше степень распорядительных правомочий права собственности, чем меньше ограничений этого правомочия установлено в законодательстве, тем выше уровень свободы в праве собственности вообще, тем выше уровень секундарности.
Ранее была высказана идея о том, что секундарные права предоставляют высокий уровень императивной властности участникам правоотношений и выглядят чрезмерно жесткими для гражданского права, но в праве собственности за счет его исторического развития правомочие распоряжения как секундарное правомочие настолько укоренилось в сознании людей, что уже вовсе не воспринимается как некий высокий уровень властности над правоотношением собственности, в которое оно входит. Поэтому даже предполагается то, что правомочие распоряжения касается самих вещей и направлено на фактическую сферу. Правомочие распоряжения представляет собой секундарное право, имеющее вещный эффект. Оно не требует никакого особого порядка осуществления, в том числе судебного. Как ранее указывалось, свойство секундарных прав, имеющих опосредованный вещный эффект, состоит в том, что они осуществляются в судебном порядке.
Возможно, длительное повторение некоторых секундарных прав в законодательстве может привести к аналогичным результатам: секундарные права будут восприниматься как существо самих субъективных прав, как составной их элемент. Однако пока об этом говорить не следует. Имеется лишь одно такое право, в которое воистину имплементировано право секундарное, – право собственности.
Секундарные права при прекращении права собственности. Основания прекращения права собственности предусмотрены в ст. 235 ГК РФ. Помимо перечисленных юридических фактов имеется понятие отказа от права собственности, которому специально посвящена ст. 236 ГК РФ. Абзац 1 ст. 236 ГК РФ буквально имеет следующее содержание: «Гражданин или юридическое лицо может отказаться от права собственности на принадлежащее ему имущество, объявив об этом либо совершив другие действия, определенно свидетельствующие о его устранении от владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на это имущество». Формулировка «может отказаться» явно свидетельствует о правовой возможности, при этом из текста абзаца вытекает, что такая возможность влечет прекращение права собственности, т. е. преобразования в правовой сфере. Это свидетельствует о том, что в абз. 1 ст. 236 ГК РФ имеется секундарное право.
Между тем картину наличия секундарного права в абз. 1 ст. 236 ГК РФ на первый взгляд перечеркивает абз. 2 данной статьи. Согласно абз. 2 упомянутой статьи «отказ от права собственности не влечет прекращения прав и обязанностей собственника в отношении соответствующего имущества до приобретения права собственности на него другим лицом».
Относительно данной статьи и противоречивости абз. 1 и 2 возникло несколько воззрений в современных исследованиях, посвященных праву собственности. К.И. Скловский в своей работе указывает, что механизм прекращения права собственности в связи с односторонними сделками (волеизъявлениями) в российском гражданском праве отсутствует[115]115
Скловский К.И. Собственность в гражданском праве. С. 316.
[Закрыть].
Связано это именно с оговоркой сохранения прав и обязанностей после отказа от права собственности до тех пор, пока у вещи не появится новый собственник. Иными словами, с одной стороны, права и обязанности в абз. 2 ст. 236 ГК РФ можно понимать как права и обязанности собственника. Следует все же отметить, что прямо об обязанностях собственника ст. 209 ГК РФ не упоминает, в ней говорится о собственнических правомочиях. Понимание права собственности как права и только права накладывает отпечаток на воззрения авторов применительно к абз. 2 ст. 236 ГК РФ.
А.Л. Маковский, в частности, понимает ст. 236 ГК РФ в том смысле, что отказ от права собственности все же допускается, но обязанности и ответственность собственника при этом не прекращаются до тех пор, пока не появится новый собственник[116]116
Маковский А.Л. О кодификации гражданского права (1922–2006). М.: Статут, 2010. С. 457.
[Закрыть]. При этом обязанности, по его мнению, носят экологический характер.
Впечатление складывается такое, будто речь идет вовсе не о собственнических правомочиях, а о некотором другом правоотношении, существующем параллельно с правом собственности, которое сохраняется и в случае реализации секундарного права, предусмотренного в абз. 1 ст. 236 ГК РФ. При этом само право собственности предположительно прекращается в силу осуществления секундарного права, предусмотренного абз. 1 упомянутой статьи.
К.И. Скловский относительно правопреемства говорит, что оно является лишь метафорой и право прекращается у одного и возникает у другого[117]117
Скловский К.И. Применение гражданского законодательства о собственности и владении. Практические вопросы. М.: Статут, 2004. С. 126.
[Закрыть].
Совершенно противоположный взгляд у А.В. Германова. Указанный автор полагает, что право собственности может только переноситься. Прекратиться любое вещное право (и, следовательно, право собственности) вообще может только вместе с прекращением существования самой вещи[118]118
Германов А.В. От пользования к владению и вещному праву. М.: Статут, 2009. С. 81.
[Закрыть].
Следует отметить, что в ст. 53 ЗК РФ предусмотрен отказ от права собственности на земельный участок путем подачи заявления в регистрирующий орган. Право собственности прекращается с момента государственной регистрации прекращения права на земельный участок. В ст. 53 ЗК РФ не предусмотрено правила, аналогичного абз. 2 ст. 236 ГК РФ, т. е. в п. 3 ст. 53 ЗК РФ закреплены секундарное право и порядок его осуществления путем подачи заявления, при этом нет положений, «перечеркивающих» наличие секундарного права.
Самого волеизъявления в виде подачи заявления недостаточно, и требуется акт государственной регистрации прекращения права собственности, тем не менее основой служит именно волеизъявление. Акт государственной регистрации является публично-правовым юридическим фактом, который все же закрепляет изменения в гражданско-правовых отношениях, однако такой юридический факт сам по себе невозможен без истинных гражданско-правовых юридических фактов. Юридическим фактом является подача заявления, которое является в то же время специфической формой осуществления секундарного права.
Последствием реализации секундарного права являются прекращение права собственности и возникновение статуса бесхозяйной недвижимой вещи (п. 3 ст. 225 ГК РФ). Это является примером трансформации права собственности в беститульное владение. Особый интерес представляет абз. 3 п. 3 ст. 225 ГК РФ: бесхозяйная недвижимая вещь, не признанная по решению суда поступившей в муниципальную собственность, может быть вновь принята во владение, пользование и распоряжение оставившим ее собственником либо приобретена в собственность в силу приобретательной давности.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?